Мой персональный Стокгольм

Я сглатываю и провожу рукой по запотевшей стенке. Кай останавливается всего в шаге от душа и разжимает ладонь. На пол с характерным звяканьем падает нож и я, с каким-то странным чувством спокойствия внутри, смотрю как белоснежная плитка покрывается капельками крови. Остекленевшим взглядом он смотрит на включенную воду и начинает раздеваться. Мой рот открывается сам собой от изумления. Кай словно не видит меня, будто меня и вовсе не существует. Отвожу взгляд в сторону, когда он полностью обнаженный открывает дверцы душа и заходит внутрь. Раньше я думала, что здесь много места, но как только в моё личное пространство вторгся он, я поняла, что здесь стало чертовски тесно… и душно. Кай закрывает глаза и устало опирается рукой о стену, подставляет лицо под струйки очищающей воды. Я замираю, забиваюсь куда-то в угол позади него, но моя паника не замечена им, как и я сама. — Привет, — глупо говорю я и тут же хочу удариться головой о стену. Привет? Серьёзно? Голый маньяк врывается к тебе в душ с ножом и весь перепачканный кровью, а ты любезно говоришь ему «привет»? Вопреки всякому здравому смыслу я отчаянно хочу сказать, что переживала за него, но вовремя даю себе мысленную пощёчину. Кай вспыльчив и очень опасен; если я скажу ему это он подумает что я подлизываюсь и захочет наказать меня или того хуже — убить. Ты не переживала, ты просто боялась сдохнуть от голода. Это разные вещи! Он всё так же не шевелится. Вода под его ногами окрашивается в оранжево-красный оттенок, а я не могу не пялиться на его тело. Если только Кай откроет глаза, то увидит в зеркале, как я жадно рассматриваю, скольжу плотоядным взглядом. Меня интересует всё. Облизываю вдруг пересохшие губы, когда мой взгляд дольше чем нужно задерживается на его заднице. Я снова смотрю в огромное зеркало, но из-за конденсата не вижу всех деталей. Неважно ведь я всегда могу додумать. — Давай-ка мы смоем с тебя эту гадость, — говорю я, придавая своему голосу какой-то бесполезный оптимизм. На самом деле это игра. Я ещё не видела Кая в таком состоянии и честно сказать мне до жути страшно… — Кай, можно я к тебе прикоснусь? — вдруг этот вопрос кажется мне жизненно важным. А что если он не хочет или может это только разозлит его? Кай открывает глаза и поднимает голову, и я вижу бесконечную усталость на его лице. Он по-прежнему ничего не говорит, и я принимаю это молчание за согласие. Беру свою мочалку и выливаю на неё гель для душа с освежающим запахом лемонграсса, надеясь, что этот аромат приведёт Кая в чувства и возможно успокоит. Когда я прикасаюсь к его коже, та она буквально пылает под моими пальцами. Он болен? Давно и на всю голову… Провожу мочалкой по плечам и рукам, стараясь быть нежной, но настойчивой. Нужно оттереть присохшую кровь, но при этом не взбудоражить или разгневать. Кай слегка запрокидывает голову, и я не могу сдержать улыбку. Он решил подыграть мне? Я мылю его шею и глупо улыбаюсь при этом. Вдруг я чувствую себя маленькой девочкой что играет в дочки-матери. В детстве я хотела живую куклу теперь мне кажется, что она у меня есть. Совсем обнаглела. Забываешься кто с тобой рядом! Спускаюсь ниже и хорошенько натираю его грудь. Кай сдавленно стонет, и я удивленно моргаю, наблюдая в зеркало за его скукожившимся на мгновение лицом. Чувствительные соски, серьёзно? Подавляю желание пошутить по этому поводу, ведь с языком мне расставаться пока не хочется. Придвигаюсь ближе и касаюсь грудью его спины, вру себе при этом что сделала так непроизвольно. Смотрю на Кая в зеркало, но его фарфоровый взгляд всё ещё устремлён в никуда. Он глубоко в своих мыслях. — Ты, наверное, очень голоден. Осталась последняя пачка хлопьев, а молока и вовсе нет, — вздыхая, говорю я. Возможно разговор сможет вернуть Кая в реальную жизнь. — Можно вызвать круглосуточную доставку пиццы или ещё что-то. Может суши? Молчит. Рукой я спускаюсь ниже живота уговариваю себя, что тру его член только в целях соблюдения гигиены, а не потому что слегка возбуждена и не могу контролировать свои действия. Внезапно Кай хватает меня за руки и одним ловким, но резким движением поворачивается ко мне. Я ошарашенно смотрю на него, краснея, а он будто бы нарочно всматривается в мои глаза. Я буквально ощущаю его лукавую улыбку, когда Кай прикасается губами к моим губам. Без принуждений и грубости. Я сама отвечаю на его поцелуй, отчаянно пытаясь вырвать свои руки из его цепких лап. Хочу почувствовать полную свободу, трогать его везде, запускать руку в мокрые волосы… Кай разрывает поцелуй и разворачивает меня, заламывая руки за спину, вдавливая в стекло. По телу пробегают стаи мурашек, и я шиплю, касаясь грудью холодного стекла. — Как ощущения? — слышу его дьявольский шепот над своим ухом. — А вдруг в эту комнату ворвётся настоящий хозяин дома? Только представь его лицо, когда он увидит твои красивые сиськи, прижатые к стеклу. Кай сдавленно смеется, и я стискиваю зубы, ощущая уже болезненное покалывание внизу живота. Такой вариант событий возбуждает меня не меньше чем грязные словечки из уст Кая. Псих открывает дверцу и буквально выталкивает меня из душа. Пару раз спотыкаясь, я всё же удерживаюсь на ногах и оборачиваюсь чтобы посмотреть на него. Не могу сдержать изумления и шока и точно знаю, что его эго зашкаливает, когда он видит эти эмоции на моём лице. — Лети отсюда, птичка, — он махает рукой, прогоняя меня. А после, как ни в чём не бывало, закрывает дверцу и начинает мыть голову.