Помешательство

       Футбольный стадион уже был до отказа набит болельщиками, когда Клаус и Кэролайн пришли туда. Всеобщее оживление быстро передалось и им. Форбс, чей белокурый хвостик смешно подпрыгивал при ходьбе, присела на своё место и похлопала по соседнему. Усмехнувшись, Майклсон сел на него.        — Итак, «Аризона Кардиналс» против «Окленд Рэйдерс», — проговорил он. — За кого болеешь?        — Глупый вопрос, — фыркнула Кэр. — Конечно, за наших.        С собой девушка прихватила огромную чашу с попкорном и бутылку колы, не забыв при этом про блокнот и ручку. Развлечения и отдых — это отлично, но не стоило забывать, для чего они на самом деле здесь. В отличие от неё, Клаус не стал ничего покупать в соседнем ларьке. В ближайшие минуты он будет глядеть на мир, в первую очередь, через объектив своего фотоаппарата.        Правда, Кэролайн являлась довольно сильным отвлекающим фактором. В облегающей тёмно-красной майке с логотипом домашней команды, птицей-кардиналом и в узких синих джинсах она не могла не притягивать взор. Но на то Клаус и являлся профессионалом, чтобы во время работы уметь ненадолго забывать даже о девушке, по которой сходил с ума.        Когда началось представление команд, с трибун раздался рёв болельщиков. Кэролайн, вскочив со своего места, громко прокричала:        — Вперёд, Аризона!        А затем началась игра…        Майклсон, учась в школе, сам входил в состав местной команды по американскому футболу и до сих пор помнил упоительное ощущение, когда весь мир сужается до размеров стадиона, и всё теряет значение: проблемы дома, ссора с очередной подружкой, школьные неприятности. Остаётся лишь бешеный азарт, кипящий в венах, а попадание мячом в ворота противника становится смыслом жизни. Потом он получил серьёзную травму колена, и о мечтах о спорте пришлось забыть. Но теперь, глядя на происходящее через объектив и запечатлевая мало-мальски интересные моменты, Клаус будто вновь перенёсся душой на поле. Он практически не видел, как Кэролайн что-то черкала в своём блокноте, умудряясь при этом бешено поглядывать на стадион и постоянно забрасывая в рот горсть попкорна, запивая его колой. Были лишь игра, захватившая его целиком, и фотоаппарат в руках, который словно начал жить собственной жизнью…        Позже, когда игра закончилась с перевесом в два очка в пользу «Аризона Кардиналс», Клаус вместе с Кэролайн направлялся к выходу. Ему предстояла большая работа: следовало пересмотреть все снимки, выбрав самые лучшие среди огромного количества, а затем качественно обработать их для печати в журнале. Но пока можно было немного расслабиться.        — Замечательная была игра, не так ли? — обратилась к нему Кэр. С немного раскрасневшимися от волнения щеками и горящими глазами она казалась ему ещё красивее, если такое вообще возможно.        — Согласен, — улыбнулся Клаус, показав очаровательные ямочки на щеках, которые не раз давали очки в его пользу в глазах многих девушек.        — Надо будет из моих маловнятных набросков создать настоящую качественную статью, — начала планировать Кэролайн. — Займусь этим сегодня же.        — Уверен, что читатели сами будто окажутся на этом стадионе, — проговорил мужчина. — Но сегодня ты больше не будешь работать. Мы отметим удачное завершение нашей командировки.        — Но ведь мы даже не успели вернуться в Финикс, — мягко заметила Кэролайн, покачав головой.        — В Финиксе тебе будет не до меня, — ответил Клаус. — Когда мы ещё сможем выпить с тобой по кружке пива или бокалу вина, как старые друзья?        — Как друзья… — медленно повторила девушка. Она знала, как Майклсон к ней относится, и понимала, что за его предложением о дружеских посиделках в баре должно скрываться нечто большее. Она слишком хорошо знала Клауса, чтобы взять и легко довериться ему. Но так хотелось расслабиться, забыть обо всех проблемах и сомнениях хотя бы на этот вечер… Потому Кэролайн ответила:        — Хорошо. Выбирай место.

***

       Простое, но стильное чёрное платье, туфли на шпильке, белокурые волосы, собранные на затылке, и лёгкий макияж… Кэр покрутилась перед зеркалом, гадая, почему её так волнует, хорошо ли она выглядит. Ей не хотелось наряжаться слишком сексуально, как если бы она хотела соблазнить мужчину, с которым собиралась на свидание. На выход в свет вместе со Стефаном она с удовольствием надела бы яркое платье с глубоким декольте или очень короткой юбкой. Но не с Клаусом… Кэролайн не желала, чтобы тот подумал, будто она привлекательно выглядит специально для него. И в то же время она представляла, какими глазами Майклсон будет на неё смотреть, не в силах избавиться от лёгкого волнения.        В конце концов, это же не свидание, а так… Посиделки в баре с коллегой, ничего особенного. Было бы так, не явись Форбс туда вместе с Клаусом, беззаветно влюблённым в неё много лет и совершенно не скрывающим этого. Но ведь она любит Стефана. Кэролайн повторила это мысленно несколько раз, словно мантру. Будто сама сомневалась в крепости своих чувств к жениху. Затем попыталась вытряхнуть из головы ненужные мысли, гордо подняла голову и схватила маленькую чёрную сумочку, в которой лежали самые необходимые вещи.        Дверь в её номер открылась раньше, чем девушка успела подойти к ней.        — Ты так и не научилась запирать двери, — обаятельно улыбнулся Клаус. От Кэролайн не ускользнуло неподдельное восхищение в его глазах, возникшее, когда он увидел её. Сам мужчина оказался одет в чёрную рубашку, расстёгнутую на две верхние пуговицы, и такого же цвета джинсы, определённо стоившие не меньше сотни долларов. В вырезе рубашки она увидела какое-то стальное украшение на чёрном шнурке. И прежде чем сообразила, что делает, подошла ближе и коснулась украшения аккуратным наманикюренным пальчиком.        — Пацифик? Не знала, что ты яростный противник войны и агрессии, — промолвила Кэролайн.        — Мой психолог говорил, что постоянно глядя на этот символ и помня о его значении, мне проще будет самому сохранять мир в душе, — пояснил Клаус.        — Об этом я тоже не знала. — Она подняла голову, встретившись с ним взглядом. В его серо-голубых глазах промелькнуло что-то, похожее на тучку, набежавшую на небо и тут же исчезнувшую.        — Как и многого обо мне, — вымолвил он. — Кстати, ты восхитительно выглядишь.        Майклсон зачарованно смотрел на неё, и нежность, что он испытывал по отношению к Кэр, ощущалась девушкой почти физически. Та отступила на пару шагов назад, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Рядом с Клаусом Кэролайн ощущала лёгкий трепет и вполне определённое влечение. И это пугало её. Она привыкла держать свою жизнь под контролем, а с этим мужчиной подобное было невозможно.        Форбс опасалась, что тот решит поцеловать её, не представляя, как при этом отреагирует. Но Клаус даже не прикоснулся к ней, просто сказал:        — Идём?        Кивнув, Кэролайн последовала за ним. В глубине души она уже жалела, что согласилась провести вечер в баре с Майклсоном. Бурные эмоции, вызванные в ней походом на футбольный матч и победой любимой команды, несколько утихли. Сейчас Кэролайн предпочла бы провести остаток дня, читая книгу или набрасывая новую статью. А ещё лучше — собрала бы немногочисленные взятые с собой вещи, прыгнула бы в свою машину и поехала обратно в Финикс. Туда, где её ждал Стефан. В тот дом, где ничто не потревожило бы её покой.        Но было слишком поздно. Такси, в котором сидели она и Клаус, уже мчалось по дороге в совершенно другом направлении. Мягкая темнота уютно окутывала незнакомый город своим покровом. Дневной зной давно сменился лёгкой вечерней прохладой. Кэролайн не смотрела на Клауса, сидевшего рядом на заднем сиденье. Вместо этого она повернулась к окну, будто мечтала, чтобы Глендейл, видневшийся за окнами такси, впечатался в её память.        — Приехали. — Голос водителя заставил девушку вздрогнуть.        — Уже? — вырвалось у неё.        — Как видишь, любовь моя, — усмехнулся Клаус. Наклонившись к таксисту, он расплатился с ним. Не дожидаясь, пока её спутник по-джентльменски откроет дверцу с другой стороны и поможет выйти, Кэролайн сама выбралась из автомобиля. Тут же свежий ветерок приятно обдул её лицо, и девушка довольно улыбнулась.        Бар встретил их гомоном людских голосов и громкой музыкой. Форбс узнала одну из довольно известных групп, исполнявших альтернативный рок. Как оказалось, Клаус выбрал довольно приличное место. Обстановка была хоть и тёмных тонов, но уютной и успела понравиться Кэролайн. Она подумала, что в своём чёрном платьице идеально вписывается сюда, как и Клаус в одежде тех же оттенков. А сумерки за окном почему-то ещё больше укрепляли это чувство.        — Я забронировал нам столик. — Майклсон кивнул вправо, и она увидела очаровательный уголок, располагавшийся немного отдалённо от остальных.        — И когда ты успел? — подивилась его спутница.        — Пока ты собиралась, — ухмыльнулся он. — Вы, девушки, уделяете этому занятию очень много времени, позволяя нам, мужчинам, в это время одеться самим, забронировать столик, а заодно успеть спасти мир.        Кэролайн вспыхнула. Неужели она действительно так долго собиралась? Впрочем, так было почти всегда, а не именно в случае с Клаусом, напомнила она себе.        — На Супермена или Бэтмена ты мало похож, — шутливо отозвалась девушка.        — Мне достаточно оставаться самим собой. Просто Клаусом Майклсоном, — подмигнул тот, усаживаясь на своё место. Не сумев сдержать улыбку, Кэролайн заняла свой стул.        Они заказали по бифштексу с гарниром из картофеля и по бокалу пива, за которыми потом последовали ещё два. Чтобы разговаривать, когда играла громкая музыка, им приходилось ближе наклоняться друг к другу, и блондинка успела ощутить, что парфюм Клауса ей невероятно нравится, такой манящий, притягательный… Как и его обладатель. Они разговаривали о работе, своих увлечениях, кино и музыке. Только тему личной жизни не затрагивали. Кэролайн понимала, что ей очень легко общаться с Майклсоном, но это неудивительно. Так было и тогда, когда они только начинали встречаться много лет назад, пока ревность и вспышки агрессии Клауса всё не разрушили. Но ненадолго она постаралась забыть о прошлом и просто получать удовольствие от этого вечера.

***

       Из бара они вышли только через пару часов, весело смеясь. Алкоголь успел сделать своё дело, и Форбс ощущала, как лёгкий туман заволакивает её разум, заставляя ослабить контроль. Девушка пошатнулась, и её каблук, подломившись, сломался. Она бы и сама упала, если бы мужчина вовремя не удержал её.        — Поймал, — сказал он, удерживая Кэролайн в своих объятиях.        — Мой спаситель, — улыбнулась она, проведя пальцами по его щеке. Клаус рвано выдохнул от этого нежного прикосновения, а затем подхватил её на руки и понёс к ждущему их автомобилю. Кэр и не заметила, как обе туфельки слетели с её ног и остались лежать на земле.        Таксист что-то пошутил про влюблённых голубков, но блондинка не обратила на это внимание. Под мерную езду она постепенно начала засыпать, положив голову на плечо Клауса. Усталость от насыщенного, наполненного эмоциями дня давала о себе знать. И лишь когда они подъехали к мотелю, Майклсон разбудил её.        Выйдя из машины, Кэролайн не сразу заметила, что не так. Потом вспомнила, что на ней нет туфель. Решив, что потеря обуви — не самая страшная вещь, она зашагала к зданию, ощущая под ногами тёплый асфальт, вскоре сменившийся прохладой ступенек. Клаус шёл за ней, поддерживая за талию, будто опасался, что равновесие опять подведёт её.        Уже у своего номера девушка обернулась к нему.        — Спасибо за вечер, — искренне произнесла она. — Я рада, что между нами всё наладилось.        Сказала, не осознавая, что для Клауса её «всё» значило гораздо большее. Прикрыв на секунду глаза, он перевёл дыхание, а затем проговорил:        — Ты больше не ненавидишь меня?        — Я давно не чувствую к тебе ненависть, — призналась Кэролайн. — Я простила тебя много лет назад.        — И не жалеешь, что когда-то мы были вместе? — спросил он.        — Ни капли, — ответила она. — Мне лишь жаль, что в итоге у нас ничего не получилось.        Отвернулась, ища в сумочке ключ, затем всё-таки нашла и открыла дверь. Но не успела зайти, как Клаус перехватил её за руку:        — Кэролайн, подожди.        Она вскинула на него взгляд своих чудесных голубых глаз. Самых красивых для него, самых любимых.        — Если я скажу, что изменился, ты мне поверишь? — выпалил он. — Если я скажу, что готов отдать всё, лишь бы ты была со мной, согласишься попробовать снова?        — Клаус, пожалуйста… — вздохнула она. Сейчас у неё абсолютно не было сил спорить.        — Нет, лучше не говори ничего, — вымолвил мужчина. — Просто позволь сделать это.        В следующую секунду Майклсон прижался к её губам. Его поцелуй был настойчивым, но в то же время чувственным, из-за чего колени подгибались, а внизу живота скапливалось приятное тепло. Кэролайн сама не поняла, в какой момент начала отвечать ему, обвив руками его шею…