Старая сказка

- Изая! Один из украшенных резьбой стульев красного дерева с глухим треском ударился о стену, разлетаясь на мелкие кусочки. Щепки присыпали Орихаре волосы, покрытый лаком осколок ножки рассек щеку, но обошлось без травм. Брюнет скользнул за поворот и рванул дальше по коридору. - А ну стой, сорока несчастная! Я тебе сейчас покажу, как семейные реликвии присваивать! В паре сантиметров от виска беглеца стремительно пролетело что-то длинное и металлическое. Кочерга, что ли? Или одна из медных утонченных фигурок, которые кое-где украшали коридоры. Правда, с появлением в замке второго обитателя количество этих произведений литейного искусства значительно поубавилось. Да и вообще в этом месте много чего поубавилось. - Шизу-чан, я тебе поражаюсь! Ты заваливаешь меня обвинениями в расхищении имущества, но сам при этом его крушишь и ломаешь! Кто из нас больший вредитель, а? Хриплый рык – симптом стремительно нарастающего бешенства – догнал Изаю уже где-то на третьем пролете ведущей куда-то на нижние этажи лестницы. - Это мои вещи, блоха! Они по праву принадлежат мне, и я имею полное право их ломать – все равно мебель мне никогда не нравилась. А вот тебе не советую совать свои блошиные лапки к моей собственности! «Если уж на то пошло, я тоже твоя собственность. Украл – теперь заботься, береги и распоряжайся», - хотел было крикнуть Орихара, но вовремя прикусил и без того слишком болтливый язык. Мало ли, что после таких слов взбредет непредсказуемому дракону в голову. Глядишь, решит, что такая строптивая добыча ему не нужна, да и слопает. Ну вот чего Шизуо так взбесился, а? Ну подумаешь, вскрыл принц оружейную комнату, посмотрел немного оружие. Интересно, зачем вообще драконам оружие? У них, вроде бы, как раз очень даже четко работает принцип «Все свое ношу с собой». Захотел, тут тебе и панцирь из чешуи, и когти-ятаганы, и зубы-ножи. Да еще и пламя в придачу. Зачем им оружие? Ответа на этот вопрос не мог дать даже всезнающий и вездесущий Орихара, а Хэйваджиму расспросить не удалось: обнаружив Изаю в очередном закрытом от непрошенных гостей месте, блондин тут же порядком взбесился, а уж когда – секунд через десять – обнаружил пропажу набора метательных ножей, то принцу стало совсем уж не до расспросов – пришлось мгновенно ретироваться из комнаты. Тем опаснее было то, что помещение было доверху заполнено оружием, управиться с которым мог только Шизуо. Изая, из-за своего хрупкого телосложения и невеликой мышечной силы не смог бы даже приподнять хоть один из мечей или топоров. А вот ножи – это самое то, вот ему они подходят как нельзя лучше, только как это Хэйваджиме объяснить без риска для своего здоровья? И вот теперь брюнет размышлял об этом, на максимально возможной скорости пролетая все новые и новые лестничные пролеты. Мда, все-таки Шизуо не любит, когда трогают его вещи, но как хочется-то, черт побери! И жить хочется, кстати говоря. Вот теперь поди пойми, какой из этих инстинктов сильнее! Задумавшись, Орихара и не заметил, насколько глубоко спустился. Оказывается тут не только башни и верхние этажи, тут целый подземный комплекс присутствует! Зачем, хотелось бы знать? Может, время от времени в замке собиралась драконья семья, и надо было всех разместить? А какая у драконов может быть семья? Почему-то представить Шизуо малышом, играющим на холодном каменном полу в какие-нибудь кубики, под внимательным взглядом кого-то из родителей, так просто не получилось. Изая, наконец, остановился, чтобы отдышаться и только теперь осмотрелся по сторонам. Куда же его занесло? Так сразу и не скажешь, тут все коридоры и двери практически одинаковые, с той лишь разницей, что либо закрыты, либо не закрыты. Впрочем, для непоседливого любопытного принца это было не важнее вчерашнего показателя атмосферного давления. Перед Орихарой сейчас было три одинаковых двери. Простых, металлических, ничем не примечательных, как и множество других дверей замка. Выбирая, парень заприметил, что одна из них заперта на старый проржавевший замок. Ни ключей, ни отмычек у Изаи с собой не было, но ему повезло: металл был настолько старым и негодным, что грязно-коричневая дужка только жалобно хрустнула в тонких пальцах, распадаясь на половинки, на одной из которых повисло подковообразное тельце старого замка. Петли по всем законам жанра мерзко заскрипели, заставляя сморщится и подавить порыв зажать уши. Между дверью и стеной образовалась маленькая щелочка, которую руки так и чесались расширить. Вытащив из массивного кольца в стене – почем-то Изае подумалось, что обручальные кольца драконов выглядят примерно так же – факел, брюнет двинулся навстречу новым открытиям, совершенно позабыв и о ненужном драконам оружии, и о погоне. Зал, куда он попал, был поистине огромным, длинным до бесконечности, с высокими потолками, которые нельзя было различить в темноте. Только если присмотреться, можно было уловить, как шевелятся изредка где-то наверху летучие мыши. А по стенам, казалось, не имеющего конца помещения тянулись какие-то замысловатые закрученные линии и сложные узоры. Орихара, несколько потрясенный пропитавшими воздух древностью и величием, прошел несколько метров вглубь, потом остановился, сообразив, что противоположной стены не увидит, даже если будет безустанно шагать вперед ближайшие сорок минут. Подошел к одной из боковых стен, покрытых теми странными рисунками. Кажется, природный орнамент. Дерево! Вот ветка, от нее еще и еще. Каждая веточка дает потомство, а дети приносят новых детей и так до бесконечности. Кое-где на кварцево-белых веточках встречались листики – маленькие, слабые, нежно-зеленые. Такими листочками были покрыты декоративные деревья в дворцовом парке в тот день, когда его похитил Шизуо. А площадь была усеяна белоснежными, совсем как эти нарисованные ветви, лепестками. В груди болезненно кольнуло: все-таки по дому принц скучал. Одернув себя от не самых приятных мыслей и воспоминаний, Орихара снова взялся за изучение растительных орнаментов, но вдруг отшатнулся. Стоило ему подвинуться чуть в сторону, как из темноты вдруг вынырнуло строгое, чуть злое и совершенно незнакомое лицо. Портрет смотрел с дерзким вызовом и едва заметной насмешкой. У незнакомца были длинные, до плеч волосы, неправильные, даже несколько грубые черты лица и жесткие, неестественного цвета глаза. «Родственник Шизу-чана? Погодите-ка…так это же генеалогическое дерево!» И точно, стоило немного отойти и осветить большой участок стены, как на принца тут же уставились десятки, а возможно и сотни глаз и все – цвета расплавленного золота. Семейная особенность, видимо. Ну ничего себе у Шизуо семейка! Хотя, наверняка большая часть тех, кто тут изображен, уже мертвы, но все-таки, какие масштабы, какое величие! Сколько же лет этому роду? Помнят ли эти стены зарождение человечества и первое убийство? Тут по веточке, отходящей от темноволосого мужчины с тяжелым взглядом, пробежала маленькая синяя искорка. Перескочила на соседнюю веточку и замерла, словно чего-то ожидая. Изая опасливо подошел поближе, небезосновательно полагая, что в драконьих подземельях можно найти не самые приятные сюрпризы. Искорка кивнула-мигнула, мол, правильно все делаешь, и побежала по белым ветвям, словно палка по сети мелких весенних ручейков. Принц двинулся следом. Сколько он пробегал по залу за огоньком, точно сказать бы не удалось. Словно небольшой кораблик без компаса носился туда-сюда, стараясь найти выход из океана, синенькая искорка бегала в разные стороны, как если бы что-то настойчиво искала. Наконец нашла. Теперь уже медленно спустилась по почти прямой линии и осела на очередном аккуратном портретном овале. Вот только рисунок был, похоже, незаконченный. Еще не было видно лица, с трудом угадывались намеченные, словно впопыхах набросанные черты, растрепанные волосы и даже край уха, выглядывающий между прядок. Но даже на таком наброске его невозможно было не узнать. Шизуо. Что же получается, каждый член рода должен изобразить свой портрет в этой галерее? Странно. Тогда получается, что Шизу-чан сейчас изображает тут себя. Но ведь в последнее время дракон не спускался на нижние этажи, Изая мог в этом поклясться! Может, есть другой вход? Звук шагов разогнал обрывочные, недоработанные до конца мысли. Это были совершенно спокойные размеренные шаги, от каждого по огромному пустому пространству разлеталось вместе с тучами пыли гулкое эхо. Орихара замер, чувствуя, как ладони покрываются гусиной кожей. Это плохо. Спокойный и неторопливый дракон – вот реальный признак огромной опасности. Изая медленно отвернулся от стены и вперил взгляд в медленно приближающуюся фигуру. Он плохо видел Шизуо, но знал, что тот сейчас в диком бешенстве, диком настолько, что оно позволило ему вести себя совершенно спокойно, при этом испуская ощутимые волны опасности и злости. Один шаг - один удар сердца. Тук. Тук. Тук. Эхо, дополняющее ударные, помогало исполнять не то похоронный марш, не то реквием. Изая с трудом подавил порыв вжаться спиной в стену; во рту пересохло, язык прилип к небу, впервые в жизни подводя хозяина. К такому пленник не был готов. Он не знал, что конкретно довело Хэйваджиму до такого состояния - от его ауры сейчас наверняка увяло бы пол-леса, но мгновенно понял, что лучше бы ничего не предпринимать. Главное не усугубить ситуацию. Дракон вошел в неровное пятно света. Огонь осветил его лицо, не сулящее наглому гостю ничего хорошего, и вот тут Орихара осознал так четко, как ни разу до сегодня: это – его смерть. Его личный судья и палач, у которого есть еще пять месяцев на пересмотр дела. И если обстоятельства сложатся не в пользу заключенного, приговор – смертная казнь. Но все это может случиться гораздо раньше, это смотря как захочется Шизуо. Только дракон вправе сейчас решать, сколько еще жить Изае, и если ему вдруг вздумается сократить срок ожидания до возможного минимума, то принца ничего не спасет. Только сейчас брюнет до конца осознал, что находится в абсолютной власти Шизуо, и если тому сейчас захочется… Рука потянулась к шее. На кончиках пальцев уже не было ногтей. Когти, каждый где-то с ладонь шестилетнего ребенка, аккуратно отвели в сторону чуть отросшие прядки. Тишину разбивало только рваное, оглушающее в давящей тишине дыхание Орихары. Пошли чуть ниже и в сторону. Нащупал указательным пальцем бешено колотящуюся жилку, чуть придавил, но не сильно. Опустился миллиметров на пять, слезая с выпирающей поверхности кровеносного сосуда, и проткнул когтем тонкую кожу. Изая даже не вскрикнул – тонко выдохнул от неожиданности, чуть приправив выдох несформировавшимся звуком. Тонкое лезвие драконового коготка все так же издевательски-медленно вспороло кожу шеи до самой трахеи, не задевая, к счастью, лежащих ниже структур. Еще немного подержав пальцы с уже убранными лезвиями на том месте, где делают разрез, когда инородное тело попадает в гортань, Хэйваджима опустил руку. Но не взгляд. - Еще раз…еще раз я увижу тебя в этой комнате, - шепот звучал куда страшнее всех криков и рычаний, - еще хоть раз сюда залезешь, я тебя по стенке размажу, понял? Разберу на части. Сердце вырву, глаза выколю, чтобы больше нечем было смотреть на запрещенные вещи. Понял? Принц ограничился кивком. Помолчали. - Пойдем отсюда, - коротко бросил Шизуо, увлекая за собой Орихару. Тот заметил, что лед в глазах блондина несколько подтаял и смог, наконец-то, выдохнуть с облегчением. Чего это он так? Родословная должна оставаться секретом? Никого постороннего в зал не пускают? Или это из-за тех двух стертых портретов возле изображения лица Шизуо? Как будто кто-то долго и настойчиво соскабливал их когтями.