Верь мне.

"Я чуть не убил его. Я почти убил его". Торин держал глаза зажмуренными, в отчаянии запустив пальцы в свои волосы. Он сидел возле Бильбо. Как он мог это сделать? Что за дикий безжалостный зверь в него вселился, во имя Махала? Он был напуган. По-настоящему напуган. И потрясен. Торин открыл глаза и устремил потерянный взгляд на бескровное лицо Бильбо, покрытое синяками и глубокими порезами. - Бильбо... Бильбо, ты слышишь меня? - позвал он с завыванием, как безумец, снова обхватив лицо хоббита. Страшная рана на плече продолжала кровоточить. Кровь вытекала из нее небольшими толчками, пропитав одежду. Торин торопливо распахнул полушубок, потом оторвал кусок ткани от рубашки Бильбо и прижал ее к ране. Даже находясь без сознания, Бильбо тихо застонал от боли. Глядя на него, Торин чувствовал себя так, словно его самого порезали на мелкие кусочки. Ауле, лучше бы это было так! Он снял с себя мантию и, скатав ее, подложил под голову Бильбо. Он снова попытался вспомнить, как все произошло, но в голове было пусто. Ничего. Он ничего не помнил. Только как Бильбо звал его откуда-то издалека. Очевидно, когда пытался вразумить его и остановить. Но для Торина все перекрывал другой голос. Для того, чтобы изгнать его из своей головы, Торину понадобились все его силы. Он был истощен, как морально, так и физически. Сейчас тьма рассеялась, но лучше бы он остался навсегда бродить во мраке, чем видеть сотворенное его руками зло. Краем уха Торин слышал, как что-то грохочет, и только спустя несколько минут понял, что это кто-то ломится в крепкую, обитую железом дверь. Она заперта? Когда он закрыл ее? Торина захлестнула волна омерзения к самому себе, когда он понял, для чего запер ее. Чтобы никто не помешал ему истязать свою жертву. Ему хотелось взвыть от безысходности. Нужно было открыть проклятую дверь. Это его люди. Они вправе видеть, что он сделал. Но он все смотрел на Бильбо, зная, что с каждой минутой из него утекает жизнь. Что, если он умрет? Все умирают. Его отец. Его брат и сестра... Ничто в этом мире не вечно. Торин тяжело дышал. Ему было страшно подумать, что Бильбо умрет. Нет. Он многих не уберег в своей жизни, но на этот раз этому не бывать. Он не сможет... Он не сможет пережить еще одну потерю. На ватных ногах он поднялся с холодного пола. Один носок его железного сапога ступил на размазанную по каменным, зеленоватым плитам кровь, и его замутило. Глаза наткнулись на окровавленную цепь, которой он наносил жестокие удары. Это было невыносимо. Он не мог смотреть вокруг. Он превратился в бездушного монстра, потому что не смог себя побороть. Не смог побороть ту сущность, что забралась ему в голову и отравила мысли. - Проклятая дверь, она никак не поддается! - воскликнул Нори с досадой. - Отойди, - рявкнул Двалин и попробовал высадить дверь плечом, но та не поддавалась. - Я слышал крики, - со страхом всхлипнул Ори. - Что же Торин сделал с Бильбо? Мы должны спасти его! Всех гномов терзало одно и то же чувство. Они боялись, что уже поздно. В этот момент дверь со скрипом отворилась, и они одновременно схватились за мечи, увидев Торина. - Торин, ты безумен, остановись, пока не совершил ошибку! - начал Балин взволнованно. Все они тянули шею, стараясь понять, где находится хоббит. - Вы опоздали, - ответил Торин безжизненным голосом и сделал шаг в сторону. - Великий Дурин... - в ужасе прошептал Балин. Фили застыл в шоке, остальные выглядели не менее ошеломленными. Даже Двалин был растерян от увиденного. - Торин, что ты сделал? - выдохнул Балин, чуть не плача. Торин отвернулся. Ему было невыносимо видеть на лицах своих товарищей отвращение и осуждение. Ему казалось, что его ненавидят и боятся. Но он это заслужил. Он заслужил гораздо худшее наказание, чем всеобщее отвращение. - Я... я не знаю, - плечи Торина опустились. - Я поддался безумию и ничего не помню. Но это сделал я. Я чуть не убил его. Гномы все еще с ужасом переводили взгляд с хоббита на своего сломленного горем предводителя. Торин резко обернулся. Взгляд был холодным, как и голос. - Чего вы стоите? - резко воскликнул он. - Отнесите его в теплое сухое место и обработайте раны! Все вздрогнули и растерянно засуетились. Первым очнулся Балин. Он подал рукой знак, подозвав Двалина. Тот хмуро кивнул и, бросив на Торина мрачный взгляд из-под кустистых бровей, подошел к хоббиту. Потом осторожно взвалил Бильбо на руки и вынес из оружейной. Оин, Глоин и еще несколько гномов ушли с ним. Торин неосознанно шагнул вслед за ними. Ему было невыносимо находиться вдали от Бильбо, но Балин преградил путь. - Не надо, Торин. Они позаботятся о нашем маленьком друге. Взгляд Торина был остекленевшим и прикованым к двери, хотя Бильбо давно унесли. Потом он заставил себя посмотреть на лица оставшихся гномов. На него смотрели племянники, Балин и Нори. - Как ты мог! - вскричал Фили, сделав шаг вперед, сжав кулаки. - Он наш друг! А ты из-за своей жадности и одержимости к камню чуть не убил его! Торин вздрогнул, но выдержал его взгляд. - Фили, угомонись, - Балин положил руку на плечо молодого гнома, но тот скинул ее. - Пойду, проверю, как там Бильбо, - процедил он. Хмуро взглянув на Торина, Фили стремительно вышел за дверь. Помедлив, Кили последовал за ним. - Я знаю, что вы сейчас видите во мне монстра, и вы вправе презирать меня, - бросил Торин отрывисто, глядя в сторону и обращаясь к Балину с Нори. - Я сам себя ненавижу. Я настолько себя ненавижу, что не хватает слов. В меня вселилось зло. Это был не я, - с болью произнес он. - Я почти потерял рассудок и хотел навсегда увязнуть во мгле безумия. Но он спас меня. Не знаю как, но он смог достучаться до меня. Я не понимал, что со мной творится, - его голос звучал холодно и жестко. Он с трудом сдерживал себя, чтобы не сорваться. - Я бы все отдал, чтобы поменяться с ним местами. - Я верю тебе, - вздохнул Балин, поглаживая бороду. - Мы пытались остановить тебя, но в тебе силы прибавилось втрое, и мы не справились, когда ты пошел за Бильбо, - он снова вздохнул, покачав головой. - Счастье уже то, что ты смог остановиться. - Счастье? - воскликнул Торин. - Это ты называешь счастьем? Балин, посмотри на меня! Посмотри внимательно! Я чуть не стал убийцей! Я чуть не убил собственными руками моего... одного из наших, - закончил он, споткнувшись. Как будто имелось в виду совсем другое. Но никто не заметил этой заминки, кроме него. - Возможно, это было зло во имя блага, - заметил Балин, прищурив глаза. - Так должно было быть. - О чем ты говоришь? - Сам подумай: мы разговариваем уже с четверть часа, а ты ни разу не вспомнил об Аркенстоне. Торин нахмурился, обнаружив, что Балин прав. Он забыл об Аркенстоне. Потрясение было столь сильным, что он начисто забыл о камне. Означало ли это, что он излечился? Или это всего лишь временное прозрение? Что, если вскоре безумие снова вернется? Балин подошел ближе и положил руку ему на плечо. - Что ты чувствуешь? Торин с тревогой прислушался к себе. Ничего. Голоса больше не было. - Думаешь, я стал прежним? Я боюсь в это поверить, - он сделал два шага и снял со стены меч, поймав свое отражение на поверхности гладкого сверкающего лезвия. Торин с отвращением смотрел на свое отражение. Он все еще был в королевских доспехах. Он напоминал себе Трора. Но не того великого правителя, каким был его дед когда-то, а другого Трора - безумца. Торин отложил меч. Доспехи стали тяжелыми и давили на него со всех сторон, как будто став теснее. Торин начал срывать их деталь за деталью. Доспехи с грохотом попадали на пол. Освободившись от железных оков, Торин испытал огромное облегчение, оставшись в одной кольчуге и штанах. Балин и Нори обменялись многозначительными взглядами. - Что ты думаешь? - шепнул Нори. - Он все еще не в себе? Балин качнул головой. - Нет, - медленно ответил он. Он выглядел уверенным и даже ободренным, не сводя с Торина внимательного взгляда. - Я верю, что Король-под-Горой, наконец, вернулся. - Бард с Трандуилом все еще у ворот? - спросил Торин, обернувшись. - Они были там. Мне удалось уговорить их не нападать и дать нам еще час отсрочки, чтобы уговорить тебя, - кивнул Балин. Они обернулись на звук шагов. - Дядя! - в залу ворвался запыхавшийся Кили. Его глаза тревожно сверкали. - У ворот творится неразбериха, началась война! Орки нахлынули из ниоткуда, они напали на эльфов! Лицо Торина омрачилось. - А что Даин? Не видно его войска? - Я не видел его, дядя. - Что собираешься делать? - поинтересовался Балин, увидев, что Торин колеблется. Все зависело от Торина. Как он прикажет, так они и сделают. Несколько минут Торин молчал, взвешивая все за и против. Он знал, что будет глупо с их стороны вмешиваться в ход событий. Их всего тринадцать. Чем они могут помочь? Он не мог рисковать жизнью своих людей. Какое ему дело, что станет с Трандуилом и его воинами? Но он также сознавал, что не может отсиживаться в Эреборе, словно трусливая крыса в своей норе. - Неужели ты ничего не станешь делать? - воскликнул Кили взволнованно. - Торин, мы тоже должны участвовать в битве! - мрачно добавил Нори. Торин поднял голову, и гномы притихли, увидев выражение его лица. - Это наша битва, - проговорил он холодно и взял в руки меч. - И мы будем в ней участвовать.

***

- Бедняга, - вздохнул Оин, пока они с Ори стирали с тела Бильбо запекшуюся кровь. - Он здорово натерпелся в походе, а теперь еще и это, - грустно изрек Ори. - Что говоришь? - переспросил туговатый на ухо Оин. - Ничего, - отмахнулся Ори, - продолжай стирать кровь. Вместе они промыли рану на плече, Бофур откуда-то принес чистой воды и достал несколько лоскутов ткани. Им пришлось действовать вместе, чтобы снять с Бильбо полушубок и окровавленную рубашку. У всех троих вырвался потрясенный вздох, когда они увидели, что все тело Бильбо покрыто синяками. Гномы обменялись взглядами и продолжили работу в подавленном молчании. - Хороший он парень, - подал голос Бофур, лицо его было печальным и задумчивым, - безвредный. Я уж, признаться, сроднился с ним. Ори отдал ему свою нижнюю рубаху, и они переодели в нее Бильбо, избавившись от испорченной одежды. Бильбо казалось, что его плечо кто-то жжет раскаленной кочергой. Он пытался кричать от боли, но не мог. Пытался сбежать, но ноги не слушались. Он слышал голос Смауга, его издевательский смех в темноте. А потом Смауг превращался в Торина, и Бильбо снова и снова переживал боль, когда Торин всаживал острый клинок в его плоть. Наконец, ему удалось открыть глаза. Он ничего не мог разглядеть, все кружилось, будто в танце, и он снова закрыл глаза, погрузившись в темноту. В следующий раз, когда он пришел в себя, то услышал рядом знакомые голоса. Бильбо повернул голову и увидел сидевших недалеко Оина и Ори. - Ори, - позвал Бильбо сипло. Гном подскочил на месте и бросился к нему. Нелепое веснушчатое лицо озарилось радостной улыбкой. "Видимо, он чему-то рад", - подумал Бильбо, еще плохо соображая. - Мне бы попить, - Бильбо с трудом узнал свой хриплый голос. Потом поднял руку и дотронулся до нижней рассеченной губы. И только сейчас вспомнил про больное плечо. Едва мысль о нем всплыла в сознании, как остальные мысли и воспоминания хлынули вслед, и он все вспомнил. Говорить и уж тем более двигаться было очень тяжело из-за пульсирующей боли, но он все же спросил: - Где Торин? - Я нарвал трав, мы сделаем тебе обезболивающее снадобье, - пробормотал Ори, помогая ему сесть. Голова Бильбо знатно кружилась. На миг перед глазами возник хоровод звездочек, но потом стало лучше, и Бильбо сфокусировал взгляд на Ори, попутно отметив свой обновленный наряд. Но зачем его переодели? Ах да, если вспомнить, его собственная рубашка, должно быть, находится в плачевном состоянии. Не надо было ему снимать подарок Торина этим днем. Возможно, отдав ему митриловую кольчугу, Торин хотел защитить его от себя самого? Как в воду глядел, что называется. А он, дурак, решил пока снять ее за ненадобностью. - Ты не ответил на вопрос, - напомнил Бильбо, взглянув исподлобья, когда напился из фляжки с водой. Странно, что после всего, что он пережил по вине Торина, его первая мысль была именно о нем. Бильбо понял, что тревожится за него. - И почему вас двое, где остальные? - удивился он, оглядевшись. - Видишь ли, пока ты был без сознания, - начал Оин, - произошло много событий. - Каких? - Снаружи развернулась война. Орки напали на эльфов, пока те стояли перед нашими воротами. Уж не знаю, на счастье или на беду. Торин собрал всех, кроме нас троих, и отправился за ворота. Он не захотел отсиживаться в Горе. Бильбо еще больше побледнел, не на шутку встревожив своих сиделок. - Что? И вы отпустили его? - Нам пришлось. Он прав, сказав, что это и наша битва тоже. Если бы не твое ранение, то и мы с Ори сейчас сражались бы снаружи. - А как же... - Бильбо сглотнул и отвел взгляд. - Что насчет его одержимости? Ори старательно прочистил горло и неловко потупился. - Нам всем показалось, что он стал прежним. Балин сказал, что, должно быть, этому способствовало сильное потрясение, которое он испытал. - Потрясение? - Когда мы нашли вас обоих, он был убит горем, - тихо признался Ори. - Он даже не вспомнил про Аркенстон. И еще: перед тем, как выйти за ворота, он приходил сюда. Бильбо смотрел в пол. - Зачем? - Сказал, если не вернется, то мы должны передать тебе, что он сожалеет. О том, что сделал. Бильбо намеренно избегал смотреть на гномов. Он понимал, что хотел передать в этом послании Торин. Он прощался, думая, что не вернется с битвы живым. А может, он и не хотел. - Он правда раскаивается, Бильбо. Оин, кажется, очень хотел его в этом убедить. А Бильбо не знал, хотел ли он верить ему и Торину. - Когда началось сражение? - Давно. Еще утром. А сейчас уже солнце начинает садиться. Сначала орки оттеснили эльфов к Горе, но вскоре появился Даин, и мы объединились с эльфами, чтобы побороть этих тварей. - Даин? Тот самый кузен Торина? Откуда он взялся? - Тот самый. Торин послал за ним ворона несколько дней назад. - То есть, - резюмировал Бильбо, внимательно выслушав Оина, - битва все еще в разгаре? - Да, - уныло кивнул Ори. Похоже было, что он очень жалеет, что не может ничем помочь своим друзьям, находившимся в самой гуще событий снаружи. Бильбо мог его понять. Его мучило то же чувство. Он хотел быть там, участвовать в битве, как все. Да, он не воин. Но и не трус, чтобы остаться в стороне, когда Торин проливает кровь там, на поле боя. Бильбо попробовал подняться на ноги. Решимость придала ему сил. В теле была слабость, руки и ноги дрожали, но он не сдавался. - Куда ты? - встрепенулся Ори. - Хочу посмотреть, что творится за стенами Горы. - Но ты должен лежать, тебе необходимо восстановить силы! Шатаясь, Бильбо побрел по коридору, не обращая внимания на угрозы и увещевания гномов, суетившихся рядом. Вначале он забрал подаренную Торином кольчугу, затем, облачившись в нее, ковыляя, отправился к разрушенным воротам. Дыра снова была на месте, а обломки стены и камни, которые они на днях собирали, закрывая дыру, валялись вокруг. Ори и Оин шли рядом, попеременно поддерживая его, когда он спотыкался и падал. - Ты не хочешь остаться? - спросил Бильбо Оина. Он был воином, но преклонный возраст гнома внушал опасения. - И пропустить все самое интересное? - фыркнул гном. Бильбо хмыкнул. Но потом перестал улыбаться. Ему было страшновато. Чем ближе к воротам они подходили, тем отчетливей становился шум от криков и звона мечей. Сейчас он начал осознавать, что все происходит на самом деле. Битва идет на самом деле. Однако он упорно шел вперед. Внутренний голос твердил ему, что он должен найти Торина. Бильбо не забыл прихватить с собой Жало. Оно должно помочь ему защититься, ведь Торин заточил его совсем недавно. "Кольчуга и меч, хм, уже неплохие шансы, чтобы выжить", - мелькнула у Бильбо мысль. Но спустя несколько минут он уже так не думал, когда глазам предстала ужасающее по своим масштабам поле битвы. Боже, как в этой гуще отыскать знакомое лицо? Везде, куда падал взгляд, велось жестокое сражение, проливалась чья-то кровь, лежали трупы... Стоило им троим выйти за ворота, как их подхватила волна сражающихся воинов и вынесла к самому эпицентру битвы. Бильбо только и делал, что успевал махать мечом. Удивительно, но его удары, какими бы неумелыми они ни были, каждый раз настигали цель и разили орков направо и налево. Бильбо так и не понял, была ли это счастливая случайность или кто-то свыше управлял его рукой, но, так или иначе, он сумел выжить, да еще и отыскать в творящейся вокруг неразберихе Балина. - Бильбо, ты что тут делаешь? - изумленно воскликнул Балин при виде него. - Некогда объяснять, - выдохнул Бильбо, пытаясь перебороть боль. Рана на плече снова открылась, пока он так неосмотрительно махал мечом направо и налево. - Где Торин? Балин нахмурился, очевидно, желая поспорить, но потом махнул рукой на высокую скалу. - Он отправился на Воронью высоту, искать Азога. Фили и Кили с ним. Бильбо посмотрел на скалу. Потом слабо улыбнулся Балину и, прежде чем тот успел остановить его, быстро нырнул в гущу сражающихся, упорно пробираясь к своей цели. Подобравшись к скале, Бильбо остановился и достал кольцо. Позабыв про усиливающуюся боль в плече, он на миг прикрыл глаза, чтобы стряхнуть с себя накатывающую усталость, затем надел кольцо и двинулся по каменным ступеням, вырезанным прямо в скале, наверх. Чем выше он поднимался, тем холоднее становилось. Пальцы заледенели, Бильбо почти не чувствовал их. Он проскользнул тенью мимо нескольких орков, потом заметил сражающегося с одним из них - самым здоровым - Кили. Бильбо остановился, собираясь помочь ему, но в этот момент на помощь Кили подоспела рыжая эльфийка, а с ней беловолосый эльф. Решив, что втроем они уж наверняка справятся, Бильбо, не медля ни секунды, двинулся дальше, пока не достиг самой верхушки скалы. Силы его были на исходе. Он тяжело дышал. Скорее всего, он зря сюда шел. Может, Торин уже спустился со скалы? Вокруг никого не было. Ни души. Только тишина и ледяное покрывало из замерзшей воды, простирающееся далеко вокруг. Лучи солнца, отражаясь от снега, слепили глаза. Бильбо снял кольцо и снова обвел мутным взором вокруг. Неожиданно его внимание привлекло какое-то движение вдалеке. Бильбо пригляделся повнимательнее и похолодел от ужаса, увидев, как Азог опрокинул навзничь Торина. Бильбо поднялся и со всех ног бросился вперед. Только бы успеть, только бы успеть, билась в голове мысль. Торин боролся из последних сил. Но понимал, что долго не выдержит. Он злобно уставился на Азога, сдерживая саблю орка с двумя заточенными крюками своим мечом. Острие сабли было направлено в грудь Торина. Неожиданно перед его мысленным взором предстало миловидное мальчишеское лицо Бильбо. Если он сейчас сдастся и позволит Азогу одержать верх, то никогда не увидит его. Но сил бороться больше не было, и Азог это чувствовал. На мерзком изборожденном шрамами лице змеилась злобная усмешка, больше похожая на оскал, в маленьких глазках сверкал хищный огонь. Зловонное дыхание касалось лица Торина. Но в тот момент, когда острие сабли почти коснулось одежды гнома и он приготовился встретить свою смерть, он вдруг увидел, как Азог дернулся и странно забулькал. В крошечных глазках орка мелькнуло удивление. Из груди орка торчал клинок, светившийся голубоватым светом. Жало. В следующий миг Азог Осквернитель упал на колени. Оправившись от удивления, Торин вскочил на ноги и, размахнувшись, снес ему голову, покончив, наконец, с тем, кого так люто ненавидел все эти годы. Голова покатилась по белому снегу, окропляя кровью. Обезглавленное тело осталось лежать неподалеку, конечности подрагивали в предсмертной агонии. После этого Торин обернулся и быстро подошел к Бильбо, лежавшему на снегу. Тот смотрел в небо. - Он мертв? - прошептал Бильбо, не отрывая взгляда от проплывающих в небе облаков. - Да, - Торин опустился на колени рядом с ним. - Теперь точно мертв. - Хорошо, - пробормотал Бильбо, закрыв глаза, - это очень хорошо, - и тут же провалился в темноту.