Твои прикосновения

- Казу… - Ммм? - Разве это нормально?.. – с сомнением спросила Чихару. - Вполне… - Но это же твой день рождения! – взывала девушка. – Может, хоть к нам приедешь? - Ничего, Чихару. Это всего лишь мой день рождения, - пожал плечами Каменаши и прижался лбом к прохладному оконному стеклу. – Не стоит устраивать из-за этого шумиху. - Казу…

***

- Привет, Рен! – услышал Каме бодрый голос Джиа утром в воскресенье. - Угу… - сонно ответил Казуя, сегодня он проспал всего лишь четыре часа, похоже, новый босс намеревался выжать из него все соки! - Босс сказал, чтобы ты приехал к 12. Он нашел для тебя хореографа. - Хореографа? Зачем? - Он сказал, что ты очень пластичный, но танцы твои скучноваты и разнообразны… - Э?! – Каме резко сел в постели - сна не было ни в одном глазу. - Да. Ты будешь приходить к этому парню со среды по субботу в час дня. - Вот как. - Угу, я подъеду к тебе в 11 и отвезу на место. Босс будет ждать тебя в фойе отеля, так что начинай просыпаться. - Хорошо, - слабо улыбнулся Казуя, голова от недостатка сна раскалывалась.       Шел третий день с тех пор, как они с Каменаши поругались. Джин не находил себе места. На работу он ходил на автомате, как заведенная ключиком игрушка: без эмоций, без привычных шуток и острот. Он, будто зомби, будто призрак бродил по улицам, по паркам, засунув руки в карманы куртки.       Возможно, среди этих покрывающихся первыми листочками деревьев и кустарников он искал Каменаши, искал его лохматую голову и шею, до самого носа замотанную шарфом. Но, конечно же, в парке никого не было.       Аканиши опустил голову, ссутулился и побрел дальше. Дыра в его груди с каждым днем становилась всё больше и больше. Глаза распухли от слез, а щеки ввалились от усталости и от того, что за эти два дня он толком ничего не ел. Ноги стали неимоверно тяжелыми, будто ему в ботинки наложили камней. Будто вскрыли грудную клетку и засыпали внутрь битого стекла. Боль, невыносимая боль терзала его и ночью, и днем. Джин не находил себе места. По несколько раз на дню приходил он к дому Каме, глядел в окна шестого этажа и никого не видел. Будто хозяин дома испарился, исчез из квартиры. Иногда, вечером, он видел стройную тень в окне, расхаживающую по комнате. Однако Аканиши ничего не мог разглядеть, Казуя был слишком далек от него.       Каменаши, сжав кулаки и прикусив губу, продолжал жить. Грубые слова, сказанные Джином сгоряча, отпечатались в его душе. Безусловно, какая-то часть его оскорбленного Я понимала, что Джин, собственно, был абсолютно прав. Каменаши, действительно, был паскудой. Человеком, опустившимся до такого. Возможно, ему стоило устроиться каким-нибудь клерком в захудалую фирмочку и вкалывать там по тринадцать часов без отдыха за жалкие гроши, но был бы он тогда счастлив? «А счастлив ли ты сейчас?» - насмешливо спросил Казую внутренний голос. Каме помотал головой, стараясь отогнать из ниоткуда взявшийся зов совести. Да, его профессия была аморальной, постыдной и не заслуживала общественного уважения, но она могла обеспечить счастье той, которую он любил больше жизни. Ту, что так переживала за него, ту, которая доверяла ему всё на свете, ту, что так мило улыбалась. Он любил ее.       Чихару. Он осуществит ее мечту вопреки всему, даже жертвуя своей любовью… Жертвуя любовью… Сердце до боли сжалось в груди… Каменаши сжал майку на солнечном сплетении и ахнул. Больно, так больно… Это так невыносимо, когда ранит кто-то родной, кто-то очень дорогой… - Джин…       Аканиши резко обернулся. Ему послышалось или кто-то звал его? Джин огляделся, но не обнаружил вокруг никого, кто бы знал его. Парень поправил шапку и побрел по парковой дорожке. Он всё утро провел здесь, шагами меря парк вдоль и поперек, убивая время, стараясь освободиться от боли, стараясь сделать глубокий вдох. Однако битое стекло в его груди снова и снова резало израненное сердце острыми осколками.       Джин присел на лавочку. Он поднял голову, разглядывая серое небо, затянутое тяжелыми облаками. Ему стоило прийти к Казуе и извиниться. Несмотря на то, что Каме соврал ему, Джину не стоило так набрасываться на парня, ведь его тело – его товар. Тьфу. Джин почувствовал, как желчь поднимается по пищеводу.       Каменаши, наверняка всё ещё злится на него. Такое просто так не прощают. А, может, Казуя просто очень занят в последнее время? На панели!.. Джин стиснул зубы, чтобы в голос не закричать.       Какой же он идиот! - Привет, Рен! – Джиа вышла из машины и помахала парню рукой. Каменаши шел к ней навстречу в черном старом пуховике, под которым скрывалась белоснежная рубашка. К пальто пуговицы он так и не пришил. Парень подошел к Джиа. - Ты меня отвезешь? - Угу, - кивнула она. – Я знаю это место, как свои пять пальцев, - девушка подмигнула Казуе. - Залезай в машину. - Окей, - Каме обошел автомобиль и сел внутрь, закинув сумку на заднее сиденье. - Мы немного опаздываем, - цокнула язычком Джиа, глянув на наручные часы. – Поехали. Уверена, тебе понравится твой новый хореограф. - Посмотрим, - снисходительно улыбнулся парень. Автомобиль тронулся с места и уехал в неизвестное направление, провожаемый удивленным взглядом Джина.       Каме с Джиа вышли из машины. Это был шикарный пятизвездочный отель. У входа их встретил швейцар и любезно открыл перед Джиа и Каменаши дверь.       Сердце его гулко стучало от волнения. Похоже, их босс серьезно взялся за дело. Нанять профессионального хореографа – удовольствие не из дешевых. Сколько же денег вложил этот мужик в этот засаленный, провонявший алкоголем и блевотиной бар.       «Интересно, как выглядит этот человек?» - подумал парень. - Волнуешься? – спросила девушка, обернувшись на ходу. - Прям! – усмехнулся Каменаши, но сердце его бешено колотилось в груди.       Джиа подождала, когда Казуя подойдет поближе. На лице ее сияла широкая улыбка. Каме, заразившись ее бодростью, коротко кивнул. В вестибюле на кожаном диване сидел мужчина лет пятидесяти и пил кофе. Завидев Казую, он встал и направился в сторону парня. - Он тебе понравится! – шепнула Джиа, а Босс приобнял Каменаши. - Приятно познакомится с тобой, Рен, - широко улыбаясь, приветствовал его мужчина. – Меня зовут Фридрих.       «Кто это был с ним? Какая-то девушка… Она не молода, но вполне привлекательна… Неужели Каме нашел мне замену?» - гадал Джин, вышагивая взад-вперед по гостиной, ломая руки и ероша и без того взлохмаченные волосы на голове.       Аканиши стянул с себя куртку и бросил на диван. Паника засела в его душу. А что, если Казуя не простит его? Что, если Каменаши уже давным-давно порвал с ним? А он, Аканиши, напрасно терзает себя сомнениями?       Нужно было что-то делать, иначе станет слишком поздно. - Фридрих? – нахмурился Каме. - Да, я приехал из Германии, то это было очень давно, - босс подвел Каменаши и Джиа к дивану и подождал, когда они присядут. - Джиа, наверное, уже рассказала тебе про хореографа? – вежливо осведомился Фридрих, отпивая кофе из чашки. - Да. Говорила. - Он уже скоро подойдет. Этот парень – мастер стрип-пластики. Уверен, вы станете хорошими приятелями. - Наверное, - вежливо кивнул Каме. - А вот и он! – улыбнулся мужчина и указал рукой на молодого человека, бодро вышагивавшего к ним навстречу. Черное, распахнутое пальто, из-под которого виднелся белый джемпер. Белый шарф свисал с шеи. Короткая стрижка и бездонные, черные, словно дыра во Вселенной, глаза. Душа Казуи ушла в пятки. Мурашки пробежали по коже, поднимая каждый волосок. Каме прошиб холодный пот. Он смотрел на хореографа и не верил своим глазам. Такого просто не могло быть. - Рен, познакомься, это твой учитель и тренер… Сатоши Канагава-сан. - Приятно познакомится, Рен, - учтиво поклонился молодой человек. Ладони Казуи вспотели, а в горле пересохло. Это был Стоши, его хореографом был Сатоши… Его вип-клиент…