***
Я стояла возле кабинета химии, тяжело дыша. Даже за эти пять минут опоздания , меня могу выгнать из школы. Чертов автобус! Постучав в деревянную дверь, я вошла в прохладный кабинет. Валентина Игоревна, наша химичка, посмотрела на меня удивлёнными глазами, немного нахмурив тонкие брови. — Опаздываем, Новикова? — видимо, вся ее симпатия ко мне пропала, жутко она не любит опаздывающих. — Простите, — проплела я. Училка указала на мое место, куда я быстро и проследовала к нему. За партой уже сидела Аня, моя лучшая подруга. — Женя, почему опоздала? Опять всю ночь книги читала? — прошептала девушка, оглядываясь на разозленную учительницу, которая, видимо, уже искала очередную жертву на свой допрос. — Ага, — выложив учебники, я уселась за стулом и уже даже не пыталась скрыться от пристальных взглядов, итак привлекла внимание даже неизвестных мне одноклассников. — Солнце, из-за этих книжек ты уже опаздывать стала, — Анна неодобрительно покачала головой, как делают обычно старые бабушки, вечно ворчащие о красоте и моральной чистоте прежних времен. — Не твое дело, солнце, — показала ей язык, и мы тихо засмеялись. Мы с ней дружили уже четыре года. Познакомились на одном из наших концертов, тогда я заняла первое место, а она - второе. Анька сильно расстроилась, но я ее подбодрила тем, что ее игра на флейте была божественна. И я не соврала, ведь когда она берет в руку флейту, то становится совершенно другим человеком. Папа ее знаменитый дирижёр, а мама оперная певица. Они постоянно в гастролях и поэтому Аню воспитала бабушка. Может поэтому, моя подруга не такая, как остальные ученики этой школы. Заносчивые слюнтяи, которым важно только их материальное положение, а кто ниже их уровня, они унижают или попусту не замечают. Кончено Аня тоже любит шопинг, но в меру. Ее внешность напоминала настоящую аристократку: черные длинные волосы были убраны в густую косу, голубые большие глаза очень выразительные, а уж про телосложение я не говорю. Одним словом, по сравнению с ней я обычная девчонка со двора. У меня же русые волосы до талии, которые не такие густые как у Ани, зеленые глаза такие же яркие и светлые, тело мое не очень спортивное, что часто смущает меня. — Данил, вынеси, пожалуйста, таблички, — крикнула Валентина Игоревна. Из лабораторной вышел парень - это наш лаборант и предмет обожания наших девочек. Громов Данил Владимирович, двадцать один год, работает в школе полтора года, профессия - лаборант. Хотя Даниилом Владимировичем его никто не называет. За время работы тут он для всех стал, как свой. Его все звали Данил, Даня, Гром (благодаря его фамилии). Так как я тоже, как и все не думаю о нем как о старшем, я его зову просто Даней, хотя мы не так много общаемся. Но такой бурной симпатии, как у девушек моего класса, у меня к нему нет. Да, соглашусь он очень симпатичный. Шатен с голубыми глазами, мускулистого телосложения очень популярен у школьниц, да даже у учительниц. Из-за проколотого правого уха, где красовалась маленькая серебряная сережка, ему повесили клеймо “плохого парня”, от которого все сходили с ума. Как по мне это уже стало обыденным. Вон в школе каждый второй “плохой парень”. Также он приезжает на своем крутом мотоцикле. Не удивлюсь, если он кого попало на нем катает. Не знаю как остальным, но мне он показался заносчивым придурком. Даня разнес всем листовки и уже хотел опять зайти в лабораторную, от чего девушки с горечью повздыхали, но химичка его остановила: — Данил, сегодня тебе в помощь останется Новикова, — я тут же захотела возразить, так как у меня сегодня репетиция, — это будет ее наказанием за опоздание. — Хорошо, — он взглянул на меня, и на его лице промелькнула тень улыбки. Мои одноклассницы уже начали недовольно смотреть. Любая из них добровольно бы осталась, но не я. У меня репетиция, а из-за этого я могу и не успеть. Господи, за что мне все это? — Тебе, кончено, повезло, — прошептала Аня. Да, она тоже относиться к фан-клубу любителей Грома, — но как же репетиция? — Я что-нибудь придумаю, — ответила я, со злостью смотря на этого Грома. После уроков я уже стояла возле двери в лабораторную. Наверное, он уже приготовил для меня дохрена работы. Как всегда. Надо быстрее с этим разобраться и пойти отсюда. Я вошла в лабораторную и увидела, что Даня сидит на подоконнике, ожидая меня. — Привет, Женя, — улыбнулся он своей фирменной улыбкой, и яркий лучик солнца остановился на его сережке. — Привет, — пробубнила я, — ну какая мне работа? — Помой склянки, убери все вещества в шкаф по алфавиту, и наведи порядок на столе, — парень со скучающим взглядом посмотрел на меня, ожидая моего возмущенного ответа. — Ты издеваешься? У меня репетиция! — я слабо топнула ногой для устрашения, но, по всей видимости, получилось не так уж и страшно, как смешно. — Валентина Игоревна сказала, чтобы ты все это сделала, — Даня улыбнулся, оскаливая свои белые зубы. Я пробубнила под нос о несправедливости мира и начала мыть склянки. Оставалось всего полчаса. Если придётся, я свяжу этого придурка и закрою его в шкафу. Нельзя мне пропускать репетиции, потому что они очень важные и значат для меня больше, чем мытье посуды. Запах никотина распространился по комнате. Он что дурак, курить здесь? — Тебя не смущает, что здесь нельзя курить? — я бросила на него строгий взгляд, сама не замечая, как превращаюсь в злобную училку. — Ой, сколько курю — ничего. Живи проще. — улыбнулся он и сделал очередную затяжку. — Мне и так хорошо. Моральные принципы надо иметь! — от удара стеклянной поверхности об стол прошелся резкий звук, отчего Даня нахмурился, но почти тут же принял самое довольные выражение лица. — Скучно живешь, Женек. — Да ладно?! — я настолько разозлилась, что выронила из рук колбу, которая с грохотом упала на пол и, к его сожалению, разбилась на части. — Ну вот, спишут с зарплаты, — пробубнил он, туша сигарету. — Прости. Я начала поднимать осколки, не подумав, что на мне нет даже перчаток. Стекло вонзилось в палец, и слабая струйка крови закапала рядом с бедной колбой. Черт, как же так. — Дура! Даня опустился передо мной. Дальше произошло то, чего я не ожидала. Он выхватил мою руку и стал слизывать кровь с пореза. Мурашки распространились по моему телу. Что он вообще творит? — Ай, — я защурилась, от того, что его язык снова дотронулся моей небольшой раны. — Потерпи. Затем он достал пластырь из кармана и осторожно приклеил на порез. И как понимать всю эту нежность? Даня все еще держал мою руку, в открытую изучая мою внешность. Я чувствовала, что краснею еще сильнее. От этого он ехидно улыбнулся. — Осторожней надо, милая, — прошептал он мне прямо в ухо. После этого задышал прямо мне в ухо, от чего новая порция мурашек распространилась по моему телу. Я резко встала и выбежала из кабинета. Что это только что было? Сердце начало колоться от воспоминаний, но я это списала на быстрый бег. По пути в репетиционную я все расставила по полочкам. Он просто боялся запачкать весь пол или одежду, вот и слизал… своим языком кровь. Он просто мне помог, вот и все. А то, что он дул мне в ухо, это просто издевательство. Мне надо думать о репетиции, а не о лаборанте. Слава богу, все дурацкие мысли ушли, когда я взяла в руки скрипку. Я играю на этом музыкальном инструменте с десяти лет. Именно моя хорошая игра на скрипке позволяет мне учиться в этой школе, и состав школьного оркестра мне нравится. Не то, что бы я со всеми дружу. Тут только один мой друг, Аня. Все остальные, можно сказать, мои коллеги. И все они, безусловно, хорошие музыканты. Последним в кабинет вошел Никита, светловолосый парень с голубыми глазами. Еще с первого дня в школе он меня заинтересовал своей необычностью. Парень играет на контрабасе и у него это безумно классно получается. Папа у него бизнесмен, но это не помешало ему заниматься любимым делом и стать добрым человеком. А еще он часто читает книги в библиотеке. Я даже заметила, что у нас схожий вкус. Репетиция прошла успешно: я с Никитой пару раз переглянулась, от чего мне стало спокойнее. Мы с ним довольно в хороших отношениях. Не то, что прям друзья, но и не просто знакомые. Может быть, когда-нибудь мы с ним сблизимся.1 Глава
29 марта 2015 г., 16:44
Дебильный звонок будильника разбудил меня. Я еле сдержалась, чтобы не выбросить его из окна, с неохотой, громко зевая, я поднялась с кровати.
«Господи, привычка сидеть допоздна, читая книги или слушая музыку, не приведет ни к чему хорошему», — пронеслось у меня в голове.
Рассеянно смотря на яркий циферблат электронных часов, я поняла, что поставила время на полчаса позже и уже конкретно опаздывала на учебу.
Я бегом побежала в ванную умываться, стараясь как можно тише проскочить к ней, потому что родители по своему обыкновению еще мирно спали. Привести себя в полный порядок времени не было, поэтому я на скорую руку замазала темные круги под глазами, собрала светлые волосы в хвост и быстрым шагом пошла одеваться.
Без кофе по утрам выжить не могу, мне пришлось одеваться и пить его одновременно. Полчаса до начала первого урока. Все было бы ничего, если из этого времени, мне не нужно было минут сорок ехать в автобусе. Я выучила уже все расписание их остановок, и, в принципе, смогу успеть на второй, который, как назло, всегда переполнен.
Я учусь в лицее для отпрысков богачей, знаменитостей, врачей или политиков. Как я очутилась в этой школе, где почти сто процентов богатеньких детишек, когда сама я, мягко говоря, лишь из среднестатистической семьи? Там есть музыкальное отделение, а я с раннего детства занимаюсь музыкой, у меня есть неплохие способности, если говорить без утайки. Вот и приняли, но я под строгим надзором, и за малейший промах могут выгнать, и не видать мне стипендии в университете. В этой школе от силы человек десять, таких как я, простых учеников, отличившихся талантом или умом, а не размером кошелька родителей.
Но мне нравится именно эта школа, не только из-за отличного музыкального отделения, но и из-за отсутствия школьной формы. Раньше была, но богатые девочки забастовали, и это был, наверное, единственный раз, когда я была очень благодарна их стараниям. Невыносимо было носить эту юбку до колен. Я, как и обычная девушка, люблю и платья, и юбки, но только, когда выхожу на сцену с очередным выступлением. А так я предпочитаю джинсы, хоть нас все же заставляют надевать пиджаки с эмблемой школы, для показа элитности этого учебного заведения.
Надев любимые черные лосины, мягкую белую рубашку и тот самый злополучный синий пиджак, я быстро взглянула на время и поняла, что с трудом успеваю на автобус.
Я натянула кеды, и, схватив сумку, выбежала на улицу. Погода сегодня была теплой, солнце ярко светило, а на небе не было ни облачка. Подбежав к остановке, я увидела, что как раз подъехал нужный автобус. Я тяжело вздохнула, увидев, что народу в нем полно, но что поделаешь? Я проскользнула внутрь, извиняясь перед людьми, которых нечаянно задевала по пути.
Толком хорошего места не нашла, поэтому пришлось чуть ли не всем телом чувствовать какого-то парня. Я была рада, что это не какой-то потный мужик, который попытался меня облапать. Когда автобус дернулся с места, я еще сильнее прижалась к нему. Ненамеренно, конечно. Просто сзади все было настолько запущено, что меня просто прижало к нему. Даже не могла разглядеть лица парня, Да и, что там, даже одежду, так как я просто вплотную была к нему пристроена, и мой подбородок упирался в его плечо. Тут же запахло мятным шампунем и лосьоном после бритья. Некоторые парни, как будто пытаются вылить на себя весь свой одеколон, после чего у их бедных девушек болит голова. А этот пахнет естественно и чисто, от чего я вздохнула поглубже и закрыла глаза.
Резкий скачок дал понять, что зря обрадовалась, что это именно человек мужского пола. Получилось так, что моя нога упиралась ему в область полового органа. Ну, прям в то самое место. Я попыталась убрать ногу, ерзая с места на место. Парень издал сдавленный стон, и я поняла, что сделала только хуже. Тогда поняла, что это самое ужасное утро в моей жизни. Проспала , опаздываю в школу, и плюс ко всему я походу возбудила парня в автобусе.
Я посмотрела в окно и поняла, что сейчас будет еще хуже. Вот-вот будет резкий поворот, а мне даже кроме как в парня вцепиться не во что. Когда водитель, которого я почти ненавидела на данный момент, начал поворачивать, я думала, что упаду куда-то между толпой людей, но рука парня обхватила меня за талию, благодаря чему мне удалось избежать очередного фиаско.
— Простите, — прошептала я, сама не понимая сути извинения.
— Ничего, — сказал парень хриплым голосом и с легкостью вернул меня в прежнее положение.
Он начал тяжело дышать, и я поняла, что все очень плохо для меня. Терпеть это еще две остановки было бы невыносимо, поэтому мой выбор, между серьезным опозданием или продолжением этого, пал на первый вариант.
Автобус остановился, и я вырвалась наружу, чувствуя на себе его томный взгляд. Мне даже не хватило сил посмотреть на него, так мне было стыдно. Ладно, все равно мы не встретимся больше. Времени у меня еще было мало, а бежать нужно было многовато. Веселое утро!