Мама для Леголаса

                    Банни потянулась, и пятка ее уперлась в горячую коленку. Она чуть из постели не выскочила. Что это? Кто это? Тут же вспомнила. Ее же уложил к себе Трандуил.       Ощущение странное — словно и не отдохнула ничуть. Спать уже не хочется, а сил не прибавилось. Такое она чувствовала в первый раз. Банни повернулась и посмотрела на все еще спящего Трандуила. Он уютно свернулся, положив голову на согнутый локоть, и мирно сопел.       — Просыпа-а-айте-есь, ваше величество! — пропела Банни, дергая одеяло. — Ждут великие дела!       — Угмн… — согласился Трандуил и продолжил витать в царстве Морфея.       Стоп, а где ее одежда? Король ее к себе привел в ночнушке? Вон лежит ее ночнушка, как она ее положила для просушки на скамеечку, так она и лежит. А на ней мягкая и теплая рубашка короля. Ого! Думала ли она, что когда-нибудь сумеет ее померить? Банни подошла к зеркалу и завертелась, то подгибая подол, то задирая повыше рукава, пока сзади не раздался хрипловатый со сна голос:       — Так нравится?       — Вылезать не хочется! — смутилась Банни.       — Я давно заметил твое пристрастие к мужской одежде.       Банни смутилась еще больше.       — Так удобней ведь! Особенно орочья, — буркнула она себе под нос.       -Ну конечно, кто бы сомневался, — хмыкнул Трандуил. — Орочьи портные умельцы! Там и штанов во многих случаях не носят. Так, набедренная повязка.       Раздался стук в дверь.       — Одеваюсь! — рявкнул король. Накинул халат и отворил двери, выглянул за порог. На пороге стоял бледный Леголас. Он прошептал что-то на ухо королю. Трандуил закаменел. Впрочем тут же справился с эмоциями.       — Забери ее, отведи в ее комнату. Я оденусь и вниз.       Леголас кивнул. Банни молчала, она поняла, что случилось нечто пугающее. Оказалось, нашли Лусиэль. Эльфийка обнаружилась в закутке одного из верхних ярусов, в пыльной комнате убитого в битве Пяти Воинств эльфа. Она была в полусне и почти не реагировала на внешние раздражители. Но она была жива!       Банни вздохнула с облегчением. У эльфов отличное чувство равновесия, но все же она боялась, что тело воспитательницы найдут в каком-нибудь водопаде. Лорд Глорфиндейл и король Трандуил закрылись в лазарете с целительницами и обсуждали, что могло ввергнуть эльфийку в странное состояние. Банни же решила прощупать почву на предмет желания Леголаса помочь матери. Поманила принца за собой и начала издалека:       — Леголас, как ты думаешь, Анна рада была посетить праздник? По-моему она блистала.       — Блистала, я не ожидал, что все будут маме так рады. Ждал чего-то другого, — ответил Леголас. Нет, принц не сомневался, что открыто никто не посмел бы и хихикнуть. Но что маму окружат и с искренней радостью будут пытаться дотронуться до руки, выразить свой восторг по поводу возвращения, не побрезгуют ее состоянием — этого он не ждал.       — Как ты думаешь… а может быть, Анне можно вернуть нормальные ноги? Она же наверняка, хочет танцевать со всеми, — искоса взглянула на Леголаса Банни.       Леголас моментом понял. Он резко развернул девушку к себе лицом, больно ухватив за плечи.       — Не. Сметь, — принц так посмотрел ей в лицо, что у Банни подогнулись коленки.       — Да ты не так понял… — пробормотала она, голос сорвался от страха.       — Здесь. У нас дома. Во дворце Лесного Короля. Твориться неизвестно что. А ты хочешь в такой момент вновь сбежать и вывести из строя владыку?       — Да я ничего такого не хочу! — помотала головой Банни.       — Я предупредил. Только попробуй. Собственноручно прикую цепью к кровати, и ты будешь жить, не выходя из своей комнаты! — пригрозил Леголас.       Угроза, вернее, голос, каким были произнесены слова, напугали Банни и заставили отказаться от затеи. Во всяком случае, пока.       Снова потекли однообразные деньки. Лусиэль время от времени приходила в себя, никого не узнавала и говорила о тени, которая чуть не выпила ее досуха. Трандуил призадумался. После рассказа лорда Глорфиндейла о битве с темной сущностью, оккупировавшей тело Банни, король и витязь, подозревали, что Лусиэль столкнулась с нею же.       Глорфиндейл сотворил охранную молитву. Эльфийки окурили кровать, на которой лежала Лусиэль, травами, которые перечислил им витязь. А Банни в это время слонялась по дворцу, не зная, чем себя занять. Она сунулась к Маэглору и попыталась с ним сыграть в «ловерлук» на количество выстрелов из его громадного, с витой рукоятью, лука. Эльф негромко засмеялся и предложил Банни сделать пару выстрелов так, просто. Они находились на тренировочной площадке, окруженной мишенями, расположенными на разной высоте.       Жадная лапка схватила рукоять. Ох… Тяжелый! Уперев лук нижним концом в пол, Банни попыталась оттянуть назад тетиву. Без стрелы, на пробу. Тетива, словно заколдованная, оттянулась на пару дюймов, и как ни прыгала с луком девушка, ни на дюйм не поддалась.       — Ты заколдовал тетиву? — со звоном спросила Банни, обидевшись на эльфа. Маэглор расхохотался в полный голос. Раздался еще один звонкий смех. К ним подошел Иселендил.       — Банни, дай, — попросил Иселендил лук.       Она отдала.       — Смотри и учись, — назидательно сказал Иселендил. Словно смерч пронесся по площадке. Пальцы эльфа мгновенно вытаскивали стрелу из колчана и накладывали на тетиву, миг, и тетива растянута до звона. Щелчок, и стрела с глухим стуком втыкается в мишень. Выстрелы точные. За каких-то несколько секунд Иселендил всадил пять стрел в разные мишени. Банни разинула рот.       — Теперь ты! — фыркнул Маэглор. — Внимательно смотрела?       Соревноваться с Иселендилом в скорости накладывания стрелы было смешно, однако Банни заторопилась. Наложила стрелу, попыталась растянуть — не получилось. Она рванула отчаянно. Рука легла поверх ее пальцев на рукоять, пальцы второй руки накрыли ее пальцы, держащие стрелу. И мощное движение, страшная сила впечатали ее несчастные пальчики в древко и тетиву. Тетива натянулась, хлоп! Стрела попала куда надо. Банни взвыла.       — Ты чего? — испугался Иселендил.       — Ая-я-яйиии! — жалобно подвывала Банни и трясла руками. — Медведище! Оееей! Пальцы почти оторвал!!!       — Ох, прости! — извинился эльф. — Правда, не хотел, только показать хотел…       — Я не сержусь, ую-юй! Я поняла, ая-у!       Наконец Банни мотнула головой и воззрилась на эльфов.       — А как вы стали такими сильными? Вот если я буду тренироваться день и ночь, у меня получится стрелять из такого лука? — спросила девушка, разминая свои пальцы.       — Это природа, Банни. Ты станешь сильнее, коли будешь тренироваться, но из подобных луков не сможешь стрелять никогда.       — А я видела еще оружие… — Банни поковыряла носком сапожка землю. — Огненный шар на цепи. Это что такое?       — Думать забудь, — посоветовал Маэглор. — Владыка ни за что не позволит тебе атаковать шаром. Одно неверное движение, и ты сожжешь саму себя.       Банни выпятила губу, но невеселые мысли прервал звук рожка.       — Это почта! — вскинулись эльфы. — Банни, тебе должен кто написать?       — Давно письма от отца — короля гномов не было, — сказала Банни.       — А я жду письмо от человеческой девы! — сказал Иселендил.       — Надеюсь, ты это невсерьез? — нахмурился Маэглор. — Король не одобряет привязанности к смертным, ведь они живут так мало! И будешь потом расстраиваться, и…       Иселендил с улыбкой прижал палец к губам Маэглора, побуждая того замолчать.