Немезикс

Грид ликовала: аккумуляторы в протезах зарядились настолько, что хватило бы ещё на пару лет, и теперь она сжимала и разжимала руки, не переставая ими любоваться, задорные искры в её глазах горели ярче всяких ламп. Никта не менее счастливо расчёсывала волосы после душа — такой роскоши в её жизни не было уже как минимум год! У Красного Фонтана была своя замкнутая система водоснабжения и питания энергией, дарами которой щедро делились даже с пленниками. Впрочем, вряд ли это было по доброте душевной: и Буревестник, и Адалэйн понимали, что «Карателям» нужно как следует отдохнуть и набраться сил перед опасной миссией. Габри неверяще осмотрела своё свежевыстиранное одеяние — видеть его чистым было настолько непривычно, что она его еле узнала, — затем зарылась в него носом, смакуя запах порошка. Он напомнил о доме, о морозном воздухе Харона… И о том, что Обри всё ещё был в заснеженном лесу. Всё это так нечестно, так неправильно! Они здесь наслаждаются комфортом, а он там, возможно, испускает последний вздох. И никто не может ему помочь. В Красном Фонтане нашлись и запчасти, за которыми охотилась Грид, и так нужные им лекарства, и оружие, но никаких магических артефактов. И специалистов по изгнанию духов здесь не было. Поначалу Габриэлле казалось, что Обри невыносимый сноб и эгоист, что он сразу за что-то невзлюбил её и это вряд ли когда-нибудь изменится. Но теперь… В голову прокралась мысль, что на самом деле из всех «Карателей» он был для неё самым близким человеком. Не такой эмоциональный, как Никта или Хэйт, не темнит, как Грид. Он любил язвить и всем видом показывать, насколько все вокруг тупые, насколько он возвышается над ними, но также был осторожен и внешне спокоен. И умел чувствовать, хоть и пытался это скрыть иногда. А ещё это он вытащил её из воды. Охранял её сон, пока она приходила в себя… Это он нашёл её, умирающую от холода, в лесу во время метели… — Габри? Ты в порядке? — Никта приблизилась и участливо коснулась её руки. Габриэлла шмыгнула носом и отчаянно закивала. — Ты… тоже думаешь о нём, д-да? Она отвернулась и зажмурилась, не в силах смотреть в эти полные боли мятно-зелëные глаза. Никта крепко обняла её. Если Габри так к нему привязалась, то каково было ей? Они знали друг друга со дня основания «Карателей»! Что на самом деле происходило между ним и Никтой? Он явно её любил. А она и не осознавала?.. Нет, Никта слишком чуткий человек, чтобы такого не замечать. Или притворялась, или он не принимал её отказ. К сожалению, не всё в жизни бывает взаимно. — И долго вы так будете сидеть? Я начинаю ревновать, — проворчала Грид. Она ответила хищной улыбкой и подëргиванием бровей, когда Никта удивлённо обернулась, выпустив Габриэллу из объятий. Хэйт тихо застонала во сне. До поздней ночи прообсуждав с лидерами «фонтановцев» план угона грузовика, она вернулась в полном изнеможении: шатаясь, неуклюже упала на матрас и до сих пор не просыпалась, хотя прошло четырнадцать часов. Иногда она разговаривала с кем-то и ругалась, но ничего нельзя было разобрать. Никта, Грид и Габри, впрочем, тоже времени зря не теряли: Ребекка и её два товарища устроили им маленькую экскурсию по Красному Фонтану. Габриэлла когда-то видела его на открытках: это был гигантский парящий в воздухе факел, в рукоятке которого находились комнаты студентов, а пламенем служил верхний ярус, где располагалась плоская крепость с огненно-красной крышей. От неё в стороны отходили четыре «луча» — на север, запад, юг и восток, и из каждого из них низвергались водопады. Одна только фотография этого сооружения захватывала дух: оно было слишком величественным, слишком невероятным для этого мира. Изнутри он, к сожалению, не настолько впечатлял: повсюду их встречали не обременённые украшениями металлические панели и оливковые стены, которые ещё хранили в себе следы выстрелов и зарубки от световых мечей. — Вот здесь, — Ребекка приложила магнитный ключ к считывателю у двери, и громадные створки перед ней разъехались, — проходили показательные выступления. Ю-ху! — крикнула она, и ей вторило чудовищное эхо. Они находились в каком-то огромном и пустом помещении. Фабиан пошарил по соседней стене и нажал на выключатель. Зажглись лампы под зрительскими сидениями в амфитеатре, и их тусклый свет выхватил из темноты кусочек громадной арены, размерам которой могла бы позавидовать одна из площадей Шнехты. — Здесь проходили все состязания и обучение езде на драконах, — пояснил Винсент. Наверное, и я когда-то выступал. — Надеюсь, что не клоуном, — хмыкнул Фабиан. — Если да, то явно дуэтом с тобой, — улыбнулся Винсент без тени обиды. — Ладно, сейчас тут нечего смотреть, пошли дальше, — отмахнулась Ребекка и исчезла за дверью, но Габри не спешила идти следом. Она с грохочущим в груди сердцем шагнула вперёд, разглядывая тонущую во мраке пустую арену. — Ты тоже это чувствуешь, да? — спросила Грид, следуя за ней. Её голос заметно сел. — О чём ты? — Не знаю… Я училась здесь. — Ты помнишь это место? — К ним приблизилась Никта. Грид задумалась. — Нет… Скорее нет. Но у меня стойкое ощущение дежавю. Ах! — Она коснулась виска. — Как будто какое-то воспоминание пытается пробиться, но его что-то блокирует. — Вам долго ещё? — обернулся недовольный Фабиан. — Идём, — кивнула Грид. — Мне здесь очень не по себе. — Не могу тебя за это судить, — буркнула Габри, памятуя об умытых лунным светом руинах Алфеи. Они вернулись в коридор. — Из соображений безопасности я не могу показать вам оранжерею, склад оружия и командный пункт, — сообщила Ребекка, бурно жестикулируя, — поэтому следующая наша остановка — столовая. — Вот это по-нашему. — Габри радостно хлопнула в ладоши. — Ты сказала «оранжерею»? — встрепенулась Грид. — У меня не было данных, что в Красном Фонтане она есть. — Она появилась, — ответил Винсент. — Надо же нам чем-то питаться! Фабиан рассердился: — Я всё ещё не понимаю, как Джей вас двоих до сих пор не выкинул за борт. — Они бы и сами до этого догадались. Это не сложно! — Мы пришли! — остановила их перепалку Ребекка. За очередными створками показался просторный зал, уставленный тëмно-бирюзовыми шестиугольными столиками и строгими металлическими стульями. Прямо над ними виднелось гигантское окно, а за ним — небо, усыпанное мириадами звëзд и пурпурными облачками туманностей и галактик. Габри помчалась вперёд и прильнула к стеклу: именно это небо представало перед ней, когда она трансформировалась! Но всё происходило слишком быстро, чтобы разглядеть эти невероятные узоры. Сейчас они сияли прямо перед ней, не спрятанные за тучами, не меркнущие из-за света луны и фонарей, рассыпанные мукой по чëрному полотну, и можно было разглядеть даже самую тусклую и крохотную звëздочку. Но ни одна из них не выглядела знакомой. — Красивая голограмма космоса! — воскликнула Грид. — Это не голограмма, — покачал головой Винсент. — Что? — Никта подскочила к окну следом за Габри. — Мы в открытом космосе? — Всё гораздо сложнее. — Мы не знаем, что это за место, — добавила Ребекка. Габриэлла впечаталась носом в стекло и посмотрела вниз: Красный Фонтан парил в сотнях метров над пустынной бурой землёй. На первый взгляд могло показаться, что они находились на какой-то необитаемой планете без атмосферы, но в глаза бросились странные чëрные кусты, больше похожие на каракули. А между ними… Сновали зеленоватые существа, похожие на летающие рëбра, костлявые руки которых оканчивались острыми когтями. Габри редко визжала, но сейчас настал тот самый случай. Грид приблизилась и равнодушно зыркнула на монстров: — Значит, это местные жители? — Типа того, — поморщился Фабиан. — Мы ещё с ними не взаимодействовали и вряд ли станем. Они выглядят подозрительно. — Этого места нет ни на одной галактической карте, — сказал Винсент. — Мы перерыли всё, но так ничего и не нашли. Существ этих тоже нет в бестиарии. — Как же вы здесь очутились? — Никта перестала глазеть на кусты и обернулась. — Когда произошла наша первая битва за Красный Фонтан, мы приняли решение телепортировать школу, но ошиблись при выставлении координат. Вот и результат. — Красный Фонтан может телепортироваться? — удивилась Грид. — Да. По сути наша школа — гигантский корабль. Если она сдастся под натиском врагов, то можно запустить специальный модуль, который с помощью гиперпрыжка перенесёт её в другое место. Но вам лучше спросить нашего техника, это он всё устроил. — Это объясняет, почему её никто не мог найти, — кивнула Грид. — А также то, почему не надо пытаться сбежать из нашего плена. — Фабиан указал на летающие рёбра. — Если только не хотите пообниматься с теми ребятами. — Получается, телепортироваться сюда может только Мист? — догадалась Никта. — Нет, у нас есть для этого другие приспособления, теперь-то мы координаты знаем, — ответил Винсент. — Но с ней проще. Надёжнее. — А вот сама она не очень надёжная. — Ребекка гордо задрала нос. — Ладно, мы слишком надолго тут задержались, пойдёмте. Она провела их по ещё нескольким отсекам и что-то всё время рассказывала, но Габри уже не слушала: её мысли занимали чëрные кусты и загадочные чудовища. *** Когда все «Карательницы» закончили приготовления, Мист телепортировала их на лесную поляну в зоне, где, как они знали, не было датчиков Центра, и тут же исчезла. Была глубокая ночь. Габриэлла потёрла ослеплённые вспышкой глаза, но Хэйт грубо дёрнула её за руку и потащила в глубь леса: их прибытие наверняка не осталось незамеченным. Иногда от дерева к дереву эхом отражался тихий гул: это звездолёты бороздили воздух. За время их отсутствия зима решила, что ей пора на покой, чтобы вернуться через пару дней, поэтому теперь ноги то поскальзывались на снегу, под которым коварно прятался тонкий слой льда, то утопали в грязи. Хэйт раздобыла палку и проверяла ею землю, прежде чем сделать шаг, остальные шли за ней след в след. Погода стояла безветренная. Хэйт это не нравилось: шорох их шагов и скрип отодвигаемых веток можно было услышать издалека. С другой стороны, если бы кто-то приближался к ним, они бы тоже заметили его за версту. Пока что сонная чаща молчала. — Мы не пойдём в Каменный Лес? — шёпотом спросила Габри, глядя на звёзды, пробивающиеся сквозь паутину ветвей. Хэйт остановилась и обернулась, полная луна красиво очертила её худое лицо. — К сожалению, нет. — Но Обри… Он же болен… Мы должны его проведать! — Тише. Я знаю. К сожалению, обитатели Красного Фонтана другого мнения. Мы должны торопиться в Магикс, иначе упустим груз. — Окажись там кто-то из них, они бы совсем по-другому запели! — зло прошипела Никта. Хэйт понуро отвернулась и продолжила движение. Наверное, так оно и было бы: обитатели школы не выглядели как те, кто хочет победы любой ценой. Знакомство с ними, конечно, не задалось — это ещё мягко сказано, но в итоге впечатление Габриэллы о них изменилось: было видно, что ребята дорожили друг другом. А «Каратели» для них были пока что всего лишь пришельцами, без спроса вторгшимися на чужую территорию и подозреваемыми в шпионаже — какое кому было дело до их проблем? И всё же Габри злилась. — Долго ещё до Магикса? — Она пнула подвернувшуюся под ноги ветку. — Если будем двигаться с этой же скоростью, то с учётом всех необходимых остановок прибудем через два дня и тринадцать часов, — возвестила Грид. — Надо обсудить… Что-то шершнем пронеслось прямо перед носом Габри. Она ещё не успела осознать, что произошло, а её уже вихрем несло по сотканному из света миру трансформации. Как только за спиной зажглись крылья и звёзды из чужой реальности стали сменяться знакомыми очертаниями леса, Габри поставила перед собой щит, и ещё одна пуля со стуком ударилась о него. Впереди мелькнула фигура в форме патрульного. Никта и Хэйт в мгновение ока побросали мешки с вещами и спрятались за мощными стволами деревьев, Грид встала спиной к спине Габриэллы так, что волшебный щит укрывал и её. Габри напряглась, превращая его из плоского блинчика в прочную полусферу. Послышался щелчок затвора. Третья пуля с тихим хлопком устремилась в их сторону. Щит ответил на её удар неприятной вибрацией, но выдержал. Грид прищурилась, резко взметнула руки, поставила один портал, второй — и тут же захлопнула оба. Раздался удивлённый стон, тело с глухим стуком упало. Больше никто не стрелял. Сердце в ужасе загрохотало, ноги подкосились. Каким-то чудом Габриэлла ещё держала щит, но перед глазами всё плыло. Грид обернулась и положила руки ей на плечи. — Габри, дыши. Она послушно сосредоточилась на дыхании и сосчитала до десяти. У самой границы сознания маячила мысль, пугающая, страшная, её нельзя было допускать! — Посмотри на меня. — Грид коснулась её подбородка. Янтарные глаза в темноте ночи казались двумя коричневыми опалами. — Это война, Габри. Привыкай. Габри нервно закивала. Вдох-выдох, вдох-выдох. Не позволяй себе упасть. Не ослабляй действие заклинания. Они подождали несколько минут. Затем Хэйт выбежала из укрытия и нырнула в заросли, откуда вёлся огонь. Вновь появилась с замызганной винтовкой в руках и показала большой палец. Габри детрансформировалась, убрала щит и устало осела на землю. — Патрульный? — спросила Грид. Хэйт кивнула. — Почему один? — Тот самый. — Как он нас выследил? — Либо нас кто-то слил, либо ему просто повезло. Или не повезло. Сучёныш. — Она пнула труп — к счастью, скрытый за кустами. Никта передёрнулась, возвращаясь к ним и подбирая мешки с вещами. — Надеюсь, не надо объяснять, почему дальше мы идём молча? — с угрозой в голосе сказала Хэйт. «Каратели» мрачно подхватили пожитки и продолжили путь, но вместе с чавканьем грязи под ногами Габри до сих пор слышала тот жуткий стон. Это был не первый раз, когда она увидела чью-то смерть, не первый раз, когда она очутилась на волосок от гибели, но отчего-то с каждым разом её охватывал всё больший ужас. И тем непонятнее было то, как спокойно на подобное реагировали Грид и Хэйт. Она должна была стать сильнее.

***

Голубой мерцающий купол распустился над ней за долю секунды, отталкивая тяжёлые горные сосульки. Следом о него ударились ещё три сгустка лазурного пламени. Ари пошатнулась, но устояла на ногах. Нэйхен похлопала в ладоши: — Браво, для новичка ты отлично справилась. Всё же в Алфее вас чему-то учили, похвально, похвально. Ари отряхнулась и трансформировалась обратно в человека. — В Алфее? Нэй застыла от удивления, но к ней сразу пришло осознание: — Ну да. Колледж для фей, в котором ты училась. — Ты… знала меня раньше? Ведьма едва заметно улыбнулась уголками рта: — А это ты узнаешь, если выложишься на все сто на следующей тренировке. Ари разочарованно запыхтела: — Так не честно! — Я не стану менять условия сделки. — Нэйхен вернулась к костру и критически осмотрела котелок. — А теперь помоги мне приготовить обед. Ари сердито, но послушно принялась разрезать на мелкие кусочки сушёные листья, запах которых отдалённо напоминал имбирь. Только она поправилась, Нэйхен принялась истязать её упражнениями вместо того, чтобы поздравить! Водопад света, струящегося из трещины в потолке, на секунду исчез, но в миг оживился вновь — наверное, какая-нибудь птица пролетела и загородила солнце. — Хромоног ещё не вернулся? — Увы! — Нэй задумчиво запустила руку в мешок с припасами. — Иначе я бы сообщила об этом первым делом. Ари горестно вздохнула. И почему Нэйхен не могла выбрать своим фамильяром кого-то более расторопного? Неведение убивало. Вспомнилась фотография из книги рецептов. Как бы расспросить Нэйхен, не вызвав подозрений… — Ты знаешь, мне сегодня приснился такой странный сон… — нашлась Ари. Нэй заинтересованно приподняла одну бровь. — Я стояла на золотой лестнице в огромном холле. У меня за спиной была гигантская статуя феи. — И что ты делала во сне? — Не помню… Вроде ничего. Кажется, я кому-то позировала. — Тогда почему тебя это удивляет? — Может быть… Может быть, потому что он ощущался каким-то… слишком реальным? — Ты была там одна или с кем-то? Ари замерла. Стоит ли описывать фото как есть? Нэйхен наверняка что-нибудь заподозрит. Или рискнуть? — Нет. Там было много девушек. У одной из них были мохнатые уши — почти как у оленя. Больше я никого не запомнила. — Ага! — Нэйхен торжествующе поставила котелок на землю, хотя собиралась наполнить его водой. — Значит, моя гипотеза была верна! — Какая гипотеза? — Обычно воспоминания после «вторжения» не восстанавливаются, так как связи между нейронами, которые отвечают за них, блокируются. Хотя иногда помогает, допустим, отвести пострадавшего в знакомое место или показать фотографии. Но ты — фея Жизни, поэтому твой мозг регенерирует самостоятельно. — Что ты имеешь в виду под «вторжением»? Чистки памяти, которые устраивает ЦИСОДО? Нэйхен несколько раз моргнула. — И это тоже. Она судорожно стала искать сигареты, бормоча себе под нос. — Перестань говорить загадками! — запыхтела Ари, но ведьма её больше не слышала: метнувшись к закутку, она достала тетрадь с рецептами — ту самую — и сделала несколько небрежных пометок. — Говоришь, чаще всего ты вспоминаешь во сне? Ари, покраснев, закивала. Кажется, она своим враньём натолкнула Нэй на ложные выводы. С другой стороны, вроде так это обычно и было? Ей что-то или снилось, или виделось в Саду Мёртвых Деревьев… — Так ты не знаешь, что это были за место и девушка? — выдернула она Нэйхен из раздумий. — Знаю, — равнодушно ответила та. — Разве ты не догадалась? В стальных глазах промелькнула искра. — Это был… вестибюль Алфеи? — предположила Ари. — Именно! — И я стояла там вместе с однокурсницами и фотографировалась для школьного альбома? — Очень может быть. — А фея с мохнатыми ушами… Как думаешь, мы были близки или я просто видела её пару раз? — Насколько мне известно, вы учились в одной группе. В голове застучало от волнения. — Что ещё тебе обо мне известно?! — Это уже точно после следующей тренировки. — Нэй! — Ари схватила её за руку. — Откуда ты столько обо мне знаешь? Я что, какая-то знаменитость? Кожа Нэй стала холодной, как снег. — Можно сказать и так, учитывая, кто твои родители. Но если ты хочешь от меня новых сведений, ты должна их заслужить. Пальцы стали покрываться ледяной корочкой. Ари поспешно отпустила Нэй. — Истинная фея должна всегда быть вежливой и терпеливой, — важно подытожила та.

***

— Убери щит, балда. — Мне так спокойнее! Пот заливал глаза, голова разрывалась от боли. Габри с трудом переставляла ноги, но после ночного инцидента, едва передохнув, она вновь превратилась и возвела над собой и подругами чёрный непроницаемый купол и больше его не снимала. Хэйт осуждающе покачала головой: — Измотаешь себя — и всё. Что мы тогда будем с тобой делать? — Я не могу потерять никого из вас! — Опасный участок мы уже прошли. Прекрати дурить! Она говорила правду: избушка стража и Серебряная река были далеко позади. Иногда ели и сосны расступались и перед глазами представала белая равнина с небольшими деревушками, рассыпанными по ней, будто крупа. Даже издалека было видно, что большинство окон заколочены. Ветер иногда приносил скрипы и стоны незапертых дверей — и ни одного крика, возгласа, смешка, ни одного признака, что в этих укрытых зимним покрывалом домах кто-то жил. — Осталось совсем немного! — восторженно захлопала в ладоши Никта, как только на горизонте показались острые пики Барьерных гор, у подножия которых и прятался Магикс. — Сделаем привал, — предложила Хэйт. Даже сказанные спокойным тоном, её слова следовало считать приказом, поэтому Габри не стала возражать. На время отдыха она спрятала щит, но паранойя не отступила: то и дело слышались шёпот, хруст подтаявшего снега под ногами и треск, которые никто больше не замечал. — Пока все в сознании и способны внимать, — сказала Хэйт, когда «Каратели» расправились с завтраком, и важно скрестила руки на груди, — предлагаю подробнее прошерстить план. — Наконец-то! — Грид в предвкушении потёрла руки. Хэйт развернула карту города, на которой маркером был прочерчен их предполагаемый маршрут. — До точки мы доберёмся по канализации. Никта останется там: слишком много людей нам ни к чему. — Знаю, можете не повторять это в сотый раз, — сердито проговорила она. — Дальше мы угоняем грузовик и прячем его в надёжном месте. — Хэйт указала на крестик на карте. — И возвращаемся за Никтой. Для этого ты, — повернулась она к Грид, — поставишь в канализации один портал и будешь держать его всё время открытым. — Как же я буду драться без моих портальчиков? — грустно заметила она. — Тебе и не придётся, — покачала головой Хэйт. — Ты займёшь позицию на верхнем этаже вот этого здания, — она сделала очередную пометку на карте, — и будешь отстреливать всех оттуда из своей снайперки. — А ты будешь в самой гуще событий. Отнимаешь у меня всё веселье! — Балда! Если тебя прибьют, кто нас телепортирует обратно? — Пш-ш-ш, остынь! Это была шутка. — Ты можешь придержать свои остроты до более подходящего момента?! Неподалёку зашелестели еловые лапы, будто кто-то их отодвигал. Но никто не отреагировал. Опять. — Получается, Грид тебя прикрывает, а ты угоняешь грузовик. Классно, — проворчала Габри. — А где в вашем замечательном плане я? — Это уже зависит от тебя, — ответила Хэйт без тени иронии. — Мне бы очень понадобились твои способности, но вопрос в том, готова ли ты. Это будет та ещё мясорубка. — Я понимаю. — Значит, никакой паники, никаких обмороков. И чёткое следование моим приказам, — последнюю фразу Хэйт особенно выделила. — Справишься? — Я… постараюсь. — Что? Не слышу! — Да, я справлюсь! — Вот и славно. — Хэйт похлопала её по плечу. Поблизости хрустнула ветка. Габри тихонько вскрикнула и снова сотворила защитный барьер. — Ты серьёзно? — устало сказала Грид: видимо, ей порядком надоели перебранки из-за него. — Хэйт, ты это так и оставишь? Та раздражённо отмахнулась. — Девочки, ну пожалуйста, хватит ссориться! — взмолилась Никта. — Вот и нужно тебе сочинять нам неприятности на ровном месте? — продолжила Грид. — Если бы та пуля… пролетела на пять сантиметров левее… — прохрипела Габриэлла. — И что теперь? До конца жизни под куполом ходить? — На её месте мог быть любой из нас, — заступилась за неё Никта. — Повезло, что тот парень промахнулся и что у него не было подмоги! — Это как-то отвечает на мой вопрос? — Отвали от неё, — сказала Хэйт. Грид презрительно поджала губы и замолчала: с таким титаном она спорить не хотела. Так они прошли всё утро. Ближе к полудню силы окончательно покинули Габриэллу, она шла скорее по инерции и тряслась всем телом, едва понимая, что делает: любые мысли затмевал пульсирующий ком боли в голове. Шаловливые лучики восходящего солнца пробивались сквозь хвойные ветви, ослепляя уставшие глаза; птицы весело щебетали, обманутые надеждой, что наконец-то пришла весна, но всё это словно было иллюзией: расплывчатое, приглушённое, тонущее в чëрных всполохах и загадочном шëпоте Пустоты. Вдруг ноги подкосились. — Габри! — вскрикнула Никта. Габриэлла из последних сил открыла глаза. Щит растворился, а костюм феи сменился обычной одеждой. Хэйт обхватила её сзади, не давая упасть. — Что я говорила! Грид, забери у меня мешок. Габри слышала всё, что происходит, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, в ушах стоял противный шум. Её осторожно положили на подстилку — из предоставленных Красным Фонтаном, наверное — и подсунули под голову что-то из грубой плотной ткани, несколько раз свёрнутое. — Вынужденная остановка! — возвестила Хэйт. — Никта, следи за ней. Грид, ты отправляешься со мной собирать хворост. После этого Габри совсем отключилась. Очнулась она от грубого мужского крика: — Не двигаться! Оружие на землю, руки за голову! Ей на лицо падали капли: небо было затянуто пушистыми серыми облаками, роняющими на землю редкие слезинки, и костёр сердито шипел им в ответ, доедая последние щепки. Никта и Грид сидели возле него, застигнутые врасплох за едой, а Хэйт стояла рядом, схватившись за трофейное ружьё. Со всех сторон из-за деревьев показались патрульные. Их было пятеро, и они медленно наступали, держа винтовки наготове и смыкая круг. Лицо одного из них — видимо, главного — скрывалось за забралом шлема. — Оружие на землю, быстро! — продолжал приказывать он. Габри запаниковала: ей не хватало энергии, чтобы превратиться! Хотя, возможно, это было и к лучшему: враги могли открыть огонь на поражение, попробуй она это сделать. Хэйт с ненавистью в глазах опустилась на колени и положила ружьё у ног, затем встала, поднимая руки. — Всё оружие, — с напором сказал мужчина. Никта так же медленно и нехотя вытащила из кармана световой меч и аккуратно опустила его на подтаявший снег. — Я сказал «всё оружие»! Грид следом рассталась со снайперской винтовкой. — Десять шагов назад. Живо! Они последовали приказу. Габри всё ещё не могла встать, лихорадочно соображая, что делать. Противники демонстрировали небывалую осведомлённость в том, что было у «Карателей» в арсенале! — А с этой что? — один из мужчин кивнул на Габриэллу. — Она больна, — ответила Никта. — На голову, — добавила Грид. Он кивнул и поднёс к губам передатчик, очевидно, связываясь с кем-то в ЦИСОДО. Раздался писк… Патрульный пошатнулся и рухнул. Из его шеи, пульсируя, полилась кровь. Его товарищи развернулись в сторону, откуда был произведён выстрел. Ещё один упал, хватаясь за раненое колено. Новый выстрел добил его в незащищённый подбородок. — Ложись! — приказала Хэйт. Никта и Грид припали к земле рядом с Габри, раздалась автоматная очередь, пули засвистели со всех сторон. Будто молния, воздух расчертили белые потоки магии, и вдалеке взвыла сирена. Новый патрульный рухнул, судорожно дёргаясь. Хэйт перекатилась, схватила его заряженное ружьё и выстрелила другому в грудь. Пуля застряла у него в жилете, но от удара он упал на спину. Грид разверзла под ним портал, второй поставила где-то далеко над лесом, и мужчина исчез. Оказавшись в явном меньшинстве, командир запустил руку в карман жилета, вытащил гранату, пальцы легли на чеку. «Габри!!!» — крикнула Никта. Габриэлла что есть мочи сконцентрировала энергию в руках. Чёрный барьер распустился над ней, Хэйт, Никтой и Грид и тут же лопнул, столкнувшись с волной от взрыва, — но, к счастью, успел поглотить урон. Девушки закашлялись от горячего воздуха. Лес жужжал как гигантский улей. В метре от них образовался кратер. Деревья вокруг испускали пар — дождь теперь лил непроницаемой стеной и уже потушил занявшийся пожар. Слева за соснами сиял голубовато-белый, как лунный свет, купол. Потом он пропал, и к ним вышла фигура с гигантскими крыльями бабочки и длинными сиреневыми волосами. — Л-лу? — раньше всех сообразила Грид. Луанна торжественно улыбнулась и полетела прочь, бодро воскликнув: «Я их отвлеку!» Следом за ней устремилась внушительная туча конфискаторов магии. Габри изумлённо проводила их взглядом, не в силах говорить, не в силах думать… — С ней всё будет в порядке, — сообщил до боли знакомый подхриповатый голос. Его обладатель вышел с ружьём в руках из укрытия. Тёмно-синие волосы промокли и липли к испачканному кровью лицу. Подбородок, который раньше украшала аккуратная полоса бородки, теперь покрылся щетиной. От уголка рта тянулась алая борозда. Но рубиновые глаза… Они были прежними. — Обри? — Никта, дрожа, поднялась на ноги. Он поставил ружьё на предохранитель и закинул за лямку себе на плечо. — Обри! Она бросилась к нему и обняла, содрогаясь от рыданий. Он поджал губы и зажмурился, будто изо всех сил прятал эмоции. — Это правда ты? Я не сошла с ума? — светясь от радости, пробормотала Хэйт. — Кто же ещё, — довольно ответил он. Она выдала три этажа восторженного мата. — Давайте отпразднуем воссоединение позже, — проворчала ни капли не тронутая Грид. — Сейчас на взрыв сбежится весь ЦИСОДО. Хэйт дёрнула головой и, посерьёзнев, посмотрела на Габри: — Ты как? — Я… в порядке. — Идти можешь? — Боюсь, что нет. — Эх, ладно. Запрыгивай. — Хэйт подставила ей свою спину. Собрав снаряжение — к счастью, практически не пострадавшее, — они углубились в чащу и бодрым шагом шли в сторону Магикса до самого заката.