Немезикс

Прогремел выстрел. Острая боль пронзила спину Ари. Реальность будто сжалась в одну точку, а потом развернулась вновь. Ари по инерции шагнула вперёд. Ещё шаг. Она не должна останавливаться. Она не может проиграть сейчас, когда серая ограда ЦИСОДО осталась далеко позади. По спине ручьём потекла кровь, обжигая кожу. «Бьорн!» Услышав крик, тот остановился и развернулся. На его лице было написано холодное равнодушие. — Извини, Ари. Теперь каждый сам за себя. Её кидало то в жар, то в холод. «За что?..» — шепнула она, пошатываясь. Силы с каждой секундой покидали её. — Ты выполнила своё предназначение и больше мне не нужна, — ответил Бьорн, будто прочитав её мысли. Ари уже не различала его лица. Она потеряла равновесие и упала на колени. «Пожалуйста, не бросай меня!» — крикнула она в отчаянии. Всё её тело сводило судорогами. Бьорн удалялся прочь, больше не оборачиваясь.

***

Ари вскочила с кровати, ловя ртом воздух и вцепившись пальцами в одеяло. — Значит, Бьорн уже успел вскружить тебе голову, — подытожило возникшее перед ней молодое мужское лицо. Она закричала, отпрянула от него и больно стукнулась головой о спинку кровати. Всё вокруг потемнело. — Нечего меня так пугаться. В ЦИСОДО есть миллион вещей пострашнее. — Как вы узнали? — спросила Ари дрожащим голосом, молясь, чтобы мерзкий шум в голове и пелена перед глазами наконец отступили. — Ну, я тоже заключённый. Всякое повидал и о многом наслышан. — Нет, как вы узнали про Бьорна? Незнакомец самодовольно улыбнулся, взъерошив рукой короткие чёрные волосы у себя на макушке. — Ну, во-первых, мы с ним коллеги и я знаю его уже сто лет, мне достаточно взгляда, чтобы понять, что он замышляет. А во-вторых, ты бормочешь во сне. Стало невыносимо смотреть ему в глаза. Щёки зажглись огнём. — И много я набормотала? — Ну, как минимум, из этого выйдет неплохой сюжет фильма для взрослых. Если ты понимаешь, о чём я. — Нет, — Ари напряжённо сдвинула брови. — Ай, не важно, — отмахнулся он. — Кто вы? — Грег. — Грег… — протяжно повторила Ари, будто пробуя это имя на вкус. Оно звучало знакомо. Парень вальяжно уселся на койку напротив, широко расставив ноги. Он был одет в форму медработника ЦИСОДО, плечист и гладко выбрит. Тонкими чертами лица и молочно-бледной кожей Грег напоминал античную скульптуру. — Бьорн, конечно, славный, но не понимает, во что лезет, — продолжил он, изучая Ариадну зелёными, как два пренита, глазами. — И самоуверенный, как Нарцисс. Лучше будь с ним поаккуратнее. Теперь Ари вспомнила, кто он такой. Тот самый тип, который, по словам Бьорна, вставляет ему палки в колеса. Он тоже присматривает за больными, но только в первую смену. — В каком смысле «поаккуратнее»? — уточнила она недоверчиво. — Он может предложить тебе нечто заманчивое, но по сути это западня, которая убьёт вас обоих. Или говорить всякую чушь про ЦИСОДО. Вернее… — Грег прошептал чуть слышно: — Это не совсем чушь, но так или иначе нельзя произносить её вслух здесь. — Я всё ещё не понимаю, что вы имеете в виду, — соврала Ари. — Я имею в виду, — ответил он ещё тише, с едва уловимой угрозой в голосе, — что при попытке побега будут стрелять на поражение. Всё внутри сжалось в комок. — Не хочу врать, что Бьорн тебя использует или пытается подставить. Он искренне верит в то, что делает. Но от этого только хуже. — Грег говорил очень быстро, с нескрываемым волнением, было видно, что он в самом деле беспокоится за друга. — Если бы ты знала, сколько раз я спасал его задницу — один чёрт, он всё равно продолжает искать приключения. Боюсь, очень скоро наступит момент, когда я не смогу его выручить. Из коридора донёсся сигнал. — Ну всё, бывай, моя смена окончена, — пояснил Грег уже в полный голос, вставая с койки. — Подожди! — крикнула Ари. Он вопросительно посмотрел на неё. — Скажи… Это правда, что все из сектора А рано или поздно сходят с ума? Грег медлил с ответом, переводя взгляд то на Ариадну, то в сторону. — Я не знаю, — наконец сознался он, приблизившись к двери и повернув ручку по часовой стрелке. — Ещё секунду! — попросила Ари. Грег развернулся, приподняв одну бровь. — Нарцисс не был самоуверенным. Он был влюблен в собственное отражение. Это разные вещи, — зачем-то поправила его она. Парень злобно усмехнулся: — Тем, кто стирает память заключенным ЦИСОДО, следовало бы работать усерднее. — Что ты имеешь в виду? — опешила Ари. Он пожал плечами и покинул палату. Дверной замок щёлкнул. Даже сквозь стену слышался стук его шагов. Вдруг он оборвался, затем шаги резко ускорились: Грег перешёл на бег. Раздались новый стук подошв по напольной плитке, но гораздо тише, и задорное насвистывание какой-то песни. Дверь вновь открылась, и перед Ари предстал Бьорн. — О, ты уже не спишь, — воодушевлённо отметил он, но, внимательнее оглядев Ари, с беспокойным видом приблизился к ней. — Ты чего такая злая? — Я говорила с Грегом. — Ари посмотрела на Бьорна исподлобья. — О боже. — Он присел рядом. — Что он тебе наплёл? — Достаточно, чтобы презирать вас обоих. Бьорн сердито вздохнул: — Лучше не верь ему. Он всего лишь шестёрка ЦИСОДО. Таких здесь очень много. — Нет, выслушай меня. У меня нет никаких причин доверять ни тебе, ни ему. Просто… Мне нужно ещё немного времени, чтобы обдумать твоё предложение. — Ари, у нас нет этого времени… — Тогда мне нужно больше информации. Я практически ничего не знаю о Центре. Или знаю только с твоих слов. Я должна убедиться, что игра стоит свеч. — Хорошо. Скоро ты сама всё увидишь. — Из коридора донёсся чей-то требовательный крик, и Бьорн поспешил покинуть палату: — Прости, мне пора бежать к другим больным, — но у двери он вдруг остановился и обернулся: — Ари… — Да? — Ты прелесть, — он обворожительно улыбнулся и ушёл. Ари смутилась и забралась с головой под одеяло.

***

Когда Габриэлла открыла глаза, за окном было уже совсем светло. «Полдень», — определила она по электронным часам, которые с завидным упорством продолжали отсчитывать время, даже когда дом оказался пустым и заброшенным, и спустилась по лестнице. В столовой всё со вчерашнего дня осталось нетронутым, кроме обеденного стола, за которым новые компаньонки Габриэллы сортировали и пересчитывали все пожитки. Девушки сидели в полном безмолвии, их лица выглядели напряжёнными и сосредоточенными. — Глядите, кто проснулся! — отметила Хэйт с нескрываемым раздражением, даже не посмотрев в сторону Габри. — Проспала бы ещё чуть дольше — ушли бы без тебя, и выживай как хочешь. — Отстань от неё, — заступилась Никта. — У неё вчера был тяжелый день. — А у нас — нет? Позволь тебе напомнить, дражайшая, что в Магиксе не бывает лёгких дней. — А тебе что, есть, с чем сравнивать? — Никта перестала раскладывать жестяные банки, сжав кулаки. — У тебя все дни одинаково дерьмовые. — Ух ты, наша леди выучила новое слово! Граблиэлла, или как тебя там, поищи в доме бухло, это надо отметить. — Это видела? — Габриэлла показала средний палец, меряя Хэйт испепеляющим взглядом. Внутри всё кипело. Хэйт насмешливо улыбнулась и встала из-за стола, делаясь в два раза выше Габри. — Не дерзи мне. Не то останешься без еды. — А может, это тебя надо оставить без завтрака? — Габри выпрямилась и высоко задрала подбородок, тщетно пытаясь выглядеть внушительнее со своим гномьим ростом и худощавой фигурой. — За то, что ведёшь себя с друзьями как полная сука? — Девочки… — Никта нервно металась взглядом от одной к другой, без тени былого гнева. В её голосе звучал страх. — Может, не стоит… — Стоит, Никта, стоит, — Хэйт скептически сложила руки на груди, продолжив вызывающе улыбаться, но в её глазах сверкали молнии. — Мне интересно, что ещё забавного она скажет. — Не надо меня недооценивать, — пригрозила фея. — Достаточно мне щёлкнуть пальцами — и твоя голова растворится. И пусть на меня слетятся тысячи роботов, но шансов выжить у меня будет куда больше, чем у тебя. Хэйт искренне расхохоталась. — А она начинает мне нравиться, — бросила она Обри, который всё это время сидел в углу, тише воды и ниже травы — Габри даже не заметила его сперва — и возился с какими-то железками. — Да? Ну... Какая разница. — Нахмурив брови, он разглядывал металлический обломок. — Что ты делаешь? — спросила Габри, моментально забыв про ссору. Он не ответил. Кусок металла в его ладони зловеще поблёскивал, отражая льющийся из разбитого окна свет. По коже Габри пробежал лёгкий морозец. Обломок принадлежал одной из летающих штуковин, которые отбирают магию. Спустя минуту парень, не выдержав её присутствия, оторвался от работы и посмотрел на Габриэллу, вложив во взгляд как можно больше презрения. Вдруг на его лице прочитались удивление и интерес. — Почему «конфискатор» не реагирует на твои волосы? Ты же их с помощью магии перекрасила или вроде того? — Ну… да… — пробурчала Габри озадаченно. — Просто однажды магия вышла из-под контроля, и… — Очень любопытно. — Обри задумчиво дотронулся подбородка. — Либо твои волосы полностью изменили молекулярную структуру, либо… Либо «конфискаторы» срабатывают только на определённые виды магии. Ты не возражаешь, если я проведу над тобой парочку экспериментов, когда мы покинем город? — Чего? В смысле? — воскликнула Габриэлла негодующе. — Мне ещё рано на тот свет! Обри и Хэйт прыснули со смеху. — «Конфискаторы» не убивают, — наконец пояснил парень, когда закончил хохотать. — Они лишь долбят током и нейтрализуют магию на какое-то время. Хотя, если сердце слабое, то можно и коньки отбросить… В теории. — Тогда зачем было кричать «берегись, убьёт»?! — Да демон тебя знает. Явилась из какой-то дыры в воздухе, — ответила Хэйт и вновь разразилась хохотом. С волос Габри слетел сноп искр, но на этот раз ей удалось совладать с собой:  — Ладно… Если это не смертельно и поможет общему делу, я «за». — Чудесно. Теперь она гарантированно будет везде таскаться за нами. Спасибо, Обри, — отчитала его Хэйт, снова став серьёзной. — Ты придумаешь для неё новый повод для шантажа, — тихо проворчал он. — Ты же ещё веришь в судьбу? Что, если появление этой девчонки было заранее предначертано? — В его голосе звучал неприкрытый сарказм. — Что, конечно, противоречит логике и здравому смыслу, но… — Ладно, заткнись, — одёрнула его Хэйт, закатывая глаза. — Неси любую хреноту, как ты это любишь, но не трогай мою веру. Если это существо — наша «судьба» — демон с ней, пусть идёт с нами. — Куда? — судьбоносное существо было слишком заинтриговано, чтобы злиться. Хэйт задумалась: — На самом деле это немного самоубийственно. Но мы… Ах, демон, — отмахнулась она. — Я не могу говорить об этом. Вряд ли нас будет кто-то подслушивать здесь, но у меня нехорошее чувство. Короче, пока что надо просто собирать всё, что может пригодиться. — Если кратко, то нам нужно оружие. Много-много оружия, — пояснила Никта. — И мы идём туда, где ещё никто из нас не был, но мы предполагаем, что можем там найти что-нибудь полезное. — В Красный Фонтан? — удивлённо выпалила Габри и тут же смутилась. Не умеет она держать язык за зубами. Все, кто присутствовал, замерли в замешательстве. — Ты случайно не провидица? — спросила Хэйт, будто смотря в самую сущность Габриэллы, туда, где клубилась тёмная энергия пустоты. — Нет. — Габри отвернулась, не выдержав этого взгляда. — Но… Я много о нём наслышана. Это школа, в которой обучались лучшие рыцари со всего Магического измерения, «специалисты». Им нет равных по части знания техники, и они потрясающие бойцы… — Нам это неинтересно, — перебила её Хэйт. — Главное, что там может быть что-то, что нужно нам. Но сначала надо точно выяснить, как туда добраться. — Вы уверены, что его не разрушили? — Мы ни в чем не уверены, — хмыкнул Обри. — Что ты о нём знаешь? — Хэйт напряглась. — Ничего. Но я знаю, что от Алфеи камня на камне не осталось. Скорее всего, от КФ тоже. Все трое опустили головы. — Вот дерьмо! — Хэйт пнула ногой стол, и консервные банки, тщательно уложенные Никтой в одну большую пирамиду, затряслись, угрожая обрушиться. — Но это только моё предположение. — Габриэлла постаралась звучать обнадеживающе. Не вышло. — Но оно довольно логичное, — покачал головой Обри. — Если одна из школ уничтожена Центром, каков шанс, что вторая уцелела? — С чего ты взял, что она уничтожена Центром? — почему-то разозлилась Габриэлла. — А кому ещё это было нужно? — Память вам тоже Центр стёр? Наступила напряжённая тишина. — О боже, она права, — пробормотала Никта. Габри подошла к разбитому окну и выглянула наружу. Картины прошлого одна за другой вспыхивали перед ней и тут же исчезали, будто призраки. Толпы людей сновали из стороны в сторону; по воздуху вдоль дороги, плавно покачиваясь, неторопливо плыли автомобили, к горизонту тянулся стройный ряд чистых, ярко выкрашенных домов. Здесь было так красиво… Теперь все краски облупились и потускнели, улица опустела и была изрешечена пулями и воронками от снарядов. Габри вернулась к обеденному столу и ударила по нему кулаком. — Я готова поклясться, что ещё год назад это место не было… таким. Не знаю, что такое Центр и кто им управляет, но я не верю, что они смогли бы уничтожить Магикс. Его защищала самая сильная армия волшебных существ во всей Вселенной! — Ты уже была здесь? — скептически приподнял бровь Обри. — Я… — важно начала Габри и тут же осеклась. Действительно, откуда ей знать? Может, таким Магикс представал в её грёзах. Или в рекламных брошюрах. Но почему всё выглядело настолько знакомо? — Чёрт возьми, может, я и правда провидица! Фея я или нет? Обри лишь хмыкнул в ответ. В тысячный раз. — А ты полезнее, чем я ожидала, — внезапно похвалила её Хэйт. — Мы до последнего считали Красный Фонтан городской байкой, но ты развеяла наши подозрения. Ты знаешь, как он выглядит? — Да. — Прекрасно. Будешь вести нас. — Но почему именно туда? — Потому что… — Хэйт вздохнула. — Похоже, это всё, что нам осталось. Нас слишком мало, чтобы представлять хоть какую-нибудь угрозу для Центра, и мы слишком уязвимы, чтобы защитить себя от даже небольшого вооружённого отряда. Но если у нас будет современное оружие, то может быть… Может быть, мы хотя бы сможем скрыться в лесу и обеспечить себе надёжную защиту. — Ну и настрой у вас, — вскипела Габри. — Звучит так, будто вы уже проиграли. — Потому что это и правда так, — Обри пожал плечами. — Мы проиграли. Все, кем мы дорожили, исчезли. Или мертвы. Ты правда думаешь, что мы можем противостоять ЦИСОДО в таком количестве? — Не знаю… Не знаю! — крикнула Габриэлла. — Но даже если бы я осталась одна, я бы не сдалась без боя! А вы не одни. Вы есть друг у друга. И вы всё ещё живы. А значит, не проиграли. — Говоришь ты красиво, — подметила Хэйт, оценивающе оглядывая её с головы до пят. — Главное, чтобы ты и на деле была такой же, как описываешь. Хвалиться мы все умеем. — Можешь быть уверена. Буду. — Габри гордо выпрямилась. — Не унывайте, мы им ещё покажем! — Она подняла кулак в воздух. Лицо Хэйт казалось застывшим, как камень, но уголки её губ чуть заметно дрогнули. Обри продолжал скучающе глядеть на Габри, не веря ни единому слову. Никта… Её щёки блестели от слёз. — Что случилось? — спросила Габриэлла. — Ты звучишь в точности как он, — ответила та убитым голосом. — Кто «он»? Никта зажала рот ладонью и отвернулась, Обри нервно закашлялся. И лишь Хэйт ответила: — Ты звучишь как Эйд. Он тоже пытался вдохновлять нас на великие подвиги. — И что с ним стало? Хэйт медлила с ответом. — Нам пришлось сдать его Центру. Это был единственный для него способ выжить. Для него и для многих других. — Оу… — Габриэлла задумчиво дотронулась щеки ладонью. — Иногда приходится быть трусливыми подлецами, чтобы сохранить кому-то жизнь. Не всем суждено быть героями. Не все хотят быть героями. Между ними надолго повисло гробовое молчание. — В любом случае… Добро пожаловать в ряды «Карателей», — Хэйт протянула руку Габриэлле, и та удивлённо пожала её в ответ. — Ну ладно, пора возвращаться к работе, — обратилась она к остальным и села за стол, над которым всё ещё высилась аккуратная пирамидка из жестяных банок. Обри вновь принялся копаться в запчастях дрона, упорно делая вид, что всё остальное для него не существует. Никта тоже занялась сортировкой вещей, но все её движения казались механическими, а мысли явно витали где-то далеко. — Ты нам поможешь? — спросила Хэйт привычным, не терпящим возражений тоном. — Да, конечно, — ответила Габри, зачем-то переводя взгляд на улицу. Из окна дома напротив на неё смотрело человеческое лицо. Габриэлла моргнула. Лицо исчезло. «Я точно схожу с ума», — прошептала она, медленно пятясь.