Главное - семья.

Вечером 31 декабря эльфы накрыли великолепный стол. Устрицы, салаты, огромное блюдо жареных голубей и перепёлок, фуагра, торт из мороженого, земляника, доставленная из Африки. Здесь не было только выпивки. Вместо алкоголя был сок - апельсиновый, вишнёвый, гранатовый. В одиннадцать вечера объевшийся Грегори сказал, что не собирается дожидаться Нового года, пропади он пропадом, и ушёл спать. В двенадцать под бой часов Астория, Гарри и Драко чокнулись соком и пожелали друг другу счастья и исполнения всех желаний. Потом Астория поцеловала мужа, чмокнула Гарри в щёчку и, кинув на них многозначительный взгляд, удалилась в свою комнату. А любовники отправились в спальню Драко. И теперь Гарри лежал на огромной кровати и с нетерпением ожидал любовника. Малфой медленно раздевался, аккуратно складывая каждую вещь. Потом, абсолютно голый, начал крутиться перед зеркалом, тщательно расчёсывая длинные волосы цвета выбеленного льна. - Дра-ако! Сколько можно! Ты что, на приём в Министерство собираешься? В таком виде? – захихикал Гарри. - Истинный аристократ должен в любой ситуации выглядеть достойно. Тем более в постели, - гордо ответил Драко. Он перехватил волосы чёрным бархатным бантом, расправил плечи и презрительно взглянул на любовника. Вылитый Люциус, только голый. Гарри не выдержал, вскочил, схватил это надменное белобрысое чудо и бросил его на кровать. Сорвал этот выпендрёжный бант, бросив его на пол, и растрепал пушистые волосы. - Ты мой беленький хорёчек, - шептал он, покрывая поцелуями это белое тело. Драко лёгкий, тонкокостный, худенький. Кожа у него настолько нежная, что даже обычные поцелуи могут оставить на ней следы вроде засосов. Гарри пощекотал животик любовника и языком прошёлся по гордо стоящему члену. Драко застонал от удовольствия и выгнулся. - Давай, Потти, - капризно потребовал он, расставив ноги. Гарри подготовил его пальцами. Потом обильно смазал член любрикантом и постарался очень осторожно ввести его в анус любовника. Но как он ни осторожничал, Драко болезненно зашипел, вызвав привычную вспышку вины у Поттера. Это происходило при каждом любовном акте – любовник был таким нежным, что первоначальное вторжение всегда вызывало боль. Но потом Драко начал сам насаживаться на член партнёра. Кончили они вместе. Гарри слизал лёгкую сперму с живота Драко. У Малфоя даже сперма чуть-чуть пахла клубникой. Они ещё долго гладили и целовали друга друга, потом Гарри вдруг как-то сразу уснул, уткнувшись в шею Малфоя. Драко удовлетворённо улыбался. Поттер в его постели, кто бы мог подумать! Школьная вражда переросла в любовные отношения. «А может быть, эта взаимная ненависть в школе свидетельствовала о заинтересованности друг к другу?» - внезапно пришла безумная мысль. Он нашёл пьяного опустившегося Поттера в забегаловке в Лютном переулке. Зачем он потащил его к себе домой? Ну, болтал очкарик что-то невнятное про лжесвидетельство, так кто бы его стал слушать! Он был таким упившимся и больным, что стоило выждать несколько дней, и Поттер сам бы окачурился где-нибудь на улице. Или ему можно было бы подсунуть отравленный огневиски, чтобы уж наверняка. Слава Мерлину, Снейп хорошо учил его. Драко с ходу мог сварить пару-тройку ядов, которые невозможно обнаружить в организме. Так нет, Драко привёл гриффиндорца в мэнор и лечил, тратя на него и зелья и свой целительский дар. Как будто Поттер был ему не безразличен. А в школе? Что заставляло Драко постоянно цепляться к Золотому мальчику, доводя того до белого каления своими язвительными репликами? Неужели и в школе его тянуло к этому парню? Не может быть! Драко сел в кровати, задумчиво глядя на Поттера, который уткнулся в подушку. - Поттер, проснись! Что ты думал обо мне в школе? – Драко требовательно потряс за плечо сладко спящего любовника. - А? Драко, ещё рано…. Чего тебе? – застонал Гарри, закрываясь с головой одеялом. - Что ты думал обо мне в школе? – заорал ему в ухо Малфой, безжалостно сдирая одеяло. - Хорёк, ты обалдел? Четыре часа утра! – недовольный Гарри с трудом разлепил глаза. – Я всегда думал, что ты засранец! Безжалостный, вредный, думающий только о себе. - И всё? – страшно разочаровался Драко. Гарри тоже уселся в кровати и обнял Драко за плечи. - Ты был таким высокомерным, уверенным в себе. Я тебе так завидовал, у тебя была семья. Ты всегда выглядел таким счастливым. Ты очень красивый, - задумчиво продолжал Гарри. – Знаешь, иногда я жалел, что не подружился с тобой тогда, на первом курсе. Зачем мы так враждовали в школе? Ведь мы могли бы давно быть вместе. Дра-а-ко… Люби-имый… - и Гарри принялся целовать выступающие позвонки на худой спине любовника. Заснуть они уже не смогли. Сидели в обнимку и наперебой вспоминали Хогвартс. - А помнишь, как я сломал тебе нос в Хогвартс-экспрессе? Я тогда пропустил все школьные кареты, думал, ты так и останешься в поезде. Не представляю, что бы я тогда стал делать. Какая глупость, я тебя страшно ненавидел и одновременно беспокоился за тебя! Только когда Тонкс выскочила с тобой из поезда, я успел на последнюю повозку. - А как тебя укусил гиппогриф? Ты так заорал, я думал, он тебе руку оттяпал! - А как я застукал ваш идиотский Отряд Дамблдора? Вы разучивали такие простенькие заклинания! Я бы мог уже тогда сразиться со всем вашим отрядом и победить! Меня отец хорошо натаскал в боевой магии. - А помнишь, как на первом курсе нас отправили в Запретный лес ночью? Слушай, Драко, я вот сейчас вспоминаю всё это, и мне делается жутко. Как можно было отправить в лес ночью одиннадцатилетних ребятишек в то время, как там промышлял Волдеморт в теле Квирелла? А этот василиск на втором курсе? Почему я один должен был сражаться с ним? Где были все преподаватели? - А… «Тайная комната открыта. Грязнокровки, берегитесь!» - фыркнул Драко. – А ведь Дамблдор знал о василиске. Он-то сразу всё понял, когда несколько студентов окаменели. Ты многого не знаешь, Гарри. Я одно могу сказать – зря ты его убил! - Почему? Он же опасный! - Я говорю, ты ни черта не знаешь. Ой, слушай, а василиск так и лежит там? Это же такая ценность для зельеваров. Гарри, а ты можешь притащить мне хоть кусочек его шкуры? - Могу попробовать. Слушай, меня МакГонагалл приглашала работать в школу. Надо сходить, может, стану профессором трансфигурации? - Тебе что, плохо здесь? - Нет. Драко, я здоровый мужик, а живу у тебя, как какой-то нахлебник. Мне скучно, в конце концов! Да не бойся ты, никому я не скажу про моё лжесвидетельство. Хочешь, дам Непреложный обет? - Ты что, будешь безвылазно сидеть в школе? Гарри, я не смогу без тебя! Я же тебя… люблю…наверное… - Драко помолчал а потом уверенно сказал. - Нет, точно люблю! А если ты там найдёшь кого-нибудь? - Драко был страшно расстроен и, похоже, не на шутку ревновал. И Гарри стало приятно. Малфой любит его и ревнует. - Драко, я ведь не собираюсь становиться деканом. Поэтому я смогу договориться, чтобы вечером возвращаться сюда …домой, - Гарри и впрямь стал считать Малфой-мэнор своим настоящим домом. * * * Несмотря на новогодние праздники, МакГонагалл сразу ответила Гарри, когда он с совой послал просьбу о встрече. Она пригласила его придти в Хогвартс на второй день нового года. Драко заставил его надеть строгий тёмно-серый костюм и чёрную зимнюю мантию и самолично причесал его лохматую голову. Правда, непослушные волосы не захотели держаться в прическе, и через минуту Гарри имел на голове привычную копну волос. Зато в маггловском квартале Драко купил классные очки. Тонкая золотая оправа делала Гарри похожим на молодого подающего надежды министерского работника. Драко ещё заставил его нацепить орден Мерлина. - Слушай, я стал похожим на Перси Уизли, - поморщился Гарри, разглядывая себя в зеркало. - Единственный нормальный Уизелл из всей этой семейки нищебродов, - провокационно заявил Драко и вызывающе глянул на Гарри. Но Гарри уже не обращал внимания на подколки. Ну, вот такой у него Малфой! Очень вредный и очень любимый. Аппарировав в Хогсмиде, Гарри прошёлся до школы по хрустящему снежку. Огромные ворота медленно открылись, его ждали. Гарри с волнением осматривался. Восстановленный после битвы замок высился перед ним серой громадой. Совсем близко чернел заснеженный Запретный лес. Из трубы на крыше избушки Хагрида шёл дым. Постаревший Клык что-то раскапывал в снегу. Надо потом заглянуть к леснику. Гарри потянул на себя высокие резные двери и вошёл в знакомый вестибюль. И чуть не споткнулся о какого-то младшекурсника, старательно возящего по полу мокрой тряпкой. Рядом мальчик постарше насухо вытирал чисто вымытый мраморный пол. Среди грязного пола огромного вестибюля ярко блестел уже отмытый участок. Гарри с удивлением увидел, что ребятишки одеты в слизеринские мантии. Что они здесь делают? Никогда ни один слизеринец не оставался в школе на каникулы. - У вас отработка? Давайте я вам помогу,- предложил Гарри, вынимая палочку. - Мы слизеринцы, сэр, - с достоинством ответил старший мальчик. - И что? – не понял Гарри. - Пресветлый Гарри Поттер не может помогать тёмным магам, - зло выплюнул младший слизеринец и, чуть помедлив, добавил. – Сэр. Старший мальчик подошёл и предостерегающе притронулся к его плечу. Гарри опустился перед ними на корточки. - Почему вы здесь? У вас ведь каникулы. - Нам некуда ехать на каникулы, сэр. Наши родители в Азкабане, - пожал плечами старший мальчик. – Я Элтон Розье, а это Сайрус Кэрроу. Эван Розье с женой и Амикус Кэрроу были приговорены к пожизненному сроку в Азкабане. - Но ведь вам должны были назначить опекунов, - неуверенно сказал Гарри. - А кто согласится быть опекуном у нас? Мы дети солдат Повелителя, - с какой-то затаённой гордостью произнёс младший слизеринец. Старший опять предостерегающе сжал его плечо. «Чёрт! Мы растим новых Упивающихся», - понял Поттер. – «О чём думает МакГонагалл?» - За что вам назначили отработку? - За массовую дуэль, сэр, - коротко ответил старший. - С грифами. У нас весь Слизерин дрался. У нас у всех отработки, - уточнил младший. – Эти вонючие грифы нашу Эдварду изнасиловали, и им ничего не было, - чуть не плача говорил он. Гарри с болью смотрел на этих так рано повзрослевших ребятишек. Мерлин! Им бы о квиддиче рассказывать, а не об изнасиловании. Он достал палочку и несколько раз произнёс заклинание «Мистеропропериус». Это заклинание часто использовала Астория, убирая за Тяпиком грязь, которую тот тащил со двора. Весь мраморный пол мигом заблестел. Гарри повернулся и отправился в директорский кабинет. До него донеслось тихое «Спасибо, сэр». Он взбежал по лестнице и очутился на Астрономической башне. Горгулья у кабинета директора проскрипела: «Героям войны – слава!» и пропустила его. МакГонагалл почти не изменилась. Та же гладкая причёска, пуританское длинное платье, строгое выражение лица. - Гарри, как я рада тебя видеть! – воскликнула она, протягивая руку. – Ты куда-то пропал, я два месяца не могла тебя найти. - Э-э-э, я болел, профессор. Воспаление лёгких. - Почему ты никому ничего не сообщил? Никто не знал, где ты. - Я … меня не было в Англии, - соврал Гарри и, чтобы сменить тему разговора, спросил. - А помните, вы приглашали меня на работу? - Ты согласен? Гарри, как хорошо! – обрадовалась МакГонагалл. - Я совсем зашилась! Не могу найти преподавателя трансфигурации, приходится вести самой. Представляешь, мне приходится быть директором, преподавателем трансфигурации и деканом Гриффиндора! Не могу же я отдать факультет в первые попавшиеся руки! Вот ты сначала поработаешь просто преподавателем, а потом я назначу тебя деканом. - Профессор, а могу я каждый вечер возвращаться домой? У меня… э-э-э … семейные обстоятельства… - Я разрешу тебе, хоть это и против правил. Я в тебе очень заинтересована. У тебя что, кто-то появился? Вы, вроде бы, с Джинни Уизли неровно друг к другу дышали? - Не-ет…Это не Джинни… - пробормотал Гарри. – Профессор, а кто декан на Слизерине? - Никто, - сухо ответила директор. – Да им и не понадобится декан. Со следующего года я расформирую этот факультет. Слизерина больше не будет. - А студенты? – ошарашено спросил Гарри. - Распределю на другие факультеты. Сейчас на Слизерине остались только дети преступников, остальных родители перевели в другие школы. Этим потенциальным Упиванцам не помешает пообщаться с простыми людьми. «Ага, пообщаться. Тех, кто попадёт на Гриффиндор, попросту поубивают, вот и всё общение», - вздохнул про себя Гарри, поразившись жестокости, звучавшей в её словах. - Я недавно посещал Мунго, - опять соврал он. – Там ходят какие-то слухи, что в школе кого-то изнасиловали. - Это просто слухи, - отрезала МакГонагалл. – Так ты будешь работать у нас? Гарри вспомнил отчаянную и горькую гордость в глазах двух слизеринских мальчишек и согласился. Ему пришлось подписать учительский контракт на полгода. Преподавать ему предстояло на младших курсах. Он взял у директорши учебники по трансфигурации за первый и второй курс, попросил разрешения побродить по школе, распрощался и вышел. Он бегом спустился на третий этаж, вошёл в туалет Плаксы Миртл, шуганув её со стойки умывальника. - Откройся, - прошипел он парселтанге. Раковина рухнула вниз. Гарри протиснулся в узкий лаз и медленно пошёл по извивающемуся коридору. Вот и знакомый слабо освещённый зал, где он разговаривал с шестнадцатилетним Томом Реддлом, а потом сражался с василиском. Гарри засветил Люмос и огляделся. О, вот у самого входа пустая кожа василиска. Наверное, он линял, как и обычные змеи. Поттер заклинанием Секо откромсал огромный кусок и спрятал его в безразмерную сумку, которую перед уходом всучил ему Драко. Ему было не по себе. Он всматривался в полумрак. Интересно, куда делось тело убитого василиска? Где-то в глубине зала вдруг послышалось какое-то шуршание. - Кто здесь? – тихо прошипел голос. – Я не узнаю твой запах. Гарри с замиранием сердца подошёл поближе. Огромное белое тело слегка шевельнулось, величественная змеиная голова приподнялась, понюхала воздух и бессильно опустилась. - А, Гарри Поттер. Наконец-то. Давай, добей меня. Я не хочу больше жить слепым, - прошипел огромный змей. Василиск ещё жив! Гарри, как загипнотизированный, поднял палочку. - Не надо! – на его руке повис маленький Сайрус Кэрроу. - Это же василиск! Он опасен. - Он слепой! – Сайрус бесстрашно подошёл к василиску и обнял его голову. Длинный раздвоенный язык нежно лизнул руку малыша. До Гарри вдруг дошло, что он и Сайрус изъясняются на парселтанге. - Ты змееуст? – удивлённо спросил Поттер. - Да! Можете убить меня! Я же чистокровный! Давайте, убивайте и меня, и Шихар-Шена! – и малыш разрыдался, уткнувшись носом в огромную голову василиска. - Я не буду никого убивать. Просто когда я был здесь в последний раз, этот твой Шихар-Шен кинулся на меня и пытался убить. - А вы с ним сначала поговорить не пробовали? Или сразу стали тыкать в него мечом? Да ещё и эту жареную курицу натравили, глаза ему выклевать! – раздался ехидный голос. Возле Гарри стояло трое слизеринских семикурсников. Их палочки были нацелены ему прямо в лоб. Он вдруг почувствовал волны их искрящейся яростью магии. «А чистота крови и впрямь много значит!» - мелькнула мысль. И тогда он опустил свою палочку и рукояткой вперёд протянул её высокому темноволосому парню, угадав в нём главного, демонстрируя, что не собирается с ними драться. И тот принял её. - Я даю магическую клятву, что не причиню вреда Шихар-Шену, - он поднял правую руку вверх. Красная вспышка подтвердила, что магия приняла клятву. Они сидели вокруг василиска на трансфигурированных наспех скамейках, и поражённый Гарри слушал рассказ студентов. Он и впрямь многого не знал. Василиск считался последним четвёртым уровнем защиты Хогвартса. Салазар Слизерин поместил молодого василиска в Тайную комнату сначала для защиты детей чистокровных аристократов, которые учились на его факультете. И только потом выросший змей стал служить четвёртым, последним рубежом защиты школы. На факультете Слизерина всегда был один или два змееуста. Вот только им хватало ума не афишировать свой дар перед всей школой. Эти несколько избранных часто навещали магического змея и приносили ему кроликов или кур, хотя василиск мог долгое время обходиться без еды, подпитываясь магией Хогвартса. Неужели Дамблдор не знал, что в Хоге есть четвёртый уровень защиты? Хотя этот змеиный факультет такой закрытый, что фиг что у них узнаешь. А мальчишки сначала неохотно, а потом, разговорившись, начали рассказывать о себе. У всех или отцы или оба родителя сидели в Азкабане. У всех были конфискованы и поместья и банковские счета. Гарри с горечью понял, что победа светлых сил обернулась для этих детей сиротством, горем и нищетой. Вот тебе и всеобщее благо Дамблдора! Получается, что Гарри сражался с Волдемортом ради того, чтобы этих детей обливали презрением и травили? Но чем они виноваты? Его победу использовали, чтобы люмпены свели счёты с аристократами! Чёрт, если бы он не отмазал Люциуса от Азкабана, Драко сейчас был бы примерно в таком же положении – нищий, презираемый всеми… Как удачно ему пришла мысль лжесвидетельствовать в пользу лорда Малфоя! Расстроенный он вышел из школы. Ему хотелось пройтись и подумать в тишине, поэтому он аппарировал прямо на опушку леса за километр от ограды Малфой-мэнора и медленно побрёл, увязая в сугробах, к лёгкой туманной дымке. Именно так со стороны выглядело поместье, скрытое чарами ненаходимости. Внезапно раздались чьи-то голоса, скрип снега под ногами. Из леса вдруг выскочил грязный голый мальчишка и упал, сражённый Ступефаем. Из-за деревьев вышло два мага в аврорской форме. Они скрутили парнишку обычной верёвкой. Один из авроров подошёл к нему и несколько раз с силой пнул ногой в бок. Гарри с ужасом узнал Рона Уизли. - Рон, что ты делаешь? – громко крикнул он. Молодой аврор обернулся. - Гарри, дружище! – восторженно заорал он. – А меня в первый раз на охоту взяли! И мы сразу поймали зверя! Сейчас же полнолуние! - Какого зверя? - Да вот этого! – Рон кивнул на парнишку и ещё раз пнул его ногой. – Оборотни совсем обнаглели, воруют у фермеров овец. Этот волчий недомерок залез ночью в хлев, а там хозяин наложил на дверь заклинание клейкой паутины, вот он и попался. Утром обратился назад в человека, хозяин нас и вызвал. Мы его хотели связать, а он вырвался и дёру. Еле догнали. Гарри с жалостью смотрел на голого дрожащего ребёнка. Его худенькое тельце было всё в синяках, лицо было разбито, один глаз заплыл. - А что с ним будет? – спросил он. - А чего ещё с оборотнями делать? Обдерут и дело с концом, - сказал жилистый суровый аврор. – Стажёр Уизли, хватит болтать. Бери его и аппарируй на живодёрню. Сдашь, не забудь квитанцию оформить на нашу группу. - На какую живодёрню? – Гарри почувствовал, что у него встают дыбом волосы. - Ну, он ночью обратится, мы с него шкуру заживо сдерём и шубку сделаем. У маглов очень хорошо такие шубы идут – тёплые, лёгкие. Как только оборотень преступит закон, его враз на живодёрню. В полнолуние у них там самая работа. Маглам шубы, нам премия. Вы ведь Гарри Поттер? Очень приятно с вами познакомиться, - и аврор протянул руку. Гарри машинально пожал её, не отрывая взгляд от несчастного оборотня. - А мы можем договориться? – вдруг спросил он. – Вам за оборотня сколько денег полагается? - Позабавиться хотите? – понятливо осклабился аврор. – Сто галеонов, и он ваш. Гарри, мысленно благодаря Драко за то, что тот заставил его посетить Гринготтс и оформить себе кошелек, напрямую связанный с его сейфом, достал ровно сто галеонов и протянул аврору. - Смотри, не развязывай, пока в клетку не поместишь, он ещё две ночи будет в волка перекидываться, - с умным видом посоветовал Рон, ещё раз пнул тяжёлым форменным башмаком мальчишку, и оба аврора аппарировали. Когда он Мобиликорпусом приволок связанного мальчишку в Малфой-мэнор, Драко аж побледнел от ярости. - Ты свихнулся, Потти? У меня жена беременная, а ты оборотня в дом приволок? А если он искусает кого-нибудь? - Драко, погоди. Но есть же волчье зелье. Послушай, они так били его, я не мог смотреть. - Ах, наш Золотой мальчик опять норовит всех спасти! А ты знаешь, что волчье зелье теперь в аптеках почти не продается? Министерство решило не тратить молоко единорогов на оборотней. До вечера я не успею сварить ему зелье. Где ты собираешься его изолировать на эту ночь? - Драко, один из авроров был Рон Уизли. Он бил его ногами… - Кто бы сомневался, - пробормотал Малфой. У Драко от бешенства дрожали губы. Он отвернулся к окну и несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Гарри подошёл к нему и обнял, целуя и прикусывая мочку уха. - Драко, любимый, не сердись. Ну, не выгонять же его. Посмотри, он весь избит. - Ночью на нём все заживёт, это же оборотень, - уже спокойнее сказал Драко. – Ты знаешь, почему почти все оборотни поддержали Тёмного Лорда? Он дал магическую клятву, что когда придёт к власти, оборотни будут уравнены в правах с магами, и волчье зелье им будет выдаваться бесплатно в неограниченных количествах. Ладно, давай посмотрим на твоего волка. Мальчишку развязали. Он сидел на полу и исподлобья смотрел на аристократа. Иссиня-чёрные вьющиеся волосы, большие чёрные глаза, серьга в ухе выдавали в нём цыганскую кровь. Цыгане нередко воровали лошадей вместе с оборотнями. Видно, цыганка понесла от оборотня. - Вы меня изнасилуете? – тихо спросил ребёнок. Малфой не выдержал и расхохотался. - Избави меня Мерлин от этого! – сквозь смех выговорил он. - Чего вы ржёте? Скажете, я для вас недостаточно хорош? – внезапно обиделся пацан. - Значит, так. Ты не представляешь никакого интереса в сексуальном плане. Жить будешь здесь в поместье. Волчье зелье будешь получать с будущего месяца. Эту ночь тебе придётся провести в подвале, уж извини. Твой хозяин вот этот человек, Гарри Поттер. Он спас тебе жизнь. Ты понял? Слушайся его, или я немедленно отправлю тебя на живодёрню! Если Гарри Поттер будет отсутствовать, подчиняться будешь мне, – властно сказал Драко. Волчонок понятливо кивнул. Гарри ошарашено смотрел, как мальчишка подполз к нему и лизнул его ботинок. - Скажи ему: «Клянись мне в верности своей шкурой и своей кровью. Клянись своей жизнью не причинять вреда обитателям Малфой-мэнора», - прошептал Драко на ухо Гарри. Поттер послушно всё повторил. Волчонок, стоя на коленях, принёс клятву. - Теперь надень на него вот это, - в руках Драко откуда-то появился собачий ошейник. – Только плотно не застёгивай, у волка шея толще. - На него? Это же для собаки… - Делай, что говорю, - разозлился Драко. Гарри дрожащими руками застегнул на шее мальчика ошейник, со смущением почувствовав на руке поцелуй горячих мягких губ. - Коржик! – крикнул Драко. – Отмыть и накормить это… этого… как тебя? - Волчедар, хозяин. - Дар! Тоже мне, подарочек, - фыркнул Драко. - Драко, откуда ты знаешь, как надо разговаривать с оборотнями? – чуть позже поинтересовался Поттер. - Научишься поневоле, когда в доме два года жил Тёмный Лорд, - неохотно ответил Малфой. Ночью, когда они лежали в постели, Гарри вспоминал весь этот день. - Драко, что у нас творится в стране? Эти несчастные мальчишки в Хоге, эта травля оборотней! Слушай, при Волдеморте такого не было! На фига я его убил? - А ты что, веришь во всеобщее благо, про которое талдычил Дамблдор? Победа одних всегда приносит горе их противникам. А если бы победил Волдеморт, неизвестно что было бы со всеми вами. - Но почему мы уподобляемся Упиванцам в жестокости? Получается, светлые силы ничем не лучше тёмных? - Поттер, нет светлой и тёмной магии. Это две стороны одной силы. Слушай, терпеть не могу этих бессмысленных философских разговоров! У тебя есть конкретные предложения, как улучшить положение в стране? Нет? Вот и молчи! От тебя уже ничего не зависит, ты своё дело сделал. Теперь вершить историю будут те, в чьих руках власть. * * * Гарри в середине января отправился преподавать в Хогвартс. На него навалилось сразу столько дел, что ему не удавалось каждый вечер возвращаться в Малфой-мэнор, к великому неудовольствию Драко. Уроки на младших курсах, проверки контрольных и домашних заданий, дополнительные занятия с двоечниками занимали уйму времени. А тут ещё он взялся тренировать гриффиндорскую квиддичную команду. А ещё, тайком от всех, он по вечерам посещал гостиную слизеринцев. Дети, истосковавшиеся по нормальному общению, быстро перестали дичиться и потянулись к человеку, который не смотрел на них, как опасных преступников. На уроках он убеждался в том, что эти чистокровные аристократы знали и умели больше, чем остальные студенты. А ведь и Драко учился лучше всех, вспомнил он. Вот только он не замечал этого, увлечённый своей ненавистью к «темным магам». Между тем МакГонагалл была встревожена большим количеством крыс в гриффиндорских спальнях. Сначала на них не обращали внимания, но как-то утром племянница Кингсли Шеклбота увидела крысу у себя на столе. Крупная тёмно-серая тварь спокойно сидела и ела печенье из прогрызенной коробки. Директорша неоднократно приказывала эльфам разыскать миссис Норрис и запустить её на Гриффиндорскую башню. Но кошки нигде не было. Наконец, профессор Флитвик разобрался, что на лестницу перед башней наложено старинное, давно забытое Заклятие Гамельнского крысолова. МакГонагалл сразу решила, что это сделали слизеринцы. Она приказала Флитвику и Гарри немедленно проверить палочки всех слизеринцев, но виновного так и не нашли. Гарри мысленно хихикал. Да, заклятье действительно наложил слизеринец, только бывший. Похоже, что Флитвик тоже развлекался, зная и скрывая имя виновника. Ему страшно не нравилась политика директорши, направленная на уничтожение целого факультета. - Кто кошку украл, тот и лестницу заклял, - туманно высказался он. - Что ты имеешь в виду? – насторожилась МакГонагалл. - Кого-то ты сильно обидела, Минерва, - усмехнулся Флитвик и продолжил. – Миссис Норрис целое лето бегала по замку. Худая, голодная, несчастная. А тебе до неё и дела не было. Ты директор, ты за всех отвечаешь, даже за кошку! - У меня полно дел и без этой блохастой дряни! – взвилась директорша. В учительской назревал скандал. - А может быть, миссис Норрис сейчас, как сыр в масле катается, - задумчиво сказал Гарри. - Да… Если попала к тому, кто любит поесть… - подмигнул ему Флитвик. Директорша подозрительно посмотрела на обоих и выскочила из комнаты - Где Грегори устроился? – шёпотом поинтересовался Флитвик, косясь на дверь. - У Драко Малфоя. Управляющим поместья, - так же тихо ответил Гарри. - Я рад за него. Нечего ему здесь делать. Его бы Минерва заклевала. * * * Драко со смешанным чувством радости и неудовольствия читал письмо от отца. Люциус официально просил разрешения у Главы рода Малфоев посетить Малфой-мэнор для проведения ритуала крещения. Конечно, Драко соскучился и по родителям, и по крёстному, да и на братишку интересно посмотреть. Но он уже привык чувствовать себя хозяином в поместье, а отец, наверняка, найдёт массу недочётов, начнёт делать замечания. Но не отказывать же родному отцу! Старшие Малфои и Снейп появились в середине февраля. После объятий и радостных восклицаний, после того, как Драко рассмотрел маленького Витольда, начали распаковывать вещи и устраиваться. Младший Малфой исподтишка разглядывал отца. Он помнил его совершенно сломленным человеком при Волдеморте. А после казематов Аврората Люциус был худой, как скелет, еле передвигающийся, с опухшими руками и ногами. Сейчас перед ним стоял прежний аристократ с безупречной осанкой, с гордо вскинутой головой и высокомерным выражением лица. Драко захотелось, как в детстве, повиснуть у него на шее и почувствовать себя любимым и единственным ребёнком. Нарцисса и Астория понесли в бывшую дракошину детскую маленького Витольда. Снейп немедленно отправился в лабораторию варить свежее витаминное зелье для сынишки. А Люциус решил глянуть на поместье. Драко сопровождал его. Лорд Малфой хозяйским взглядом смотрел на утеплённый сарай для павлинов, на конюшню, куда Драко недавно купил двух породистых лошадей. Похвалил низко кланяющегося Волчедара, который прекрасно смотрел за лошадьми. Одобрительно оглядел восстановленную беседку, которую разрушили развлекавшиеся боевики Лорда, и вычищенный от мусора фонтан. Да, Драко неплохо потрудился. Исчезли пеньки от срубленных деревьев и следы костров, возле которых грелась стая Фенрира Сивого. Было много молоденьких деревьев, высаженных ещё осенью. Люциус одобрительно кивал. Вернувшись в дом, он потребовал выписки со счетов Драко в Гринготтсе и обрадовался, увидев, что наследник ухитрился даже немного увеличить капитал. - Ну как, я прошёл проверку? – спросил под конец улыбающийся Драко. - Ты неплохо справляешься, сын, - хлопнул его по плечу Люциус. – Вот только павлинов у тебя маловато. - Расплодятся, - махнул рукой Драко и уткнулся лбом в плечо отца. – Пап, я так по тебе соскучился! Слушай, а можно мне присутствовать на ритуале крещения? А то я читал про него, но ни разу не видел. - Конечно. Это даже хорошо, что Глава рода будет свидетелем ритуала, - кивнул насторожившийся Люциус. Ох, недаром сын интересуется ритуалом крещения! - А что, ты тоже хочешь провести ритуал над своими будущими близнецами? – будто невзначай спросил проницательный лорд Малфой. - Я … я не знаю пока… - Учти, сначала надо заключить тайный магический брак. - Я знаю. - Кто твой любовник? Но Драко отмалчивался. Люциус не стал давить. В конце концов, всё само выяснится. Около полуночи в подземелье Малфой-мэнора спустились три мага. Северус нёс на руках маленького Витольда. Малыш не спал, а любопытно глазел по сторонам. Они подошли к двери в стене, и Драко, разрезав палец, смазал кровью определённые камни в кладке стены. Потом проговорил длинную бессмысленную фразу на латыни. Тяжёлая металлическая дверь медленно и бесшумно открылась, и они вошли в небольшой пустой зал. Ровно в центре зала среди обычных серых грубо обтёсанных камней был вмурован отполированный чёрный шестиугольный камень – Камень Основания Малфой-мэнора. Именно с него началось строительство замка далёкими предками семьи. Именно здесь находился природный источник магической силы, напитывавшей весь замок. Если поместье захватят враги, достаточно Бомбардой разбить Камень Основания, и вскоре дом внезапно рухнет, погребя под обломками солдат противника. - Полночь! Начинаем! – скомандовал Люциус. Северус освободил ребёнка от одеяльца и пелёнок и положил на чёрный камень. Младенец недовольно захныкал, ощутив спинкой холод. Люциус глубоко надрезал запястье и начал обильно поливать своей кровью и ребёнка и Камень Основания. Камень вдруг засветился ярким тёмно-красным светом. Малыш Витольд испуганно затих. - Я, лорд Люциус Абраксас Малфой, в присутствии моего тайного мужа Северуса Тобиаса Снейпа и Главы рода Малфоев Драко Люциуса Малфоя, крещу тебя, Витольд Северус Снейп, своей кровью. Испей мою кровь, испей мою магию, испей мою силу. Прими мою кровь, прими мою магию, прими мою силу, - торжественно говорил Люциус. С его пальцев вместе с кровью вдруг стало струиться алое сияние магической силы Люциуса. И кровь, и это сияние жадно впитывало тельце ребёнка. Вокруг начали возникать прозрачные светящиеся силуэты людей. Один из призраков нагнулся и дотронулся до ребёнка. Драко услышал, как отец облегчённо вздохнул. Но кружение призраков продолжалось. Из общего мельтешения вдруг отделился ещё один и склонился над младенцем. Из его одеяний выскользнула змея и поцеловала Витольда. А потом все призраки растворились в багровом сиянии камня. Через минуту свечение камня исчезло, рана на руке Люциуса исцелилась сама собой. Он обессилено сполз по стенке и уселся на пол. Северус немедленно достал флакон с кроветворным зельем и огромную плитку шоколада и сунул всё это своему мужу. А потом поспешно поднял младенца, ловко заворачивая его в тёплое одеяльце. - Ты узнал первого? – слабым голосом произнёс Люциус, заталкивая в рот огромный кусок шоколада. - Конечно! Это Витеслав Малефан, создатель костероста, - ответил Снейп и радостно добавил. – Мой сын станет известным зельеваром! - И змееустом вдобавок, - шептал обессилевший лорд Малфой. – Этот второй со змеёй… - Это Серджио Малфинти, из итальянской ветви Малфоев, единственный змееуст среди наших предков, - блеснул эрудицией Драко. – Крёстный, а кто из твоих предков оделил меня даром целительства? - Это была Арвидия Принц. Она жила в семнадцатом веке. Могла вылечить даже драконью оспу. Только я сначала не узнал её. А когда ты стал лечить всяких тварей, мы поняли, кто это был. - Слушай, Сев, мой крестник прекрасно держится. Даже не заплакал ни разу, - Люц с трудом поднялся и заглянул в свёрток на руках Северуса. Малыш Витольд сладко спал на руках своего отца. Из одеяльца высовывалась крохотная ручка, которая то сжимала, то разжимала кулачок. - Нет, почему он у тебя такой спокойный? – продолжал возмущаться Люциус. – Ты ему что, сонное зелье дал? - Ты прекрасно знаешь, что перед ритуалом нельзя поить младенца никакими зельями. У меня просто такой необыкновенный ребёнок, - заявил Северус. - А я как себя вёл во время крещения? – поинтересовался Драко. - Ты весь ритуал орал, как венгерская хвосторога, - фыркнул Снейп. – А когда тебе на лицо попала моя кровь, ты начал так извиваться, что мы боялись, что ты сползёшь с Камня Основания. - Я сразу понял, что твоя кровь ядовитая, - засмеялся Драко. Он был в восторге от увиденного. Как здорово, что можно почти сразу узнать, чем будет одарён ребёнок! Нет, Астория права, с Поттером надо заключать магический брак! На следующий день утомившиеся волшебники спали до полудня. Астория и Нарцисса ходили на цыпочках. А к вечеру все собрались в гостиной. Северус рассказывал Нарциссе и Астории о крещении, Грегори советовался с Драко о покупке нескольких коз, Люциус ел конфеты и наслаждался свежим «Ежедневным Пророком». Как же ему не хватало этих политических сплетен! Сегодня вторник. Завтра можно будет наведаться в Министерство и возобновить некоторые знакомства. Эльфы уже гремели тарелками, накрывая стол к ужину, когда в камине вдруг зашуршало. - Драко, я захватил кучу домашних работ. Если ты поможешь мне с проверкой, то у нас будет вся ночь, - раздался весёлый голос, и из камина осторожно вышел Гарри Поттер с охапкой пергаментов, которая закрывала ему обзор. Драко резко вскочил и кинулся к камину. Астория судорожно выдохнула. И умный Люциус мгновенно всё понял. Для него как будто остановилось время. Он одновременно мог заметить множество деталей. Вот Гарри, подняв голову и увидев Снейпа, роняет пергаменты, и они падают к его ногам. Вот собака хватает один из пергаментов и отскакивает на середину гостиной, приглашая поиграть. Руки Северуса с изящными запястьями и длинными нервными пальцами судорожно сцепились в замок. Поттер, не отрываясь, смотрит на Снейпа. Его такой по-детски обиженный и недоумевающий взгляд зелёных глазищ, яркие пухлые губы нервно закушены. Драко, ласково обнявший за плечи Гарри и уводящий его из гостиной. Только теперь Люциус понял, что перестал дышать. Чёрт! Вот это он попал! Привезти сюда Северуса, чтобы он развлёкся, возобновив отношения с юным любовником, и обнаружить, что этого любовника давно увёл собственный сын! Зная упрямые и собственнические характеры Северуса и Драко, лорд Малфой начал всерьёз волноваться. Как бы до дуэли не дошло! Драко, конечно, сильный маг, он его сам натаскивал в боевых заклинаниях. Но магия целителей направлена именно на лечение, а не на битву. Северус, которого учил сам Повелитель, убьёт Драко, как цыплёнка! Нет, вот хочешь сделать для человека приятное, а вляпываешься в неприятности! Вот уж точно, хорошими делами прославиться нельзя. А ведь он мог сначала написать сыну, попросить его узнать, что с Гарри Поттером. О том, что Люциус обманом заманил Сева в Англию, потому, что именно ему захотелось вернуться в большую политику, лорд Малфой благополучно забыл. «Я же такой умный, предусмотрительный и хитрый. Лорд вечно называл меня своим скользким другом. И так опростоволосился», - сетовал про себя Люциус. – «Вот что значит бездельничать в благодатном итальянском климате. У меня сразу мозги атрофировались!» Ужин проходил в тягостном молчании. Гарри, не поднимая глаз, вяло ковырялся в тарелке. Северус и Драко обменивались злыми взглядами. Астория, сидевшая рядом с Гарри, ласково гладила его руку и подкладывала лучшие кусочки ростбифа. Грегори, поскорее набив желудок, малодушно смылся из-за стола, пробормотав о каких-то неотложных делах. Кошка и собака, прекрасно чувствующие настроение хозяев, рванули за ним. После ужина семья какое-то время сидела в гостиной. Нарцисса шепталась с Асторией, которая испуганно поглядывала на Гарри. Драко демонстративно сел на диван рядом с Поттером, обнял его за плечи и начал ласково ерошить волосы, вызывающе глядя на Северуса. Всё больше нервничающий Гарри сидел, как на иголках. Внешне невозмутимый Снейп внимательно разглядывал Поттера. Мальчишка выглядит повзрослевшим в этом своём щегольском тёмно-сером костюме и очках в дорогой модной оправе. Но этот по-детски доверчивый взгляд остался прежним. Он исподлобья кидает взгляд на зельевара и тут же опускает голову, встретившись с ним глазами. Люциус пытался разрядить обстановку, что-то рассказывая о том, что в поместье «Вишневый сад» необычайно рано вишни собрались цвести, о своём плане изготавливать наливки и варенье из обильного урожая, но его никто не слушал. Астория посмотрела на Драко и взглядом показала на дверь. Драко что-то прошептал Гарри. Поттер промямлил, что у него завтра рабочий день, что ему рано вставать, и они с Драко ушли. Остальные тоже быстро разошлись по своим комнатам. Люциус попробовал постучаться в комнату Сева, но тот совершенно по-хамски послал мужа довольно далеко и крайне неприлично. И теперь он, прижавшись к тёплому боку Нарциссы, мучительно думал, как разрулить создавшуюся ситуацию. - Главное, что Драко всерьёз хочет создать тройной союз с Поттером, - говорил он Нарциссе. - У Драко будут близнецы, им нужен сильный крёстный. Гарри вполне подойдёт, - шептала Нарцисса. – Вот только что делать с Севом? - Сейчас он на две недели уедет с Витольдом к Руфиусу Принцу. У нас есть две недели, чтобы придумать. Дьявол! Главное – семья! А что делать, если одна часть семьи ополчилась на другую? – вздыхал Люциус. * * * Драко немедленно занялся терапией грустного понурого Гарри. Он раздел его и уложил в постель. Нежными поцелуями покрыл всё тело. Гарри заметно расслабился. Драко пощекотал его яички, любовник захихикал. Драко взял их в рот и осторожно пососал. После долгих томительных ласк, после восхитительного секса Гарри задремал. - Драко, у меня же … Надо же работы проверить… - пробормотал он. - Я всё сделаю, любимый, спи, - прошептал Драко, гладя любовника по голове. Он ещё немного полюбовался на спящего Поттера, который свернулся калачиком под одеялом. Какой же он забавный, когда спит! Отросшая чёлка падает на глаза, как у какого-то пони, одна рука под щекой, другая возле рта, как будто он хочет пососать большой палец, как маленький. Нет уж, Драко никому не отдаст своего будущего мужа. Надо срочно провести тайный ритуал заключения тройственного магического брака. Асто рожать через четыре месяца. К этому времени любовник должен стать мужем. Ладно, надо проверить эту домашку, раз обещал. Драко тихо оделся и отправился в кабинет, куда Грегори отнёс собранные с пола пергаменты. На столе на пергаментах нагло развалилась миссис Норрис. Драко переложил кошку на диван и сел в кресло. Так, что тут у нас? Трансфигурация, первый курс. Ага, Слизерин и Гриффиндор. Надо же, как мало на Слизерине первокурсников. Всего пять человек. Гарри рассказывал, что на факультете остались только дети преступников. Бедные ребятишки! Драко принялся вчитываться в пергаменты. Задание было простенькое – описать, как превратить мышь в чернильницу. Драко читал ребяческие каракули, автоматически исправляя грамматические ошибки. В одной работе его позабавило рассуждение: «Мы превратили мышь в чернильницу. И что дальше? Через некоторое время согласно третьему закону Гэмпа, трансфигурированный предмет возвратится к своему исходному состоянию. Мы получим измученную, голодную, испачканную чернилами мышь, которая будет помнить, как в неё тыкали острыми перьями. Недопустимо мучить живое существо только ради того, чтобы потренироваться в трансфигурации!». Драко улыбнулся. На первом курсе он тоже спросил МакГонагалл, зачем мучить мышь. Нужна чернильница – иди и купи! МакКошка тогда строго приказала ему не умничать, а выполнять её распоряжения, и сняла баллы. Драко взглянул на фамилию. «Сайрус Кэрроу, 1 курс, Слизерин». А-а-а, это тот парнишка, который не дал Поттеру добить василиска. И Драко поставил: «Превосходно» с двумя плюсами. К полуночи все работы были проверены. Драко сложил пергаменты и аккуратно перевязал верёвочкой. Он с удовольствием потянулся. Потом посидел на диване, бездумно гладя миссис Норрис. Можно идти спать. А если утром разбудить Гарри пораньше, можно будет заняться сексом. Утром стояк будь здоров! Он погасил свет, вышел и наткнулся на очень суровый взгляд чёрных глаз. Снейп стоял неподвижно, скрестив руки на груди. У Драко душа ушла в пятки. Он вдруг почувствовал себя первокурсником, который опять подрался с Роном Уизли, и которого собственный декан сейчас размажет по стенке за потерю баллов. * * * В гостиной Снейп не показывал вида, сохраняя суровый и спокойный вид, но в душе у него всё кипело. Этот сопляк, его крестник, что-то приказал Гарри на ухо, и тот послушно пошёл за ним, как миленький! В своей спальне Снейп, не раздеваясь, плюхнулся на кровать. Да как Драко смеет! Поттер принадлежит только Снейпу! Ну и что, что Северус так внезапно уехал, бросив Гарри? Ну и что, что ни разу не написал и ничего не объяснил? В глубине души скреблась мысль, что он очень виноват перед юным любовником, но он гнал её от себя. Ведь им было так хорошо вместе. Значит, всё можно вернуть! В глубине души он знал, что поступил с мальчиком очень мерзко. Но ведь сначала ему казалось, что позабавиться с отродьем ненавистного Джеймса, заодно заставив его вытащить Люца из Аврората, а потом бросить мальчишку – очень остроумно. Тем более, что сынок – копия отца. Только потом, вспоминая своё общение с Гарри, Северус понял, каким благородным, смелым и одновременно страшно ранимым был этот ребёнок. «А ведь он вполне мог с горя что-нибудь с собой сделать», - запоздало пришла страшная мысль. Сам Северус ни при каких обстоятельствах не смог бы лишить себя жизни. Он считал, что это слишком малодушно и глупо. Что толку раскаиваться в содеянном? Он зарёкся раскаиваться в своих поступках раз и навсегда, с тех пор как, не подумав, как следует, угодил чуть ли не в рабство к Дамблдору. Надо не сожалеть, а действовать! А ведь когда Люц предложил на время вернуться в Малфой-мэнор, чтобы провести обряд крещения на Камне Основания, он воображал, как разыщет своего Гарри. Да двойному шпиону найти человека в магической Англии – это раз плюнуть! Никого искать не пришлось. Вот он, Гарри, только уже не его! Не его! Да как этот Драко смеет? Снейп вскочил. Он и в школе часто прогуливался по ночным коридорам, если хотел успокоить нервы. Он накинул мантию и вышел из комнаты. Гарри открыл глаза. Комната была освещена только отблесками горящего камина. Который час? Ему ведь надо в Хогвартс. Нашарив на тумбочке очки и палочку, он вызвал Темпус. Всего половина первого ночи? А где Драко? Неужели, проверяет домашнюю работу? Ой, как неудобно! Гарри встал, накинул на голое тело дракошин тёмно-синий домашний халат и отправился искать любовника. Он вышел в коридор, слабо освещённый магически заколдованными светильниками в матовых плафонах. Драко, наверное, в кабинете. Гарри осторожно двинулся по коридору. На повороте он запнулся за ковровую дорожку и рухнул, больно зашибив колено и зашипев от боли. Кто-то опустился рядом с ним на пол. - Тише, мой хороший, - знакомые сильные пальцы обхватили больное колено. Северус шёпотом произносил какие-то заклинания и водил палочкой. Боль постепенно стихла. Гарри, закрыв глаза, всем телом впитывал эти ласковые прикосновения. - Посиди спокойно несколько минут, пусть нога отдохнёт, - шептал голос. Его обняли за плечи, поддерживая. Как удобно откинуть голову на это сильное плечо. Такое забытое сладкое чувство покоя и защищённости. Запах сухой полыни и цитруса. Эти жёсткие требовательные поцелуи, от которых плавится всё тело. Его гладят по щеке. Повернув голову, он смотрит на это родное лицо и тонет в бездонных чёрных глазах. Теперь всё будет хорошо… Ни о чём не надо беспокоится… Как же его тянуло к этому сильному властному человеку! Как он тосковал по этим надёжным рукам! Гарри ощущает, что он растворяется в этом бархатном голосе, чувственных объятиях, жадных злых поцелуях. Горячие пальцы гладят живот и спускаются к паху… О, какое наслаждение… - Се-ев, мне было так плохо без тебя… - жалуется Гарри. - Сев, я не смогу без тебя… - Не закрывай глаза, мой хороший. Смотри на меня. Глаза в глаза… Какое-то чуть щекотное ощущение в голове… - Северус, что ты делаешь? – вскинулся Гарри. – Ты… ты что, меня гипнотизируешь? Зельевар выругался про себя. Мальчишка почувствовал заклинание «Легилименс гипнозис». Он закрыл рот Гарри поцелуем. Хорошо, что парнишка выскочил из спальни в халате на голое тело. Зельевар распахивает его халат, наклоняется и начинает языком описывать восьмёрки на члене Гарри. Член немедленно поднимается и твердеет. Гарри не может противиться этой ласке. Так сладко подчиняться этому властному человеку… Он стонет, обеими руками прижимая голову Северуса к своему животу, а потом, опомнившись, вдруг резко вскакивает и запахивает халат. - Нет, Сев! Я не хочу так! Так нельзя! Я … я люблю Драко. - Не ври сам себе, Гарри. Ты любишь меня, - мягко говорит Снейп. - Ты бросил меня и исчез! - Гарри, я очень виноват перед тобой. Мне нет прощения. Но вспомни, как нам было хорошо… Ну, иди сюда, мой хороший. Я больше никогда тебя не брошу! Гарри страшно влечёт к этому сильному суровому человеку. Он делает шаг навстречу, ощущая на бёдрах эти горячие пальцы. Но потом спохватывается и отскакивает назад. Северус страстно шепчет, что любит его, что они всегда будут вместе. Но мальчишка твердит, что так нельзя, так нечестно. Какая глупость! Главное, что тело Гарри хочет именно Снейпа! А он что-то бормочет про Драко, которого любит. Говорит, что никогда его не обманет. Драко, Драко, Драко… Через каждые два слово Драко! Снейп поднимается с пола. - Гарри, иди к себе. Не волнуйся, всё будет хорошо, - ласково говорит Снейп. – С Драко мы всё выясним. Он резко разворачивается, взметнув полами мантии, и стремительным шагом летит по коридору. С тех пор, как он дал Нарциссе Непреложный обет помочь Драко убить Дамблдора, он, сосредоточившись, мог легко почувствовать, где находится его крестник. И безошибочно направляется к кабинету. Испуганный Гарри тихо крадётся за ним. * * * Драко глубоко вздыхает и решительно шагает к зельевару. - Я не отдам его, - тихо говорит он Снейпу в лицо. - Драко, не встревай между мной и Поттером. Он мой! - Он был твоим! А теперь он мой! Ты его почти уничтожил! Это я вытаскивал его из депрессии! Я лечил его от пневмонии и алкоголизма! Я люблю его! - А он любит меня! Я только что в этом убедился! – с нехорошей усмешкой заявляет Снейп. Лицо Драко на мгновение делается растерянным, но потом он гордо вскидывает голову. В руках его появляется палочка. - Что ж, тогда решим спор, как полагается среди магов! Дуэлью! Снейп тоже выхватывает палочку. Гарри кидается между ними. - Драко, не верь ему! Ничего не было! – кричит он, с ужасом понимая, что забыл свою палочку на тумбочке. Снейп хватает его за шкирку и отталкивает в сторону. - Люц! Люц! Задремавший Люциус резко сел в кровати. Уж очень взволнованный голос у Нарциссы. - Происходит что-то нехорошее. Я знаю. Что-то с Драко… - жена чуть не плачет. Люциус мигом натягивает штаны, набрасывает халат, сунув в карман палочку, и выскакивает из спальни. Он хочет бежать в комнату сына, но на полпути застаёт ужасную сцену. Его родной сын и его собственный муж стоят друг против друга в боевых позах. Палочки на уровне виска. Именно так Тёмный Лорд учил драться своих боевиков. Люциус выхватывает палочку, понимая, что не успевает. - Круцио! - Авада Кедавра! Два возгласа сливаются в один. Но убийственные заклятия не достигают целей. Они просто не получаются. - Экспелиармус! – отчаянно кричит Гарри, протягивая к дуэлянтам пустые руки. И обе палочки оказываются у него. Он удивлённо смотрит на них. - Пожалуйста, не надо. Из-за меня и так много горя, - устало говорит он. Потом поворачивается и уходит, уронив чужие палочки на пол. Люциус решает взять инициативу в свои руки. - Что здесь происходит? – надменно осведомляется он. – Вы двое свихнулись? Дуэль среди ночи с использованием Непростительных! Прекратить немедленно! - По какому праву ты распоряжаешься? – презрительно усмехается Снейп. – Здесь, кажется, присутствует Глава рода. - Пап, не вмешивайся, - вякает Глава рода Малфоев, пытаясь поднять свою палочку. Люциус Акцио призывает палочки дуэлянтов к себе. - Я здесь распоряжаюсь по праву самого старшего в этом дурдоме! А Главу рода я завтра выпорю ремнём по голой заднице по праву отца! – заявляет он. – А ты, Северус? Ты ведь давал Непреложный обет заботиться о моём сыне! Обет никто не отменял. Ты что, хочешь лишиться магии? Дуэлянты молчат. - Марш спать! И чтобы до завтра я вас не видел! А ваши палочки пока останутся у меня! – рявкает Люциус. Разогнав мужа и сына по комнатам, лорд Малфой отправился на лестницу, ведущую в холл первого этажа. Он сел на верхней ступеньке, обхватил голову руками и стал думать. Почему-то у Люциуса из головы не шла фраза Национального героя: «Из-за меня и так много горя». О чём это он? Тихо подошла Нарцисса, накинула ему на плечи тёплую мантию и села рядом. Он прижал её к себе, закутав полой мантии.