Historia Cecidit/История Падших

Анна отчасти забыла, каково это — быть ангелом. Когда Война только закончилась, когда крылья только перестали трепетать от греха и крови, когда ты оказываешься в безопасности… Она взяла в руки рапиру, рассекая ею воздух. Выпад…металл звонко стукнулся о металл, и девушка легко отскочила от следующего выпада. — Ты всегда любил нападать без предупреждения, бесенок, — улыбнулась падшая, внимательно разглядывая Себастьяна. — Теряешь хватку. Он сделал следующий выпад и стал наносить ряд ударов, от которых падшая едва уклонялась. Неожиданно для нее, демон оказался за спиной и ударил силой, отчего Анна в буквальном смысле отлетела на несколько метров. — Не честно, — тихо выплюнула девушка. — Я демон, честность — незнакомое для меня понятие. — Еще ты лжешь. — Я демон… — Да-да, я поняла, — Анна улыбнулась и прошла в середину комнаты. — Спирс забрал Грелля, Гробовщик тоже неизвестно где. Сиэль пытается никого не убивать, а эта девчонка со странной душой пока что самое загадочное, что может быть. — Чем ты обеспокоена? — Себастьян положил рапиру и прошел к Анне, удобно располагаясь в мягких креслах. — Добро и Зло опять на гране войны. Если настанет Третья Война — будет Конец Света. — Ты преувеличиваешь, — Себастьян секунду подумал, покачивая головой. — Хотя нет. Людей сейчас больше, жертвы будут масштабными. — Меня это не забавляет, — Анна села напротив, внимательно глядя Себастьяну в лицо, — сейчас моих сил недостаточно. Мне нужно больше. Глаза демона на секунду сузились. — И ты предлагаешь мне поделиться с тобой силой? — Это все равно, что заключить контракт, — Анна обворожительно улыбнулась, заставляя демона отсесть подальше. — Нет, плохая мысль, — Себастьян отрицательно мотнул головой, но его пальцы продолжали выстукивать замысловатую мелодию, понятную ему одному. — У меня демоническая сила, она не синхронизируется с твоей. — Я более не ангел. — Но была, в твоей душе больше добра, а кому, как не демону, знать это? — Михаэлис очаровательно улыбнулся, поднимаясь с дивана. — Ты ведь хочешь, чтобы мальчишка сдох? Ты хочешь, милый бесенок, я читаю это в твоих глазах, — Анна говорила очень тихо, заставляя Себастьяна стоять в напряжении. — Ты хочешь отвязаться от него, но знаешь, что самое забавное? Ты защищаешь его даже без его приказов. Это стало твоим долгом, твоей миссией. Что будет, когда Граф умрет? Кем останешься ты, Себастьян Михаэлис? Демон молчал, голос падшей все еще отражался в его голове. Он знал, конечно, знал, что защищает Сиэля уже инстинктивно, но крайне неприятно, когда кто-то другой видит это. Себастьян повел плечами, смахивая с себя напряжение, и в следующую секунду вежливо улыбнулся, пообещав заварить крепкий чай. Анна осталась одна, чувствуя темную ауру демона. Его неприязнь разлилась в воздухе, может, Себастьян и сделал это случайно, но те крылышки, которые даже крыльями назвать язык не поворачивается, затрепетали. Падшая прикрыла глаза, невольно погружаясь в события давно минувших дней.

***

Было раннее утро, когда портал открылся, и ангел появился в доме. Смрад стоял жуткий, воздух словно пропитался трупным зловонием и грязной кровью вперемешку с гнилью. Анна замерла на пороге, вдыхая этот запах. Так наверняка пахли бы демоны, но здесь, на полу, лишь куча из человеческих тел. Поменьше, побольше, помладше, постарше… Все как один обезображены до неузнаваемости, но не у всех ангел почувствовал душу. — Пленки целы, — раздался голос, и из другой комнаты вышел седовласый жнец. — В той комнате живой. Его одеяния не менялись со дня их первой встречи, серебристые волосы завязаны в тугой хвост, а очки поблескивают в темноте. В руках он держал Косу Смерти, а взгляд его был всегда холоден и сосредоточен на чем-то одном. Анна не часто встречала этого жнеца, но всегда хорошо помнила каждую их встречу. В первый раз, когда она заплутала, второй раз был в библиотеке, этот жнец принял ее работу в молчании, лишь кивнув на прощание. В третий раз Левия насмешливо указала на него, заявив, что он иногда смотрит в их сторону. — Разве ангелам свойственна похоть? — с усмешкой задала вопрос Анна, косясь в сторону светловолосого жнеца и Джошуа, который неизменно следовал за ним. — Ангелам свойственно желание, моя дорогая, — Левия хищно улыбнулась. — И жнецам тоже. — Союз ангела и жнеца противозаконен. — Был, а с окончанием Первой Войны царит равноправие. Я ведь не говорю о любви, дорогая, всего-то плотские утехи. Люди регулярно этим занимаются… Когда ангел прошел в комнату, ее посетило странное чувство. Оно кольнуло в области груди и камнем ухнуло вниз живота, на глазах словно появилась пленка, а нос начало нещадно щипать. На полу лежала маленькая девочка лет семи от роду. Ее живот был распорот, а ноги сломаны в нескольких местах, но девочка слишком активно цеплялась за жизнь, ее серые глаза упорно не хотели закрываться, и она только плакала и звала свою мать. — Надо помочь ей, — тихо проговорил ангел, присаживаясь рядом с девочкой. — Она вскоре покинет этот мир, — жнец стоял в проходе, наблюдая, как ангельская рука касается маленькой головки. Девочка всхлипнула и ее взгляд сфокусировался на лице неизвестной. Она потянулась к ней, хватаясь за белоснежные одеяния, пачкая их своей кровью. — Помогите, — выкашляла девочка, и слезы вновь хлынули потоком. — Не волнуйся, — голос Анны был тих и нежен, она гладила девочку по голове и та, на свое удивление, перестала испытывать боль. Малышка улыбнулась, задавая самый простой вопрос: кто они такие. Анна беспомощно глянула на жнеца, который медленно приблизился к ним, присаживаясь на одно колено. — Мы твои друзья, нас не стоит бояться, — в его тоне слышалась теплота и нежность, мужчина слабо улыбнулся, отчего девочка улыбнулась в ответ. — Я вас не боюсь, я просто хочу к маме. Ее большие серые глаза закрылись, и маленькие прозрачные слезинки упали на пол. Анна уложила девочку на пол, внимательно наблюдая за тем, как Коса Смерти пронзает грудь малышки, и пленка непокорными волнами взлетает и устремляется в Косу. Жнец быстро просматривал ленту, чувствуя на себе взгляд ангела. Ее сожаление повлияло на жнеца очень странно, он будто сам начал жалеть маленькую девочку. Но сколько раз уже он забирал души детей? Не сосчитать. — Твоя очередь, ангел, — жнец обошел девчонку, статуей застывшей у низеньких окон землянки. — Этого не могли сотворить люди, — седовласый мужчина замер, продолжая спиной стоять к ангелу. — А дух нечисти здесь не присутствует. — Намекаешь на демонов? — Нет, — Анна тряхнула головой, ее взгляд сам сфокусировался на мертвом ребенке. — Но кто, кроме них? — Ответ тебя не устроит, — тихо проговорил мужчина и вышел, оставляя ангела одного. Сборка душ не входила в обязанности Анны, но она согласилась сегодня поработать, чтобы только выбраться из душного Департамента Смерти. Но теперь она немного сожалела, ведь душа девочки была чистой и невинной, как и у остальных ее братьев. Души родителей были украдены, и Анна надолго задумалась, зачем демонам оставлять непорочные души. Все это было слишком странно, и ангел почему-то чувствовал себя крайне плохо, даже на свежем воздухе. — Война ведь не окончена? — Анна видела спину жнеца, что ждал ее на заднем участке дома. Ей было любопытно, почему он не ушел, а остался наблюдать за полыхающим красным рассветом. Может, жнецы были не столь бесчувственны, как принято считать у ангелов. Возможно, они тоже испытывают пресловутые чувства, ведь раньше жнецы были людьми, слабыми и хрупкими. — Для этого мира окончена, — ответил спустя пару минут жнец, поворачиваясь к ангелу лицом. — Но в нашем мире она все еще идет. — Вторая Война длится уже так долго. — Дольше, чем ты можешь представить себе, — кивнул бог смерти, и вдруг резко обернулся куда-то в сторону солнца, всматриваясь в оранжевый диск, наполовину вышедший из-за горизонта. — Иди в дом. Анна увидела, как Коса Смерти снова мерцает в руке шинигами, а взгляд его снова приобретает стальную решимость. — Это приказ, — голос жнеца был чуть громче обычного, он будто торопил ее, и Анна послушалась, скрываясь в доме. Она замерла у двери, прислушиваясь к окружающим ее звукам. Тишина заполнила собой все вокруг, даже ветер перестал покачивать ветви деревьев. Ангел почувствовал лишь слабый всплеск прежде, чем понять, что через ее портал кто-то прошел, кто-то, кто обладал исключительно темной силой. Демон стоял напротив жнеца, и Анна слышала, как шинигами переступает с ноги на ногу, перехватывая свою огромную серебряную Косу с человеческим черепом удобнее. — Ты ни капли не изменился, А, — раздался женский голос, и радостное хлопанье в ладоши смешалось с дивным женским смехом. — Приму за комплимент, Лилит. Какими судьбами высший демон в этих краях? — Теми же, что и первый жнец нового поколения, дорогуша, — женщина зашагала в сторону дома, и Анна услышала, как мужчина преградил ей дорогу своей Косой. — Там пусто, — ровным голосом выдал шинигами, и Лилит снова зааплодировала ему. — По-твоему, я не чувствую благодать? — По-моему, ты должна гнить в Аду, демон, — жнец напал первым, и женщина ловко увернулась от его ударов, что градом посыпались со всех сторон. Надо отдать ему должное: он задевал демоницу несколько раз, но стоило ей вытащить клинки и показать свою ауру, атаки сменились на блокировки чужих ударов. — Теперь ты не так смел, жнец? — рычала Лилит, и острые клинки отскакивали от металла Косы. Мужчина уворачивался крайне умело, но пару ударов все же пропустил и теперь кровь, пахнущая специфично даже для жнецов, сочилась из глубокой царапины на лице. — Малыш А, ты готов к смерти? — Лилит втянула носом воздух, слизывая капельки крови жнеца с острия своего клинка. — Не в этот раз, демон. Он напал первым, чего женщина никак не ожидала, но эта тактика сработала, и вскоре жнец нанес свой удар, отрубая кисть жертве. — Сказал же, — самодовольно улыбнулся он, — сегодня никаких смертей. Демоница взбесилась еще больше, ее темные силы быстро заволокли пространство между ней и жнецом, а в следующую секунду жнец отбил ее атаку так легко, словно она ничего не стоила. Лилит напала снова, уже самостоятельно, нанеся несколько сильных ударов, которые успешно блокировали. Демоница так быстро начала двигаться и бить, что жнец, полностью погруженный в пляску смерти, не сразу заметил кинжалы из темной силы, что неслись прямо на него. Лилит рассмеялась лишь тогда, когда кинжалы достигли своей цели и бог смерти упал на одно колено, задыхаясь от боли. — И все же, малыш, ты умрешь, — звонко пропела Лилит и замахнулась кинжалом, предчувствуя вкус смерти на своих губах. Но что-то яркое, мягкое и обволакивающее на секунду сначала ослепило демона, а потом Лилит почувствовала святое пламя на своих волосах. Она вскрикнула, пытаясь отогнать свет, но он поглощал ее, питался ее болью и рос, словно паразит. Жнец встал, опираясь на свою Косу, его взгляд нарвался на ангела, что управляла огнем. Она делала это с каким-то особым удовольствием, хотя многим ангелам запрещен этот метод, уж слишком он был стар и затрачивал много сил. — Идем, — раздался приказ от шинигами, и Анна впервые подняла на него взгляд. Он как раз открывал у себя под ногами портал. Вспыхнув, портал закашлял сиреневым блеском, и мужчина сделал движение, приглашая девушку пройти вперед. — Если я отпущу, огонь потухнет, — слабо возразила Анна, но жнец тут же схватил ее за плечи и впихнул в проход, устремляясь следом. Вспышка света сначала ослепила ангела, заставляя беспомощно лежать на земле и не двигаться. Ей все еще казалось, что свет бьет в глаза, хотя на самом деле все уже закончилось. Анна почувствовала под своими руками теплую землю, покрытую густой травой, и открыла глаза, вглядываясь в бесконечное синее небо. — Так и будешь лежать? Его голос заставил Анну перекатиться на один бок и подняться. Жнец направлялся к краю поляны, где стоял небольшой домик, и ангел последовал за ним, попутно разглядывая местность. Анна не предполагала, где находится, но природа ее изумляла. Нетронутая людьми, тихая и дикая одновременно, здесь будто сохранился кусочек Рая, того самого, что представляли себе люди. Анна замерла, вглядываясь вдаль, но чувствовала только усталость, никаких демонов и их скверны. В деревянном домике жнеца было удивительно тепло и чисто, будто он тут только убрался. Сам хозяин оперся ладонями о край столешницы, волосы его давно выбились из хвоста и теперь окутывали его, скрывая лицо. Анна вспомнила, что клинки все же достигли своей цели и жнец, наверняка, ужасно страдает. — Я могу посмотреть. Мужчина повернул голову в ее сторону, вопросительно глядя на гостью, но потом слабо кивнул, пытаясь добраться до лавочки, стоящей в углу. Когда он все же рухнул на нее, ангел уже сидел позади, помогая расстегивать камзол и снимать черную рубашку, пропитавшуюся кровью. — Другой запах, — неожиданно для себя проговорила Анна, но тут же умолкла. Перед ее взором предстала обнаженная спина с двумя огромными ранами по бокам. На секунду ей показалось, будто ангелу отрезали крылья, но она тут же прогнала это видение. Нет ничего хуже, чем жить без крыльев, такой позор мало кто может пережить, ведь ангел без благодати становится демоном, предавшим свой род. — Раны глубокие, — быстро начала говорить девушка, отрывая от черной рубашки жнеца приличный кусок. — Осколки клинков застряли внутри, и восстановления не будет, если я их не вытащу. — Тогда вытаскивай, — голос мужчины был жутко уставший, он оперся локтями о свои колени и ждал положенной порции боли. — Почему не обратиться в лазарет? — Для ангела ты любопытна, я говорил? — Да, — кивнула Анна, вытаскивая свои клинки. Она молчала, лишь глядя на бледную кожу, которая начала приобретать синеватый отлив. Ей казалось слишком странно то, как спокойно и неподвижно сидел жнец, как покорно ждал, когда другой клинок снова пронзит плоть, даже чтобы вытащить скверну. — Откуда появляются жнецы? — все же решила задать вопрос Анна, дожидаясь, пока шинигами медленно вдохнет и выдохнет, собираясь ответить. — Самоубийство. Это способ стать богом смерти. Жнец почувствовал острие, клинок вошел на добрый сантиметр, и мужчина поежился, чувствуя, как зашевелился осколок клинка Лилит. — Но ведь не все становятся жнецами этим способом? — Все. — Тогда почему в тебе другой запах? Жнец замер, резко почувствовав, как из него вырывают кусок плоти с осколками. Он дернулся, выдохнув сквозь плотно сжатые зубы, и постарался сосредоточиться на вопросе. Он понимал, к чему ангел ведет, кроме любопытства девчонка пыталась его отвлечь. Это было забавным, но шинигами ей был благодарен. — Я был добровольцем. — Как это понимать? — Я стал первым из людей, за кем пришла Смерть, — жнец почувствовал, как второй осколок также вырывают, принося сначала немыслимую боль, а затем облегчение. — И ты согласился стать ее слугой? — Анна постаралась как можно скорее перевязать раны, ведь выглядели они действительно жутко. — Я согласился помогать ей в обмен на жизнь. Я был из второго поколения и первородным не считаюсь, а потом пошли другие, и жить стало проще, — жнец попытался встать, но тут же бросил эту идею, почувствовав на своих плечах чужие руки. Ему до странности было тепло, так, словно молодое солнце только касается его. Он старался лишний раз не двигаться, чтобы не спугнуть пальцы со своей кожи. Но ангел не спешил убирать руки. — Как твое имя? — шепотом спросила Анна, боясь не услышать ответа. Но жнец только улыбнулся. — Я родился без имени, так что, выбирай, — с усмешкой отозвался мужчина, чувствуя, что его словно что-то окутывает. — «А»? — ангел засмеялся очень тихо. Огромные крылья замерли в воздухе, медленно заслоняя сначала хозяйку, затем жнеца. Мужчина удивленно оглянулся, но свет вдруг начал едва заметно обволакивать его, и в следующую секунду ему нестерпимо захотелось спать. — Подойдет, Анна, — последнее, что сказал шинигами прежде, чем провалиться в глубокий сон.

***

Стук в дверь разрушил тишину комнаты, в которой сейчас пребывал граф Фантомхайв. Юноша недовольно оторвался от экрана ноутбука, сверля дверь тяжелым взглядом. — Войди, Барбара. Он чувствовал человека за порогом, чувствовал, как душа девушки потихоньку восстанавливается и почему-то тревога окутывает ее фигурку. — Зачем пришла? — без особых церемоний начал Сиэль, но вдруг умолк, глядя в глаза девушки. — Мне страшно, — тихо проговорила она, и демон готов был закатить глаза, но передумал. — И чего же ты боишься, а, юная Вест? Как полагается джентльмену, он поднялся со своего места и прошел ближе к застывшей на пороге Барбары. Но девушка лишь сильнее вжалась в стену, закрывая глаза. — В чем дело? — уже с нажимом спросил Фантомхайв, как вдруг неожиданно для него девушка просто взяла и обняла его. Это было самое нежное и крепкое объятие в его жизни. Он помнил, как Лиззи душила его в своих объятиях, больше похожих на тиски, как кружила по залу, словно он плюшевая игрушка, но эти объятия дарили ему спокойствие и надежность. Руки Барбары, обвившие его шею, приносили какое-то странное чувство, которое демон никогда не испытывал. Ему хотелось обнять девушку в ответ, зарыться носом в ее волосы, проверить, правда ли они пахнут солнцем. Он чувствовал ее пальцы на своей шее, а потом руки спустились ему на грудь и Сиэль нахмурился, встречаясь с взглядом, полным отчаянья. — Прости меня, ладно? — зеленые глаза смотрели на него с мольбой, и Фантомхайв не понимал, за что у него просят прощение. Но потом вспышка света озарила комнату, и демон почувствовал горький аромат полыни.