Верь мне.

Торин резко открыл глаза и подскочил на кровати, не понимая, где он находится. В окно все еще светила луна. Занавески чуть заметно трепетали на сквозняке. В голове звучали отголоски странного голоса, звавшего его к себе. Снова. Это снова повторилось. Этот голос в голове, будь он проклят... Где-то глубоко внутри расползалось нечто мерзкое и холодное... отравлявшее его с тех пор, как он увидел Эребор. Комната немного двоилась перед глазами. Торин схватился за голову и зажмурился. Горло сдавил спазм. Кровь оглушительно стучала в висках, а кожа покрылась капельками пота. Усилием воли ему удалось подавить взявшуюся из ниоткуда злость, но голос не отступал. "Я должен пойти туда, - билась в голове безумная мысль. - Должен вернуться в Гору и спрятать золото. Его могут украсть. Я должен сейчас же пойти туда. Оно мое, только мое". Он уже не различал, чей голос внушает ему это. Собственный или чужой. Но стоило щупальцам страха коснуться его сердца, как рядом с собой он услышал чей-то негромкий вздох. Тьма вокруг него медленно отступила. Торин сделал осторожный вздох, чтобы успокоить бешеный пульс. Шум в ушах смолк. Голос пропал. Торин открыл глаза и повернул голову. Только сейчас он вспомнил, что рядом спит Бильбо. Торин медленно лег обратно. Матрас прогнулся, и Бильбо во сне подкатился ближе к нему, со вздохом прижавшись щекой к груди и перекинув через него руку. Странным образом это успокоило Торина. Он долго лежал, прислушиваясь к ровному дыханию Бильбо, рассеянно поглаживая кончиками пальцев его руку на сгибе локтя. Из окна ему был виден силуэт Эребора, его дома. Глядя на него, Торин ощущал всевозрастающую тревогу. Его мучило плохое предчувствие, но он списал это на усталость из-за похода. Им осталось совсем немного. Всего лишь добраться до Горы, а до нее рукой подать. Потом будет сложнее. Он все еще ломал голову, как им одолеть Смауга. Они должны найти Аркенстон. Ему нужен камень Государя, чтобы вновь обрести власть. После этого он займет трон, и Эребор обретет своего короля. Однако он с тревогой заметил, что в какой-то момент мысли о народе отодвинулись на второй план. Он все больше думал о золоте и, понимая это, все равно не мог пересилить в себе эту тягу. Вздохнув, Торин закрыл глаза и постарался отбросить эти мрачные мысли, согретый объятиями спящего рядом хоббита. Все это будет потом. А сейчас нужно просто наслаждаться тем, что есть. Ему нравилось ощущать рядом теплое тело Бильбо. Тот придвинулся еще ближе, ерзая, и устраиваясь удобнее, и что-то бормоча под нос. Потом закинул на Торина одну ногу и удовлетворенно вздохнул. Торин старался не шевелиться, чтобы не разбудить его, но тело мгновенно откликнулось на это соблазнительное ерзанье. Сам того не зная, Бильбо успел за одну секунду разжечь в нем огонь. Боги, это бывало и раньше в походе, просто Торин постоянно закрывал на это глаза, смущенный собственным влечением к Бильбо. Ему достаточно было, чтобы Бильбо прошел мимо или задел его локтем, чтобы возбудиться. Только благодаря железному самообладанию ему удавалось держать себя в узде и сохранять внешнюю холодность. Он так упорно старался казаться равнодушным ублюдком, что иногда ему становилось противно от самого себя. В стремлении оттолкнуть от себя Бильбо он иногда переходил черту. Черт, каким же черствым тираном он иногда себе казался! И что в итоге? В итоге сейчас они лежат в одной постели, и он понимает, что нисколько не станет сожалеть об этой ночи на следующее утро. Каким облегчением было сознавать, что теперь ему не нужно притворяться и, встречаясь с Бильбо взглядом, не нужно будет нацеплять маску отчужденности, чтобы скрыть свои мысли. Если бы только они могли провести в этой комнате больше времени. Но, опять же, придется довольствоваться тем, что есть. Однако Торин надеялся, что теперь между ними все окончательно прояснится. Он с нетерпением ждал утра, собираясь поговорить с Бильбо начистоту. И будь он проклят, если не добьется от Бильбо честного ответа! Он должен заставить Бильбо дать ответ о том, что значит эта ночь для них двоих. Должен заставить его остаться. Он не позволит ему вернуться в Шир, потому что иначе... иначе его жизнь потеряет смысл.

***

Бильбо проснулся от какого-то мягкого прикосновения. Открыв глаза, он ошеломленно моргнул, увидев склонившегося над ним Торина. Первые две секунды Бильбо ничего не понимал, но потом постепенно начал вспоминать, что произошло прошлой ночью. В голове стали вспыхивать яркие картины одна за другой: как они с Торином целовались, как сплетались их обнаженные тела... как он кричал и выгибался от наслаждения, уткнувшись в подушку. Боги... как теперь смотреть в эти синие глаза? Бильбо почувствовал, как кровь бросилась в лицо. Ничего не скажешь, отлично провел вечер. Затащил в постель предводителя их отряда, переспал с ним, а теперь вот молчит и хлопает глазами, не зная, как разлепить губы и заговорить. Может, заговорить о погоде? Или прикинуться дурачком, сделав вид, что все, что он выделывал тут прошлой ночью - следствие ушиба. Да, точно. Сильного ушиба после сражения с пауками. Просто, э... немного запоздалый эффект. - Кхм, доброе утро, - пробормотал он, боясь пошевелиться. Накрытый одеялом, он явственно чувствовал, что Торин, как и он сам, все еще абсолютно голый. Торин, кажется, даже не думал отодвинуться, продолжая нависать над ним, опираясь на расставленные руки. Бильбо смущенно замолчал. Было так непривычно проснуться с кем-то в одной постели, учитывая, сколько лет он вел одинокое существование и был закоренелым холостяком. Торин долго смотрел на него своими необыкновенными синими глазами, загадочно мерцающими в предрассветных сумерках. - Я думал, что мне все это приснилось, - прошептал Бильбо, облизнув губы. Лицо Торина было так близко, что он видел каждую морщинку, каждый волосок на его темных бровях и ресницах. Неожиданно для себя Бильбо протянул руку и коснулся мужественного лица, желая убедиться, что оно реальное и не является плодом его фантазий. Торин чуть повернул голову и прижался губами к внутренней стороне его небольшой ладони. Темная борода колола чувствительную кожу. Торин прижал ладонь к своей щеке, не отводя от Бильбо серьезного, задумчивого взгляда. Этот жест был настолько интимным и полным смысла, словно они были давними любовниками и каждое утро проводили время вот так - в постели. - Я хотел бы просыпаться так каждое утро, - вдруг признался Торин тихо. Уголок его губ чуть приподнялся в печальной улыбке. - Видеть тебя, твои глаза... Ауле, они такие завораживающие. Я хочу засыпать с тобой каждую ночь... Хочу, чтобы ты был рядом каждый день. Знаю, это эгоистично с моей стороны, ведь ты ждешь не дождешься, когда сможешь вернуться в Шир, не так ли? И я не могу осуждать тебя за это, - Торин тяжело вздохнул и нежно погладил его по щеке, согревая прохладную кожу своим теплом. Бильбо затаил дыхание. Ему не верилось, что это говорит Торин. Тот самый хмурый, вечно угрюмый гном, который даже не признавал в нем равного при первой встрече. Бильбо привстал на локтях, всматриваясь в мужественное лицо. Он боялся, что увидит в синих глазах сожаление, но ничего такого в них не было. В их таинственной бездонной глубине трудно было что-либо прочесть. Торин подался вперед и скользнул губами по его губам. Потом осторожно поцеловал. Последовал долгий поцелуй. Бильбо приподнялся навстречу и закрыл глаза, полностью отдавшись на волю непривычных ощущений, что дарили ему твердые губы. Колючая борода Торина приятно колола его кожу на подбородке, и Бильбо безумно нравилось это ощущение. Он притянул Торина за шею, с жаром отвечая на поцелуи. Через секунду язык Торина скользнул между его губ и стал ласкать его небо. Когда язык исчез, Бильбо решил повторить тот же маневр, и его язык несмело лизнул губы Торина. Затем пробрался внутрь. Он заметил, что Торин замер, ожидая, что он будет делать. Бильбо провел рукой по его спине, наслаждаясь ощущением силы, заключенной в этом великолепном теле. Его язык меж тем осторожно осваивался внутри рта Торина. Торин довольно заурчал, когда Бильбо, осмелев, стал вылизывать его рот. Их обнаженные тела соприкасались, вызывая невольную дрожь возбуждения и предвкушения у обоих. У Бильбо мелькнула мысль, что он был бы совсем не прочь проводить каждое утро подобным образом. Торин часто задышал и, поймав его язык, начал нежно посасывать. Через несколько минут Бильбо показалось, что его язык сейчас точно онемеет и отвалится от проделанной работы и усталости. Торин поцеловал его еще раз, потом еще... - Ты стал моей опорой. Я ни в ком так не нуждался, как в тебе, - прошептал он, осыпая поцелуями лицо хоббита. Как же давно Бильбо втайне мечтал услышать от Торина именно эти слова. Неужели и правда мечтал? Господи, но он даже не надеялся их когда-нибудь услышать! Неужели Торин произнес их? Неужели все это происходит наяву? Они вдвоем, в одной постели. Торин смотрит на него так нежно, что можно растаять, раствориться в этом взгляде. - Иногда я смотрел на тебя, - прошептал Торин, загадочно мерцая глазами. - И гадал, думаешь ли ты обо мне. А иногда отчаянно желал, чтобы ты исчез из моей жизни. Мне казалось, что так будет лучше. Ты был причиной многих моих бессонных ночей. Меня тянуло к тебе, ужасно тянуло. Смущенно заулыбавшись, Бильбо долго смотрел на него. Ему нравилось просто лежать и смотреть на Торина. На то, как темные волосы ниспадают на мускулистые плечи... на то, как трепещут крылья орлиного носа... как сужаются и расширяются зрачки глаз в их дымчатой синеве. Снова погладив Бильбо по щеке, Торин откатился в сторону и сел на краю постели, натягивая штаны. Бильбо заметил на одеяле засохшие пятна - следы их совместно проведенной ночи. Что подумают слуги, когда будут убирать комнату? Он неловко поерзал, стараясь подавить волну жара, искоса поглядывая на Торина, пока тот одевался. Бильбо не мог забыть восхитительную тяжесть его мощного тела, его твердость и силу... то, как Торин склонялся над ним, двигался в нем... Торин встал у окна. Бильбо знал, куда он смотрит. Все туда же. На Одинокую гору. И в этот момент Торин, казалось, был не здесь, а где-то в другом месте. Бильбо резко сел, не обратив внимания на сползшее до бедер одеяло. Ему ужасно захотелось, чтобы Торин посмотрел на него, чтобы вырвался из своих дум и позабыл про тревоги. - Кхм, - он прочистил горло, не зная, как задать щекотливый вопрос. - Наверное, нам пора собираться, - уныло проговорил он, так и не решившись спросить, что означает прошедшая ночь. - Уверен, тебя скоро хватятся. Он помолчал. Потом не выдержал и спросил: - Торин... эта ночь... она была ошибкой? - То, что сейчас между нами... я хочу, чтобы это длилось дольше одной ночи, - неожиданно твердо заявил Торин. - Мне недостаточно одной ночи. Мне нужна вся жизнь. Бильбо отвел глаза и нервно облизнул сухие губы, пытаясь осмыслить услышанное. Торин сказал "всю жизнь"? Что он имел в виду? - Но я не могу требовать от тебя такой жертвы и просить остаться со мной, - ровно проговорил Торин, отвернувшись к окну. Его спина была напряженной, выдавая его внутреннее волнение. Он волнуется? Правда волнуется? Бильбо скептически вздернул бровь. Почему-то это открытие его обрадовало. Значит, они оба испытывают одинаковые чувства. Однако было непривычно видеть Торина таким. Обычно он умел хорошо скрывать свои чувства. - А если я скажу, что я не хочу никуда уезжать? - выдохнул Бильбо, взволнованно вглядываясь в очертания гордого профиля. Торин обернулся и недоверчиво прищурился: - Что? - Если бы ты сказал мне остаться, я бы сделал это, не задумываясь, - выпалил Бильбо. Его грудь бурно вздымалась от распиравших изнутри чувств, голова немного кружилась. Он боялся, что Торин рассмеется и скажет, что это невозможно. Что ему все равно. Тот впился в него недоверчивым взглядом. - Но ты же собирался вернуться в Шир. Ты говорил, там твой дом... Бильбо, не играй со мной. - Это не игра. Это уже давно не игра, Торин, - Бильбо грустно усмехнулся и покачал головой, нервно запустив пальцы в волосы: - Я так рвался домой. Но сейчас, при одной мысли о том, чтобы вернуться в свой пустой дом, меня охватывает дикая тоска. Это больше не мой дом. Я изменился. Я больше не тот Бильбо Бэггинс из Шира, каким был раньше. Я не смогу... - его тихий голос умолк, он судорожно вздохнул, не закончив. - Не сможешь... что? Бильбо услышал шаги. Торин приподнял его голову за подбородок. Бильбо долго молчал. - Забыть тебя, - выдохнул он, выдержав прищуренный взгляд Торина. Тот взял его запрокинутое лицо в ладони. Суровое лицо было серьезным. Взгляд пригвоздил Бильбо к месту. - Это правда? - Да. Торин долго молчал, что-то высматривая в его глазах. - Тогда останься. Останься навсегда, - прошептал Торин, прежде чем завладеть его губами в нежном трепетном поцелуе. Он опрокинул Бильбо на спину и, сорвав с него одеяло, прижал его руки к матрасу, разглядывая обнаженное тело. Дыхание Бильбо стало учащенным. К его смущению, собственное тело предало его, и Торин почувствовал бедром его проснувшуюся плоть. Не говоря ни слова, Торин поцеловал его в губы и одновременно потерся бедрами о его бедра. Бильбо охнул, донельзя возбужденный трением плотной ткани о его нежную кожу в паху. Торин, этот бесстыдный хитрый лис, точно знал, как мгновенно разбудить в нем огонь! Тот снова потерся об него, и Бильбо закусил губу, чтобы не застонать. На губах Торина заиграла довольная усмешка. - Ты не боишься, что нас хватятся? - прохрипел Бильбо, прикрыв глаза, когда сильная рука скользнула по его телу, лаская кожу, и остановилась, сжав его ягодицу. Торин хитро улыбнулся и подмигнул ему, отклонившись, чтобы расстегнуть штаны. - Думаю, у нас есть в запасе еще час, - шепнул он, возвращаясь, и Бильбо с готовностью встретил его настойчивые губы. - Не отпускай меня, Бильбо, - шептал Торин, лихорадочно целуя его, обнимая, словно одержимый. - Не дай мне стать безумцем... И Бильбо отчетливо слышал в его голосе мольбу. - Кхм... Торин? - неуверенно позвал Бильбо, когда настал момент одеваться. Торин застегнул штаны и вопросительно выгнул темную бровь. - У тебя есть кто-нибудь... в Синих горах? - спросил Бильбо, поглядывая на него исподлобья. - Кто-нибудь? - Ну, ты понимаешь, - Бильбо старательно прочистил горло, смахивая пылинку с рукава. - Любовница... подруга... На губах Торина мелькнула усмешка. Он подошел к Бильбо, глядя на него сверху вниз. - А у тебя? - Извини, но я первый спросил, - фыркнул Бильбо. С минуту Торин молчал, сверля его взглядом. - Нет, - признался он наконец, - у меня никого нет. А теперь ты отвечай на тот же вопрос. Слова прозвучали, как приказ. Бильбо с трудом сдержал облегченный вздох. А он-то думал, что Торина ожидает вереница наложниц в Синегорье. - Я холостяк, знаешь ли, - хмыкнул Бильбо, - уже много лет. Торин усмехнулся. На его напряженном лице проступило нескрываемое облегчение. - В этом мы похожи. А потом наклонился и прижался губами к губам Бильбо властным поцелуем. - Но с этого дня я постараюсь скрасить твое холостяцкое существование, идет? - хмыкнул он, ухватив Бильбо за подбородок. - Поклянись, - улыбнулся Бильбо. - Клянусь.

***

Когда взошло солнце, Торин уже успел собрать большую часть своего отряда и приказал гномам собираться в путь. Те выглядели довольно потрепанными после бурно проведенной ночи и все, как один, маялись от головной боли. Бургомистр выделил им лодку, снаряжение и оружие. Стоя на носу лодки, плывущей через озеро к подножию огромной Горы, Торин смотрел вперед и снова казался неким холодным незнакомцем. Бильбо сидел рядом, пока гномы усердно работали веслами, и задумчиво смотрел на него, со смятением ожидая, что ждет их, когда они войдут в Гору. Он очень удивился, когда Торин оставил раненого Кили в Эсгароте. Но пока они собирались в путь, Торин снова стал каким-то нервным и дерганным, постоянно подгоняя их вперед. Его лихорадочный взгляд внушал серьезные опасения, и Бильбо снова кольнуло тревожное предчувствие. Он знал, что Торин очень дорожил своими племянниками и никогда не оставил бы их на произвол судьбы в людском городе. Что же, черт возьми, с ним происходит? Бильбо мучил этот вопрос все сильнее. Он всерьез боялся за Торина и хотел ему помочь, но не знал, как. Да и нуждался ли Торин в его помощи на самом деле? Может, все, что он видит - лишь плод его разыгравшегося воображения? Может, он принимает все близко к сердцу, вот и все? Как бы то ни было, Бильбо решил оставить все, как есть. На тот момент у него не было времени разговаривать с Торином на эту тему. Его успокаивала мысль, что с Кили остался его брат, а также Бофур и тугой на ухо Оин, который был также неплохим лекарем в их отряде. Как только лодка причалила к берегу, они выбрались из нее и начали утомительный переход через горную местность. Когда Торин помогал ему выбраться из лодки, на один краткий миг их глаза встретились, и Торин улыбнулся ему своей мягкой улыбкой. Точно такой же, нежной и обещающей, какой улыбался ему утром, когда они были вдвоем. И Бильбо сразу же успокоился, решив, что все в порядке и собственные тревоги его были напрасными и не стоят и выеденного яйца. Как же он ошибался. Впереди их ожидал ужасный Смауг. Это была самая жуткая встреча в жизни Бильбо. Он никогда бы и подумать не мог, что драконы могут оказаться настолько умными, хитрыми и расчетливыми. Встреча с ним оказалась значимой, и ненароком дракон вновь заставил Бильбо всерьез призадуматься. Изначально, когда ему стало известно, что он должен украсть таинственный Аркенстон из-под носа дракона, Бильбо решил, что так и сделает. При условии, что останется жив, конечно. Но затем Смауг упомянул, что этот камень может отравить разум Торина и свести его с ума. После этих слов Бильбо с ужасом представил, что может произойти, если Торин получит Аркенстон. Смауг посеял в его душе сомнения и тревогу, и в скором времени Бильбо должен был решить для себя, что ему делать: отдать камень Торину на свой страх и риск или позволить камню остаться ненайденным.