Песнь Солнца и Луны: Чёрный Кристалл

Ф Л А Т Т Е Р Ш А Й

      Весело напевая себе под нос знакомую песенку о зимней уборке, пегаска в бодром настроении приплясывала от одной миски к другой, наполняя каждую из них кормом. Только успело прийти время обеда, а милые и любимые зверушки уже сидели на своих местах, дожидаясь своей хозяйки.       Хотя большая часть зверей устроилась на зимнюю спячку, в комфортном устройстве которой помогала сама Флаттершай, всё же оставались и те, кому достаточно было обычного сна, как и всем пони.       В зимнее время пегаске больше всего нравилось сидеть дома, комфортно устроившись на диване и любуясь своими маленькими друзьями. Особенно её радовали забавные игры котят, у которых в такое время было столько сил и энергичности, что Флаттершай сама порой жалела об отсутствии оных у себя.       Едва она подошла к миске Эйнджела и приготовилась отсыпать салата из капусты и моркови, как в дверь кто-то постучался. — Ой, одну минутку, — сказала пони в сторону входа, вновь приготовив салатницу к отгрузке.       Следующее постукивание заставило пегаску дрогнуть от лёгкого раздражения и поставить салат на стол к остальным кормам. — Извини, Эйнджел, но кому-то не терпится зайти ко мне в гости, — Флаттершай добродушно улыбнулась своему любимчику, но тот, взглянув на пустую миску, ответил хмуростью и скрещёнными на груди лапами от негодования.       Когда пони открыла дверь, то увидела у себя на крыльце немного худощавого единорога с острым взглядом небольших голубых глаз, ровным, слегка выпирающим подбородком и весьма недовольным выражением лица, которое он сразу же сменил на более простое, не вызывающее негативных чувств, приготовившись к разговору. Он был наряжен в серое пальто, скрывающее почти всё тело, а голову украшала тёплая шапка, напоминающая кепку. Тёмно-серый шарф на шее, а также чёрная обувь на копытах, едва видневшаяся из-под одежды. Шерсть у пони имела томатный оттенок, а грива, немногие части которой можно было увидеть, цвета зелёной сосны. — Мисс, Флаттершай? — Здравствуйте…сэр? – пегаска немного смутилась от вида незнакомого пони, ожидая, что к ней пришла одна из её подруг. — Я хотел бы поговорить с вами о ваших расходах. — Простите? Но зачем это вам? — Сразу к делу и я как всегда забыл представиться, — улыбнулся единорог. – Меня направил наш банк, чтобы напомнить вам о задолженности. — За…задолженности? – дрожащим голосом промямлила она. – Но ведь… — Простите, что перебиваю, мисс Флаттершай, но вам не кажется, что содержание такого огромного числа зверей – довольно сложное и затратное дело, — представитель местного банка почесал себе лоб, приподняв шапку. — Но я… — Одни траты на корма стали превышать ваши собственные доходы от лечения и ухаживания за лесными животными, — единорог мельком посмотрел в гостиную. — Да, я знаю, мистер, — с грустью прошептала кобылка, – но цены на корм стали слишком высокими в этом году, а моя зарплата нисколечко не поднялась. Ни на один битс. — Я прекрасно вас понимаю, мисс, но я действительно хочу вам помочь, — единорог ухмыльнулся, показав свои белоснежные зубы. – Под вашей опекой находится очень много животных. Я считаю, что для вас одной это слишком. Вам не хотелось бы отдать некоторую их часть, или вообще отпустить? — Какая вам разница, как много их у меня? – с негодованием спросила Флаттершай, от задетых чувств она стала терять терпение. – К тому же ни один пони в Понивилле не знает, как заботиться о розовом фламинго, о морском котике, даже о тукане, в конце концов! Как можно не знать такого? — У вас есть семья, которая могла бы вам помочь? – с надеждой спросил банковский рабочий. – Может, ваш супруг? — Что? Но у меня нет… супруга, — пегаска застенчиво опустила глаза к полу. — О, странно, должно быть у нас что-то напутали. Прошу прощения за эту оплошность, — единорог достал из-под пальто блокнот, сделал отметину, а затем вновь спрятал его и поправил шапку так, что её козырёк закрыл верхнюю часть лица. В любом случае… — Всё, достаточно на этом! — возвысив голос, сказала кобылка. — Спасибо за вашу заботу, но вы уже напомнили мне о задолженности и я приложу все силы, чтобы её закрыть, — Флаттершай холодно посмотрела на банковского представителя и приложила копыто к дверной ручке. – Всего вам… доброго, мистер.       Единорог отошёл на пару шагов назад и сказал напоследок: — Помните, что некоторые ваши маленькие друзья могут привыкнуть к такой чрезмерной заботе и… — Всего. Вам. Доброго, — со скрежетом в зубах ответила пегаска, перед тем как закрыть дверь.       Она сразу же встретилась с удивлённым Эйнджелом, которому, кажется, стало уже не до еды. Флаттершай от накипевшего волнения стала часто дышать, а затем она испуганно взглянула на кролика. — Что это на меня нашло? – обеспокоенно спросила она своего друга. – Может мне стоит выйти и извиниться за такую грубость, как ты считаешь, Эйнджел? – кобылка вопросительно и с надеждой уставилась на своего питомца, но тот лишь махнул лапкой и с хитрой улыбкой указал на пустую миску. — Ох, конечно, — пегаска мигом подошла к столу и взяла салатницу. – Вот, кушай, мой дорогой.       Сев за стол, Флаттершай стала наслаждаться тем, как её маленькие друзья с удовольствием вкушают сытную пищу с довольными выражениями на мордочках. Быстро перебрав в уме то, что она смогла покормить всех зверушек, пони заметила, что до ужина у неё остаётся свободное время, которое можно потратить на что угодно. И пегаска решила вспомнить о своём любимом зимнем занятии – вязанью маленьких кофт для своих друзей.       Дело пошло скоро, а вид спящих котят радовал Флаттершай каждый раз, когда она отвлекалась от спиц и посматривала на них, радуясь тем, что в доме тепло и уютно, благодаря чему никому не приходиться мёрзнуть. Обычно пегасы устраивают тёплые зимы, но в этот раз они немного переборщили. А тем временем очередной стук в дверь заставил кобылку прерваться от своих мечтаний и размышлений, а также от любимого дела.       Она решила, что тот единорог вернулся, к чему пони уже заранее приготовилась, чтобы принести извинения за своё грубоватое прощание. К её удивлению, на пороге стоял вовсе не он, а Эпплджек собственной персоной. На ней был одет зелёный свитер с вышитыми на нём красными яблоками и узорами в виде белых линий. Голову украшала, как обычно, широкополая шляпа, но к ней ещё прибавился платок, который отлично закрывал уши. — Привет, Флаттершай, мой сахарок! — Привет, Эпплджек. Никогда не думала, что ты можешь прийти ко мне в гости, — улыбнулась та. — Дааа, — усмехнулась земная пони, положив копыто себе на шляпу, — и ты, редко заходишь на нашу ферму. Но сейчас мне нужна твоя помощь. — Да? Вайнона заболела? Или твои свинки потеряли аппетит? – обеспокоенно затараторила пегаска. — Чего? Неет, — махнула она копытом, засмеявшись. – Я всего лишь решила провести небольшую уборку в своём подвале, а там наткнулась на какие-то цветы. Сначала я подумала, что это обычные сорняки, но они оказались слишком красивыми. — Мне кажется, что ты пришла ко мне зря, — покачала головой Флаттершай. – Я специалист по животным, а не… — Знаю-знаю, но Твайлайт не было дома. — Я всё равно не понимаю, Эпплджек, ты работаешь на ферме. Могла бы спросить о цветках у Бабули Смит. У меня ведь даже нет огорода, — голос кобылки стал совсем тихим, она опустила голову, сожалея о том, что ничем не сможет помочь. — Ухх, а что ты скажешь насчёт хорошей прогулки?! А, подруга? – земная пони радостно подмигнула и в знак одобрения махнула копытом в сторону. — Твайлайт не выходит из дома, ты тоже выходишь лишь за продуктами и больше никуда! Я уже устала проводить время с Пинки Пай! — Что ж, думаю, погулять мне и в правду не помешает, — с неохотой согласилась Флаттершай. – Но я ведь не могу оставить своих любимцев одних! – лицо сразу же переменилось беспокойством.       Эпплджек украдкой взглянула в гостиную и слегка нахмурилась. — Смотрю, твои друзья так боятся остаться в одиночестве, что сами решили позаботиться о себе.       После этих слов пегаска повернула голову и увидела, как Эйнджел играл с одним проснувшимся котёнком. Енот по имени Каннинг уже достал для себя еды и решил поделиться излишком с Эллипсом – совой, которая всегда любила зимовать у Флаттершай дома. — Полагаю, на часик я смогу их оставить, — кобылка закрыла глаза и улыбнулась. — Отлично! – обрадовалась земная пони. – Тогда я подожду тебя здесь, пока ты оденешься, — она подошла к окну. — Дааа, как же я ненавижу зиму.

***

      Флаттершай редко когда удавалось поговорить со своей бойкой и жизнерадостной подругой наедине. После целой череды рассказов о том, насколько интересна жизнь Пинки Пай, пегаска с Эпплджек со смехом согласились на том, чтобы поскорее закончилась эта зима.       Придя к “Сладкому Яблочку”, светло-жёлтая пони удивилась, насколько сильно всё меняется в зимнее время. Вместо ярко окрашенного амбара, стояло невзрачное, словно заснувшее, строение, у которого потускнела краска на стенах, а крыша вся была засыпана снегом. Пестрящие вкусным и питательным разнообразием огороды превратились в сплошные белые поля, границы которых едва можно было заметить по торчащим столбикам заборов. Яблоневые сады заснули долгим сном, ветви которых закутались в снежные одеяла. — Твайлайт что-то слишком усердно засела в книги после спектакля, — сказала Эпплджек, когда она с подругой остановилась у белых врат в форме арки. – Ты заходила к ней хоть раз? — Да, но Спайк говорил, что она была занята, — тихо ответила Флаттершай, поглядывая на опустевшую усадьбу.       Ферма “Сладкое Яблочко” потеряла своё очарование, лишившись зелёных красок. Зима сделала её тихой, блеклой, но всё равно до боли узнаваемой. Только теперь все животные прятались в хлевах, а земля отдыхала до следующих посевов. — А чем ты занимаешься в зимние дни? – поинтересовалась пегаска. — Разными мелочами, — поглядела она на подругу, — сортируем семена для следующего урожая, продаём яблочный джем, потихоньку съедаем собственные запасы. О, кстати, тебе не нужна пара банок? — Правда? – обрадовалась та. – Я давно хотела попробовать что-нибудь из вашей кладовой, да как-то забывала попросить об этом. — Так держать, сахарок! Завтра приходи с сумками, чтобы мы могли дать побольше вкусностей. — Ура, — широко улыбнулась Флаттершай, — спасибо тебе, Эпплджек. — Завтра скажешь спасибо, а сейчас пойдём в подвал. А то мы стоим здесь, как застоявшиеся стога сена, — захихикала земная пони. – Если хочешь, Бабуля Смит может научить тебя саму готовить такие вкусности, только попроси. — Даа, обязательно, — снова ответила улыбкой пегаска, — всё равно зимой еда сильно дорожает.       После разговора, подруги направились прямиком к нужному месту – хранилищу для запасов. Именно там находилось то, о чём хотела узнать Эпплджек. Подвальную дверь с выступающим проёмом заметить среди сугробов было довольно тяжело. Но когда пони подошли поближе, то её нахождение не составило ни малейшего труда, благодаря тому, что гордая носительница фамилии Эппл уже очистила проход.       Спустившись вниз, поначалу пугаясь, Флаттершай заметила, что внизу было немного теплее, чем снаружи. Но всё равно недостаточно для того, чтобы какой-то цветок решил обрастись. Если он, конечно, не являлся представителем тех видов растений, что любят расцветать рядом с землями Морозного Севера. Хоть пегаска и сказала о своём полном незнании флоры, всё же она в детстве достаточно начиталась нужных книг, чтобы знать о разных вкусовых предпочтениях у её маленьких друзей.       Светло-жёлтая пони никогда не бывала в подобных местах. Стены по обеим сторонам были заняты прочными деревянными полками, полностью забитыми разнообразными банками, наполненными огурцами, помидорами и покрошенной морковью. Это только то, что стояло на переднем плане. Остальное Флаттершай разглядела не так внимательно.       Подвальное помещение только казалось, что занимает совсем мало места, выставив наружу одинокую дверь. Внутри оно было весьма просторным, особенно в том случае, если бы убрать все полки с запасами. Изнутри подвал был обделан камнями. И когда подруги подошли к самой дальней стенке, то Эпплджек с усилием отодвинула один из булыжников. Там-то как раз и спрятались странные цветы.       Растения имели несколько стеблей, выходящих из одного места. Внимание привлекали красные лепестки у цветоложа, которые становились белыми по краям. Сама середина была ярко-жёлтой. Также особенно выделялся запах, который Флаттершай стала с удовольствием вдыхать. — О, они так вкусно пахнут, — облизнулась пегаска. – Удивительно, что эти малютки смогли вырасти в таких условиях. — Да, это точно. Настоящие крепыши, — согласилась земная пони, а затем она пристально посмотрела на свою подругу. – С тобой всё хорошо, сахарок? Всю дорогу у тебя был такой вид, будто ты что-то хотела сказать, но, кажется, я своей болтовнёй не давала тебе этого сделать. — Что? Нет-нет-нет, — повертела головой пегаска, — у меня всегда такой вид, разве ты не знаешь? – невесело усмехнулась она. – Давай лучше поговорим об этих очаровательных цветах. — Ну вот, теперь я точно вижу, что тебя нечто гложет, — Эпплджек с твёрдостью в лице подошла поближе. – Может, тебя кто-то обижает? Какой-нибудь приезжий из города докучает тебе? — Нет, конечно, – пролепетала Флаттершай, пытаясь не глядеть земной пони в глаза. – Мне просто… я… уф, — пегаска поняла, что ей никак не удастся противостоять проницательному взгляду своей подруги. — Всё хорошо, ты можешь мне рассказать, — успокоила Эпплджек. — Ладно, — тихо вздохнула та, — снова подняли цены на корма. А я ни за что не уменьшу рацион своих маленьких друзей. Из-за этого у меня появилась задолженность в нашем банке. Потому что у меня самой начало не хватать денег. — И ты не хотела об этом говорить, Флаттершай?! — взволновалась земная пони. – А как же твоя оплата от ухаживания за животными? — Её, к сожалению, оставили такой же, как и в прошлом году, — грустно выдохнула пегаска.       Последние слова привели Эпплджек к задумчивости. Она посмотрела на цветки, потом на свои запасы. В конце концов, она с радостью на лице обратила взор на подругу. — Нашла из-за чего переживать! Я с удовольствием помогу тебе с этой проблемой. Оплатим твой долг моими сбережениями от продажи джема и всё будет в порядке, – довольно усмехнулась земная пони. — Я… не могу… — начала препираться Флаттершай. — Даже не думай об этом, сахарок, — покачала головой Эпплджек. – Ведь для этого и нужны друзья? Чтобы выручать друг друга из беды, – после этих слов она парой движений выкопала одну цветницу вместе с корнями и поднесла её к носу. – Ах, как хорошо! — Большое, нет, огромное спасибо тебе, — чистосердечно поблагодарила пегаска свою подругу, на что та лишь махнула копытом. – А что ты хочешь сделать с этими цветами? Посадить у себя дома? — Кое-что получше, — хитро улыбнулась земная пони. – Но твоё предложение мне тоже нравится. Но сперва я покажу тебе кое-что ещё, — Эпплджек положила растение в старую сумку, висевшую на гвоздике, а затем вместе со своей неуверенной подругой направилась прочь из подвала, не забыв снять поклажу со стены.       Когда пони выбрались наружу, а любительница собирать яблоки закрыла дверь, то Флаттершай на радостях уже собралась идти домой, забыв про слова о лицезрения кое-чего ещё. — Мне жаль, что я ничем не смогла тебе помочь, — опустила голову пегаска. – Я же говорила тебе… — Ничего-ничего, узнаем про цветок позже, а сейчас идём ко мне домой. Покажу тебе свою баню, а там и пригодится наш цветочек, — тихо засмеялась она. — Ба-ню? – удивлённо переспросила светло-жёлтая пони. – Что это… — Все вопросы позже, сахарок, а теперь нам нужно хорошенько расслабиться и погреться после этих морозов, — с довольным лицом Эпплджек повела Флаттершай за копыто прямо к своему дому.

***

      Если за пределами родного гнезда Эпплов веял холодный ветер и неприятный мороз, то внутри обстановка было настолько благоприятной, что пегаска даже не хотела уходить оттуда. Даже амбарное помещение прогревалось должным образом. По словам земной пони, всё это стало возможно, благодаря отличной печи, расположенной в кухне. А умелая планировка, сделанная Бабулей Смит и её супругом, позволяла согревать все помещения в зимнее время и в дождливые вечера.       Все близкие родные Эпплджек были дома без малейшего желания выходить наружу. Конечно, Биг Мака порой нужно было заставлять идти за дровами, но в остальном вся семья расслабленно занималась своими любимыми делами. Поздоровавшись, подруги направились прямиком в, так называемую, баню, предварительно забрав купальные принадлежности из комнаты лучшей спортсменки Понивилля. Спускаясь по лестнице на первый этаж, Флаттершай нашла время для пары вопросов: — А почему ваш дом похож на обычный амбар? — Да потому что, это и есть амбар, — засмеялась земная пони. – Мои предки хотели построить обычный дом неподалёку отсюда.       Но сам амбар вышел настолько большим и просторным, что тут с лихвой хватило места на спальни, кухню и прочее, — Эпплджек поправила полотенце, лежащее на спине. — А с чего ты решила об этом спросить? — Мне стало любопытно, — улыбчиво зажмурилась та. — Меня вот больше интересует, почему домик нашей Рэрити похож на карусель? А “Сахарный уголок” выглядит так, словно его испекли, а не построили, — расхохоталась земная пони, прикрыв себе рот. – Забавно, как будто названия появились намного раньше, чем сами дома. — Да, это и впрямь забавно, — согласилась Флаттершай.       Тем временем, подруги уже добрались до нужного помещения, от которого уже за несколько шагов можно было почувствовать довольно заметную теплоту воздуха. Эпплджек явно не терпелось показать свою обновку в доме, из-за чего она едва не начинала бежать. Идти до бани нужно было по узкому коридору, по левую сторону от которого находилось главное сенное хранилище. Всё это прикрывалось деревянными стенками с одной дверью с левой стороны и несколькими по правой стороне.       Когда подруги подошли к нужному месту, земная пони открыла дверь и их обдало лёгким паром. Отчего Флаттершай испугалась и отбежала на несколько шагов от двери. — Хе-хе-хе, это ещё не сама баня. Да и чего здесь бояться, ты ведь столько раз ходила с Рэрити в спа-салон, — Эпплджек с довольной и гордой улыбкой вошла внутрь, а пегаска неуверенным шагом проследовала за ней.       С открытием двери в предбаннике стало намного свежее. И пони всё равно нервничала от неизвестности, исходящей от следующей двери перед ней. Но вместо того, чтобы войти сразу, трудолюбивая кобылка выложила всё необходимое на скамью и повесила оба полотенца на крючки. После чего она сняла шляпу и все остальные зимние одёжки, вплоть до красных резинок с хвоста и гривы, отчего её волосы распустились. — Да расслабься ты, — земная пони явно поймала обеспокоенный взгляд Флаттершай, которая всё ещё продолжала нервничать, — это, как ваше модное джакузи, только вместо воды обычный пар. — А я… и не волнуюсь, — пегаска сама не верила своим словам и решила последовать примеру подруги, начав снимать тёплые вещи, как можно скорее, начиная потеть из-за жары.       Эпплджек одобрительно кивнула, а после начала растирать знакомый цветок в небольшой миске. Туда она добавила ещё два засушенных растения. А после всех этих необычных для Флаттершай действий, подруги вошли, наконец, в ту самую баню. Она представляла из себя небольшое помещение, обделанное деревом. Если плотно усесться по скамьям, то здесь вполне могли бы поместиться и остальные друзья. У дальней стенки от двери расположился ряд из трёх скамеек. А рядом с ними находилась оставшаяся часть печи, первую половину которой пони уже успела заметить в предбаннике. Также здесь находились несколько ёмкостей с водой, тазы, мыло и прочее. Единственное, что озадачило робкую подругу, так это груда камней, лежащая в специально отведённом для них месте.       Трудолюбивая кобылка помогла усесться пегаске, а сама высыпала содержимое миски в небольшой ковшик. Туда она добавила воды, постоянно оглядываясь на Флаттершай, дабы та не сбежала. Но ей самой начала нравиться эта баня. Она уже привыкла к насыщенному пару и приятно согревающей теплоте. — А что, это не так уж и плохо, — улыбнулась пегаска. — Сейчас станет ещё лучше! – с этими словами Эпплджек выплеснула содержимое ковшика прямо на камни, а затем она сразу же схватила подругу за копыта, так как та уже собралась убегать.       Стало жарко по-настоящему. Свежий пар заполонил всё помещение, отчего окружающую обстановку уже нельзя было чётко различать. Флаттершай вся сжалась в комок, а земная пони только радостно смеялась, продолжая крепко держать пегаску за копыто.       Когда вся комната насытилась невероятно приятным благоуханием, вот тогда пони почувствовала себя намного лучше. Теперь ей стало понятно, для чего Эпплджек возилась с теми цветами. — Отличное место, не правда ли? — Ага, а я ещё боялась заходить сюда. — Знаешь, я и сама никогда не слышала о банях, — сказала земная пони. – Этим летом я познакомилась с одной пони на рынке.       Она приезжая, говорит на забавном акценте, а ещё постоянно носит смешную шапку с «ушами». — О, правда? А как её зовут? — Я тебя обязательно с ней познакомлю, сахарок. Она как раз собиралась приехать в Понивилль в следующем месяце, — Эпплджек сделала небольшую паузу и глубоко вздохнула. – Вот и она рассказала о том, как сделать эту баню. — Мне здесь очень нравится, — довольно протянула Флаттершай.       Когда земная пони подлила воды ещё раз, то пегаска решила приоткрыть дверь. Вскоре они уже просто сидели на скамье, разговаривая друг с другом о насущных делах. В конце концов, светло-жёлтая кобылка стала замечать, что разговоры пошли довольно странные и с частыми паузами. — Ох, этот… запах, он такой… невероятный! – Флаттершай чувствовала себя слишком расслабленной, но ей ни в коем случае не хотелось это менять. — Точно! Именно это я хотела сказать, — согласилась земная пони. — Сказать… что? – удивилась пегаска. — Смотри-смотри, если взять… моё имя и оставить только, эм… последнюю часть? — Джек? – уточнила Флаттершай. — Именно… сахарок, — трудолюбивая кобылка потеребила себе гриву, а затем опустила её себе на лицо, закрыв его полностью, — когда у меня появится сын… я назову его Джеком! — По мне… по мне это звучит хорошо, — вздохнула пони, отсчитывая перья на своём левом крыле. – Семь, восемь. — О, о, можно даже назвать Биг Джеком, как Биг Мак, но Биг Джек. — Биг Джек? – помахала крылом Флаттершай, сбившись со счёта. – Мне… это нравится, да. — Фла… Флаттер… Флатти! — А? — Ты… никогда не задумывалась… — Иногда… — Над тем, почему мы такие… эх, цветные? — Нееет, может, это наследственное? – предложила кобылка, которой стало невмоготу сдерживать подступающий смех. — Такс… Ба-бабуля зелёная. Брат – красный. Сестра – жёлтая. А я… никак не могу вспомнить, — Эпплджек несколько раз провела левым копытом по воздуху над головой. – По-моему я ношу шляпу. Или нет? — Апельсиновая?! – с радостным вскриком напомнила Флаттершай. — Именно так! — обрадовалась земная пони, начав убирать свои волосы с лица. – А почему Эпплблум не твоя сестра, а моя? — Не знаю. А может и моя?! – осознав невероятную правду, которая показалась ей правдивой, Флатти перестала смеяться, уставившись на огромные зрачки своей подруги. Но, увидев, расслабленную улыбку, она залилась хихиканьем вновь. — Получается, что твоя сестра… фух, помогает нам и приходит в гости каждый денёк? – с переменным успехом Эпплджек принялась заплетать свои волосы в косу, которая постоянно разваливалась. — Значит, моя дорогая сестрёнка ещё не отрастила себе крылья? – с испуганным видом спросила пегаска. — Подрастёт и начнёт летать, сахарок, — земная пони оставила тщетные попытки сделать себе причёску и дотронулась до ближайшего крыла подруги. – У-у, прямо как будто я купаю своих кур. — Ага-ага, — улыбнулась в ответ Флаттершай и захлопала своими крыльями, хорошенько обрызгав Эпплджек. — Они… такие живые, — ахнула подруга. – Мне кажется, это нужно вылить, — с этими словами она указала на ковшик, а после чего махнула им на камни. — А вдруг там снег?! – пегаска здорово огорчилась, думая, что больше никогда не сможет увидеть эти снежинки, и приподнялась со скамьи, чтобы спасти их.       Трудолюбивая кобылка только безмолвно покачала головой, а затем надела ковшик себе на голову, чтобы точно удостовериться, что в нём ничего не было. Вскоре её взгляд перешёл от расстроенной и заплаканной Флаттершай на бочки с водой. Рот Эпплджек раскрылся от радости и она направилась прямо к нужному месту. Ничего не рассчитав и не продумав, она поскользнулась и шлёпнулась на дощатый пол.       Для Флатти это был явный знак к действию и она бросилась на помощь своей подруге. Поначалу всё шло неплохо и ей удалось даже встать на ноги. Но, запутавшись в хвосте и распластавшихся копытах Эпплджек, пегаска лишилась равновесия и грохнулась всем телом на трудолюбивую кобылку. Мокроватая грива пришлась уставшей пони как раз кстати и она стала забываться, перед этим расслышав тихие и возмущённые слова: — Ух, какой же ты… стала толстой, сах… сахаро… хр-хр-хр.

***

“Очнулась Флаттершай в той же самой комнате, в которой она и заснула. За тем исключением, что под ней не было подруги. Встав на ноги, пегаска осмотрелась по сторонам и заметила полное отсутствие пара. Сколько же я проспала? – подумала Флатти, чувствуя себя в одиночестве не очень хорошо.       Любой зверёк, да даже один Эйнджел смог бы взбодрить её, но сейчас в бане она находилась совершенно одна. Ох, как она могла уйти и не разбудить меня? А если бы меня увидел кто-нибудь из её родных, а я тут разлеглась, как у себя дома! – с испуганными мыслями Флаттершай направилась к двери, но её взгляд приковали бочки, наполненные, без сомнения, холодной водой. – Но сначала мне нужно попить.       Пегаска вытянула шею и взглянула на спокойную гладь. Но своего отражения она так и не увидела. Тем не менее, эта странность её не остановила и кобылка дотронулась копытцем до воды. Только успела пробежать рябь, как бочка издала какой-то протяжный звук, напоминающий зевание. Флаттершай отшатнулась от обоих сосудов. Прихлёбывающие звуки и вовсе заставили её зажаться у холодной печки в дрожжи. Что происходит?! – пони казалось, что даже её внутренний голос задрожал.       Шум от бочки всё продолжался, а затем в то же самое дело вступила и вторая бочка. В конце концов, Флатти еле-еле нашла в себе сил, чтобы встать и посмотреть внутрь сосудов. Вода исчезла полностью, а довольное аханье, исходящее от правой бочки, вновь заставило Флаттершай броситься подальше от неё и её второй копии. — Агась? – радостно откликнулась левая бочка, голосом Биг Мака. — Агась! – недовольно проворчала вторая. — Эпплджек, помоги мне, — пропищала Флаттершай.       Она побежала прочь, но наткнулась на каменную печь. Меланхоличные стуки копытами по камням нисколько не помогли и в ход пошли задние, на удивление Флатти, оказавшиеся ещё слабее передних.       Тем не менее, слабенькие удары и жалобный писк заставили печь поддаться: она вся покрылась трещинами, а прямо за ней, обтрескалась и вся баня. В следующее мгновение на обрадованную пегаску деревянная комната вместе со всем содержимым обрушилась целой лавиной песка и пыли. Хорошенько и без лишнего шума чихнув, Флаттершай заставила исчезнуть абсолютно всю пыль в диком вихре.       Когда оранжевая дымка развеялась, пони никак не могла опознать то место, в котором она находилась теперь. Ни амбара, ни Эпплов и не их фермы. Ничего этого не было и в помине, либо исчезло вместе с пылью от бани. Небо в багровых и тёмно-розовых цветах освещало большое и яркое синее светило, которое и солнцем назвать не повернётся язык. Спустя мгновение, кобылка заметила, что она находится посреди травянистой поляны. Из-за оттенка местного “солнца” всё казалось синим, за исключением неба. Когда Флаттершай взглянула на свои копыта, то с удивлением отметила их размытость и синеву.       От страшного непонимания, пегаска уселась на землю и хотела разрыдаться во всю мочь, если бы не маленькая точка, показавшаяся на небе. Она всё росла и росла, а вскоре выяснилось, что это была чья-то шляпа. В знакомой форме Флатти без труда узнала её принадлежность. Головной убор Эпплджек прилетел так же быстро, как и появился. Приземлившись рядом с изумлённой кобылкой, шляпа затряслась и выросла вместе с пони синего цвета. — Яблочный пирог! – крикнула та знакомым голосом. — Эпплджек, это… ты? – начала подниматься с травы Флаттершай. — Честно заверяю, что из всех честных я самая честная! – радостно ответила земная пони, став гарцевать. — Ничего не понимаю, но я так рада тебя видеть! – пегаска бросилась с объятиями, но сразу же остановилась, когда не увидела метки на крупе подруги. Также лицо постоянно скрывала большая шляпа.       Разобраться в дальнейшем Флатти не успела, так как синяя пони с криками бросилась куда-то вдаль. В странном мире это было единственное живое существо, которое успела встретить она. Поэтому, не задумываясь над чудным видом и чудными словами, Флаттершай побежала вслед за чуждой кобылой. Может, это Дискорд снова напал на Понивилль? – страшными мыслями пронеслось в голове. – Как-то выбрался из камня и… О мой…!       Пегаска остановилась, как вкопанная, когда увидела хитрого злодея перед собой. Существо из разных частей чинно и важно шагало куда-то в сторону, не обращая никакого внимания на Флатти. — Дискорд? Но… мы ведь тебя остановили, — с грустью и жалостью прошептала та.       Дух Хаоса остановился и наклонился, чтобы открыть дверь. Та дверь была сделана из травы и имела прямоугольную форму. Открыв странный проход, Дискорд стал спускаться по травяным ступенькам, касаясь травяных стен. Его левая рука, напоминавшая своей формой орлиную ногу, осталась снаружи, чтобы закрыть дверь. Когда проход был вновь закрыт, рука обрела крылья и улетела на солнце. — Мир, как яблочный пирог, а мы его начинка, — холодно сказала синяя Эпплджек, до жути напугав Флаттершай.       Не дожидаясь слов от пегаски, та схватила подругу за копыто и побежала с ней вдаль к горизонту. Робкая кобылка пыталась остановиться, но её ноги не слушались. Вскоре травяное поле исчезло, превратившись в огромную пустыню, с дюнами, чьи размеры, казалось, достигали самого неба. И чем дальше бежали пони, тем больше знакомых, или хотя бы приближённо знакомых лиц стала встречать Флатти в пути.       Взглянув на небо, кобылка увидела, что оно потеряло все краски, став мрачно-чёрным. Лишь светило осталось без изменений и оно всё так же освещало окружные земли, украшая всех в синие и голубые цвета.       Смотря по сторонам, Флаттершай казалось, что она и вовсе остановилась. Посмотрев на ноги, та и впрямь поняла, что никуда уже не бежит, а синей Эпплджек нет и, будто, никогда не было. Вновь почувствовав угрюмое одиночество, пегаска хотела увидеть хоть кого-нибудь из подруг. Пинки Пай? Рэрити? Твайлайт?! – в приступе паники кобылка забыла ещё об одном имени, но следующая картина сама напомнила о нём.       Из-за горизонта по левую сторону появились голубые точки. Очень много точек, летящих стройным рядом, охватывая всю линию небес. И они не просто летели, а ещё окрашивали всё небо в радужные цвета. Когда они стали видимыми, Флаттершай смогла различить только огромные пары голубых крыльев, сзади которых красовались длинные разноцветные шлейфы. И таких крыльев без тела было не меньше сотни. Присмотревшись внимательнее, пегаска заметила постоянно открывающиеся рты.       Когда крылья стали ещё ближе, Флатти начала слышать то, что они говорили: «Это так круто! Я такая крутая. Лучше меня, никого нет!» — целым эхом пронеслась вся эта многоголосая звуковая волна. Но последняя фраза явно выделялась из всего этого беспорядочного шума: — Зацени-ка, Флаттершай! Мы закрасим всю унылость нашего мира! — Рэйнбоу Дэш? Ты где? – жалобно отозвалась пегаска.       Но она так и не получила ответа. Крылья исчезли за другой стороной горизонта вместе с криками о вечной крутости. Тем не менее, благодаря им, небо обрело краски. Разнополосые линии смешались друг с другом. И теперь цвет неба начал меняться, приобретя сплошной ярко-красный цвет.       Опустив голову, Флатти пыталась отыскать хоть что-нибудь, что могло вывести её из этого ужасного места. Вместо этого она увидела Бабулю Смит, а точнее её искажённый образ. Старая земная пони собралась подняться на одну из самых высоких дюн в пустыне. Флаттершай смогла едва узнать её по цвету, который, как раз, остался зелёным и по метке. Но она никак не могла найти её хвоста и даже головы. Тело пони с ужасными скрипами в конечностях и с весёлыми песенками стало взбираться по бархану. Едва она ступила одной ногой на возвышенность, как из песка появились некие кривые палки, которые становились всё длиннее и больше, в зависимости от высоты, на которой они появились. К своему замешательству, пегаска решила, что эти палки служат неким подобием ступеней. И только затем, она с ужасом осознала, что эти палки были ногами Бабули Смит. Каждый шаг пони отбрасывала свои старые и маленькие конечности, а поднималась уже на более высоких. Отпавшие ноги сразу же поглощал песок, а с каждым метром подъёма, бабушка Эпплджек становилась всё больше.       Флаттершай не могла больше на это смотреть и она уставилась на небо, которое стало оранжевым. Но её внимание быстро привлекла ещё одна фигура, оказавшаяся очередным знакомым. По правую сторону пыхтел большой синий пони, в котором уже без труда Флатти узнала Биг Мака. Он был далековато, но уже с такого расстояния пегаска могла оценить его размеры. Если бы жеребец стоял рядом с ней, то она была бы похожа на муравья в его глазах.       Кобылка хотела уже метнуться в его сторону, углядев и знакомую метку, и его лицо. Но попытки Биг Мака сдвинуть большую дюну с места ни к чему не приводили. Он стал погружаться в песок всё глубже и глубже. А тем временем цвет небес поменялся на жёлтый. — А я ещё хороша в свои-то годы! – послышалось со стороны Бабули Смит.       Развернувшись на голос, Флаттершай увидела, как старая земная пони уже почти добралась до самой вершины. Размер её ног стал поистине гигантским. Но только небо сменило свой цвет на зелёный, как Бабуля Смит, не успев ступить одного последнего шага, превратилась в песок и разлетелась по всей пустыне, хотя никакого ветра не было.       Флатти рефлекторно закрыла глаза, но ни одна песчинка не попала на неё. Не понимая происходящего, она посмотрела на Биг Мака. Тот уже по шею опустился в песок, но дюну так и не сдвинул ни на метр. Вскоре исчез и он.       Пегаска, мучаясь от безвыходности своего положения, побрела вперёд, руководствуясь светом яркого синего солнца. Ко всему прочему, скорость ходьбы оказалась феноменальной. Пейзажи безликой пустоши летели с невероятной скоростью. Когда Флаттершай остановилась, то поняла, что не она шла с такой быстротой, а сама пустыня уносилась прочь за её спиной. Небо тем временем сменило свой цвет на светлый и чистый оттенок голубого, столь знакомый маленькой пони.       Во всей этой кутерьме, к ней присоединилась синяя Эпплджек, скрывавшая своё лицо под шляпой. Она дружески обняла Флатти, отчего та дрогнула. — Привет, партнёр! Столь чуден этот день, ты не находишь? — Эпплджек, прошу тебя, помоги мне найти выход отсюда! — Яблочного пирога? – предложила та, никак не реагируя на мольбу подруги.       Флаттершай и земная пони никуда не двигались, а стояли на месте. Но вскоре пустыня стала проноситься всё медленней и медленней. Пока она не исчезла, оставив вместо себя большое озеро. Тогда Флатти взглянула пустыми глазами на радостную Эпплджек, которая продолжала повторять одни и те же слова. От безысходности пегаска собралась нырнуть в воду. Но крепкая хватка её остановила. — Прошу прощения, я не представилась, — земная пони отпустила кобылку и потянулась к шляпе, чтобы открыть своё лицо. – Флаттершай, это же я!       Робкая пони уже обрадовалась, что этот кошмар закончится, но цвет небес поменялся на чистый синий оттенок, проглотив всё светило полностью. Эпплджек превратилась в статую, а всё в округе стало темнеть и трескаться. Когда свет стал практически чёрным мраком, Флатти побежала к озеру. По пути она умудрилась обо что-то споткнуться и когда воды окутали её тело, то она попыталась крикнуть”       В следующее мгновение Флаттершай очнулась на тёплой и мягкой кровати, заправленной старым, но прекрасно греющим одеялом. Она присела и огляделась по сторонам. С облегчённым вздохом ей удалось полностью удостовериться в том, что она находится в комнате Эпплджек, постель которой была уже заправленной. — Приснится же такое, — усмехнулась пегаска.       Но её настроение сразу же поменялось от того, что это тоже могло быть тем сном. Она быстро поднялась с кровати, почувствовала лёгкую усталость и головокружение, а затем начала трогать мебель, пол и всё остальное. Добравшись до тумбы с зеркалом, Флатти приметила свои глаза. Зрачки оставались расширенными, но постояв некоторое время, она заметила, как они понемногу уменьшаются. Когда Флаттершай раскрыла занавески, то с превеликим ужасом поняла, что на дворе уже сияет солнце и свет нового дня. Я проспала целый день?! О нет, Эйнджел! – с этими словами она стала забирать любезно сложенные вещи со стула и одевать их.       Тем временем, когда ей оставалось только нацепить зимнюю обувь, за дверью послышался голос, а после оная распахнулась. — Ох, что-то я переборщила с паром, — засмеялась Эпплджек. – Ты как, просну… Флаттершай? Что-то случилось? – земная пони встала в оцепенении. — Да! Нет, мне нужно вернуться к своим друзьям! — Но завтрак уже готов, а точнее обед. — Прости, но мне нужно бежать, — покачала головой пегаска, закончив с обувкой. – Они, наверное, голодают и не могут найти корм! — Ты сильно преувеличиваешь, — вздохнула та. – Уверена, с ними всё в порядке. — Давай, я их проведаю, а потом вернусь к тебе? – хитро улыбнулась Флатти. – Тебе ведь тоже снился интересный сон? — Даже говорить об этом… — Ничего не забудь, потом расскажешь, — Флаттершай быстро пронеслась мимо Эпплджек и вскоре она уже была за пределами дома Эпплов.       Кое-что заставило её остановиться. Хотя, когда речь заходила о любимых зверушках, пегаску невозможно было даже замедлить, тут она встала, как вкопанная. Открыв дверь подвала, Флатти быстро спустилась по ступеням, а затем дошла до знакомой каменной стены. Камень был всё ещё отодвинут, а Флаттершай, недолго думая, взяла одно из скопищ знакомых красных цветков. Внимательно посмотрев на стебли и лепестки, она прошептала сама себе: — Это было… интересно, — после этих слов кобылка спрятала растение и побежала из подвала к своей главной и первостепенной по важности цели, не забыв прикрыть за собой дверь.

Т В А Й Л А Й Т

      Перед уходом, просидев над таинственным листом бумаги некоторое время, аликорн долго не решалась отправиться к указанному месту назначения, даже предварительно взвесив все “за” и “против”. Вторых стало больше, но самым сильным оказалось собственное утверждение в том, что она никак не могла написать обращение от имени Старсвирла Бородатого к самой себе. К тому же слова Спайка о поиске неких разъяснений по поводу спектакля напомнили о главной цели Твайлайт. Несмотря на все странности, она никак не могла понять, для чего после Кантерлотского Архива ей захотелось отправиться прямиком к Принцессе Селестии?       Зима в Вечнодиком Лесу не всегда наступает строго по расписанию, иногда давая себе волю начаться в середине ноября, а то и в конце декабря. Но когда она приходит, то её силу можно легко почувствовать, подойдя к границе перед гущами деревьев. Оттуда веет неприятным ветром, а морозы в глубинах леса всегда холоднее, чем в центральной и южной частях Эквестрии, отдалённо напоминая о суровых северных пустошах.       Твайлайт знала об этом из книг, или же, её тело помнило об этих морозах, но разум забыл. В любом случае, аликорн оделась как можно теплее и взяла с собой всё необходимое, в том числе и листок со словами великого мага. Также принцесса помнила о своих любимых делах, поэтому она написала небольшой список обязанностей для Спайка, не забыв оставить денег для похода в продуктовую лавку. А напоследок накормила Совелия, по выражению которого нельзя было сказать: понравилось ему или нет?       Выйдя за порог, Твайлайт удостоверилась, что не оставила ни одной зажжённой свечи, а после закрыла дверь и тяжело вздохнула. Ничего там не будет. Быстро сходим, удостоверимся в нелепости моих действий, а затем вернёмся в тёплую библиотеку и сожжём эти бумаги, чтобы их никто не увидел, — аликорн обдумала про себя весь план и направилась по нужной дороге.       Отправиться принцесса решила в обед – как раз тогда, когда большинство пони сидят у себя дома и наслаждаются вкусной едой. Твайлайт и сама была не прочь перекусить, но всё её мысли были заполнены прочитанными текстами, написанными собственным почерком. Оглядываясь по сторонам в надежде не наткнуться на Пинки Пай, или кого-нибудь ещё, аликорн уговаривала себя обратиться к своим друзьям и вместе решить эту проблему. Но, в конце концов, она решила, что над ней просто посмеются.       Итак, выйдя к окрестным землям Понивилля и обойдя стороной полоску следов, оставленных Зекорой, принцесса вошла в ту часть леса, в которой ещё не приходилось бывать, как ей это казалось. Дикие чащи, заснувшие под снежным покрывалом, и местная погода делали Вечнодикий Лес совершенно неузнаваемым. Вместо странных и пугающих криков неизвестных существ, здесь стояла полная тишина. Вместо рыскающих во тьме огоньков чьих-то глаз, Твайлайт видела мириады искрящихся снежинок, отражающих свет яркого солнца. В такое время это место казалось чарующим и успокаивающим. Всё же аликорн внимательно осматривалась по сторонам, дабы какой-нибудь тимбервульф не накинулся на неё невзначай. Она знала, что легко сможет обхитрить, хоть целую свору этих глупых созданий, но предосторожность никогда и никому не мешала и об этом фиолетовая пони тоже не забывала.       Твайлайт отлично запомнила нужное место и направлялась прямиком к нему, без дальнейшей надобности заглядывать в лист. Вскоре очарование и красота зимнего леса заняли и оттеснили чувство постоянной тревоги. Тёплые вещи отлично согревали, поэтому не было нужды в быстром шаге, благодаря чему она могла наслаждаться столь незнакомым местом ещё дольше.       Перестав разглядывать всё подряд, принцесса приметила, что в пути, по которому она решила идти, можно было заметить небольшие ямки на снежной глади. И они шли с равной периодичностью, выстроившись в одну линию, ведущую неизвестно куда. Изначально эти заснеженные ямы находились по правую сторону от Твайлайт, которая решила узнать, куда ведёт эта дорожка. И чем дольше она двигалась в этом направлении, тем сильнее нарастала её тревога. Так как этот путь вёл именно туда, куда аликорн направлялась по воле слов, написанных её почерком. Нет, здесь точно кто-то шёл, — догадливо всплыло в мыслях. – Кто ещё мог знать об этом месте? Неужели подобные слова получила не только я?       В конце концов, тревога быстро сменилась любопытством и Твайлайт перешла на быстрый шаг. Уже издалека она смогла приметить серый силуэт, который никоим образом не собирался двигаться или куда-нибудь уходить. И когда длинная тропка из ямок закончилась, а принцесса встала на место последней, то перед её взором предстала статуя во всей красе, украшенная до боли знакомой шляпой и подобием развевающейся мантии. Каменное изваяние выглядело потрёпанным временем, но всё же оставалось легко узнаваемым. Аликорн сразу же признала в ней Старсвирла Бородатого и с удивлением заметила, что тот, кто приходил сюда до неё, остановился в том же самом месте, на котором она находилась теперь. — Невероятно, слова оказались правдой! – изумлённо восхитилась Твайлайт, внимательно осмотрев статую с головы до ног. – Так это значит…       Её голос прервался от света, начавшего исходить от памятника. Затем он сразу же погас, оставив гореть только каменные глаза. — А-а-а, Твайлайт Спаркл, — заговорил голос, казавшимся целым множеством, — ты вновь пришла ко мне. — Что? Но как… — только успела раскрыть рот принцесса, застыв в удивлённом молчании. — Ох, верно, ты сделала всё точно так, как я и думал, — засмеялся голос, в котором ярче всего выделялась хриплость. – Правда, я вспомнил об этом только тогда, когда ты уже убежала. — Я не понимаю, — покачала головой аликорн, — вы правда Старсвирл Бор… — Да-да, моя дорогая и любопытная Твайлайт, — устало прервал он свою собеседницу, — меня когда-то так звали. Теперь же я дух, лишённый вечного покоя и заключённый в этой каменной тюрьме. — Подождите, вас нужно всего лишь вытащить оттуда? – повеселела принцесса. – На вас наслали такое же заклинание, как на Дискорда? — Э-э, не торопись с… — И мне только надо взять Элементы Гармонии и привести своих подруг, чтобы освободить вас?! – аликорн продолжала твердить своё, чувствуя, что сможет познакомиться с кумиром детства вживую. — Твайлайт Спаркл! – взревел он возвышенным голосом. – Успокойся и просто послушай меня. Ты здесь только потому, что я позаботился об этом. — Вы имеете в виду то письмо? Но как вы сделали так, чтобы я написала его своим почерком? – фиолетовая пони взяла себя в копыта, решив, что освободить Старсвирла из плена она сможет в любое время. — Прежде чем я начну говорить о вещах, которые ты будешь слушать с глупым выражением лица, позволь мне напомнить о том, что ты уже приходила сюда! – синий свет, приобрётший форму глаз менялся в зависимости от тона в голосе. Теперь он стал зауженной формы, будто статуя прищурилась. — Как? Я никогда не была в этом месте! – удивилась Твайлайт. — Нет, была! Ты задалась вопросом о прошлом наших рас, о том, были ли духи Вендиго на самом деле? И они ли наслали ту ледяную зиму? — Это невозможно! — с нахмуренным взглядом, аликорн подалась вперёд. – Я ничего не нашла в Кантерлотском Архиве и пошла за ответом к Принцессе Селестии. — Нет, Твайлайт! Ты нашла то, что искала и пришла в это самое место! – голос становился всё более возвышенным и громким, но вскоре он стих и успокоился. – Какой смысл мне тебе объяснять это? Ты ведь по глупости отправилась к Селестии сразу же после прекращения действия моего заклинания… — Какого ещё заклинания? – не унималась пони. – Я... — Хорошо! Ты сюда никогда не приходила! И это не твои следы, оставленные на этом снегу несколько дней тому назад. Но я точно знаю о том, почему ты здесь! — Из-за нелепого письма? Может из-за той истории, в которой я постоянно встречала ваше имя? – хмыкнула Твайлайт. — Да! Именно, моя дорогая. В твоей библиотеке лежат кучи листков, составляющие целую историю. Я дал тебе все эти знания, весь опыт тех, кто отдал свою жизнь ради того мира, в котором ты родилась! И чьи достижения утрачены, забыты и исковерканы ради вашего незнания, — голос говорил без запинок и без пауз, не давая ошарашенной принцессе сказать ни единого слова. – Ты единственная засомневалась в правдивости того спектакля, который пони играют не одно десятилетие. Ты стала упорно искать ответ и, в конце концов, нашла меня. Я дал то, что ты просила! Правду, которую пришлось превратить в ложь, ради вашего благополучия и всех тех, кто будет жить после вас. Пойми Твайлайт Спаркл и вразуми моим словам. То, о чём ты прочитала у себя в спальне – правда. Каждое слово, вплоть до мелочей. — Эти… ужасные рассказы не могут быть правдой! Светила не могут двигаться сами! Погода никогда не могла управляться самостоятельно! Чтобы наши предки у…убивали друг друга?! Я всё время думала, что это такая злая шутка Дискорда, оставленная напоследок. Не может быть того, чтобы вы могли написать такую черноту, такой дикий ужас! Какие-то… люди, обезьяны, сирены? Вы точно не тронулись рассудком при жизни? – аликорн вспылила не на шутку. С расправленными крыльями она не заметила, как стояла уже в паре шагов от статуи и с тяжёлым дыханием и горящими глазами уставилась на её каменное лицо.       Изваяние могучего волшебника издало тяжёлый и долгий вздох, а после заговорило тихо и с прискорбием. — И больше всего я жалею о том, что дал эти знания именно тебе, Твайлайт. Мне нужно было всего лишь молчать, а ты бы ушла, вскоре забыв о своих рассуждениях. — Я уже не могу вам верить! – от злости принцесса махнула копытом так, что снег в глубоком сугробе разлетелся по сторонам. – Может, это я начинаю сходить с ума и всё это было плодом моего воображения? — Что ж, а если это так, — усмехнулся голос, — давай попробуем дать ответ тому, в чём ты решила засомневаться в прочитанной истории? — Да и как же я получу ответ от собственных фантазий? – кисло улыбнулась Твайлайт. – Пожалуй, я лучше пойду и забуду обо всём. Уверена, что тех листов я больше не увижу, — с этими словами она повернулась и сделала пару шагов прочь. — Ты сказала, что погода никогда не могла контролироваться сама?! То есть, ты считаешь, что пегасы появились вместе с Землёй? Ой, то есть вместе с Эквестрией? – спросил памятник.       От этих вопросов аликорн перестала идти и остановилась, опустив голову. — Как ты думаешь, сколько нашему миру лет? А если это не планета Земля, то, как насчёт других планет в космосе? Ты ведь любишь смотреть в телескоп? И ты настолько уверена, что наши расы появились в то же самое время, в какое сотворился наш мир? О, а если ты так уверена во всём, то почему ты ни разу не попыталась отправиться в путешествие в другие земли? Не только Эквестрия есть в нашем мире. Земли гриффонов, родные пустоши зебр. Там тоже живут пегасы с волшебными облаками? Кстати, если ты решишь выделить в своём плотном расписании пару недель и возьмёшь воздушное судно, а потом пересечёшь океан, то там тоже будут пегасы со своими погодными городами? Как интересно, весь мир живёт лишь благодаря пегасам, которые используют технологии единорогов и едят пищу, выращенную земными пони. Получается, на всей этой огромной планете живут наши представители? – издевательским и насмешливым голосом продолжал трезвонить Старсвирл. — Хватит! – вскричала Твайлайт, снова взглянув в синие глаза своего кумира. — Что, моя дорогая? Не нравится такое объяснение? – ехидно засмеялся волшебник. – Выходит, что только наша бедная Эквестрия лишилась погоды. Обычная случайность, ничего более. Хорошо, что там ещё было? Светила? Наше маленькое солнце закрывает истинного гиганта, поэтому ты не можешь разглядеть его в телескоп. И поэтому вам кажется, что светил всего два и они крохотные, чем с радостью пользовались единороги на протяжении всей истории. — Прекрати, я не хочу слышать этой лжи! – с этими мольбами принцесса прижала себе уши копытцами. — Ты же видела маленькую коричневую планету? Люди… да Твайлайт, наши создатели, называли её Марсом. А ты знаешь, что без света настоящего Солнца мы бы не могли видеть подобных чудес в космосе? А только с нашими маленькими светилами Земля бы сразу же превратилась в безжизненный кусок льда! — Я услышала достаточно, — аликорн отряхнула от снега свои копыта и встала, а затем со спокойным лицом взглянула на статую. – До чего я докатилась? Разговариваю с каким-то памятником! Уверена, что она даже не настоящая, — принцесса сразу же дотронулась до испещрённой трещинами поверхности и лишь пожала плечами. – Что ж, статуя кого-то там, но точно не Старсвирла Бородатого, так как такой великий маг не стал бы портить правдивую историю такой нелепостью… — Послушай, Твайлайт, мы оба всю жизнь учились по книгам и опыту более мудрых наставников, — перебило незримое существо. – Единственная разница между нами в том, что мои любимые книги детства и учебники, написанные пони, которым даже не посчастливилось сохранить своё имя в анналах истории, давно уничтожены. — Я пойду домой и хорошенько высплюсь, безымянная статуя кого-то там, — аликорн махнула копытом и направилась прочь. — Постой! Что если я докажу тебе правдивость своих слов? – с последней надеждой воззвал голос. — Нет, не надо, я больше не хочу слышать твоего голоса, — но вопрос Старсвирла заставил её остановиться и рассмеяться. – И что ты покажешь? Сирен на каком-то далёком острове? О, точно! Может, сводишь меня на экскурсию в Айронклэд или Элларис, так ведь назывались эти выдуманные города? — Твайлайт! – голос статуи переменился и стал грубее. — Перестань, прошло очень много времени и мир изменился настолько, что даже я не могу в него поверить. Прошу, не притворяйся глупой. Я знаю, что ты умна не по годам, просто не хочешь прислушаться к своему разуму… — Теперь кусок камня назвал меня глупой, — фыркнула аликорн. – Но я как раз-таки довольствуюсь фактами. А факты таковы, что ничего из тех слов, которые я прочитала, попросту не существует! — Ух, как жаль, что ты сразу же побежала к Селестии! – с разочарованием проворчала статуя. – В общем, Твайлайт, возьми мою голову и иди от статуи ровно триста шагов на восток. — Делать мне нечего, — устало закатила она глаза, но после с твёрдым взглядом посмотрела на памятник. – Знаешь, я прямо так и сделаю! А потом сброшу твою голову прямиком в Призрачное ущелье, чтобы ни один пони не смог найти тебя, — с этими словами принцесса с ехидной улыбкой отцепила телекинезом нужную часть от статуи, с удивлением заметив её лёгкость и то, что снятие не стоило никаких усилий.       С неё сразу же отвалилась ненастоящая шляпа, которая мгновенно скрылась в сугробе, оставив глубокий след. К Твайлайт снова вернулось любопытство, и она стала рассматривать голову со всех сторон. Тот, кто её сделал, выделил каждую морщину, каждую мелочь, выдолбив её из твёрдой породы. Борода, которая когда-то была целой, теперь смотрелась нелепым сломанным бугорком на подбородке. Должно быть, специально для шляпы не стали делать каменное подобие гривы, оставив лобную часть пустой. Лишь с затылка начиналось то, что можно было назвать волосами. Из-за чего голова смотрелась довольно забавно. Но больше всего привлекли принцессу синие, светящиеся от скрытого источника света, глаза. Они казались живыми, хотя в них не было ни зрачка, ни белков, присущих большинству существ. В конце концов, они посмотрели прямо в лицо аликорна. — Ты закончила? – как видно, голос исходил прямо из нутра вырезанного камня, отчего Твайлайт даже дрогнула. — Всё-таки у меня хорошее воображение, — улыбнулась принцесса, отдышавшись после испуга. – Либо ты и впрямь можешь говорить. — Да-да, давай уже отправляться, моя дорогая.

***

      Принцесса вместе с головой статуи шла по свежевыпавшему снегу, разрушая идеально гладкую поверхность сугробов своими ногами. Сначала аликорн хотела спрятать кусок камня себе в сумку, но весьма заметная лёгкость оной не стоила практически никаких усилий, поэтому она парила рядом с ней в слабом поле телекинеза. Твайлайт несколько раз бросала взгляд на неё и замечала, как синие глаза внимательно рассматривают всё, что попадало к ним в обзор: будь то кривое дерево, утратившее свою листву, или кусты, скрывшиеся под шапками снега. Только успела пони досчитать до трёхсот шагов, как голос вновь отозвался из головы, изображавшей лицо старого единорога: — Я давно потерял счёт во времени, но прекрасно знаю, как долго я здесь не был. — Серьёзно, какая невероятная магия нужна, чтобы заставить обычный камень разговаривать? – удивилась Твайлайт, повернув голову к себе. — Хех, теперь ты считаешь меня магией? А не собственной фантазией? — Да, всё это уже не похоже на расстройство моей психики, — пожала она плечами. – А вот на зачарованный древний артефакт это вполне может походить. — Что ж, по крайней мере, ты теперь в меня веришь, а это уже отличный шаг вперёд, — с тяжестью заметила голова. – Хех, и ведь ты всё равно пришла к нужному месту и ты всё равно прочла тексты, чтобы добраться до моего послания. — Не знаю, что на меня нашло, — аликорн мечтательным взглядом посмотрела на небо, — но я никогда ничего подобного не читала в своей жизни. Хоть это чья-то злая выдумка, но история выдумана довольно интересно. Знакомые имена, но играют совершенно незнакомые роли. — Что ты имеешь в виду? – яркие силуэты глаз прищурились, будто статуя улыбнулась. — Там всё такое странное, — покачала головой Твайлайт, вернув свой взор к своему чудному собеседнику. – Во всех историях описывают тот или иной момент вкратце, упоминая разных деятелей лишь парами фраз или абзацами. А здесь… все эти персонажи… даже не знаю, — взволнованно махнула копытом она. – Такое чувство, будто я жила в каждом из них. Глядела на непонятный, но почему-то знакомый мир их глазами! Как такое возможно? — Это так трогательно, моя дорогая, — голос заметно повеселел, после сказанного, — мне так приятно видеть тебя такой, какой тебя описывала Селестия… — Принцесса Селестия? – удивилась пони. – Причём здесь она? Зачем ей меня описывать для тебя? — Потому что мы с ней давние знакомые. Настолько давние, что ты даже представить не сможешь, — засмеялся голос. – И она иногда приходит ко мне, ночью, когда не может заснуть. С возвращением Луны, она стала посещать меня редко, но это только к лучшему. Ведь она смогла вернуть свою сестру обратно… — Ты… знаешь о том, как освободилась Принцесса Луна? – Твайлайт застыла в изумлении, не веря своим ушам. — Прекрасно знаю, моя дорогая, — глаза закрылись и снова засияли, будто голова хотела кивнуть в качестве одобрения. — А точнее, я знаю, кто освободил её! Я знаю о тебе, о твоих верных подругах и о том, сколь многого вы достигли вместе и сколько забытого зла вы одолели. Поверь мне, наконец, Твайлайт Спаркл, я Старсвирл Бородатый и никто иначе, я не твоё воображение и не фокус чьей-то магии. Но почему я в таком виде? Мне ещё рано говорить об этом тебе. — Мне… что-то разболелась голова, — прошептала аликорн, приложив копыто к болевшему месту.       Затем свет её рога потух и она упала в сугроб, уронив каменную голову на снег. Пони чувствовала, как её веки с непреодолимым желанием закрылись сами собой, но перед сном она услышала знакомое бормотание. — Ничего, отдохни немного и скоро тебе станет лучше.

***

      Скорый, но весьма насыщенный сон напоминал целую череду кошмаров, в которых Твайлайт чувствовала, как её тело постоянно замерзает. Она убегала от каких-то чёрных силуэтов, но ей становилось всё холоднее и холоднее, а бег сменился тяжёлым и болезненным шагом. Но спустя мгновение чьи-то тени пропали, а мороз переставал её мучить. Теперь аликорну стало тепло, что также сказалось на сновидениях. Она видела как фигуры, напоминающие по форме пони, дрались с какими-то летающими тварями. Вскоре битва сменилась тишиной и покоем, а её взору предстала зелёная поляна, раскинувшаяся на высокой горе, с которой принцесса смотрела на необъятные водные просторы. Над её головой мелькал яркий свет, который то появлялся, то вновь исчезал. Твайлайт повернулась в его сторону и увидела огромную круглую башню, с верхушки которой и бил тот самый свет. Проснулась она от того, что яркая вспышка ослепила её, заставив открыть глаза уже наяву. — Что? Где это я? – мутным взглядом аликорн осмотрелась по сторонам, но вместо деревьев и сугробов, она видела только какую-то непрозрачную синеву. – Старсвирл?       Хорошенько оглянувшись, Твайлайт решила, что она находится внутри некоего подобия купола. Довольно маленького, но достаточного для того, чтобы хватило места только для неё. Едва пони успела насладиться теплотой, как щит стал прозрачным, а затем и вовсе исчез. — Твайлайт? – послышался знакомый голос. – Я здесь, в сугробе.       Холодные зимние объятия окутали недоумевающую принцессу, что сразу же придало бодрости и согнало сладкую дрёму окончательно. Аликорн заметила, что находится в небольшой ямке, продавленной её собственным телом. Она сразу же поднялась на ноги и быстро нашла источник голоса. Вскоре каменная голова уже парила перед её лицом в поле телекинеза. — Старсвирл? Это вы? Что случилось? — Ты помнишь, куда мы собрались идти? – глаза, ранее сиявшие ярким синим светом, теперь превратились в две белые точки, горевшие прямо из того места, в котором находились зрачки. — Да, — слегка неуверенно ответила та, — я отсчитала триста шагов, как вы и просили. — Хорошо, а ты помнишь нашу первую встречу, моя дорогая? – голос Старсвирла был обеспокоенным, он будто чего-то ждал. — Да, я нашла вашу статую по карте из какой-то старой кулинарной книжки. А потом я спрашивала вас… по-моему о духах Вендиго, — Твайлайт дотронулась до лба, чувствуя странные и слабые покалывания. – Вы радовались тому, что мне удалось стать аликорном, а после вы показали мне какую-то историю. Там всё было таким незнакомым для меня. — Отлично! — обрадовался голос. – Через некоторое время твоя память придёт в норму, ну а пока мы продолжим идти. — Подождите, а что не так с моей памятью? – озадаченно спросила принцесса. – Это из-за вашего заклинания? — Тебе сейчас не стоит напрягаться, Твайлайт, — с заботой ответил Старсвирл. – Скоро всё придёт в норму. — Что ж, тогда я хотела бы поговорить об истории, которую успела прочитать, — взгляд пони стал нахмуренным, так как она быстро вспомнила о главной причине, по которой пришла сюда. — Мне нужно отвести тебя к теплу, так как ты слишком долго находишься на морозе, — торопливо промолвила голова. – Я уже истратил часть своей силы на купол и мне не хочется, чтобы ты здесь замёрзла. — Э-э, я ведь могу… — После, моя дорогая, — перебил Старсвирл. – Не трать силы на разговоры. Нам нужно торопиться, — голос явно становился тревожнее, отчего и самой Твайлайт становилось не по себе. – Видишь ту возвышенность? — Где? — Посмотри немного правее, она рядом с тем деревом с толстым стволом. — Да, вижу её! — радостно воскликнула принцесса.       Сама чаща в этой части леса не была столь плотно заросшей, отчего глядеть можно было на достаточное расстояние. До той самой возвышенности идти предстояло не так долго. — Идём туда. И не забудь подготовить наиболее важные для тебя вопросы. А я пока отдохну, — последние слова голос сказал с хитрым тоном.       Сразу же огоньки глаз померкли и голова статуи превратилась в обычный кусок камня. — Какие ещё вопросы?! – возмутилась Твайлайт. – Там столько неприличных и гадких сцен!       Поняв, что от Старсвирла она всё равно ничего теперь не добьётся, аликорн с недовольством бросила голову в наспинную сумку, а затем направилась быстрым шагом к весьма заметному бугорку, который теперь занял всё её внимание. Чем дальше шла пони, тем больше она начинала терять своё терпение из-за постоянных провалов в сугробах. Только она прошла несколько метров по весьма прочной корке, а в следующее мгновение ей нужно было вылезать из ямок.       Преодолев небольшое расстояние трудом и потом, Твайлайт наконец-то смогла узреть всю “грандиозность” холма, занесённого снегом. Естественно, обычная горка, на которой даже ничего не росло, быстро навеяла тоску и уныние. — Это, просто обычный холм, зачем я сюда пришла? – разочарованно проворчала принцесса. – Да ещё таким путём. — Понятия не имею, почему ты не воспользовалась телепортацией, — едко усмехнулась голова. – Теперь шутки в сторону, достань меня из этой темноты и я покажу тебе кое-что особенное. — Как скажете, Старсвирл, — равнодушно пожала плечами та, — надеюсь, это не обычная пещера, у которой проход завален снегом. — Нет, конечно, моя дорогая! Это волшебная пещера! — засмеялся древний маг, когда Твайлайт вытащила его наружу. – А теперь, смотри…       Глаза у головы засияли, а затем весь холм будто задрожал, отчего снег начал сыпаться с его вершины. Передняя часть возвышенности поддалась вперёд, выявив ровные прямоугольные очертания, скрывавшиеся до этого в сугробе, а потом разделилась на две половины. Конструкция, напоминавшая врата, разошлась по сторонам, открыв трапециевидный проход с идеально ровными краями и стенами. Как оказалось, внутренняя часть полностью состояла из крепких на вид плит, чьё происхождение и состав для аликорна были неизвестны. Старсвирл явно что-то натворил своей магией, отчего вся структура стала пестриться многочисленными тонкими линиями, светящимися белым светом. А основной материал прохода имел тёмно-синий цвет, блестевший от любых источников освещения.       Присмотревшись внимательнее, Спаркл заметила, что плиты не такие гладкие и ровные, как ей показалось изначально. Вся их поверхность имела множество рифлёных выступов, которые чем-то напоминали резные узоры. Каждый подобный “рисунок” делал плиты непохожими друг на друга, но в то же время в них не было ничего мудрёного – обычные линии. Напоследок принцесса отметила, что и само помещение выглядит хорошо, так, будто его построили совсем недавно. — Что… это такое? – только успела произнести восхищённая Твайлайт. — И это только главный вход, а ты уже стоишь в изумлении, — древний маг подмигнул левым глазом. – Но странно, что тебя удивляет материал “пещеры”. — С чего вы решили, что меня удивили светящиеся камни? — А что, нет? Но должны были, так как с помощью этих “светящихся камней” орден великих магов смог построить Тартар – пристанище для самых опасных существ, каких только удалось встретить на наших землях. — Тартар? – удивлённо переспросила аликорн. – Но я никогда там не была. Только…читала об этом месте из книг, да из рассказов Принцессы Селестии. — Что ж, теперь знай, что основные структуры оттуда созданы из рилларания – очень прочного и практически не стареющего материала, — сделав недолгую паузу, глаза статуи посмотрели по сторонам, а после чего он продолжил. – Итак, раз ты уже немного подготовилась, то прошу идти внутрь.       Любопытство быстро взяло верх над чувством беспокойства и опасности. Твайлайт Спаркл едва успела ступить на странные плиты, как по её телу пробежала дрожь. От одного прикосновения по ним она чувствовала, что камни излучают магию, но не могла понять, какую именно. Принцесса любила в таких делах неторопливость и в данном случае её никто не подгонял. Она медленно шагала по чудному полу и проводила свободным копытом по ближайшей стене.       Сам проход весьма заметно уходил вниз. Коридор обладал высокими потолками, да и между стен аликорн не чувствовала себя тесно. Она приглядывалась к узорам на плитах, осматривая их под магическим светом из своего рога. К её разочарованию, никаких древних письменностей узоры не хранили. Это и впрямь были обычные линии. А через пару шагов, пони услышала знакомый шум за спиной – массивные врата соединились и запечатали выход.       Мельком Спаркл даже взглянула на Старсвирла, о котором она совершенно позабыла в своей прогулке по руинам прошлого. Древний маг ни слова не издал после вхождения в проход. Несмотря на то, что он был всего лишь головой от статуи, сущность, находившаяся внутри неё, безо всяких сомнений сохранила власть над чувствами, присущими живым существам. Голос, взгляд и, каким-то чудом, старинная магия – это всё, что осталось от единорога. Твайлайт видела в этих глазах тоску и грусть, навеянными воспоминаниями. И это её немного пугало, ведь подобное она видела у булыжника, обретшего форму копытом неизвестного мастера. Порой, даже по лицам собственных друзей аликорну трудно было понять об их эмоциях и чувствах. И она была уверена, что если бы Старсвирл мог, то сейчас он проронил бы ни одну слезу при виде этого странного места. В любом случае, великий маг был как-то связан с этим местом, запрятанным в глубинах Вечнодикого Леса, и теперь пони ещё больше хотела разузнать об этой связи.       Спуск в коридоре становился всё более крутым, а на конце виделся белый свет, но какая-то неведомая сила позволяла идти совершенно спокойно. Твайлайт не нужно было тратить силы, чтобы удержаться и не упасть, а ноги не чувствовали никакой усталости, будто она шла ровно и прямо.       Когда пони вышла на просторную площадку, ей пришлось зажмурить глаза от яркого света, источником которого служил потолок. Но спустя мгновение она уже привыкла и с открытым ртом осматривала огромное помещение, созданное древними мастерами. Вот тогда Старсвирл и решил вновь заговорить: — Источником света, моя дорогая, служит целая связка лайтстоунов, — голос мага был ровным и несколько возвышенным, в чём явно слышалась гордость за то, что никак нельзя назвать старыми руинами. – Тебе, наверное, интересно, как всё здесь работает? — Я… даже не могу найти слов… — едва слышно прошептала аликорн, озираясь по всем сторонам. – Конечно, мне интересно, как это работает. — Всё, что необходимо — это передать часть магической энергии вратам, — продолжила голова более расслабленным тоном. — Здесь всё связано и этим напоминает живой организм. Магия вливается по всем каналам и с каждым метром она становится всё сильнее, активируя всё больше участков этой… “пещеры”. — Как это вообще возможно? Эти странные камни сами сделали всё это? – удивилась Спаркл. — Именно так, мне всего лишь нужно было зажечь искру, остальное сделал риллараний в стенах, — пони взглянула в глаза мага, которые в этом чуждом месте горели ещё ярче, чем при недавней встрече.       Площадка шестиугольной формы с вытянутыми вперёд двумя углами представляла собой смотровой балкон, с боковых сторон которого уходили лестницы, ведущие в самый низ. Отсюда по левую сторону виднелась огромная стена, украшенная наклонными вырезами, множеством углублений и большой дырой квадратной формы со сглаженными краями. Также многие участки обильно покрывала зелёная растительность в виде мхов, висячих трав и жёлтых цветов. — В не зимнее время оттуда стекает вода с лесной речки и получается прекрасный водопад, — довольно проговорил Старсвирл, ответив на мысленный вопрос Твайлайт.       Обширный наклонный потолок служил главным источником света в пещере. Его середину занимали целые ряды идеальных кругов, начинающиеся от самого большого и заканчивая маленьким в самом центре. Присмотревшись, аликорн заметила множество шарообразных камней на границах каждого из кругов, которые и были теми самими лайтстоунами. По принципу работы они напоминали магические камни, которыми пользовались единороги из Кантерлота, но здешние излучали более чистый и яркий свет. Засмотревшись на потолок, Спаркл живо припомнилось описание глаз сирен из книги, в которую она не хотела верить. Самая дальняя стена сильно отличалась от всего остального наличием треугольных конструкций с целой россыпью дырок. На верхушке каждой из них был привязан узкий и длинный флажок, износившийся со временем. Сейчас они развивались, словно на лёгком ветру. Всего таких “треугольников” было шесть. — А благодаря этому, с поверхности сюда поступает свежий воздух, — объяснил внимательный Старсвирл. – Глубина здесь весьма приличная, если ты не поняла до этого. И да, зимний воздух мне нравился больше всего в своё время. — Как… — глубоко вздохнула принцесса, — как вы всё здесь построили? Это место огромно! — Большую часть работы за нас уже сделала природа, — засмеялся древний маг. – Это место раньше и впрямь было пещерой. Мы лишь обстроили её этими плитами и скрыли все входы от любопытных глаз. — Но… — Давай уже спустимся к самому главному, — предложил Старсвирл в нетерпении, указывая глазами на нижнее помещение. – А то мы с тобой здесь целый день простоим.       Твайлайт решила не перечить и сразу же двинулась к левому ряду ступеней, попутно осматривая всё остальное. Одно в пещере было неизменным – это тёмно-синие плиты рилларания, украшенные белыми линиями. С расстояния это зрелище поистине впечатляло. А правая часть пещеры представляла собой закрытые врата, к которым вела широкая и высокая лестница. Так или иначе, всё вело именно к нижней части, принадлежность которой Спаркл так и не смогла понять, хотя в уме она уже придумала несколько вариантов.       Первое о чём подумала аликорн – это арена, ближайшими аналогами которой могли служить различные полосы препятствий на фестивалях, которые так любила Эпплджек. Так называемая, арена имела прямоугольную форму с идентичными площадками на концах, у которых были сделаны круглые углубления в полу с едва заметной дырой. Они были усеяны разнообразными лестничными пролётами, балкончиками, стенами, проходами на верхние и нижние ярусы. Всего арена имела два этажа, а когда Твайлайт присмотрелась, то заметила ещё и третий, а точнее подвальный, представляющий собой узкие проходы к речке, которая стекала прямо с небольшого озера, идеально размещённого на пути предполагаемого водопада. Центр арены являл собой хаос и гармоничность во всём. Большое количество лазеек, дорожек и входов в более малые помещения виделись и воспринимались достаточно просто и осознано. Бока “прямоугольника” украшали длинные и узкие дорожки на колоннах. Как видно, они обеспечивали простой доступ к противоположной площадке, но с них можно было упасть в реку. Материалы были похожи на таковые из самой пещеры, но здесь они имели серый и тёмно-серый окрас. Также всё было покрыто травой, мхом и прочей растительностью. Всю арену скрывали стены и двое врат. Одни с левой стороны – к ним как раз подходила аликорн. А от правых можно было перейти к тем большим воротам, пройдя по высокой лестнице. Что пещера, что её внутренне убранство – всё было сделано с интересом, а именно благодаря сочетанию простых и грубых форм с изяществом архитектурного стиля и красоты рилларания. Простота ни в коем случае не говорила о недалёкости предков, напротив, Спаркл казалось, что она находится в далёком будущем. — Что это такое? – указала принцесса в сторону арены. – Только не говорите мне, что здесь обучались единороги в прошлом. — Как видишь, моя дорогая, именно этим здесь и занимались, — довольно усмехнулся Старсвирл. – Но не все знали об этом месте. Честно говоря, мало кто знал о нашем убежище, потому что здесь обучались нестандартным методам владения магии. — И чему в этом беспорядке можно было научиться? – несколько возмущённо заметила Твайлайт. — Координации, меткости, ловкости, реакции и многому чему, стоит заметить, — серьёзным наставническим голосом ответил тот. – Что ж, пройдём внутрь и я покажу тебе всё в мельчайших подробностях, — голова замолкла и уставилась на ближайшие врата, но вскоре он вновь обратился к пони. – Ах, да, не пугайся, когда почувствуешь в себе приток свежих сил. Это так и должно быть. — Это почему же? Как мы пройдём, так меня обольёт холодной водой? – насторожилась Спаркл. — Нет, но тебе это понравится, я обещаю.       Несмотря на чуждость всего увиденного, аликорн была вся в нетерпении и буквально сгорала от любопытства. Когда она подошла к вратам, то внутри оных что-то заработало. Обе створки, закрывала круглая печать, на которой был выдолблен герб единорогов – почти такой же, как во времена смуты между тремя расами. Только здесь осталась одна голова, без окружения из ромбов. Глаз у изображения засветился знакомым белым светом, а по всей поверхности врат появились яркие линии. Круг в центре начал медленно вращаться, а когда он вошёл немного внутрь, то створки поддались и раскрылись.       Принцесса уже приготовилась вновь узреть красоты арены, которые так прекрасно смотрелись, пока она спускалась. Но вместо этого, её взору предстало закрытое помещение, на конце которого она видела следующие врата. — Не бойся, — добродушно сказал Старсвирл, — ступай вперёд.       Твайлайт двинулась с осторожностью, высматривая каждый уголок. Когда она вошла внутрь, то заметила на полу выступы в форме шестиугольников. Всего их было двенадцать. — Так, и что дальше? — Встань на ближайший выступ и расслабься. — Не бойся, не пугайся, расслабься, — недоверчиво повторила Спаркл, — такое чувство, что это мне точно не понравится. — Я ведь тебе обещал, что всё будет хорошо, — спокойно ответил тот.       Хоть внутренний голос беспокоился, любопытство всегда брало верх. Аликорн внимательно осмотрела и обошла шестиугольник с идеально ровными углами, весь покрытый тонкими вырезными линиями. Затем она поставила одно копытце и подождала. Ничего не произошло, а после этого Твайлайт глубоко вздохнула и встала всеми четырьмя ногами. Под её весом выступ неспешно опустился вместе с ней и весь засиял в белом свете. То же самое произошло и на потолке, отчего принцесса сразу же посмотрела туда, увидев идентичный шестиугольник. Едва успела проскочить случайная мысль, как пони всю окутало некой энергией. Её кожа почувствовала лёгкий холод и полную эйфорию, отчего на мгновение она потеряла власть над своими чувствами. Всё это длилось несколько секунд, после которых свет померк.       От неожиданности и расслабленности Спаркл едва не упала. Она оттряхнула голову и с испуганными глазами уставилась на Старсвирла, заодно приметив, как всё помещение начало покрываться яркими белыми линиями: — Это что сейчас было?! — Дар, ради которого раньше приходилось долго учиться, — быстро ответил он. — Дар? Какой ещё дар? – удивлённо переспросила Твайлайт. — Попробуй использовать какое-нибудь заклинание, например, свою левитацию, — ехидно засмеялся древний маг. — Это шутка? Я ведь и так держу… вас, — голос пони сразу же затих, так как она с беспокойством заметила, что голову окутывало не её фиолетовое поле, а чьё-то синее.       Спаркл напряглась и направила свой рог, чтобы использовать старое заклинание на оставшейся части от статуи. Она сразу же остолбенела, когда её попытки не дали результата. — Что… вы сделали с моим рогом?! — Ага, у всех новеньких была точно такая же реакция и прямо такие же слова! – расхохотался Старсвирл, начав парить вокруг растерянного аликорна. – Но прежде чем ты начнёшь злиться на меня по-настоящему, попробуй использовать другое знакомое тебе заклинание – телепортацию.       К её ещё большему удивлению, именно это умение получилось и притом ещё легче того, к чему она привыкла. Рог засветился ярким белым светом и во вспышке такого же цвета Твайлайт исчезла, появившись через мгновение в нескольких метрах от старого места. От непривычки, она сделала это ещё два раза подряд. — Почему такое тяжёлое заклинание я смогла сделать так легко?! И почему моя магия стала белой, как узоры на этих стенах? – накинулась принцесса в потоке разных чувств. — Легче, легче, моя дорогая, — пытался успокоить Старсвирл. – Ну что же, вот теперь я могу рассказать обо всём в подробностях. — А нельзя было сделать это сразу? — Так было бы скучно, — усмехнулся тот. – Итак, как ты помнишь из прочитанной истории, заклинания в старое время были весьма разнообразны. Хотя я не спорю, ведь и в ваше время их осталось не мало. Разные школы и среди всего этого не было гармоничности и порядка. — Что вы имеете в виду? – Твайлайт сдвинула брови. – Конечно, я ни за что не поверю, что вы могли становиться невидимыми и творить чудеса с огнём и водой, какая нелепость! Но о какой гармонии идёт речь? – в мыслях пони вспомнила об Элементах Гармонии, при том сам цвет магии был похожим. — Мы с моей знакомой хотели выделить самые особенные умения, — с довольным тоном продолжил Старсвирл. – Это место использовалось для практики подобных заклинаний. — И о каких же заклинаниях идёт речь? — Для этой арены разрешены три из нашего списка: телепортация, столбенеющий луч и сфера. — То есть как это, разрешены? – недоумевающе спросила Твайлайт. — Одним из главных примеров для начинающего мага в наше время являлась дисциплина, — Старсвирл задумчиво уставился в потолок. Подобно нашим соседям – пегасам, мы попытались учить жеребят правилам с детства. А чтобы всё было интереснее, мы превратили это в игру. — Как можно превратить магию в игру? Телепортация – это довольно тяжёлое заклинание. — Риллараний открыл для нас эту возможность, — твёрдым тоном ответил тот. – О, про это чудо стародавнего мира я могу рассказывать часами! Эти стены поглощают, передают и усиливают магию, которой насыщена вся Эквестрия. Мы могли заблокировать бесполезные заклинания и дать возможность использовать только то, что нужно для воспитания настоящего мага. — Заблокировать? То есть из-за вас я утратила все накопленные знания?! – разозлилась Спаркл. — Нет, конечно, моя дорогая! Всё вернётся, как было, просто для этой арены можно использовать только три заклинания, — добродушно сказала голова. – Таким образом, одарённые единороги и те, кому магия давалась с трудом становились равными в своих возможностях. И чтобы показать цельное доказательство правдивости моей истории, нам нужно пройти за эти врата, — Старсвирл кивнул в стороны вторых ворот, которые теперь были испещрены белыми узорами.       Аликорн подняла копыто, но вместо недовольных слов она лишь засмеялась, а затем посмотрела на голову от статуи. — Получается, что всё это время вы могли левитировать сами себя? — Именно так, моя дорогая, — посмеялся древний маг в ответ. – Но мне так тяжело было это делать… К тому же, ты сама использовала её. — Потому что… об этом попросили вы, — с разочарованием вздохнула Твайлайт. – Ведь можно было сказать, что вы тоже владеете магией. — Ох, это я попросил? Прости, но даже в таком виде моя память становится всё хуже и хуже, — Старсвирл уже направился к вратам, пролетев мимо своей спутницы, но когда он добрался до места, то крикнул напоследок. – Хотя ты сама могла догадаться о моих магических способностях при первой встрече! Я ведь как-то передал тебе видение нашего прошлого! И ещё использовал тёплый защитный купол. — Угу, — проворчала про себя принцесса, неторопливо зашагав к выходу, а точнее, к входу на арену. – И да, спасибо за вашу заботу.       Древний маг внимательно смотрел за каждым шагом пони, пока та не подошла прямо к нему. Старсвирл прищурился, и этот взгляд показался аликорну неуместным. — Что? Почему вы так смотрите? — Меня вот что озадачило, Твайлайт. Если слова Селестии правдивы относительно твоего ума и твоей любознательности, то… — растянул голос. — То что? — Странно то, что тебе не интересна природа рилларания. Тебе не хочется знать, с кем я построил это место? Неужели у тебя не возникало подобных вопросов? — Ах, вы об этом… — улыбнулась Спаркл. – Всё это и многое другое крутится в моей голове, но мне кажется, что я скоро получу все ответы на свои вопросы. — Что ж, хорошо, тогда не будем тянуть, — Старсвирл повернулся к створкам врат и приготовился.       Всё это время они только готовились к открытию. На них была похожая круглая печать. И во время разговора она полностью осветилась белым светом и вошла внутрь. Врата с шумом раскрылись и открыли аликорну взор на арену, которая с такого ракурса смотрелась поистине грандиозно. Но неизвестно откуда взявшийся женский голос живо отобрал всё внимание у местных архитектурных причуд. «Добро пожаловать, ребята! — пронеслось мощным эхом. — Подходите к центру, дружно поделитесь на равные команды, забирайте и ставьте свои флаги, а потом начинайте веселиться!» — Кто это сказал? – оглянулась по сторонам Твайлайт. — Не стану утаивать от тебя, моя дорогая… — голова закрыла глаза, а после чего послышалось зевание.       В наступившей тишине пони решила, что Старсвирл умудрился заснуть, отчего она ткнула копытом по его странному вместилищу. — Вы не договорили. — Вообще-то я дал тебе время на обдумывание, в надежде, что ты вспомнишь о моей необычной спутнице, — закатил глаза тот.       Спаркл только пожала плечами, начав мысленно перебирать имена из прочитанных глав. — Ну же, Твайлайт, ты ведь помнишь. У кого, а точнее, у чего был такой неживой, но в то же время столь притягательный голос из далёкого прошлого? — Постойте, так вы говорите о том белом говорящем кубе с музыкой? – удивлённо спросила принцесса. – Честно говоря, многое из прочитанного ставило меня в тупик. — Прямо в точку! Ты даже сможешь встретиться с ней лично и, если захочешь, то даже сможешь немного потанцевать, — добродушно усмехнулся Старсвирл. — Хм, судя по вашей реакции в книге, вам не хотелось танцевать, — с хитрой улыбкой хмыкнула Твайлайт. — Эх, я ведь совсем забыл, что ты не дочитала главу с сиренами, — голова закрыла глаза и покачалась туда-сюда. – Тогда объясню, что тебе нужно сделать. — Чувствую, это будет… увлекательно, — аликорну всё же хотелось наконец-то увидеть то самое вещественное доказательство правдивости истории. Но больше всего ей не терпелось опробовать новую магию на здешней арене. — По правилам нашей игры, единороги делились на две команды, а затем должны были перетащить флаг с базы соперника и принести к своему. — И что, интересно, в этом сложного? – с разочарованием вздохнула та. – Взять этот флаг и несколькими телепортациями он уже на месте. — А вот здесь и кроется загвоздка, моя дорогая, — глаза Старсвирла сузились, а голова теперь слегка наклонилась в сторону. – То, что называют древком, мы сделали из рилларания. Единорог, подобравший флаг, не может пользоваться магией, что также учит командному взаимодействию. — Честно говоря, я догадывалась о подвохе. — Хе-хе-хе, в старое время нам остро не хватало слаженных отрядов магов… — древний мудрец закрыл свои глаза в задумчивости, а после недолгой паузы он заговорил вновь. – Полагаю, ты хочешь знать о принадлежности оставшихся двух заклинаний, которые ты почему-то не решила использовать. — Ещё бы, — в радостях махнула копытом Твайлайт и она тут же испытала новые умения на практике.       В названиях не крылось никаких тайн и секретов. Луч и вправду был лучом белого цвета, издававшим пронзительный звук при испускании. А сфера представляла собой нескоро летящий шар чистой белой магии, внутри которого можно было увидеть разряды от излишков, которые были похожи на эффект от молнии. — Получается, что этим и нужно останавливать пони в другой команде и тех, кто решил забрать флаг? – Спаркл не стала смотреть на голову от статуи, наслаждаясь новыми заклинаниями и тем, с какой лёгкостью они делались. Хотя после третьей выпущенной сферы она почувствовала, что ей нужна передышка. — Всё верно, — ответил Старсвирл за спиной аликорна, — лучом надо попасть три раза и после этого единорог застынет в магическом поле, в котором он сможет внимательно обдумать свои ошибки и следующие шаги... ну, почти. — Зачем тогда нужна сфера? – удивилась принцесса, повернувшись к древнему магу. – От неё ведь не отпрыгнет только ленивый. — О, сфера – это моё самое любимое, — посмеялась голова. – Это заклинание учит предугадыванию действий соперников, а также она парализует от одного попадания. — Да, теперь мне всё ясно, — кивнула Твайлайт. – Но это “парализует”… звучит как-то больно. А что если, единорога парализует этими лучами и сферами, пока он прыгает. Он ведь может упасть! – обеспокоилась пони. — Не волнуйся, моя дорогая, — улыбнулся Старсвирл, — магическое поле защитит от любых падений, а ещё единорог в этом поле будет ощущать лёгкую щекотку, что не даст ему повода для обиды. — Мне стало намного легче от этого, — вздохнула та, закатив глаза. – Но как мне тогда поиграть в это? — Тебе нужны друзья, — кратко ответила голова. – И главное, чтобы они были единорогами. — Просто чудесно! – воскликнула Твайлайт. – Теперь мне нужно вернуться в Понивилль и найти одиннадцать знакомых, умеющих владеть магией! Затем рассказать о том, как говорящая статуя Старсвирла Бородатого показала мне это место. И все так просто захотят прийти в Вечнодикий Лес зимой, чтобы прогуляться по заброшенным руинам! — Да, всё примерно так, — добродушно засмеялся древний мудрец, — только тебе не нужно приводить так много знакомых. Также ты не должна упоминать меня вообще. Скажи, что нашла это место из древних рукописей. — Вы же знаете, что это сделать всё равно не легко, — невесело покачала Спаркл головой. — Я сожалею, что приходиться это делать таким вот тяжёлым образом, — Старсвирл покрутился на месте с серьёзным выражением лица. – Но, как ни странно, это самый немудрёный способ достать для тебя настоящие доказательства правдивости моей истории. А твои друзья весело проведут время. Все от этого выиграют, как видишь. — Хм, а что если я поверю в эти записи? Честно-честно. — Прости, моя дорогая, но тебе поздно от этого отказываться. Я ни за что не уступлю и сделаю всё, чтобы ты воочию увидела мою странную спутницу. — Да-а, Старсвирл Бородатый, вы не ищите лёгких путей, — Твайлайт одарила своего друга искренней и доброй улыбкой, а затем направилась вместе с ним к выходу из волшебной пещеры.       Глубоко внутри она уже давно поверила в истинность рассказов разных пони далёкого прошлого. Но принцесса разочаровалась в том, что пока не смогла найти в них лжи. Точнее, она начала понимать суть истории и то, что правдой может быть что угодно. Но единственной правдой окажется то, что Спаркл увидит собственными глазами. Теперь же ей больше всего хотелось найти нескольких единорогов, которые согласятся пойти с ней и найдут в себе сил и отсутствие здравого рассудка, чтобы поиграть в чуждую забаву ушедших веков. Что могло помочь отвлечься от всех проблем, которые она навлекла по собственной прихоти. И первое пришедшее на ум имя ей показалось весьма уместным.

***

      На полпути до оставшейся части статуи древний маг снова напомнил о своей усталости при использовании магии, поэтому до нужного места Твайлайт применяла уже свои умения. — Если вы можете пользоваться телекинезом, то почему с грустью рассказывали о том, что так давно не бывали в тех местах и в той пещере? – поинтересовалась аликорн, поставив каменную голову на шею и накрыв её шляпой, найденной в сугробе. — Всё дело в ней, — Старсвирл указал глазами на свой головной убор. – Селестия боялась, что я начну летать, где вздумается. Поэтому она сделала мою шляпу из рилларания, чтобы я не вздумал пугать жителей Понивилля. — Что? Но это же смешно, — помахала головой Твайлайт от удивления. — О, смотри, как это происходит… — верхняя часть скульптуры осветилась белыми линиями, а через несколько секунд вновь обрела прежние цвета старости и разрухи. — Но если она впитывает вашу магию, то как… — Тсс, я уже отдыхаю, — прошептал голос. – Ступай и найди эту Трикси, о которой ты говорила, а я буду вести себя так, словно я обычная статуя. — Да-а, этого следовало ожидать, — разочарованно фыркнула Спаркл, — много вопросов… — И нет времени на ответы, — закончил древний маг. – Расскажи тем, кого соберёшь о правилах этой игры и не забудь то, что луч и сферу можно использовать вместе. — Конечно, как скажете Старсвирл Бородатый, — принцесса саркастично преклонилась, а затем хитро улыбнулась, — а ведь я могу просто остаться дома. — Пожалуйста, — безразлично зевнул голос, — но тогда ты не сможешь насладиться музыкой наших создателей. — Я... не очень-то люблю музыку… — Зато ты любишь петь, — ответил наперекор Старсвирл, — а песен там очень много. — Принцесса вам и об этом рассказала? – сорвалось с языка у смущённой Твайлайт. — О да, моя дорогая, Селестии нравится, когда вы с подругами начинаете петь по поводу и без. — Я лучше промолчу об этом, — аликорн быстренько поправила сумку на плечах, а затем направилась по ещё видневшимся следам на снегу обратно в Понивилль, дабы древний маг не вздумал вспомнить о чём-нибудь ещё.       А в городке стояла тишина. В зимнее время мало кому хочется что-либо делать, а всё-таки некоторые жители продолжают заниматься своими неспешными делами, но только у себя дома. Из-за такой лени, особенно во время праздников, на улице становится довольно скучно. Но от этого маленькое поселение, ставшее для Твайлайт практически родным домом, не было похоже на заброшенное место без единого признака жизни. Поменялись только ритм и общая картина. Из труб каждого домика выходил густой белый дым, а иногда с занесённых крыш осыпалось немного снега. Одни пони, одетые по велению наступившего сезона, о чём-нибудь разговаривали, сидя на лавочке. Бородатый земной пони счищал занесённые ступени своего крыльца. Судя по его выражению лица, ему это дело жуть как надоело за долгие годы, но он всё равно продолжал работу. Тем не менее, он с улыбкой на лице поприветствовал принцессу, когда та проходила мимо. Спаркл, ответив взаимностью, заметила, что всего лишь пара добрых слов поменяла настроение старика к лучшему. По пути в библиотеку, Твайлайт видела, как ещё несколько пони заходят в магазины, разговаривая о последних новостях.       Понивилль сменил естественные краски с зелёных на белые, обзавёлся шапкой из пухлых снежных облаков и заснул до прихода весны. Так казалось самой принцессе из-за непривычной тишины. Не слышно пения и щебета птиц, замолкла рыночная площадь, на которой от весёлого шума и гама порой не было покоя. Даже сами жители городка стали говорить тише, будто зная о зимней спячке своего родного места.       Спаркл облегчённо вздохнула, зайдя в тёплые покои своего чудо древа. Снаружи начинало вечереть, поэтому она хотела собрать единорогов как можно скорее. Но первое, что ей бросилось в глаза – это отлично выполненная работа Спайка. Аликорн в записке на пункте под номером один просила привести в порядок книжные полки, оставив для себя самой половину, но дракончик убрал всё подчистую. Твайлайт уже хотела похвалить его, но вовремя услышала лёгкое сопение, доносившееся со второго этажа. Нет, не стану тебя будить. Ты отлично потрудился, Спайк, — принцесса сразу же обратила внимание на серую одежду, повешенную у входной двери. – Смотрю, ты ещё и славно повеселился, — подумала она, улыбнувшись от этой знакомой картины.       Твайлайт быстро вспомнилась своя мокрая жилетка, подаренная ей на первой зимней уборке. Во второй раз под её ещё более чутким руководством с зимой удалось попрощаться намного скорее, чем в её первый год. Пони знали об этом и поэтому устроили целое снежное сражение, чтобы всем работалось ещё веселее. Спаркл даже тихонько усмехнулась, когда подумала о Мэре, как о самом лучшем игроке в снежки.       Аликорн принесла стул, листы, конверты, перья и чернила из подвального этажа, а затем уселась за центральный круглый стол и начала писать. Она помнила, что в последний раз с Трикси удалось распрощаться на хорошей ноте. Узнав о предстоящей игре, которая только и была создана для использования магии, Твайлайт первым делом хотела пригласить чрезмерно хвастливую единорожку, которая своими приездами навела в Понивилле больше шума и беспорядка, чем разные чудаки и параспрайты.       Конечно, в этом плане, несравненным лидером оставался Дискорд, но здесь уже совсем другая категория. В последний раз не выказалось возможности для дружеского разговора, в котором они обе смогли бы узнать друг друга получше. Возможно, именно нынешняя встреча могла бы исправить тот упущенный момент, а возможно, Трикси нисколько не изменилась и все её извинения оказались ложью.       В томных размышлениях, Спаркл уже исписала несколько листов, которые сразу же превратились в смятые клочки. Но когда нужные слова были готовы, принцесса озадачилась больше всего над теперешним местом жительства у любительницы фокусов и фейерверков. Невольно в голову полезли мысли и о недавнем происшествии с Амулетом Аликорна. Она нашла и купила такой опасный артефакт в какой-то лавке! – обеспокоилась Твайлайт. – Сколько может быть ещё таких опасных вещей по всей Эквестрии? Сколько ещё недобросовестных торговцев обладают такими реликвиями, готовые продать их за деньги кому попало?       На будущее принцесса сделала себе заметку, чтобы не забыть проехаться по всем городам и деревням, дабы исключить любое возникновение подобных неприятностей впредь, одна из которых могла кончиться весьма плачевно.       Вернувшись к письму, Спаркл решила дать наводку на Каменистую Ферму семьи Пай, а также оставить фирменное прозвище самой Трикси, чтобы почтальоны смогли найти её быстрее. «Её зовут Трикси, но она может предпочитать имя “Великая и Могущественная Трикси”, будьте внимательны» — прочитала вслух Твайлайт, отложив перо в сторону. – Хм, может, не стоило говорить о Кантерлоте? Как будто у нас в Понивилле не найдётся единорогов? А вдруг и вправду не найдётся? – в задумчивости принцесса посмотрела на потолок, а затем, пожав плечами, запечатала конверт и направилась к местной почте, не забыв накинуть на себя зимнюю одежду. Да, нужно бы накупить себе новых нарядов с вырезами для крыльев, а то прежняя стала чуток неудобной, — с негодованием подумала аликорн, поправляя свитер на боках и коря себя за то, что уже не первый раз забывает сходить в магазин.       Больше всего в местных почтальонах Спаркл нравилось серьёзное отношение к своей работе. Конечно, она пару раз слышала о некомпетентности одной серой кобылки, но в основном, почтовое отделение получало хорошие отзывы. А за достойную плату они могли работать хоть целый день и целую ночь, пока не найдут получателя письма. Когда Твайлайт уже была недалеко от нужного здания, у неё перед глазами мелькнула невероятно удобная доставка посланий с помощью огня своего помощника номер один. Она частенько сожалела о том, что подобное возможно только по пути: Спайк-Селестия и наоборот. И больше никак. В особенности, когда речь заходила о доставке писем своим родителям.       В зимнее время дни в соседних землях становятся короче, а ночи длиннее. Принцессы в Эквестрии тоже соответствовали этому расписанию, либо они вообще были не при чём, если судить по безумным историям Старсвирла. Так или иначе, но это значило, что “рабочий” день Селестии уменьшался, на её радость, а у Луны он увеличивался, скорее всего, на её печаль. А на дворе уже стояла непривычная по времени темень, но в маленьком Понивилле хватало света и огней, чтобы это можно было не замечать. К сожалению, после праздничных дней, большую часть разноцветных гирлянд уберут. Она получит письмо где-то в обед завтрашнего дня, — размышляла Твайлайт, постучав в дверь, а затем, пройдя внутрь, — и это если она точно будет на Каменистой Ферме. Хм, значит, буду ждать её послезавтра.       Буквально с порога её встретили приветливые слова златоглазой пегаски, одетой в тёмно-синюю форму с кепкой на голове и сидящей за большим письменным столом: — Доброе утро, мисс! Чем я могу вам помочь? — Вообще-то сейчас… — начала удивлённая Спаркл, обеспокоенно посмотрев на серую пони. Ой-ой, а не про неё ли мне рассказывали? И этот странный… взгляд… Ладно, всё будет хорошо. — Я хотела бы отправить письмо… — продолжила аликорн, подойдя к столу и приготовив конверт. — Прекрасно, — кобылка широко улыбнулась и достала бланк из ящика, — а теперь вам нужно расписаться прямо тут… — она ткнула на нужное место в самом низу, немного помяв лист. — Да, конечно, — кивнула Твайлайт, а затем она раскрыла свою сумку, чтобы достать карандаш, взятый вместо перьев и чернил, которые она так сильно любила. — О, сейчас… — пегаска перестала улыбаться и торопливо начала что-то искать. — Не нужно, у меня есть… — принцесса уже приготовилась ставить роспись, оставив письмо на столе.       Спаркл по слову интуиции предполагала, что всё это могло кончиться нехорошо. Пони в спешке опрокинула чернильницу, на что аликорн среагировала мгновенно – её магия сохранила письмо и все бумаги. — Пр…простите… — кобылка виновато уставилась на чёрное пятно, а после она полезла за тряпкой. — Дитзи, там посетитель? Почему не позвала меня. Я же… — послышался сильный и резкий голос жеребца из соседнего помещения.       С лицом, полным разочарования, вышел земной пони с шерстью светло-коричневого окраса и гривой в белых цветах. Средние года, густые усы, очки на носу, строгий взгляд говорили о том, что здесь он был главным. Тем более, почтальонская форма была на нём значительно красивее и опрятнее. Но он сразу же переменился и вместо того, чтобы отругать непутёвую работницу, он только торопливо подошёл к столу и спокойно произнёс: — Дитзи, что же ты так? Эх, ступай и отдохни, а я уберу здесь.       Пегаска хотела всё же очистить испачканный стол, но начальник уже забрал тряпицу и отодвинул её в сторону. Пони только с грустью опустила глаза и ушла в другое помещение. Жеребец проводил работницу с жалостью в глазах, но вскоре он обратился к принцессе, заодно начав стирать разлитые чернила: — Твайлайт Спаркл? Никогда не думал, что увижу вас здесь. И примите мои поздравления в связи с вашим новым статусом. — Спасибо вам и, честно говоря, я прихожу сюда не первый раз, — аликорн мило улыбнулась. — Я каждый месяц отправляю письмо своим родителям именно из вашей почты. — Правда? Забавно, что я ни разу не смог увидеть вас, — земной пони с удивлением поправил себе очки, после успешной уборки стола. — В общем, я немного устала и мне хочется спать, так что, давайте разберёмся с письмом, раз на то зашла речь, — Твайлайт зевнула, а затем положила все сохранённые бумаги обратно на место, придвинув свой конверт ближе к начальнику. — Конечно-конечно, — замешкался тот, в скором времени закончив всё, что нужно и охотно приняв бланк с подписью, — ваше послание доставим как можно скорее.       Принцесса одобрительно кивнула и достала заранее приготовленную сумму. А когда земной пони увидел зависшие монеты в поле телекинеза, то сразу же закачал головой. — Нет-нет-нет, вам не нужно за это платить. — Уф, вот поэтому я не люблю ходить по магазинам в последнее время, — разочарованно вздохнула Спаркл, нахмурив брови. – Если у меня появились крылья, это не значит, что я стала другой. Держите вашу плату за работу…       По выражению лица начальника почты, было видно, с какой большой неохотой он брал деньги от новоиспечённой принцессы. — Вы же понимаете… — Лучше расскажите о вашей работнице, — тихо промолвила Твайлайт, подойдя вплотную к столу и наклонив голову, — что это с ней? — А, вы о Дитзи? Хорошая, трудолюбивая девочка, — невесело покачал головой тот, будто о чём-то вспоминая, — трудится здесь столько, сколько я себя помню на этой работе. Когда я только пришёл сюда, у нас обоих была одна и та же утренняя смена, поэтому мы разносили почту вместе. Но она каждый раз умудрялась доставлять всю свою норму быстрее любого из наших былых и, пожалуй, нынешних почтальонов. — Ох, я пару раз слышала о ней, но, в основном, всё заканчивалось на том, что она что-то сломала, разбила, или испортила кому-то настроение, — тяжело вздохнула аликорн. – Что же с ней случилось? — Когда я получил своё повышение и на отставку ушёл наш старый начальник, уже тогда пошли разговоры о странностях Дитзи. Но из-за новых возможностей я перестал следить за сотрудниками: они отлично выполняли свою работу, а я, в свою очередь, составлял расписание, краткие маршруты к адресатам, обновлял наше старое здание и обеспечил всех новой формой, — сказал земной пони, положив очки на стол. – Но я слишком отдалился от своих…друзей. Раньше мы все были одной семьёй, но я слишком увлёкся из-за своего повышения и заметил проблемы у Дитзи весьма поздно. — Вы говорите так, словно с этой пегасочкой случилось что-то страшное! Может, её кто-нибудь обидел? — Она никогда не хотела говорить на эту тему, сколько я её не просил, — начальник пристально взглянул своими зелёными глазами и долго не отводил взора. – В какой-то момент она стала работать слишком усердно. Когда я об этом думал, то на ум мне приходили мысли об её семье. Может, с ними что-то случилось, из-за чего Дитзи нужны были деньги? — Что? Но вы должны были узнать об этом сразу же, — возмущённо промолвила Твайлайт. – Вы её начальник, в конце концов, должны заботиться о ней, словно отец. — Простите, принцесса, но как можно что-либо сделать, если она сама того не хочет? – удивился земной пони, вытерев пот со лба. – Я пытался отправить её на отпуск, но она отказывалась и продолжала работать. Недосыпы и усталость могли выказаться на её здоровье. Но от посещения больницы она тоже отказывалась и всё также продолжала работать, даже несмотря на то, что всё чаще её усердие приводило к проблемам. Как нам заставить её успокоиться и позволить ей помочь, если она сама того не хочет? Как разговорить её, если она всё время улыбается и ведёт себя так, словно ничего не случилось? — Мы могли бы поговорить с ней. Я и мои подруги… — Пожалуйста, не берите в голову, принцесса, — вздохнул начальник, надев свои очки, — у вас и своих забот хватает. — Только не говорите этого! Если у неё проблемы с деньгами, то мы с радостью поможем ей, — Твайлайт с обеспокоенным выражением лица стукнула копытом по столу. – Обещайте, что поговорите с ней и узнаете о её проблемах. Мы ведь всегда должны помогать друг другу. — Да, принцесса, я… обещаю вам, — начальник нахмурил брови и кивнул в знак одобрения, – и сразу же сообщу. Всего вам наилучшего и простите за потраченное время. — Что ж, тогда буду ждать от вас вестей, — закончила Твайлайт, отойдя к порогу. – Доброй вам ночи и поздравляю с наступлением нового года. — Да, точно, спасибо и вас так же с праздником, — ответил напоследок земной пони.

***

      Обратный путь до библиотеки должен был занять мало времени, хотя Спаркл никуда не торопилась. Невероятно яркая и большая луна, мириады звёзд, чистейшее небо и свежий холодный воздух заставили пони позабыть об усталости. Она даже решила посидеть на ближайшей лавочке до тех самых пор, пока ей не начало подмораживать круп. Но за всё то время её взору открывалась отличная картина на ночной Понивилль, который будто бы закрывал глаза с каждым померкшим окном.       После спокойной, но морозной посиделки Твайлайт прибежала домой быстрее-быстрого и сразу же нырнула в тёплую постель. Спайк продолжал спать, Совелий уставился своим недремлющим взором в ночное небо, а принцесса с огорчением заметила стопку знакомых листов на столе, которую, кажется, даже не тронули после её ухода. Очевидно, что дракончик ясно понял аликорна, либо у него просто не хватило сил после игры в снежки и работы в библиотеке.       Несмотря на томные мысли, принцесса заснула быстро и её даже не мучили дурные сновидения после всех впечатлений, пережитых за день. А вследствие хорошего и крепкого сна, она проснулась раньше, чем предполагала.       Дракончик по своей привычке любил спать долго, скорее всего, из-за нехотения выполнять какую-нибудь утреннюю работу, которую Твайлайт имела привычку планировать, едва открыв глаза. Но ей сейчас было не до этого. Тихонько откинув одеяло, она бесшумно подошла к столу и взглянула на бумагу: всё осталось нетронутым, а точнее, в таком же беспорядке после ветреных крыльев Совелия. Принцесса быстро нашла место, на котором ей пришлось остановиться, не без помощи магии. Привычный звук мог разбудить Спайка, поэтому аликорн быстро собрала все листы в кучку и спрятала их под свой матрас. Удостоверившись, что всё в порядке, она спустилась, поела, оделась и вышла из библиотеки.       Несмотря на то, что подходил четвёртый год, как Твайлайт прилетела в Понивилль, она всё равно не могла запомнить всех его жителей. Ей часто приходилось встречать здешних единорогов, особенно в толпах, но общаться с кем-то лично она не имела возможности, кроме Лиры Хартстрингс. Но сначала аликорн направилась к той, кто наверняка знал каждого пони в городке. Да что там, она была абсолютно уверена в том, что если бы Пинки Пай жила где-нибудь в Мэйнхэттене, то и там она знала бы каждого.       Утро предвещало отличный день: солнце уже вышло из-за горизонта, а чистое небо говорило об отсутствии снега на ближайшую неделю. Всё это и приветливость пони, любивших рано вставать, хорошенько подняло настроение и задало отличный тон.       Сахарный Дворец тоже начинал свой рабочий день с утра пораньше, но открывался он в девять часов, что не помешало аликорну зайти, хоть ей и пришлось отвлечь Кейков от готовки предстоящих сладостей. — Твайлайт Спаркл? – удивилась миссис Кап, чьи копыта были все в муке, в том числе и её фартук, — никогда не видели тебя здесь в такое время. — Д-а-а… — приложилась к затылку та, — но мне хотелось бы увидеть Пинки Пай, если можно. — Конечно-конечно, она наверху, — улыбчиво кивнула земная пони. – О, чуть не забыла, постарайся не шуметь, моя милая… — Не беспокойтесь, миссис Кейк, я не разбужу ваших малышей.       Пинки уже вовсю занималась утренней зарядкой, только делала она это совершенно бесшумно. Принцесса только успела открыть рот, когда вошла за порог, но розовая пони нахмурилась и шикнула, указав копытом на соседнюю стену. Затем она вышла, пройдя мимо подруги, и закрыла дверь. — Привет, Твайлайт, чего так рано? – весело улыбнулась пони, вытирая себе лоб. — Привет, Пинки, — прошептала Спаркл, — вижу, что я пришла не вовремя, поэтому буду краткой. — О, я люблю краткость, но редко ей пользуюсь из-за того, что это скучно, — призналась та. – Все эти краткие слова, предложения, сигналы копытами… — Да, хорошо… — прервала её аликорн, а затем глубоко вздохнула. – В общем, скольких единорогов ты знаешь у нас в Понивилле? — У-у-у, собираешь кружок анонимных книголюбов? — Что? Нет, хочу позвать их на одну игру. И…они ведь уже не будут анонимными. — Игру? Я очень люблю игры. Возьми и меня тоже. — Это…магическая игра, ты не сможешь… — Магическая? Мде, как жаль, ну, тогда слушай... – Пинки уже набрала воздуха, чтобы, без сомнений, протараторить целую кучу имён, но Твайлайт её остановила. — Подожди, — подняла она копыто и полезла в сумку, — так как с большой долей вероятности эти имена я услышу впервые, то существует такая же вероятность, что я их не запомню с первого раза. Вот, теперь продолжай, — попросила аликорн, приготовив блокнот с карандашом. — Я так и знала, — подмигнула розовая пони и затем она выхватила канцелярские предметы из копыт подруги, после чего её след простыл за дверью собственной комнаты. — Но я же… — едва успела сказать Твайлайт. – Фух-х…       Спустя несколько секунд, аликорн прислонилась к стенке, готовясь со всем вниманием рассматривать противоположную стену, картины с цветами и двери, но, к её удивлению, Пинки Пай вышла к ней с отобранными вещами. — Вот, — протянула она блокнот с исписанной страницей, — это не все единороги, которых я знаю, но это все единороги, которые тебе нужны. — Э-эм, спасибо, но как ты так быстро? — Годы практики, — ответила Пинки, гордо поправив себе гриву. Вот это да! Я могла бы сэкономить тучу времени, если бы научилась писать так быстро, — подумала Спаркл, взглянув на имена, написанные весьма разборчивым почерком. Рядом с каждым из них были нарисованы кружки с цифрами. — Винил Скрэтч? – удивилась Твайлайт, прочитав первое имя. – Кто это? — Наш местный диджей, ты можешь помнить её по свадьбе своего братика и своей няни, — кивнула Пинки, опёршись об стену. – У-у-у, как это было захватывающе. — Д-а-а, а что такое…ди-джей? — Не знаю, что-то, связанное с виниловыми пластинками и музыкой, но не такой, под какую мы поём песни, — пожала свободным плечом та. – Я бы могла узнать об этом подробнее, если ты хочешь, но ведь я мастер в предугадывании будущего, властелин смеха и “та, кто ломает четвёртую стену”. — Подожди, чего? Четвёртая стена? Что это такое? – опешила Твайлайт. — Ах, — раздосадовано закатила глаза Пинки, — и ты ещё заведуешь библиотекой? Когда я играла в театре… — Ты играла в театре?! — Тише, Твайлайт, — прошипела обеспокоенная пони, — мы ведь недавно стали подругами, а одними флэшбеками нельзя поведать обо всей нашей жизни, — после этого она закрыла глаза и сделала пару вдохов и выдохов. – М-м, расслабление… На чём я остановилась? — Я перебила тебя на словах: “когда ты играла в театре”, — напомнила принцесса. — Точно, — цокнула в ответ копытом она. — Когда я играла в театре, то там нельзя было разговаривать со зрителями, даже нельзя пристально смотреть им в лицо. Но мне это показалось слишком скучным… — И-и? – аликорн вытянула копыто. — И я нарушила это скучное правило, — Пинки отошла от стены и прикоснулась к щеке Твайлайт. – Но всем так это понравилось, что меня прозвали “той, кто ломает четвёртую стену”. Так наши выступления стали популярными, а потом я вернулась в Понивилль, чтобы печь и кушать кексы, — розовая пони отпустила подругу и прошлась по коридору. — Вау, ни за что не могу представить тебя на театральной сцене, — Спаркл повертела головой, не веря собственным ушам. – А зачем ты пошла туда? — Чтобы отточить свой талант, естественно. Ведь нельзя стать властелином смеха только от одного взгляда на радужный удар Рэйнбоу Дэш, — Пинки состроила такую гримасу, будто всё это было само собой разумеющимся. – Там я и прыгать научилась… — Нам надо чаще оставаться наедине, — призналась Твайлайт, через недолгую паузу, а после она вновь посмотрела на блокнот. – Ох… Аметист Стар, Даймонд Минт… ну хотя бы я знаю Рэрити. А остальные-то кто? — С большей частью ты даже не встречалась, — ответила Пинки. – Они отличные ребята, с ними приятно болтать. Но обычно их можно увидеть в толпе. — То есть, как в толпе? Какой ещё толпе? — Ну, ты ведь знаешь, когда какой-нибудь незнакомец приезжает к нам, или проводят собрания, мероприятия, то собирается толпа. Кстати, чаще всего одна. И там можно увидеть половину единорогов из моего списка, — розовая пони скрестила копыта на груди. — Если так, то почему мы с ними не общаемся? — озадаченно спросила Твайлайт. — Обычно, мы в такое время заняты чем-то важным. А потом они все расходятся по своим делам, — Пинки Пай отошла от стены и открыла свою комнату, — так что… вот тебе прекрасный момент для общения. А ещё я написала их адреса. — Ты даже написала адрес Рэрити, — с разочарованием нахмурилась Спаркл. — А кто тебя знает? – усмехнулась Пинки. – Пока, Твайлайт, и удачи на магической игре. — Да, пока, отлично поговорили.       По лестнице принцесса спускалась с каменным лицом, но вскоре она взяла себя в копыта, пожелала удачной торговли Кейкам и вышла наружу, где стала изучать список вновь.

***

Винил Скрэтч, Лира Хартстрингс, Аметист Стар, Даймонд Минт, Рэрити, Комит Тейл, Райзинг Стар, Рейвен, Силвер Спэнэ, Рэйр Файнд, Лемон Хартс, Лемони Гем, Роял Риббон, Си Свирл, Холли Дэш, — прочитала про себя Твайлайт. – Холли Дэш? Интересно, она не родственница Рэйнбоу Дэш? Нет, вряд ли. И всё равно не могу поверить, что Пинки вспомнила и написала эти имена так быстро. Эх, мне бы так…       Если с именами единорогов принцесса встретила уйму проблем, то с адресами у неё было всё в порядке: за несколько лет пребывания в Понивилле, она досконально изучила все его окрестности. Поэтому Твайлайт решила начать с тех домов, которые находились рядом с её библиотекой. И самыми ближайшими соседями оказались: Даймонд Минт, Роял Риббон и Комит Тейл.       Когда Спаркл подошла к двухэтажному домику и постучалась в дверь несколько раз, ей навстречу с ворчливыми «да иду я!» вышла единорожка голубого цвета с фиолетово-белыми гривой и хвостом. Наряжена она была в жёлто-оранжевый халат, а из мокрых волос торчал гребень. Вид у неё был крайне недовольный, но он сразу же поменялся, когда она увидела новоиспечённую принцессу у себя на пороге. И тут аликорн услышала достаточно красивый и звонкий голосок. — Т-Тв-Твайлайт Спаркл? – заикнулась пони. – Ой, но у меня такой бардак… И ты никогда не заходила ко мне. И… — Успокойся, Даймонд, — дружелюбно улыбнулась та. – Не нужно волноваться. Ты ведь столько раз приходила ко мне за книгами. — Я поверить не могу, что брала книги из копыт принцессы, — взволновалась Минт. – Нужна моя помощь? — Да! Я хочу собрать команду из единорогов, чтобы сыграть в одну крайне интересную игру. — Правда? И ты хочешь пригласить меня?! – засияла от счастья единорожка. — Конечно! – хихикнула аликорн. – Если ты согласна, то готовься, а затем мы встретимся около Вечнодикого Леса… — Ве-ве-вечнодикого Леса?! – ужаснулась Даймонд. – О нет, прости, принцесса, но… я не могу. Никак! — Оу, как жаль… Что ж, тогда извини за беспокойство. — Нет-нет, не нужно извиняться. Я так рада, что ты зашла ко мне, — Минт попыталась улыбнуться, но у неё так и остался испуг на лице. – Я всегда восхищалась твоим бесстрашием, но… Вечнодикий Лес не для такой, как я. — Ничего, всё хорошо. Удачного дня, Даймонт Минт, — Твайлайт с разочарованием помахала копытом, а затем отошла от дома подальше. Вот кто меня тянул за язык? Зачем я сказала про Лес?       Тем не менее, принцесса знала, что первая неудача может стать последней, если правильно подбирать слова и не использовать Вечнодикий Лес на первой встрече. Но следующий дом, в котором жила единорожка по имени Роял Риббон, стал второй неудачей для аликорна. Тут не понадобились никакие слова, так как нужной пони не было дома. Вместо Роял, Твайлайт встретила её маму, которой она случайно прервала сладкий и крепкий сон. Как оказалось, дочерь уехала в Кантерлот на празднование Дня Согревающего Очага и должна была пробыть там целую неделю. После этих слов, мать Роял Риббон закрыла глаза и заснула, стоя у порога. Спаркл решила больше её не беспокоить и, бесшумно закрыв дверь, она направилась к следующему по соседству дому, чувствуя, что и там ей не удастся снискать успеха.       Приближаясь к третьему жилищу, которое отличалось от двух предыдущих незначительными деталями, Твайлайт заметила, что в этом плане ей и её подругам здорово повезло. Но тут же она приметила одну забавную вещь, что дома жителей Понивилля взаправду были домами. А у неё и её подруг это ещё были и места работы.       Комит Тейл – последний единорог, до которого было копытом подать от библиотеки. Остальные жили в разных частях городка. Открылась дверь быстро и навстречу аликорну вышел жеребец с шерстью жёлтого окраса, сине-фиолетовыми гривой и хвостом, быстро бегающими глазами аметистового оттенка и меткой в виде падающей звезды, хвост которой Спаркл приняла сначала за полумесяц. А судя по его вспотевшему лицу и тёмно-красной спортивной жилетке, он выполнял утреннюю зарядку. — Да? Чем могу тебе помочь? – судя по голосу, он был примерно одного возраста с принцессой, может, чуть старше. – О, Твайлайт Спаркл? – удивился тот, выпустив из магического поля гирю, которая парила невысоко над полом. — Привет, Комит Тейл, рада встрече с тобой. — Откуда вы знаете моё имя? – усмехнулся единорог, почесав себе затылок. – Аа, наверное, сказала твоя подруга – Пинки?       Разговаривал он в достаточно быстром темпе и в то же время чётко и понятно, что только порадовало аликорна. — Всё правильно, Комит Тейл. И раз я тебя так не вовремя отвлекла, то буду краткой. — Ничего, всё в порядке, принцесса Твайлайт, я полностью в вашем распоряжении, — жеребец мигом привёл себя и свою растрепавшуюся гриву в порядок. — Из старых книг я узнала про одно очень интересное место, — начала пони, хорошенько прокашлявшись. – Там единороги соревновались друг с другом. И поэтому я хочу собрать небольшую команду. — И вы хотите, чтобы я участвовал вместе с вами? – обрадовался Комит. — Именно так и, пожалуйста, обращайся ко мне на “ты”, — Спаркл старалась говорить всё в строгой манере, будто всё это было неким особым заданием. – Итак, ты поможешь мне, Комит Тейл? — Конечно, принцесса! Только дайте мне пару минут собраться. — Прекрасно! — Твайлайт едва не лишилась собранности в порыве радости, но она вовремя сдержалась. – Кхм, встречаемся у моей библиотеки завтра в десять часов. — Я не подведу тебя, принцесса Твайлайт, — на лице единорога появилась широкая улыбка, которую он постарался сразу же скрыть. – И спасибо вам.       Аликорн попрощалась и отвернулась. А когда дверь закрылась, пони с чувством отлично выполненной работы поджала копыто и прошептала: «Один есть»

***

      Спаркл решила вернуться в библиотеку, чтобы немного перекусить и отметить для себя новый маршрут. И первая же мысль у неё требовала написать приглашения, чтобы Спайк разнёс их по оставшимся адресам. Но она сразу же отказалась от этой идеи, так как это больше походило на признаки лени, чего Твайлайт никогда не одобряла. К тому же, ей хотелось увидеть и услышать каждого единорога, и всё для того, чтобы рассказать позже о древних руинах, расположенных в глубинах Вечнодикого Леса. Также она до сих пор не решила о количестве желающих отправиться вместе с ней. По крайней мере, для неё, как для будущей принцессы, это было бы отличным шансом для общения с остальными жителями Понивилля. И всё же, один согласился, но ведь даже не было никакой речи о Лесе. — Спайк? Ты проснулся? – аликорн окликнула самого верного помощника на свете, войдя за порог чудного древа. – Если нет, то просыпайся! Пора завтракать!       Твайлайт не стала дожидаться ответа и с облегчённым вздохом повесила все тёплые одежды на ближайшую вешалку, оставив на себе только свитер. Её лицо сразу же засияло, когда она увидела своего дракончика. Но у того было такое лицо, будто он встретился с привидением. — Тв… Тва… там… — не в силах что-либо сказать, Спайк стал махать лапами, указывая на верхний этаж. — Что случилось? – обеспокоилась Спаркл, бросившись к дракончику. – Опять приснился кошмар? — Н-н-нет, там… наверху, — тот продолжил нервничать, и успокаивающие обнимашки нисколько ему не помогли. – Она, просто… — Ну-ну, идём, посмотрим на твоего “монстра”, — мило улыбнулась Твайлайт.       Принцесса с довольным лицом поднималась к себе в комнату, предполагая, что Спайк снова увидел что-то страшное у неё под кроватью. Ах, как же мне хочется, чтобы ты всегда оставался таким маленьким.       Но её задорное настроение резко переменилось, когда она увидела, что кто-то и впрямь лежит на её кровати, завернувшись в одеяло. Рядом валялись сапоги с мокрыми подошвами, но по ним Твайлайт никак не могла определить незнакомца. В конце концов, её рог засветился и одеяло уже парило у потолка. — А, глупый дракон, — проворчала единорожка василькового цвета. – Я ведь просила не стаскивать одеяло… — Трикси?! – ошалела аликорн. – Ты что делаешь в моей кровати?! — Я же говорил, говорил! — пролепетал Спайк, спрятавшись за принцессу. – То есть, пытался… — Эм, что? – озадачилась Трикси, едва открыв глаза. Но когда она увидела Твайлайт, то в мгновение ока выпрыгнула из постели и встала в полной рост возле неё. – Привет! Я здесь из-за этого, — магическое поле единорожки подхватило исписанный лист со стола и сунуло его аликорну в лицо. — Моё письмо? – удивилась Спаркл, перехватив бумагу в своё поле. – Но я думала, что увижу тебя только завтра… и явно не в моей кровати! — Так что, мы ведь теперь друзья? – нервно усмехнулся Спайк, выйдя из-за доброго и надёжного “укрытия”. — Всё по-честному, Твайлайт, — ехидно рассмеялась Трикси, — твой почтальон разбудил меня среди ночи и я продолжила свой прерванный сон у тебя. Только не говори мне, что это был розыгрыш. — Нет, конечно, просто… я не ожидала увидеть тебя сегодня, — с неуверенностью в голосе промолвила принцесса, затем она повернулась к Спайку. – Всё хорошо, это я её позвала. Заваришь нам чай? — Ого, позвать бывшего врага к себе домой! Это так на тебя не похоже, — с радостным настроением дракончик отправился вниз по лестнице. — Бывший враг, значит? Вот за кого ты меня принимаешь? – обидчиво прошептала Трикси. — Нет! И прости его за эти слова, — отмахнулась Твайлайт. – К тому же, ты зашла ко мне домой и улеглась на моей кровати. Да ещё и напугав моего помощника. — Прости меня, но снаружи было холодно и я боялась, что меня узнают, — с этими словами, Луламун быстро надела всю свою раскинутую одежду.       То был довольно необычный для неё наряд, состоящий из серой кофты с длинными рукавами, на которой была изображена гавань Балтимэра, и капюшоном, поверх которой одевалась зелёная кофточка с короткими рукавами. Затем Трикси нацепила на задние копыта чёрные чулки и под конец остались только сапоги. — Серьёзно? А где твоя шляпа и мантия? — Мантия постирана, а шляпа сушится. И ты ведь не думаешь, что я настолько глупа, чтобы прийти после всего случившегося в той же самой одежде? – хитро улыбнулась единорожка. – А это в Балтимэре называется “уличный маг”, — осмотрела она себя с обеих сторон. — И этот наряд помог, ведь твой маленький дружок не смог узнать меня сразу! — Что ж, выглядишь ты мило, — похвалила аликорн, оценив новый вид бывшей соперницы. – Я бы даже сказала — непривычно. — Хех, спасибо, Твайлайт, — Трикси поправила капюшон, а затем перехватила парящий лист в магическое поле и, внимательно рассмотрев его, положила на стол. — “В Вечнодиком Лесу есть место, где любой единорог может проверить свои силы на прочность, или улучшить своё мастерство”. Та-а-ак, и когда же мы отправимся туда? – единорожка была вся в предвкушении. — Раз ты приехала так быстро, то соберёмся и двинемся через два часа. — Кстати, ты упоминала про других участников, — Луламун своим телекинезом поправила растрёпанную кровать и застелила её одеялом, — мне казалось, что ты хочешь дать мне такой дружеский реванш, — хихикнула она. — То место было огромным, поэтому я хотела собрать всех единорогов в Понивилле, а потом мы бы поделились на две команды, — сказала Твайлайт, с удовольствием наблюдая за действиями Трикси. — Да? И кто-нибудь ещё согласился пойти с тобой в Вечнодикий Лес? – усмехнулась та. – И смотри, я поступила как настоящий друг – получила твоё письмо и сразу же приехала сюда. — И ты не представляешь, как я ценю это в тебе, — призналась аликорн, подойдя ближе на пару шагов. – Мне правда хочется назвать тебя своим другом. — Я тоже этого хочу, Твайлайт, — после этих слов у единорожки появился огонёк в глазах. – Но сначала… «Печеньки?! – сказали обе в одно время» — О да, именно это! — облизнулась Трикси.       За круглым читальным столом, который на время стал обеденным, пони рассказали друг другу обо всём, что приключилось с ними в последнее время, ну, почти обо всём. Твайлайт пришлось о многом умалчивать. Дракончик съел свой завтрак как можно быстрее и приступил к стиранию пыли с полок и книг. — Итак, значит, я угадала с Каменистой Фермой? – Спаркл отпила свежего и горячего чая из чашки. – Почему ты не попробовала работать в мегаполисе? — В своё время я так мечтала тебе отомстить, что не пожалела последней монеты на тот злосчастный Амулет, — Трикси откусила половину печенюшки и запила чаем. – Так хочется увидеть его вновь… — едва слышно прошептала она. — Что ты хочешь увидеть? — Э-эм… мне так хотелось увидеть окрестности Мэйнхэттена, — торопливо ответила единорожка. – Но вместо этого мне надо было начать всё с нуля. — Да-а, сочувствую тебе насчёт твоей беды с финансами, — покачала головой принцесса. – Уроки даются нам нелегко. — Ещё бы, — проворчала Трикси, со злостью опустошив чашку наполовину. – Слушай, Твайлайт, правда, что у вас в городке кто-то стал аликорном? А то мне рас…       Договорить она не успела, так как ей в лицо со стороны Спаркл полетел оставшийся чай в виде тёплых, но весьма неприятных брызг. Соответствующая этому действию реакция от единорожки собралась последовать в мгновение ока, но смех принцессы прервал её, оставив с гневной, но молчаливой физиономией. — Ха-ха-ха, что за нелепость? Кто-то стал аликорном? Я ничего такого не слышала. — Эй, обязательно надо было так делать? — Ох, прости меня за это, сейчас я всё уберу, — Твайлайт как можно скорее притянула чистое полотенце магией и собралась помочь Трикси, но краем глаза она заметила подходящего Спайка, с веничком в лапе. — Кто там говорил про али… Ай… — договорить он не успел из-за целой стопы книг, упавшей на него.       Спаркл повернула голову, а затем встала из-за столика. — Да, и здесь тоже нужно убраться, но сначала отнеси эту записку по этому адресу, — аликорн помогла выбраться рассерженному помощнику, а затем отдала лист бумаги, вырванный из блокнота. — Но я… здесь же было чисто! – проворчал маленький дракон. — Давай, я помогу тебе одеться, — без лишних слов Твайлайт нацепила на помощника шарф, курточку, ботинки и шапку, а после, невзирая на препирания, аккуратно вытолкнула его за дверь.       Когда пони села обратно за стол, Трикси уже закончила с вытиранием лица, а также с печеньем и чаем. — Ты молодец, и дракона смогла приручить, — сделав последний глоток, единорожка облегчённо выдохнула. – Как же хорошо. — Знаешь, они с рождения такие, — сказала принцесса, быстро закончив и со своим питьём, — единственная возможность, когда их можно перевоспитать, судя по всему, — Твайлайт невесело задумалась над той встречей с целым логовом драконов. — Что ж, теперь можно идти и спасибо за чай, — пони надела себе на голову капюшон и неторопливо зашагала к двери. – Так я не поняла насчёт того аликорна. Значит, это чьи-то выдумки? — Подумай сама, Трикси, — тяжело вздохнула Спаркл. – Вот как можно вдруг стать таким могучим существом, как аликорн? Селестия и Луна были единственными аликорнами на протяжении тысячи лет и тут раз, и кто-то в Понивилле смог им стать? – под конец она уже расхохоталась до слёз. — Мда, когда ты так говоришь, то это и впрямь кажется глупостью, — согласилась единорожка, которой тоже стало смешно. – Да, Майти Тейл, не всем слухам можно верить…

***

      Чай и приятные разговоры со старой знакомой принесли свои плоды и в незавершённом деле принцессы. Комит Тейл уже получил записку о другом времени сбора. А за полтора часа пони обошли почти все адреса, получив к себе в добровольцев ещё пятерых единорогов, которые согласились на просьбу Твайлайт. Во время всех разговоров, Трикси старалась держаться в сторонке, а в паузах между переходами к следующим домам, они снова навёрстывали то, чего не могла допустить их не столь давняя вражда. Так за небольшой промежуток времени, аликорн смогла познакомиться с теми, кого она даже никогда не видела и с кем никогда не разговаривала. Молчаливая Винил Скрэтч, которая на несколько секунд рассталась, будто, с прилипшими наушниками только с помощью магии Спаркл. Настоящий стиляга по имени Райзинг Стар, который даже зимой носит солнечные очки и который разговаривает так, словно снимается в кино с самого рождения. Силвер Спэнэ, единственная пони, которая смогла узнать Трикси даже под такой странной одеждой и, как оказалось, фокусы и магия этой единорожки привлекали её больше, чем просьбы и слова Твайлайт. Рэйр Файнд, который, будто говоря за своё имя и впрямь отыскался с трудом. Пони пришлось искать его дома, потом в магазине, а, в конце концов, он нашёлся в местном боулинг клубе. Игра в одиночестве, неуверенные слова и предложения говорили о том, что он явно откажется. Но он всего лишь с добротой улыбнулся, забил последний страйк и пообещал прийти в назначенное время. Рейвен – белая пони, со строгим лицом, но молодая в годах. Которая носила очки, размером в полголовы, идеально уложенные причёску и хвост, и которая согласилась пойти с принцессой, лишь из-за уважения к ней. Именно она стала последней. Так думала и Твайлайт, когда из всех имён остались только два. Единорожка по имени Аметист Стар во всю была занята уборкой своего дома, как внутри, так и снаружи. Удивительно, но он был полностью засыпан снегом. Сёстры Лемон Хартс и Лемони Гем бегали, собирая чемоданы для отправки в Ванхувер к родителям. Принцесса от всего сердца пожелала им удачной дороги и доброго пути. Си Свирл, которая вполне могла быть дальней родственницей Старсвирла, либо ей просто повезло с именем, отказалась из-за назначенного свидания. А Холли Дэш просто не было дома из-за некоего любопытного инцидента, связанного с крышей городской ратуши, птицей с юга и Мэром. — Скоро все должны подойти, — запыхавшимся голосом произнесла Твайлайт. — Рэрити... ты точно уверена в этом? – насторожилась Трикси. – Мне одной кажется, что она откажется при первой возможности? — А с чего ты так решила? — Ты ведь сама знаешь, что она не любит грязь, весёлые игры и дорожит своей внешностью, — продолжительно зевнув, ответила та. – А древние руины в глубинах Вечнодикого Леса – это явно не для неё. — Я приведу её, вот увидишь, — настойчиво топнула копытом принцесса. — Как знаешь, Твайлайт, — пожала плечами единорожка. – На мой взгляд, нас восьмерых хватит с излишком. Но, это твоё дело, а я буду в библиотеке, если что.       По приходу к бутику, аликорн сделала глубочайший вздох, собралась с мыслями и зашла внутрь. К её невероятному удивлению, Рэрити не только не отказалась, но ещё и с довольным лицом согласилась, больше радуясь общению с Твайлайт, чем какой-то игре в древних руинах. И тому было две причины: Спаркл несколько дней вообще не общалась с подругами, а второй причиной стал костюм из некой особенной ткани, которая в теории должна была не пачкаться. Облегающий и тёплый чёрный, костюм, постепенно переходящий в бирюзовый расцвет с яркими красными полосами и белыми узорами. Поверх ещё надевалась тёмно-красная жилетка с высоким воротом.       Последней стала Лира Хартстрингс, которую Твайлайт застала за подметанием крыльца. Принцесса с огромной радостью встретила свою давнюю подругу, даже несмотря на то, что та использовала метлу довольно странным образом: встав на задние копыта и ухватив её передними. Но подобные мелочи никогда не волновали аликорна и она уже предвкушала занимательную беседу по пути в Вечнодикий Лес.       Когда с невероятным облегчением, Спаркл решила сделать вывод по сделанной работе, она с грустью заметила, что недостаток общения каким-то образом стал настоящим перебором. Ей удалось собрать девять единорогов, у которых, как минимум, была одна общая тема для болтовни – магия. Естественно, этой скукотой они не собирались заниматься. Ведь они впервые собрались вместе, в обычное время, даже не замечая друг друга.       В назначенный час будущие участники неких древних игр собрались перед библиотекой. Там начался настоящий гам – так сильно они были рады видеть друг друга. Твайлайт посмотрела на них из своего окна, а затем одобрительно кивнула в сторону Трикси и набрала в грудь воздуха. Магия её бывшей соперницы распахнула дверь и вскоре принцесса, словно какая-то значительная фигура, предстала у всех на виду. Почти у всех: Винил Скрэтч продолжала качать своей головой в такт музыки, не обращая внимания на аликорна. Но с остальными тишина наступила мгновенно. — Моя благодарность всем вам, мои дорогие друзья, за то, что откликнулись и пришли сегодня. — Да-а, она знает моё имя! – на радостях воскликнул Комит Тейл. — Я уверена, что мы сегодня отлично повеселимся, как никогда раньше, — Твайлайт начала чувствовать дрожь при мыслях о следующих словах. – А теперь… в Вечнодикий Лес!       Наступила пауза, длившаяся немного дольше, чем предполагала Спаркл. Некоторые пони с испугом переглянулись друг с другом, кроме Винил, а затем один не выдержал: — Всё, я пошёл отсюда! – нервозно выдавил из себя Райзинг Стар. — А я знала, что этим всё кончится! — засмеялась Лира.