Песнь Солнца и Луны: Чёрный Кристалл

А В И Л И Н А

“Проснулась кристальная пони очень рано. Судя по тому, что за окном ещё стояла темень, было примерно четыре-пять часов утра. Сонно поморгав глазами, она попыталась разглядеть луну на небе, но тёмно-серые тучи нависли тяжёлой пеленой над Айронкладом, закрыв собой звёзды и светило.       Канцлер сдержал данное им слово, как и обещал — Авилину накормили, помыли, дали одежду и предоставили хорошую комнату. Этого оказалось намного больше, чем она заслужила, по крайней мере, так считала она сама. И последнее желание Сомбры наконец-то было исполнено — земные пони успеют подготовиться к зиме, если, конечно, ещё не слишком поздно.       Так могло продолжаться хоть каждый день и разве это плохо? Но Авилина понимала, что ей здесь не место. Эта семья добра, слишком добра, но когда они узнают о том, что она сделала, то вряд ли здесь ей кто-нибудь поможет. Из всех вещей пони забрала одну бутылку с живым огнём; единственную кристальную вишню, которую Ави так и не смогла съесть; тридцать серебряных монеток, оставшихся после вчерашнего дня, когда она дала три штуки земной пони, которая помогала её умывать; остатки вчерашнего ужина; платье изумрудного цвета, сделанное не слишком вычурно, но зато качественно; а также рисунки Долфрина.       И вот она уже собралась уходить, но её сонный взгляд невольно остановился на мехе, сделанным из шерсти кристальных овец и на грязно-оранжевых тряпках, которые совсем недавно были очень красивым нарядом. Мысленно попрощавшись с этими вещами, Авилина тихо открыла дверь и попыталась вспомнить, как выйти наружу. Это просто нелепо, — корила себя пони, – стражники наверняка меня сразу же заметят, едва я выйду за порог. Ничего не получится.       Пока она размышляла об этом и ломала голову над последствиями, её ноги сами решили помочь с этой проблемой, когда она с удивлением обнаружила себя на втором этаже. Может, на подъёме и лучше думается? – невесело улыбнулась Авилина.       Здесь, как и на первом этаже, стояла умиротворённая тишина. Лишь откуда-то сверху доносились похрапывания. Не считая этого, Зимняя Цитадель спала вместе со своими обитателями, но не со всеми: кристальная пони заметила свет в одной из комнат. Странница из Империи первым делом подумала об Элионе — дочери канцлера, с которой она вчера болтала допоздна. И эта земная пони любила читать книги на протяжении всей ночи и до самого утра.       Осторожно подкравшись, Ави посмотрела в щель и увидела её, одетую в ночную сорочку, лежащей на кровати животом вниз. Судя по всему, заснуть ей в этот раз помешала какая-то большая книга, в которую она вчитывалась со всем пристальным вниманием.       Кристальной пони так не хотелось беспокоить Элиону, но уйти, не попрощавшись, она тоже не могла, хотя это изначально и не входило в её туманный план. Но теперь, когда представилась такая возможность, отступать было некуда. Ави подняла копыто, чтобы постучаться, но быстро одумалась, решив легонько открыть дверь, что получилось и впрямь тихо. — Привет… — шепнула пони, высунув голову из проёма, из-за чего дочь канцлера дёрнулась и вскочила с кровати. – Ой, прости, что напугала тебя. — Авилина? – не веря своим глазам, пробормотала Элиона, спешно подбирая упавшую книгу с пола. – Ты почему не спишь? — Да вот, зашла попрощаться, — с тяжестью в груди вздохнула Ави. — Попрощаться? Но, зачем? – взволновалась земная пони от этих слов. — Ты ведь знаешь, что можешь гостить здесь сколько угодно? Или это мой отец настоял на том, чтобы тебя выгнать?! Только дай мне пару минут, и я всё улажу, — настроилась она решительно, начав подбирать одежду с края постели.       Её волнение можно было понять: всё-таки не каждый день в городе появляется такая пони, которая может рассказать о Кристальной Империи, и которая жила в этом чудном и таинственном месте всю жизнь. А судя по некоторому вниманию к гостье и довольно любопытному переводу темы о личных предпочтениях, Элиона не водила дружбы с местными жеребцами. Правда, в тот вечер она упоминала про любовь к утончённости и грации, а также романтике у единорогов, чего среди земнопони невозможно отыскать. — Нет-нет, твой отец был слишком великодушен ко мне, даже больше, чем я того заслужила, — испуганно покачала головой Авилина. — Я… лишь хотела… — замялась она, – слушай, я бы с радостью всё рассказала, но мне правда нужно уйти. И я обещаю тебе, что вернусь в Айронклад, — пони обнадёживающе улыбнулась, хотя на сердце у неё стояла горькая печаль. – Ведь я так и не рассказала тебе про все истории об Империи, а? — Ты не должна ничего скрывать… это из-за стражников, так ведь? Из-за того, что они вчера сделали с тобой? – Элиона оставила в покое свои вещи и встала с кровати, намереваясь подойти к Ави поближе. – Я сейчас же поговорю с папой, чтобы тебя приняли здесь как родную, — её выражение лица прямо-таки кричало о том, как ей не хочется прощаться. — Нет, что ты? – робко отмахнулась Авилина. — Не в стражниках дело, а во мне. — Только не говори мне, что ты сделала что-то плохое. Я ни за что в это не поверю. — И да, и нет, — кристальная пони расстроенно поскребла копытцем по полу. – Я не хочу утомлять тебя долгими речами, ведь от этого мне станет ещё тяжелее на сердце. Так что… прощай, — Ави уже собралась уходить, но затем тут же остановилась. – Ах да, чуть не забыла о самом главном... — Не надо говорить «прощай», это ужасное слово, — всхлипнула огорчённая земнопони.       Но странница лишь закрыла глаза и достала из сумки фиолетово-розовую вишню, завёрнутую в бумагу. — Это тебе, моё последнее сокровище из Империи, — Ави аккуратно протянула ягоду Элионе. – Я жалею, что ещё не оставила тот компас для тебя, обменяв его по глупости на тридцать монет, которые мне вообще не пригодились. Но зато ты сможешь посадить эту вишенку во дворе, и она прорастет у тебя в целое дерево, — пони искренне улыбнулась, смотря, с какой осторожностью дочь канцлера приняла этот подарок. – Кто знает, может, у тебя в скором времени появится целый вишнёвый сад? И глядя на него каждый раз, ты будешь вспоминать о Кристальной Империи. — Думаешь, я буду вспоминать только о ней? Постой, — окликнула подругу Элиона, когда та стала уходить по коридору. — Да? – обернулась кристальная пони.       Кобылка из дома Арклайд молча подошла к ней почти вплотную и начала безотрывно смотреть в её глаза. Из-за такого взгляда кристальная пони стала чувствовать себя весьма неловко. — Э-эм, хочешь что-то сказать? – неуверенно прошептала Ави.       Но вместо ответа, Элиона прильнула суховатыми губами ко рту ошарашенной пони своими. Авилина чувствовала, как её щеки стали пылать, но вместо того, чтобы оттолкнуть подругу и высказаться, она лишь безвольно поддержала свою знакомую, ничуть не задумываясь о происходящем. Этот странный поцелуй для жительницы из Кристальной Империи длился недолго, но то, что он ей запомнится, в этом не было сомнений. — Ты… чего? – нежно улыбнулась Ави, вдохнув поглубже. — Я… не знаю, — смущённо опустила Элиона голову. — Всегда хотела попробовать нечто подобное, — виновато пошаркала она копытом по ковру, чтобы затем широко улыбнуться в ожидании. – Тебе… понравилось? — Эм, да, наверное, — рассмеялась Авилина, которая никак не могла поверить собственному голосу“. — Ух ты, — ровный ход мыслей и слов кобылки бесцеремонно прервал старый маг, который до этого сидел и молча слушал. — Что? – с недоумением улыбнулась Ави, пристально взглянув на то место, где по её мнению сидел этот старикан. – Хочешь сказать, что мне не стоило рассказывать об этом? А ведь это довольно важный момент. Для меня. — Нет-нет, — протараторил Старсвирл, а после недолгой паузы добавил шёпотом, – Если честно, то можно было начинать именно отсюда. — О, так, значит, и вам это понравилось? – от беспокойства она стала почёсывать голову своими копытами. — Не знаю, как у вас принято, но тогда мне это показалось немного странным. — Всё в порядке, Авилина и прошу, не останавливайся, — единорог по привычке добродушно улыбнулся, зная, что его лица она всё равно не видит, а затем устроился на своём месте поудобнее. – И не обращай внимания на меня и на моё старческое ворчание. — Хорошо, — весело кивнула та и продолжила свой рассказ с ещё большим энтузиазмом. “– Вот скажи мне, как ты хотела уйти отсюда? – посетовала Элиона. – Наши стражники стоят у главного входа и внешних ворот. Если же твоё безрассудство это не останавливает, то почему так рано? – тихо засмеялась она. — Днём бы спокойно вышла и всё. — Не знаю, — замялась Ави, в которой ещё осталось чувство неловкости от неожиданного поступка её новой знакомой. – Иногда я не могу всё как следует обдумать. Да что там, я никогда не могу этого сделать!       Элиона решила помочь с этой проблемой и через несколько секунд подняла голову, хорошенько обдумав выход из положения: — Если тебя не терзает страх от холода и статуй моих предков, то я могу провести тебя через Крипту Вечного сна.       Авилина понятия не имела, что значит первое слово, поэтому она согласилась с этим предложением без лишних раздумий, считая, что её проведут в какую-то особую спальню. — Прекрасно, тогда подожди меня на первом этаже, а я пока что-нибудь накину потеплее, — с этими словами та забежала обратно в комнату.       Ави начала осторожно спускаться по лестнице, тут же вновь задумавшись над тем, что сделала Элиона: А что такого? – спросила совесть. – Ты же слышала, что ей всегда хотелось попробовать это. Так что в этом плохого? Да, я ничего ужасного здесь не вижу, — ответила Авилина. – Но я всегда представляла себе первый поцелуй совсем иначе. Ладно, не отвлекай меня, нужно всего лишь тихо уйти отсюда, чтобы Паддингхед больше не беспокоился за меня. Хах, ты видела его лицо? Не знаю как ты, но он явно такое не забудет, а твоё исчезновение точно собьёт его с толку, — продолжала совесть. – Может, даже заставит его насторожиться. Всё, хватит! — разозлилась Ави.

***

      Кристальная пони и Элиона, которая прихватила тёплые вещи, зашли в подвальные и складские помещения. Чтобы добраться до Крипты, пришлось спускаться ещё на два яруса вниз, по пути “любуясь” довольно мрачными подземельями, освящаемыми одними факелами. Авилина быстро поняла, когда они добрались до нужного места: холод и сырость заставляли тело дрожать, отчего ей сразу же вспомнилась та страшная ночь в снегах. Дочь канцлера была к этому готова, ведь она тут же накинула широкий тёплый платок кобылке на спину, окутав ещё большую часть шеи. — Спасибо… — стуча зубами, промолвила Ави. — Здесь всегда холодно, — шепнула земнопони, беря в пясть факел, висевший на стене. – Только зимой отчего-то становится тепло. — Эм, надо было спросить об этом раньше, но где мы? – огляделась по сторонам кристальная пони, усиленно потирая своим копытом плечо. — Это что, погреб для запасов? — Погреб для запасов? – удивилась Элиона, а затем она сразу же всполошилась. – Ой, у тебя дома таких же мест нет, я ведь забыла. — Погребов-то? С чего ты взяла, что в Империи их нет? Есть, конечно, даже в виде огромных кладовых! — возвысила Авилина голос, отчего он эхом разошёлся по коридорам. – Вот только мы никогда там не мёрзли… — Нет, я не про это, — слегка улыбнулась и покачала головой та. — Я говорю о месте захоронения, где предки нашей семьи обрели долгожданный покой. — То есть здесь спят твои предки? Ах да, Крипта Вечного сна, конечно же, — кристальная пони задрала голову, почувствовав себя полной дурой. — Да что это с тобой? – взволновалась дочь канцлера. – При чём здесь сон? У вас в Империи что, никто не умирает? У вас же должны быть старые пони, так ведь?       Авилина тут же помрачнела, услышав последние слова подруги. Она только сейчас поняла, что за всю жизнь ни разу не видела хоть одного представителя своей расы, дожившего до старости. О том, что такое смерть, Ави узнала ещё в детстве. Но старение, про которое ей рассказывал Сомбра в своё время, для неё оказалось чем-то совершенно непонятным, странным. И кобылка тут же вспомнила о Долфрине, возможно, первом кристальном пони, которого она увидела постаревшим. Хотя она до последнего считала его земнопони, который страдал от своего безумия. – Я… не знаю… — растерялась Ави. — Я никогда не встречала таких пони на улицах, или в школе. И у нас нет никаких мест захоронений! Ведь до этой войны, никто из моего народа не умирал. — Но это невозможно! – развела копытом Элиона, едва не выронив факел. – Если у вас рождаются новые жеребята, то, как вы все помещаетесь в единственном городе?       Авилина замолчала и стала ещё мрачнее от подобных вопросов. Ведь, несмотря на долгую историю, которая по книгам насчитывала не одно столетие, Кристальная Империя не страдала от перенаселения, или нехватки домов. В ней не строили новых жилищ, также никто не пытался выйти за пределы купола. Глубоко задумавшись, кобылка стала вспоминать обо всех мелочах, на которые она практически не обращала внимания. — Ты заснула что ли? — Я помню, как одну пару провожали до нашей центральной башни, — холодно продолжила Ави, не отрывая взгляда от пола. – Мы с папой тоже вышли на улицу вместе со всеми, ведь это были наши соседи. Кристальные стражники провожали их с почётом во главе с самим императором Тригве. Я ещё помню их сына, который часто приходил к нам в гости и мы играли вместе. После того случая, я никогда этих пони не видела, а в их доме появилась другая семья с двумя новорождёнными. Мы сразу же подружились с ними... — приподняла она голову и пристально взглянула Элионе в глаза. — Знаешь, я не вспоминала о той паре… до этого дня. — И для чего ты говорила об этом в таком зловещем тоне? – подивилась земнопони, глубоко вздохнув. – Наверное, их сделали придворными вашего императора и… — В том-то и дело, Элиона, — перебила Ави, — я их там не видела, когда меня забрал Сомбра после смерти моих родителей. — Перестань пугать меня, — та заметно вздрогнула, хотя была одета для зимней погоды. – Мне сейчас было совсем не по себе. — Извини, — ухмыльнулась Авилина, пытаясь взбодрить и себя тоже, — я просто никогда не задумывалась о таких вещах, вот и началось мерещиться всякое. Мне тогда, наверное, было года два, или три. Но теперь это уже не важно. Ты лучше расскажи об этом месте во всех подробностях. – На всю историю о Крипте нам точно не хватит времени, тем более, мы здесь не для этого, — сказала дочь канцлера. – Но я заранее подумала о твоём любопытстве, — с этими словами она вытащила книгу довольно больших размеров в светло-коричневом переплёте и передала её своей новой подруге. – Вот, это уже подарок от меня, почитаешь как-нибудь в свободное время, а заодно многое узнаешь о нашем Доме и о других. Я готова отдать своё лучшее платье на то, что у вас нет ничего подобного. — Можешь оставить это платье себе, — засмеялась Ави, – ведь мы и впрямь очень разные. — А по-моему, у нас очень много общего, — с ехидной улыбкой добавила Элиона. — Может, так и есть, — согласилась кристальная пони не без улыбки. — У нас единственный правитель – это император, а с недавнего времени править Империей стал единорог. Но я с удовольствием почитаю о вашей истории, — с этими словами она бережно приняла книгу, которая оказалась не столь тяжёлой, какой была на вид, и спрятала её в сумку.       Крипта представляла собой весьма просторный и длинный коридор, по обеим сторонам которого располагались большие статуи. Издали они выглядели одинаково, но при ближайшем рассмотрении Авилина могла понять, с каким невероятным вниманием к деталям выплавили их талантливые ремесленники. Каждая отличалась буквально всем: от мелких черт лица, до телосложения и одежды. Правую часть гробницы занимали четыре статуи кобыл из дома Арклайдов, на двух из них даже изобразили доспехи и оружие. А левую половину гордым строем охраняли пять жеребцов. Суровости лиц этих земнопони можно было позавидовать, но один из них стоял в полной грусти и печали. Элиона упомянула, что её отец мог рассказывать о каждом из этих пони целыми часами, ведь она сама знала лишь крупицы историй о них. Но она пообещала как можно скорее исправить этот весьма позорный недостаток, который недопустим для носителя гордой фамилии. Вскоре Ави продолжила идти за Элионой, в мыслях жалея о том, чего она не сможет узнать.       Тем временем, довольно скоротечный, но увлекательный поход через Крипту окончился и обе пони добрались до выхода, который должен был их вывести наверх. — Чем будешь заниматься? – довольно неожиданно забеспокоилась дочь канцлера, когда они с подругой начали подыматься по лестнице. – Что ты умеешь делать?“ — Авилина! – старик повысил голос так сильно, как только смог. — А, чего? Кажется, я сильно увлеклась этим рассказом, — виновато пожала та плечами. — В ходе своей истории ты упомянула кое-какие интересные моменты, — с облегченным вздохом Старсвирл постучал связанными копытами по стене, боясь, что его собеседница вновь уйдёт с головой в россказни. — Ты передала канцлеру весть о приходе зимы и разговаривала с дочерью о Кристальной Империи. Можно здесь поподробнее? — Я могу ничего тебе и не говорить, — разочарованно выдохнула Ави. – Но, чувствую, что это моё последнее приключение на круп. – Так что…       Кобылка сделала ещё более глубокий вдох: — Я ведь не абы кто, а кристальная пони! Родилась в Империи и училась в школе. Родителей потеряла, но зато обрела лучшего и единственного друга в лице Сомбры из дома Блэквулов. Из-за страшной беды, в которой я до сих пор ничего не понимаю, нам пришлось отправить Кристальную Империю куда-то в небытие. Сомбра, кстати, потом умер, — послышался нервный смешок. – Затем, по его просьбе я отправилась в Айронклад, чтобы передать канцлеру фразу «Зима близко». И теперь я потеряла свой дом, смысл жизни и немногочисленных друзей, которых я так называла из-за того, что мы ходили в одну школу. Ах да, ещё у меня куда-то пропала блестящая шёрстка, по которой нас можно отличить от земных пони и глаза разного цвета, на которые обращают внимание все кому не лень. А что? Это ведь так странно! Необычно! Всем нужно об этом сказать! – со всей силой и злобой прокричала Авилина.       После небольшой паузы, пони отдышалась, а затем спокойным тоном, как ни в чём не бывало, обратилась к остолбеневшему единорогу: — Вот, а теперь я послушаю вашу историю. И-и-и…       Ответа не последовало, что её не больно-то удивило. — Старик? Ты умер там что ли? А, набираешься сил? Хорошо, пока ты думаешь, можешь мне ответить: как заставить огромный город исчезнуть вместе с его жителями и перенестись куда-то сквозь время и пространство? Просто, я перед сном пару раз думала об этом, но ничего не придумала. — Ха-ха-ха, кхе-кхе! – Старсвирл неожиданно прервал тишину, захохотав, да так, что кристальная пони дёрнулась. – Как же я скучаю по этому малому! А особенно по его лени, благодаря которой он напридумывал много интересных заклинаний. Когда он стал королём в твоей Империи, то в один прекрасный день попросил о каком-нибудь свитке из моих архивов, который мог бы очистить небольшое пространство от кучи экскрементов без труда и забот. — От чего? – переспросила со смехом Ави. — А как же ты хотела? Кристальные овцы и остальные жители Великой Империи гадили отнюдь не кристаллами! А учитывая то, в каком замкнутом пространстве вы жили… — присвистнул единорог. — И он отправил целый город с помощью него? – вновь послышался громкий смех, после которого Старсвирл закашлял ещё сильнее. — Да! – развеселилась Авилина. – Он дал мне книгу с какими-то непонятными словами и знаками, а потом раз! И Кристальная Империя испарилась, вместе с моими вещами. Эх, как же много одежды я потеряла… — цикнула от обиды та. — Я ведь даже подумать не могла, что больше своего дома не увижу. — Целая книга?! Я прислал ему всего один свиток! — кажется, что старик смеялся до слёз. – Ах, а потом была маленькая фиолетовая вспышка и немного шума? — Да-да, именно так всё и было! – кристальная пони старалась не отставать от Старсвирла. – Только всё это размером с город! И в конце осталась такая прекрасная дыра. — Хорошо. А тебя удивят такие слова: тёмный и кристалл? — Ничуть! На роге Сомбры было что-то похожее и ведь из-за них мы отправили Империю куда-то в будущее, — Ави начинала замечать, что ей становится плохо — казалось, что она на чём-то качается. — Великолепно! – разочарованным голосом откликнулся старый маг. — Знаешь, я чувствую себя нехорошо с этим мешком на голове, поэтому мне нужно прилечь и подумать. А ты, если не трудно, продолжи свой рассказ. У тебя красивый голос и он успокаивает. Тебе никогда не говорили об этом? — Ни разу. — Теперь знай, — со стороны единорога тут же послышалась возня, скрип досок и хруст костей. “– У меня нет идей, — покачала головой Ави. – Я даже не закончила школу. — А печь умеешь? – Элиона была настроена решительно. – Вышивать? Может, ты отлично торгуешь? Скажи ей о том, как ты умеешь мастерски обращаться с ножом, — посоветовала совесть. — Нет, этого я тоже не умею, — вздохнула Ави. – Только ты ничего не подумай на меня. Всё же в детстве я пыталась стать мастером хоть в чём-то.       Вскоре земная пони остановилась у стены, явно говорящей о том, что они с подругой зашли в тупик. Но так подумала только Авилина. Дочь канцлера лишь поставила факел в держатель и задумалась, прислонившись к стене. — Не хочешь стать разведчицей? – спросила она после недолгой паузы. – Побольше узнаешь о наших краях.       Элиона подробно объяснила, как пройти к нужному зданию. А затем надавила на один из камней. Послышался лязг и скрежет каких-то механизмов, после чего небольшой кусок стены отодвинулся в сторону. — Нравится? – с довольной улыбкой земнопони повернулась к подруге. – Эту лазейку построили в то время, когда пегасы только начинали бесчинствовать в наших деревнях. Мой дед, когда он был ещё при жизни, считал, что эти безумцы всё-таки сумеют пробиться в крепость, а потом без труда захватить саму Цитадель. Несмотря на отговорки самых близких друзей, он всё же доверился своей интуиции, чтобы втайне от всех начать строительство. Кто бы мог подумать, но позже именно эта лазейка помогла уже моему папе атаковать врагов с тыла и нанести им поражение. — А твой дед был сообразительным, — хмыкнула Ави, думая о том, могла ли Империя таить в себе подобные секреты. – Отличная идея всё-таки.       Кобылы не стали долго задерживаться и после нескольких минут хождения по тёмному, заросшему паутиной коридору, они пришли к ещё одной стене, которая, очевидно, вела наружу и открыли её тем же способом. Кристальная пони сразу же принялась жадно вдыхать свежесть утреннего воздуха, а затем до неё дошли более разносторонние запахи, которые оказались не столь приятными. Секретная лазейка вывела их прямо во внутреннюю часть южной стены Айронклада. Именно сюда бежали стражники в тревожное время, дабы занять позиции на малых и средних башнях. Как оказалось, все последующие действия подруг являлись чистой удачей, так как здесь могли оказаться солдаты Арклайдов. Когда пони прибежали к двери, Элиона глубоко вздохнула, открыла её и высунула голову, чтобы осмотреться. Они вышли как раз за пределы Цитадели и её бастионов. Стража у ворот никак не могла заметить их, а те несколько пони, которые шли куда-то по своим делам не обратили никакого внимания на Авилину и дочь Паддингхеда: грязь и пыль, а также зимние вещи придали земнопони вид простой труженицы. — Вот и всё… — грустно вздохнула кобылка. – Здесь мы и попрощаемся, если ты конечно не передумала, — после этих слов она всё ещё надеялась на то, что странница передумает. — Нет, я должна уйти, Элиона. Спасибо тебе за всё, — Ави крепко обняла единственного близкого ей друга, после исчезновения родного дома и гибели Сомбры. – И мы обязательно увидимся снова. — Я знаю, что ты говоришь это просто так, — всхлипнула та. — Я верю, что говорю это искренне, — нежно улыбнулась Авилина.       Земнопони поцеловала её в щёку, на которой остался шрам, бережно погладив по ней. И напоследок шепнула с проступившими слезами: — Как жаль, что он так и останется. Даже самая лучшая мазь не смогла помочь избавиться от него, — Элиона смущённо протёрла себе глаза. — Удачи, Ави и спасибо тебе за все те прекрасные истории.       Кристальная пони аккуратно вытерла ещё одну слезинку, которую дочь канцлера не заметила, а затем, отойдя на пару шагов, махнула подруге копытом на прощание.

***

      Здание, в котором набирали разведчиков, мало чем отличалось от других грязно-серых домов Айронклада. Если бы Элиона в точности не описала его и не сказала, как к нему пройти, то Ави никогда бы не догадалась, что именно сюда доставляют все самые важные сведения о землях Королевства.       Двухэтажное здание квадратной формы с небольшой пристройкой с боковой части, которая являлась входом в подвал. Авилина вздохнула от волнения и громко постучалась в двустворчатые двери, но ответа так и не последовало. Она попыталась ещё раз, затем ещё. И снова молчание, в связи с которым пони решила внимательно осмотреться по сторонам.       От земного пони, который украшал балконы домов разноцветными лентами и флажками, Ави смогла узнать, что пришла рановато. Кобылка порадовалась хотя бы тому, что она не попала в какой-нибудь праздничный день, отмечаемый как раз в этом самом месте, как раз в этот же день. Авилина поблагодарила того пони и не стала больше мешать ему. Пеньки, оставшиеся после рубки недалеко от здания разведки, оказались весьма к месту, чем кристальная пони не преминула воспользоваться: она тут же уселась на самый большой и удобный из них, по разумному настаиванию её уставших бёдер. Хотя сама она не встречала подобного в Империи, Сомбра хорошенько ознакомил её со всеми жертвами, необходимыми для комфортного сосуществования трёх народов, которым надо было строить жилища и защищаться от зимы. Вырубание лесов было одной из самых больных тем для этого единорога, но он ничем не мог помочь, дабы хоть как-то изменить это. Так или иначе, Ави смогла убедиться в том, что даже в таком сером и невзрачном замке когда-то росли деревья и, возможно, что-то ещё более прекрасное. Они были спилены только потому, что мешали застройке новых домов, о чём пони догадалась без труда.       Время шло на удивление медленно, хотя по словам того земнопони надо было ждать тридцать минут. За те минуты ничего интересного в округе не произошло: обычное рутинное начало дня разбавлялось спешным украшательством города, которым занималась большая часть жителей. Они будто услышали мысли Авилины о серости и унылости Айронклада и решили его немного приукрасить, специально для неё.       Вскоре к дверям здания разведки подошёл ещё один доброволец, желающий приобщиться к важному делу на благо Сорслэнда и всех земнопони. По крайней мере, он не проходил мимо и явно не собирался вывешивать флажки, заняв место прямо на ступенях у входа. Ави хотела сказать ему о том, что пришла сюда первая, но ей хватило одной секунды, чтобы оставить свой рот на замке и не вставать с пенька. Злобная гримаса на грубоватой и широкой морде не сулила кристальной пони ничего хорошего от того, что она решит оспорить своё первое место.       Этот земной пони имел довольно крепкое сложение. Метка на светло-красной шерсти ничего не говорила Авилине, так как её рисунок был весьма трудным для понимания. Да, три предмета на нём ещё как-то различались и выделялись, но верёвка, свечка и глаз ставили кобылку в полнейший тупик. Сама Ави считала эти рисунки обычными украшениями, и, как и прочие кристальные пони, она не видела в них чего-то особенного. Но, по словам единорога из дома Блэквулов, их народ и земные пони относились к своим меткам с должным уважением. Они считали, что изображение являло собой везение в том, о чём говорил рисунок. Вся передняя часть тела, вплоть до задних ног укрывалась мягкими и эластичными доспехами, которые выглядели так, словно этот пони прошёл не меньше десятка битв. Растрёпанная грива и коротковатый, будто отрезанный хвост имели грязно-зелёный расцвет. В его взгляде и жёлтых глазах виднелось безразличие и раздражение, казалось, вообще ко всему окружающему миру. На левом плече красовалась рукоятка ножа, лезвие которого было спрятано в чехле. Он, не обращая внимания на Ави, застыл на ступенях дома, со злостью и нетерпеливостью поглядывая на дверь. И последние минуты ожидания он решил потратить на заплёвывание брусчатой дорожки и травы, притом, делая это с таким нескрываемым упорством, будто всю его работу устроило не меньше пятерых таких плевунов.       Наконец-то, дверь открыли, судя по доносившимся изнутри звукам, а кристальная пони тут же с радостью встала и быстренько размяла ноги. И затем она устроилась на безопасном расстоянии от незнакомца. Тот сразу направился к проходу и с силой распахнул одну из дверей, после чего твёрдым и уверенным шагом продолжил свой ход. Авилина решила не отставать и сделала то же самое, удивившись неподатливости этих прочных дверей.       Внутреннее убранство оказалось ещё хуже, чем само здание выглядело снаружи. Главный зал представлял собой невзрачное тёмное помещение, освещаемое несколькими прогоревшими свечами. Здесь пахло металлом и потом, особенно потом, а деревянный пол скрипел так, словно ему минула не одна сотня лет. За невысоким, но толстым столом восседал земной пони с длинной и нечёсаной бородой, одетый в пластинчатую броню поверх кольчуги, которую можно было заметить на передних конечностях. Правую часть груди украшал знак, выбитый на пластине: раскрытый глаз, по бокам которого расположились два колоса пшеницы. — Имя? – гаркнул тот пони грубоватым и некрасивым голосом. — Дериш, — ответил похожим, но более хриплым голосом земной пони. – Просил доспехи? Так получай.       Сидящий у стола взглянул на потёртые обноски и громко усмехнулся. — Пожалел двадцать серебряных? Что ж, сделаем в этот раз, по-твоему. Иди, готовься, — после этих слов пони с именем Дериш смачно плюнул на пол и ушёл в стороннюю комнату. — Новенькая? – устало и разочарованно посмотрел исподлобья тот земной пони. – Ты прошла нашу подготовку? Необходимая экипировка при себе? Или ты из этих? — Раз я новенькая, откуда мне знать, о чём вы спрашиваете? — Мои слова тебе неясны? Или уши забиты навозом? — Нет, ни того, ни другого не имеется, — угрюмо вздохнула Ави. — Прекрасно, — закатил глаза старый жеребец. — Тогда, какого сена ты сюда приковыляла? — Послужить доброму и праведному делу во имя дома Арклайдов и гордых жителей Айронклада, конечно же! — Значит, ты понятия не имеешь, куда пришла? — презрительно усмехнулся пони. – Раз говоришь этот бред, как будто ты здесь станешь рыцарем. Но такое рвение должно поощряться. Запишу-ка тебя в пятый отряд, если ты возьмёшь у нашего квартирмейстера всё необходимое, — сделал недолгую паузу тот. — За небольшую уплату, разумеется. И всего-то двадцать серебряных. Или, можешь поступить, как тот увалень Дериш и сшить броньку своими маленькими копытцами и ротиком. М-м, так бы и съел твои пухлые губки. — Не волнуйтесь, я заплачу, — Авилина старалась не обращать на то, с какой жадностью он разглядывал её, а лишь достала нужное количество монет и выложила на этот старый и невзрачный стол, покрытый глубокими трещинами.       Земной пони с несвойственной, для своего возраста, реакцией схватил монеты и спрятал их в один из ящиков. И только после этого выдал смятую жёлтую бумажку. — Идёшь направо и, я надеюсь, ты знаешь, где это? – усмехнулся он. – А там не заблудишься.       Кристальная пони с презрением махнула хвостом и молча прошла в нужную комнату, оказавшуюся небольшим складом, вид которого был ещё хуже, чем в главном помещении. Едва копыто Авилины ступило на грязный и старый пол, из трещин сразу же выползла маленькая кучка тараканов, которые забились в ещё более тёмные углы. Покосившиеся от времени огромные полки вызывали одну жалость. Тем не менее, стальное обмундирование и оружие получили отличные места хранения в виде крепких дубовых стеллажей с родовым гербом Арклайдов.       По громкому храпу, Ави быстро узнала, где в этой едва освещаемой комнате находился квартирмейстер, хотя без этого у неё не было бы и шанса, ведь он идеально сливался с местной обстановкой. Это был очень старый земнопони, судя по бороде, морщинам, жилистым ногам и малому количеству волос в том, что невозможно было назвать гривой. Он спал на кровати, а его расцветка отложилась в памяти Авилины, как нечто тёмно-серое, ибо в тёмном помещении ей было затруднительно рассматривать этого старика. На её слова тот не обратил никакого внимания, словно Ави здесь не было. Тогда она легонько ткнула его копытцем, из-за чего старый пони всего лишь почесал себя и с недовольным кряхтением перевернулся на другой бок. В конце концов, Авилина скрутила выданный листок в конусообразную форму. Она прекрасно знала, что если земнопони не глух с рождения, то слышать теперь он станет практически идеально. С очень довольным хихиканьем пони сунула этот лист квартирмейстеру прямо в ухо, в затем, что есть мочи, крикнула прямо в неё: — Пожар! Драконы! Твоя борода в огне!       Земной пони громко вскрикнул и тут же вскочил, ненадолго забыв о своей старости, что вышло ему боком в виде заболевших суставов. — Драконы?! Где?! – заорал квартирмейстер. — Не знаю! – крикнула в ответ Ави. – Меня послали к вам за… экипировкой, точно! — А-а, — добродушно кивнул пони, поглаживая свой бок. – Где приказ от старшого? — Э-эм, он у вас в ухе. Случайно упал туда… — Авилина со всех сил пыталась удержаться, чтобы не рассмеяться.       Тот с недоумением поднял копыто к своему уху, пытаясь нащупать там лист. — Нет, на другом… — Ави прикрыла свой рот из-за расплывшейся улыбки, дабы старик не начал думать чего лишнего про неё.       Квартирмейстер достал трубочку, развернул и пробубнил про себя её содержимое, а затем поковылял к стойкам и полкам. И вернулся он уже через минуту с доспехами из гибких пластин с изображением того же символа, который Авилина видела на бородатом пони за столом. Положив броню, старик вновь прочитал бумагу и после ещё одной минуты принёс некий деревянный предмет, который своим видом напомнил Ави орудия на башнях. Оставив его рядом с доспехами, квартирмейстер снова лёг спать на в свою постель.       Кристальная пони сняла тёплый платок нефритового цвета с гербом дома Арклайдов и надела на своё платье броню, а затем прицепила то, что называется арбалетом, на три гибкие застёжки к левой пясти. Под конец, она укрыла всю шею тем же платком.

***

      Заплатив деньги и одев форму, Авилина стала “почётным” членом, так называемого, «Ока Айронклада». И теперь она смогла узнать кое-что, о чём никто не расскажет в городе. Как и везде, здесь были свои правила: если будущий разведчик прошёл специальную подготовку, или имеет достаточно денег и хоть какое-то имя в городе, то он обязательно попадёт в элитный первый отряд, который тайно проводит разведку в западных землях, куда ещё не ступала нога пони. А если нет знаний и денег, то добро пожаловать на самое дно. И странница из Империи как раз туда попала, в пятый отряд — самый худший и который не жалко отправлять в наиболее дикие и неизученные места, и такими являлись три: Драконий Камень, Долина песков на юго-западе и Великие северные земли. Из-за невозвращения многих разведчиков-новичков из последних, количество опасных мест сократилось до двух. Как раз пятый отряд должен был отправиться к логову драконов, в качестве своего первого задания.       Авилина была не единственной в новом отряде, но её двое соратников приходили в разведку и раньше. К ней и Деришу присоединился ещё один земной пони, который служил ради блага Королевства целых две недели и выполнил одно задание. Его «друзья» смогли повыситься и перейти в четвёртый отряд, благодаря тому, что имели больше денег. По крайней мере, так говорил Берион, как он представился. И почти через каждое слово он не забывал хорошенько позлиться на них. У этого земнопони было худощавое телосложение, что лишний раз подтвердило догадку Ави в том, что придётся очень много бегать. Немного крупные голубые глаза на некрасивом и вытянутом лице. Его скрипучий голос, тут же начал выводить Дериша из себя, когда тот стал разговаривать с ним и учить тому, как нужно проводить разведку. Тёмно-коричневая короткая грива с длинным растрёпанным хвостом и неухоженная шерсть бежевого цвета, в некоторых местах вырванная клочьями. Тем не менее, доспехи на нём выглядели превосходно, будто их доставили только что из самой лучшей мастерской, а некоторые детали говорили о том, что они явно не стоили двадцати серебряков. Его нахождение в пятом отряде вызывало сомнения у Авилины, и, кажется, он решил не выдавать все подробности о своей службе.       Только что сформированный отряд должен был отправиться к Драконьему Камню и провести наблюдение за крылатыми существами. Цель и задачи нисколько не смутили Дериша и Бериона, а кристальной пони с одной стороны было страшно, но с другой она никогда не видела живых драконов, лишь слышала о них из рассказов Сомбры. Предлогом для такой разведки стали вороны и их наблюдатели, так как с недавних пор эти твари заинтересовались Мёртвым Городом, что для них совершенно несвойственно и может стать опасным для Сорслэнда. Последний инцидент произошёл совсем недавно: из логова ящеров отправились два дракона.       На следующий день маленький пятый отряд в составе трёх пони вышел ровно в девять утра. В путь им дали пищи и воды на предполагаемое время — около пяти дней. Авилина в скором времени удостоверилась в том, что еда была абсолютно безвкусной, но, как говорили перед выдачей, она подавляет чувство голода. Приняв эти слова буквально, странница из Империи вдруг решила, что пища очень аппетитная и питательная, а вышло наоборот. — Эй, кобыла, как тебя звать? – хамовато спросил Дериш, смачно плюнув на дорогу у главных врат. – Моё имя тебе сказали, а теперь я хочу узнать твоё.       Весь прошлый вечер Ави не дали издать ни звука, поэтому она только слушала, и никому не было до неё дела. И теперь, когда к ней впервые обратились, кристальной пони всё равно не хотелось общаться со своими спутниками, для чего она решила воспользоваться планом, о котором она думала перед сном. А что если притвориться неговорящей? – подумала Ави. – Я помню, как Сомбра рассказывал о болезнях других рас. Это ведь может сработать. — Я тебя спрашиваю, отвечай!       Кристальная пони удивлённо посмотрела Деришу в глаза и поднесла копыто ко рту, одновременно качая головой, стараясь показать, что не может говорить. — Да ты издеваешься? – хамоватый разведчик от разочарования закатил глаза к серым облакам, которые с утра так и не пролили ни одной капли дождя. – Сначала этот долговязый, а теперь ещё эта немая кобыла! Весело будет мне с вами, кучка уродцев. — Следи за языком! — послышалось откуда-то сзади. — А то что? – оскалился земной пони. — Да так… — сразу же успокоился тощий. — Мы же в разведке? А значит, разговаривать нужно по делу. — Хочу и буду говорить не по делу! Но ты меня бесишь больше всего, — злостно посмотрел тот на Бериона. — Тогда используй это себе на пользу! – с этими словами долговязый рванул с места, а поравнявшись, с Авилиной, шлёпнул ту со всей силы по её бедру. – Ноо! Надо поспешить!       Первая мысль, которая возникла у Ави от этой оскорбительной наглости – это хорошенько врезать Бериону по физиономии задним копытом после того, как она его догонит. Но странница из Империи к своему удивлению заметила, что этот шлепок и вправду дал ускорения.       Оставив Айронклад и его огромные ворота позади, разведчики направились строго на юг, после чего их путь должен был постепенно откланяться к востоку. Дорогу уверенно вёл Берион, явно говоря о том, что он уже не первый день на этой службе.       Оглянувшись назад, Авилина напоследок взглянула на столицу, пока она ещё не скрылась из виду. И тут же заметила нечто странное: облака будто выстроились рядами, где нижний ряд навис почти над самим городом, а верхний слой облаков, казалось, находится так высоко, что даже едва видневшийся Небулос не мог достать до их уровня. Более того, ведь именно эта небесная крепость считалась самой высокой точкой в Сорслэнде, по словам Элионы.       Путь для пятого отряда был долгим и нелёгким, но кристальная пони смогла компенсировать это, вдоволь налюбовавшись красотами прилегающих земель. Разведчики прошли через горы, леса, каньон, реку, обогнули прекрасное озеро, и, в конце концов, остановились у подножия рыжевато-красных пиков, которые являлись для логова драконов естественной защитой от любопытных глаз.       Сделав очередной привал в самой первой встретившейся пещере, разведчики переночевали, а с раннего утра начали упорно подниматься в гору, чтобы как можно скорее найти отличное место для наблюдения и при этом не попасться на глаза крылатым тварям. Подъём не был слишком крутым, но и сами разведчики никогда прежде не занимались скалолазанием. Так что, несмотря на упорство, нужной точки пятый отряд достиг с большим трудом и потом. И с кучей ругательств от лица Дериша.       Время шло и казалось, что Драконий Камень был заброшен, а все драконы улетели из этого огромного безжизненного пустыря, но то было только затишьем: вскоре огромные твари начали вылезать из своих жилищ, один за другим. Сама обитель крылатых существ выглядела настолько уныло и однообразно, что Великие северные земли показались кристальной пони верхом совершенства и красоты. Горы, камни, пещеры, более плоские горы, потом острые горы и всё имело рыжий оттенок. Когда взгляд Ави остановился на центральной площадке с деревом, она тут же с детским восторгом решила, что даже в таком ужасном месте природе удалось сотворить что-то красивое. Но приглядевшись внимательно, кобылка быстро приуныла от неестественности этого древа. Странное растение отдалённо напоминало кристальные постройки из Империи, вот только пони это уже не интересовало, ведь её мысли заняли другие вопросы.       Авилина начала замечать, как Берион становился всё более раздражённым и нервным после того привала, устроенного в никем не занятой пещере. И почти сразу же Ави догадалась о причинах этого беспокойства, когда один из драконов пролетел рядом с ними. К счастью, он не заметил пятый отряд, который по своей глупости решил вести наблюдение днём. Кристальная пони задрожала от сильных потоков воздуха, но она тут же пришла в неописуемую радость от этого зрелища. Ведь теперь странница из Империи впервые смогла увидеть одного из этих существ, да ещё так близко, во всех подробностях. Истории от Сомбры и Элионы не могли сравниться с этим.       День стоял в полном разгаре, а изнуряющая жара выматывала хуже всего. Из-за неё слежка за ленивыми крылатыми тварями становилась невыносимой. Они круглыми часами только и делали, что купались в красной жиже, лежали на брюхе, или неспешно взлетали с самых высоких гор. Парочка драконов и несколько более мелких особей подошли к той статуе дерева, которая взяла на себя роль единственной интересной достопримечательности в Драконьем Камне. И на этом весьма скучном фоне угрюмую Ави отвлёк голос одного из разведчиков: — Ребята, мне нужно отойти, — с муками выдавил из себя Берион, держась за свой живот. — Я мигом схожу за те кусты и вернусь, — указал он в сторону сухой растительности, которая в лучшие времена была чащей из пышно растущих деревьев и кустарников. — Вали, — равнодушно буркнул Дериш, лёжа на спине и пожёвывая остатки сена.       Когда долговязый земной пони неуклюже спустился с горы к тому кустарнику, разведчик взглянул на Авилину, которой только и оставалось, что вновь заняться крайне интересным наблюдением за драконами. — Знаешь, а мне начинает нравиться, что ты не можешь говорить, — Дериш достал свою потёртую фляжку, которая не входила в снаряжение разведчиков, и сделал один продолжительный глоток. – Э-э-эх, — негромко рыгнул он, — жаль, моя кобыла не была такой же, как ты. Я бы такую ни за что не отпустил.       У кристальной пони аж дёрнулось ухо от таких слов. Она с лёгким изумлением повернула голову к земнопони и хитро улыбнулась. А разведчик с грустью вздохнул и снова принялся за свой напиток. И прошло около двадцати минут, а Дериш всё не прекращал выпивать, но зато к этому времени он перестал таращиться на странницу из Империи, начав безразлично вглядываться в трещины горной породы, да невнятно бормотать о чём-то про себя.       Время шло, а Берион всё не возвращался. И это начинало злить Дериша, так как он не мог жить с мыслью, что кто-то просто так отдыхает и не выполняет свою работу, какой бы паршивой она не была. Одурманенный неизвестным для Авилины напитком, земнопони шатающейся походкой отправился к спуску горы, приготовив целый ряд оскорблений. Но он даже не начал спускаться, так как ему по голове угодила изогнутая палка, вылетевшая неизвестно откуда. Ави услышала его злобное рычание и мигом подбежала к нему. Дериш сидел на большом и плоском уступе горы, держась копытом за больное место. — Кто это сделал?! – ещё громче зарычал он. – Берион?! Я придушу тебя!       Все последующие действия произошли настолько быстро, что Ави не могла нормально уследить за всем. К ним бежали, ловко минуя горные выступы, два мохнатых существа с коричневатым мехом. Судя по направлению, эти звери пришли в Драконий Камень с юга. Они также передвигались на четырёх конечностях, как и большинство животных в Королевстве, но делали это с невероятной скоростью. Дериш не стал задумываться над чем-либо и быстро выхватил свой нож зубами, а затем без малейшего страха бросился к ближайшему существу. Кристальная пони с жутким испугом подняла ногу с арбалетом, стараясь хотя бы прицелиться. Разведчик два раза полоснул лезвием по врагу, от чего тот истошно вскрикнул от боли. Не было похоже на то, что эти мохнатые звери хотели навредить им, когда один из них крепко схватил Дериша в свои передние лапы. Но он настолько отчаянно брыкался и вырывался из захвата существа, что раненый зверь попросту обхватил его шею одной конечностью и с хрустом вывернул ему голову.       Авилина едва не свалилась с горы, медленно отступая назад. Безжизненное тело земнопони привело её в дикий ужас, отчего она мигом вспомнила Долфрина с таким же остекленевшим взглядом. Её нога страшно дрожала и даже если бы она хотела выпустить стрелу, то ни за что не попала бы в цель. В конце концов, оба зверя уставились на неё, один из которых держался за окровавленный бок. Второй, крадучись, двигался в сторону кристальной пони, будучи настороже после случившегося. А странница из Империи учащённо дышала, переводя взгляд то на одно существо, то на другое, в конце концов остановившись на мёртвом Дерише. Тем временем, подходившее к ней создание вытащило из-за спины длинную палку, приготовив её для удара. Он не сводил с пони взгляда своих глаз с ярко фиолетовой радужкой и чёрным суженным круглым зрачком. Ави смиренно опустила ногу и сняла арбалет со своей пясти. Когда он с жутким треском полетел с горы, пони наклонила голову, чтобы это закончилось быстро и безболезненно. В тот момент ей показалось, что существо выразило на лице нечто вроде ухмылки”. — И вот, теперь я здесь, — с грустью вздохнула Авилина, постучав связанными копытами по деревянному полу, уже не чувствуя своих ног. — А что случилось с третьим? – поинтересовался Старсвирл, которому, судя по спокойному тону, стало намного лучше. – Неужели это он позвал их? Или он всего лишь удачно сбежал? — Я уверена, что в этом виноват Берион, — злостно прошипела странница из Империи. – А пока меня тащили сюда, я хорошенько подумала: может его друзья не в четвёртом отряде, а тоже схвачены? Зачем так делать? Да и что это за существа такие? — Я знаю не больше твоего, Авилина. И после твоего рассказа я уверен, что знаю куда меньше тебя, — после этих слов наступила пауза, во время которой только и было слышно тяжкое дыхание единорога. – Иногда, удачно сходив за дерево, ты можешь спасти себе жизнь, — громко рассмеялся старик. – Прямо, как тогда с моим знакомым… э-э, ладно, не будем об этом, — сразу же погрустнел тот.

***

      В кои-то веки похитители решили навестить своих пленников, должно быть, вспомнив о том, что они живые существа, которым лежать с закрытыми глазами и связанными конечностями, мягко говоря, неудобно. Авилина навострила уши, когда что-то рядом с ней заскрипело, и это был явно не старик, ворочающийся на скамейке. Кобылка едва услышала те шаги, пока чей-то голос не раздался возле неё. — Но’Грик оставил их связанными? – послышалось знакомыми словами, но в очень необычном звучании. – Бедные животные, — судя по высокому голосу, это была самка этих странных зверей. – Я сделаю вам легче, если вы будете сидеть тихо, — говор её был крайне странным, включая медленный и спокойный тон, а также небольшие предложения.       Но кристальная пони никак не могла поверить, что кто-то из этих мохнатых созданий решил облегчить им муки после такого непростительного похищения. Особенно её раздражал голос этой самки, от которого она чувствовала себя в безопасности, хотя Ави считала это невозможным после всего случившегося. — Вы говорите на нашем языке? – удивился Старсвирл. – Пожалуйста, будьте разумными и скажите, зачем вы схватили нас? — Неуклюжие животные говорят? – изумилась незнакомка. – Наречие Предков? Как это возможно? — Вы понимаете меня? – продолжал старый пони. – Прошу вас, снимите этот мешок с головы. Мне очень плохо, а это может закончиться ещё хуже. — Я понимаю тебя, но как? Мы забрали вас с Земли Ящеров. Здесь нет смысла. Ведь в тех землях нет разума.       Авилина не упускала ни единого слова, ни единого звука, но всё что она могла слышать, кроме необычной речи, это ровное и спокойное дыхание существа. Вдобавок ко всему, прибавился шум и хруст костей со стороны единорога, который заметно ожил после открытия двери. — Животное, ты укусишь меня, если я сниму ткань? — Нет-нет! Я ничего не сделаю, только снимите её и всё! – взмолился старик.       Судя по его облегчённому вздоху, самка всё-таки сняла мешок с головы. После чего Ави услышала звуки, говорившие о том, что её друга по несчастью рвало и очень сильно. Кажется, рассказывая историю, кристальная пони смогла привыкнуть к постоянной качке и неудобство ей доставляли только верёвки и отсутствие какой-либо видимости. Тем не менее, только обрадовавшись выдержке собственного организма, странница из Империи почуяла неприятные позывы в животе. — Кхе-кхе, тьфу, — отплевался Старсвирл, а затем он невесело посмеялся, – такое со мной было только в молодые годы, после того праздника. А вы можете снять этот мешок и с моей спутницы? — А она будет кусаться? – забеспокоилась похитительница. — Да не будем мы этого делать! — с раздражением фыркнул старик, после чего последовал ещё один этап самого быстрого очищения желудка из всех возможных. – Кхе-кхе, о-о, как всё горит! — Горит?! Я принесу воды! — ужаснулась незнакомка. — Нет-нет, это… образно, — тяжело вздохнул Старсвирл. – Буду очень признателен, если вы освободите нам ноги, а то я их совсем не чувствую.       Кристальная пони вздрогнула от чужого прикосновения, когда ей на голову опустилась мягкая лапа, после чего какие-то отростки зацепили мешок и стянули его. Авилина тут же зажмурилась, хотя само помещение не было таким освещённым. Но ей всё равно понадобилось некоторое время, чтобы глаза привыкли к свету, исходящему от пары непонятных светильников мягко-голубого цвета. Они были похожи на семечки от яблок, только более вытянутые. И эти семена мягко парили в некой бочкообразной клети, закреплённой на стене. Ави снова зажмурилась и открыла глаза, а её похитительница уже приступила к развязыванию тугих пут. Когда странные зелёные верёвки были уже в лапах существа, тогда пони задумалась о неподатливости и крепости оных. И их точно нельзя было сравнить с теми привязями, которыми воспользовался Долфрин.       По росту эта самка была выше пони и для передвижения она использовала только нижние конечности. Передними же лапами существо делало всю ту работу, для которой расы копытных обычно пользуются зубами и передними ногами, но в отличие от копыт, здесь трудились сообща восемь небольших и ловких отростков, по четыре на каждую конечность. Три из них были прямыми и с разной длиной, а четвёртый располагался отдалённо и был при этом немного толще других. Тут уже природа хорошо постаралась, ведь каждый из этих отростков имел по несколько изгибов: самый толстый имел два сгиба, а остальные по три. На второй лапе они дублировались и располагались в таком же порядке, но так, словно их отразили зеркально. Создание было покрыто густой коричневатой шерстью с ног до головы. Только внутренняя часть обеих пар лап, лицо и уши не имели такого покрова. Также и те части, напоминающие грудь с животом, имели меньше шерсти, чем на всём остальном теле. Формы головы и лица заметно отличались от всех, кого успела повстречать Авилина за свою жизнь. И пусть вживую странница из Империи видела только земнопони, единорогов и драконов, но из книг и рассказов Сомбры она имела представления о коровах, овцах, мулах, пегасах, разных насекомых и чудных тварях из Вечнодикого Леса. Но даже после всего этого, лицо похитительницы не имело ничего схожего с теми существами. Её голова держалась на коротковатой шее, по сравнению с пони и тем более драконами, а с боков головы у неё выпирали отростки, которые, вероятно, исполняли роль ушей, только имели более интересную и сложную форму, чем у копытных. Два небольших глаза жёлтого цвета, а между ними и до верхней губы слегка приплюснутый нос с широкими ноздрями. Лоб заметно выходил наперёд, что придавало лицу ещё более серьёзное выражение. А над глазами красовались две густые и пушистые брови. В общих деталях, все особенности лица, так или иначе, были созданы по аналогии с лицами пони. Авилина смогла убедиться в том, узнав те же черты, которые были у неё и её сородичей: те же два глаза, два уха, нос, рот, две брови.       Ави рассматривала эту самку с невероятным любопытством, пока та занималась наматыванием странных верёвок в одно кольцо, которое она затем повесила к себе на плечо. В это время пони начала разминать ноги после долгожданного освобождения, но делала это так, чтобы у существа не возникло повода наброситься, то есть медленно и спокойно. Удовольствию от этой разминки не было предела, а после облегчённого вздоха кристальная пони смогла продолжить изучение создания, но уже со спины, пока та отошла к Старсвирлу. Как видно, прямохождение было у них развито давным-давно, что сказалось на строении тела, хотя Авилина всё равно не могла поверить, что эти создания используют передвижение на четырёх конечностях тоже с наибольшей эффективностью. Область живота имела самые узкие пропорции в обхвате, по сравнению с немного широкой грудью и наиболее широкими бёдрами. Также, не без зависти, кристальная пони отметила длинный и тонкий хвост у самки, который двигался и вёл себя по образу пятой конечности. В этом случае Ави оставалось лишь с грустью смотреть на собственный хвост, который был красивым, но бесполезным без такой гибкости. – Вы послушные и не доставляете хлопот, — нарушила тишину незнакомка. — Это радует меня, — немного задумавшись, она продолжила. — Вы голодны? Или, как те огромные ящеры грызёте камни? — Нет, мы едим нормальную пищу, — тут же отрезал Старсвирл, ужаснувшись последним словам похитительницы. – Только я не знаю, чем вы питаетесь…       Самка не дослушала вторую часть фразы единорога, безмолвно выйдя из маленького помещения и закрыв дверь своим хвостом. Напоследок, перед её уходом, Ави заметила, что "копыта" этого создания напоминают верхние конечности с теми же четырьмя отростками, только здесь они длиннее и шире. А когда снаружи всё стихло, пони вновь остались наедине. Старсвирл с пристальным взглядом осмотрел кристальную пони, будто знакомясь с ней впервые. А та, в свою очередь, стала рассматривать его. — Так ты единорог, значит? – ухмыльнулась Авилина, посмотрев на рог, на всезнающее лицо и боясь того, что он начнёт делиться бесполезной мудростью своей расы. — Да, всё верно, — с доброй улыбкой кивнул старик. — А я тебя представлял совсем другой, — признался старый пони. — Ничего страшного, в своём воображении я вас тоже не таким представляла.       После неловкой паузы, Старсвирл продолжил: — Ну, что скажешь об этом… — не мог тот подобрать слова. — О ней? — Я хотела бы узнать, что им нужно от нас? – проворчала Ави. — Когда я встретил двух таких созданий в лесу, я застал их за ловлей фениксов. А эта называла нас животными и удивлялась, что мы разумны, — Старсвирл почесал голову. – Я тут подумал: может, для них мы кажемся такими же низшими, какими мы считаем разных малых тварей, вроде насекомых, белок, мышей? — Какая разница, за кого они нас считают? Нам бы выйти отсюда, — безразлично махнула копытом Авилина. – Слушай, ты же единорог, так используй свою чудную магию, чтобы вытащить нас. — Если и делать что-то подобное, то нужно выждать хороший момент, — нахмурился он. — А пока, нам остаётся только ждать, — старый маг подобрал сумку с пола, с удивлением заметив, что её не отобрали, а затем, пожав плечами, осторожно вытащил небольшую коробочку. — Что это? — То, за что я отдам свою жизнь, если потребуется. Надеюсь,застряли мы здесь ненадолго, так как мои бесценности могут погибнуть, даже с водой, — Старсвирл с волнением и трепетом осмотрел что-то синего цвета, слегка выглядывающее из-за края, а затем быстро закрыл коробочку и спрятал её в сумку. — Внутри неё они смогут продержаться намного дольше, но я верю, что мы выберемся отсюда раньше, чем они умрут. Осталось только придумать, как.       Кристальной пони только и оставалась, что догадываться о содержимом этой коробки, ведь перед ней сидел единорог, а значит там внутри могло быть милое синее животное, сотворённое магией, либо оружие, способное уничтожит всех врагов. Через некоторое время похитительница вернулась с полукруглой корзиной, доверху заполненной едой, которую пони никогда не видели. Здесь лежали целыми рядами жёлтые изогнутые палочки, напомнившие Авилине своей формой серпы, которые она видела пару раз на территориях земных пони. Ещё в корзинке были шары с твёрдым волосистым покрытием, какие-то мягкие кусочки, завёрнутые в сухие листы, фрукты, напоминающие по форме грушу. Ави не стала тратить время на рассматривание пищи, а решила сразу попробовать, и для первого раза она взяла жёлтую серповидную палочку. Пони уже открыла рот, чтобы вкусить этот странный плод, но незнакомка остановила её. — Так есть нельзя. Вредно. Делай, как я, — с этими словами она ухватилась за тонкий длинноватый кончик и с характерным треском потянула вниз. – Кожура невкусная. Ешьте мякоть. Затем она протянула то, что оказалось внутри жёлтой оболочки прямо ко рту странницы из Империи.       Кристальная пони бережно откусила половину фрукта, стараясь не навредить лапе похитительницы. И сразу же она почувствовала истинное наслаждение от этого лакомства. — Мм, как вкусно! – Авилина даже закрыла глаза от удовольствия. – Что это такое? — Мы называем их бананами. Очень сытная пища, которая придаёт много сил.       Пони стало интересно, какое же лакомство выберет старик, надеясь, что он тоже последует её примеру. Но она забеспокоилась, когда Старсвирл решил воспользоваться магией, характерно наклонив голову. К счастью, тот вовремя одумался и в ход пошли только копыта и зубы. По примеру странницы из Империи, старый маг тоже начал с бананов, теперь зная, как их правильно есть. Незнакомка, рассматривавшая гостей, не оставила без внимания явно выделяющийся рог и решила полюбопытствовать: — Зачем тебе это нужно? – озадаченно спросила она, дотронувшись одним из отростков лапы до главного источника силы у единорогов. — Как вижу, у вас присутствует интерес к неизвестному, а это хороший признак, — добродушно улыбнулся Старсвирл. – Это рог и он служит нам для… — немного замялся старик, — для красоты, да и для защиты от врагов. — Для защиты? Но он же тупой, — огорчённо покачала та головой. — Как вы им защищаетесь? — Э-э, разбегаемся и втыкаем его, — усмехнулся старый маг. – О, а теперь моя очередь. Как вы называете это? — Старсвирл указал копытом на лапу существа.       Самка посмотрела на свою конечность так, словно увидела её первый раз в жизни, а затем медленно сложила отростки, из-за чего лапа превратилась в подобие молота. — Рука. Матерь говорила, что их надо называть руками. Ими мы делаем всё: вещи, собираем еду, лазаем по деревьям. Надоедливую мелочь вытаскивать ими тоже очень удобно. А это, — незнакомка распрямила один отросток, – палец. Всего их у нас шестнадцать. Вы понимаете, что значит шестнадцать? – медленно проговорила самка. — Конечно, понимаем, — закатив глаза, кивнул Старсвирл. – Кстати, раз пошла об этом речь, позвольте начать сначала, — старый маг сделал глубокий вдох. – Мы не такие глупые, как вам кажется. У нас есть своя культура и свои города. Мы умеем писать и читать, мыслить и разговаривать. Себя мы называем пони. Также мы различаемся внешне и по особенностям, которые трудно заметить при беглом взгляде. Вот у меня, например, есть рог. Таких пони, как я – мою расу, называют единорогами, – старик внимательно посмотрел в глаза похитительницы, которая прислушивалась к каждому его слову. — Вам понятно, о чём я говорю? — Некоторые слова я слышу впервые, но вы говорите на языке Предков, как и мы. Я ведаю о многом, но не могу понять одного: как вы строите города? Ваши руки выглядят странно, — незнакомка указала пальцем на копыто Старсвирла. – Мать Природа над вами забавно пошутила, одарив вас таким разумом в таком теле, — тихо засмеялась самка.       Авилина сочла эти слова оскорблением, но решила промолчать, надеясь, что старик не станет пропускать это мимо ушей. — Да, с этим не поспоришь, — от всей души рассмеялся единорог. – Как мы такие выродились? Ума не приложу.       После небольшой паузы на смех, когда похитительница и её собеседник успокоились, самка продолжила любопытствовать дальше: — Как вас нарекла мать при рождении? – спросила она, перебив Старсвирла с аналогичным вопросом.       Ави старалась не встревать в разговор, но частое упоминание слова мать, навевало ей о грустных воспоминаниях. Ведь кристальная пони давно не ведала о том, каково иметь маму. — Меня зовут Старсвирл Гранджерфог, — единорог с некой гордостью в глазах указал на себя. – А её зовут Авилиной, — представил он затем кристальную пони. — Стар Свирл? – недоумевающе переспросила незнакомка, решившая не тратить время на произношение его фамилии. — Нет, Старсвирл, — медленным тоном поправил старый маг. — Теперь я понимаю. Ак'Риша, так меня нарекли при рождении, — представилась самка. — Может, Акришой? – удивился Старсвирл. — Нет, нет. Неправильно. Ак'Риша. Акре’шой – это самый ловкий добытчик пальмовых листьев из южного племени. У нас они похожи, — слегка улыбнулась Ак'Риша. — Я-ясно, — протянул старый маг. – Что ж, вот мы и познакомились, — с этими словами единорог вытащил один мягкий кусок из корзины, который имел темноватую сухую оболочку, а внутри что-то белое.       Хорошенько прожевав это, старик решил теперь выразить своё восхищение словами: — Мм, так вкусно! Конечно, бананы на вкус намного слаще, но это тоже хорошо. Люблю мягкую пищу… — и только он успел сказать эти слова, как у него во рту что-то хрустнуло. – Ах, твёрдое попалось, — Старсвирл подставил копыто и выплюнул на него предмет, отдалённо напоминающий гребень, которым расчёсывают гриву. – А вот это невкусно, — криво ухмыльнулся маг. — Я рада, что вам, пони, так понравились бананы и рыба. Надеюсь, что и остальное тоже понравится. А пока я оставлю вас в покое, но когда мы доплывём до «них», я ещё раз приду к вам. — Рыба? – торопливо переспросил Старсвирл. – А где это растёт? — В океане, — с изумлением ответила Ак'Риша, после чего она направилась к выходу. – До встречи, пони, — закрыла та дверь, выйдя за порог и оставив новоиспечённых друзей наедине. — Я так и знал, что в воде можно выращивать пищу! — обрадовался единорог, будто совершил невероятное открытие. — Ты заметила? Она сказала про океан. То же слово использовал мой отец, когда писал книгу. — На вкус эта, рыба, совсем не похожа на то, что я ела раньше. Хотя, что тут говорить? С тех пор, как я ушла из Империи, всё для меня неизведанное. — Интересно, как выглядит это растение под названием рыба? Полагаю, что она имеет толстый мягкий стебель, который растёт прямо со дна. А вот эта твёрдая штука – его корень, — Старсвирл уплёл ещё два куска рыбы, после чего почувствовал себя полностью сытым и довольным.       Авилина же продолжила изучать странную, но вкусную еду. — Когда ты рассказывала о Сомбре и Империи, — начал старый маг, дожевав и проглотив оставшееся, — то говорила это на полном серьёзе?       Кристальная пони остановила свои челюсти, застыв с широко раскрытыми глазами, а затем со сверлящим взглядом продолжила медленно жевать недоеденный кусок рыбы, пока не проглотила его. — Аа, так, по-твоему, я ради шутки это сказала? Нет! Это всё — правда! Каждое слово! — Этого я и боялся услышать, — понурил голову единорог. – Я так надеялся, что ты говорила об этом несерьёзно. Но теперь всё сходится: Сомбра, должно быть, прислал тёмный кристалл в Зиалон, в школе Таинств которого он раньше учился. И всё для того, чтобы маги его изучили. Затем этот кристалл влился в Оруэла, — старик встал и прошёл в тесном помещении несколько кругов. — Так-так-так, откуда тогда взялся второй? Получается, что он отправил два кристалла? – сказав это, маг застыл и посмотрел на Ави. – Послушай, Авилина, когда он выслал их? — Не знаю, наверное, сразу, как только нашёл их. — Но чем он думал? Раз один такой уже впился в него, то зачем он сделал… — Старсвирл умолк. – Может это сделал не он? А кристалл, который начинал овладевать им? Тогда это всё объясняет. Но как он догадался отправить Империю под властью этих странных сил? Да и зачем он это сделал? – голос единорога всё повышался и повышался и с каждым новым вопросом он подходил к страннице всё ближе. — Но больше всего я хочу знать, как он смог придать моему нелепому заклинанию такой немыслимый масштаб? — Я так устала, если честно, думать не хочу, — попятилась та, прижавшись спиной к стенке. — Мне нужно знать, ведь это очень важно, Авилина! Что он говорил тебе насчёт этого? — Я не знаю, всё произошло так быстро! Сомбра отправил Кристальную Империю, так как этих тёмных кристаллов становилось всё больше и больше. По крайней мере, так он мне сказал, — затараторила Ави, надеясь, что старик успокоится. – Наверное, он хотел спасти Империю от этих чёрных кристаллов, отправив её сквозь время? Спрашивать меня про заклинания – это пустая трата времени. Всё равно я ничего не понимаю в вашей магии. — А что насчёт тех слов, «зима близко»? Он объяснил, для чего нужно передать именно их? — Нет, Сомбра ничего не объяснил, а про их значение мне рассказал Паддингхед. Он говорил о долгой зиме, которая пришла в Сорслэнд десять лет назад. И всё, — Авилина устало растянулась на полу и закрыла глаза. – Мне надоели эти вопросы, и я сейчас хотела бы поспать. — Хорошо – хорошо, не буду тебе мешать, — с задумчивым видом кивнул Старсвирл.

***

      Кристальная пони даже понятия не имела, сколько времени она проспала. Сон вышел, на удивление, приятным и долгим. Но вскоре пришла Ак’Риша и разбудила пленную, заодно принеся чудные вести. — Отриньте своё дрёму, пони, — услышала Ави недалеко от своего неудобного ложа в виде скамьи. – Мы достигли Острова Сирен. Теперь вам нужно закрыть свои ушки этим.       Авилина открыла глаза и увидела Ак’Ришу, которая протягивала к ней руку с несколькими шариками тускло жёлтого цвета. — Чего мы достигли? – переспросил Старсвирл. — Я совсем забыла, — повернула та голову к старику. — Вы же впервые за пределами Земли Ящеров, — она закрыла дверь и затолкала один шарик себе в ухо. – Сирены — наши давние враги. Прямо с того времени, как наше племя научилось плавать в океане. Они уже много лет сводят нас с ума своим пением. Когда настало время для наших собратьев из южного племени, они отправились в первое своё плавание. Только один смог выжить. И он рассказывал о голосах. Что их голоса звучат сладко, как мёд, добываемый трудолюбивыми пчёлами. — Звучат сладко, говорите? — Старсвирл быстро поднялся на ноги, весь в предвкушении. — А мы сможем их услышать? — Ты все мои слова пропустил мимо ушей, пони? – сердито нахмурилась Ак’Риша. — Они сведут тебя с ума. А это самое страшное. Хуже только яд мантикор, что бродят в наших лесах. — Позвольте мне насладиться их голосами, — практически стал умолять единорог. — Насколько чудесным должно быть пение, чтобы оно сводило с ума? Каким красивым голосом надо обладать, чтобы заставлять вас и ваших соплеменников в страхе затыкать уши?       Самка с недоумением и подозрительностью взглянула на старика, а затем отвернулась от него и обратилась к Авилине: — С твоим другом всё хорошо? — Полагаю, что да, — усмехнулась пони. – Просто дайте ему послушать этих ваших сирен. А я лучше последую вашему совету, — с этими словами Ави забрала два шарика, которые оказались мягкими и приятными на ощупь, а затем засунула их себе в уши.       На её неожиданное удивление, они полностью отгородили пони от мира звуков и голосов. И остальной мир стал восприниматься совсем иначе. Она видела, как старый единорог раскрывает рот, обращаясь к Ак'Рише. Вскоре та повела его за копыто прочь из помещения, в котором лежали две сумки, корзина с остатками чудной пищи и едва заметные следы от лужицы с рвотой, которую неизвестно кто додумался вытереть.       Выведя Старсвирла за порог, самка поманила своей рукой и Авилину, давая знать, чтобы она тоже пошла за ней следом. Той, в свою очередь, хотелось остаться, дабы хорошенько выспаться, но любопытство всё-таки одолело её истинное желание: она нехотя поднялась со скамьи и двинулась за похитительницей. Чем дольше кобылка видела рядом с собой эту странную особу, тем быстрее забывались у неё скверные мысли об этой расе. Интересно, все ли эти мохнатые существа такие же, как она? – мучилась вопросом кристальная пони, у которой после этого вспомнились последние секунды жизни Дериша.       Странница из Империи неуверенно шагала вперёд, стараясь привыкнуть к отсутствию звуков. В недолгом пути Авилина стала рассматривать это чудное место, в котором она по воле судьбы оказалась пленницей. От комнатки, в которой их держали, и прямиком до ближайшей лестницы вёл немного узкий коридор. Абсолютно все поверхности, вроде стен, пола и потолка были выложены из досок и других более разнообразных деревянных конструкций. Лишь в некоторых местах пони замечала те детали, которые имели отличную от дерева структуру, по крайней мере, внешне.       Вскоре ступени, ведущие наверх, привели самку и пленных в просторный зал, если сравнивать с нижним этажом. Внутреннее убранство выглядело знакомо, но было сделано иначе. Например, двойные ряды висящих над землёй лежанок говорили о том, что здесь существа спят. Но пони никогда бы не стали подвешивать свою постель над землёй, отчего такие спальные места выглядели для Ави очень странно, хоть она догадывалась о их предназначении. Вся мебель была сплетена из каких-то серых ветвей. По форме зал напоминал круг с куполообразным потолком, на котором висело множество уже знакомых фонариков. Тем не менее, несмотря на странности в формах и материалах, всё это ещё сильнее разыгрывало интерес Авилины ко всему окружающему, но Ак'Риша хотела, чтобы она не отставала от неё ни на шаг. Напоследок, пони смогла приметить то, что узнавалось без труда – огонь, горевший на тонком каменном диске с углублением и прикрытый неким колпаком, сделанным из какого-то стекла с узорами из шестиугольников. Да, среди всего этого, огонь стал единственной знакомой картиной.       Третья и последняя лестница вывела пленников наружу и картина, представшая кристальной пони, могла легко компенсировать всё недовольство от похищения. Ави уставилась на чистое ночное небо, испещрённое мириадами звёзд, часть которых была ярче и больше по размеру, а другая меньше и тусклее. Но больше всего сводили с ума две луны, озарявшие всю эту красоту: одна — самая маленькая – находилась довольно близко от горизонта, а другая расположилась высоко и имела более странную форму, в отличие от своей сестры — вместо круга, от неё осталась серпообразная часть, будто её кто-то сгрыз. Всё же, странные конструкции помешали Авилине насладиться этим ночным великолепием. Два высоких столба крепились в центре главного сооружения, которое могло плавать по воде, и они наклонялись в стороны, напоминая из-за этого букву «V». А на этих столбах были натянуты широкие полотна ткани, которые натужно трещали от сильных ветреных порывов. Вся форма этих конструкций была похожа на два распахнутых крыла, словно у птицы, или пегаса. Главная площадь, так же сделанная из досок, в ширину имела, наверное, пять метров. А вот длину кристальная пони так и не смогла определить из-за творящейся здесь суматохи, плохой видимости и постоянного обливания водой: на то, что она стоит вся мокрая, странница из Империи обратила внимание довольно поздно. И со всех сторон Ави видела темень воды, да мелькавшие впереди силуэты неких земель, тянущихся далеко в обе стороны.       Остальных существ, которые бродили и бегали вокруг, Авилина заметила не сразу, зато они явно обратили внимание на двух пони, которые вышли из своей камеры. Примечательно, что все эти звери отличались ростом и размерами, в пределах нормы, разумеется. Самый высокий представитель этой загадочной расы был выше Ак'Риши на голову и шире её. Он имел немного иные пропорции тела, но больше всего кристальной пони запомнилась густая растительность на самом лице и странная броня с одним наплечником. Тот размахивал своими крепкими руками, постоянно указывая пальцем на Старсвирла. А судя по широко раскрывающемуся рту, этот зверь был явно чем-то недоволен. Затем они пришли к некоему согласию, если судить по меньшему количеству телодвижений, из-за чего старого единорога подвели к одному из столбов и крепко привязали верёвками, да так, что он не мог пошевелиться. Высокое существо быстрыми шагами подошло к Ави и засунуло свой мохнатый палец ей в ухо. Кобылка совершенно не ожидала этого и даже не успела отреагировать должным образом, так как тот уже обратил взор к самке. Затем, убедившись, что пони никак не сможет услышать пение сирен, зверь что-то сказал Ак’Рише, оскалив свои зубы, и ушёл к остальным своим товарищам.       Эти шерстистые создания не сидели на одном месте и постоянно что-то делали: четверо из них залезли на столбы и с помощью толстых канатов сложили полотна ткани, из-за чего деревянная конструкция стала плыть заметно медленнее; После этого действия, шестеро существ, которые находились на главной площадке, оставили свою работу и скрылись в нише пола рядом с передней частью.       По мере приближения, земля на горизонте становилась всё ближе, отчего теперь можно было увидеть её разделение на два острова. Большое деревянное сооружение неслось в самый центр этих земель, дабы пересечь их по свободному пути. Авилина накрепко зацепилась своими передними ногами к боковой стенке, которая ей напомнила перила императорских лестниц, по которым она частенько наведывалась в тронный зал к Сомбре. Зачем они движутся именно туда? Если там эти сирены, разве не проще направится прочь от этих земель? — с недоумением подумала Ави, постоянно закрывая глаза от брызг воды.       И вот, они подплыли настолько близко к таинственным землям, что кристальная пони смогла воочию увидеть тех, кого называли сиренами. Бледноватые высокие существа в составе пяти особей, так как других странница больше не обнаружила. Три сирены восседали на широких камнях, омываемых мощными потоками воды, которые то накатывали, то уходили. А две неподвижно стояли на горе, верхняя часть которой была покрыта густой травой. У них Авилина увидела по две нижние конечности, напоминающие такие же, как у Ак'Риши, только их копыта представляли собой продолговатые узкие опоры с четырьмя пальцами. По всей длине этих конечностей виднелись наросты, словно маленькие крылья, только без перьев. Форма тела сирены была изящной, напоминающей кристальной пони инструмент в таверне у Сай-Грейза, на котором играли с помощью длинной тонкой палочки. Широкие бёдра, сужающаяся область живота и чуть более широкая грудь с двумя выпуклостями. То, что Ак'Риша называла руками, тоже имелось и у сирен: пара длинных рук с четырьмя пальцами. Тело с ног до головы было покрыто некой естественной кольчугой, которую Ави видела у некоторых стражей из дома Арклайдов, только в этой не имелось отверстий. Цвет такой необычной кожи различался и был у каждой особи своим: у самой первой она была ненасыщенным жёлтым, у второй голубоватым. Но у всех сирен присутствовало то, что в их цветах нет таких ярких оттенков, как у пони. Места в области бёдер и груди, а у некоторых в области живота и ног, скрывались более плотной и тёмной шкуркой. И здесь цвета варьировались в таких же тёмных оттенках синего, зелёного, жёлтого. Голову существ покрывали очень длинные волосы белого, бледно-голубого цветов, а их вид имел разные вариации: прямые, волнистые, заплетённые в тончайшие и многочисленные косы. На их шеях с обеих сторон виднелись ряды из трёх полос, напоминающих шрамы. Форма головы имела узкий, слегка вытянутый контур. У сирен не было чёткой области носа, вообще Авилине показалось, что у них его и нет вовсе. Острый подбородок, тонкие губы, которые на данный момент у них были раскрыты, демонстрируя белоснежные острые зубы. Глаза не имели зрачков и белков — сплошные чёрные. Странница очень жалела, что её похитители не достигли этого места днём, ведь ей так хотелось разглядеть сирен во всех подробностях.       Встреча с неведомыми существами оставила в памяти Авилины невероятные впечатления от их красоты. Их изящные и грациозные формы тела и завораживающий взгляд надолго приковывали внимание. И в отличие от похитителей, у этих красавиц была прямая и гордая осанка, что уже возвышало сирен над грубыми и неотёсанными зверями. Когда одна из них медленно перевела взгляд на Ави, та уже не могла сопротивляться такому очарованию. Это создание плавно раскрывало рот, обнажая зубы, весьма острые на вид, и показывая свой изворотливый и ловкий язычок. Они пели со всей страстью и любовью, отчего кристальная пони хотела открыться им и впустить в себя их дивные песни. Но мохнатым похитителям было не до этого: на лицах большинства кипела злоба при виде бледных существ, что ясно говорило об их непростых отношениях, а грозное размахивание оружием только подтверждало эти слова.       Странница из Империи мельком взглянула на Старсвирла и с удивлением заметила, насколько у него умиротворённое лицо. Тот выглядел расслабленным и забывшимся, будто существуя вне времени. Единорог бездумно смотрел остекленевшим взглядом на поющих существ, глупо раскрыв свой рот, не отводя глаз и не моргая. За всё короткое время знакомства с этим старым пони, Авилина ни разу не видела его таким. Именно сейчас он походил на маленького жеребёнка, впервые увидевшего что-то невозможное в его понимании. Эта картина напомнила пони о первом уроке в школе, где она сидела с таким же взглядом, когда учитель рассказывал об ушедших и нынешних императорах. Каждый житель мог стать правителем, независимо от пола. Именно тогда она поверила в себя, в своё предназначение надеть корону, пышное фиолетовое платье, длинную мантию и превратиться в самую красивую императрицу за всю историю существования её народа.       Это волшебное мгновение длилось вечно только для Ави и Старсвирла. Но мир и время не стояли на месте, так что спустя пару минут чужая земля осталась позади, а мохнатые существа, кажется, вздохнули с облегчением. Авилина тут же расстроилась, что больше никогда не увидит сирен, но те, будто почувствовав её печаль, с поразительным изяществом нырнули в воду. И пони не могла этого пропустить, ведь возможно, они сделали это ради неё. Более того, невзирая на то, что мохнатые существа могут ей навредить, странница из Империи побежала по ступеням на верхний и самый высокий ярус деревянного строения. Здесь стоял только один зверь, который держался руками за большое колесо. Его рост впечатлил кристальную пони, но такие мелочи были ничем, по сравнению с бледными созданиями позади. Сирены быстро нагнали деревянную конструкцию и за это время они изменились: вместо двух нижних конечностей, у них появилась одна единая, имеющая на конце широкие наросты. Такое сложно было не заметить, а судя по движениям, этот «хвост» помогал им плавать в воде. Но длилось это недолго: сирены оставили свою погоню, когда их родные острова скрылись в тумане. Такая ночь никогда не забудется и Ави была вне себя от радости, что ей повезло всё это увидеть. Они, так прекрасны! – восхитилась Авилина, не обращая внимания на гонение и ругань со стороны мохнатого переростка.

***

      Последние несколько часов прошли спокойно, в относительной безопасности от бушующих ветров и орущих существ. Кристальная пони провела это время с пользой для себя, находясь при этом в интересной компании с Ак'Ришей. Разговоры с незнакомкой не умолкали ни на секунду, ведь у каждой из собеседниц находилось то, о чём можно было рассказать друг другу. И такая, казалось, простая болтовня принесла великолепные плоды: Ави удалось расширить личный словарный запас совершенно незнакомыми и странными для неё терминами. К примеру, пони узнала, что деревянная конструкция, которая несла их по чуждым водам, именуется «тарцисом». Как говорила Ак'Риша, подобные конструкции в общем виде у них прозвали кораблями, или суднами. И тарцис – среднее по всем отношениям судно, но при этом часто используемое у её народа. Самый маленький и простой кораблик, созданный для некой ловли в океане, называется «бароком». А самое крупное судно, с помощью которого северное племя доставляет необходимые припасы южному племени, именуется «фартротом». — Как вы научились делать такие невероятные творения из дерева, которые двигаются вперёд с помощью ткани? – не скрывая восхищения, спросила Авилина. — Создатель поведал нам об этом, — Ак'Риша задрожала, говоря первое слово, после чего она замолчала.       Пытаясь разобраться в словах чужеземки, пони осмелилась задать ещё один вопрос, прервав небольшую паузу, в течение которой только и был слышен лёгкий храп Старсвирла, мирно дремлющего рядом с ними. Взгляд странницы из Империи ненадолго остановился на старце, ведь обратно его пришлось тащить одному из существ, настолько сильно подействовали на него голоса сирен. — Создатель? – негромко, словно боясь чего-то, переспросила Ави. – Что это значит? — Так мы зовём Его. Нам же Он не дал знать своего имени, — Ак’Риша таинственно предалась своим воспоминаниям. – К вашему счастью, — она кивнула в сторону Старсвирла, – я смогла уговорить наших соплеменников и того, кто носит имя Но’Грик, чтобы вас представили Создателю. Но’Грик выразил на своём лице недовольство. Потому что он хотел бросить вас на корм ненасытным «гидрам», досаждающих нашему племени.       Кристальная пони вытянула из памяти все знакомые названия животных, но так и не поняла, о каких гидрах говорила Ак'Риша. Всё же такое имя заставило Авилину нервничать, особенно после упоминания того, что её и старика хотели им скормить. Несмотря на такую скверную новость, любознательность Ави нашло себе ещё один повод для радости, приметив интересную особенность в речи у представительницы этой расы: называя имена, она произносит их только с единственным окончанием. — Я всё правильно расслышала? Накормить? – нахмурилась странница. — Вы хотели отдать нас на съедение каким-то тварям? — Да, — холодно промолвила чужеземка. — Из-за представителя твоего племени, мы потеряли нашего собрата.       У Ави всё внутри похолодело, когда она поняла, о ком идёт речь, но внезапно нахлынувший приступ ярости быстро поглотил её чувство вины: — Вы первые напали, чтобы нас похитить! – развела копытами пони, отчего Ак’Риша с удивлением отошла подальше. – Чего вы ожидали после такого?! — Мы испокон веков плавали к Земле Ящеров, дабы ловить и усмирять огненных птиц. О них хорошо заботятся, а они в свою очередь, защищают нас от голодных тварей. В конце мы даём им возможность улететь, но они остаются с нами, — спокойным и невозмутимым тоном разъяснила Ак'Риша, присев обратно на своё место. – Им не место у вас, им лучше жить с нами. — Не знаю, как у вас здесь принято, но нельзя просто так хватать нас и похищать с родной земли! И называйте нас пони, так именуются мои представители! – в конец потеряла терпение Ави. – А вот как называть вас, я не знаю! — Ты права, я ошиблась, пони, не представив свой народ, — слегка улыбнулась Ак'Риша. – Мату’ри, так именуется наше племя, а все вместе мы — обезьяны. Но я помню, что ты ничего не сделала для защиты собрата. Но’Грик говорил, ты стояла на месте, — задумчиво нахмурилась та.       Авилина сразу же замолчала, уставившись остекленевшим взглядом на потолок, не находя подходящих слов для ответа. — А ваша земля большая? – тихо спросила пони, после нескольких минут молчания. – Какая она? Почему вы плывёте до соседнего племени на этих кораблях, а не идёте по земле? — Тебе нечего сказать об ушедшем собрате? Но его больше нет, а ты ещё дышишь. И твой выбор стал вернее, – обезьяна медленно раскрыла глаза, будто задремав в это время. — Мне нравится общаться с тобой, пони. Но я уже рассказала слишком много. Остальное ты узнаешь после встречи с Создателем. А возможно, Но’Грик исполнит своё желание накормить гидр.       После этих слов, Ак'Риша ловко поднялась с пола, распрямив сложенные одна на другой ноги, и вышла из комнатки, оставив кристальную пони в долгих и мучительных размышлениях. Я выжила, значит, я оказалась сильнее, пусть и сдалась, — всплыло в голове каким-то чуждым голосом. – Если бы он не был таким глупцом, то сейчас он сидел бы вместе с нами.

***

      Потеряв счёт времени, Ави из собственных мыслей вывел знакомый хруст костей. Старсвирл поднялся с пола и с удовольствием размял свои конечности, не забыв хорошенько зевнуть. — Авилина, ты здесь? Который час? – с улыбкой поинтересовался единорог. — И всё? – в недоумении уставилась на него пони. – А больше ни о чём не хочешь спросить? — Хм, не знаю, — удивлённо пожал плечами Старсвирл. – Я должен знать что-то ещё? — А помнишь, как тебя привязали к мачте? Ты, кажется, хотел послушать пение сирен? — выражение лица Ави быстро сменилось искренним любопытством, и она придвинулась ближе, уставившись на старого мага. – Они красиво пели? Каково это было? Невероятно? Восхитительно? Грандиозно? — Сирены? Пение? К чему меня там привязали? – рассмеялся Старсвирл. – Хотя постой, мне и вправду снилось что-то подобное, — тут же прекратил он хохотать. – Глянь, и в ушах до сих пор звучит эта странная мелодия. Но я никак не могу вспомнить, откуда она.       Авилине казалось, что старик говорил чистую правду. И вряд ли он не поделился бы с ней впечатлениями от сирен, ради которых он согласился привязаться к мачте. Странница всем сердцем жалела об упущенном случае, но глядя на старика, она начинала верить словам Ак’Риши и тому, что сирены поют явно не забавы ради. Утомлённо вздохнув, Ави решила сказать обо всём произошедшем той ночью на палубе, в мыслях надеясь узнать о чём-нибудь полезном и от Старсвирла. По ходу рассказа, кристальная пони навеки запомнила выражение лица у старого мага в тот момент, когда она во всех подробностях описывала этих грациозных существ. И затем после каждого слова глаза единорога раскрывались всё шире и шире. — Прости, Авилина, — тяжело выдохнул тот, стараясь прийти в себя после всего услышанного. — Я всё равно не могу вспомнить хоть что-то. Хотя я припоминаю, как меня притащил сюда кто-то большой и жутко волосатый, но дальше сплошной туман, — поник головой Старсвирл. – И твои слова… я даже не мог помыслить о том, чтобы сомневаться в их правдивости. Я поверил каждому и горько сожалею, что ничего из этого я не видел. Может надо подождать? Я ведь до сих пор слышу какую-то мелодию. Возможно, моя память вразумится и снова заработает, тогда я сразу же дам тебе знать! — Ничего, — Ави с глубочайшим разочарованием улеглась на скамье, – значит, в следующий раз.       После недолгих разговоров со Старсвирлом, Авилина даже не заметила, как задремала. Но сон кристальной пони оказался весьма кратким: странница вскочила от какого-то удара, источником которого была дверь, распахнутая чьим-то сильным пинком. На пороге стоял один Мату’ри, которого Ави смогла узнать даже в полусонном состоянии, ведь как раз с ним спорила Акри’ша на палубе корабля. Тело обезьяна (Ави полагала, что так надо именовать тех, кого у пони принято называть жеребцами) имело другие пропорции: узкий таз, широкие грудь и плечи, массивные руки. Большая часть его лица украшалась густыми бакенбардами и такой же обросшей бородой. Отлично проглядывались только нос, рот и злобные, налитые яростью, глаза. Шерсть имела тёмно-коричневый оттенок. Но’Грик был одет в некое подобие брони с одним наплечником, которая была сделана из древесины, а не из стали, и которая всё равно выглядела прочной, несмотря на материал. Как можно было догадаться, его вид не говорил о доброжелательности и хороших намерениях: ноздри этого крепкого и высокого, по меркам пони, существа довольно жутко расширялись при каждом выдохе. И на Ави он даже не взглянул, уставившись лишь на Старсвирла, который с привычной неторопливостью и тяжестью поднялся на ноги, не прекращая смотреть на нового гостя в недоумении. — Вы, животные, позволяете себе слишком много! – зарычал Мату’ри. – Вы едите нашу пищу и нагло ходите по тарцису! Мы не позволим вам узреть Создателя! – и после этих слов крупный обезьян сделал два аккуратных шага в сторону Старсвирла, у которого недопонимание ситуации переменилось нервным беспокойством. — Не смей, Но’Грик! – обозлилась Ак'Риша, подоспев как раз вовремя и крепко схватив его за руку. — Ты слишком мягка к этим животным, — фыркнул Мату’ри. – Доверишься им, а затем они проткнут тебя жалом! — обезьян в мгновение ока вытащил из поясной сумки ножик Дериша, на одной стороне лезвия которого осталась засохшая кровь.       Авилина всё ждала хоть каких-нибудь слов от Старсвирла, даже надумала ринуться к нему на помощь. И тот ясно понимал о своём крайне невыгодном положении, находясь в плену чуждых существ, которые везли их непонятно куда. Но, к сожалению единорога, Ави в большей мере надеялась на его магию, когда дойдёт до крайности, что поможет им обоим усмирить обезьян и получить неприкосновенность. — Они такие же разумные, как и мы! – продолжала заступаться Ак'Риша, ловко обойдя того со спины и закрыв собой Гранджерфога. – Ты позволишь им встретиться с Создателем! — Зу’ва покинул нас и отправился к Предкам из-за меня, — взглянул зверь исподлобья на испуганного старика. — Такого больше не произойдёт!       Но’Грик оттолкнул Ак'Ришу и крепко ухватился за сумку, которую Старсвирла использовал для защиты, после чего разорвал её, выронив её содержимое на пол. Старого мага скривило от боли, так как обезьян едва не сломал тому ногу, судя по громкому хрусту. Но единорог в мгновенье позабыл обо всём, бросившись к небольшой чёрной коробочке, лежащей среди прочих вещей. Он зажал её своими жилистыми пястями. И Но’Грик с лёгкостью вырвал этот предмет, словно видя в нём опасность. Ави ещё сильнее зажалась в углу, ожидая скорого и безболезненного исхода в данной ситуации. — Это животное спрятало внутри ещё больше холодных жал, — чужеземец попытался открыть эту коробку, чтобы доказать Ак'Рише правдивость своих ранних слов.       Авилина так и не выведала у единорога о содержимом его сокровища, но действия рассерженного Мату’Ри заставили Старсвирла преобразиться: старик оскалил свои пожелтевшие зубы и уставился пылающими глазами на обидчика. — Положи её на место, грязное мохнатое ничтожество! – не дожидаясь ответа Мату’ри, старый маг твёрдо встал на все четыре копыта и нацелил свой рог прямо в голову обезьяна.       Тот явно удивился этому, прекратив царапать коробку, в попытках достать её содержимое. Но вместо того, чтобы внять словам мага, Но’Грик вытащил короткую палку из-за пояса, изрезанную странноватыми узорами. Старсвирл, кажется, ожидал чего-то другого от своих действий, поэтому он ещё больше напрягся и даже зажмурился. Капли пота безостановочно стекали у него по морщинистому лицу, но вспышка магического света вокруг рога так и не появилась, несмотря на все потуги. Гранджерфог пришёл в полное замешательство, но ему хватило смелости и безрассудства наброситься на обидчика, надеясь теперь на грубую силу. Обрадованный таким поступком Но’Грик бросил палку на пол и крепко ухватился за рог старика. Голова единорога была в полной власти зверя, и он мог запросто сломать тому шею, но вместо этого чужеземец прижал его к полу своей мускулистой ногой, сдавив тому больную конечность. — Хватит! – громко зарычала Ак'Риша, заставив кристальную пони дрожать.       Похитительница выхватила коробку и заставила Мату’ри отпустить единорога, сжав тому запястье. — Они предстанут перед Создателем! Он скажет своё слово! И тогда мы узнаем, как с ними поступить! — Наш отец будет недоволен тобой, Ак'Риша, — обезьян медленно и с неохотой ослабил хватку, а затем убрал ногу от Старсвирла. – Помни! Твоя жалость к таким же убожествам лишила нас матери! — с этими словами он подобрал свою палку и вышел за порог, громко хлопнув дверью, за которой вскоре раздался его протяжный рёв.       Обезьяна заслоняла Старсвирла, не сходя с места до тех пор, пока Но’Грик не ушёл. Она держала чёрную коробку в одной руке, приготовив вторую для атаки. Выдохнув, Ак’Риша повернулась и внимательно осмотрела единорога, уткнувшегося пустым взором куда-то на пол, а затем она перевела обеспокоенный взгляд на Ави, продолжавшую дрожать. Чужеземка с задумчивым видом отошла от старого мага и взглянула ему в глаза. — Эта вещь тебе очень дорога? – протянула она коробочку. — Раз ты так храбро решил наброситься на самого лучшего охотника нашего племени.       Старсвирл даже не отреагировал на её слова. Отчего Мату’ри больше не стала беспокоить его. Ак’Риша присела, чтобы оставить коробку мага на полу, а тот в мгновение ока закрыл её от всех копытами и опустил голову на ноги. — С тобой всё хорошо? – чужеземка сделала пару осторожных и медленных шагов в сторону Авилины, присев так, чтобы та не смотрела на неё снизу вверх. — Да, он мне ничего и не сделал, — всхлипнула пони. – Зачем он пришёл к нам? — Мы все переживаем утрату Зу’ва, — Ак’Риша приложила руку к сердцу. – Вам стоило ожидать такого от моего брата. Ведь один из наших ушёл к Предкам от руки… копыта вашего соплеменника. — Это вам стоило ожидать такой реакции! – вскричала кристальная пони в слезах. – Вы похитили нас с родной земли и хотели, чтобы мы были послушными?! Вы называете нас животными! Тогда мы и будем вести себя, как животные! — Понимаю, — Ак'Риша виновато опустила глаза. – Но вам надо успокоиться и хорошо поспать. Мы скоро приплывём к нашим берегам, — обезьяна привстала с колен и открыла дверь. – Я обещаю, что Но’Грик не побеспокоит вас.       И после её ухода в комнате стало так тихо, что Авилина могла отчётливо слышать биение собственного сердца, которое понемногу стало успокаиваться, а также прерывистое дыхание Старсвирла. — Старик? С тобой всё в порядке? – начала беспокоиться пони, отклеившись от своего мокрого угла.       Гранджерфог вновь не сказал ни слова, а его неподвижное состояние беспокоило Ави всё больше, отчего она набралась смелости и легонько ткнула его в бок. — Ста… — Она не сработала… — удручённо прошептал единорог. — Что? Ты говоришь о волшебной силе? – переспросила кристальная пони. — Магия… я мог заставить этого глупца корчиться на полу от боли. Но ничего не произошло, — с этими словами старый маг убрал ноги от коробки, чтобы открыть её. — Да, это было странно, — с горечью во рту кивнула Авилина. – Я думала, ты мигом заставишь этого обезьяна пожалеть о своей наглости.       Старсвирл её не слушал, в надежде направив рог на свою драгоценность, но, как и раньше, ничего не произошло. Тогда он неуклюже вцепился в неё зубами, и после нескольких попыток ему всё же удалось раскрыть то, ради чего он готов был умереть. — Цветки?! – удивилась Ави, не удержав своё любопытство в узде. – Ты хотел… — Это не какие-то там цветки! — угрожающе посмотрел он в единственно видимый глаз кристальной пони. – Они должны вернуться в целости и сохранности ко мне домой. И я сделаю всё, что в моих силах. С магией, или без неё, — после этого старый маг закрыл коробку с тремя синими растениями, а затем он поднялся и начал собирать части сумки, да остальные раскиданные по полу вещи.       Немного спустя, Авилина удостоверилась в том, что Старсвирл успокоился и заснул, только затем ей удалось прилечь самой. Как и раньше, похитители не говорили о времени. А кристальная пони не могла применить своё умение определять часы по солнцу, которому обучали ещё в младших классах. Несмотря на это, странница отлично выспалась, словно проспала не меньше суток, а проснулась она без каких-либо проблем: никто их за время сна не побеспокоил.       И сладко потянувшись, Ави первым делом заметила сухость во рту. И так как питьё закончилось, ей пришлось надеяться, что Ак'Риша не заставит себя долго ждать и принесёт воды, а также еды, прежние запасы которой тоже подошли к концу. Старсвирл ещё спал, зажавшись в дальнем углу, и прикрыв свои вещи, в особенности коробочку с цветами. Глядя на его неспокойное лицо, Авилина стала придумывать явно магическим свойствам растений самое разнообразное применение: Лекарство от всех болезней? Может, это сделает его магию во много раз сильнее? А возможно, эти цветы ждёт его любимая, и они появляются раз в столетие? – усмехнулась напоследок пони, отгоняя все эти мысли.       Едва странница отвлеклась от Гранджерфога, как в голову снова влезли её прежние мысли: она думала об исчезновении магии единорога, а также о часто упоминающемся Создателе. Это слово постоянно крутилось у пони в голове с тех пор, как впервые о нём заговорила Ак’Риша. Оно напоминало Ави о том давнем разговоре с Сомброй, когда она сказала о некоем создателе, что пришло ей в голову спонтанно и необдуманно. Ведь эта беглая идея заинтересовала правителя Кристальной Империи, к обсуждению которой он возвращался ещё не один раз.       Когда просиживаешь целыми днями в маленькой пустой комнате и теряешь счёт времени, то оно начинает тянуться очень медленно. Авилина стала периодически засыпать и просыпаться от однообразных кошмаров. Вскочив в очередной раз, она с удивлением обнаружила знакомую корзину, доверху наполненную чудной пищей. Пони сразу вспомнила про Ак'Ришу, которая должно быть принесла еду, пока она спала, но самой её в комнатке не оказалось, к великому сожалению Ави, уже третий раз за всю жизнь страдающей от одиночества. А Старсвирл продолжал храпеть в том же углу, почти в такой же позе, в какой он заснул. Странница из Империи с трудом преодолела своё желание разбудить старика, решив отвлечься едой.       Так, среди лакомств попадалось что-то знакомое, те же бананы, к примеру. Но многое оказалось для кристальной пони в диковинку. Тем не менее, всё было вкусным и сытным, пусть и непривычным для зубов и языка. Ави съела меньше половины, оставив большую часть старому единорогу. И после обеда, или ужина, а может даже завтрака, глаза Авилины закрылись сами по себе, хотя она целые дни только и делала, что спала.

***

      Сны оказались ещё более неспокойными. Ави всё время казалось, что за ней кто-то гонится. Возможно, тот бегун догнал бы её и заставил вскочить, дабы странница начала беспокойно озираться по сторонам в холодном поту. И в то же время, пока к пони не придёт озарение, что всё это было ненастоящим, она уже подавно забудет о том кошмаре. Но, к огорчению страшного монстра, Авилина проснулась от тёплого прикосновения живого существа.       Медленно раскрыв глаза, странница увидела перед собой Ак'Ришу. Та убрала руку и с радостью на лице сообщила кое-что важное: — Мы достигли нашего дома. Буди своего друга, — и с этими словами она ушла по своим делам, осторожно закрыв дверь.       Авилина присела и начала строить предположения о том, сколько она проспала. Её взгляд остановился на пустой корзине и на старом маге, который лежал на этот раз спиной к ней и на скамье, а не в углу. Пони довольно ухмыльнулась и поднялась на ноги, дабы разбудить Старсвирла. Как оказалось, долго расталкивать его не пришлось. — Что такое? – кажется, ему показалось, что снова пришёл Но’Грик, но он тут же выдохнул, увидев кристальную пони. — Ак'Риша говорит, что мы добрались до их дома. Полагаю, скоро нас познакомят с этим Создателем, — Ави зевнула, по старой привычке не забыв прикрыть рот, следуя хорошим манерам. — Надеюсь, это скоро закончится, — угрюмо пробурчал единорог, почесав себе бок.       К лёгкому изумлению кобылки, он не стал подниматься, а лишь снова закрыл глаза и улёгся на скамье. Авилина только махнула копытом и начала проверять свои вещи. Сумка кристальной пони нашлась в том же месте, где её оставили похитители в самом начале: раскрытой и под скамьёй. Всё оказалось в целости и сохранности, а особенно повезло рисункам Долфрина, которые были помятыми, но целыми, без единой дыры. — Старсвирл? — Чего ещё? — Хочешь, я сложу твои вещи в свою сумку? Или в твоём… наряде есть потайные карманы? — Авилина не переставала удивляться странной одежде единорога, напоминавшей ей шерсть кристальных овец.       Старый маг поднял голову и ухмыльнулся: — Хм, буду весьма признателен тебе за это, — он убрал копыта и стал передавать Ави свои ценности: книгу, которая оказалась тяжелее, чем выглядела; фляжку, которая была почти полной и всё остальное, кроме своей коробочки. — Я вылил остатки воды во флягу, — потеребил Старсвирл бороду. – Мало ли что может случиться? Вдруг они больше не дадут нам пить. — Что ж… — только успела открыть Ави рот, но в комнату вошла Ак’Риша вместе с двумя мускулистыми и очень крепкими Мату’ри. — Берите свою ношу и доверьтесь моим соплеменникам, — кратким и повелительным тоном сказала чужеземка, сделав некий знак пальцами.       И двое её сородичей без колебаний приблизились к обоим пони, а затем опустились на колени, указывая на свою спину. — Что вы хотите сделать? – странница с новой порцией беспокойства прижалась к стене. — Не бойтесь, пони. Наш путь далёк, но зато безопасен. К счастью, наши деревья помогут нам преодолеть его как можно скорее, — обезьяна сложила руки на груди. — Скажите мне, пони, вы можете лазать по деревьям? — Что? Нет! — кристальная пони отмахнулась копытом в знак отрицания. — В таком случае, позвольте моим соплеменникам помочь.       Авилине выпала честь первой взобраться на спину одному обезьяну. Ак'Риша подошла к нему и помогла накрепко привязать странницу внутри большой корзины, сплетённой из толстых, но гибких веток светло-серого цвета. — Мы используем их для переноски пищи и воды, — пояснила Мату’ри. – Я решила, что они помогут и вам, — она завязала последнюю гибкую зелёную верёвку, которую называют «лианой» и подняла вещи Ави с пола. – Но я до самого конца верила в то, что пони умеют лазать по деревьям. — Ха-ха-ха, — недовольно усмехнулся старик.       Хорошо закрепив сумку, Ак'Риша подошла к Старсвирлу и второму обезьяну, а затем проделала то же самое, что и с кристальной пони. И на старом маге до сих пор осталось кислое выражение лица после той встречи с Но’Гриком. Когда всё было готово, Мату’ри вместе с двумя пони за спиной вышли из их тюрьмы и отправились на палубу. В такой момент трудно сказать, кому было тяжелее: копытным, чувствовавшим себя лишним грузом, или обезьянам, которым предстояло их нести? Тем более не по земле.

***

      Незнакомые земли встретили пленников яркими лучами солнца, которое как раз находилось в самом зените. И когда они впятером вышли на палубу, их обдало сильным и тёплым ветром. Но на ветер пони обратили самое ничтожное внимание, их больше радовал свежий воздух. А теперь при свете дня можно было разглядеть корабль во всех подробностях. К слову, плавучее средство интересовало Ави куда меньше, чем странные неизведанные берега, которые захватили её внимание полностью и даже не думали отпускать. Перед носом тарциса виднелись скалистые образования, служившие естественной стеной, а за ними распростёрся лес огромнейших деревьев, которые, будто, росли до облаков. Авилина в остолбеневшем состоянии протёрла глаза и увидела ту же картину: удивительные растения не уменьшились, что могло бы сказать о воспалённом разуме кристальной пони, нет, они и вправду имели такие невероятные размеры. Облака же обладали самыми разнообразными формами, разительно отличаясь от тех, которые использовали пегасы для установления погоды во всём Королевстве.       Ави мельком взглянула на Старсвирла, который вновь обрёл силы и живость в своих бледных глазах: по-видимому, не только странницу привлёк этот гигантский лес с чудными берегами. И кристальной пони стало тепло на душе при виде этой картины, ведь таким радостным она видела старика только при самой первой их встрече, когда им сняли повязки с глаз. — Но’Грик уже отправился в путь, — Ак'Риша прервала долгую паузу, которую она подарила своим гостям. – Вы ещё успеете осмотреться, пони, — кивнула она в сторону Авилины, а затем сделала знак соплеменникам.       Они повернулись в сторону леса и едва слышимым шагом отправились к правому борту корабля. Пленники, тем временем, принялись осматривать тарцис, заметив, что он был совершенно пустым, за исключением трёх обезьян и их самих.       Дойдя до нужного места, Мату’ри остановились, как раз в этот момент Ави приметила толстый столб, торчащий из воды. И от него в сторону высокого леса шло несколько туго натянутых лиан, скреплённых в одно целое. Не теряя времени, Ак'Риша ухватилась нижними конечностями за дощатый борт, после чего ловко отпрыгнула и зацепилась всеми руками и ногами уже за жуткое подобие моста между столбом и деревом. Страшное осознание того, что и два обезьяна поступят таким же образом, только успело появиться в голове Авилины, как она через секунду с ужасом глядела на корабль, оставшийся теперь в недосягаемости для неё. Это был единственный и последний способ вернуться домой. И едва подумав об этом, Ави поняла, что её родного дома больше нет, и вряд ли она когда-нибудь увидит его снова. Всё что кристальная пони любила, ушло: Империя растворилась в яркой вспышке, а единственный друг остался лежать хладным трупом среди необъятной снежной пустоши. Тем не менее, этот короткий, но весьма запоминающийся прыжок взбодрил Авилину, из-за чего она задёргалась, боясь упасть в воду: — А-а-а! – вырвалось у Ави. – Вы уверены, что по-другому нельзя перебраться?! А-а-а! — Не дёргайся, глупое животное! – с раздражением прошипел Мату’ри, повернув к ней голову, чтобы сразу же отвернуться из-за длинной гривы пони, развевающейся на ветру. — А почему мы не можем идти по земле?! – Авилина взволновалась ещё больше, стараясь не смотреть вниз на острые скалы.       Ворчливый обезьян проигнорировал и этот вопрос, занявшись почёсыванием лица, что обеспокоило странницу ещё сильнее: — Зачем Но’Грик взял вас? – оскалил зубы Мату’ри. – Вы не летаете. Не можете карабкаться по деревьям. Мне бросить тебя? — О, простите, что мне страшно до смерти висеть головой вниз! — замямлила пони, – буду сидеть тихо, словно мышь. — Мышь? — с этим удивлением, обезьян крепко обхватил лианы ногами и перевернулся наверх.       Ави всеми силами пыталась расслабиться и не обращать внимания на высоту между землёй и удивительным мостом, которая становилась ещё больше по мере очень быстрого и шустрого подъёма. К счастью, на весь остаток пути её внимание к себе приковал корабль обезьян.       Тарцис имел продолговатый и длинный корпус с узкими бортами. Почти всё было сделано из дерева, а вот более маленькие детали обладали гладкой поверхностью беловатого цвета. Авилина узнала то место, из которого она выходила сегодня и той ночью перед встречей с сиренами: оно представляло собой заднюю часть корабля, которая, очевидно, предназначалось для спален, хранения пленников, воды и еды. Ак'Риша рассказывала, что тарцис делится на переднюю, среднюю и заднюю части. Передняя, или нос, построена выше, чем средняя палуба, но ниже, чем задние жилые помещения. А внизу под носом, корабль имел некое подобие рога. Он торчал из воды наполовину, остальная его часть едва просматривалась с такой высоты. Также по бокам корпуса было приделано что-то вроде деревянных крыльев, очень похожих на хвосты сирен. Они были гладкими и тонкими, особенно в сравнении с остальным кораблём. Последнее, на что успела обратить внимание Ави – это те два столба в середине корабля, называемые мачтами. На них крепились крепкие полотна ткани, или паруса. С помощью этого тарцис мог использовать силу ветра и двигаться вперёд. Странница даже среди ночи смогла запомнить это великолепное подобие крыльев, которое образовывали расправленные паруса. Теперь же они были собраны, а несущие балки развернули в сторону рулевой площадки.       Авилина смогла убедиться в невероятной красоте деревянного судна, но у неё всё равно на первом месте по красоте как были, так и остались здания и башни Кристальной Империи. А она знала, что переубедить её в этом будет очень сложно.       За это время обезьяны уже добрались до ветвей гигантских деревьев. И если эти исполины только издали казались очень высокими, то теперь вблизи они стали попросту необъятными. Разинув от удивления рот, Ави осознала, насколько она и её спутники маленькие на этой земле. Несмотря на своё недавнее состояние, кристальная пони не смогла воспротивиться любопытству и опять посмотрела вниз: теперь скалы остались позади, а землю покрывали густая и высокая трава, множество невероятных по раскраске и размерам цветов, а также местные кусты, которые по росту были вровень с деревьями Королевства.       Ави часто выходила на балкон Кристальной Башни вместе с Сомброй, чтобы наслаждаться спящим городом и ночной тишиной. Сейчас была очень похожая ситуация, но Авилина мысленно призналась, что намного приятнее смотреть на всё это с крепкого огороженного балкона, а не висеть на спине обезьяны, надеясь на крепость лиан и прочность корзины. И неудивительно, что у пони снова закружилась голова, бешено забилось сердце и появилось острое желание спуститься поскорее на землю. Но в последнюю секунду она успела кое-что высмотреть: недалеко от кустарника зашевелилась трава, и оттуда показалось длинное и весьма толстое существо, неспешно ползущее куда-то по своим делам. Была ли у него голова, или нет, странница так и не смогла этого увидеть. Но из-за размеров этого зверя, пони стала нервничать ещё больше, чем от высоты.       Сделав передышку на ветвях, Ак'Риша ещё туже закрепила пленников в корзинах и через несколько минут отправилась в путь. Если представить, что «мост» от столба до дерева смотрел на север, то обезьяны направились на восток, перепрыгивая с ветки на ветку у окраины леса, стараясь не углубляться в него. Стоит ли упоминать, что такой весьма специфичный метод передвижения с успехом использовался на огромной высоте? Страх вновь напомнил о себе и вырвался в виде разнообразных криков Старсвирла и Авилины. Услышав это, Ак'Риша тут же остановилась на ближайшей толстой ветви не менее огромного дерева. То же самое проделали её соплеменники. — Я забыла, что вы можете бояться высоты, — Мату’ри задумчиво оглядела обоих пленников. — Это уже слишком! – торопливо проговорил старый маг с тяжёлой одышкой. – Почему мы не можем спокойно идти по земле?! — Не получится спокойно, пони. Если только вы не хотите обрадовать здешних хищников, став лёгкой добычей. — Кого? – переспросил Старсвирл. — Каких ещё хищников? – поддержала вопрос Ави. — Мы боимся, если видим свой страх. Я могу помочь вам и моим соплеменникам, — с этими словами Ак'Риша вытянула из-за пояса небольшой кусок ткани, а затем разорвала его на две части. И не обращая внимания на возражения копытных, завязала им глаза. – Хорошо. Теперь вы не станете отвлекать хищников от своих дел.       Необычное и страшное путешествие вскоре продолжилось, но с повязками Авилине и Гранджерфогу стало намного легче его переживать. Ави теперь не глядела на землю с огромной высоты, а всего лишь слышала, как ветер свистит в ушах, в придачу к тяжёлому дыханию обезьяна.       Неизвестно сколько прошло минут, но искомого места они достигли быстро. Естественно, странница приняла эту остановку за очередную передышку. Тем не менее, когда Ак'Риша сняла повязку с глаз, Ави в точности удостоверилась в том, что Мату'ри прибыли туда, куда нужно. Они вместе с пленными оказались на небольшой каменной площадке, точно не естественного происхождения, обросшей мхом и влажной травой с толстыми ростками, которая лежала на поверхности. Впоследствии оказалось, что это не трава, а корни множества деревьев, которые, как ни странно, имели более привычные для гостей размеры. Но формы этих деревьев оставили у пленников невероятное впечатление, им даже показалось, что они дышали. Обычное древо, как правило, имеет ветви с листвой и крепкий ствол, покрытый корой. А эти же растения не имели коры и листьев, а голый и влажный ствол периодично расширялся, а затем сужался. Авилина с довольной улыбкой наступила на один из корней, со смехом заметив, как тот дёрнулся и сжался, будто спасаясь от опасности. Ак'Риша заметила это в мгновение и остановила её, осторожно схватив ту за копытце: — Не беспокой их, — прошептала она, нахмурившись. – Идите за нами.       После этого обезьяны прошли сквозь густые заросли неизвестных для пони растений, тщательно раздвигая их, стараясь тем самым не навредить им, будто от грубых касаний они могли погибнуть. Но именно такое обращение, к удивлению остолбеневших пони, срабатывало должным образом: цветы и травы послушно убирали свои лепестки и стебли, освобождая дорогу путникам; в конце концов, даже последняя рощица деревьев приняла эти касания с добротой, распутав корни и открыв вход в пещеру, целиком заросшей мхом.       Мату’ри без промедления зашли внутрь. Ак'Риша, идущая позади всех, легко подтолкнула остолбеневших пони, указывая на тёмный проход. — Не бойтесь, — прошептала она, – скоро мы представим вас Создателю.       Эти слова были сказаны с радостью на лице, но в уме Авилины они прозвучали совершенно иначе. — Там слишком темно, — проворчал Старсвирл, – но я могу осветить… — с этими словами в нём разгорелась надежда, и он напрягся, так и не сумев использовать свою магию. – Мог бы осветить...       Ак'Риша бросила на единорога недоумевающий взгляд, а затем прошла во мрак. Старый маг от злости выкорчевал целый ком влажной земли, чтобы со всей силы его пнуть. И судя по всему, это немного облегчило его горечь, отчего он всё-таки проследовал за обезьяной. Гляди, мы можем спокойно уйти, — обрадовался внутренний голос, когда Ави осталась совсем одна. – Вздохни, развернись и уходи. Да, но куда? И зачем? – с удивлением спросила она себя. — К тому же, мне и самой интересно взглянуть на этого Создателя.       Глубоко вздохнув, кристальная пони бесстрашно зашагала по мокрым камням и мху. Здесь стояла полная темень и преобладала высокая влажность, а где-то недалеко журчала вода. Поначалу странница не раз спотыкалась о спрятавшиеся камни, но вскоре они закончились, оставив путь из одного мха, идти по которому кобылке было в одно удовольствие. Тьма ненадолго составила тесную компанию Авилине, ведь её разогнал бледновато-синий свет, который становился всё ярче и сильнее по мере приближения. Кристальная пони направилась в сторону источника, где после узкого и душного прохода её взору представилась незабываемая картина: огромные и просторные своды пещеры, в которых можно было выстроить целый город, а то и несколько; влажные стены, недосягаемый потолок и гигантские сталактиты со сталагмитами отражались голубоватым отблеском, а всё благодаря необычным «светильникам» вдоль тропы, по которой шли обезьяны и Старсвирл. Авилина с любопытством наблюдала за тем, как Ак'Риша дотрагивалась до этих маленьких источников света, которые оказались цветами. Они раскрывались от прикосновения, а затем начинали светиться приятными глазу бледно-синими красками. И таких растений здесь было не меньше сотни, если не тысячи. Мату’ри использовали для освещения только те цветы, которые росли по обеим сторонам от тропки. Тем более они были самыми крупными, что обеспечивало ещё больше света.       С нескрываемым счастьем Ави отыскала единорога, на лицо которого ей хотелось посмотреть больше всего. Странница неплохо отстала от своих, но даже с такого расстояния она смогла представить физиономию изумлённого мага, который уже несколько минут не отходил от ближайшего цветка. Очевидно, что на единорога это зрелище произвело намного большее впечатление, чем на Авилину. Кристальная пони тихо рассмеялась и рысцой побежала к старику и обезьянам. Конечно, за свою жизнь кобылка уже видела то, что нельзя ни с чем сравнить, а именно Кристальную Империю в лунном свете и при лучах яркого солнца. Но цветы, пронзающие собственным светом вечную тьму, стали для Ави настоящим сюрпризом.       Нагнав товарищей, Авилина с трепетом дотронулась до одного из цветков, заодно ещё больше удивившись их размерам. Они-то издали выглядели немаленькими, но вблизи они казались для пони настоящими гигантами — крупнее странницы в несколько раз, хотя не обладали стеблем. Их свет был ярким, но не ослепляющим. Ак'Риша заметила возросший интерес пленников и решила подойти к ним, отправив двух сородичей к едва заметному проходу, заросшему деревьями, который находился дальше по тропе. — История об этом месте бережно передавалась из поколения в поколение, — тихо проговорила обезьяна, поглаживая цветок. – Вы не из нашего рода. Но я расскажу вам о нашем первом доме. Так, как мне рассказывал об этом отец, — с этими словами Мату’ри оставила растение в покое и начала осматривать пещеру. — Когда-то здесь жили племена. Такие же, как и наше. И никто не скажет, что заставило одного вождя покинуть это тёмное, но безопасное укрытие. Храбрый вождь не испугался опасностей внешнего мира. Он собрал всех, кто решил пойти за ним и выбрался наружу. А там они вдохнули свежего воздуха. Почувствовали ласковое касание ветерка. Узрели всю красоту зеленеющих лесов. Увидели… Солнце и Луну, синее небо и густые облака. Встретили других живых существ, — говоря об этом, Ак’Риша находилась под трансом, будто смотрела чужими глазами в прошлое. — Всё это далось им с великим трудом, сквозь боль и муки, — повернулась она к гостям, отчего те вздрогнули. – Долгие годы, проведённые в пещере, сделали их глаза слабыми для истинного света. Многие испугались этого света и этих красок. Им хотелось вернуться. Лишь вождь остался, не ушёл… — на этих словах обезьяна прекратила свой рассказ, закрыв глаза. — И как же звали этого вождя? — спросил Гранджерфог после небольшой паузы. — Вы разумны, пони. Но чтобы знать имена наших Предков, вам нужно встретиться с Создателем, — похитительница вздохнула, опустив голову. – Как видите, тяга к теплу и свету оказалась сильнее голодных существ, которых мои дальние сородичи встретили за пределами этой пещеры. Они выжили, но не вернулись домой. И да, нам нужно торопиться.       Идти ещё предстояло совсем немного. Добравшись до того самого входа, заросшего деревьями, Ак’Риша и пони стали продираться сквозь густые заросли, охватившие весь узкий проход. Здесь вызывало удивление не только обилие растительности, но и то, что она никак не реагировала на касания обезьяны, в отличие от светящихся цветов и деревьев на поверхности. И если на второе Авилина так и не смогла получить ответов, то о причине густых зарослей она вскоре узнала воочию: чем дальше они втроём продвигались, тем ярче виделся свет, исходящий откуда-то впереди. Вскоре этот проход вывел в ещё одну часть пещеры, которая была по размерам намного меньше предыдущей, но зато и более интересной. Здесь разрослось целое буйство красок и самых разных видов растительности: от небольших деревьев с самыми невообразимыми формами листвы, до маленьких цветочков, едва просматривающихся в густой траве. А таинственным источником света оказалось всего лишь полуденное солнце. Таким образом, именно эта часть пещеры не была закрытой, ведь отсюда можно было с наслаждением смотреть на водные просторы и небо, покрытое белыми тучами. — То, что вашим предкам было нужно, оказалось буквально под носом! – громко усмехнулся Старсвирл, взглянув на Ак'Ришу, которую эта усмешка нисколько не обидела. – Зачем этот вождь повёл ваших предков в опасные чащи гигантских деревьев, если и воздух, и солнечный свет оказались в соседнем помещении? И я не знаю насчёт опасностей, но поверю вам на слово, так и быть. — Я сама задавала себе этот вопрос. Но этого никто не знает, — обезьяна продолжила идти вперёд. – Вождь никогда не упоминал этого места. И следующий вождь после него. И следующий… — Мы поняли, — разочарованно вздохнул старый маг. — А как вы нашли это место? — вступилась в разговор Авина. — В речи пони есть слово «случайность»? – спросила Мату’ри на полном серьёзе. — Конечно, есть, — улыбнулась кристальная пони. – Хотите сказать, что нашли эту пещеру случайно?       Ак'Риша ненадолго замолчала, а затем ускорила свой шаг, так и не ответив: — Нам не следует задерживаться. Добираться к дому ночью очень тяжело и опасно.       Ави почесала голову, пытаясь осмыслить причину таких высказываний, пока её не прервал от такого дела Старсвирл: — Как ты? Держишься? – поинтересовался маг, выглядевший уставшим и ослабевшим после того первого знакомства. — Более-менее, — махнула копытом пони. – Мне вот интересно, а ты что думаешь обо всём этом? Да и как твоё настроение? После того случая с пропажей магии и стычкой с той громадиной на тебе до сих пор лица нет. — Авилина, спасибо за внимание, но тебе не стоит забивать этим голову. Я обязательно разберусь с этой проблемой. Но без магии я чувствую себя таким беспомощным, — Старсвирл слабо улыбнулся, пытаясь не упасть духом окончательно. – Даже не знаю, что я буду без неё делать. И долго ли это продлится? — Не переживай, я всю свою жизнь прожила без какой-либо магии, или чего-то подобного. Но да, я правда надеюсь, что ты сможешь вернуть её, — Ави положила копыто на костлявое плечо старика, стараясь поддержать его. — Я тоже на это надеюсь, но чувствую я себя очень плохо, опять, — тяжело вздохнул единорог, уже который раз вытирая капли пота со лба. – Мне жарко в этом свитере, хотя на корабле было лучше. И будто этого мало, так меня ещё и подташнивает. Может, это моё тело так реагирует на странную пищу этих существ. Как они себя там называют? — Обезьянами. — Обезьянами, говоришь? — Верно, или Мату’ри. — И я полагаю, что они не станут дожидаться, пока мы наговоримся, — с этими словами Старсвирл неаккуратными движениями стянул одежду и кивнул, посматривая на сумку.       Авилина сняла поклажу и сложила мокрый, потрёпанный свитер вовнутрь, что напомнило ей знакомую картину, когда она складывала свой мех. Прошедшее с того момента время, показалось кобылке целой вечностью. — Фух, намного лучше, — обрадовался единорог. – Что ж, стоит признаться, здешняя флора не перестаёт удивлять меня! Особенно эти гигантские деревья! Ничего подобного в жизни не видел, — лицо старика заметно оживилось, когда он заговорил о своей, наверное, любимой теме. — Хи-хи, следует ли мне говорить о своих впечатлениях? Я всю жизнь провела в Империи, скрытой от всех, — с этими словами Ави закинула сумку на спину. – Я считаю, что мы должны слушаться этих обезьян. Это чтобы не давать им повода для сомнений, — прошептала странница на ухо старику. — А, в крайнем случае, я надеюсь, мы сможем от них убежать. Иначе… — пони тяжело вздохнула, – пусть это закончится быстро. — Не волнуйся, Авилина, я буду наготове, — с твёрдой решительностью кивнул Гранджерфог. – Только дай мне знать.       После этого, пленники догнали обезьян галопом. К их счастью, бежать пришлось совсем немного. И вскоре они почувствовался сильный запах, доносимый ветром с бескрайних вод. А на месте, похитители окружили какое-то чёрное и гладкое сооружение, наполовину погружённое в воду. Размеры этой штуки впечатлили пони, отчего они принялись гадать, как оно выглядело, если бы его полностью вытащить из воды. К слову, все Мату’ри были увлечённо заняты тем, что смывали грязь и отдирали какие-то наросты. На прибежавших копытных они не обратили внимания.       Поначалу эта конструкция вызывала только изумление своими обтекаемыми формами, слишком отчуждёнными для местного окружения. Но затем Авилине будто что-то стукнуло в голову: чем дольше она вглядывалась, тем более знакомыми становились эти очертания. — Врата Айронклада! – едва не закричала пони, вовремя сдержавшись, благодаря чему на это обратил внимание только Старсвирл. — Что? Ворота столицы земных пони? Ты это сказала? — Да! Я точно помню, что они были очень похожи на эту штуку. — Хм, я давно не бывал в Айронкладе, но главные врата и мне тоже казались очень любопытными, — старый маг в задумчивости почесал свою бороду. – Но ведь они жили рядом с шахтой, мало ли какой металл они могли там найти? — Конечно, и со всей шахты набралось железа на одни ворота? Я помню, что видела именно это, — с настойчивостью топнула кобылка ногой.       Оставив Гранджерфога, Ави подошла ещё ближе, чтобы рассмотреть каждый сантиметр, каждую царапину и потёртость этой чуждой конструкции. Под конец, пони стала выискивать надписи вроде той, на вратах столицы. Но никаких букв, слов или цифр она не обнаружила, к своему разочарованию. От поисков странницу отвлекла Ак'Риша, которая закончила смывать грязь с передней части чёрной штуки. — Ва’Дук, Апату, вы очистили проход? — Да, Старшая Мату’ри, — ответил зверь, который нёс на себе Авилину от самого корабля до пещеры. – Я открою его, — с этими словами он надавил на едва заметный круглый выступ, расположенный на самом верху конструкции.       Послышалось громкое жужжание и шипение: тонкие струйки пара вырвались из открывшихся дырок, сильно испугав обоих пони, решивших, что эта чёрная громадина живая. В передней части возникла ранее невидимая щель, а затем «лицевая» сторона устройства разделилась на две половины, которые плавно опустились до воды. Ак'Риша повернулась к своим пленникам и улыбнулась: — Ныряющий корабль доставит нас к Обители Создателя. Идите за мной, пони, — обезьяна смелым шагом направилась в открытый проход, аккуратно перепрыгнув с каменистого уступа на сероватый пол, изрезанный шестиугольными плитами. Развернувшись, она вновь обратила свой взор на пони: — Здесь нет места страху. Не каждый настолько разумен, чтобы встретиться с Ним. Я верю, что Он примет вас, — после этих слов она обратилась к соплеменникам. – Помогите им.       Обезьяны собрались подойти к Авилине, а затем и к Старсвирлу. — Не волнуйтесь, — остановила кристальная пони тех, – я сама допрыгну. Здесь невысоко, — с этим наблюдением она подошла к краю уступа и без труда спрыгнула на серый пол «ныряющего корабля».       Старый маг решил не отказываться от помощи и вскоре он уже стоял рядом с Ави и Ак'Ришей. Гранджерфогу помог Апату – самый молчаливый из обезьян, ведь он так и не сказал ни единого слова с того момента, как все покинули тарцис. Ва’Дук остался снаружи и когда его друг кивнул ему, тот отошёл подальше от конструкции.       Ак'Риша удостоверилась, что её соплеменник отвёл пони на безопасное расстояние от раскрытого прохода, чтобы нажать на круглый выступ, подобный тому наружному. Половины закрылись, будто навсегда отрывая испуганных пони от внешнего и привычного мира.       Вначале было до жути темно, хоть глаз выколи, но вскоре на потолочных углублениях стали появляться целые ряды из беловатых точек. И вначале они светили тускло, но со временем становились всё ярче, отчего можно было с лёгкостью рассмотреть окружение ныряющего корабля. Старшая Мату’ри, как её назвали соплеменники, подошла к небольшому «столику» на двух чудных ножках, который появился в том месте, где только что ничего не было, приподняв вместе с собой одну из шестиугольных плит. Обезьяна стояла в раздумьях, будто вспоминая что-то, а затем её палец нажал на прямоугольный выступ, коих на столе было целое множество. Вновь послышались шумы и шипения чуждого происхождения, а после этого конструкция незамедлительно пришла в движение, что можно было заметить на передней части, у которой стояла Ак'Риша. До этого момента, лицевая сторона было в сплошном чёрном цвете, но после запуска четыре пластины разъехались в стороны, оставив на своём месте подобие окна. Судя по всему, это окно для обзора было стеклянным, или из какого-то другого прозрачного материала. А как выяснилось, этот необычный корабль поплыл ни в какую-либо сторону, а вниз, приступив к спуску под воду.       Обезьяна повернулась к своим пленникам и без лишних слов уселась на серый пол, выбрав для себя любопытную позу, в которой она скрестила ноги вместе. Так же поступил и Апату, заодно сняв с себя вязаную корзину, в которой он тащил Старсвирла. Пони тоже хотели найти место для сидения, к примеру, стулья или скамью, но после безуспешных поисков, они устроились в своей манере на холодном полу, который с каждой минутой становился всё теплее.       Внутри подводное судно оказалось ещё более интересным, чем снаружи. Особенно старого мага привлекли материалы и то, как всё было соединено друг с другом: чистое убранство, без единого изъяна, гладкие пластины, закреплённые между собой неизвестной магией, швы между которыми были практически незаметны. Таинственные источники света напоминали собеседнику Авилины лайтстоуны, но светящиеся элементы даже и близко не были похожи на эти магические камни. Старсвирл во время осмотра без конца рассказывал о своих рассуждениях и технологиях трёх рас пони, пытаясь вспомнить хоть что-то подобное, чтобы объяснить принцип работы корабля и всего, что в нём находилось. К сожалению, его быстро постигла тотальная неудача в этом деле.       Чёрное судно оказалось весьма просторным. По крайней мере, та комнатка, в которой находились обезьяны и пони. За спиной Апату находилось подобие дверей круглой формы с прорезью в середине. Ави напрягла своё воображения, стараясь представить себе то, что находилось в соседнем помещении, но в голове вырисовывалась точно такая же комната, в которой она сейчас находилась. После долгих раздумий, споров и несмолкаемого перешёптывания, друзья по несчастью пришли к выводу, что этот корабль бесконечно далёк от их понимания. Конечно, больше всего расстроился по этому поводу Старсвирл, так как, несмотря на свои обширные знания и большой опыт в преподавании, магии, естественных науках, он сидел как маленький жеребёнок, в попытках объяснить хоть что-то.       Но кристальная пони быстро нашла кое-что намного интереснее невзрачного чёрного корабля, а именно водные глубины. Возможно, единорог и Авилина были первыми в своём роде, кому посчастливилось увидеть то, что никогда не интересовало жителей и правителей Сорслэнда. Вначале к смотровому окну подошёл Старсвирл, заметив любопытный взгляд собеседницы, а затем он сразу же с довольным лицом подозвал Ави. Как оказалось, корабль мог светить не только внутри, но и снаружи: яркий белый свет лихо разгонял мрачную темень подводной обители. Пленники уже давно привыкли к тому, что всё увиденное ими только для того и существовало, чтобы оставлять их с раскрытой челюстью и глупым взглядом каждый раз. Увиденное же за толстым куском стекла осталось в памяти странницы, как самое незабываемое и поразительное зрелище.       Жизнь. Иные формы жизни, способные дышать под водой. Авилина вспомнила свой горький опыт, когда она принимала ванную в королевской купальне: пытаясь узнать, можно ли смотреть и дышать под водой, она в ближайшую минуту удостоверилась, что там невозможно дышать и практически ничего не видно. Увлёкшись, Ави чуть не захлебнулась, но ей вовремя помог Сомбра с телекинезом. И вот теперь, странница оказалась в такой же ситуации, только размер ванной увеличился многократно, а кобылка спрятана в безопасном корабле. Взору пони предстало множество живых существ, которые приспособились для жизни там, где она сразу же погибла бы. Несмотря на своё разнообразное строение и невероятные вариации в размерах, у большинства морских обитателей было кое-что общее: длинные и крайне гибкие продолговатые тела, покрытые некой кольчугой, которая отдалённо напоминала чешую драконов; а для манёвров эти существа использовали тонкие отростки, так же отличающиеся формами и количеством. Они явно не ждали увидеть яркий свет в своём тёмном «царстве», из-за чего в мгновение ока уплывали подальше от корабля, едва угодив под белые лучи. Их движения поражали своей плавностью в спокойном состоянии. Но стоило только ныряющему судну оказаться в поле зрения жителей глубин, как они разносили первое впечатление в прах, уносясь от опасности с непревзойдённой реакцией и ошеломительной скоростью.       Авилина могла бы целыми часами рассматривать этих созданий, но Старсвирл решил побеспокоить Ак'Ришу вопросом, ответ на который заставил его вскоре горько сожалеть: — Вы знаете что-нибудь об этих существах? – с едва сдерживаемым восхищением спросил Гранджерфог. – Это невероятно! Так много жизни под водой! Но как они могут дышать? — Успокойся, пони, — улыбнулась Ак'Риша, поднявшись с неохотой. – Я спускаюсь к Создателю только второй раз за всю жизнь. Я не могу ответить на твои вопросы, — обезьяна задумалась на несколько секунд. – Могу сказать только то, что некоторые из них очень вкусные. — Что, простите? – опешил Старсвирл. – Вкусные? — Да, — сладко облизнулась Мату’ри, указав затем пальцем на одно из морских созданий за стеклом. – Вот эта, мы называем их «белохвостками», самая вкусная и питательная. Вы же помните её? Вам она очень понравилась. — Нет-нет! – нервно замахал копытами старый маг. – Вы говорили, что это растение называется рыбой и растёт в океане. — Да, этих существ мы назвали рыбой, чтобы не путать их имена, — одобрительно кивнула обезьяна.       Не трудно представить реакцию единорога, всю жизнь питавшегося сеном и другой растительной пищей, к которому пришло озарение, что он случайно съел труп, который был когда-то живым и, возможно, разумным существом. — Я… я не могу поверить, – заикнулся старый маг. – Вы их едите?! — Что в этом такого? – Ак'Риша с недоумением скрестила руки на груди. – Много лет мы спускаемся на опасную землю. Чтобы собрать пищу для всего племени, когда то, что мы выращиваем, заканчивается. Я не ведаю, как живёте вы на Земле Ящеров. Но у нас надо есть, либо быть съеденным, — с этими словами обезьяна села на пол и закрыла глаза.       Авилина с беспокойством посмотрела на Старсвирла, готовясь подхватить его в случае обморока. Но тот держался, мягко говоря, неплохо, хотя его лицо побледнело, а глаза наполнились пустотой. А странница, поразмыслив над страшной правдой, к своему ужасу признала, что эта рыба была очень вкусной, но теперь её не отпускало сожаление о том, что когда-то это создание резвилось в водах океана и всячески радовалось жизни. Ладно, больше не буду так делать, — хмыкнула кристальна пони, вернувшись к окну и вовремя отвернувшись от старика, у которого начался приступ тошноты.       Погружение длилось не столь долго, как могли думать пони, ведь об окончании этого путешествия дал знать ныряющий корабль, начавший постепенно замедлять скорость. А через смотровое окно теперь проглядывались какие-то горные образования вперемешку со скоплениями огромных камней, испещрённых разноцветными, полукруглыми, ветвистыми шапками. Но странный транспорт, казалось, и не собирался останавливаться — он продолжал двигаться к тем горам на малой скорости, будто собираясь в них врезаться, отчего пленники стали нервничать. Вдруг небольшая часть камня идеально квадратной формы поднялась от главного образования. И под этим камнем пряталось нечто сферической формы, закреплённое на тонком столбе. Это что, глаз? – предположила Ави, внимательно присмотревшись к сфере. «Глаз» озарился синим, а затем провёл несколько раз полупрозрачной сеткой такого же цвета по всему кораблю. Затем он скрылся там же, откуда появился, вновь слившись с камнем. — Что это было? – прокашлялся Старсвирл, которому до сих пор было скверно.       Ответ не заставил себя долго ждать: скала естественного образования украсилась волнообразными лазурными всполохами как раз перед носом подводного корабля и после этого она будто растворилась в воде, оставив после себя ровную прямоугольную стену тёмно-серого цвета с красными полосами. И на этой стене появились отверстия, через которые начали вырываться целые столпы пузырей. Вскоре ровная поверхность без единой неровности разделилась на две части и неспешно разошлась по сторонам, открыв ранее недоступный вход. Корабль тут же продолжил движение и заплыл внутрь.       Теперь обезьяны и любопытные пони, утомлённые столь многими чудесами за эти дни, плыли по длинному коридору. Конструкция и стиль этого узкого, но продолжительного тоннеля напоминали ту раздвижную стену, что явно говорило об искусственности его происхождения. А после нескольких минут плавания, корабль остановился, когда он заплыл в очень просторное круглое помещение. И затем судно возобновило движение, но в этот раз к верху, то есть, начав всплывать, из-за чего Авилина и Старсвирл едва смогли удержаться на ногах, настолько резко он выполнял такой манёвр. Корабль вынырнул из воды, а все его внутренние шумы прекратились, будто он заснул. Слышно было лишь журчание воды, которая целыми ручьями стекала по смотровому окну, а вскоре прекратилось и оно.       Апату резво встал со своего места и подошёл к выходу из корабля. Пони едва успели рассмотреть огромное помещение, в котором теперь находилось судно, из-за того, что источники света погасли. Ак'Риша поднялась вслед за соплеменником и осторожно надавила на знакомый круг. После недолгого шипения и ряда других звуков, четыре панели закрыли окно, а затем передняя часть разделилась на две половины, и, таким образом, все могли выходить.       Старшая Мату’ри, ступив на очень холодный пол, отцепила от своего пояса свёрток, внутри которого оказался знакомый цветок из пещеры. Обезьяна нашла растение маленького размера и держала его в небольшом мешочке с узким горлышком, который, очевидно, был заполнен водой. Выждав некий момент, она прикоснулась к лепесткам, как это делала ранее, после чего живой светильник озарился знакомой синей вспышкой. Вот только освещал он не столь ярко, как его большие «собратья», но в данный момент этого было вполне достаточно. — Что это за место? – засмотрелся Старсвирл с восхищением, а его слова отозвались гулким эхом вдали. — Мой брат, Но’Грик, рассказывал о своём первом страхе. Когда он с нашим отцом и двумя соплеменниками попал сюда. Они не ждали, что огромный гладкий камень оживёт и принесёт их в это место. И тьма не остановила их любопытство. Так они встретились с Создателем, — Ак'Риша осторожно подняла цветок над головой. – С ним мы найдём дорогу быстрее.       После этого похитительница вышла наперёд, освещая путь, словно ночной фонарь. Немного отойдя, Старшая Мату’ри поманила рукой оторопевших пони, а Апату легко подтолкнул Авилину, которая встала как вкопанная. Пленники двинулись, стараясь не отставать от единственного источника света, по пути внимательно рассматривая всё, что попадалось на глаза в пределах такой маленькой видимости. Но не темнота беспокоила пони, а здешний воздух, который заметно отличался от того, какой был снаружи, отчего дышать им было гораздо труднее. Мало того, к ним ещё прибавились разносторонние звуки, вроде скрипов, глухих стуков, капающей воды, скрежета. Эти шумы возникали неожиданно и всегда в разных местах, что ещё больше нагнетало страху.       К великому облегчению для копытных, вскоре путь по узкому и холодному мосту закончился, приведя их к цилиндрической стене, которая уходила ввысь, напоминая часть высокой башни. Ак’Риша вошла туда через круглый проход и остановилась на большой платформе с красными полосами по окружности и с рисунком посередине. Похитительница опустила руку с цветком, а другой поманила Старсвирла и Авилину: — Не бойтесь, пони. Вставайте рядом со мной, — сказала она спокойным и дружелюбным голосом.       Рисунок на платформе выглядел, как синий шар, расчерченный на части дугами. А под ним были изображены обезьяньи руки, словно поддерживающие этот шар. Приглядевшись, странница из Империи заметила, что у этих рук было по пять пальцев, а не по четыре, также отличаясь от рук Мату’ри ещё и в размерах. Интересно, чьи это руки? – задумалась Ави. – Может, сирены? Нет, у них тоже было четыре пальца.       Когда все трое оказались на месте, Ак'Риша подошла к столику в центре, очень похожим на тот, что был на корабле. Она внимательно рассмотрела панель, вспоминая о следующих действиях, а затем надавила пальцем на неё. Тем временем, Апату положил руки на спины пони, словно беспокоясь, что они могут убежать. После чего, круглая платформа затряслась и с кратким рывком начала медленно подниматься вверх. — Уух! – спохватился Старсвирл. – Вы бы предупредили об этом.       Как оказалось, башня служила для подъёмника шахтой, что было намного удобнее, чем лестницы, к которым привыкли гости. И через минуту эта платформа остановилась. Выйдя наружу, путники оказались в слабо освещённом помещении, где практически всё убранство окрасили в белый цвет, который не выдержал проверку временем. Очевидно, эта большая комната служила приёмным залом, судя по множеству скамей. А из неё можно было направиться к трём проходам, освещённых слабым красным светом, источником которого являлись маленькие стеклянные купола, закреплённые на потолке. Мату’ри без раздумий отправились к центральному коридору, который привёл их и пони в ещё один зал, набитый разнообразными конструкциями, шкафами, столами, тумбами и полукруглыми рядами кресел у дальней стены. Здесь стояла «мёртвая» тишина, как и во всём комплексе, но затем раздался чей-то жуткий голос, произнёсший на разные лады: — Вн… е! Пос…! Пр…жу ска...ни..!       Голос затих также внезапно, как и возник, а всех четверых путников накрыло знакомой полупрозрачной сетью, которую уже «встречал» ныряющий корабль. После этого на центральной площадке задвигались панели, освобождавшие место круглому пьедесталу. Ави и Гранджерфогу сложно было уследить за всеми этими превращениями: где-то что-то открылось, затем конструкция озарилась голубоватым сиянием, несколько пластин скрылись в полу, чтобы в конце из пьедестала выдвинулась прямоугольная «тумба». И всё это делалось неведомой для пони магией прямо у них на глазах. Через несколько секунд из тумбы образовался из множества точек чей-то дёрганный и пропадающий силуэт в сине-зелёном цвете. Он, то исчезал, то фокусировался снова, пока, наконец, не обрёл чёткость очертаний. Эта полупрозрачная фигура по росту была чуть выше Апату, и на ней отчётливо проглядывалось тело с головой, руками и ногами. Во многом формы силуэта оказались подобными строению мохнатых существ, но его отличия были всё-таки заметнее, отчего выделялась прямая спина, чудная одежда, ровные черты на прозрачном лице, руки с пятью пальцами. Авилина даже смогла приметить те же два глаза, рот, нос, две брови и подобие гривы на голове. — Как ты появился из ничего?! – изумился Старсвирл. – Кто ты?       Ак'Риша недовольно шикнула на единорога: — Тише. Он первый должен говорить.       Создание из света открыло рот, но вместо внятной речи вырвались непонятные монотонные звуки: — Пр… ! Э…! Оп…ть сло…сь!       Фигура исчезла так же, как и появилась. Затем откуда-то сверху раздался громкий и чёткий женский голос с холодноватым оттенком в тоне, который оказался намного разборчивее, а пони даже узнали несколько слов, которые она проговорила на общепринятом наречии. «Провожу диагностику систем... Требуется замена голосового модуля. Пожалуйста, подождите».       Послышался скрип и у одного шкафа начали двигаться его составные части, напоминая те дикие превращения в центре, которые привели к его раскрытию. После целого ряда шумов, из него вывалился металлический цилиндр и маленькая коробка. Очевидно, это и была замена модуля, после которой шкаф закрылся, а в помещении установилась краткая тишина. «Замена произведена».       И снова на пьедестале возникла знакомая фигура, заговорив холодным мужским голосом: — Приветствую вас, приматы. И… — после этого он замолчал на мгновение. – Этого не может быть, — произнеся эти слова, голос стал более «живым». – У тебя ДНК первых прототипов! — глаза с пристальным вниманием осмотрели Авилину, из-за чего ей стало не по себе. – Как вы здесь оказались? – удивилось прозрачное существо.       Но вместо ответа, наступило неловкое молчание. — Создатель обращается к тебе, — прошептала Ак'Риша, встретив озадаченный взгляд кристальной пони. — Сканирование также показало, что здесь присутствует существо с ДНК вторых прототипов, — продолжил голос. – Это ошибка, вы на другом континенте и была нулевая вероятность, что здесь появится кто-либо из вас. — Создатель! – вступилась Ак'Риша. – Мы нашли… — Вы можете оставить меня наедине с этими четвероногими? – попросило создание обезьяну, вновь сменив тон. — Как пожелаете, Создатель, — Старшая Мату’ри оказалась в лёгком замешательстве, но она спокойно поклонилась и вместе с Апату вышла из зала.       Как только они прошли в коридор, круглые «двери», появившиеся из-за стен, захлопнулись. — Прямо, как ваша магия, — прошептала Авилина Старсвирлу, который с неким облегчением на сердце провожал обезьян. — Да-а, как наша магия, — не обращая внимания на странницу, повторил единорог. – Итак, — повернулся старый маг к прозрачному существу. — Создатель? Вас так зовут? Позвольте представиться, я Старсвирл Гранджерфог, бывший магистр славной школы Зиалон. А это Авилина, гордая жительница Кристальной Империи.       Создатель со всем вниманием и терпением выслушал единорога, а затем заговорил вновь: — Поразительно! Ваше развитие пошло так, как мы и рассчитывали. Я бы сказал, даже быстрее. Теперь позвольте начать мне, — существо поменяло цветовую гамму на ярко-синий цвет вперемешку с тёмными всполохами. – Создателем меня стали называть приматы. Эти существа были одними из первых жителей Южной Америки, почившей несколько столетий тому назад. Но считать меня создателем — неправильно. Ваши настоящие создатели ушли из жизни давным-давно. — Так-так-так, — потёр копытами Старсвирл в предвкушении, – вы говорите на общем наречии, но я не понимаю некоторых слов. Приматы? Южная Америка? Что это? И где остальные представители вашей расы? — Верно, — кивнул тот, скрестив руки на груди. — Вы не сможете понять меня полностью. А когда я начну рассказывать дальше, то впустую потрачу ваше время, — после этих слов цвет существа опять вернулся к сине-зелёному оттенку, а его взгляд перешёл к самому большому сооружению в зале, которое напоминало собой целый ряд из шкафов с кучей мигающих огней. И две панели раскрылись, после чего из шкафов с грохотом вывалилось несколько предметов: пять шлемов и рука, которая напоминала конечность обезьяны, но только если бы её сделали из стали и без коричневой шерсти. — Вы можете подобрать эти Визу… эти шлемы, рядом с… клешнёй? Вам знакомы такие слова? — Рядом с чем? – переспросила Ави. – Вы хотите сказать, рукой? — О, прекрасно! Именно об этом я подумал в своём цифровом уме, — обрадовалось существо. – Всё очень просто, наденьте эти шлемы себе на голову. — Так, может, объясните, зачем нам это делать? – спросил Гранджерфог с недоверием в голосе. — Не волнуйтесь, прототипы. Я вас не загипнотизирую, или ещё что-то в этом роде. Это устройство поможет вам понимать мои слова. Шлем будет показывать вам проек… голо… картинки, точно. Непонятные вашему разуму слова будут показываться в виде картинок. Как говорится, мы верим в то, что видим, — Создатель добродушно улыбнулся.       Авилина первой направилась к шлемам и надела один из них на голову, прежде чем Старсвирл успел её остановить: — Стой! Вдруг они… — Он… он слишком большой для моей головы, — недовольно проворчала кристальная пони. — Нажми на кнопку, то есть, видишь маленький круг с крестом наверху? – объяснило существо. — Надави на него, а затем надень.       Ави послушно исполнила просьбу цветного создания и вновь надела шлем. И затем из его внутренней части выдвинулись мягкие захваты, которые с идеальной точностью обхватили голову без каких-либо неудобств. — Вау, это было… странно, — довольно ухмыльнулась Авилина. – Как вы это делаете? Вы тоже владеете магией?       Создание промолчало и перевело взгляд на Старсвирла. Тот вздохнул с облегчением и повторил действия кристальной пони, а вскоре они оба стояли на том же месте, рядом с центральным пьедесталом. — Итак, продолжим, — с радостью на лице Создатель скрестил руки за спиной. — И я, пожалуй, вам представлюсь. Также я заранее извиняюсь за отсутствие нормального освещения.       Существо вернуло себе ярко-синий цвет с тёмными всполохами. И заговорило голосом более мягкого и спокойного для слуха тона. — Меня зовут БиТриКей, или “B3K, №542901”, — эти буквы и цифры возникли над головой Создателя. — Но мои разработчики и коллеги называли меня Немо. Я полагаю, за свою любовь к произведениям Жюль Верна, — у Авилины на стекле шлема появились какие-то книги, а затем и существо в чёрно-белых тонах, похожее на B3К, только с бородой и усами на лице. *( Далее во время всего разговора шлем показывал гостям самые невероятные картины, впервые представшие перед их ликом). — Я что-то вижу! – воскликнул Старсвирл, прервав разговор Немо. – Оно похоже на вас! — Пожалуйста, слушайте молча. Визуальный Словарь поможет вам всё понять, а также он разъяснит трудные моменты. Всё очень просто, слушайте и смотрите, — Создатель вновь скрестил руки за спиной и продолжил рассказ. – Начнём с истории. Первая разумная раса, живущая на этой планете до вас, называла себя людьми, или Homo Sapiens. Для отдельного индивида людей использовали термин “человек”. Люди жили на одной из планет Солнечной Системы, под названием Земля, с незапамятных времён. Даже их наука, малую часть которой вы приняли за магию, не смогла объяснить людское происхождение и смысл их существования. Но они развивались. Отстраивали, а затем разрушали целые города и страны. Вступали в союзы, или убивали друг друга. Вели мирный образ жизни и устраивали войны. — Прошу вас, — взмолилась Авилина, – можно помедленней? И некоторые картины просто ужасны! — Ваш мозг способен свободно усваивать и анализировать образы на данном уровне. И не пугайтесь того, что увидите. Это наша история — история создателей.       Наступила тишина и даже B3K замолчал. — Когда вы сказали «устраивали войны», то, что появилось, это просто невыносимо! Столько жестокости и страданий! — Но вы же видели и хорошее, когда я упомянул мирный образ жизни? – существо широко улыбнулось и продолжило рассказ. – Самый тяжёлый период наступил в две тысячи сто шестьдесят третьем году. И я уверен, что у вас идёт то же времяисчисление, состоящее из секунд, минут, часов, суток, недель и так далее. — 2163 год? – удивился старый маг. – У нас в Королевстве идёт только восемьсот шестнадцатый год! — Я же просил не перебивать меня. В 2163 году Северное Американское Объединение, или САО, объявило войну Китайско-Российскому Союзу, он же КРС. Власть Северной Америки давно мечтала о всемирной денежной экономике, в которой они, естественно стали бы лидерами, притом единственными. Нельзя сказать, что всё произошло в один день, о нет, к этому они шагали постепенно, терпеливо дожидаясь нужного момента. Самое ужасное, что во время конфликта стали возникать проблемы с ресурсами. Наша наука могла их решить, но война оказалась для некоторых вернее. Мелкие конфликты перерастали в крупные, а затем наступила самая главная проблема — в ход пошло ядерное оружие, — картинка для этого слова так и не появилась на стекле шлема у кристальной пони. — КРС в отместку решил использовать совершенно иной аналог против этого оружия — «Нанолитовый Расщепитель». Это была абсолютно мирная и выдающаяся технология, ведь и в мирное время многие территории планеты страдали от огромных свалок мусора, а их переработка шла медленными темпами. Тогда КРС начала пользоваться этой разработкой, чтобы расщеплять горы отходов на мельчайшие частицы. Но позже учёные Союза додумались объединить её с источником энергии, о котором я вам расскажу чуть позже, и внедрить систему отбора целей с развитым Искусственным Интеллектом. — Это похоже на какой-то дурной сон! — застонала Ави. – Когда меня, наконец, оставят в покое? — Представьте себе… и да, у вас перед глазами появился Вашингтон – бывшая столица Соединённых Штатов Америки. Так вот, это оружие стёрло весь город и его жителей в пыль. Абсолютно всё, даже подземные канализации. Любое искусственное строение и каждое человеческое существо, то есть всё, на что запрограммировали оружие. САО стоит отдать должное за их вклад в развитие «щитов», которые, однако, они применили слишком поздно, до конца надеясь на самоуверенную победу. Один такой щит, к примеру, они использовали в Нью-Йорке. К сожалению, город был настолько громадным, что куполу хватило мощности только для отражения удара от центральной части – Манхэттена. — Вы сказали Мейнхэттен? – едва слышно переспросила Авилина. — Что? Нет, Ман-хэттен, так правильно. Хотя, если его руины до сих пор не разрушились, можете называть их, как хотите. Итак, вы, наверное, считаете, что все люди ужасные чудовища, но здесь мы подходим к самому главному. Годы войны изуродовали планету до неузнаваемости. Но ещё до её начала почти у каждой страны появились секретные научные центры, или возобновили работу старые и заброшенные, из которых самыми крупными обладали САО и КРС. В моей базе данных хранится история и записи лабораторий САО, и сейчас вы находитесь в их главном здании, уважаемые пони, или вы называете себя иначе? — Да, я крист… — Изначально, учёные, которые работали под крылом правительства, разрабатывали технологии и проводили исследования для военной промышленности. И если бы они не остановились, то итог войны был бы совершенно иной. В стенах тех лабораторий с огромным успехом продвигалось создание сверхлюдей, а, как я упоминал, развитая наука позволяла нам и не такое. Позднее, люди, которые осознали своё истинное предназначение, то, что нужно было делать изначально, предали САО, уничтожили опасные для мира разработки и укрылись в водах Атлантического Океана, рядом с Бразилией. Они дали название своему движению «HumanityTech» и выбрали своим символом Землю, которую поддерживают руки тех, кому планета служила родным домом целыми тысячелетиями. Многие люди поддержали их, объединившись с единой целью. А лучшие умы человечества разочаровались в идеалах и намерениях своих корпораций, стран, после чего они стали открывать подобные научные комплексы по всему миру. Так мы получили себе верных союзников по всему земному шару, — цвет существа приобрёл белый оттенок. – А сейчас, я уверен, вам надо дать время, чтобы отдохнуть и собраться с мыслями. — Это точно, — с усталостью на глазах улыбнулся Старсвирл. – Но откуда вы знаете, что нам делать? С точностью подгадали момент. — Всё просто, я каждую минуту анализирую ваше состояние. И к тому же, ведь это мы создали вас, — после этих слов белый силуэт растворился и «тумба» задвинулась обратно в пьедестал. — Что вы сказали?! – вскрикнула странница из Империи.

***

— Ты видела это?! – с нескрываемой радостью спросил единорог, прислонившись к ближайшей стене. – Эти города! Они были такими огромными и невероятно красивыми! И развивались они таким же образом. У них были короли и замки, и всё это постоянно развивалось! А потом люди плавать по морям и океанам на кораблях, прямо как эти обезьяны, — старый маг ненадолго задумался. — Хм, корабль, какое неплохое слово. А те стальные птицы? Они смогли летать на стальных птицах! — У меня до сих пор болит голова от всего, — Ави всё время упорно растирала себе лоб, пытаясь унять свою боль. – А так да, то, что показала эта штука, просто невероятно! Неужели они все погибли, воюя друг с другом? И неужели это правда, что они создали нас?       Поделиться всеми своими впечатлениями пони не успели – существо по имени Немо снова возникло из-под пола, озарив всё помещение знакомым сине-зелёным сиянием. — Итак, этого времени предостаточно для отдыха, поэтому я продолжу свой рассказ. — Мне до сих пор нехорошо, — проворчала Авилина. – И мы отдохнули всего лишь… — Всё правильно, девять минут и тридцать секунд, — поддакнул БиТриКей. – Как я упоминал, не все люди погибли в пламени войны. Некоторые правители, догадывающиеся о конечном исходе, решили спасти определённую часть населения с помощью двух космических кораблей, под названием Фанджоу и Рандо. Этих исполинов уже начинали строить для осваивания новых планет за пределами Солнечной Системы. А строительство проводилось ещё в мирное время на орбите Земли стараниями жителей Китая и Японской Империи. Азиаты затратили большую часть своих ресурсов на постройку этих кораблей, отчего их участие в войне и вклад в дело HumanityTech оказались незначительными. Колония на Марсе к тому времени пришла в упадок, поэтому самым лучшим способом являлись межзвёздные полёты. Окончание войны не принесло ожидаемых результатов, кроме жутких шрамов на родной планете, уничтоженных городов и бесчисленных жертв. Несмотря на то, что в технологическом и военном плане лидерство по-прежнему сохраняли КРС и САО, эти державы истощили друг друга до изнеможения. После чего они решили отстроить важные структуры в автономном режиме. То есть, выжившие люди, небольшая часть правительства и те, кому не удалось покинуть Землю, запустили искусственный разум и роботов-строителей, а сами укрылись в безопасных подземных убежищах. В период наступившего затишья у HumanityTech осталось всего пять комплексов и одна идея, слишком амбициозная для того тёмного времени. Эти люди хотели подарить Земле второй шанс. И в руках учёных были ресурсы и возможность их создавать, роботы-собиратели, способные трудиться в условиях радиации и стремление к своей цели. Я хотел бы упомянуть трёх людей, которые основали движение и стали главными руководителями в первой лаборатории: Тэйлор Браун, Фрэнк Харрисон и Агата Фауст. Мистер Браун до войны работал в Европе над грандиозным проектом, развитие которого помогло нам совершить технологический скачок и достичь своей главной цели. Работа Тейлора была посвящена открытию параллельных измерений. В его идею никто не возлагал надежд, но ему удалось сплотить коллектив под предлогом, что всё равно времени было хоть отбавляй. Так ушли долгие годы на расчёты, а затем на постройку и настройку врат для открытия проходов. И первые путешествия не принесли никакой пользы. Невиданные миры оказались совсем не такими, какими их считали: предполагалось, что это будут вариации нашего мира с минимум отличий, но в итоге различия оказались куда более масштабными. — Параллельные измерения? – раздался отчуждённый голос Старсвирла, который с пустым взглядом уставился в пол. – Неужели это возможно? — Оказалось возможным, мистер Гранджерфог, но вряд ли доступно с вашими способностями, если, конечно, мои расчёты не ошибочны. Но об этом позже, — Немо сменил цвет и стал полностью синим. – Учёные, после четырёх неудачных попыток, открыли для себя невероятную вариацию человеческого развития – утопию, где люди с древних времён учились жить сообща, двигаемые научным прогрессом и только им. Они смогли избавиться от таких примитивных бед, как суеверия, религия, деньги, если они вообще существовали в том измерении. Их достижения, наука и технологии оказались настолько грандиозными, что любая наша, даже самая лучшая разработка казалась вершиной простоты, отставая от их на многие столетия. И эти люди встретили путешественников совершенно безрадостно. Как оказалось, они уже давно знали о других измерениях, но не позволили себе вмешиваться в жизнь своих альтернативных версий. Даже рассказ о катастрофе, до которой наши люди довели планету, только рассмешил их. Тем не менее, они весьма удивились нашей идее дать Земле второй шанс после всего случившегося. И к счастью, люди из параллельной реальности знали о таком чувстве, как жалость, поэтому они подарили путешественникам возможность терраформирования для Земли, по их словам, наиболее примитивную технологию, — после этих слов Немо остался в неподвижном положении и с открытым ртом, а затем Авилина нарушила это недолгое молчание: — Эй, БиТриКей, почему ты остановился?       Ответа не последовало и казалось, что Немо всего лишь заснул в такой необычной позе. А вскоре, будто следуя этому предположению, в помещении отключились все источники красного света, оставив пони в кромешной тьме. И только жители Королевства стали нервничать, как через несколько секунд зал озарился знакомым сине-зелёным сиянием B3K. — Пр-ррошу про-щ-ще-ще-ения, — с этими невнятными словами он замолк, а затем послышались шипение и скрежет под тумбой, что говорило о новых проблемах с голосом у Немо. — С вами всё хорошо? – не на шутку забеспокоился Старсвирл, боясь скоротечного окончания такой любопытной истории о прошлом создателей. — Так-то лучше, — непонятно зачем, размял B3K шею. — Да, всё хорошо. Итак, эта технология должна была помочь восстановить планету, но всё ещё оставались многочисленные проблемы, к примеру радиация. Представьте себе невидимую, неслышимую и не имеющую запаха силу, которая может вас убить, потому что картинки у Визуального Словаря для этого нет. И самое лучшее решение для избавления от неё предложили учёные из третьей лаборатории, которая находится далеко на севере. Если конечно уцелела, как эта, — усмехнулся Создатель. — Тезарий – новый элемент, способный поглощать радиацию и хранить внутри себя без каких-либо последствий, благодаря своей невероятной и сложнейшей кристаллической форме. Так, с помощью этих кристаллов и их распространения по всем уцелевшим лабораториям, появились Тезариевые башни — высоченные сооружения с очень мощным источником энергии, а также со встроенным генератором защитного купола, который охранял постройку от непогоды и скрывал её от чужих глаз. Но, что это я? Совсем забыл рассказать о том, чем закончились путешествия в параллельные измерения… — неожиданно спохватился B3K. — Да, точно забыли, — кивнул Гранджерфог с довольной улыбкой. — Они закончились полной катастрофой, уважаемые пони. Любопытство учёных привело к тому, что открылись врата в заданную точку микровселенной, которая была точной копией нашей Вселенной, но будучи уменьшенной в несколько раз. Учёные открыли проход по заданным координатам и оказались в микрогалактике — точной копии Солнечной Системы. К слову, такая находка оказалась весьма любопытной для тех, кто верил в виртуальное происхождение миров. Но мы не успели насладиться грандиозностью такого открытия, ведь наши учёные спровоцировали непредвиденные реакции: маленькая Земля оказалась стёртой в пыль, вместе со всеми живущими на ней людьми, столкнувшись с Марсом. А её спутник – Луна, смогла чудом уцелеть, притянувшись к вратам и проделав дыру в нашем центре по исследованию параллельных измерений. Тэйлор Браун и ещё двенадцать учёных погибли в результате этого. — Это ужасно! – отпрянула Авилина, увидев картины, возникшие в подтверждение слов Немо. — Но что самое удивительное, маленький спутник Земли повёл себя очень странно: Луна в целости и сохранности покинула воды Атлантического океана и заняла свою позицию на орбите нашей планеты. Однако, выжившим учёным было не до этого, когда они принялись закрывать уцелевшие отделы комплекса от потопления. Мы думали, что врата полностью уничтожены, но через них прошло то, что разрушило их окончательно: маленькие копии Меркурия и Венеры столкнулись друг с другом на огромной скорости, а солнце микрогалактики раскалило эту массу и превратило её в некое подобие нашего Солнца. И нам крайне повезло, что врата разрушились до того, как маленькое Светило достигло нас, ведь даже в микрогалактике оно имело выдающиеся размеры, — B3K на мгновение широко улыбнулся, а затем сразу же вернул себе каменное выражение лица. – Так на близкой орбите Земли появились маленькие светила, которые оказали на неё совсем незначительное влияние. Конечно, Венурий по пути из лаборатории выпарил немного воды в Атлантическом Океане, но в остальном он не принёс серьёзных разрушений на нашу бедную планету. Эта катастрофа надолго ввела учёных в депрессию, но цель оставалась всё той же, — Немо на минуту замолчал и опустил голову, а пони сразу же поняли значение этого жеста. – Итак, тем временем на территории бывшего КРС началось строительство первого «Искупителя». Русские вели разработку во второй лаборатории, которая находилась в северных водах. Эти гигантские машины должны были построить Тезариевые башни на самых заражённых точках планеты, а подаренная нам технология по терраформированию позволила бы роботам восстановить и перестроить Землю в зависимости от изменившегося климата. — Невероятно, и всё это происходило до нашего рождения?! – воскликнул Старсвирл. – В это сложно поверить, но, кажется, вы говорите чистую правду. — Верно, мистер Гранджерфог, всё так и было, — кивнул B3K. — Что ж, для строительства огромных машин русская лаборатория воспользовалась таким любопытным принципом: маленькие роботы строят больших, а те, в свою очередь, строят Искупителей. Но при всём этом возникала одна проблема: кто будет жить на этой Земле? Выжившие люди из убежищ, те, которые выберутся наружу и со временем перейдут к новым конфликтам? Наш биолог, Агата Фауст предложила довольно нелепую идею, которая переросла в серьёзный проект, подаривший вам жизнь: заселить Возрождённую Землю братьями нашими меньшими – животными. Учёным этой лаборатории удалось сохранить ДНК большинства существовавших видов, а непомерно развитая генетика позволила бы дать им разум, сравнимый с умом человека! Но оставалась ещё одна проблема: даже имея тринадцать Искупителей, терраформирование, а тем более озеленение и очищение воды, плюс ко всему поглощение радиации, заняло бы очень, очень много времени. Изначально хотели сделать двенадцать Искупителей, но излишек ресурсов позволил сделать ещё одного. По нашим расчётам на всё это нужно было около пяти сотен лет. И большая часть этого времени ушла бы на озеленение и очищение от радиации. Это была ужасная новость для всех последователей HumanityTech, но она ясно говорила о том, что время людей на Земле подошло к концу и мы всё равно стали бы угрозой для нового мира. — Тогда какой же год идёт сейчас по вашему летоисчислению? – тихо спросил единорог, словно боясь услышать нечто пугающее. — Я долгие столетия провёл в спящем режиме, но если верить системе, то сейчас три тысячи пятьсот одиннадцатый год, а по времени у нас семнадцать часов и сорок три минуты шестнадцатого сентября. — 3511-ый год? А всё началось в 2163-ем? Это невероятно! – ошарашенно воскликнул старый маг. — Итак, вы думаете, все согласились тихо умереть, потратив столько усилий ради каких-то животных? Но когда в такое состояние впадает один из главных руководителей движения, то начинается паника. Фрэнк Харрисон – один из лучших биологов в мире и владелец огромного денежного состояния в довоенное время – потерял все остатки своего разума, превратившись в безумца: он стал закрываться в своей лаборатории, чтобы скрещивать абсолютно несовместимые виды животных самыми дикими и мерзкими способами. Фрэнка пытались остановить смотрители отделов во главе с Агатой, подкараулив его в самом любимом месте, но, к сожалению, всё пошло не так, как они планировали. Вот как можно предугадать все причуды больного разума? – с досадой развёл руками БиТриКей. – В общем, Фрэнк тогда свалился в резервуар со скрещенными ДНК, или прыгнул намеренно, мы так и не смогли выяснить. Нам казалось, что он мгновенно умрёт в этой ужасной жиже, но он выжил! Да ещё и мутировал в уродливое нечто, состоящее из разных частей тела. — Ох, какой ужас! – воскликнула Авилина. – Старик, ты только посмотри, у него драконье тело, разные ноги и руки, а его лицо… его бедное, изуродованное лицо. — Да, я вижу, — сухо проговорил Старсвирл. – Я искренне надеюсь, что его вскоре постигла быстрая и безболезненная смерть. — Мы ещё успеем вернуться к Фрэнку, а сейчас поговорим о самом главном для вас — о вашем рождении, — Немо пристально взглянул кристальной пони в глаза. – Как я говорил, впервые идею о разумных животных предложила Агата Фауст. Генетика, совершившая огромный шаг вперёд ещё в довоенное время, позволяла учёным чувствовать себя богами, на вере в которых были построены множества человеческих религий. Так что с такими возможностями учёные и впрямь могли создать таких существ, многих из которых вы уже встречали. И если вы ещё не успели переселиться с восточного побережья бывших Штатов Америки, то наверняка встречались с драконами, не так ли? — Да! Я своими глазами видела этих огромных крылатых существ, — взволнованным и дрожащим голосом ответила Ави. – Это они стали первыми жителями Земли после людей? — Не совсем, — Немо хитро улыбнулся. – Тезариевым башням нужны были смотрители, а им, свои жилища. К слову, почти всем, что связано с тезарием, занимались учёные, впервые создавшие его. Благодаря им и их руководству, на всех крупных материках нашей планеты появились города, построенные вокруг башен. В качестве жителей предлагались разные существа: ловкие, сильные, выносливые, умные и хитрые, вселяющие страх одним своим видом. Но то, что предложила Агата, повергло всех в ступор. — Да? И что же она придумала? – заинтересовался старый маг. – Может она хотела поселить там драконов? — Нет, она хотела сделать первенцами Возрождённой Земли пони! В память о своём предке, которая работала над созданием мультфильмов в далёком двадцать первом веке. Вы можете себе такое представить? — То есть, нас?! – выкрикнули в один голос Гранджерфог и Авилина. — Это звучало и выглядело очень странно. В качестве смотрителей нужны были животные, не ограниченные в умениях и навыках своей природой, способные выполнять множество задач. Но Агата говорила об этом на полном серьёзе, а позднее она вместе со своими близкими коллегами представила самый первый экземпляр – пони, скрещённого с тезарием. Также Фауст усердно потрудилась над разработкой нового скелета для этого копытного. Она практически с нуля создала для пони крайне ловкие и гибкие передние конечности. Естественно, Агата не забыла наделить его разумом — мозгом, созданным на основе человеческого ДНК. — Так ваши первенцы – это земные пони? – сделала предположение странница, охваченная дрожью. — Нет, глупышка, — горделиво улыбнулся единорог, – Немо говорит о твоей расе, о кристальных пони. А одна из Тезариевых башен – это и есть твоя Кристальная Империя. — Ох, — едва устояла на ногах Ави. – Это… невозможно. — Всё верно, мистер Гранджерфог прав. И более того, сейчас я крайне обеспокоен твоим присутствием, Авилина, — B3K холодно, с нахмуренным лицом взглянул на остолбеневшую кобылку. — Что ты здесь делаешь? Твоя башня находится очень далеко от этого места! — Э-эм, меня и Старсвирла поймали те обезьяны, которых вы выгнали за дверь, а затем они притащили нас в свои земли. Всё случилось так не вовремя, но мы оказались здесь, благодаря им, — кристальная пони вся вспотела и начала учащённо дышать. — Что ж, я уверен, после этого разговора они обойдутся с вами намного снисходительней. Даже могут начать боготворить тебя и твой народ, как они поступили со мной. Хм, какие же они наивные, — Немо покачал головой с усмешкой на лице. – В любом случае, тебе нужно будет отправиться домой после нашего разговора. — А что случится-то? – ещё больше занервничала Авилина. — Находиться так далеко от Тезариевой башни крайне опасно. И об этом мне ясно говорит отсутствие защитно-целительного покрова на твоём теле. Так что, не спорь и возвращайся сразу же, немедленно! — Эм… — Итак, Фауст провела несколько испытаний и, как оказалось, её идеи были весьма неплохими, даже лучше, чем мы предполагали, после чего она занялась выращиванием других разновидностей этого вида. Тем не менее, учёным с других разделов тоже удалось добиться впечатляющих результатов: к примеру, они больше всего гордились ранними прототипами фантастических существ – драконами. А в то же время Агата завершила ещё один проект своей работы, добавив к разновидности тезариевых пони ещё одну особь. На основе ДНК, так называемых, кристальных пони были созданы трудолюбивые земледельцы. Ими являлись крепкие и выносливые пони, чьё предназначение заключалось в том, чтобы облагородить перерождённую землю. То есть, это были первые жители, которые никоим образом не были связаны с Тезариевыми городами, но они были отчасти связаны с тезарием. Позже, к ним присоединились разведчики – пегасы, обладающие лёгким и в то же время прочным скелетом, благодаря чему они могли летать. И, как смешно это не звучало бы, единороги же появились случайно. — Случайно? – оскорблённо пробубнил Гранджерфог. — Можно мне кое-что уточнить? – прошептала Авилина. — Создавая новые виды ресурсов, учёные обнаружили, что один из них может взаимодействовать с излучением, оставленным после взрывов ракет с технологией Нанолитового Расщепителя. Для живых организмов оно оказалось безвредным, поэтому нам не пришлось строить другие виды поглотителей, вроде Тезариевых башен. Мы назвали этот элемент «неоптаниумом», а затем решили использовать его на рабочих пони для большей эффективности. Для этого мы собрали небольшое внешнее устройство, которое было подключено к мозгу. В конце концов, после ошеломительных результатов, мы смогли внедрить эту разработку в ДНК рабочих, после чего появились единороги. Таким образом, устройство было перестроено на органическом уровне, развиваясь в новых прототипах с самого рождения. Занятно, что форма одного рога появилась самой последней, — усмехнулся Немо. – Мы пробовали парные рога, затем разновидности оленьих рогов с фокусировкой энергии, но самым простым и эффективным оказался единый рог, пришедший к нам прямо из древних сказок и мифов. Вот так появились пони-учёные, способные использовать безвредное излучение от оружия КРС для своих нужд. В то время наши люди не смогли изучить эту энергию досконально, поэтому все единороги из нашей лаборатории могли пользоваться только левитацией предметов. Но потенциал у такого бесценного и неожиданного подарка был безграничным. Наши теоретики предполагали, что единороги смогут и дальше развивать способности уже без нашей помощи. А напоследок, учёные создали пони-судей.       Немо ненадолго замолк, отчего Ави хотела рассказать о своих опасениях, но затем тот снова заговорил: — Я, наверное, вас уже утомил, поэтому я кратко расскажу об итогах последних достижений учёных, пожертвовавших собой ради благородной цели, — цвет существа поменялся на белый, а голос стал холодным и бесчувственным. — Терраформирование на многих территориях прошло совсем не так, как предполагалось – в некоторых зонах произошли сдвиги плит, из-за чего массивные пласты территорий стали отделяться от материков, навсегда поменяв глобальную карту Земли, но прошло всё это без серьёзных последствий. Искупители выполнили свои задачи, включающие переработку большинства городов на ресурсы, изменение ландшафта в угоду новым климатическим изменениям, нахождение всех подземных убежищ и посмертное усыпление всех уцелевших людей, находящихся внутри. — Что вы сделали?! – неожиданно вскрикнул Старсвирл. – Вы убили их всех? — Выполнив все поставленные задачи, — продолжил говорить B3K, не обращая на единорога никакого внимания, — Искупители перешли в режим ожидания, на случай непредвиденной катастрофы, как и требовала их программа. Изучение Фрэнка Харрисона оказалось весьма интересным и, к тому же, очень проблемным для любых живых существ, в том числе и для человека — подопытный мог влиять на мозг самыми разносторонними способами. Многие учёные рассказывали о галлюцинациях, расстройствах психики, странных видениях, а некоторым казалось, что они находятся под водой, после чего они погибали от удушья, собственноручно пережав себе дыхательные пути. Незадолго до общего анабиоза, Фрэнку удалось сбежать из тюремной камеры, после чего он выпустил всех своих гибридов, воспользовавшись нашей программой заселения. Та же программа выпуска капсул с зародышами всех организмов использовалась для расселения живых существ из всех лабораторий на поверхности Земли. Они должны были самоуничтожиться вскоре после того, как животные выберутся наружу. Но, судя по четырём активным сигналам в мире, это произошло не со всеми капсулами. Что объясняет присутствие в лаборатории приматов, тезариевой пони и пони-учёного, а также объясняет лишнюю трату энергии B3K №542901, запасы которой ограничены и не предназначены для разъяснения прошлого, о котором выращенные организмы не должны знать вообще. На этом… — Немо вновь остался в неподвижном положении, а затем через несколько секунд он и вовсе исчез, оставив зал и гостей в полной темноте. — Подожди! – всхлипнула кобылка. – Что будет, если я не вернусь домой?!       И прошло не больше пары минут, а Немо всё не появлялся. Гранджерфог ушёл в свои мысли, присев у ближайшей стены, а странница из Империи готова была разрыдаться. — Как ты думаешь, без кристальной шёрстки со мной что-нибудь случится? – прошептала Ави, усевшись рядом со Старсвирлом. — Прости, Авилина, но я ничего не знаю о вашей расе. Полагаю, что без Кристальной Империи твоя жизнь изменится. А судя по словам этого “Создателя”, ты тесно связана с тем местом. И нарушение этой связи будет иметь свои последствия, — старый маг положил копыто ей на спину, чтобы хоть как-то ободрить.       К удивлению присутствующих, БиТриКей решил долго не задерживаться, опять возникнув из своего пьедестала. Белый свет озарил весь зал, а его яркость не прошла бесследно для глаз пони, которые уже начали привыкать к темноте. И голос Немо теперь стал безэмоциональным и совсем отчуждённым: — Модуль симуляции чувств расплавился, а замены ему больше нет, но B3K ещё функционирует, поэтому он сможет говорить с пользователями, — Немо смотрел на гостей пустыми глазами, находясь в одном и той же позе, без движений.       Авилина поднялась с пола и помогла встать единорогу, а затем они быстро надели свои шлемы, и направились к БиТриКею. — Вы можете ответить на наши вопросы? – уже без восхищения спросил Гранджерфог, подойдя очень близко к Создателю. — Да, по своей программе B3K должен отвечать на вопросы, а также управлять системами подводного комплекса. — Что случиться со мной? – нервно спросила Ави, теряя своё терпение от постоянного игнорирования и молчания Немо. – Что произойдёт с тезариевыми пони, если Тезариевая башня исчезнет, или будет разрушена. — Разрушение главного источника невозможно, а вдали от него существа, имеющие тезарий в своей ДНК, быстро состарятся и вскоре умрут. Для предотвращения этого, вы, будучи тезариевой пони, должны вернуться в свой город. Следующий вопрос. — Я не… могу поверить, — прошептала кристальная пони со слезами на глазах, после чего она гневно протёрла лицо. – Где находятся остальные Крис… Тезариевые башни?! — Полный доступ к расположению всех Тезариевых башен имел лабораторный комплекс под номером три.       Ави, мысленно догадываясь о таком ответе, перестала слушать Немо и со всей силы бросила свой шлем об стену, разбив проектор картинок вдребезги. — Тише, тише, — Старсвирл подошёл к пони и крепко обнял её. – Я не брошу тебя и помогу всем, чем смогу. Мы найдём выход, я обещаю!       Гнев кристальной пони в объятиях добродушного старика начал стихать, оставив после себя лишь подавленное настроение. Она с тихим всхлипом прошептала единорогу на ухо: — Нет, ты слышал его, меня уже не спасти. Но... я радуюсь всем сердцем, что мы всё-таки спасли Кристальную Империю. Может, когда она снова появится, её удастся излечить от проклятия, сделавшего Сомбру безумным? Избавить её от этого навсегда… — Авилина, мне… очень жаль, — в отчаянии старый маг прижал голову к шее странницы. – Мы должны найти другие башни, вдруг… — Ничего, всё нормально, — Ави с улыбкой и смирением погладила его седую гриву. – По крайней мере, я смогу прожить так же, как приходится жить вам. И умереть так же, как и вам. — Я не… хочу думать об этом, Авилина, ты ещё так молода, — единорог с влажным и покрасневшим взглядом посмотрел на разноцветные глаза кристальной пони так, словно она могла умереть в эту же секунду. – Твой друг, Сомбра, был благородным и добрым единорогом, и я уверен, что он всеми силами искал любые пути, но так и не смог перебороть воздействие чёрного кристалла. И я уже знаю, в кого он мог превратиться, если бы выжил. Я рад, что он успел предотвратить это. — Да, но ради чего? – кобылка с грустью покачала головой. – Любой недуг ведь можно излечить… — Послушай, Авилина, если я выберусь отсюда, то все узнают о том, что он сделал. Его брат и все жители Сорслэнда будут гордиться им, а остальные будут воспевать песни о его самопожертвовании. — Как забавно, а ведь Сомбра просил, чтобы я солгала о нём. Якобы он захватил нашу Империю в порыве безумия и жажды власти, а нас превратил в рабов, — Авилина перестала улыбаться и взглянула в глаза старого мага. — Говори, что хочешь, но вряд ли твой рассказ об исчезновении целого города воспримут серьёзно. — Почему мой? — усмехнулся Старсвирл. – Это будет наш рассказ! Мы выберемся с тобой отсюда! А потом я приведу тебя к своему знакомому, и вместе мы поможем тебе! — Я очень ценю твою милую заботу, но сейчас дай мне побыть одной, пока это возможно, — Ави бережно убрала копыто единорога и легла на пол, слушая, как старый маг с хрустом поднимается и после грустного вздоха направляется к Создателю. — Кто вы такой? Вы тоже человек? – напористо спросил Гранджерфог удручённым голосом. – Но я не верю в то, чтобы живое существо могло рассказывать обо всём этом кошмаре без единой толики сочувствия, или сострадания! Покажись ты, наконец, хватит прятаться! — Нет, B3K – это искусственное воплощение Фрэнка Харрисона, а если говорить точнее, Немо – его мозг в цифровом виде. — Я не понимаю, искусственное воплощение? – нахмурившись, переспросил единорог. – Так вы живой, или нет? Как вы смогли прожить так долго, да и вообще как можете появляться из воздуха и менять свой облик? — Нет, B3K неживой, он является результатом кропотливой работы учёных, которые использовали достижения Японской Империи в области робототехники. — Что? Но вы разговариваете, а в самом начале вы могли показывать нам свои эмоции, чувства и мысли. — Всё это было сделано людьми. С помощью модулей они сделали B3K похожим на них, но во многих чертах он совершенно не похож на людей. B3K не испытывает эмоций, не может свободно развиваться, стареть и даже умереть, а как только закончится оставшаяся энергия, он отключится навсегда. — Как… такое возможно? – прохрипел Старсвирл, немного перестаравшись до этого с голосом. – Тогда где же эти учёные, о которых вы постоянно говорили? Агата Фауст, наш творец, мы можем встретиться с ней? — Они давно умерли в своих камерах анабиоза. Энергии было недостаточно для поддержания камер в рабочем состоянии на такое длительное время. Но они знали об этом и хотели умереть во сне. По сей день, блок с камерами лежит на дне, после затопления из-за повреждений в корпусе лаборатории. — Что ж, это весьма печальная новость, — ещё сильнее приуныл Гранджерфог, — я бы хотел встретиться с ними. Узнать больше об их культуре и истории. О том, как они жили. — Вы не должны были здесь появиться. Вы не должны были знать о людях и о том, что с ними случилось. На ваше счастье блокировка давно сломана, поэтому вы до сих пор используете этот изъян и получаете информацию, о которой вам нельзя знать. — Да, это верно, но будучи единорогом, я обязан знать больше, поэтому я воспользуюсь этим случаем в полной мере, — ехидно ухмыльнулся старик. — B3K это предотвратит, но он хочет, чтобы ты ответил на его вопрос. — Что? – рассмеялся Старсвирл. – Как же вы это сделаете, интересно? — Как выглядит мир, в котором вы живёте? – без колебаний продолжил Создатель. — Светлый, насыщенный множеством цветов и оттенков. Зелёные поля и леса, чистые реки и озёра. В общем, совершенно не тот мир, который я видел на ваших картинках. — Значит, люди пожертвовали собой не зря, — после этих слов Немо замолчал. — Подождите, у меня ещё остались…       Но двери раскрылись, и B3K позвал обезьян громким и повелительным тоном: — ПРИМАТЫ! МОЖЕТЕ ЗАХОДИТЬ! — Нет-нет-нет, я хочу знать о создателях ещё больше, — не на шутку забеспокоился старый маг.       Авилина встала и посмотрела на единорога, который начал в спешке подбегать к белым хранилищам и вытаскивать их содержимое. — Я не уйду отсюда с пустыми копытами! – тяжело дыша, сказал Гранджерфог, схватив некий куб с гладкими углами и покрытый едва заметными щелями.       А вскоре в зал вошли обезьяны, которых явно не разочаровало столь долгое ожидание. Можно сказать, похитители были в хорошем настроении и в предвкушении долгожданного вердикта. — Создатель, — Ак'Риша преклонилась перед Немо. – Вы смогли узнать, насколько разумны эти пони? Как нам с ними поступить? — B3K даст ответ на твой вопрос, примат. — Что с вашим голосом? – удивилась Старшая Мату’ри. — Это настоящий голос Создателя. Так знай, примат, она и её раса стали жить в этом мире задолго до вас и вашего появления. Только благодаря им и их городам, вы ходите, дышите, размножаетесь. Обходитесь впредь с ней достойно! – с этими словами Немо стал терять яркость в своём теле, начиная обретать серые и мутные оттенки. — А теперь покиньте этот зал, вашему Создателю нужно отдохнуть. — Как пожелаете, Создатель, — Ак'Риша и Апату отвесили низкий поклон, а затем начали провожать гостей к выходу. — Нет, вы не понимаете! – стал упираться Старсвирл. – Он не такой, каким вы его считаете! — Идёмте, пони, Создатель хочет покоя, — Ак'Риша пристально взглянула на Авилину, с таким же восхищением, с каким она смотрела на БиТриКея всё это время.       Но похитительница не сказала ни единого слова, вежливо пропустив кристальную пони вперёд. Затем Апату вытащил бедного старика, после чего двери по воле Немо закрылись. Ави даже не могла смотреть на лицо Гранджерфога после такого бесцеремонного выпроваживания, ведь она прекрасно знала, как единороги относятся к новым знаниям.

***

      Спуск обратно к огромному хранилищу капсул заселения прошёл довольно тихо. Никто не промолвил ни слова с того момента, как все ушли из главного зала и забрались в ныряющий корабль. Обезьяны сидели в своих привычных позах, но теперь в их взгляде на пони смотрелось нечто иное, словно они глядели на героев. Более того, Ави стала беспокоиться за странное поведение Старсвирла, который после встречи совсем переменился, настолько, что даже не снял шлем. Конечно, странница прекрасно осознавала, что любой на их месте сегодня вёл бы себя точно так же после таких откровений о происхождении, создателях, прошлом, об остальном мире. Особенно, когда этих слушателей похищают, а затем силком приводят к призраку какого-то человека. — Эй, ну не расстраивайся ты, — слегка улыбнулась Авилина. – Ещё как-нибудь увидишься с ним. Слушай, когда мы вернёмся домой, расскажи своим друзьям из Зиалона об этом месте. Как тебе эта идея? Да и ныряющий корабль никуда не денется.       Старый маг продолжал неподвижно сидеть, не моргнув и глазом на слова кристальной пони. Гранджерфог уставился мертвенно бледным взглядом на смотровое окно, безотрывно наблюдая за красотой океана. Тем не менее, Ави быстро убедилась в том, что он живой, ведь было слышно его тихое сопение. — Старик? – Авилина легонько дотронулась до его исхудавшего плеча. – С тобой всё нормально? Как будто он спит, но разве можно спать с открытыми глазами? – задумчиво обратился к страннице внутренний голос. — А ладно, сиди! Не обращай внимания, — проворчала Ави, оставив единорога и подойдя к смотровому окну, рядом с которым сидела Ак'Риша. — Тебя что-то тревожит, пони? — послышалось со стороны обезьяны, которая даже не открыла глаза. — А? Нет… не знаю. Эм, на вашей земле есть кристальные города? Или хотя бы одна башня? — Что? Я тебя не понимаю, — Старшая Мату’ри наморщила лоб, но веки так и оставила закрытыми. — Что значит кристальные? — Ну, то есть они сделаны из камней, которые могут блестеть на солнце, вроде как-то так. Ничего подобного не видели в своих… лесах? — Да, пони, в центральной части Амакару я видела такое. — Правда? Где именно? – сразу же оживилась Авилина. — Амакару, земля наших предков, хранит множество утерянных городов. И руины из блестящих камней тоже относятся к ним, — Ак’Риша вновь приняла расслабленную позу. — Руины? – с глубочайшим разочарованием выдохнула Авилина все свои надежды. — То есть, там никого нет? — Да, там тебя ждёт лишь пустота. И малые, да великие твари, которые ищут спасения от хищников. — Ясно. — Ты спросила об этом не просто так, — обезьяна раскрыла глаза и с пониманием вгляделась в разноцветные глаза Ави. – Твои предки жили там? Создатель говорил, что вы одна из Первых. И я чувствую духовное возвышение. Предки осветили мой путь, и в конце него я встретила одну из Первых, — Ак’Риша склонила голову перед странницей. — Это уже лишнее, — Авилина почувствовала себя крайне неловко от этого поступка. – Да, может быть, мои предки когда-то и жили в этих руинах, но я из другого места. На Земле Ящеров, как вы её называете, тоже есть… был такой город. — Ты хочешь вернуться обратно? – обезьяна подняла взор, наполненный грустью, после чего он приобрёл тот знакомый серьёзный тон. — Мы отправим тарцис с вами сразу после восхода солнца. — Я… даже не знаю. Может, это покажется глупостью, но... я хочу остаться с вами, — кристальная пони весело улыбнулась и посмотрела в глаза Старшей Мату’ри. – Я хотела бы узнать вас поближе. — Зачем тебе оставаться с нами? – удивилась Ак’Риша, едва успев скрыть радостный огонёк. – Мы силой забрали вас с родных земель. Ты можешь уходить отсюда, когда захочешь. — Нет, правда, мне… здесь нравится, — Ави глубоко вздохнула и с толикой грусти посмотрела на единорога. – Только верните его домой. Мне кажется, что он сам желает этого больше всего. — Как пожелаешь, Первая. Мы доставим его в целости и сохранности, — Ак'Риша тоже задумчиво оглянула старого мага и закрыла глаза.

***

      Достигнув поверхности, гости встретились с багровым солнцем, которое неспешно уплывало за горизонт, прощаясь со всеми всего на одну ночь. И вид из пещеры при этом поразил Авилину до глубины души: оранжево-красный шлейф весело отплясывал на поверхности воды, а мирно парящие облака самых невероятных форм и размеров с радостью составили компанию уходящему на покой светилу. После этого, Авилине ещё сильнее захотелось остаться в этом мире.       Ва’Дук, как и Апату, обладал поистине великим терпением и непоколебимой преданностью. Мату’ри встретил Ак'Ришу с остальными и, судя по всему, он даже не выходил из этой пещеры. Бедняга… ведь места хватило бы на всех. Почему его оставили здесь? – всплыло у Ави в голове, когда она с сочувствием посмотрела на лицо обезьяна, просидевшего здесь с момента их погружения.       Мату’ри вышли из ныряющего корабля, обменявшись затем с Ва’Дуком странными жестами. После мохнатых существ, наружу собралась выходить Авилина, но Старсвирл продолжал стоять на полу, словно примеряя на себя роль статуи. — Старик? Хватит уже этих глупых шуток, — засмеялась, в мыслях чувствуя, что его поведение абсолютно ненормально. – Давай вылезай.       Вместо этого единорог развернулся от кристальной пони и начал рассматривать судно, а затем он подошёл к столику управления кораблём. Ави быстро поняла замысел единорога. Но он уже нажал на кнопку, из-за чего судно должно было закрыться и вернуть обезумевшего Гранджерфога обратно в комплекс. К изумлению Авилины, старый маг не остался внутри, а схватил её и выпрыгнул из корабля. — Старсвирл! — вскрикнула кристальная пони в непомерно крепкой хватке старика, но ей даже не пришлось вырываться, так как единорог тут же выпустил её. – Что ты дел… — оставшиеся слова так и не вырвались из уст кобылки, ведь теперь ныряющий корабль привлёк всеобщее внимание.       После того, как судно закрылось, весь его корпус покрылся трещинами и раскалился докрасна, словно железо в кузницах земных пони. И это свечение становилось всё ярче, отчего пони и обезьяны вынуждены были зажмуриться. А уже через несколько секунд от корабля почти ничего не осталось: он весь развалился на мелкие части, которые стали растворяться в воде, оставляя после себя маслянистую жидкость. — Что вы наделали?! – крикнула Ак'Риша, с яростью сжав кулаки.       А вслед за ней послышался недовольный ропот Ва’Дука. Но громкий голос, донёсшийся изо рта Старсвирла, заставил всех замолкнуть. — Это последняя воля Создателя! Вы получили то, чего не должны были знать! Но B3K не осуждает вас! Любопытство – это то, что двигало людей вперёд на протяжении тысячелетий! Вам не нужна помощь разбитого и сломанного устройства – жалкой копии человеческого величия! Вы должны полагаться только на себя! Так было всегда, так и останется впредь! Прощайте и да храните эту планету в мире и покое! Теперь это ваш дом! Пусть жертва человечества не останется напрасной!       И после этих слов, голос умолк, а недоумевающий единорог снял шлем и хорошенько встряхнул головой: — Что… что случилось? – Гранджерфог оглядел всех присутствующих так, словно видел их впервые.       Из его копыта, прижатого к груди, выпали два предмета, которые он не выпускал даже тогда, когда находился во власти Немо. Как заметила Ави, БиТриКей всё-таки исполнил своё обещание, воспользовавшись единорогом и Словарём. Так создание из света и чуждых технологий покончило с нежданными визитами навсегда. Авилина не стала огорчаться таким исходом, ведь главное, что со Старсвирлом всё было в порядке: — Я так рада, что ты не сошёл с ума из-за этого Немо, — она крепко обняла друга, а затем наклонилась, чтобы подобрать маленькую коробку с цветами и грязно-белый куб. – Держи, и больше не теряй эти сокровища. — Авилина, это ты? – с крайним удивлением пролепетал единорог. – Ох, моя голова. Последнее, что я помню, это как мы выходили из того зала. А дальше… — Тише, старичок, — усмехнулась кристальная пони, отходя на пару шагов от Гранджерфога. – У нас ещё будет время обо всём поговорить. А сейчас нам нужно уходить, пока не наступила ночь. Ибо ночи в этих землях темны и полны ужасов.