Песнь Солнца и Луны: Чёрный Кристалл

Тень

      «В ночное время Ормис кажется вполне себе приятным местечком, но только ночью. Днём это серый и грязный городок, в котором живут одни фермеры. Единственное место, которое заставляет меня сюда приходить – это таверна».       «Дело сделано, но я так и не нашёл никаких следов, абсолютно ничего. Как он узнал? Или это просто старое доброе везение? Ладно, мне просто необходимо выпить»       «Так, здесь поворот, потом ещё, и всё. Таверна на своём родном месте. Ступень, потом ещё одна и осталось только открыть дверь, пока из неё не вывалился какой-нибудь пьяный фермер. Ммм, а этот запах… Можно говорить что угодно про это место, но пахнет здесь всегда отлично» - Эй! Ик, я видел, как ты строила мне глазки. Не хочешь познакомиться, ик, со мной поближе? – сказал голос за таверной, принадлежащий довольному и очень пьяному пони. - Вы что-то путаете, сэр. Дайте пройти и не приближайтесь ко мне, фуф, и вам не помешало бы помыться, - ответила кобыла, явно очень молодая, судя по её голосу. - Ну не надо, ик, я же знаю. «Мне так не хочется делать это. Не буду обращать внимания» - Не подходите! «Ну почему я иду туда? Уже обошёл таверну сбоку и вижу из кустов смутный силуэт фермера. А вот и второй – тоньше и меньше» - Я обещаю, что нам, ик, будет очень хорошо, - земной пони стал напористо, но с забавной походкой, приближаться к молодой кобыле. - Не… А-а-а, - пони закричала от испуга, но затем прикрыла себе рот. «Хех, я в этом одеянии, наверное, похож на приведение, или ещё кого похуже»       Пьяный фермер обернулся и от неожиданности свалился на землю, сказав только: - Да чтоб… - Идите домой и не приставайте к другим пони. Просто. Идите. Домой, - сказал незнакомец в тёмных одеяниях, помогавших скрываться в тени.       «Земной пони решил не прислушиваться к полезному совету и решил поступить по-своему. Кое-как встав, он попытался ударить меня. И отойти немного в сторону оказалось не так трудно» - И ведь никогда не слушают, - разочарованно сказал пони в тёмных одеяниях и, чтобы дальше не тратить времени, просто слегка ударил его по шее.       Фермер плашмя упал на землю и тяжело засопел.       «Очередная проблема решена. Эх, вот бы всё решалось так просто. Не став дожидаться благодарности, я быстрыми шагами направился к таверне. Конечно, кобыла всё же сказала спасибо мне вслед, но это уже было не важно» «Старина Грейз был на своём привычном месте. В таверне сидело всего два посетителя, да и те клевали носом, ожидая, когда их силой будут выгонять из своих мест. Интересно, он когда-нибудь выходит на улицу?» - Располагайся по удобнее, - сказал Сай-Грейз немного сонным голосом. - Тебе как обычно? - Нет. Сегодня налей простого сидра. - Он-то как раз и остался. - Зачем тогда спросил? - Хотел удостовериться, что это ты. - Это что, шутка? - А кто тебя знает? Ты же мне никогда лица не показываешь, - земной пони подошёл к своей большой бочке и набрал кружку яблочного сидра, а затем поставил её на стойку. - Спустимся вниз? «Сделав глоток, я почувствовал себя намного лучше. Да, просто отличный напиток. Ничего не скажешь. Но когда он холодный, то ещё лучше» - Кто нас может услышать? Эти двое спят. А где Найла? Или, кто там ещё у тебя? - Обе уже спят у себя дома. Так, что можно и здесь, - Сай-Грейз уселся на свой маленький табурет. - В пещере я ничего не нашёл. Было лишь несколько порванных мантий, да шляп. Испорченные продукты, да куча разных бумаг, в которых не было ничего ценного. - Ну, хоть что-то должно же быть? - Ничего, - пони в чёрном покачал головой. – Никаких следов. - Может он жил в нескольких пещерах? - Идея неплохая, но с какой целью? Как он мог узнать? - Стоит признать, что старик не такой уж и глупый. - Я этого никогда и не говорил. Либо он всё тщательно продумывает, либо ему просто везёт, - незнакомец выпил половину кружки. - Значит, это всё? - Так-то да. «Пара хороших глотков и я собрался уходить» - Подожди, - сказал трактирщик. – Вышла небольшая проблемка. Наш прошлый разговор, вроде как, слышали? - В самом деле? - спокойно ответил пони в тёмных одеяниях. - Помнишь, я говорил про пони с глазами разного цвета? Полагаю, она была в той комнате. - Ты ведь проверял. Никто не отозвался. - Я… Я не знаю. Откуда она тогда могла взяться? Эта пони вышла вскоре после тебя, а услышав меня, она просто убежала. - Это не так страшно. Понимаю, если бы нас подслушал этот маг. Да и он вряд ли что-то понял. - Как скажешь, - Сай-Грейз задумался, а затем хлопнул себя по лбу. – А, вот ещё, - трактирщик достал из кармана какой-то фиолетовый предмет и поставил его на стойку. – Вечером прошлого дня я мило беседовал с этой пони. Когда я посмотрел на неё, то стало как-то жалко. Денег не было. Выглядела так, словно не имела никакого жилья. Вот я и решил у неё купить эту безделицу. «Несомненно, это был компас. Притом сделан мастерски. Никогда не видел, чтобы кто-то делал их из драгоценных камней. Присмотревшись, я заметил, что с ним не всё в порядке» - Хах, она тебя здорово надула. Компас не показывает на север, - незнакомец задумался, посмотрел поближе и перестал улыбаться. Хотя, надо проверить. Я возьму его? - Я за него выложил тридцать серебряных! И с чего ты решил, что он неисправный? - Потому что, я точно знаю, где север. В общем, - пони в тёмных одеяниях достал несколько золотых монет из потайного кармана и выложил их на стойку. – Если что-то узнаю, то сообщу. - Это слишком много, - удивился Сай-Грейз, ошарашенно уставившись на них. - Бери. Заодно обнови что-нибудь в своей таверне, - незнакомец забрал компас и направился к выходу, сказав напоследок: - Люблю я это место. «Дверь закрылась и даже ни разу не скрипнула. Стоит рассмотреть этот компас поближе. И я вновь не напоролся на этих надоедливых птиц. Хех, скоро это станет моим новым достижением»

А В И Н А

      Мелодии знакомой музыки звучали красиво и успокаивающе. Перед глазами с огромной скоростью проносились жутко странные образы. Что это? Прошлое? Будущее? Или это последствия от трёх кружек крепкого сидра? Больше всего напоминает сон, даже несколько снов. Авина не знала, будет ли этому конец? Чёрное существо, нёсшееся на своих длинных крыльях, разбудило пони своим мерзким криком.       Она с трудом открыла слипшиеся глаза. И первое, что она заметила – это сильную головную боль. Взор оставался ещё мутным, но Авина уже могла различать неясные очертания места, в котором она находилась.       Пока зрение восстанавливалось, можно было положиться на обоняние. Пахло сыростью, которая напоминала о походах с отцом в подземелья Кристальной Империи. Присутствовали и иные запахи, о которых пони узнала впервые.       Ави хотела раскрыть рот, но не смогла этого сделать, с удивлением заметив, что он прикрыт тряпкой.       Глаза полностью привыкли к темноте. Теперь можно было рассмотреть помещение внимательнее. Судя по всему, Авина находилась под землёй, так как стены, поддерживаемые деревянными балками, состояли из неё почти полностью. Затем она заметила дверь перед собой, сквозь щели которой пробивался неяркий свет. Также здесь находилось несколько бочек, тюк мокрого сена, на который каплями стекала вода откуда-то из трещины. Слева от Авины стоял большой стол, а рядом с ним табурет. На столе лежали какие-то пергаменты, подсвечник, несколько металлических деталей и два камня, которые отражали свет, проступающий через проход.       Что находилось сзади неё, на данный момент нельзя было узнать, так как она была привязана к стулу.       Авина попробовала пошевелиться и сразу же пожалела об этом, так как затёкшие конечности дали о себе знать. Пони чувствовала, как сердце начинает биться всё сильнее и быстрее, а на лбу проступил пот. Она сделала ещё одну попытку освободиться, но это ничуть не приблизило её к нужному результату.       Тогда Ави решила немного успокоиться и собраться с мыслями, чтобы вспомнить последнее, что она делала. Она сразу поняла, что находится в Ормисе, который был на её пути к Айронклэду. Точно, ворон мне показывал окрестности этого городишки, - с облегчением подумала Авина, удостоверившись, что не тронулась рассудком. - Так, а потом я зашла в таверну. Именно! Вот откуда я знаю эту музыку.       Ави от волнения глубоко вдохнула влажным и отвратительным воздухом. И этот вдох будто бы придал бодрости и свежих сил. Уф… так, а что было дальше? Помню пони у стойки, он ещё обменял мой компас на монеты. Как же его звали? Не знаю! Кажется Сай… и как-то там ещё. А дальше какие-то обрывки. Р-р-р! Нужно как-то освободиться! – с этими мыслями Авина вновь и вновь пыталась распутать верёвки, которые накрепко держали её копыта связанными. Я уверена, нужно ещё несколько попыток… А, что это? – пони услышала скрип досок и чьи-то шаги. - Должно быть это тот, кто связал меня.       Авина закрыла глаза и притворилась, будто продолжает спать, надеясь на то, что тот, кто её похитил, уйдёт и даст больше времени.       Дверь со скрипом отворилась и неяркий свет проник в это тёмное место. Пони не видела того, кто её открыл, зато услышала его хриплый голос: - Всё ещё спим?       Авина заметила как фигура, напоминающая пони, приблизилась к ней почти вплотную. - Я же говорил тебе бить слабее, - сказала фигура иным голосом. - Я и так ударил как можно слабее. Вдруг она дала бы сдачи? – голос стал прежним. - Она же просто девчонка. Хватит ждать! Надоело. - Я знаю что нужно делать, - с этими словами фигура отошла от Авины и вышла за дверь.       Пони продолжила попытки освободиться. Казалось, что они смогут помочь. Или же это всё из-за того, что кровь прильнула к конечностям. Долго ждать не пришлось – вновь послышались шаги. Авина перестала шевелиться.       Фигура перешла через порог и окатила кристальную пони ледяной водой. Авина в мгновенье раскрыла глаза. Дыханье перехватило. Но несколько секунд спустя кристальная пони вновь смогла нормально дышать. - Наконец-то, - издевательски произнесла фигура хриплым голосом. - Тебе сразу это надо было сделать, - обругал сам себя пони.       Авине до сих пор казалось, что рядом с ней два существа, а не одно. Движение чужого копыта сняло с неё тряпку. Она вновь могла говорить. - Лазутчица чёрного единорога! Как ты нашла меня? – похититель смотрел прямо в глаза Авине.       Она смогла внимательно рассмотреть его. Это был старый пони, одетый в чёрную накидку с капюшоном. Последний был опущен. И кристальная пони сразу же вспомнила его. У него была почти лысая голова, седая бородка. Коричневая шерсть, которая была покрыта в некоторых местах светлыми пятнами. Морщинистое лицо и светло-серые глаза. - Кто? – с удивлением переспросила Авина. - Вы точно ко мне обращаетесь?       Старый пони грубо схватил её за подбородок: - Не дури мне голову. Я знаю тебя! Это ведь ты жила с чёрным единорогом? Всё для него делала. - Давай лучше избавимся от неё! Надо было так и сделать, как я тебе говорил. И мы вновь заживём спокойной жизнью, - посоветовал тот же старый пони, но с другой интонацией в голосе. Как же мне не везёт. Вышла из таверны и сразу же попала в копыта к сумасшедшему, - с досадой подумала Авина. - Я не понимаю, о ком вы говорите. Чёрный единорог? Сомбра что-ли? - Не произноси это имя! – пони больно зажал Авине рот. - Они хотят захватить нашу Империю. Хотят, чтобы мы делали за них грязную работу. И с одной это уже вышло. - Ау! – вскрикнула Авина, когда пони убрал копыто от её лица. - Дед, вижу, что у тебя проблемы с головой. Давай ты меня отпустишь и я отведу тебя к целителю? - Как ты смеешь? Мой разум чист, - возмутился старый пони. - Ещё как чист, - подтвердил второй голос. - А вот тебя стоило бы отвести на лечение. Да уже поздно. - Как ты стала его заложницей? – продолжил хриплый голос. - Он заколдовал тебя? Но ничего, смерть избавит тебя от его проклятья.       Авине стало неспокойно. Если раньше этот старик казался просто лишённым рассудка, то теперь может оказаться, что он по правде сделает то, что хочет. Пони вновь попыталась освободиться, но делала это медленнее. Так, чтобы он не видел. Нужно потянуть время, - подумала Авина. - Может мне наконец-то повезёт. - Пожалуйста, перед тем, как ты убьёшь меня, расскажи о себе, - попросила кристальная пони. - Не делай этого! – простонал второй голос. - Она хочет оттянуть свою смерть. - Нет Фин, она имеет право знать, каким мы важным делом занимались в Империи. - Верно Фин, пусть он расскажет мне, - сказала Авина. - Не смей произносить моё имя! Жалкий отброс нашей расы! - вспылил второй голос. - Я Долфрин. Я оберегал нашу могучую Кристальную Империю по праву, перешедшему от моего отца. А это мой друг Фин, - сказал старый пони хриплым голосом. - Я с таким удовольствием буду мучить тебя, лазутчица чёрного единорога, - пригрозил второй голос. - Ты оберегал нашу Империю? – с усмешкой спросила Авина. - По-моему, этим всегда занимались императоры, а после них Сомбра. - Не произноси это имя! – взревел то ли Долфрин, то ли Фин, а может и оба сразу, ударив кристальную пони по лицу. - Хорошо, - ответила Авина, сплюнув на холодный каменный пол кровь, которая быстро наполнила её рот, - Я вас поняла. - Нашу Империю оберегал щит. Только он, - взгляд быстро бегающих глаз Долфрина переходил с кристальной пони куда-то на потолок, а потом вновь к ней. - Щит подпитывался от машины, которую сделал настолько великий ум, что я боюсь себе представить! Но отец научил ею пользоваться и ухаживать за ней. - Машина? Имеешь в виду Кристальный полеобразователь? – спросила Авина, вспомнив слова Сомбры. - Да, так его называли. Но! Она сломалась! – при разговорах у Долфрина дёргались копыта и его движения отдавали странностями.       Непонятные жесты и ломаная манера речи – всё это жутко пугало кристальную пони, отчего ей хотелось быстрее убраться из этого места. - Чёрный единорог знал, кто за ней смотрит… - продолжил Долфрин. - А потом мы сбежали! – перебил Фин.       Переходы были мгновенными. Авина с трудом понимала то, кто перед ней находится в данный момент. - Мы знали, что единорог найдёт нас, - продолжал Фин. - Кого будут винить в поломке щита? Только тех, кто смотрел за ним. Но он нас выследил! Позор нашей расы выследил нас! Но мы этого так не оставим. Сначала ты, потом чёрный единорог. И кристальные пони вновь заживут свободными! Говори, говори… Эти верёвки начинают поддаваться, - утешала себя Авина. - Я одного не понимаю, - обратилась Авина. - Ты постоянно говоришь о нашей расе. Ты же просто старый, вонючий земной пони, который неизвестно как попал к…       Последние слова вывели Долфрина из себя и он с силой, которая для старика была довольна велика, опрокинул Авину вместе со стулом на пол. - Ррр, ты даже не можешь отличить своих сородичей! – взревел Долфрин. - Как глубоко в тебя вошли корни единорогов. Но ты не виновата. Я дам тебе свободу, - старый пони вытащил ртом из кармана нож с потёртой ручкой. Какая же я глупая, - корила себя Авина, теперь она старалась освободиться как можно быстрее. - Хотела же это оставить напоследок. - Кончай с ней! – вскричал Фин. - У нас ещё забот по горло.       Авина с трудом повернула голову к Долфрину, отплёвываясь от грязи. Ещё немного! Ну давай же! – кристальная пони чувствовала как бешено колотится её сердце.       Долфрин нацелился на горло и замахнулся.       Авина вскрикнула и, собрав все свои силы, попыталась отодвинуться подальше от удара.       Это удалось - нож прошёлся не по горлу, а по левой щеке, оставив глубокий порез.       Это ещё больше вывело из себя старого кристального пони. - Ничтожество! – крикнул Фин своей первой личности. - Я покажу как надо резать!       С этими словами он взялся своим правым копытом за грязную гриву Авины и поднял её голову от пола. - Долго же ты тянешь, - ехидно сказала кристальная пони.       Она освободила передние копыта и со всей силы дала обеими по лицу Долфрина. Отчего тот с криком от боли упал на пол, выронив нож изо рта.       Авина машинально поползла на передних копытах за ножом, чтобы освободить задние. - Вставай старая развалина! – орал Фин. - Не могу, - жалобно отвечал Долфрин. - Мои кости!       Кристальная пони добралась до ножа и взяла его в оба трясущихся копыта. Затем она начала резать последнюю верёвку.       В это же время с проклятиями и стонами стал подниматься Долфрин.       Авине удалось разрезать путы и её затёкшие задние копыта ничком упали с ножек стула. Нож выпал изо рта. Она с трудом поднялась на все четыре конечности и как можно быстрее направилась к двери. Дальше путь шёл по лестнице. Но она заметила, что заднее копыто что-то держит.       Старый пони схватил её. Во рту он снова держал нож. На его лице остались едва видимые круглые следы от копыт Авины.       Кристальная пони хоть и не чувствовала задних конечностей, всё же смогла воспользоваться свободным копытом и дать им со всей силы по лицу улыбающегося Долфрина ещё раз. Он с диким смехом упал на пол.       Кристальная пони старалась не обращать на это внимание и стала подниматься по скрипучим ступеням на первый этаж. У лестницы на стене висел подсвечник – его свет Авина видела через закрытую дверь. Она смогла преодолеть лестницу, на подъёме которой задние конечности стали оживать. Авина оказалась в помещении, которое напоминало кухню. Рядом с ней находилась спальня с кроватью, покрытой грязными и пыльными покрывалами. Помещения освещались несколькими свечами. Не обращая внимания на прочее, кристальная пони увидела дверь и направилась к ней. Недалеко от выхода стоял стол с хлебом на тарелке и кувшином с водой.       Авина толкнула дверь, не заметив висящего на ручке замка. Затем удостоверилась, что она заперта и от отчаяния села на пол. Но её быстро взбодрил вид Долфрина, который смог преодолеть лестницу. Он со смехом посмотрел на кристальную пони. - Дружище Фин хотел прирезать тебя пока ты была без сознания. Прямо у той таверны. А я не послушал, - прошипел с кривой улыбкой Долфрин.       След от заднего копыта прекрасно отпечатался на лице старого пони. Из некоторых мест текла небольшими ручейками кровь кристального пони. - Ты не сможешь уйти отсюда, так как ключ у меня, - спокойно говорил Долфрин, затем он вытащил нож из своего кармана. Он весь был мокрым от крови Авины. - Пожалуйста, отдай мне ключ, - пони стала взывать к здравому рассудку старого Долфрина. - Не вынуждай это делать, - с этими словами Авина подбежала к кухонному столу и подобрала ножик, на котором остались хлебные крошки. - Ты же не убьёшь своего соплеменника, - насмехался Долфрин. - Кристальные пони никогда такого бы не сделали. - Это ложь, - ответила Авина со слезами на глазах. - Мы помогали убивать пегасов, которые даже не нападали на нас. Мой отец умер там. - Наш народ заставили участвовать на этой войне. И как ты думаешь кто? Правильно, твои любимые единороги, - Долфрин будто бы желал того, чтобы Авина первой на него набросилась. - Что тебя заставлял делать чёрный единорог? То, чего бы не сделала ни одна кристальная пони. Ты предала нас! - Замолчи! Ты его не знаешь! – гневно вскричала Авина.       Старый кристальный пони будто бы очнулся от ударов копыт. Он больше не менял свой голос. Он просто улыбался и злил Ави. - Я знаю, он настолько замутил твой разум, что ты никому не рассказывала о своих отношениях с этим единорогом. Это ведь так удобно – удовлетворять просьбы короля, а затем получать награду от него за усердную работу, - Долфрин рассмеялся.       С яростным криком Авина побежала на старого пони и сшибла его с ног. Он выронил нож изо рта и стал громко смеяться. - Ты ведь каждую ночь к нему ходила! Я же видел! Я…       Больше он не смог произнести ни слова. Кристальная пони воткнула ножик ему в горло. Затем сделала так ещё несколько раз: - Замолчи! Он был мне словно отцом! Сомбра оказался лучше вас всех! Эгоистичных кристальных пони, прячущихся под своим жалким куполом!       Авина посмотрела в изувеченное морщинистое лицо Долфрина. Его застывшие глаза смотрели на потолок. А рот расплылся в уродливой улыбке.       Кристальная пони выронила нож и упала на пол в слезах.       На улице было всё ещё темно, около четырёх часов ночи. Единственное окно оказалось закрытым ставнями.       Ави, незаметно для себя, заснула от усталости, боли в щеке и от душевной травмы. Проспала она пару часов. И первым, что она увидела, открыв глаза, это мёртвое тело Долфрина.       Кристальная пони кое как встала с пола. А затем начала осматривать карманы чёрного одеяния. К её удивлению они были пусты. Тогда она решила подбежать к спальне Долфрина. Рядом с кроватью стояла старая тёмная тумба с двумя ящиками. В первом лежали пожелтевшие листы с какими-то рисунками и цифрами. Посмотрев на них внимательно, Авина узнала в одном из них башню императора, только под ней был нарисован какой-то странный механизм, уходивший глубоко под землю. На втором листе высокое овальное зеркало на пьедестале, первую ступень которого украшали подковы, которыми пользуются земные пони. По бокам зеркало украсили металлические пластины, выполненные в виде узоров, а также драгоценные камни. Под рисунком виднелась надпись: «Зеркало? Может проход?» - У меня нет времени на это! – вскричала Авина и бросила стопку листов на пол.       Во втором ящике оказалась связка из трёх ключей. Ты ведь могла сохранить ему жизнь, - говорила назойливая совесть. - Как и Сомбре. - Ненавижу тебя! Ты всегда появляешься не вовремя, - ответила Авина, подбежав к двери. - Где ты была, когда я набросилась на него? Ты молчала. И молчи теперь!       Первый ключ не подошёл. А второй прекрасно вошёл и открыл замок. Пони сняла его, собравшись запереть дверь снаружи. Вещи хотя бы возьми свои. - Верно. Оказывается, от тебя есть польза, - с этими словами Авина стала искать свою сумку.       Нашлась она под кроватью Долфрина. Удивительно, но он ничего не тронул. Даже серебряные монеты лежали на месте в целости и сохранности. Затем она бросила взгляд на разбросанные листы с разными строениями Кристальной Империи.       Ави решила взять листы с собой и со злостью стала их собирать в кучу. После она сложила их в сумку и направилась к двери.       Кристальная пони с облегчением вздохнула, выбравшись на свежий воздух. Солнце ещё не встало. Светать только-только начинало. Авина нацепила замок и заперла его на ключ. Затем она выкинула связку на крышу.       Всё небо было в серых дождевых тучах. Дождь начался совсем недавно, судя по их цвету.       Авина не могла сориентироваться. Дом Долфрина был скрыт другими такими же одноэтажными домиками. Несмотря на это, главную дорогу найти оказалось не трудно и кристальная пони направилась по ней к таверне, ища по пути знакомые места, которые показывал ворон.       В поселении начинались привычные будни. Фермеры выходили из своих домов и отправлялись на свои рабочие места. Вороны-сторожи уже сидели на своих постах и громко переговаривались друг с другом на своём языке. Как скоро соседи обнаружат мёртвое тело кристального пони? Знают ли они о нём? Или узнают только тогда, когда оно даст о себе знать на всю округу? - мелькнуло в мыслях Ави.       Когда Авина подросла, Сомбра стал ей рассказывать не сказочки про принцев и принцесс, а про страшные дни войны. Рассказывал о том, как мёртвых было настолько много, что их не успевали хоронить. Из-за чего поднимался отвратительный смрад.       Кристальная пони немедленно отбросила эти мысли и воспоминания. Перед ней встали две вещи, которые были важны на данный момент: добраться до таверны и привести себя в порядок, а затем без промедлений добраться до столицы земных пони.       Навстречу к ней шли фермеры и рабочие. Она старалась идти с низко опущенной головой, чтобы никто не увидел порез на щеке. Платье, которая она носила, стало потрёпанным и грязным. Вполне возможно, что местные принимали её за бродягу или кого ещё хуже. А ведь в этом есть доля правды – у Авины больше нет родного дома. Он исчез, словно его никогда не было. А она сама превратилась в земную пони.       Хуже всего оказались взгляды местных, проходивших мимо. Сначала они улыбались и шутили друг с другом. А затем, поравнявшись с кристальной пони, смотрели с каким-то презрением. Будто знали о том, что она сделала. Он не оставил мне выбора, - оправдывала себя Авина. - Он стал старым и сошёл с ума. Мог ведь это с кем угодно сделать, - кристальная пони старалась идти быстрее, чтобы встретить хоть кого-то, с кем можно было поговорить. Ты видела его рисунки! Это же Империя. Такое сумасшедший не смог бы нарисовать. О нет, я спорю сама с собой, - с досадой заметила Авина. - Если так пойдёт и дальше, то стану как Долфрин. Нужно срочно чем-нибудь отвлечься.       Дождь хорошо намочил кристальную пони. Он неплохо омыл порез. Вода каплями стекала с волос и мокрого платья. Авина подошла к ближайшему дому и посмотрела в окно. Снаружи он казался тёплым и уютным. В печи горел огонь, а над ним висел на жерди котелок с едой. В доме не было каких-либо излишеств. Только то, что нужно. У противоположного окна стояла земная пони, одетая в поношенное синее платье и с платком на голове. Она баюкала жеребёнка, плач которого был слышен даже из закрытого окна. Но вскоре он успокоился.       Кристальной пони от этой картины стало намного спокойнее. Назойливая совесть замолкла и Авина решила отойти от окна, пока её никто не заметил.       Она вышла как раз рядом с ратушей, а от неё до таверны не так далеко. Идти Авина стала медленно, чтобы наслаждаться дождём. Его холодные освежающие потоки приятно омывали уставшее тело кристальной пони и нужно было растянуть это удовольствие. Мокрая грива закрывала почти всё лицо, что выглядело только к лучшему. Пони убирала волосы только с одного глаза, чтобы видеть свой путь.       Через некоторое время она добралась до знакомой длинной постройки с вывеской «Старая Яблоня». Дверь открылась без труда, и таверна встретила Авину теплотой и уютом. Огонь всё так же согревал просторное помещение. Казалось, что он обдавал жаром ещё сильнее, чем раньше.       В Старой Яблоне не было ни одного посетителя. Лишь земная пони среднего возраста в красном фартуке ходила с метлой и подметала полы. Было тихо. Никакой музыки, никакого шума и веселья, лишь шорканье сухих стеблей соломы по доскам.       Вскоре пони обернулась в сторону Авины, которая стояла как вкопанная у порога. Она подняла голову и вздрогнула, едва не уронив метлу. - Ох! Как же ты меня напугала, - вскрикнула пони. - Тебя не учили стучаться? – спросила она своим звонким голосом. - Простите меня, - виновато понурила голову Ави. - Я просто хотела пройти к себе в комнату. - В комнату? Одни сутки стоят десять серебряных. Надеюсь, деньги при тебе? - Ах, да. Трактирщик по имени Сай… Э-э... - Сай-Грейз? - Точно! Он предложил мне вчера один раз бесплатно переночевать. Надеюсь, у меня ещё осталось время? - Разве? Погоди ка, - земная пони осмотрела Авину с копыт до головы. - Ты же та пони, которая вчера сидела у стойки и обменяла красивый компас на деньги. - Да, это я, - улыбнулась кристальная пони. - Ну и вид у тебя! Еле узнала, - земная пони отложила метлу и хотела проводить Авину до комнаты. - Подожди, ты не ночевала у нас? А где ты спала? На улице? - Вроде как. Не стоило мне пить вашего сидра, - вздохнула кристальная пони. - Говорила ему, не продавать молодым. А ему хоть бы что! Эх… - земная пони покачала головой, - Пойдём, покажу комнату и нагрею воды для тебя. - Спасибо, госпожа … - Зови меня Найлой. - Спасибо, Найла. - А тебя как зовут? - Ави. - Очень приятно, Ави. - Мне тоже.       Они дошли до лестницы, которая “спряталась” за огромными бочками. - В какую? - Первая слева, - вспомнила Авина.       Найла достала связку с ключами и отворила первую дверь с левой стороны. Здесь находилось ещё пять комнат, не считая этой. Комната оказалась маленькой. Здесь располагалась двухместная кровать, а рядом с ней тумба и стол с потёртым стулом. - Располагайся. Скоро я принесу тебе горячей воды. Давай заодно посушу твоё платье? – Найла говорила с такой добротой и заботой, что Авине она казалась словно родной матерью. - Вы очень добры. - кристальная пони убрала сумку в сторону и парой движений сняла тёмно-оранжевую тряпку, в которую превратилось её прекрасное платье. - Хорошо, - Найла взяла его в левое копыто. - Отдыхай, Ави.       Авина прикрыла дверь и с наслаждением упала на тёплую кровать. Усталость и недосып вновь дали о себе знать и кристальная пони задремала. Блаженство от долгожданного сна могло продлиться чуть дольше, но в комнату вошла Найла. Она поставила деревянную ёмкость с горячей водой и разбудила Авину. - Приведи себя в порядок, - посоветовала земная пони, положив на тумбу полотенце, гребень, небольшое зеркальце и маленький кусок мыла. - Позже я принесу твоё платье и на этом всё, если ты, конечно, не захочешь купить еды. - Благодарю, - сказала Авина сонным голосом, сев на кровать и пододвинув поближе воду. - Правда, не стоило так обо мне беспокоиться. - Не бери в голову, Ави. Хоть какое-то разнообразие. Подметай полы, таскай подносы… Ладно, скоро приду, - сказала Найла перед тем, как прикрыть дверь.       Кристальная пони с наслаждением окунула передние копыта в тёплую воду. Это не ванны Империи, но на данный случай лучше ничего нет. Авина отмыла по очереди каждое своё копыто, стараясь не проливать воду на пол. Затем она сполоснула всё тело и гриву с хвостом. Самое болезненное началось тогда, когда она дошла до лица. Вода больно щипала порез на щеке. Из-за боли она едва не вскрикнула, но смогла найти в себе силы, чтобы стерпеть.       Вытеревшись, Авина убрала воду под кровать и достала из сумки листы бумаги, которые немного промокли от дождя. Выругав себя за то, что не прикрыла их мехом, она выложила рисунки на стол.       На других листах были изображены различные постройки. Среди них пони узнала свою школу и ярмарочную площадь, на которую её частенько водил отец в детстве. Рисунков с Императорской башней было целых три. На двух она была изображена в полный размер. Третий привлёк внимание тем, что часть той же самой башни продолжалась под землёй.       На третьем листке был нарисован очень странный механизм. Хоть Авина из книжек знала про чудные изобретения земных пони и единорогов, этот же выглядел совершенно чуждым. Стоит отдать должное, Долфрин когда-то умел рисовать. Можно было с лёгкостью отличить металлические детали и кристальные друг от друга.       Голова плохо соображала и пони решила оставить рисунки в покое. Авина достала промокшую карту и села на кровать. Чтобы добраться до Айронклэда, нужно было покинуть Ормис через западные ворота. Затем направиться по дороге. Проще простого. Путь не должен был занять много времени. Если повезёт, можно добраться до Железных Врат столицы к часу дня, - Ави смотрела на карту с задумчивым видом.       Пони убрала карту и стала ждать, пока высохнет грива. Вскоре пришла Найла и принесла платье, затем она удалилась по своим делам. Тем временем кристальная пони надела свою одежду и взяла гребень с зеркалом. Она с грустью посмотрела на изуродованное лицо и стала зачёсывать волосы так, чтобы они скрывали левую часть лица, а правую оставила открытой. Авина посмотрела на свой голубой глаз и слегка улыбнулась. Потом начала собирать высохшие листы бумаги и остальные вещи. Зеркало, полотенце, мыло и гребень она убрала на полочку тумбы.       Подойдя к двери, кристальная пони услышала пару голосов, один из которых ей показался очень знакомым. Она ни с кем не хотела разговаривать и стала ждать, пока они не утихнут. К её разочарованию, они остановились прямо у первой двери слева, то есть у её двери. - Здесь будет в самый раз, - прошептал басистый голос. - Ты уверен? Может, там сейчас спит очередной любитель твоего сидра? – спросил другой спокойный голос. - Тогда я постучусь, - послышался стук копыта об дверь.       Здравый рассудок говорил кристальной пони о том, чтобы она открыла дверь, показав этим двоим, что комната занята. Но вместо этого, она спряталась в дальний угол широкой кровати, едва не задев деревянный таз с остывшей водой. - Я же говорил, что никого там нет. Я предложил одной нездешней пони бесплатно переночевать, но она перепила сидра и… - Хватит пустых слов. Открывай, - с раздражением сказал голос.       Дверь отворилась со скрипом и за порог вошли двое. Авина под кроватью могла видеть только копыта. У первого вошедшего они были крепкие и сильные. У второго копыта были почти полностью закрыты тёмно-синей тканью. Затем послышался поворот ключа. Теперь дверь была заперта.       Пони с сильными ногами уселся на кровать, немного придавив деревянный настил под соломенной лежанкой. Второй сел на стул, развернув его к своему собеседнику. - Найла! Сколько раз я просил её не оставлять горящие свечи? – возмутился басистый голос. - Есть свежие сведения? – спросил пони в тёмной одежде. - Совсем ничего, - огорчённо ответил басистый голос. - Есть сплетни из Айронклэда, Гайпхауэра, но для тебя они бесполезны, - А что у тебя? - Так же. Я обыскал всю школу и ничего. Он будто сквозь проклятую землю провалился. - Ты разговаривал с местными? - Шутишь? Те, кто могли его знать, мне ничего бы не рассказали. И всё же у меня есть на уме пара мест, где он мог бы прятаться. Сегодня вечером отправлюсь их проверить. - Дружище, ты бы хоть капюшон снял. Я твоё лицо уже забывать стал. - Ты же знаешь, Грейз, что нельзя. - Да-да, верно. О, чуть не забыл. Знаешь, какое я вчера чудо видел? - Давай удиви. - Пони с глазами разного цвета! - Странно, ты точно не напился своего сидра? - Конечно, нет, за кого ты меня принимаешь? - Неважно. Я лучше пойду, если у тебя больше ничего нет. Ничего важного. - Тогда до встречи. Выходи первым, затем пойду я, - пони по имени Грейз, а точнее Сай-Грейз подошёл к столу и затушил свечу.       Комната наполнилась мраком. Один поворот ключа открыл дверь. и пони в тёмно-синих одеждах вышел за порог. Через несколько минут вышел и Сай-Грейз.       Авина глубоко вздохнула от нахлынувшего напряжения и от того, что дверь не закрыли, как того боялась кристальная пони. Она знала, что если просто так выйдет перед носом Сай-Грейза, то будут проблемы. Пони не хотела этого признавать, но другого выбора у неё не было. Ави пролежала под кроватью где-то пятнадцать минут, а затем выползла, накинув себе сумку на спину. Её платье собрало всю накопившуюся грязь на полу, но это неважно.       Кристальная пони осторожно приоткрыла дверь и, удостоверившись в том, что никого нет, вышла в коридор. Что же делать? Что же делать?! – в отчаянии спрашивала она себя. - Я же не могу просто так выйти у него за спиной и уйти из трактира? Хотя, может так и надо сделать?       Она стала медленно подходить к лестнице, затем начала осторожно подниматься.       Сай-Грейз стоял у своей стойки. А в помещении сидели всего два посетителя, которые были заняты своими кружками с крепким сидром.       Авина прошла мимо стойки и, не оборачиваясь, направилась к выходу. - Найла? Ты как раз вовремя. Сде… Погоди-ка…       Кристальная пони ускорила шаг. - Стой! Это же ты… - возмущённо сказал Сай-Грейз.       Авина галопом побежала к двери и со всей силы толкнула её. - Остановите её! – послышалось из таверны. Занятно, что никто не обратил внимания, - усмехнулась Ави.       Кристальная пони мелькала между домами, пока не увидела западные врата. Она спокойно вышла из-за обветшалого одноэтажного дома и направилась к дороге, надеясь, что сзади никто за ней не гонится.       Успешно преодолев ворота, она услышала вороний голос позади. - Доброго пути, путница!       Авина ускорила шаг, а затем решила пробежать часть пути на всей скорости, на которую способно её тело.       Ормис превратился в едва видимую точку. Удостоверившись, что за ней никто не бежит, кристальная пони сбавила ход. Дорога предстояла неблизкая, но если не отдыхать и идти рысью, то Авина окажется перед вратами Айронклэда ещё скорее, чем планировала.       Дождевые тучи остались над Ормисом и небо озарилось живительным светом солнца.       Пейзажи по обеим сторонам дороги поражали и удивляли Авину. По левую сторону виднелись массивы лесов и заснеженная вершина горы, которая называлась Скайридж. Присмотревшись, можно было увидеть два высоких пика – это Корвинг, столица пегасов, неприступная крепость, расположенная на самой вершине горы. По правую сторону раскинулись плодородные земли, равнины и пастбища.       Вскоре на горизонте показался скалистый рельеф, а к нему был пристроен Айронклэд. По мере приближения, столица становилась всё больше и больше. Широкая дорога продолжала “идти” до врат. Рядом от неё отходили две более тонкие, идущие в обход Айронклэда.       У входа толпилось около десятка земных пони и единорогов, а также несколько загруженных телег.       Авина никогда не видела крепостных стен. Рядом с ними она считала себя настолько маленькой, что становилось не по себе.       Но больше всего поражали две огромные башни, построенные рядом с Железными Вратами. На их площадках находились какие-то большие механизмы. Они напоминали луки, которыми пользовались пегасы, но только намного больше. И даже эти устройства нельзя сравнить с вратами, а точнее их “дверями”. Они представляли собой две гладкие толстые дугообразные пластины, сделанные из какого-то тёмного металла, украшенные многочисленными царапинами. На одной из пластин Авина заметила почти стёртую надпись: «П..т..ип 2».       Железные Врата оказались закрытыми и перед ними собралась небольшая очередь. Авина встала перед земным пони, у которого на лице красовалось недовольное выражение.       Ждать пришлось не так уж долго. Через девять минут врата стали открывать. Стальные половины с шумом начали отъезжать в разные стороны. Изнутри эти пластины были обделаны деревянными и железными конструкциями. Сами пластины двигались на больших толстых колёсах.       В толпе послышались радостные вопли и фразы вроде: - Наконец-то! - Давно пора.       За вратами перед Авиной предстал оживлённый серый город, утыканный многочисленными каменными постройками.       Кристальная пони обернулась и увидела двух земных пони, облачённых в доспехи с гербом дома Арклайда. Один из них помахал кому-то на стене. И после этого Врата стали закрываться. - Айронклэд, приветствуй меня, - с радостью сказала Авина. - Я пришла с вестями.

Н И Р А

“Сон. Всегда один и тот же сон. Я в своей любимой школе. Со своими друзьями. Но они смотрят на меня как-то странно. То с испуганными лицами, то с лицами, полными злобы и гнева. Я кричу им: - Что с вами?! Почему вы так смотрите на меня? Что-то случилось?!       В моих грёзах всегда идёт дождь. Не знаю почему. Может от того, что это прекрасное явление в реальности я вижу так редко? И вот я смотрю в лужу под моими копытами и вижу чужое и страшное лицо, и, посмотрев внимательнее, понимаю, что вижу себя.       Те пони, кого я считаю своими друзьями, с криками набрасываются на меня. Казалось, что здесь нужно проснуться. Но нет. Теперь я смотрю со стороны на маленькую белую единорожку с голубой гривой. Это же придуманный мной образ! Но на неё никто не набрасывается. Никто не смотрит на единорожку со страхом, или злобой. А наоборот, учатся вместе с ней. Рассказывают свои истории и вместе смеются.       Потом пустота. Я стою в чёрной комнате, без стен, а если они и есть, то я не могу их увидеть. И передо мной стоят чьи-то фигуры. Они разные. Но у всех нет лиц и цвета. И только самая первая – та самая белая единорожка, мой образ. Она начинает говорить со мной моим же голосом. Но я не могу разобрать, что она говорит. В конце концов, она снимает своё лицо, обнажая отвратительный чёрный череп, и надевает его на меня.       Почему мои друзья боятся меня? Я всё та же весёлая и добрая Нира? Внутри я такая же, как и все! Кажется, что я начинаю плакать, а тёмные фигуры из той комнаты обступают меня, сжимают. Я кричу, но мои вскрики беззвучны. Я хочу убежать, но ноги не слушаются. Обычно в этот момент я просыпаюсь.       Но теперь передо мной луна. Так близко, что можно дотронуться. И моё копыто касается её. Она такая яркая и холодная. Но я смотрю на неё, и мне становится спокойно. Все прошлые страхи уходят, будто их и не было”       Нира проснулась рано. Даже раньше, чем обычно, но, тем не менее, чувствовала себя прекрасно. Началась новая учебная неделя, и нужно было собираться.       Потянув свои передние копытца, аликорн заметила на левом маленькое отверстие. Оно появилось давно, но почему привлекло её только сейчас?       Рог Ниры озарился зелёным светом, и она притянула к себе перо для письма, лежавшее на столе. А затем его кончиком хотела дотронуться до своего отверстия на копыте. Перо прошло насквозь, защекотав её. Она тихо засмеялась от приятных ощущений, но затем смех сменился на удивление. Как же такое возможно? И ничего. Ни боли, ни неприятных чувств. Зато, если я ударюсь обо что-то, то сразу возникает то, что должно. А тут…       Отринув дурные мысли, Нира полностью вылезла из-под одеяла и посмотрела в открытое окно. Ранним утром всегда было пасмурно. Солнце ещё не вышло из-за горизонта.       Зато, какой свежий и бодрящий воздух, - с наслаждением подумала Нира, делая глубокие вдохи и выдохи.       Затем она взяла полотенце и, заправив кровать светло-коричневым покрывалом с красными узорами, направилась к речке, чтобы умыться.       Торес и Старсвирл должны ещё спать и тут же аликорн вспомнила то невероятное зрелище, которое показал маг поздней ночью: луна, сошедшая с небес, благодаря силе дяди Старсвирла. Именно её она увидела в своём сне. Рассуждения прервала тонкая линия света, видневшаяся из щелей закрытой двери. Подойдя к ней, Нира услышала тихое бормотание Тореса, а затем и голос старого мага.       Аликорн легонько открыла скрипучую дверь и встретилась с добродушным взглядом Старсвирла. - Доброе утро, Нира, - единорог улыбнулся и поставил деревянную кружку с чаем на стол.       Аликорн сразу узнала запах этого вкусного напитка, который заваривал Торес каждое утро. - Хорошо спалось? – спросил земной пони. – Что-то ты сегодня рано встала - до начала занятий ещё рано. - Ничего, - весело улыбнулась Нира. – По пути полюбуюсь на наш прекрасный лес, а заодно и посмотрю на фениксов, если смогу их увидеть. – И да, доброе утро дядя Старсвирл и дядя Торес. - Я же говорил, - улыбнулся земной пони. – Называй меня просто по имени. Да и мой друг, думаю, будет не против. - Да, правда, - согласился старый маг. – Можно и так. - Мне так привычнее. Хотя, как скажете, - Нира открыла главную дверь. – Я пошла умываться.       Речная вода взбодрила ещё сильнее, чем утренний воздух. Вытеревшись, аликорн направилась обратно в дом. Услышав голоса Тореса и Страсвирла среди пения птиц и шума листвы , она решила подойти поближе к открытому окну, из которого они были лучше слышны. Ей всегда было интересно, о чём они могут говорить? Наверное, дядя Страсвирл рассказывает о своих путешествиях. Но ведь подслушивать – это так неприлично, - корила себя Нира.       Осторожно подкравшись, аликорн прислонилась к бревенчатой стене и стала слушать, сама не зная, зачем это делает. - У неё были такие пышные крылья, - послышался огорчённый голос Старсвирла. – Эх, она меняется быстрее, чем я мог себе представить. - Да, в последний год я только и делал, что убирал опавшие перья с её кровати, - голос Тореса был не менее грустным, чем у старого мага.       Нира быстро поняла, что они говорят про неё. Хорошее настроение после холодного умывания сменилось на угрюмое и безрадостное. Аликорн медленно расправила свои крылья и с тоской посмотрела на них. Перьев стало ещё меньше. Хотя она этого раньше не замечала, думая о том, что так и должно быть. Торес часто рассказывал о том, что с рождения и до старости все живые организмы меняются изнутри. Растут. Становятся сильнее, быстрее, можно про некоторых сказать – умнее.       Но новые перья на крыльях так и не появились, и Нира в этом году уже не могла летать. Подумав об этом, она вспомнила о своих первых полётах. Как ей хорошо не быть “привязанной” к земле, а парить, словно птица.       Аликорн уже не слушала разговор и подошла к двери, но не стала её открывать. Развеселю ка их, - подумала Нира, хитро улыбнувшись. – Только надеюсь, в этот раз у меня это получится гораздо лучше.       Она отошла подальше от двери к кустам и её рог засветился. Тело аликорна окутало светло-зелёным сиянием, и оно стало меняться. Вскоре вместо Ниры, в кустах сидел Старсвирл. - Так, а теперь проверим, - сказала аликорн голосом старого мага, а затем раскрыла рот от удивления. – Посохи. Заклинания. Космос! – Нира пару раз подпрыгнула от счастья, что со стороны, наверное, смотрелось очень забавно. – Поверить не могу, даже голос получился! Осталось только наколдовать одежду и готово. Останется только смотреть на их лица. О-о, это будет прекрасно.       Рог единорога засветился. На теле и голове появилась тёмно-синяя мантия и шляпа. Кажется, это носил дядя Старсвирл, - подумала Нира, посмотрев на своё одеяние. – Вроде, чего-то не хватает. А, ладно.       Она в образе старого мага тихонько открыла дверь и как ни в чём не бывало зашла в гостиную. - Всем привет! – помахала копытом Нира.       Старсвирл от неожиданности свалился со стула и закряхтел, держась за спину. А Торес выплеснул чай изо рта и прокашлялся.       Аликорн не смогла стоять со спокойным выражением лица и рухнула на пол, заливаясь громким смехом. Стоило говорить о том, как бы смеялся старый маг?       Нира вытерла слёзы и встала на копыта и посмотрела на удивлённого Тореса. А затем на Старсвирла, у которого было примерно такое же выражение только он ещё держался за спину. - Вы бы видели свои лица! - Что? – спросил старый маг. – Нира это ты? - А кто же ещё? – аликорн хитро улыбнулась и сняла мантию со шляпой, а затем вернулась в свой настоящий облик. – Вам стоит признаться, что моя шутка удалась. - Это было… - начал Старсвирл. - Не смешно? – предположил земной пони, помогая старому магу подняться. - Нет, - улыбнулся единорог. – Это было невероятно, Нира! Торес, ты видел? - Ну, это же её уникальный талант. Разве нет? - Она смогла принять мой облик! Даже голос сделала точно таким же! В таком раннем возрасте это можно принять за чудо, - Старсвирл посмотрел на Ниру с восхищением и любопытством, а затем взглянул на тёмно-синюю одежду. - Я рада, что вам понравилось, - призналась аликорн. – Честно говоря, сделать это было трудно, но я практиковалась. - Даже смогла применить заклинание материализации объектов! - Что? Насчёт шляпы и мантии… Это мы начали проходить совсем недавно. Поэтому… - Нира подобрала головной убор и легко потянула за поля.       Шляпа с лёгкостью разошлась, а затем рассыпалась на мелкую труху. - Всё равно, для тебя это большое достижение. И твоя шутка получилась довольно забавной, - Старсвирл рассмеялся и налил чая в третью кружку. – И, кстати, на моей одежде были узоры со звёздами и полумесяцами, а на шляпе ещё были бубенчики. Хотя, я всё равно, удивлён, что ты вспомнила моё одеяние магистра. Это же было так давно.       Нира хлопнула себя по лбу. - Точно. А я-то думала, ведь было же что-то ещё?       Пока она завтракала, Старсвирл над чем-то задумался. Торес закончил трапезу и вышел во двор, чтобы полить цветы. Через некоторое время старый маг нарушил тишину: - Так ты можешь принимать только мой облик, или любой другой облик взрослых пони? - То есть, могу я превратиться в дядю Тореса, например? - Да. - После усердных попыток, я смогла практически на отлично освоить эту способность. Мне нужно только взглянуть на пони и услышать его голос. А вот с одеждой у меня проблемы, - Нира тихо засмеялась. – А что? - Знаешь, дитя, я всё утро ломал себе голову над тем, как мне пройти в вашу школу. - У-у, я всегда мечтала побывать там. Внутрь нас, естественно, никто не пускает, а так ведь хочется. Оттуда все пони выходят с такими гордыми выражениями лиц, будто делают там что-то невероятное. - Мне очень тяжело, что придётся просить тебя об этом, но ты могла бы подняться в Зеалон на седьмой этаж и кое-что поискать в комнате, освещённой зелёным светом? – Старсвирл вытер пот со лба. – Если ты не уверена, то не надо. Я сам что-нибудь придумаю. - Без проблем дядя, - Нира широко улыбнулась. – Вы столько с Торесом для меня сделали, так что я с радостью помогу вам. – Аликорн поставила пустую кружку на стол. – А что вам нужно в этом… Зелёном кабинете? - Надо поискать камень чёрного цвета. Только перед тем, как войти, окружи себя защитным куполом. Насколько я помню, ты его выучила с первого раза? - У-у, это опасно? Мне нравится. Но как мне войти туда? Чей облик принять? - Твой учитель прекрасно подойдёт, - ответил Старсвирл, немного подумав. – Только, пожалуйста, будь осторожна. Я корю себя за то, что приходится просить тебя об этом. Просто знай, если что-то пойдёт не так, то верни себе облик белой единорожки. И скажи им о том, что тебе стало интересно, или, что ты просто заблудилась. - Не волнуйтесь, дядя. У нас будет большой перерыв на обед, там я и достану для вас этот чёрный камень, - Нира встала из-за стола. – А сейчас мне пора собираться.       Аликорн пошла к себе в комнату и только прикрыв дверь, стала прыгать от счастья. Поверить не могу! Настоящее приключение! А то в этой школе так скучно, что всегда хочется спать, - подумала с радостью Нира.       Она надела тёмно-зелёную робу и взвалила на спину сумку с учебными принадлежностями. Затем она собралась выйти, но вспомнила кое-что важное, посмотрев в зеркало: - Ах, да, - сказала Нира своему отражению и её рог засветился.       Через несколько секунд перед зеркалом стояла белая единорожка с голубой гривой. Она ещё раз посмотрела на себя, поправила волосы и вышла из комнаты.       Старсвирл встал из-за стола и поцеловал её в лоб: - Будь внимательна и осторожна. - Не переживайте так, сделаю всё в лучшем виде.       Старый маг дал Нире бумажный свёрток и заботливо улыбнулся. - Раз ты из-за меня пропустишь обед, то я собрал тебе всё, что нужно. - Спасибо, дядя, - аликорн бережно взяла свёрток и спрятала его в сумку. - Просто Старсвирл. - До свидания, - Нира махнула копытом и вышла во двор, а затем так же попрощалась с Торесом, который только что закончил поливать свои растения. - До свидания, Нира, учись хорошо, - сказал напоследок земной пони. - Я буду лучше всех, - гордо ответила она.

***

      Идти предстояло через чащу деревьев. Затем надо было выйти на травяную поляну, где аликорн протоптала себе дорожку. А там до Зеалона копытом подать.       Красивые рослые деревья с пышной кроной окружали Ниру. Повсюду слышалось разномастное пение птиц. Где-то в дальней части леса переговаривались фениксы. Хоть они разительно отличались от здешних птиц, всё равно вели себя так же. Почти те же звуки. Вили гнёзда и высиживали яйца. Но их внешность затмевала любую, даже самую красивую представительницу пернатых. Издалека их можно было принять за огненное пламя - столь яркими были их перья.       Нира постоянно вертела головой, пытаясь увидеть хотя бы одного феникса. Но к её сожалению, они будто пропали, или стали невидимыми. Конечно, можно было идти на звуки, прямо к их гнёздам, но это только могло бы принести больше проблем. Они запросто приняли бы единорожку за нарушителя и стали защищать свою территорию.       Аликорн разочарованно вздохнула и вышла из чащи к цветущей поляне. Там она быстро нашла придавленную траву, и теперь до школы оставалось совсем немного.       Вскоре на её пути оказалась река, разделяющая Лес Фениксов на две части. А также отсюда уже можно было увидеть тёмный силуэт Зеалона, чья верхушка была украшена разноцветными огоньками. Но ещё нужно было добраться до неё.       Нира знала, где можно перейти вброд и быстро нашла это место, усыпанное гладкими камнями. Почти каждый день она тренировалась в этом месте в координации движений. Теперь перепрыгивать с камня на камень было для неё обычным делом.       Оставалось пройти сквозь верхнюю половину леса и сразу после этого можно будет учуять особый запах. Он исходил от, так называемого, Плачущего Моря, на берегу с которыми единороги построили свою знаменитую школу.       Эта часть леса была намного тише, чем нижняя. Птиц не слышно, лишь спокойствие и тишина. Но длилось это совсем недолго. Только ряды деревьев стали радеть, как Нира услышала отдалённый детский смех и чьи-то разговоры.       Башня вместе с двумя видневшимися школами становилась всё ближе и больше. Смех и голоса теперь слышались отчётливее. От высоты самого главного сооружения школы захватывало дух. Снизу казалось, что оно будто тянется до самого неба. У обеих школ столпилось множество единорогов и единорожек. У третьей школы, скорее всего, также, но она было едва видна, так как высокая Башня почти полностью закрыла её своими могучими стенами.       У Башни было два входа: один парадный, на него Нира как раз и смотрела, а второй в задней части выводил на открытую площадку для тех заклинаний, которые внутри здания опасны или слишком громкие. Главный вход представлял собой две массивные двери, сделанные из такого же тёмного материала, как и вся башня. В закрытом виде они словно сливались со зданием. Повсюду можно было увидеть знамёна единорогов, а также три символа магических школ: Стихий, Знаний, Защиты. Чтобы добраться до дверей, нужно было подняться по ступеням, коих было штук десять, не больше.       Нира посмотрела на успокаивающий холодный синий цвет, обозначающий школу Знаний, и вспомнила о том, как постоянно спрашивала учителя про неё, хотя сама ходила в школу Защитной магии. Выяснилось, что в ней изучают самые разные заклинания, которые не носят вредоносный характер. Самое основное умение, которым должен овладеть ученик школы Знаний – это телепортация. Чтобы стать магом знаний, надо быть спокойным, умиротворённым, то есть просто скучным.       Аликорн при первой возможности хотела пойти учиться в школу Стихий, но Старсвирл сразу же пригрозил тем, что не будет пускать её в эту школу, а будет сам давать уроки дома. Так выбор пал на школу Защиты. Что довольно неплохо. Добившись здесь отличных успехов, можно было продолжать учиться в самой Башне с самыми великими учителями Диких Земель, или, что нравилось Нире больше всего, пойти обучаться в Мирреан на боевого мага.       Из раздумий и мыслей о будущем Ниру вырвал чей-то знакомый голос, услышанный со стороны школы Защиты. Это была Итара – весёлая и говорливая единорожка, приехавшая из Эллариса. Ей общение со сверстниками доставляло больше удовольствия, чем учёба в школе. У неё шёрстка малинового оттенка, грива с хвостом белоснежного. На голове заплетены две косы, завязанные парой жёлтых лент. Левое переднее копытцо до запястья было серого цвета. Голос звонкий и мелодичный, как и у многих жеребят такого возраста. Глаза жёлтого цвета. Одета была в такую же робу, как и у Ниры – тёмно-зелёную. - Привет, Айрин! Как провела выходной день? Опять по лесу гуляла?       В школе аликорна все знали только под этим именем. Так советовал сделать Торес перед поступлением на учёбу. И Нира не придумала ничего лучше, чем своё же имя только в обратном написании. - Привет, Итара. Да, можно сказать и так, - неуверенно ответила аликорн. – Мы с дядей изучаем растения и смотрим за птицами. - Тебе этой учёбы мало? Приезжай как-нибудь в столицу, - весело улыбнулась единорожка. – Прогуляемся по площади. Посмотришь на наш мост. Купишь себе чего-нибудь на рынке. - С удовольствием, обязательно приеду. Может недели через две. - Вот и славно. Что смотреть на эту Башню? Нам всё равно ещё учиться и учиться. Пойдём к нашему классу, - с этими словами она бодро направилась к школе Защиты.       Нира посмотрела на свою подругу, и ей самой стало веселее. Можно было подумать, что Итара отлично учится, или у неё богатая и влиятельная семья. Да, Торес часто рассказывал о том, что в мире, с недавних пор, всё решают деньги и власть, особенно второе. Аликорн плохо понимала значения этих двух вещей, да и к тому же она нигде не бывала, кроме лесного дома и окрестностей школы. У Итары нет особых успехов в учёбе, и её родители занимаются самыми ничем не примечательными делами. Но что-то движет эту кобылку вперёд, несмотря на трудности.       У дверей, украшенных знаками с жёлтыми щитами, собрались в ожидании где-то около двадцати пони. Младшие и старшие классы. У школы Стихий собралось намного больше народу.       Нира с Итарой быстро нашли свой класс и собрались вместе. Кроме единорожки с белой гривой, аликорн подружилась ещё с одним единорогом. Всего было шесть одноклассников. Экор – единорог с шерстью грифельного оттенка, и короткой гривой с хвостом бронзового цвета. Глаза зелёные. Что интересно, у его семьи есть некая традиция. Они делают себе на лице рисунки тёмно-красного цвета. По крайней мере, так он рассказывал, когда все его спрашивали о странном символе у левого глаза. Одет был в тёмно-жёлтую робу.       Поздоровавшись с Экором, Нира встала в сторонке и стала ждать, когда покажется учитель. Здания школы были поделены на две части и соответственно на два входа: первая половина - её окна смотрели на Башню - представляла собой блок с комнатами для постоянного проживания. Это сделано для тех, кто далеко живёт. Вторая половина была основной: здесь находились кабинеты для учителей, учебные классы и столовая. Да, в каждом здании был отдельный зал для принятия пищи, а значит отдельное меню для каждой школы.       Вскоре двери бесшумно раскрылись, и все классы разбрелись по своим кабинетам. Нира со своими ребятами направилась по коридору к двери с красиво изображённой цифрой три.       В самих учебных помещениях не было окон, дабы не отвлекать от занятий. А вид отсюда открывался чудесный – на Плачущее Море. В кабинете было по восемь-десять парт на два места. Небольшая круглая площадка для практики и стол учителя. Освещение представлялось магическими камнями, периодически меняющими свой цвет.       Нира села за свою любимую третью парту в левом ряду вместе с Экором. За несколько лет она здорово сдружилась с этим единорогом. Он всегда находил то, о чём можно поговорить. Аликорн, в свою очередь, рассказывала про жизнь в лесном доме и вообще про всё то, что она видела в лесу и про растения, которые показывал Торес. Экор нисколько не удивился, что она живёт не в крепости, или городе, окружённом стенами, а в обычном домике. И он признался, что с радостью бы переехал с родителями в подобное место.       Через несколько минут дверь раскрылась и в кабинет вошёл учитель. Все встали со своих мест.       Единорог с суровым лицом, на котором чёрные усы плавно переходили в густые бакенбарды. В остальном его внешность не выделялась. Коричневая шерсть, немного морщин на лбу и голубые глаза. Короткая грива и хвост чёрного цвета. Одет был в зелёную мантию, украшенную большим знаком школы Защиты на спине. Возраст примерно такой же, как у Тореса, может немного старше, по крайней мере, так считала Нира, так как многие предпочитают не говорить про это. Звали его Даравелом. Учитель магии защиты Даравел.       Он бесшумно закрыл дверь, положил книги и свитки на свой стол и поприветствовал учеников: - Доброе утро, - сказал он спокойным ровным голосом. - Доброе утро, учитель Даравел! – хором сказали ученики и сели по своим местам.       Единорог раскрыл книгу в зелёном переплёте и посмотрел на ребят: - На прошлом занятии мы стали изучать заклинание сотворения защитного купола, - Даравел слегка улыбнулся, а затем взглянул на Ниру. – У вас он вышел весьма неплохо. Не покажите всему классу, чтобы каждый смог повторить его?       Аликорн чувствовала, что немного покраснела: - С удовольствием, - сказала она и стала подниматься с места. - Давай, в прошлый раз получилось просто здорово, - подбодрил улыбкой Экор.       Нира встала на площадку для практики и приготовилась. Теория прошла, теперь только практика. И её взяли как лучший пример в классе, что явно радовало. - Итак, обычный купол вокруг себя, - спокойно попросил Даравел.       Аликорн зажмурилась и рог засветился, а затем её окружил мутноватый щит светло-зелёного цвета. - Великолепно, - похвалил учитель. – А теперь кое-что новое. Итара! Выйди и встань напротив Айрин.       Та быстро вышла из-за парты и встала рядом с Нирой. Учитель посмотрел на аликорна и сказал: - Сделай тоже самое, только купол образуй вокруг Итары. - Я... попробую, - неуверенно сказала немного удивлённая Нира.       Она взглянула на свою подругу и её рог вновь засветился. Спустя мгновение щит окружил Итару. - Отлично, Айрин, у тебя это выходит слишком хорошо. Ты раньше практиковалась? - Нет, учитель, позавчера я в первый раз применила это заклинание.       Даравел несколько загадочно посмотрел на Ниру. - Хорошо, можешь сесть на место. Итара вставай на её место. Теперь твоя очередь продемонстрировать это заклинание, - учитель сложил копыта “домиком” и стал пристально смотреть на ученицу.       У неё купол получался довольно тяжело. Образовался только с третьей попытки, да и продержался несколько секунд. - О, уже начинает получаться, - весело улыбнулась Итара. – Завтра я точно смогу его сделать на отлично.       Даравел сдвинул брови, сделав серьёзное выражение лица. - Что ж, садись. Передохни и сосредоточься, а затем выйдешь после всех и снова повторишь это заклинание.       Улыбка сошла с лица Итары, но она ничего не сказала, а просто села на своё место.       Затем пошли остальные по списку. У кого-то получалось, у кого-то нет. Но можно было с уверенностью сказать, что до успеха Ниры им далеко. На что Даравел снова взглянул на неё с особым любопытством.       Вторая попытка у Итары вышла немного лучше. Казалось, что учитель заставит её сделать это в третий раз, но время первого урока вышло.       После небольшого перерыва наступил второй урок, который был полностью посвящён теории. Учитель рассказывал о том, что цвет купола не умеет значения. Можно его сделать хоть жёлтым, хоть синим. Только у большинства создаваемых щитов есть проблема: они могут защитить от магии, или других видов энергетических снарядов, но их можно с лёгкостью миновать, просто зайдя внутрь. Даже арбалеты земных пони пробьют их. Поэтому, самой вершиной в изучении заклинания защитного купола, является его способность обороны от любых опасностей. Нужно быть настоящим мастером, чтобы сотворить щит, способный удерживать и магию, и материальные тела.       Следующей частью урока был рассказ о том, что купол может быть прозрачным и наоборот. Самый прочный щит – это тот, который вообще не пропускает света. Такое удалось не каждому, и последним стал бывший магистр Оруэл. Такой купол может выдержать даже падение крупного булыжника, или ещё что хуже.       Нира обычно не любила слушать, но в этот раз ей стало интересно. А если интересно, то время пролетает незаметно. Второй урок быстро закончился и начался перерыв на обед. Тут-то и надо было действовать. Оставалось только незаметно слинять от одноклассников и учителя, и добраться до какого-нибудь пустого места, где аликорн сможет принять иной облик. К счастью такой появился. Нира прекрасно изучила внешность Даравела и запомнила его голос.       Чтобы добраться до столовой, нужно было пройти коридор с кабинетами до конца, затем повернуть направо. Пока все направлялись туда, аликорн замедляла шаг, чтобы оказаться самой последней. Вот тут и представится возможность удрать. Но тут сзади ударился Экор. - Айрин, ты чего так медленно идёшь? - Просто, куда спешить? – улыбнулась Нира. – Ты иди, я за тобой.       Экор пожал плечами и обошёл аликорна со стороны.       Коридор закончился, и она оказалась самой последней. Никто не обратил на это внимание, если не считать тяжёлые вздохи других единорогов, вынужденных обходить её.       Нира посмотрела назад, а потом по сторонам. Она осталась одна. Дверь в столовую была открыта, но никто не обращал внимания на белую единорожку, стоящую неподалёку.       Аликорн использовала магию и отворила первый попавшийся кабинет с номером восемнадцать. Затем бесшумно закрыла дверь и сняла сумку вместе с мантией. Вскоре рядом с учительским столом стоял Даравел. Проблема была только с одеждой. Любое прикосновение об стену, или если кто-нибудь наступит на ткань, то она развалится, как засохший лист.       Нира сложила свою мантию в сумку и осмотрела кабинет. Ей всегда казалось, что все классы одинаковые. Но этот был больше. Здесь были две практические площадки. Сзади стола висела широкая прямоугольная доска, исписанная мелом. А у стены стояла полка с книгами.       Аликорн вспомнила, что у неё не так много времени и вскоре наверняка заметят её отсутствие. Ещё нужно попасть в самое главное здание школы, найти седьмой этаж и не попасться никому на глаза. Всё же это интереснее. Хотя бы посмотрю на Башню изнутри, - утешала себя Нира.       Двери главного сооружения выглядели массивными и неприступными, но они с лёгкостью распахнулись сами по себе, когда аликорн поднялась на последнюю ступень.       Её взору предстал большой просторный круглый зал, сделанный из такого же темноватого материала. Несмотря на отделку, внутри всё было ярко освещено разноцветными магическими камнями. На центральном круге были изображены в ряд три символа магических школ: нечто похожее на ромб, щит и раскрытая книга. Внутри каждого знака было что-то написано: «Сила самой Природы. Мы лишь ученики, познающие её бесконечное могущество» - в ромбе. «Магия, оберегающая нас от опасностей дикого мира. Наша вторая мать» - в щите. «Каждое магическое слово делает нас мудрее. Эта школа требует усердия и терпения, взамен она откроет для вас новый путь» - на страницах книги.       У каждого знака был свой цвет. Но если на дверях школ они просто нарисованы, то здесь светились неведомой магией ярко и даже приковывали внимание.       Дальше от круга прямо по курсу виднелась широкая лестница, ведущая на второй этаж. Её ступени покрывал ковёр, украшенный многочисленными рисунками и символами, значения которых для Ниры были неизвестны. По левую и правую сторону от аликорна были едва заметные двери.       К счастью на первом этаже никого не было, и Нира направилась к лестнице, стараясь идти такой походкой, какой ходит Даравел. А также идти уверенно со спокойным выражением лица, будто она здесь как дома.       Последняя ступень привела к картине изумительной красоты, расположенной на огромной стене. Все рисунки были вырезаны прямо в ней, и притом они прекрасно выделялись и хорошо смотрелись. Но это была просто небольшая передышка, на второй этаж вело два ряда лестниц, расположенных у стен Башни противоположно друг от друга.       Здесь также был просторный зал, напоминающий выставку, или что-то вроде того. Ряды статуй, посвященных самым опытным магам, кстати, три пьедестала пустовали, и они явно не были новыми. Просто кто-то убрал трёх единорогов. За стеклянными витринами покоились странные предметы, самых разных форм и материалов, а в некоторых были вполне себе привычные вещи, вроде книг, только очень толстых, мантия, которая сама меняла свой цвет и многое другое. Единорогов здесь было немного, а некоторые, заметив, Ниру, уважительно приветствовали её.       Побродив в выставочном зале несколько минут, аликорн направилась прямиком на седьмой этаж. Следующие два зала были закрыты дверьми. Пятый был открыт, но Нира старалась не обращать на него внимания и не заходить внутрь.       Подниматься становилось всё тяжелее. Аликорн чувствовала, что ноги становятся будто каменными, пока, наконец, не показались резные широкие двери седьмого этажа.       Они бесшумно раскрылись, прямо как главный вход в Башню. Зал был меньше, чем на первом и втором этажах. Что неудивительно: сооружение с середины было уже, чем в основании. И всё равно забавно, что зал, в котором работают самые великие маги, выглядит таким маленьким. Хотя, может это всё из-за площадки, которая представляла собой клумбу с растениями и деревом причудливой формы с листьями, которые, казалось, тоже излучают свет. Сами кабинеты магистров должны быть намного больше.       Магические камни здесь испускали приятный для глаз голубоватый свет, из-за чего получалось холодное освещение, напоминающее лунное. Всего в зале было три комнаты, каждая со своим цветом, означающих основные направления магии. Правда синий и зелёный не горели. Лишь красный причудливо сочетался с холодным голубым светом. В дальнем углу зала магистров виднелась винтовая лестница, говорящая о том, что это не последний этаж. Да, Башня изнутри казалась ещё выше и больше, чем снаружи. Зелёный кабинет, - всплыло в голове голосом Старсвирла.       Дверь была самой ближней от входа, только открывать её нужно самому. Рог Ниры засветился и вход с трудом, с большим трудом открылся. Она даже вспотела от усилий. Зайдя внутрь, она ещё больше напряглась, чтобы закрыть эти двери, которые, должно быть, вообще никогда не открывали. Аликорн невольно ухмыльнулась от этой мысли.       Внутри было темно, лишь свет солнца, проходивший через грязное и пыльное широкое окно, хоть как-то освещал помещение. Но этого всё равно было мало.       Нира приметила камни на стальных стойках, напоминающие светящиеся камни, которые используют единороги для освещения. Но она не знала, как заставить их работать, поэтому могла положиться только на свой рог. К счастью, на пыльной полке с какими-то старыми книгами и свитками оказались свечи. Но как их использовать без огня? Аликорн вздохнула и решила протереть окно.       На скрипучем стуле нашлась тряпка, давно утратившая свой яркий зелёный цвет. Интересно, это значит, что магистром стать вообще невозможно? Или просто этого никто не хочет? – подумала Нира, старательно оттирая пыль и грязь с окна.       Вскоре стало немного светлее. Аликорн решила открыть окно, чтобы освежить это старое место, так как затхлым воздухом совершенно невозможно было дышать.       Теперь кабинет магистра можно рассмотреть намного лучше. Здесь было довольно просторно. Большой стол, своя маленькая библиотека, место для отдыха, даже широкой кровати нашлось место. Шкафы, тумбы, разная мелочь, вроде подсвечников, подставок для книг, сломанные перья и пустые чернильницы.       В основном это место ничем не выделялось. Скорее всего, из-за того, что оказалось давно заброшенным. Кабинет Магистра стихий должно быть выглядит великолепно.       Нира не стала долго копаться, чтобы найти то, что напоминает чёрный камень. В ящике у стола нашёлся такой предмет. Он лежал в стеклянном прозрачном футляре, окантованным золотым кольцом со знаком, на котором чётко виделась голова единорога. А на полу лежало точно такое же кольцо, окружённое многочисленными осколками стекла. Казалось, что где-то должен был лежать второй камень, но Нира так его и не нашла. Ей стало интересно, почему столько возни из-за этой диковинки. Аликорн открыла верхнюю часть футляра и ей сразу врезалась в голову забытая мысль: Окружить себя защитным куполом!       Нира ждала, что произойдёт что-то страшное, но камень просто выпал из стеклянной половинки и со звоном упал на каменный пол. Она открыла глаза, которые зажмурила от страха и дотронулась до странного предмета. На ощупь он был невероятно холодным, будто сосулька, которые аликорн любила сбивать зимой с крыши дома.       Пожав плечами, она засунула камень обратно в футляр, а его, в свою очередь, в сумку. Теперь осталось только добраться до первого этажа, и не попасться на глаза магистру Гаверу, - Нира мысленно прокрутила план в голове. – Эх, а я так хотела взглянуть на него. Может он такой же добрый и радостный, как и дядя Старсвирл?       Аликорн закрыла окно и направилась к выходу. Закрывая дверь, она думала, что её слышно было во всей Башне.       Из-за двери со знаком магии Стихий доносились какие-то звуки. Они то повторялись, то затихали. Нира тихо рассмеялась голосом Даравела, поняв, что это храп.

***

      Спускаться было намного проще, чем подниматься. Нире во время спуска даже хотелось подпрыгивать, но мысли об этом сразу пропали, когда навстречу попадались студенты и другие обитатели Зеалона. С их стороны шли только приветствия, на что аликорн отвечала взаимностью.       Нира вздохнула с облегчением, увидев знакомые массивные двери на первом этаже. Они как раз закрылись, и навстречу шла единорожка в светло-зелёной мантии. У неё была тёмно-оранжевая шерсть и коричневая грива с хвостом. Красивые зелёные глаза.       Аликорн приготовилась приветствовать её в таком же духе, что и остальных. Да, всё-таки нашего учителя здесь хорошо знают, - с небольшой гордостью подумала Нира. - Даравел? – сказала единорожка мягким и нежным голосом. – Вижу, свою смену ты закончил раньше, чем обычно. Это хорошо. - Здравствуйте, - только сказала Нира и собиралась пойти дальше.       Единорожка засмеялась и схватила аликорна за копыто и повела в сторону закрытых дверей, которые находились по левую сторону от центрального круга. - Мне правда нужно идти, - говорила недоумевающая Нира, не находя сил вырваться.       Несмотря на то, что у неё был облик Даравела, внутри она всё равно оставалась девятилетним жеребёнком. - Мы же договаривались, - хитро подмигнула оранжевая единорожка. – А теперь расслабься и хватит говорить глупости.       Рог незнакомки засветился жёлтым и двери распахнулись. В то же мгновенье комната осветилась от света магического камня. Нира поняла, что находится в библиотеке, или чем-то вроде того, так как здесь никого не было и многочисленные полки были забиты книгами.       Единорожка оценивающе посмотрела на аликорна и одним движением мягко толкнула её на стул, стоящий у большого стола, заваленного бумагами и свитками. Затем рог незнакомки снова засветился – дверь закрылась и мантия, одетая на ней, стала растворяться на глазах. Единорожка взглянула на Ниру, которая просто сидела и ничего не могла понять, и ухмыльнулась. - Ты какой-то сонный сегодня, давай начну я, - с этими словами она зацепила мантию Ниры и потянула на себя.       Та, как и следовало ожидать, разорвалась, а затем развалилась на мелкие кусочки. Какая-то больная кобыла, - со страхом подумала Нира. – Может она узнала, что я притворяюсь? И теперь будет меня пытать?!       Незнакомка удивлённо посмотрела на почерневшие куски. - Даже так? А ты хорошо подготовился, – единорожка снова взглянула в глаза Ниры и воскликнула. – Да что ты молчишь?! То каждый день читаешь мне любовные стихи, а теперь сидишь, словно статуя, - затем она быстро успокоилась. - Видно дети тебя хорошо утомили. Но ничего, - с этими словами она стала медленно подходить, изворачиваясь своим телом. - Мне на самом деле нужно идти! - аликорн чувствовала, что вот-вот заплачет.       Незнакомка делала вид, что не слушает. Она медленно положила своё копыто на живот Ниры. Сделала пару поглаживающих движений, а затем стала опускаться всё ниже. Всё это время она безотрывно смотрела прямо в глаза аликорна.       Спустя несколько секунд Нира, неожиданно для себя, засмеялась. - Щекотно! Прекрати, - сквозь смех воскликнула она. Единорожка удивилась и посмотрела вниз. Она в ужасе вскрикнула и, отойдя на несколько шагов, упала на пол. - Что та… Где? – только успела она сказать.       Нира поняла, что теперь сможет спокойно убежать и не стала терять времени. Она вскочила и, открыв дверь, выскочила в главный зал, оставив странную единорожку в недоумении и с открытым ртом.       Не обращая ни на кого внимания, аликорн подбежала к главным дверям, они, в свою очередь бесшумно открылись, а затем двинулась прямиком к школе магии Защиты. Никогда больше не зайду в эту Башню! – клялась сама себе Нира. – Попалась же ненормальная! И я ведь почти вышла!       Эти мысли готовы были вырваться в виде громких слов, но она смогла сдержаться и незаметно зайти внутрь школы.       Перерыв на обед закончился и начался урок. Даравел не любил опозданий - в этом аликорн убедилась на примере Итары. К тому же, наверняка, он поинтересуется о том, где Нира пропадала.       По расписанию третий урок был также посвящён магии образования защитных куполов, а значит, что он проводился в том же кабинете, что и первые два урока.       Нира подошла к двери и хотела сразу же открыть её, так и не успев придумать оправдания. Но затем сразу же вспомнила о том, что она всё ещё в облике Даравела. Недолго думая, аликорн забежала в уборную. Спустя несколько секунд она вышла в “своём” образе и со спокойными мыслями направилась обратно к кабинету с номером три.       После открытия двери, она сразу же привлекла всеобщее внимание и особенно внимание Даравела. - Айрин? – грозно сказал учитель, но затем он успокоился. – Садись за последнюю парту. Поговорим после урока. - Да, учитель, - грустно ответила Нира и послушно села в конец ряда.       Урок проходил довольно медленно, несмотря на то, что часть его уже была пропущена. Даравел говорил про магов, которые придумали защитный купол, затем рассказывал о том, против кого его использовали. Хоть на уроках истории упоминают лишь самый крупный конфликт – Войну с пегасами, учителя отлично помнят и мелкие междоусобицы между представителями крупных и мелких домов единорогов.       Хоть эти истории были интересными - а Даравел знал, как проводить уроки с интересом для учеников, Нира почти его не слушала, думая о своём наказании.       Осталось где-то шесть минут до конца урока, и аликорн старательно пыталась придумать хоть что-нибудь.       От этих мыслей Ниру оторвала открывшаяся дверь. Эта чудесная дверь всегда открывается бесшумно, но не в этот раз. Звуки были громкие. В класс вошла та единорожка из башни. На ней снова была одета мантия, но её лицо всё перекривилось от злости. Она посмотрела на Даравела. - Лирин? – удивился учитель. – Мы же…       Договорить он не успел. Незнакомка по имени Лирин дала хорошую пощёчину. - Больше не смей ко мне приближаться! – злостно прошипела единорожка и вышла из кабинета, с грохотом закрыв бесшумную дверь.       Даравел держался за ударенную щёку. Затем он быстро встал со стула: - Э, урок окончен. Можете идти, - с этими словами он выбежал из класса.       Аликорн хотела громко рассмеяться от того, что произошло. Но она закрыла себе рот и тихо вышла вместе со всеми из школы.       Третий урок был последним на сегодня. Теперь можно было отправляться домой.

***

      Нира шла сквозь лесную чащу и смеялась буквально от всего. То вспоминая произошедшее с ней, то увидев птицу, долбящую клювом ствол дерева. И в это время она ещё успевала подкидывать чёрный камень в воздух. Могучий магистр магии знаний обязан перед девятилетней кобылкой, - от этих мыслей становилось ещё смешнее. - Да, дядя Страрсвирл, - сквозь смех сказала Нира. – Вы теперь мой должник.

Х А Р У В Э Й

      Единорог ночью спал плохо. Всё время ему снилось, как огромный коричневый волк бежит за ним, мелькая среди деревьев и, в конце концов, настигает, бросаясь прямо на него.       От беспокойной дрёмы Харувэя разбудил тихий стук копыт за дверью. - Кто здесь? – взволнованно спросил единорог, вскочив с кровати в холодном поту. - Тсс, это всего лишь я, - шёпотом ответила Мика. – Тоже не можешь заснуть? - А, это ты? Да, постоянно кошмары снятся. И утром снова идти в этот лес, - Харувэй устало опустил голову на подушку. - Можно поспать с тобой? – жалостно просила единорожка. - Я и сам хотел уже идти к тебе, - признался Харувэй. – А ты никому не попалась на глаза? Учитель Тайлекс пустила тебя? - Нет, думаю, она уже спит. Сейчас глубокая ночь. Даже таким, как твоей учительнице, нужно спать, - Мика стало тихо подходить к кровати.       В комнате было темно, окна закрыты занавесками, не пускавшими лунный свет. - Хех, я всегда считал, что у неё бессонница. Что ж, запрыгивай, - единорог раскрылся и подвинулся к краю кровати. Мика легла рядом и укуталась в одеяло. - Спокойной ночи, - сказала она, поцеловав Харувэя. - Спокойной ночи, - единорог нежно сделал тоже самое, и обнял свою подругу, когда она легла на другой бок.       Он окунул лицо прямо в распущенную гриву Мики и с довольной улыбкой стал засыпать.

***

      Проснулся Харувэй невероятно бодрым. В этот раз не было кошмаров, или чего-то подобного. Единорожка всё также мирно посапывала рядом с ним, только теперь лежала лицом к нему, положив своё копыто ему на бок.       Харувэй осторожно, чтобы не разбудить её, вылез с кровати и хорошо укрыл Мику своим одеялом. Отодвинув занавески, единорог зажмурился от жарких лучей солнца. - О нет, кажется, я проспал! – с досадой воскликнул единорог.       В любом другом случае он бы не обратил на это особого внимания и продолжил спать. Но сегодня они собирались отправиться в Вечнодикий лес, чтобы покончить с Оруэлом раз и навсегда. И где старший по группе? Он всегда будил нас, - задумался Харувэй.       Вскоре он подошёл к Мике и легонько потряс её за плечо. - Просыпайся, нам нужно идти.       Единорожка с удовольствием зевнула и посмотрела на своего друга: - Привет. Как же я отлично выспалась, а ты? - Прекрасно, - пробубнил Харувэй. – Только сейчас уже день в самом разгаре. Кажется, у тебя сегодня тоже есть занятия? - День? Что? Я думала, что ты меня разбудишь! – Мика быстро встала и стала надевать свою мантию. - Уже неважно. Сейчас, я посмотрю есть ли кто в коридоре. Потом ты тихонько выйдешь и пойдёшь в свою школу. А я пойду к своей группе.       Единорожка ничего не сказала и только кивнула в знак согласия. Рог Харувэя засветился и дверь раскрылась. Высунув голову, он посмотрел направо, потом налево. В коридоре было пусто, что неудивительно, наверное, все были на занятиях. - Никого нет, можешь идти. Встретимся после занятий у Башни. - Достанется же мне. Я же никогда не опаздываю, - с этими словами она поцеловала Харувэя и направилась к выходу из школы магии Стихий.       Единорог подошёл к кабинету, в котором должны были проводиться первые два занятия. На двери красовался номер пять. А внутри никого не было.       Следующим по списку был кабинет с номером восемь. И там было пусто. Харувэй подумал уже, что вообще проспал весь учебный день. - Ну и ладно, всё равно сегодня ничего важного не было, - усмехнулся единорог и направился в свою комнату.       По пути ему встретился знакомый из его группы. - Харувэй! Привет. Ты в столовую ходил? – спросил единорог в тёмно-красной мантии. - Нет, на занятия. - Тебе разве не говорили, что сегодня занятий не будет? Ах да, - единорог хитро улыбнулся. – Тебя решили не беспокоить.       Харувэй понял, о чём идёт речь, но решил не показывать своих эмоций.       Знакомый посмотрел внимательно на своего друга: - Да ладно, Харувэй, никто не узнает. - Давай ближе к делу. Почему отменили занятия? - Учитель Тайлекс сказала, что устраивает совет вместе с другими учителями, поэтому все группы отпустили, ну, кроме тех ,кто ведёт занятия у младших классов. Совет? О нет, - внутри у Харувэя всё похолодело. – Я же… - Спасибо за то, что сказал! – крикнул единорог своему знакомому и побежал со всех копыт к кабинету Тайлекс.       Как и следовало ожидать, внутри было пусто. К столу учителя было приставлено ещё три стула, а на нём лежали горы свитков и карта.       Единорогу стало ещё хуже. Хоть он всегда не любил ходить на занятия и мечтал о том, чтобы Тайлекс, или любой другой учитель заболели и не могли проводить занятия хотя бы месяц. Неведомой силой Харувэй заставил себя выбежать из школы, а затем направиться к Вечнодикому лесу. Туда, где он потерял двух лучших друзей. Туда, откуда смог еле выбраться. Почему она не взяла меня с собой? Мы же договаривались, - с беспокойством подумал единорог.       Харувэй решил не беспокоить Мику и он, полный сомнений, направился в лес как можно быстрее.       Солнце на небе находилось в полном зените, отчего бежать было ещё тяжелее. Ни облака, ни тени. По пути единорог не встретил чего-либо странного, или пугающего. А также он не увидел учителей.       Через некоторое время показались мрачные чащи причудливых деревьев. Войдя под их тень, Харувэй почувствовал себя намного лучше.       Чем дальше углублялся единорог в лес, тем становилось темнее. Солнце едва пробивалось через могучие густые кроны.       Вскоре Харувэй увидел то, чего он больше всего боялся. Место побоища. Поваленные деревья, запах горелой древесины, исходящий от тех мест, куда попали магические снаряды, останки тимбервульфов. Последнее здорово вселило единорогу уверенности.       Но вся надежда улетучилась, когда Харувэй прошёл немного вперёд. Среди того, что осталось от волков, виднелись обезображенные до ужаса останки учителей. Один ещё был в лучшем виде, чем остальные – у него просто не было головы. Рядом с ним лежали останки тимбервульфа, в которых виднелась та самая оторванная голова, изуродованная до неузнаваемости.       Харувэй начал чувствовать подступающуюся тошноту, а вид учителей заставил его пустить слезу.       Единорог не мог этого вынести и перестал смотреть. Всё же тел только три, где Тайлекс? Или четвёртый учитель? – Харувэй рассеянно смотрел по сторонам, стараясь сдерживать приступ рвоты.       Мысли в голове смешались, показывая те воспоминания, то отчаянное желание отомстить Оруэлу. Но это быстро заменилось одним единственным чувством - страхом. Перед глазами на мгновение всплыл образ огромного коричневого тимбервульфа. Харувэй всеми силами пытался бороться, и тогда появлялись изуродованные лица учителей.       В конце концов, единорог решил просто убежать. Вся дерзость и храбрость в мгновенье куда-то пропала, будто её и не было.       Так он и убежал, если бы не увидел высокое дерево, корни которого были усеяны кучей останков тимбервульфов. К стволу прислонилось какое-то дрожащее существо.       Харувэй взял себя в копыта и со всех сил помчался к этому дереву. Тайлекс сидела и смотрела широко раскрытыми от испуга глазами. Она глядела на останки и не видела приближающегося ученика. - Учитель Тайлекс! – крикнул единорог.       Единорожка не обратила никакого внимания.       Подбежав ещё ближе, Харувэй увидел, что она сидит вся в крови. Источником которой было то, что осталось от её переднего правого копыта. Оно было оторвано до самого предплечья, оттуда торчала разломанная кость. Судя по страшной ране, поверженный волк не смог полностью отломать её и просто стянул всю плоть с неё.       Харувэй ещё раз окликнул учителя, когда уже смотрел прямо в её побелевшее лицо. - Учитель! – сквозь слёзы прокричал единорог.       Он обнял её и старался успокоить. Дрожь усиливалась всё больше. Спустя несколько секунд Тайлекс дёрнулась и посмотрела на того, кто к ней прибежал. - Ха… Хару-вэй? - дрожащим голосом прошептала она. - Да-да, я здесь, учитель, – быстро ответил единорог. – Сейчас, я… Попробую остановить кровотечение.       Мгновенно вспомнились все те разы из детства, когда маленькая Мика помогала перевязывать разные порезы и царапины, которые Харувэй получал от того, что постоянно попадал во всякие неприятности. То драки с другими жеребятами, то просто собственная невнимательность. Иногда бывали случаи и серьёзнее, но они никак не шли в сравнении с тем, что случилось с учителем Тайлекс. - Чт… Что ты де-лаешь? – спросила она, смотря на то, как Харувэй отрывает приличный кусок от своей мантии. – Пр… осто, уходи. Он… может привести ещё… больше тварей. - Тсс, не говорите. Я вас не брошу здесь, - единорог пытался хоть как-то её успокоить, но волнение и страх не давали этого сделать.       Единорог завязал кусок мантии выше предплечья, что на дрожащем учителе оказалось не так просто, и затянул как можно туже. Тайлекс никак не обратила на это внимания, давая понять, что она совсем не чувствует своей конечности. - Хорошо. Теперь попробую вас донести на своей спине.       Единорожка закрыла глаза и опустила голову. - Нет! Не смейте! – вскричал Харувэй, думая, что она умерла. – Но затем немного успокоился, удостоверившись, что Тайлекс всё ещё дышит.       Она потеряла сознание. Дыхание стало слабым, но оно всё же было. Единорог знал, что теперь счёт пойдёт на минуты, и надо было торопиться.       Харувэй осторожно взвалил учителя к себе на спину. Она была тяжелее Мики, но единорогу было всё равно. Он стал осматриваться, чтобы вспомнить, откуда пришёл. Сделав несколько шагов, Харувэй остановился, почувствовав холод за собой. - Второй раз вы прерываете меня, - послышалось могильным голосом. – Третьего я не потерплю и сотру вашу школу в пыль.       Единорог обернулся на голос и увидел Оруэла, стоящего рядом с коричневыми останками волка. - Ты чудовище! – только и смог прошипеть Харувэй. - Ты смог спастись, ученик Старсвирла, - Оруэл отошёл от останков и стал медленно подходить в сторону единорога. – Но я не виню ваше невежество. Вы слишком близорукие, чтобы видеть дальше собственных проблем. - Что? Что это значит? – удивился Харувэй. - Я не хочу, чтобы такие, как вы, приходили в мой лес. - Думаешь, что всё забудут про те ужасы, которые ты здесь устроил? Ты стал нашей проблемой! А значит, от тебя нужно избавиться! – Харувэй хотел наброситься на этого монстра, и всё же он понимал, что ничего не сможет сделать и просто умрёт, а вместе с ним погибнет и Тайлекс. - Тогда у меня не будет выбора, ученик, - с этими словами Оруэл окутал себя зелёной дымкой и после вспышки исчез.       Харувэй чувствовал, как бешено колотится его сердце и как часто он дышит. Но он всё равно ничего не смог бы сделать, а время у Тайлекс уходит.

***

      От леса до Башни путь был неблизкий, но единорог не обращал внимания на усталость, мысль о том, что любимый учитель может умереть в любую минуту, придавала небывалое ускорение. Казалось, что Харувэй от коричневого тимбервульфа так быстро не бегал, как сейчас.       Вот единорог уже приближался к травяной площадке между школами магии Стихий и Защиты. К сожалению, у школ и рядом с Башней стояли ученики: кто-то сидел на ступенях, а некоторые просто разговаривали друг с другом. Понятное дело, что они явно обратят внимание на Харувэя, а особенно на ту, кого он несёт.       Стараясь не обращать ни на кого внимания, единорог направился прямо к дверям главного сооружения школы. Внутри было намного прохладнее, чем снаружи, что не могло не радовать. В зале находились два единорога, одетых в мантии высших магов – предпоследней ступенью перед званием магистра. Они были окрашены в те же цвета, что и школы магии, только украшенные многочисленными знаками, узорами и рисунками.       Недолго думая, Харувэй подбежал к самому ближайшему высшему магу – на нём была мантия синего цвета. Тот явно обратил внимание на бегущего ученика и вид его был сначала любопытным, а потом переменился и стал беспокойным. Он не стал дожидаться, пока Харувэй подбежит к нему и начнёт торопливо объясняться, а просто исчез в синеватой вспышке.       Единорог уже было расстроился, и решил просить помощи у второго мага, одетого в зелёную мантию, но вскоре появился тот первый пони, появившийся также неожиданно, как и исчез до этого.       Он окликнул ученика с Тайлекс на спине и спустя несколько секунд рядом с ним появились две единорожки в бирюзовых мантиях, которых Харувэй никогда не видел до этого. На удивление у них были одни и те же лица, даже цвета шерсти и грив одинаковые. Что за…? – удивился единорог, посмотрев на обеих.       Они подбежали поближе и осторожно опустили Тайлекс со спины Харувэя. - Вы же поможете ей? – с надеждой спросил он.       Единорожки ничего не ответили, их рога засветились таким же бирюзовым сиянием, что и цвет мантий. Спустя мгновение они исчезли вместе с Тайлекс неизвестно куда. Да, всё-таки телепортация – невероятно полезное заклинание, - ухмыльнулся Харувэй. – Жаль, что я его так и не освоил.       Высший маг в синей мантии подошёл к нему и посмотрел в глаза. - Как тебя зовут, ученик из школы Стихий?       Этот маг немного напоминал Старсвирла, возможно только из-за мантии, так как внешне он сильно отличался. Был моложе, глаза золотистого оттенка, без бороды, но с усами. И всё же этот голос – мягкий, добродушный голос. Может именно он напомнил о старике, из-за которого началось столько проблем? - Эм, Харувэй, - громко ответил единорог. – Ученик старших классов под началом учителя Тайлекс. - То, что я увидел, Харувэй, меня серьёзно обеспокоило. Надеюсь, ты расскажешь о том, что случилось? - С превеликим удовольствием. Но, я считаю, что обо всём нужно рассказать магистру Гаверу и как можно скорее. Вы можете отвести меня к нему? - Смотрю, нам следует поспешить. Подойди ко мне, я, конечно, уверен, что ты знаешь заклинание телепортации, но со мной ты доберёшься намного быстрее. Полностью с вами согласен, кроме того, что я вообще не знаю это заклинание, - пролетело в мыслях у Харувэя.       Он встал рядом с магом и приготовился к чему-то странному и необычному, так как никогда не перемещал свою тушку в пространстве.       Высший маг положил своё копыто на спину и спустя мгновение использовал телепортацию.       Для Харувэя это было чем-то из ряда вон выходящим. Казалось, что время замедлилось. Его тела больше не существовало, будто распалось на мелкие части. Единорог хотел прокричать, но он не мог ни говорить, не чувствовать. И вот они уже были в середине Башни, на четвёртом этаже. И все эти чудеса длились меньше секунды. Сразу же последовал второй раунд этих невероятных ощущений. И они оба уже стояли у дверей, ведущих в кабинеты магистров.       Из-за всего, что произошло за такой короткий промежуток времени, Харувэй так и не смог нормально насладиться архитектурой и внутренним обустройством Башни, ведь за всё время, проведённое в школе, он наконец-то смог оказаться внутри центрального сооружения. Чёрные гладкие стены со вставленными внутрь тремя цветами направлений магии и украшенные удивительными узорами вызывали не меньше удивления, чем недавние телепортации.       Но любоваться некогда, двери раскрылись без чьей-либо помощи и Харувэй с высшим магом подошли к кабинету магистра Гавера. На этом этаже находилось ещё два помещения для мастеров магии Защиты и Знаний. Их вид видел лучшее время: они были заброшенными и забытыми до тех пор, пока не придут новые магистры. Единорог эти два кабинета даже не сразу заметил - в столь плачевном состоянии они находились.       Чёрная дверь с тонкими красными узорами, раскрылась с помощью магии Гавера, когда высший маг постучался два раза.       Впервые в своей жизни Харувэй увидел единственного, с недавнего времени, представителя совета магистров в Школе Магов Зеалон. Если Старсвирл казался дряхлым стариком в серых обношенных одеждах, а Оруэл вызывал только страх и ужас, (при том единорог мог только гадать, какой он под капюшоном) то Гавер выглядел великолепно, прямо под стать своему званию. Вместо мантии, на нём была надета роба с чёрными металлическими частями, украшенными золотыми узорами. У тканевого одеяния преобладали ярко красные и тёмно-красные оттенки. А детали из металла полностью закрывали копыта от начала и до плеч. А вместо шляпы голову украшал венец из такого же чёрного металла, что и части робы. На верхушке красовался символ магии Стихий – некая фиолетовая фигура, напоминающая ромб.       Харувэю намного больше нравился новый наряд магистра, чем то, что носили раньше. По истории это всегда были тканевые мантии и нелепые огромные шляпы.       Сам Гавер выглядел моложе Старсвирла. Его чёрные грива и хвост, а также борода не потеряли своего оттенка со временем, лишь в редких местах виднелись седые волосинки. Шкура тускло-жёлтого цвета. Глаза голубые, в которых, казалось, горело два огонька. Рог, как у большинства учителей и высших магов, светился алым цветом.       Он внимательно посмотрел на впечатлённого единорога, а затем попросил его сесть на стул, стоящий у рабочего стола магистра. А высший маг направился к окну любоваться красотами Диких Земель.       Сами личные покои Гавера вызывали такие же восхищённые эмоции, что и его одеяние. Вся мебель была сделана из чёрного материала, украшенного красными узорами. Также она выделялась своим непривычно красивым и необычным внешним видом. Казалось, что кровать, шкаф, стол и стулья вырезали из камня, или из затвердевшей лавы. Большой стол располагался прямо у широкого окна, по бокам от которого расположились более меньшие. Сами окна предоставляло прекрасный обзор, хотя снаружи они казались маленькими.       Магистр сел на своё место у стола и вновь внимательно посмотрел на единорога. - Итак, ученик, настало время нам познакомиться, - сказал Гавер приятным и довольно живым голосом, в котором не было той старческой хриплости, услышанной от Старсвирла. – Со мной ты уже знаком. - Я Харувэй, - ответил единорог, стараясь не показывать своего восхищения ко всему, что он увидел. – Учусь в старших классах под началом учителя Тайлекс. - Прими мою благодарность за её спасение. Твой учитель находится в надёжных копытах наших двух самых одарённых лекарей, - магистр говорил без эмоций и с твёрдым взглядом.       Его копыта были сложены воедино перед лицом. Такой вид вызывал даже некое опасение. Харувэй старался не обращать на это внимания. Услышав благодарность магистра, он резко встал со стула. - Значит, вы знаете, что с ней случилось?! Её искалечили на всю жизнь, а её трёх коллег растерзали чудовищные создания! Творения бывшего магистра Оруэла. Он обустроился в Вечнодиком лесу, и вы должны его остановить! – Харувэй кипел от ярости и злости.       Тем не менее, повышенный голос и приступы злобы ничуть не изменили выражения лица Гавера. Он даже слегка ухмыльнулся. - Ученик Харувэй, прошу тебя сесть и успокоиться. Я всё знаю про Оруэла. - Что? – внутри единорога всё похолодело. - Я хочу узнать от тебя две вещи, на которые мне нужен немедленный ответ: что ты со своими друзьями делал в Вечнодиком лесу и почему четыре наших лучших учителя магии Стихий отправились туда, не предупредив меня? - Вы слышали, о чём я сказал?! – возмутился Харувэй. – Эти странные твари, сделанные из дерева, растерзали трёх учителей, убили моего друга Сэма и чуть не прикончили учителя Тайлекс! Почему вы говорите так, будто вам всё равно?! - Тише, Харувэй! Ты говоришь не со своим одноклассником, или учителем. Ты говоришь с магистром. Поэтому сядь на стул и говори, как положено. Дважды повышать голос я не стану. - Но… Вам всё равно, что кто-то погиб? Вы всё знали? И ничего не будете делать? – разочарованно спросил единорог. - Просто ответь на мои вопросы, Харувэй и я тебе всё объясню, - Гавер убрал копыта со стола и удобно сел на своём кресле. – Итак, почему ты пошёл в Вечнодикий лес во время занятий? И кто ещё был с тобой, кроме этого Сэма, которого на самом деле зовут Рубином из дома Блэквул.       Харувэй понял, что его злость и желание справедливости в этом разговоре бесполезны. - По просьбе Рубина и Тима мы решили навестить Старсвирла. Он учил нас с самого начала в школе магии Знаний. Только потом, спустя несколько лет после окончания начальных классов, мы стали учиться в разных школах по своим причинам. Но первый учитель всегда самый близкий, так ведь? - Значит, из-за Старсвирла вы отправились в лес, - спросил Гавер. – Вечно ему не сидится на месте, даже в изгнании, - фыркнул магистр. - Вам ведь всё равно, что Тим сейчас у этого чудовища? Вы не станете ничего делать? - Кто был четвёртым из твоих одноклассников? - Мика, - грубо ответил единорог. – Мы бы тоже могли погибнуть. Но вам… - А теперь, Харувэй, ответь на второй вопрос. - Ведь нужно было с этим что-то делать? А у учителей всё же есть чувство долга. Они хотели остановить Оруэла и спасти Тима. - Ваша маленькая вылазка вылилась в большие проблемы, о которых я никак не подозревал. Кто же мог догадаться, что вам хватит безрассудства и глупости соваться в этот лес? Что же вы сделали ему, что он перешёл на такие крайние меры? - Мы?! Его волк просто так лишил жизни Рубина! И с остальными бы сделал тоже самое. - Волк? Хех, это интересно. Я считал, что создания будут ни на что не похожи. А где всё это время был Старсвирл? Он должен был с лёгкостью расправиться с ними и заставить Оруэла отступить. - Мы… разделились по его просьбе, - разочарованно вздохнул Харувэй. - Прямо в его стиле, - усмехнулся Гавер. – Стоит признать, что старость не пошла ему на пользу. Конечно, жаль, что с его отцом так жестоко поступили. Но это всё в прошлом, - магистр пристально посмотрел на Харувэя. - А теперь мне стоит тебе кое-что рассказать, но мне нужно твоё полное доверие. - Да? После всего этого мне нужно довериться вам? Оказывается, что вы такое же чудовище, как и Оруэл. Хотя, я так полагаю, выбора у меня нет? - Оруэл стал таким не по своему желанию. На самом деле эта ошибка короля ещё сыграет нам на копыто, - Гавер повернул голову к высшему магу, стоящему у окна и окликнул его.       Тот прислонился и магистр что-то ему прошептал. Это не понравилось Харувэю и он начал нервничать. Но высший маг просто молча вышел за дверь и закрыл её.       Рог Гавера засветился, и ученик приготовился бороться за свою жизнь. Но ничего страшного не произошло, просто верхняя часть стола разошлась в две стороны и открыла взор на какую-то карту на чёрном фоне.       Иногда от того, что делать было нечего, Харувэй пару раз заглядывал в книгу с картой Диких Земель – всё-таки интересно, как выглядит место, в котором он живёт. Но то, что предстало перед его глазами, заставило на некоторое время забыть злобу и обиду на Гавера. На карте было изображено четыре пласта земли, окружённые водой и множество других территорий самых разных размеров. Вообще водных пространств было намного больше, чем суши. Не все земные территории имели чёткий силуэт – возможно, их ещё не до конца исследовали. Если мысленно поделить всё на четыре части, то Дикие Земли располагались рядом с большим куском суши на северо-востоке. Этот маленький кусочек, он точно совпадает с картой Диких Земель. Но он как раз недалеко от более большой земли, чем наша, - глаза разбегались по столу, находя всё новые и новые территориии, о которых единорог даже не догадывался. - Неужели это… - Да, Харувэй. Это наш дом. Мир, в котором мы живём. И он намного больше, чем ты себе представлял в детстве. Да и любой жеребёнок. Многие не знают об этом, считая, что Дикие Земли – это единственное место, на котором можно жить. - Но как? Земным пони понадобилось так много времени, чтобы исследовать Дикие Земли. А тут такое… - Чтобы совершить подобные открытия, нашей магии недостаточно. Ни один маг не смог бы переместить себя через эти необъятные водные просторы. Просить о помощи нужно тех, кто летает по небу. - Вороны? Они вам помогли? - Не совсем. Много существ обладает возможностью полёта. Как и то, что множество из них разумно. Полагаю, что Дарстарк пользовался тем же способом, иначе бы он не смог написать свою великолепную книгу. - А кто это? - Исследователь и великий учёный. Его больше заботило познание окружающего мира, чем знание магии. Но его не понимали. Труд его жизни был уничтожен, а его самого сожгли, якобы за ложь, - рог Гавера засветился и карта на столе закрылась. – И вот здесь я подхожу к самому главному - наша раса всегда стремилась к учению и познанию всего, что нас окружает. Развивать свой ум не каждому дано. Но то было давно. Многие отказались от этого дара в угоду таких нелепостей, как власть и то, что они называют деньгами, - с этими словами магистр достал из-за стола золотую монетку, на одной стороне которой была выплавлена голова единорога, а на другой символы луны и солнца.       Гавер покрутил её в воздухе и уронил на стол, выпустив из магического поля. Она со звоном упала на твердую поверхность и осталась лежать неподвижно. - Взгляни на это, Харувэй. Она не осветит твой путь в тёмной пещере. Не накормит и не напоит. Ты не сможешь стать умнее, имея в своём кармане хоть кучу этих железок. Но почему одна такая железка ценится больше, чем хорошая книга, вкусный хлеб и холодная питьевая вода. За такую монетку ты даже сможешь приобрести лайтстоун! А знаешь, как тяжело заставить такой материал выделять свет? Вряд ли. - А разве не в этом смысл? – удивился Харувэй. – Менять эти монетки на вещи, которые нам нужны. - Вот видишь? Проблема налицо. Для вас это уже обыденно. Не удивляет и не заставляет спрашивать, - холодный взгляд Гавера сменился презрением. – Наши предки жили в согласии и дружбе друг с другом. Но как видишь, это время давно ушло и забылось, - магистр успокоился и покачал головой. - Это, конечно, всё интересно, - сказал Харувэй. – Но я пришел к вам в надежде, что вы избавитесь от того, кто сделал столько зла моим друзьям. А вы рассказываете совершенно о другом. Причём здесь деньги? Что вы от меня хотите? - Я хочу вернуть то время. Ты же видел карту? Столько неизвестных нам земель. Вдруг на этих материках живут другие расы? Может у них более развитая наука? Какие они? Такие же как мы, или нечто иное? Неужели тебе неинтересно? – магистр глубоко вздохнул и продолжил свой разговор. - Надо вернуть единорогов на тот путь, с которого они сошли в давние времена. И поэтому мне нужен Оруэл и то, что с ним сделали Блэквулы. Как видишь, они сами подарили нам оружие, которым они же будут повержены. - Какое ещё оружие? Вы знаете, что случилось с магистром Защиты? - Я тебе всё расскажу. Всё, что ты захочешь узнать. Но мне нужна твоя верность. Тебе надо забыть о случившемся. Если же ты продолжишь свои тщетные пыпытки отомстить Оруэлу, то у меня не останется иного выбора. Ты исчезнешь и никто про тебя не услышит, - Гавер встал со стула и стал всматриваться в просторы за окном. – Хорошо подумай об этом.       Харувэй опустил голову и ухмыльнулся. - Вот значит как? Если я откажусь, то вы избавитесь от меня. Хотя для вас это будет непросто.       Гавер посмотрел на единорога и усмехнулся в ответ на его слова. - Но мне нравятся ваши идеи, - Харувэй поднял голову и посмотрел прямо в глаза магистра. – Я полностью верен вам, магистр Гавер. - Мудрый выбор, ученик, - единорог в красной робе снова сел за свой стол. - Сейчас мне нужны две вещи: поставить на копыта Тайлекс и найти Старсвирла. Ты знаешь, где этот старик? - Я его не видел после того, как убегал от огромного волка. Может он в своей грязной пещере? - Вполне возможно. Но сейчас нам нужна Тайлекс. У неё большой потенциал и я не хотел бы её потерять. - Её коллеги погибли из-за вашего друга Оруэла. Вряд ли она это просто так забудет. - С этим я разберусь. А ты продолжай ходить на занятия и никому не слова о нашем разговоре. Ещё слишком рано.       Харувэй встал со своего места и собрался уходить. - Я кое-что вспомнил, ученик. Загляни в кабинет Оруэла. У него в нижней части стола есть скрытый ящичек. Там лежат его записи и бумаги. Принеси мне их, а я подготовлю ворона для отправки письма. Пора попросить о помощи моего старого приятеля.       Единорог молча кивнул и направился к дверям, которые раскрылись благодаря магии Гавера. И также быстро закрылись, только он успел выйти за порог.       Найти личную комнату бывшего магистра Оруэла оказалось совсем просто. Всего таких кабинетов было три. И если покои Гавера сразу же бросались в глаза, то они же у Старсвирла и Оруэла выглядели брошенными и покинутыми. Полосы из неизвестного материала, которые светились цветами своих магических школ, были на месте, но только в, скажем так, спящем состоянии.       Спустя несколько секунд Харувэй стоял в нужном месте. Двери, естественно, нужно было открыть телекинезом. Несколько попыток едва сдвинули их, поэтому единорог разочарованно вздохнул, вытер пот со лба и открыл их по старинке. Пришлось поднапрячься и вот, Харувэй уже стоял на полу, покрытому пыльными плитами, украшенными многочисленными трещинами. Да, похоже здесь не убирались с того времени, когда ушёл Оруэл. Хех, страшно представить, что творится у Старсвирла, - мысль о старике заставила единорога с удовольствием улыбнуться.       Место выглядело таким, будто его бросили десятки лет назад, но ведь прошло всего несколько лет, а то и меньше.       Харувэй ожидал, что здесь будет трудно дышать, но воздух был довольно чистым, будто здесь недавно проветривали. И сразу же взгляд привлекло окно. Оно было всё равно грязнее того, из которого Гавер осматривает местную красоту природы, но всё равно видно было, что кто-то его вытирал. Хоть что-то здесь держат в приличном виде, - единорог удивился тому, что это его хоть как-то беспокоит. - Нет, самое интересное, что столько времени не могут выбрать новых магистров. Неужели это так тяжело? А может Гаверу больше нравится быть единственным представителем совета? Хех, а ты оказывается хитрец.       Смотреть всё равно не на что, поэтому Харувэй пошёл прямиком к столу, благо в покоях Оруэла оказалось достаточно светло из-за света солнца, пробивающегося через широкое окно.       Рядом валялось потрёпанное кресло без трёх ножек. Недолго думая, единорог взял то, что от него осталось, и со смехом запустил им на ближайшую книжную полку. Та не стала сопротивляться и с треском развалилась на куски, опрокинув на пол вместе с собой мусор и бумаги, лежащие на ней и подняв облако пыли.       Прокашлявшись и посмеявшись, единорог пощупал то место стола, в котором должен находиться секретный ящичек. Он там и оказался, правда, вместо того, чтобы открыться, он просто упал на пол вместе со всем содержимым. Это были бумаги. Единорог собрал их в стопку и подобрал, даже не посмотрев.       Собираясь уходить, Харувэй прислушался к звукам, напоминающим треск стекла. Он их слышал и тогда, когда подходил к столу, но не обратил внимания. Присмотревшись, единорог удостоверился, что их источником на самом деле были осколки стекла. А рядом лежало металлическое кольцо. Посмотрев на него, Харувэй невольно обратил внимание на браслет, подаренный Микой. Он сразу же навеял воспоминания об их первой ночи, проведённой в её комнатке, когда они впервые перешли в старшие классы. Это было не так давно, но всё равно казалось, что прошла целая вечность с того момента. Ох, сколько же раз мы это делали, и никто нас не видел, - рассмеялся Харувэй. – Буквально перед носом у этих, якобы умных, учителей.       Мысли понемногу подошли к их последней ночи в палатке, но единорог потряс головой, чтобы не напоминать себе о том, что потом произошло. И ведь теперь мне нужно подчиняться этому напыщенному магистру. И никто не узнает о том, что случилось в лесу. Как будто ничего не было. Может, не зря они выгнали Старсвирла из совета пинком под зад? Хоть он и виноват в том, что с нами случилось, но хотя бы дал бой этому сумасшедшему, - задумался Харувэй. - Эх, наверное, он сейчас лежит там, рядом с Сэмом.       После того, как единорог закрыл двери в покои Оруэла, он пошёл обратно к Гаверу. Немного погодя, он уже сидел на том же стуле перед столом с картой. - Почему задержался? – спросил магистр, не поднимая взора от листка бумаги, исписанного чернилами. - Удивлялся тому, как вы запустили то место, - ответил Харувэй. - Да, верно. Всё хотел уделить этому время, но так и не получилось, - Гавер отложил листок и посмотрел на единорога. – Итак, нашёл бумаги? - Полагаю, что да, - сказал он, положив на стол стопку старых, но вполне себе целых листов. – Это они?       Магистр задумчиво посмотрел на них и ответил: - Да, именно то, что нужно, - магистр достал один лист и выложил его отдельно, повернув лицом к Харувэю. – Что ты видишь?       На листке был изображена фигура пони без лица, облачённая в какую-то броню, напоминающую доспехи, используемые на турнирах, которые часто устраивают в столице единорогов. Сам Харувэй никогда не видел такого зрелища, но иногда думал об этом.       Броня состояла из металлических пластин и закрывала пони от копыт до подбородка – шея также была закрыта стальным воротником. Сами доспехи выглядели довольно сложно для единорога, так как он за всю жизнь привык к мантиям, да к другим простым тканевым одеяниям. И если наряд Гавера заставил его удивиться, то эта броня ещё больше усилила тот эффект. - Очень красиво. Это броня какая-то? Я читал, что земные пони использовали подобное на Войне с пегасами. Только шлема не хватает. - Да, Харувэй. Только это доспехи для боевых магов. Это наши бывшие ученики, - Гавер с грустью вздохнул. – Теперь они выполняют все прихоти Валлэнтов. Хотя их броня серьёзно изменилась и обзавелась нелепым плащом. Серьёзно, зачем нужен плащ, если небо ясное и не идёт дождь? Но сейчас не это важно. Какой ноги лишилась бедняжка Тайлекс? - Передней правой, - быстро ответил единорог, вспомнив тот ужасный обрубок с торчащей костью. – Я пытался остановить кровь. - Ты умеешь это делать? - Да. Детство у меня было весёлое, - усмехнулся Харувэй. – Так, что вы хотите сделать? - Как я уже говорил – поставить Тайлекс на копыта, - Гавер холодно посмотрел на единорога. – Тебе нужно было сразу идти ко мне. Из-за твоей глупости мы потеряли трёх учителей. - Да-да, я уже понял. Во всём виноват я, а не ваш магистр Оруэл. - Ты должен понимать, что я не могу просто так всем рассказать о том, что нельзя ходить в Вечнодикий лес из-за того, что Сомбра прислал кристалл, после которого все полетело в пропасть. Я уверен, что в Башне обязательно есть лазутчик, а может и несколько. - Кристалл? Сомбра? Кстати, а почему Оруэл стал ну… таким? - Всему своё время, ученик. А что касается Тайлекс, то я хочу, чтобы ей сделали новое копыто. И не простую деревянную палку, - Гавер слегка улыбнулся, а затем вновь вернул себе привычное выражение лица. – Всего доброго, Харувэй. Завтра ваши занятия продолжатся.       Единорог хотел попрощаться в ответ, но вместо этого просто слегка преклонил голову и направился к дверям. - И старайся приходить сюда так, чтобы твои друзья тебя не видели. Слишком много фигур в начале – это плохо. - Чего? - Не говори своим друзьям о наших встречах, пока что.

***

      Спускаясь всё ниже и ниже, Харувэй думал обо всём, что произошло и особенно про встречу с магистром Гавером. В особенности не давало покоя то, что великий магистр мало того, что просто разговаривал с ним, так ещё и предложил некое сотрудничество. Но больше всего огорчила его практически нулевая реакция на смерть четверых единорогов. При упоминании о Сэме, он вообще, казалось, был рад. Ох, не нравится всё мне это, - Харувэй опасливо обернулся, но никого не увидел. – Всё как-то странно здесь. Особенно эта история про магистра Оруэла. Что же случилось с ним? И при чём здесь королевская семья?       Единорог так увлечённо думал, что не заметил, как оказался на ступенях перед главными двустворчатыми дверьми главного здания школы. Удивительно как бесшумно открываются такие массивные изделия. Решив больше не ломать голову, он направился к себе в комнату, чтобы просто вздремнуть пару часов.       По пути попадались и одноклассники, и просто знакомые, но единорог ни с кем не хотел разговаривать. Чуть позже всё-таки попалась та, которую обойти молчанием никак не получится. У Мики был довольно взволнованный вид - не испуганный, как в лесу, а радостный. - Харувэй! Наконец-то я нашла тебя! Где ты пропадал? Да, должно быть занятия уже закончились. Но, стоп! Что она делает в школе Стихий? - Мика? Что ты тут делаешь? - Пошли скорее, сам увидишь.       Харувэй пожал плечами, но подруга уже схватила его за копыто и повела в сторону его же комнаты. - Серьёзно, нас же не должны здесь видеть вместе, - усмехнулся единорог.       Рог Мики засветился, и дверь в комнату открылась. Внутри всё было так же, даже как-то убого после кабинета магистра Гавера. Кроме маленького единорога, сидящего на кровати. - Привет, Харувэй! - весело поздоровался Тим.

С Т А Р С В И Р Л

      После того, что случилось вчерашним днём, старый маг, весь вспотевший, нервно ворочался в своей постели, полностью потеряв счёт времени. Сейчас ночь, или день? – промелькнуло в наболевшей голове Старсвирла.       И только это он смог разобрать в бесконечной череде кошмаров, нормально описать которые ни у кого не хватит духа. Они сменялись, едва успевая начаться, но у всех было одна общая деталь: чёрный, словно самая глубокая и забытая пещера, кристалл всё время пытался пробраться в измученный разум единорога и с каждым разом он становился всё ближе и ближе.       Но откуда-то вдалеке кто-то окликнул его имя: - Старсвирл! – кричал незнакомый голос.       И после этого чьё-то касание, от которого задрожало всё тело. Как сильно пострадал мой разум? - Да проснись ты! – послышалось у самого уха.       Старый маг оторвал голову от подушки и судорожно посмотрел по сторонам, смотря на тёмные стены широко раскрытыми глазами. Частые вдохи и выдохи не прошли просто так, заставив Старсвирла громко прокашляться. У кровати склонил голову земной пони, обеспокоенно смотревший прямо в глаза старика. - Тише-тише, успокойся, - прошептал земной пони, крепко схватив единорога за копыто. – Это я, твой друг Торес.       Старсвирл посмотрел на пони, стоящего прямо около него и понемногу начал приходить в себя. Дыхание становилось всё спокойнее, а сердце вновь стало биться в нормальном ритме. - Торес? – прохрипел единорог. – Как долго я спал? - Спал? – усмехнулся земной пони. – То, что я здесь видел, никак нельзя назвать сном, - после этих слов его выражение лица стало холодным и серьёзным. – Почему ты ничего мне не сказал? Что заставило тебя послать Ниру за этим… этой, не знаю даже что это? - Прости меня. Я… хотел тебе рассказать… - Старсвирл откинул одеяло и попытался встать, но слабость и усталость не дали ему это сделать. - Куда же ты собрался? – сетовал Торес, осторожно укладывая старика обратно под одеяло. – Тебе нужно набраться сил, - земной пони подошёл к столу и налил в кубок из кувшина какую-то тёмно-зелёную жидкость. - Как же болит голова, - единорог зажмурил глаза от боли и надавил своим копытом на череп. – Последнее, что помню, это как я летел навстречу с полом, - Старсвирл попытался улыбнуться, но ничего не вышло. - Вот, выпей это, - Торес протянул кубок. – Это настойка из лепестков Сонного цветка. Она должна помочь.       Единорог хотел по привычке принять кубок с помощью телекинеза, но с такой слабостью ему казалось, что рога вообще нет и никогда не существовало, поэтому он взял его копытом, едва не расплескав жидкость. Торес помог старому другу сделать несколько глотков настойки, которая оказалась довольно горькой и противной на вкус. - Спасибо, - Старсвирл отдал пустой сосуд и расслабленно лёг на подушку, чувствуя, что настойка начинала действовать.       Торес сел на стул и угрюмо покачал головой. - Знаешь, сколько раз ты выкрикивал моё имя? Двадцать три, считая последние два раза, когда я пришёл к тебе. - Ты бы видел, что мне снилось! – со страхом в глазах проговорил единорог. – Теперь я помню лишь отрывки и размазанные образы этих кошмаров. - Тебя весь вчерашний вечер и всю ночь знобило, а потом ещё поднялась температура. Если такое произошло просто от того, что чёрный камень лежал недалеко от тебя, то, что чувствовал твой друг Оруэл, когда он впитывался в него?! Я ничего не путаю? Вроде от этого сошёл с ума магистр Защиты? – Торес внимательно посмотрел на Старсвирла.       Слова земного пони стали приглушёнными, пока совсем не стихли. Старый маг понемногу начал вспоминать, как вчера днём вернулась Нира из Школы Магов Зеалон, выполнив его безумную просьбу. Разве можно было знать, что проклятие Оруэла на самом деле осталось в его кабинете? – спросил внутренний голос Старсвирла. «Не успела она пройти через порог, как единорог почувствовал себя нехорошо. Стеклянный футляр с чёрным кристаллом выпал из кармана её мантии и разбился. А его содержимое, будто живое, начало медленно двигаться в сторону единорога. Всё остальное произошло настолько быстро, что старый маг едва мог вспомнить правильную последовательность этих последних секунд: кристалл поднялся невысоко над землёй и раскололся на множество мелких осколков, а рог Старсвирла телекинезом потянул эти камни к себе. Маг вспомнил, что если бы не Нира, то он стал таким же, как и Оруэл. Он помнил, как она окружила эти осколки щитом. Куполом, который не пропускал свет! Единорог мог бы гордиться ею за такое невероятное достижение. Но он помнил только её застывшее от ужаса лицо, по которому текли слёзы» - Старсвирл! – крикнул земной пони.       Единорог вышел из раздумий и спокойно взглянул на Тореса. - Прошу прощения, я, кажется, задумался, - извинился старый маг. И да, я отвечу на твой вопрос: Оруэл стал таким из-за этого камня. - А Нира? Ты попросил маленькую кобылку принести это?! Мда, совет магистров явно совершил огромную ошибку, что отправил тебя в изгнание. Ты совсем потерял форму.       Старсвирл только кивнул, пытаясь осознать то, что сделал. Затем он сделал глубокий вдох и с твёрдостью в глазах посмотрел на Тореса. - И всё же я оказался прав. - В чём? - В том, что этот камень сводит с ума только единорогов. На тебя с Нирой он ничуть не повлиял, а значит, я ещё не так уж безнадёжен, - лицо старика озарилось лёгкой ухмылкой. - Всё равно можно было сказать об этом мне. - Торес, если бы я сказал тебе о своей идее, ты никогда не позволил ей сделать это. И ставлю свою пыльную шляпу на то, что ты весь день изучал этот кристалл. Я прав? – Старсвирл опёрся к спинке кровати и скрестил копыта на груди с довольным видом. - Такой неоправданный риск! – возмутился земной пони, но затем он успокоился. – Что ж, а здесь ты прямо читаешь мои мысли. Я собрал все осколки и стал их изучать. А чтобы с тобой ничего не случилось, я перенёс все необходимое в подвал на нижний этаж. - Точно все собрал? Ты уверен? – с опаской спросил старый маг. - Абсолютно! Я высматривал мелкие кусочки через самое лучшее увеличительное стекло. И этот камень удивителен! – наконец-то в Торесе проснулся ум учёного. - В самом деле? – спросил Старсвирл. - Я никогда ничего подобного не видел! - Вряд ли кто-то в ближайшем будущем подобное увидит, - усмехнулся Старсвирл. – Даже моих умнейших собратьев в Зеалоне интересует не то, что под копытами, а то, что над ними. Прости, я опять заговорился, можешь продолжать. - Я могу часами говорить об особенностях его структуры, но то, что он сделал с пером… - Торес сделал глубокий вдох от волнения. - Это невероятно! - Подожди, - старый маг оторвался от подушки и с хрустом выпрямил спину так, как только мог. – О каком пере ты говоришь? - Перо с крыла Ниры. Небольшая частица этого кристалла смогла полностью восстановить его.       От этих слов Старсвирл вернул себе давно утраченное чувство надежды, и он начал бы прыгать от радости, если бы из его возраста пропали четыре, или пять десятков прожитых лет. - То есть… - старый маг раскрыл рот и хотел договорить, но тихий стук в дверь остановил его. - Уже можно? – послышалось тихим голоском. - Да, Нира, можешь войти, - Торес встал со стула и открыл старую скрипучую дверь. – Опять эти звуки, - проворчал земной пони. – Детка, дяде Старсвирлу сейчас намного лучше, так что можешь не бояться. А я пока схожу за маслом, - с этими словами он вышел за порог.       Старый маг не мог видеть Ниру. Она стояла за дверью и сердце единорога обливалось кровью, когда он представил её лицо, как она боится войти к нему. Тем не менее, аликорн вошла в комнату, идя тихо и осторожно закрыв дверь.       Несколько секунд они смотрели друг ну друга, не говоря ни слова. Старсвирл пытался сдержать слёзы, смотря на то, что Нира даже не сменила облик. Должно быть, страх мучил её всю ночь. Перед кроватью на старом отцовском ковре стояла белая единорожка с голубыми глазами, виновато уткнувшись в пол. Старый маг пытался подобрать подходящие слова и извинения. Но он дёрнулся от неожиданности, когда Нира запрыгнула на кровать и обняла его. - Дядя, я так рада, что с вами всё хорошо, - она сказала это с радостью и слезами, которые стали падать на шерсть старого мага. - Ну-ну, - Старсвирл крепко обнял её в ответ. – Это я должен извиняться перед тобой со слезами, а не ты, – с этими словами он телекинезом вытащил белый платок из мантии Ниры, который она всегда носила в левом внутреннем кармане и нежно провёл им ей по лицу. – Если бы я знал, что такое произойдёт, то никогда не попросил принести этот кристалл сюда. Она даже не сняла свою школьную одежду, - от этих мыслей магу стало горько на душе. - Это я виновата, - опустила голову Нира. – Я думала, что это просто какой-то обычный камень. А тут такое… - Глупости. Тебе не в чем оправдываться, - старый маг вернул платок на прежнее место. – Я попросил тебя принести его. И сполна заплатил за это. Так что… просто не бери в голову. Со мной всё хорошо и я скоро смогу вылезти с этой кровати, - Старсвирл посмотрел в зелёные глаза Ниры, в которых ещё оставалось немного страха. – Меня больше беспокоишь ты. - Я? Со мной всё нормально, - аликорн слегка улыбнулась. – Конечно, ваши вскрики были пугающими, но Торес меня успокаивал. Говорил, что это из-за болезни. - Мне так жаль, - Старсвирл вновь крепко обнял Ниру, пытаясь хоть как-то успокоить. – Я обещаю тебе, что такого больше никогда не повториться. - Честно-честно? - Честнее не бывает, - рассмеялся старый маг, выпустив её из объятий. - Хи-хи, ваша борода щекочет, - засмеялась аликорн. - Прости, - единорог убрал её в сторону от лица Ниры. – Давно я в зеркало не смотрелся, ей явно не помешает укорачивание. - Оставьте, я буду звать вас дядей Старсвирлом Бородатым, - старые стены чердака озарились громким смехом маленькой девчушки. - Хах, можешь называть меня, как угодно, милая Нира. Я буду только рад.       Постепенно аликорн успокоилась, и выражение её лица перешло от радостного и довольного к любопытному: - А что такого в этом камне, что с вами начали происходить такие вещи? - Сейчас мне сложно говорить об этом. Но одно я знаю точно: ты не напрасно трудилась, чтобы его принести. И я теперь твой должник, - Старсвирл поправил Нире растрёпанную гриву. – А теперь умойся и переоденься, и, если тебе не трудно, можешь раскрыть эти шторы? – единорог указал копытом на закрытое окно, из-за которого в комнате было так темно. - Нет проблем, - захихикала аликорн и с лёгкостью раздвинула их в стороны.       Яркий свет солнца озарил пыльную комнату и заставил старика зажмуриться. А Нира подошла к двери и развернулась, чтобы посмотреть на Старсвирла: - Пожалуйста, выздоравливайте, - сказала она, прежде чем уйти.       Торес стоял с обратной стороны и якобы всё это время он смазывал петли. Только послышался стук копытец по ступеням, как земной пони вошёл в комнату и поставил масло на стол, не забыв несколько раз открыть и закрыть дверь, которая на этот раз не издала не единого звука. - Совсем другое дело! – похвалил себя Торес, а затем он сел на стул, за которым когда-то придумывал заклинания и писал книгу отец Старсвирла. - Эх, хорошо быть маленьким жеребёнком, - радостно вздохнул единорог. – В таком возрасте не о чём не нужно беспокоиться, а если и появится какая-нибудь боль, то она быстро пройдёт. - Не стоит так о них думать, - холодно сказал Торес. – Помнят они всё так же прекрасно, как и мы, разница лишь в том, что эта память украшается их наивностью и радостью, которые с возрастом изменяются так, что они будут воспринимать мир совсем по-другому. - Ух, - удивился единорог. – Я тебя чем-то обидел? - А? Нет, что ты? - спохватился земной пони. – Просто вспомнил кое-что. В общем, забудь, - Торес прикрыл лицо копытом. - Тебя что-то тревожит, друг мой? - Просто, не думай, что она так легко это забудет. Нира всегда старается быть весёлой и жизнерадостной. Но только она ведает о том, что творится у неё внутри. - Мне кажется, ты что-то недоговариваешь. Поверь, если тебя что-то гложет, то лучше об этом рассказать. Я смогу помочь, - Старсвирл выглядел так, будто собирался вскочить с кровати и положить своё копыто на плечо другу для уверенности. - Эх, я столько раз спрашивал её о том, как она себя чувствует. Какие сны ей снятся… - на этих словах пони замолк. - И что она говорит про сны? – поинтересовался старый маг. - Говорит про небо, солнце, дождь. Но я вижу, что она пытается о чём-то умолчать. - Торес, представь себя на её месте! Она ходит в школу под иной внешностью, отзывается там на другое имя. И мы даже не можем подробно ей рассказать, зачем это нужно делать! Поверь, я сделаю всё, на что способен, чтобы в будущем ей не пришлось снова этого делать, - Старсвирл твёрдо взглянул прямо в глаза своему другу. – Надеюсь, что ты тоже приложишь все свои знания и умения для этого. - Само собой! – Торес обрёл в себе полную уверенность. – Я весь вчерашний день трудился ради неё! - Вот так! Теперь я вижу тебя таким, каким нужно быть, - похвалил Старсвирл. – Так что ты ещё можешь сказать о камне? Он исцелит Ниру? – старый маг после этих слов сделал долгую паузу. – А его можно совместить с остальными составляющими? - Я думаю, что да, мне только… Что?! С остальными составляющими? Ты хочешь использовать его в своей формуле? – Торес раскрыл рот от удивления. - Пойми же! У меня появилась эта мысль сразу после того, как я увидел Оруэла, - продолжил старый маг. – Посмотри, что нас окружает. Наш мир, если вглядеться, это всегда тёмное и светлое, белое и чёрное. Мы вольны выбирать между добром и злом. Но они всегда должны быть нераздельными. - По мне, наш мир всегда был серым, - усмехнулся Торес. - И вот это я упустил, когда родилась Нира, - Старсвирл сделал вид, что не обратил внимания на высказывание друга. – Посмотри только на эти компоненты: девственно чистый цветок Масселы, что я нашёл в пещере Чистых Вод в Волчьем лесу; кора Лагрисового Древа в Арнвуде, которое никогда не стареет и не теряет листьев и остальное в том же духе. Я всю жизнь мечтал об идеальном представителе нашей расы! И я так надеялся, что добавив невероятные возможности этих растений, смогу помочь родиться существу с чистой душой и телом. - В одном ты явно добился успеха, - подытожил Торес. – Ты бы видел её, когда она училась летать в трёхлетнем возрасте, - на лице земного пони появилась улыбка от радостного воспоминания. - Я сожалею, что тратил время на создание новых заклинаний и чтение книг в своём изгнании, и так редко её навещал. И ты ведь видишь? – вздохнул Старсвирл. – Самые чистые и нетронутые сорняками и насекомыми растения, обладающие просто феноменальными возможностями и всё равно Нира… - старый мог не смог сдержать слёз. - Ты так говоришь, будто внешность это самое главное, - покачал головой земной пони. - Торес, может это не я стукнулся головой, а ты? Я никогда бы так не подумал. Но как она добьётся чего-то в нашем мире? Это не я сужу по внешней красоте, а те, с кем она будет иметь дело в дальнейшем, - Старсвирл вытер своё лицо и взглянул на удручённого земного пони. – Я верю, что этот кристалл – тот самый недостающий фрагмент, о котором я не подумал. Так ты сможешь мне помочь? - Фух, - тяжело вздохнул Торес. – Ты меня знаешь, друг, я всегда рад тебе помочь. И если ты в это веришь, то, значит, поверю и я. - Моя благодарность не знает границ, дорогой друг, - улыбнулся Старсвирл. – А что насчёт Ниры? Он сможет помочь ей? - Её перо зажило и стало, как новым, но… - земной пони опустил голову. – Ты же видел, что кристалл сделал с Оруэлом? И что он хотел сделать с тобой? К тому же, мне нужна капля её крови, чтобы знать наверняка. - Я за свою жизнь наделал столько ошибок, которые с лёгкостью перевешивают все мои многочисленные достижения и больше их повторять я не намерен! – Старсвирл положил голову на подушку и накрылся одеялом. - Дай мне знать, если что-то заболит, - сказал Торес, закрывая дверь перед уходом.

***

      То ли настойка Сонного цветка так подействовала, то ли это просто от усталости, которая накопилась за всю прожитую жизнь, но похрапывал Старсвирл с удовольствием, не видя больше никаких кошмаров. Старый маг хотел вздремнуть пару часов, а открыл глаза он на следующее утро. И судя по всему, последний сон прошёл хорошо не только для него, но и для остальных в доме.       Единорог по-прежнему лежал в своей постели на чердаке. Окна снова были закрыты шторами, из-за чего в комнате стояла темень, лишь полоска света просачивалась сквозь дверные проёмы.       Старсвирл чувствовал себя необычайно свежо. Казалось, что он заново родился. Похоже, что настойка не только избавила меня от головной боли, но ещё вернула мне молодость, - ухмыльнулся старый маг.       Ловким движением он убрал одеяло в сторону, поднял голову от подушки и... и понял, что он по-прежнему стар и дряхл.       Только единорог опустил заднее копыто на пол, как в левой передней ноге послышался хруст, а потом в спине и затем где-то ещё. Можно было начать ворчать и жаловаться, но Старсвирл просто посмеялся над собой и над звуками, издаваемыми его костями, и попытался отыскать свою одежду. Фиолетовая мантия лежала на своём месте – в шкафу. Копыто сразу же потянулось к ней, но затем взгляд мага приметил пару тонких свитеров, лежащих на соседних полках. Он попытался вспомнить, когда в последний раз ходил в чём-то, кроме мантии или робы. Пожав плечами и услышав новый хруст, Старсвирл взял верхний свитер с сине-зелёными узорами и встряхнул его от пыли. Хорошо прокашлявшись, единорог надел его на себя и сразу почувствовал как что-то нежное и тёплое, но немного колючее, обволакивает всю переднюю часть тела.       Посмотреть на себя со стороны маг никак не мог, так как не выносил зеркал в комнате прямо, как Дарстарк. Старсвирл знал, что утром - а он надеялся, что сейчас раннее утро – свитер его согреет намного лучше, чем мантия, пока солнце не вышло из-за горизонта.       Дверь открылась без шума и без малейших намёков на скрипы. Спустившись по лестнице, преодоление которой, с возрастом, становилось всё труднее, старый маг стал привыкать к свету, горевшему в гостиной. - Кажется, кто-то проснулся, - послышалось за стенкой, которая закрывала лестницу.       Единорог уже у двери в свою комнату почувствовал вкусные запахи, которые означали только одно – варёная фасоль, заправленная зеленью и луком. А на другой тарелке нарезанные свежие помидоры и огурцы. Старсвирл больше всего любил две вещи: изучать окружающий мир, а с Торесом это стало одним удовольствием, и только что сваренную фасоль. Вообще в последнее время старый маг стал уважать ту пищу, которая легко давалась его зубам. - Доброе утро, - сказал земной пони. – Отлично выглядишь в этом свитере. В кои-то веки решил надеть что-то отличное от мантии?       Старый маг в ответ засмеялся. - С добрым утром, дядя Старсвирл, - весело произнесла Нира. - И вас с добрым утром, - ответил старый маг и сел на стул, который был ближе к спальной комнате.       Аликорн сидела у окна, через которое можно увидеть, как туман только-только начал редеть, а солнце ещё не вступило на своё законное место.       Торес, сидевший ближе к кухне, открыл котелок и наложил фасоли на деревянную тарелку, насыпал зелени и поставил перед Старсвирлом.       Завтрак получился превосходным и сытным. Нира закончила самой первой и, захватив котомку с книгами, попрощалась со всеми, а затем отправилась в школу магов. - Никаких проблем ночью не было? - поинтересовался Старсвирл, положив ложку на пустую тарелку. – А то мало ли. - Нет, с этим всё в порядке, - ответил Торес. – Пока ты спал, я смог взять у Ниры немного крови. - Ты же прокипятил иглу? – с беспокойством спросил старый маг. - Пф, а как же иначе? Конечно, всё сделал ещё до того, как она встала. - Хорошо-хорошо. Хех, а как ты умудрился это сделать? - В начале, она немного нервничала, но когда я сказал, что смогу вернуть ей крылья, то Нира чуть ли не прыгала от радости, - рассмеялся земной пони. - Ты уже проверил? - Нет, когда там? Я собираюсь сбегать в Мирреан за некоторыми продуктами и ещё продать лечебных мазей и настоек. Ещё, если они будут, возьму немного гвоздей. Кое-что нужно прибить, ты же знаешь? - Понимаю, - вздохнул Старсвирл. – Но что поделаешь? Всё стареет и ломается. - Что? – рассмеялся Торес. – Я ничего не хотел сказать плохого про дом. Он отличный и прекрасно держится, учитывая, что его строил твой дед. - А исследования? - Ты ведь знаешь, что сегодня в городе рыночный день. А каков не был бы хорош наш огород, запасы на зиму сделать не помешает. А с кровью ничего не случится. Я её поставил на хранение в странный ящичек твоего отца, в котором мы держим редкие растения. - Что ж, можешь тогда идти. Я сам приберу здесь. - Отлично. Тогда я пойду запрягаться и затем в путь       Старсвирл проводил друга во двор. Утренняя роса ещё покрывала траву и цветы и приятно охлаждала ноги. Торес подошёл к небольшой телеге, которую он привёз ещё из своего старого дома и с лёгкостью нацепил себе на спину дышло с седлом. Затем, помахав копытом, отправился на северо-восток.       Старый маг ещё долго наслаждался прохладой травы, покрытой росой, а затем он отправился к речке, чтобы сполоснуть лицо. Закончив это дело, он вернулся в дом мыть и убирать посуду.       Каждый раз он с опаской смотрел на пол, под которым находился чердак, всё время, опасаясь того, что вдруг осколки кристалла прожгут старые доски и вонзятся ему в голову и рог, а затем прямо в мозг. Примерно так он себе представлял превращение Оруэла. Встряхнув головой, чтобы избавиться от этих мыслей, он быстро управился со своей работой. И следующий час провёл за книгами в своей комнате.       Листая книжку с изображениями растений, Старсвирл хлопнул себя по голове, вспомнив, что для того, чтобы появились на свет новые аликорны, не хватало ещё одной вещи – Синей Ирениды, цветка, который нельзя засушивать и растёт в малых количествах. Пока никого нет, можно собраться и найти его. К счастью, рос он совсем рядом – в южной части Леса Фениксов. Но единорога беспокоило больше всего то, что он не знает, как отреагирует кровь Ниры на этот кристалл. Что если ничего не выйдет? – мучился сомнениями старый маг. – Хотя на неё саму камень вообще не подействовал. Столько загвоздок, - голова буквально закипала от волнения. – Так много мелочей нужно учесть, ведь хоть одна малая ошибка и всё будет напрасно. И даже если всё получится, нужно просто невозможное в наше время – найти пегаса, любящего единорожку, или наоборот. Мерра с Сейгвилом в этот раз ни за что не согласятся. Да и староваты они для жеребят.       Старсвирл решил успокоиться и сосредоточиться на самой очевидной цели: достать Синюю Ирениду. Что ж, настало время достать мой пыльный подсвечник, - старый маг улыбнулся, вспоминая, сколько он пещер облазил с этим подсвечником, хотя всю работу выполняли свечи, которые можно было сделать благодаря трудолюбивым пчёлам.       Единорог поднялся к себе в комнату и начал собирать вещи: сумку, одну свечу, книгу с рисунками цветов, чтобы не спутать; небольшую коробочку, дно которой было заполнено водой – специально для Ирениды; пустую флягу, крепкую палку для удобного преодоления каменистой почвы в южной части леса. А из стола он вытащил небольшой ножик, которым обычно срезают грибы.       Старсвирл по привычке подошёл к шкафу, чтобы надеть свою любимую шляпу и мантию, но сразу передумал, так как это могло привлечь лишнее внимание. Кого? Фениксов? – поспорил сам с собой единорог.       Всё же он оставил на себе свитер, не забыв накинуть потёртый тёмно-зелёный дорожный плащ. Вблизи Плачущего Моря может быть довольно прохладно.       Убедившись, что ничего не забыл, и рог работает на полную, единорог закрыл дверь, не забыв её запереть. Ключ он положил в маленькую шкатулку, спрятанную под потрескавшейся ступенькой.       У речки Старсвирл не забыл сменить воду для цветка, а также набрал воды для себя. Тяжело вздохнув, единорог посмотрел на дом, долгие годы верно служащий надёжным убежищем его семье и отправился к пещере, в которой росла Синяя Иренида.

***

      Старый маг не спеша продвигался всё ближе и ближе к, так называемой, центральной линии – границе, отделяющей северо-западную часть леса от юго-восточной. Сам Лес Фениксов был поистине уникальным явлением природы, а точнее его нижняя половина. Там, где находился родительский дом Старсвирла, ничего особого и не увидишь: вполне себе нормальные лиственные деревья, которые обновляют растительность каждый сезон. Но там, где жили фениксы, можно было только удивляться необычной флоре, особенно если лес посещаешь в первый раз. Деревья, на которых селятся огненные птицы, всегда имеют тёмно-желтоватую, или коричневую неопадающую листву, но не только в этом их особенность: стволы, ветки, корни и листья всегда влажные, из-за чего они никоим образом не страдают от огня фениксов. Также стоит отметить их необычайную красоту в зимнее время, когда вся влага замерзает, из-за чего невзрачные деревья превращаются в ледяные скульптуры.       Сами огненные птицы живут мирно, несмотря на свои грозные возможности, но постоянно страдают от налётов малых драконов на их гнездовья. Возможно, этим их наказывают за помощь оленям во время вражды между двумя расами. Либо, яйца фениксов – вкусное лакомство, которое служит отличной альтернативой твёрдым драгоценным камням.       Никто точно не знает: фениксы первыми обосновались в лесу, из-за чего деревьям пришлось использовать столь необычную защиту, или растения были такими изначально, а огненные птицы смогли найти себе подходящий дом? Тем не менее они прекрасно знают свои границы и не селятся в верхней части леса, так как знают, что этим они сожгут добрую его часть.       Именно территория фениксов находится ближе всего к Драконьему Камню, отделённая всего лишь стеной горных пиков. Думая об этом, Старсвирл старался как можно чаще поглядывать на небо сквозь прорехи густой листвы, дабы не пропустить какого-нибудь любопытного дракона, который явно не побрезгует возможностью поближе познакомиться с пони, забредшему так далеко от родного дома.       Наконец-то показались первые желтоватые деревья, а это означало, что старый маг добрался до границы, после которой оставалось немного меньше от пройденного пути.       И только копыто Старсвирла ступило на каменисто-земляную почву, как он услышал разноголосые крики фениксов, судя по которым, гнёзда птиц находились совсем рядом. Единорог не хотел их отвлекать и волновать, поэтому, ориентируясь по этим звукам, он шёл в противоположную от них сторону до тех пор, пока крики не стали едва уловимыми.

***

      Через некоторое время старый маг вышел из чащи жёлтых деревьев и оказался на довольно широкой поляне, усеянной хвойными деревьями. Всего таких полян на территории фениксов было три. Они не обладали никакой защитой от огня, но судя по тому, что ели стояли живые и здоровые, а не превратились в кучу углей, огненные птицы сами прекрасно знали о том, где можно пользоваться огнём, а где нет.       Как раз здесь – на самой большой хвойной поляне, находилась пещера, в недрах которой росла Синяя Иренида. Найти её было довольно трудно, но после первого раза, Старсвирл оставил отметки на коре. Он без труда нашёл первую отметину, изображающую пятилучевую звезду – именно такие украшали его старую мантию магистра и именно они в виде пяти штук составляли его метку.       После первого ориентира оставалось ещё четыре – они вели вглубь чащи хвойных деревьев. Последняя такая отметина украшала кору высокой и пышной ели, которая укрывала вход в пещеру. Отыскав её, единорог без труда увидел едва различимый проход, заросший папоротниками и густой травой. Да, в первый раз они с Торесом потратили уйму времени на её поиски. Отлично, теперь осталось немного, - с этими мыслями Старсвирл достал из сумки подсвечник со свечой и запалил её первым и единственным заклинанием, освоенным им из школы Стихий.       Конечно, он мог пользоваться светом своего рога, который ничуть не хуже пламени, но свою первую находку елинорог обнаружил именно с отцовским подсвечником и с тех пор не нарушает своей маленькой традиции.       Преодолев многочисленные заросли травы, старый маг заметил, как он ступил на влажную землю, которая постепенно сменилась каменистой поверхностью.       Чтобы добраться до цветка, нужно спуститься примерно на десять метров вниз. Что не так сложно: путь всего один, а других проходов, из-за которых можно заблудиться, в пещере не имелось.       Преодолев этот путь, единорогу открылся взор на земляную полянку, плотно усеянную травой и цветами, окрас которых имел только синие и голубые оттенки. Также к этим растениям прибавились три деревца, которые Старсвирл посадил, когда пришёл сюда впервые. За время его отсутствия они успели немного подрасти. И вся эта красота жила, благодаря свету солнца, проступающему через небольшую дыру в потолке пещеры, до которой отсюда было довольно высоко. Света всем растениям не хватало и, тем не менее, цветов стало ещё больше, чем раньше. Интересно, может, растения, на которые попадает свет, как-то передают его живительную силу к остальным цветам, до которых оно не достаёт? – задумался старый маг. – А деревья-то я не зря посадил в прошлый раз. С ними поляна стала такой пышной.       Налюбовавшись этой красотой, из-за которой теперь нужно попотеть, Старсвирл поставил сумку на землю, отпил воды из фляги, которая за время пути стала полна лишь на половину, а затем достал книгу с изображениями растений.       С прошлого раза синих и голубых цветов стало намного больше, что означало большую трату времени. Старый маг ходил от одного к другому, держа рядом собой с помощью телекинеза: книгу с правой стороны, а подсвечник с левой. После шестнадцатого неверного цветка, Старсвирл начинал отчаиваться. А вдруг он так и не вырос? – забеспокоился единорог. – Что, если семя не смогло прорасти? Нет, нельзя сдаваться! Если нужно, я каждый цветок осмотрю по десять раз.       С возросшей уверенностью, единорог тщательно осматривал каждое растение, хоть как-то отдалённо напоминающее нужный. И через несколько минут поисков, взгляд Старсвирла упал на цветок, который был практически копией того, изображённого в книге. Посмотрев пять раз то на него, то в книгу, старый маг воскликнул от радости: - Да! Наконец-то! – единорог с восхищением посмотрел на синий цветок, имеющий короткий стебель с тремя листьями формы водяной капли; четырьмя широкими лепестками и целым множеством более мелких под ними; середина имела жёлто-голубой окрас.       Он, не спуская взгляда, достал магией ножик и коробку, а затем осторожно, почти не дыша, срезал то, что для Старсвирла было дороже всех сокровищ драконов и короля вместе взятых. А затем он сразу же спрятал цветок в коробку.       Старый маг вытер пот со лба и собирался уходить, но совсем рядом заметил ещё одно растение, похожее на Синюю Ирениду. Он хотел махнуть копытом, но всё же сравнил его с книжным образцом. Проверив теми же пятью разами, старый маг хотел прыгнуть от радости, но вовремя вспомнил о том, что он давно не жеребёнок и просто довольствовался своими чувствами. - Вторая Иренида! – воскликнул Старсвирл, осторожно пряча ценную находку к первому цветку. – Она всё-таки смогла разрастись!       Весь сияя, единорог едва не растоптал ещё одну Ирениду. Из-за неё он едва не потерял сознание. Тщательно сравнив с двумя сорванными цветками, старый маг лишился на время дара речи. - Это невозможно! – после глотка воды, прокричал Старсвирл. – Может я ошибся и собираю не те цветы?!       Но рисунки Тореса всегда обладали невероятным вниманием к деталям. Даже почти неотличимые цветы имели свои особенности. И Синяя Иренида не исключение. Ошибки быть не могло. - Три цветка! Если у моего друга всё получится, то на свет смогут появиться целых три аликорна!

***

      Идя назад к выходу, Старсвирл ещё долго не мог успокоиться. Свежий воздух, пропитанный ароматом хвойных деревьев и запахом воды Плачущего Моря, до которого отсюда было совсем недалеко, смог привести старого мага в спокойное и рассудительное состояние, что только к лучшему.       Мысленно попрощавшись с вечнозелёной поляной, единорог сориентировался и отправился по обратному пути. Вновь услышав крики фениксов, он старался также держаться стороной, но один звук заставил его остановиться и прислушаться. Недалеко кричала огненная птица, или даже две, но их голоса сильно отличались. Прекрасно слышалось то, что птицы, или их гнёзда в опасности – почти у каждого существа можно различить их обычный язык и то, когда они рассержены или просят о помощи. Опять драконы взялись за своё, - покачал головой Старсвирл.       Но он бы явно заметил таких крупных существ, даже если это молодняк. В их присутствии, кажется, что сам воздух становиться горячее. И ничего подобного старый маг не увидел ни в небе, ни над деревьями. Каждая его частичка желала убраться отсюда, но чувство помощи ближнему своему всё же победило.       Старый маг бежал в силу своих возможностей, а отчаянные крики огненных птиц становились всё громче и громче. Преодолев несколько метров, единорог увидел гнездо на верхушке одного дерева. Один феникс метался вокруг него, а второй лежал на земле, завёрнутый в сетку. Охотники появились почти сразу. Некая фигура, обладавшая довольно высоким ростом прыгнула с соседнего дерева и набросила сеть, с которой текла какая-то жидкость, на вторую птицу. Он уже вошёл в своё огненное состояние, но сразу же потух, как только угодил в хитрую ловушку.       Следующие действия произошли довольно быстро. Одна фигура спрыгнула с высокого дерева и приземлилась на свои задние конечности. Мало того, она передвигалась только на них. Передние служили совсем другим целям и напомнили Старсвирлу о хватательных передних лапах драконов. Вторая фигура тоже спрыгнула откуда-то сверху и подобрала бьющих крыльями и кричащих фениксов. Всего пять секунд успел потратить единорог, чтобы посмотреть на этих странных охотников прежде, чем они его заметили, а точнее учуяли. Они имели мохнатый волосяной покров от головы до нижних конечностей. Рост превышал рост пони на полметра или даже на один метр. Их спина располагалась вертикально, идя прямо, а затем у лопаток напоминала дугу, чего Старсвирл не видел ни у одного существа. С таким позвоночником плечи и голова наклонялись немного вперёд, говоря о том, что если бы они выпрямились, то стали ещё выше. Сами пони тоже могли вставать на задние конечности, но совсем ненадолго. А эти существа передвигались именно таким способом. Также они имели длинный тонкий хвост.       По истечении пяти секунд одна фигура принюхалась и с абсолютной точностью посмотрела прямо в глаза единорога. Тот не стал долго думать и использовал телепортацию, потом ещё одну, пока не получил какой-то деревяшкой по голове. Последними мимолётными мыслями перед потерей сознания для единорога стали: Как они догнали меня?

***

      Очнулся Старсвирл довольно быстро, по крайней мере, ему так показалось. Он почувствовал, что на нём одет тот же свитер и на спине чувствуется тяжесть сумки, а значит, его похитители не забрали вещи. Затем единорог понял, что его голова чем-то закрыта, а ещё обе пары конечностей крепко связаны. Он почти ничего не видел, но зато прекрасно мог дышать. Так же старый маг понял, что находится не на земле. Он почувствовал густую тёплую шерсть существа, которое его куда-то несло на спине. Кажется, что Старсвирл занял её всю, одна лапа держала его за бок.       Единственными помощниками единорога стали слух и обоняние. Магия могла бы его в эту минуту удачно выручить, но он почему-то не чувствовал связи с рогом, решив, что это от удара по голове. Сильный запах был явно с Плачущего Моря. Судя по звукам, существа шли по песку, говоря о том, что идут по берегу, а значит к морю. Волны накатывались на берег, то отступали, то снова омывали песок. Эту картинку Старсвирл смог нарисовать в уме, вспомнив о давних днях, когда он сидел на берегу у Школы Зеалон и смотрел на солнце, медленно уходящее за горизонт.       Едва слышимые шаги по песку, сменились ходьбой по чему-то твёрдому и скрипучему. Похоже на дерево, – предположил Старсвирл.       Когда стало совсем темно, единорог решил, что он в помещении, или где-то, куда не попадали лучи светила. Существа остановились и старый маг был грубым образом брошен на пол, явно сделанный из досок.       Кряхтя и постанывая, Старсвирл на ощупь сел на что-то напоминающее скамейку. - Тебя тоже поймали? – грустный голос послышался откуда-то со стороны, напомнив магу об одной ученице, с которой он учился вместе, ещё в свои молодые годы. - Кхе-кхе, ты кто? – прокашлялся единорог, постучав копытом по груди. – Ты… пони? - Полагаю, что да, - усмехнулась кобылка. – Как тебя зовут, старик? Или жеребец с хриплым голосом.       Вначале старому магу очень не хотелось говорить о своём имени. Ей могла оказаться кто угодно. Вполне вероятно, что она единорожка с Эллариса, но, скорее всего, из Школы Зеалон. - Ладно, я Старсвирл, - вздохнул единорог, думая, что выбора нет. О-о, ну почему я не сказал ей какое-нибудь другое имя? – корил себя маг. – Глупец. Мог же просто назваться, да хоть Гавером, или ещё кем-нибудь. - Никогда такого не слышала, - сказала кобылка, что сразу же отразилось спокойствием на душе у единорога. – А меня зовут Ави, - тяжело вздохнула пони. – Можешь звать Авиной, если хочешь, мне уже всё равно. - Что ж, Авина, рад знакомству, - Старсвирл хотел по привычке вытянуть связанные копыта, но потом сразу же убрал их. – Как же ты попала сюда? - Эх, это долгая история. - Мне кажется, на данный момент мы никуда не спешим, - усмехнулся маг. Как же так? Эти существа даже не переговаривались друг с другом? – обидно мелькнуло в мыслях единорога, желавшего хотя бы знать, как они общаются. - Итак, вам рассказать обо всём сначала? – спросила Авина. – Или, когда я была в Айронклэде? - Так ты значит земная пони? - Ээ, выходит, что так, - со стороны кобылки послышался нервный смешок. – Что ж, тогда я расскажу, про Айронклэд. А потом, если останется время, вы расскажете о себе. Хорошо? - Договорились, - старый маг кое-как размял спину и уселся в углу.