Почему?

      Пламенное солнце лениво опускалось за горизонт, обагряя белесо-синее небо. Легкий ветерок шуршал листьями редких деревьев и кустов, слышались тихие, боязливые голоса певчих птиц. Но стоило какой-нибудь машине проехать по пустующей трассе, как вся эта натуральная красота отходила на второй план, заменяясь прелестями города. Громко матерился дальнобойщик, проклиная отказавшегося от груза заказчика, нервно сигналил ему из маленькой машины какой-то щуплый человек. Все шло к перепалке.       Илья улыбнулся, наблюдая за ними из окна квартиры, вдохнул типичный городской воздух, искренне ему радуясь. Свою долю лесного кислорода он уже получил, поддавшись уговорам Андрея и все-таки отправившись на эти гребанные «Дикие Игры». Придумают же такое люди. Посмотрев на пачку купюр — заслуженный выигрыш, — Илья прикрыл окно и улыбнулся воспоминаниям. В костюме белки, куда братишке удалось его запихнуть, было душно, жарко и темно. Никаких ориентиров! Приходилось полагаться только на слова Андрея, что, впрочем, было не так уж и плохо. Даже забавно. К тому же, братишке тоже пришлось нелегко: Илья пару раз налетел на проволоку, а током за это шибанули Андрея. Ответил неправильно на вопрос старший иллюзионист, а грязью полили его младшего брата. Но, несмотря на все это, вернулись они счастливыми, с деньгами и подростковым настроем.       — Чай, кофе, потанцуем? — особенно Андрей, так и светившийся от счастья. Совсем как мальчишка! Илье он таким нравился.       — Потанцуем! — и он, приобняв младшего брата за талию, под музыку в голове закружил его по залу в ритме всем известных «раз-два-три».       Андрей звонко, заливисто рассмеялся, прижимаясь к Илье всем телом и обвивая руками его шею. И рядом с ним было так уютно, так тепло и светло, словно с солнцем. Словно с огненным солнцем, которому на смену готовился выйти месяц, золотистый, но холодный. И Илья надеялся, что это будет не скоро: слишком приятный вечер, чтобы его отпускать; слишком открытый Андрей, чтобы его забывать.       — Мы — настоящая команда, — они замерли, просто обнимая друг друга и отчаянно пытаясь поделиться внутренним теплом. Андрей улыбался и, положив голову брату на плечо, выглядел таким беззащитным, наивным и ангельски милым, что Илья прижал его к себе сильнее и провел ладонью по волосам. Братишка негромко засмеялся, поинтересовавшись:       — Почему? — как ребенок.       — Между нами, — шепотом ответил Илья, произнеся последние слова одними губами, — особая связь.       Он буквально почувствовал, как Андрей улыбнулся ему в плечо. Что ж, у его брата определенно феноменальная способность заражать людей вокруг позитивом. Да так ярко, что они легко могут согласиться на любое безумство. Илья подхватил Андрея на руки, про себя отметив, что братишка, однако, не совсем пушинка, и закружил его. Заливистый смех и веселое «Пусти!» было лучшей наградой. Илья и сам тихонько засмеялся, когда, споткнувшись о диван, грохнулся прямо на него, а сверху упал еще и Андрей. И вот так вот лежать, негромко смеясь, было прекрасно. Ради этого можно было потерпеть дикие правила «Диких Игр».       Илью буквально током прошибло, когда его губ коснулись мягкие, теплые губы Андрея. Кажется, он даже понял, что испытывал братишка, когда его белка натыкалась на проволоку. Только этот разряд был приятным, невыразимо приятным. И нужным до умопомрачения. Когда братишка отстранился, Илья увидел, что он улыбается. Искренне, без волнения, будто знает, что старший брат будет всегда его защитой и опорой. А ведь так и есть.       — И что теперь? — как-то даже наивно поинтересовался Андрей, затягивая Илью в глубину своих серых глаз. Теплых, уже не льдистых, не стальных.       — Теперь? — брат резко перевернулся, прижав свое сокровище к дивану телом. — А теперь давай договоримся, что это не будет иллюзией.       И Андрей снова потянулся за поцелуем, который Илья посчитал согласием.