Замена Неба

*** - Повзрослел, - наобум буркнул Савада первое, что пришло в голову. Внутри все так же озадачивала мысль, а чего же от него хотят? - Да ну, - скептически хмыкнула Анжелика. На лице девушки отражалось полное неверие в такую сырую отмазку. - Хах, - слегка хихикнула Эванеска, тут же замаскировав этот лёгкий смех под кашель. Брюнетка обернулась на подругу, с негодованием пытаясь выразить всё, что она думала взглядом. Эванеска сделала невинное лицо, став с преувеличенным вниманием активно изучать обстановку кабинета. Тсунаеши незаметно перевел дыхание, пока девушка отвлеклась. Юноша судорожно придумывал, чтобы соврать, чтобы вышло правдоподобно. - Натсуеши, - снова сосредоточила внимание на шатене Анжелика, - что происходит? Савада с отчаянием понял, что девушка от него не отстанет, пока не получит удобоваримый ответ. - Разве мы были настолько близки? - пошел ва-банк Тсунаеши, не зная как реагировать на настырную девушку. Анжелика мудро прикрыла глаза. Со стороны казалось, просто взмах ресницами. Девушка напряжённо думала. Слишком меткий выстрел. Это было не в бровь, а в глаз. Раньше Натсуеши не был таким проницательным. Это не плохо, но странно. И совершенно ничего не доказывает. - Ещё чаю? - ровно предложил он, как будто это часть протокола. Не знаешь, что делать - выручит гостеприимство и хорошее воспитание. Анжелика это заметила: - Ты всегда уходишь в чай, когда не хочешь отвечать? - Люблю разговаривать под теплые напитки, - сразу нашелся Савада Анжелика явно хотела отказаться, но тут встрепенулись Эванеска. - С удовольствием выпью чаю, - радостно ответила Эванеска, перетягивая внимание на себя. Она кокетливо накручивала на пальчик локон из высокого хвоста и лукаво стреляла глазками. Блондинка заметила замешательство Десятого дона и решила ему подыграть, чтобы заработать ещё пару очков в свою пользу. Рисковать, так рисковать. Перебить обаяние огненной итальянки на себя всегда было делом трудным, а иногда и опасным, но кто не рискует, тот не пьет шампанское. Заметив, что юноша обратил свой взор именно на нее, девушка решила взять естественным шармом и искренностью. Женская интуиция шептала, что это верная дорога. А злость подруги - ничего, она выдержит. Замуж то не за нее выходить, а о будущем думать надо. В данном случае, её устроит даже место любовницы, если она по каким-то параметрам не подойдёт дону на место жены. Это тоже очень престижно - быть рядом с таким важным человеком. Если раньше Натсуеши был просто красивым наследником, то сейчас перед ней сидел настоящий дон. Эванеске удалось пару раз его издалека увидеть. Но вблизи он казался намного интереснее. Спокойный. Вежливый. Влиятельный. Такой мужчина открывал слишком много дверей, чтобы его игнорировать. Анжелика, как никогда сильно, хотела выволочь свою подругу из комнаты за волосы и как следует расцарапать лицо. Больше всего её раздражало не поведение Эванески, а то, что Натсуеши смотрел не на неё. Савада медленно потянулся за колокольчиком и решительно звякнул, стараясь делать свое красиво и плавно, оттягивая сколько можно неприятный разговор. В дверь заглянула мило улыбающаяся девушка. - Чаю и пирожные для наших гостей. Есть ли особые пожелания? - вежливо уточнил Тсунаеши. - Черный, - недовольным голосом ответила Анжелика. - Зелёный, - решила пойти вопреки подруге Эванеска. Серые глаза игриво стрельнули в шатена. Савада хотел заказать себе зелёный чай, но вдруг, посмотрев на сияющую блондинку, решительно передумал. - Кофе. Анжелика раздражённо поправила свои темные волосы и сложила руки на груди. От нее не укрылись эти взгляды подруги и дона, но девушка решила промолчать. Она пришла сюда за ответами и она их получит. А с подругой она потом разберётся. В тишине потихоньку все пили свои напитки, ведя себя тихо и преувеличенно воспитанно. Эванеска, лукаво улыбаясь, поглощала маленькие пирожные и, слегка облизывая пальцы от крема, периодически стреляла глазками в шатена. Анжелика только глаза закатывала на такое непотребство, скептически отмечая, что подруга пошла не по той дорожке. Натсуеши не реагировал на эти глупые попытки соблазнения. Тсунаеши напряжённо медитировал на кофе, не отрывая взгляда от своей чашки. Его эти две красавицы напрягали. Он понимал, что брюнетка знала Натсуеши с детства, поэтому сможет легко его раскусить, а потому надо либо увести разговор в сторону, либо отвлечь. - Натсу? Натсуеши? - видимо не в первый раз зовёт Анжелика, но Савада так глубоко ушел в свои невесёлые мысли, что не сразу заметил. - А? Да? Что? - нехотя отозвался юноша. Смотря рассеянным взглядом на подруг. - Что с тобой случилось? - участливо спросила брюнетка. И в этот раз девушка действительно проявила искреннюю озабоченность. Будь он настоящим Десятым, ему бы это польстило. - Много всего случилось, - тяжко вздохнул Тсунаеши, снова переведя взгляд на кофе. - Ты меня удивляешь. Словно совсем другой человек стал, - невзначай бросила Анжелика. Савада пожал плечами. Он совершенно не представлял о чем с этими красотками говорить. - Ты стал меня игнорировать. В чем дело? - с нажимом в голосе, произнесла Анжелика. Тсунаеши растерялся и эти его эмоции проявились на лице, грозя вывести ситуацию в еще худшую сторону. У Анжелики и так закрались большие подозрения, но теперь они становились все сильнее. Дверь резко распахнулась, явив миру хмурого брюнета в чёрном костюме. Хибари вошёл так, будто вопрос “можно ли войти” никогда в принципе не существовал. Он остановился у порога — коротко, ровно настолько, чтобы оценить, кто именно находится в комнате. Разговор сам собой стих. Кея сузившимися серыми глазами зло уставился на замершую троицу. Савада при этом иррационально почувствовал облегчение. Анжелика напряглась и с явной ненавистью уставилась на пришедшего Хибари. В глазах девушки едва ли молнии не сверкали. Если бы взглядом можно было испепелить, то брюнет уже лежал бы кучкой пепла на дорогом ковре. Хранитель Облака таким презрением окинул жгучую красотку, что даже Тсунаеши стало не по себе. Даже его, слабака, Хибари так не презирает. Тут явно было что-то большее. Савада про себя отметил, что парочка выглядит непримиримыми врагами, которые слишком хорошо друг друга знают, что наводило на определенные мысли. - Мусор, - раздраженно процедил Кея. Тсунаеши молча удивился тому, что Хибари использует слова Занзаса. - Ублюдок! - не осталась в долгу та, со злорадством вернув ответ. Температура в помещении явно понизилась на пару градусов. Эванеска испуганно смотрела по сторонам, вжавшись в спинку. Даже ей, не обладающей никаким атрибутом, было тяжело дышать от давящей атмосферы. - Хибари-с... - не договорил Савада, испугавшись, так как стальной взгляд прострелил в его сторону. Лже-босс Вонголы вдруг вспомнил, что Натсуеши так не звал своего Хранителя. Серые глаза готовы были его испепелить на месте. Тсунаеши невольно поежился. Его словно пронзили насквозь рентгеновские лучи. Стало немного страшно и так сильно не по себе, что все внутренности скрутило в узел, а где-то в горле поднялась тошнота. Савада впервые ощущал негативное влияние Облака. Это было жутко. И в растерянности парень не знал ни как реагировать, ни как защититься от такого. В горле резко пересохло. Взгляд Облака внимательно изучил лицо Савады. Испуг. Растерянность. Замешательство. Почти незаметно. Но достаточно. Хибари перевёл взгляд на девушек. И его настроение стало ещё хуже. Потому что кто-то слишком настойчиво пытался загнать добычу в угол. - Какого черта ты прерываешь наш разговор? - тихим, но не менее разъяренным голосом спросила Анжелика. Как бы ей не хотелось наорать на этого урода и расцарапать его все лицо, но даже она не рисковала связываться и хамить этому бешеному выродку. К сожалению, было давно известно, что даже Натсуеши не в силах совладать со своим Хранителем во многих случаях, уж больно Облако был отмороженный. Девушка на своей шкуре это ощутила и память услужливо подкидывала кадры унижения, которые она давно старалась забыть, но не смогла похоронить в своих воспоминаниях. - У нас дела, - коротко обрубил Хибари. Тсунаеши вдруг стало страшно и табун мурашек пробежался по спине. - Но... - попытался возразить шатен. - Встреча, - рявкнул Кея, не вдаваясь в подробности. Зато интуиция Савады вовсю работала, сразу подсказав откуда может ветер дуть. Тсунаеши побледнел. - Но она же только через два дня, - воскликнул Савада, стискивая подлокотники. Ему не хотелось покидать кресло, он знал, что дальше будут одни проблемы. Кея без усилий поднял его за шиворот, как котёнка, и потащил на выход. Тсунаеши еле успевал переставлять ноги, безуспешно цепляясь за ворот. Анжелика бросила: — Мы ещё не закончили. — Закончили. - коротко припечатал Хибари. Спокойно. Без угроз. Но с нажимом. Так, что продолжать разговор никто не решается. Дверь с громким щелчком захлопнулась. Только тут ожила Анжелика. Итальянская кровь взяла верх. Девушка схватила сервис со стола и стала поочередно кидать его в стену, возмущенно приговаривая. - Мудак! Урод! Козел! Сука! Подонок! Урод! Выродок! - каждое слово сопровождалось звяканьем столовых приборов или разбивающейся посудой, и раздраженным рыком ярости. - Монстр! Ублюдок! Курва! Блять! - красотка не следила за своим языком, зачастую повторяясь, матерясь на всех языках мира. Посуда закончилась. Девушка раздражённо осмотрелась, ища, что ещё можно запустить в дверь и ничего не нашла. От этого она с силой впилась изящным длинным маникюром в ладони, оставляя длинные глубокие полумесяцы в нежной коже. Из прикушенной губы скатилась капля крови. Она впервые так сильно вышла из себя. Хибари вечно вел себя, как хотел, самовольно разрушая её тщательно выстроенные планы. Он всегда мешал. Всегда появлялся и ускользал неожиданно. Эванеска старалась не отсвечивать, видя истерику своей подруги и отчетливо понимая, что может пострадать, если невольно привлечет ее внимание.