«Я не смогу посмотреть на тебя по-другому»

Моринага Тецухиро В обед я медленно поплелся в сторону столовой, мысленно прокручивая в голове различные варианты того, как бы мне отвязаться от этой назойливой девушки. После вчерашних событий я окончательно понял, что мне не стоило заключать с ней пари. Поэтому, если сейчас разговор не заладится, то придется пригласить её в более спокойную обстановку и объяснить ей, что из этой гиблой затеи ничего не выйдет. Семпай так и не появился в лаборатории (наверное, сидит на кафедре, чтобы не встречаться со мной), и я не мог его винить. Моей бесхребетности и идиотизму просто нет предела. Да и чем я руководствовался, соглашаясь?! Как всегда, осознание собственной ошибки пришло гораздо позже, чем следовало, уже перекроив мою жизнь совершенно неожиданным образом. Безошибочно найдя глазами сидящую за столиком у окна Минами, я подошел к ней, примостившись напротив. Она как-то нехотя повернула голову в мою сторону и вопросительно подняла брови, всем своим видом выражая крайнюю степень «пофигизма» к моей скромной персоне. — Эм, — я замялся, стараясь не отводить взгляда. — Привет! Лицо Хоши озарила самодовольная улыбка, и девушка кивнула. — Насчет вчерашнего, — я не знал, как правильно объясниться, поэтому опустил взгляд и схватил салфетку, комкая её в руках. — Моринага, милый, — она посмотрела на меня со смесью понимания и легкой издевки, - всё в порядке. Ничего же не было. — Я облегченно вздохнул, но со следующей её фразой поперхнулся воздухом. – Однако мне жаль, что не было. Я посмотрел на неё «во все глаза», от шока, кажется, даже рот приоткрыв. — Я не… — кашлянул, — не понимаю, чего ты добиваешься. — Мори, — строгий взгляд темно-карих глаз буквально пригвоздил меня к месту. — У меня было несколько причин на то, чтобы заключить это пари. – Лучезарно улыбнувшись, Хоши взяла кофе, чуть отпивая. — И каких же? — прищурился я, уже отчасти зная ответ. — Во-первых, ты мне понравился, а я всегда стараюсь получить то, что мне нравится, - она поставила стаканчик на стол, — а во-вторых, я более чем уверена, что все ваши эти «гейские» штучки — это всего лишь самовнушение. Я уже говорила, Тецухиро, — пристально посмотрела на меня, — не узнаешь, пока не попробуешь. Да и к тому же, — протянув руку, щелкнула меня по носу, — я же не прибегаю к более жестким методам, чтобы выиграть пари, а значит, все, что тебе нужно — просто выполнять свою роль, позволяя мне продемонстрировать, что девушки тоже достойны твоего внимания. Но до моего мозга дошла только одна фраза. — Более жестким методам? — Шантаж, Моринага, — усмехнулась девушка, глядя мне в глаза, — я знаю про тебя и Тацуми-сана, более того, я даже наблюдала довольно пикантную сцену в лаборатории, — на этом моменте у меня внутри всё оборвалось, — но я не стану отравлять жизнь ни тебе, ни ему. — С-спасибо, — нервно сглотнув, отвел взгляд. — Вот видишь, я — милашка! — подмигнув мне, Хоши перегнулась через стол и чмокнула меня в щеку, при этом как-то странно покосившись вправо. Проследив за её взглядом, я почувствовал, что земля ушла из-под ног. Внутренности сжались в тугой комок, ладони вспотели, а во рту стало сухо. Несколько секунд семпай просто смотрел, сначала на меня, потом на неё и обратно, после чего недобро усмехнулся, прищурив свои прекрасные светло-карие глаза, и развернулся, выходя из столовой. — Упс, — Минами закусила губу, увидев ужас в моих глазах. — Мори, прости, я правда не видела его… По всему виду девушки было видно, что она не врет. Щеки Хоши снедала краска, кончики ушей стыдливо алели, а немного побледневшие губы выдавали глубокую вину. Но, почему-то, я не верил ни единому её слову. — Хорошо играешь, — я физически чувствовал волну злости за столь подлый прием, ведь я так и не успел ничего сказать семпаю, а теперь и надеяться на мирный исход мне не стоило. — Тецу, я, правда, не специально! — раздосадовано воскликнула девушка, сжимая кулаки. — Это слишком подло, даже для меня. – Она встала, схватив поднос. — Если бы я хотела тебе насолить или причинить боль — сделала бы уже. Извини, мне пора на занятия. – И, поджав губы, произнесла: — Если веришь, что сейчас было не нарочно, то я жду тебя в парке возле университета в половине шестого. — Минами, я… — Просто погуляем, — она отвела взгляд, — прости, что так получилось. Мне не нужна победа таким способом. И она ушла, оставив меня со своими мыслями наедине. Как бы там ни было, я абсолютно не понимал её мотивов. Это что, новый метод борьбы с геями — насильно заставить их встречаться с девушками? Или она думает, что под её давлением, я рано или поздно сломаюсь и влюблюсь? А объясниться я с ней не смог ведь! Чертыхнувшись, я, так и не съев ни кусочка, вышел из столовой, направляясь к лабораториям. Сделав короткий вдох, зашел в помещение, беглым взглядом оценивая обстановку. Семпай сидел за столом, то заглядывая в микроскоп, то делая пометки в блокноте. На моё появление он не отреагировал. Ассистентов не было, должно быть, ушли на обед, поэтому я осторожно приблизился к Соичи, встав рядом. — Семпай, — тихонько позвал, готовясь отскочить в случае атаки «железного кулака». Но семпай молчал, лишь побелели костяшки на сжимавшей карандаш руке. Облизнув пересохшие губы, предпринял вторую попытку. — Семпай, это не то, что Вы подумали. — Ноль эмоций. — Ну, пожалуйста, семпай, скажите хоть что-нибудь! — взмолился я, отчаянно борясь с приступом подступающей паники. Оторвавшись от разглядывания культур, он поднял на меня взгляд, зловеще сверкнув круглыми линзами очков. — Скажи мне, Моринага, — голос пронизан сталью, но в остальном никаких признаков того, что меня будут бить, — чего ты добиваешься? – Карие глаза прожигали насквозь, и я терялся как школьник, впервые вышедший к доске с недоученным стишком. — Это у тебя новый способ давления на меня? Или ты думаешь, что меня хоть как-то задевают твои отношения с женским полом? — У меня нет с ней отношений, — сухо и безжизненно. — Тем более, я бы никогда так с Вами не поступил, что бы Вы обо мне не думали. Прищурившись, семпай смотрел на меня около минуты, после чего недоверчиво хмыкнул и отвернулся к микроскопу, продолжив своё занятие. — Вы сильно злитесь? — Моринага, — прорычал мой «тиран», — я уже сказал, что меня это никоим образом не касается! — Голос стал грозным и холодным, с еле уловимыми нотками потаенной злости. – Но вот, если сейчас же не приступишь к работе, то будешь тут ночевать! — Ладони сжаты в кулаки, лицо покраснело. — Ну почему же Вы такой грубый, семпай! — Губы задрожали. — Неужели Вы ничуть не ревнуете? — Чё сказал?! — возопил Соичи, рывком вставая из-за стола. — Опять ты про эту чушь, вроде ревности? Я не ревную! Это глупо и нерационально! И вообще, - взгляд карих глаз пригвоздил меня к месту, — ревность — это полный бред! — Но… — Мне некогда ни слушать, ни думать об этом, Моринага, — он раздраженно посмотрел на меня, — у меня ещё три лекции и незаконченный эксперимент! Так что не неси чепухи и приступай к работе! — Семпай швырнул в меня журналом наблюдений и вылетел из лаборатории, оставив меня в прострации в обществе пробирок и чашек Петри.

***

Как и в прошлый раз, семпай после лекций сразу ушел домой, а я, зафиксировав результаты эксперимента, отправился в парк, чтобы отказать Минами окончательно и бесповоротно. Девушка сидела на скамейке, усиленно что-то набирая в телефоне, и, казалось, даже не заметила, что я подошел. — Минами? — тихо позвал я. Хоши вздрогнула и посмотрела на меня заплаканными глазами. Сердце ухнуло в груди, а слова отказа застряли в глотке, не желая срываться с губ — Ой, прости, — она быстро утерла слезы. — Что-то случилось? — попытался я проявить хоть каплю участия, глотая слова, которые подготовил заранее. Ещё не время. — Мори, прости меня, что так подставила тебя перед Тацуми-сан, — всхлипнула. Я покачал головой, садясь рядом. — Ты поэтому плачешь? — Нет, — Хоши затряслась, а потом прижалась ко мне, пряча голову у меня на груди. — Не только. Я… — она нервно сглотнула, — я люблю тебя, Тецухиро. Минами Хоши Я действительно не ожидала, что Тацуми-сан объявится в столовой. Да и не в щечку я хотела Моринагу поцеловать, просто он не вовремя голову повернул. Но так уж получилось, что я, сама того не ожидая, сотворила глупость и низость, подставив парня, который, в общем-то, мне очень нравится и ни в чем не виноват, кроме этого. Но что сделано — то сделано. По глазам его видела, что он не поверил моим словам, посему решила-таки подключить всё актерское мастерство и надавить на жалость. И вот я сижу в парке, усиленно выдавливая слёзы — не смешно ли? И этот щенячий, виноватый и смущённый взгляд зеленых глаз. Бедный Тецухиро, ты явно попался. Но второй этап никто не отменял, посему, уткнувшись в его грудь лицом и отчаянно всхлипывая, произношу три слова, которые ещё ни разу не говорила никому. Срываются неохотно, будто прилипая к нёбу, отчего звучат глухо и обреченно. То, что нужно. Чувствую, как напряглись мышцы подтянутого тела, краем глаза замечая, как сжались кулаки. Ой-ёй! — Минами, — голос сиплый, «пыльный», — зачем ты это говоришь? Да уж, застращал его Тацуми-сан, раз уж бедный парень боится слов любви. Ну, раз играть — то до конца. Делаю максимально грустный голос и хрипло выдавливаю: — Я понимаю, что твоё сердце уже занято, но ничего не могу поделать, — чуть дрожу, — прости, что выбрала такой дурацкий способ… Просто я… Слова застряли в горле, когда теплая широкая ладонь легла мне на щеку, мягко погладив кончиками пальцев. — Тебе лучше выкинуть это из головы, — прошептал Моринага. Взглянув в его глаза, поняла, что кроме сострадания и вины в них нет ничего. Вот же непробиваемый! Идем «ва-банк», иначе — провал. — Проводишь меня домой? — «смущенно» прячу глаза. — Конечно, уже поздно, — улыбнулся Тецухиро, поднимаясь и подавая мне руку. Робко кладу свою ладонь в его, вставая. Ведет меня из парка в направлении общежитий. Значит, я правильно разгадала его натуру — слишком мягкотелый. Всплакнуть, сделать жалостливое лицо — и он в лепешку расшибется, но «состроит» из себя джентльмена. Довольно быстро дойдя до общежития, поднялись к моей комнате, и Моринага собирался уже уходить, когда я мягко взяла его за руку. — Можешь побыть здесь, пока я не усну? Посмотрел на меня как-то затравленно - и не в первый раз же, а всё ж раздражает. — Пожалуйста, мне сейчас не очень хорошо… Пустила очередную слезу — завтра придется закапать глаза, чтоб не выглядеть как жертва бессонницы. — Х-хорошо, — помявшись у входа, Моринага зашел следом за мной. Быстро заскочив в душ, я наспех привела себя в порядок, надев одну из самых лучших ночных сорочек, и вышла к нему со скорбным видом, падая на кровать и укутываясь в одеяло. Беглый взгляд на парня показал его полную незаинтересованность моими стараниями. Мысленно чертыхнувшись, пару раз притворно всхлипнула и свернулась в комочек, вздрагивая. И тут же почувствовала теплую ладонь, поглаживающую меня по спине, и услышала тихий шепот Тецухиро: — Не стоит так убиваться из-за меня, Минами, — приятный голос парня убаюкивал, но я быстро одернула себя. Повернувшись к нему лицом, мягко поймала его руку, переплетая наши пальцы, сделав при этом умоляющий, полный боли взгляд. — Неужели, у меня совсем нет шансов? — Мори в ответ лишь поджал губы и отрицательно покачал головой. — Тогда… И я поднялась на кровати, обнимая его за шею и требовательно целуя в губы. Не знаю почему, но иначе как «штурмом» эту «крепость» мне не сломить, а значит, будем действовать по наитию. Я постаралась придать действиям побольше отчаяния, что возымело эффект, ибо если сначала Тецухиро отчаянно пытался меня остановить, то сейчас просто сидел, претерпевая отвращение, позволяя мне выплеснуть притворные для меня и искренние для него эмоции. Глупо было не воспользоваться его покорностью. Однако, едва мои пальцы залезли ему под футболку, Моринага тут же решительно отстранил меня, глядя в глаза. — Минами, стой! — теперь в голосе уже не было ни грамма мягкости – лишь разочарование и озадаченность. — Зачем ты это делаешь?! И меня прорвало. — Почему нет, Моринага?! — воскликнула я. — Почему ты не можешь посмотреть на меня не через призму своего «гейства», а именно так, как есть — как на женщину. Много проще было бы, и тебе, и твоему семпаю в том числе, будь ты «натуралом». По нему же видно невооруженным глазом, что он просто тебя использует. К чему такие отношения, если счастья в них — ни капли? Губы Тецухиро побледнели, и я даже немного пожалела о своих словах, но всего на мгновение. Слезы высохли мигом, и теперь я уже несказанно хотела услышать ответ на мучивший меня вопрос: почему он не может… — Я никогда не сумею увидеть красоту женщины «глазами мужчины», Минами, — опустив взгляд, пробормотал Моринага. — Мне могут понравиться какие-то детали её внешности, её характер, как личности, её качества, как человека, но никак не она сама. Я в том смысле… — он поднял на меня страдальческий взгляд, — прости, Минами, но я не смогу посмотреть на тебя по-другому.