Верь мне.

Губы Леголаса были мягкими и сухими. Прикасаться к ним было невероятно приятно. Кили судорожно вздохнул и открыл глаза, боясь пошевелиться И понял, что пропал, заглянув в глубину голубых глаз эльфа. Его зрачки снова были расширены, и глаза казались черными, как самая безлунная ночь. Леголас смотрел на него, ничего не говоря. Лицо было совсем близко, алебастровая кожа мягко сияла и казалась прозрачной. Кили тоже молчал. Дыхание у обоих было взволнованным. Кили не знал, что и думать. Ему до безумия хотелось повторить поцелуй. Мысль об этом его не очень обрадовала. Против воли он продолжал смотреть на губы Леголаса, вспоминая их пьянящий вкус. Сердце колотилось так громко, что, наверное, его стук был слышен на другом краю леса. Безумие. Просто безумие. И только Кили подумал об этом, как Леголас отстранился. Потом откатился в сторону и сел, отвернувшись, глядя на звезды. Кили подумал, что теперь ни о какой прогулке по лесу и лицезрению духов леса и речи быть не может. И почувствовал острую досаду. Ему так нравились их тайные ночные прогулки! Он почти поверил, что Леголас его друг! Проклятье! И что теперь? Нужно было что-то сказать, но Кили затруднялся подыскать подходящие к случаю слова. Он тихо выругался, прикрыв глаза. Мысли путались. Он сел и сконфуженно опустил голову. Сердце взволнованно трепыхалось где-то в груди. Он посмотрел на эльфа. - Ты делал это прежде с кем-нибудь? Леголас чуть повернул голову. - Нет, - ответил он холодно после продолжительной паузы. - Ни с кем. Кили не мог понять, почему эта новость его так обрадовала. Он постарался подавить неуместное чувство и сосредоточиться на возникшей проблеме. - Знаешь, давай забудем об этом, - предложил он с запинкой, - и просто... Он прочистил горло и вздохнул, не закончив. Что "просто"? Забыть и сделать вид, что ничего не было? А может тогда и солнце будет вставать на западе, если на то пошло? Леголас легко вскочил на ноги. Было непонятно, что он чувствует в этот момент. Его лицо было, как обычно, спокойным и бледным. По лицам эльфов вообще трудно что-либо понять, они всегда были бесстрастны и сдержанны. Может, они не умели переживать сильные эмоции, как, например, гномы или люди. - Ты волен вернуться в Гору хоть сейчас, если желаешь, - холодно произнес Леголас. Кили тупо смотрел в землю. Через мгновение в поле его зрения возникли кожаные сапоги изящного покроя. Подняв голову, Кили посмотрел на протянутую руку эльфа. Несколько мгновений Кили колебался, потом ухватил руку Леголаса, но вместо того, чтобы встать, вдруг рванул его на себя и жадно впился в его губы. Они повалились на землю. Кили сделал резкое движение и подмял эльфа под себя. Он снова поцеловал Леголаса, удерживая его голову руками. Пальцы запутались в белых волосах. На ощупь они были мягкими и гладкими, как шелк. Леголас схватил его за рукава кожаной куртки. Минутой спустя Кили испустил глухой стон и резко оттолкнул от себя эльфа. Потом стремительно поднялся на ноги и подхватил с земли свой лук и колчан со стрелами. - Достаточно на сегодня, - бросил он, боясь посмотреть на Леголаса и проклиная все на свете. Его ужаснуло дикое желание, опалившее тело. Он хотел Леголаса. Хотел его, а не Тауриэль. Он быстро зашагал прочь. Прочь из этого леса... Прочь от Леголаса, прочь... Он почти бежал. В Гору он вернулся на рассвете, а до этого просто бродил вокруг, бесцельно слоняясь, одолеваемый мыслями, попеременно оглашая воздух проклятиями, срывая злость на ни в чем не повинных камнях. К счастью, его отсутствия пока никто не заметил. Отправляясь в Мирквуд, он всегда уходил глубокой ночью, а возвращался под утро. Как следствие, его преследовал постоянный недосып и усталость. Сейчас он забыл про эти мелочи. Великий Махал, получается, все эти дни он, можно сказать, бегал на свидания! Совсем не к месту вспомнился хоббит. До этого момента Кили не мог выносить даже мысли, что между его дядей и Бильбо что-то происходит. Его ужасала перспектива называть Бильбо вторым дядей или что-то в этом роде. Однажды ему даже не повезло увидеть, как Торин поцеловал хоббита, и тогда это произвело на него самое негативное впечатление. Он злился на Бильбо, по-настоящему злился! А теперь сам оказался на его месте. Пожалуй, тут было о чем призадуматься. За завтраком он не мог толком сосредоточиться на еде и просто заглотил, что было в миске, а потом запил все это пивом. Рядом сидели Ори, Дори и Бифур. Фили сидел с другой стороны большого стола и пару раз обратился к нему с каким-то вопросом, кажется, спрашивая, все ли с ним в порядке. Кили смутно помнил, как что-то отвечал ему. Он заметил неподалеку Бильбо, говорившего с Бофуром. Короткие волосы хоббита казались еще светлее, чем раньше. Хоббит так резко выделялся среди гномов своим небольшим ростом и безбородым мальчишеским лицом, что невозможно было, обозревая зал, не заметить его в толпе. Глядя на него, Кили ощутил неприятное чувство вины. Но потом приказал своей совести заткнуться и не смотреть на Бильбо, если уж ей так это невмоготу. Он поискал глазами дядю. Торина не было видно. Кили вдруг понял, что за всю неделю почти не разговаривал с ним. И тут же беспокойно нахмурился. Он спросил о дяде у Ори, но тот не знал, где находится Торин. От Бифура внятного ответа ждать не имело смысла из-за его давней травмы головы, из-за которой он теперь не мог ясно выражать свои мысли даже на кхуздуле, не то что на Всеобщем. Но здесь явно что-то было не так. Это был далеко не первый раз, когда он замечал отсутствие Торина, но на тот момент он был поглощен своими проблемами с Тауриэль и даже не задумался об этом. А теперь всерьез обеспокоился частыми отлучками Торина, который никогда не ел и не пил вместе с другими гномами и проводил все свое время неизвестно где. Кили ухватился за эту мысль, как утопающий за соломинку. Что угодно, только бы не думать про эльфа, балрог бы его побрал! За столом велась оживленная дискуссия по поводу восстановления внутренней отделки дворца и колонн в сокровищнице, разрушенные Смаугом. Гномы с жаром обсуждали различные методы и предлагали свои варианты, что и как следует сделать. - Что-то мне не нравится, что Торин все время пропадает неизвестно где, - обратился Кили к Фили. Его брат повернул к нему голову. - Так ты тоже это заметил? Он почти не выходит из разрушенных покоев нашего деда. Сидит там целыми днями. А стоит мне или кому-то еще зайти его проведать, он начинает раздражаться. Приказал беспокоить его только в случае крайней нужды. - Может, его мучает недуг и он не хочет показывать нам свою слабость? Он очень гордый, ты же знаешь. - Сомневаюсь, что он стал бы затворником из-за какой-то болячки. Стоит за ним приглядывать. Балин говорит, что Торин даже с ним говорит мало, и мне это не нравится. Кили согласно кивнул. И тут же покраснел, когда его брат задал неожиданный, но вполне логичный вопрос, резко сменив тему: - Скажи-ка, где ты пропадаешь ночами, братец? - Не твое дело, - Кили резко встал из-за стола. Фили ухватил его за рукав. - Ты ходил в Мирквуд, не так ли? - в голубых глазах мелькнуло беспокойство. Фили волновался за него. Только откуда он узнал про Мирквуд? Кили чувствовал себя как преступник, пойманный с поличным, словно Фили мог прочесть его мысли и узнать про поцелуй с эльфом. - Просто пообещай, что будешь осторожен и не создашь всем нам проблем. - С чего ты взял, что имеешь право раздавать советы? - разозлился Кили. - Следи за кем-нибудь другим, а меня оставь в покое! Кили душил гнев. Отвратительный денек, просто отвратительный! Он прошел мимо Бильбо, грубо задев его плечом, и быстро вышел из зала. В данный момент его злил весь окружающий мир. В один день он умудрился потерять отличного товарища и приобрести массу проблем взамен, о которых вовсе не мечтал. А Фили еще вздумал его учить уму-разуму, словно он несмышленый ребенок! - Дерьмо! - выругался он сквозь зубы. Вечером он лежал без сна и долго размышлял. Его терзало острое любопытство, что чувствует в этот момент Леголас. Эльфы, по мнению Кили, не были созданы для столь приземленных чувств, как страсть или желание. В его представлении они были бесчувственными созданиями, детьми цветов и деревьев. Вряд ли Леголас может испытывать что-либо, похожее на плотское желание. Кили не хотел об этом думать, но в голове то и дело всплывал мучительный вопрос: могут ли эльфы делать это? Вполне возможно, что они появляются в этот мир из какого-нибудь бутона цветка или что-то в этом роде, а не так, как человеческие или гномьи дети. Кто знает этих эльфов. Два дня прошло, а Кили все отсиживался в Эреборе, усердно работал, трудился и... постоянно думал о Леголасе и поцелуе. По этой же причине он был постоянно раздражен, перессорился со всеми знакомыми и чувствовал себя самым наихудшим образом. Это было как прилипчивая болезнь, вроде лихорадки: как ни старайся отвязаться - она затягивает все сильнее и отнимает все силы. На третий день он настолько устал от борьбы с самим собой, что взял коня и поехал в Мирквуд, наплевав на то, что сумерки еще не спустились и его отсутствие наверняка заметят. Примерно с час он слонялся у восточной кромки леса, сам не зная, зачем пришел сюда. Он бы так и слонялся возле векового дуба, если бы из чащи вдруг не появился Леголас. Он появился неожиданно, словно материализовался прямо из воздуха. Сердце Кили неистово забилось при виде него. Леголас остановился на расстоянии двадцати шагов и скрестил руки на груди. - Дозорные доложили мне, что у наших границ слоняется подозрительный тип, - холодно произнес он с бесстрастным лицом. - Я вовремя остановил их, они собирались уже принять меры. Позволь спросить, зачем пришел? - Разве нужна причина? - Кили криво улыбнулся. Он чувствовал себя ужасно неуверенно. - Есть время? Хотел позвать тебя пройтись немного, тут недалеко. И напрягся в ожидании ответа. Леголас молча кивнул. Они направились вдоль кромки леса. Солнце окончательно село, стало темнеть. Осенью сумерки спускались гораздо раньше, чем в летнюю пору. Деревья окутывала густая темная дымка, которая с каждой минутой сгущалась все больше. Кили остановился и посмотрел вокруг. Ни души. Даже ветер не шевелил сухую траву. Кили обернулся и мрачно воззрился на Леголаса. Тот с легким удивлением наблюдал за ним. - Зайдем в лес? - В лес? Ты хочешь в лес? - Леголас вздернул бровь. В голубых глазах мелькнуло недоверие. - Да, - Кили сглотнул и отвел глаза. Он все больше нервничал. Ладони вспотели. - Хочу пройтись... подышать свежим воздухом. Они углубились в лес. У Кили не было с собой ни лука, ни меча. Он просто забыл их, когда в спешке сбежал из Горы. Шагая сам не зная куда, он так углубился в свои мысли, что налетел на толстую ветвь, ударившись об нее головой. Раздался глухой стук, он упал на землю и громко выругался. Рядом раздался смешок. Леголас встал рядом и усмехнулся. - Я побоялся, что ты снесешь эту ветвь вместе с деревом, а ведь оно простояло здесь не меньше четырехсот лет. Я видел его, когда оно только начало прорастать из семени. Кили поднял голову. Потом протянул руку и схватил эльфа за одежду, резко потянув на себя. Не ожидавший этого Леголас не устоял на ногах и свалился на него сверху. Они упали и, прокатившись по земле, схватили друг друга за грудки, тяжело дыша и сверкая глазами. Кили поцеловал его первым. Он просто не мог больше ждать. Казалось, если он не сделает этого, мир рассыплется в прах. Оказывается, Леголас был хорошо осведомлен о том, что такое страсть, и знал толк в поцелуях. Они целовались торопливо и жадно. Позабыв, что их могут услышать или увидеть другие эльфы, которых в лесу было пруд пруди, Кили с упоением целовал Леголаса, сминая его губы, грубо вторгаясь языком и в его рот, одновременно избавляясь от одежды. Он не обращал внимания на холодную землю и колючий воздух, охваченный жаром, сгорая от нахлынувшего желания. Скинув свою одежду, он остался обнаженным по пояс. Встав на колени, он обхватил голову Леголаса и снова поцеловал его. Руки эльфа гладили его грудь и живот. Кили снял с него плащ. Потом стянул через голову тунику и остальную одежду, отчаянно стремясь дотронуться до него. Он действовал так торопливо, что чуть не порвал мягкую ткань, из которой была сшита одежда эльфа. Они снова оказались на земле. Кили не знал, что делать дальше, из-за недостатка опыта, но он решил целиком положиться на свою интуицию - и не прогадал. Он поцеловал Леголаса, тот притянул его голову, углубляя поцелуй. Кили быстро расстегнул застежку на его брюках, похожих на обтягивающие бриджи. И обнаружил, что у эльфов там все точно так же, как и у гномов. Не будь он столь занят в эту минуту, то позлорадствовал бы, потому что как раз на прошлой неделе поспорил с товарищем, что у эльфов тоже есть все соответствующие детали во всех нужных местах, хотя его приятель утверждал обратное. Именно в этом месте сейчас и оказалась его рука. Леголас тихо рассмеялся и накрыл его руку своей. - Куда ты так торопишься? - Не знаю, - выдохнул Кили. - Я просто хочу этого... Не желая тратить время на разговоры, он накрыл ладонью пах Леголаса, снова вовлекая эльфа в страстный поцелуй. Оказывается, эльфы тоже могут испытывать эрекцию. Это он понял, когда начал ласкать плоть Леголаса и тот глухо застонал, откинувшись на спину. Кили уткнулся в изгиб его шеи и продолжил ласкать его. Руки дрожали от волнения и напряжения. На лбу выступил пот. Он никогда не испытывал столь мощного влечения, такой первобытной страсти, от которой все мутнело в глазах. Леголас толкнул его в грудь, и Кили отстранился. Потом приподнялся, снова встав на колени, расставив их по обеим сторонам от тела эльфа, чтобы Леголасу было легче расстегнуть его ширинку. Через минуту прохладные пальцы проникли внутрь. Плоть Кили услужливо выпрыгнула наружу, умоляя о ласке. После ласк эльфа член Кили налился невыносимой тяжестью. Нежная, шелковая кожица стала сверхчувствительной. Кили зажмурил глаза, стараясь дышать медленно и глубоко. Желание ослепляло разум. Он попытался вспомнить, кто он и что собирается сделать. Бесполезно. Он хотел этого, безумно хотел. - Сомневаешься? - выдохнул Леголас, сверкая глазами. - Нет, - тяжело дыша, словно охваченный болезнью, Кили с жаром поцеловал его губы, потом сместился к шее, покрыл поцелуями грудь. Вслед за этим он лег позади Леголаса, прижав его бедра к своим. Глубоко вдохнув, Кили начал входить. Через минуту он оказался глубоко внутри. Леголас издал приглушенный гортанный звук. Этот звук был музыкой для ушей гнома. Через минуту их тела были плотно соединены, а бедра двигались в унисон. Когда все было кончено, Кили долго лежал, уткнувшись лицом в шею эльфа, восстанавливая сбившееся дыхание. Леголас повернулся к нему лицом. Они лежали на плаще Кили. Он даже не заметил, когда постелил его. Он смотрел в голубые глаза Леголаса. Тот смотрел на него. Сверху светили звезды, было довольно темно. Кили затаил дыхание и прикусил губу, разглядывая лицо эльфа. Леголас был необычайно красив с его идеально бледной кожей, сверкающими глазами, белыми волосами... Леголас приподнялся и игриво подался к нему, прижавшись губами к его губам. Кили ответил на поцелуй. Он обхватил Леголаса за шею. Они целовались, попеременно пытаясь оказаться сверху и одержать верх друг над другом. Кили тихо рассмеялся, когда Леголас оседлал его и придавил к земле. Потом поцеловал и снова лег рядом, откинулся на спину, на его лице блуждала довольная улыбка. - Не думал, что эльфы тоже могут испытывать это, - пробормотал Кили, легко пробежавшись кончиками пальцев по обнаженной груди Леголаса. Тот повернулся набок и подпер голову согнутой рукой. - Что именно? - Ну... я имею в виду, - смущенно пояснил Кили, стараясь казаться опытным знатоком в подобных делах, - испытывать страсть... заниматься любовью. Я не думал, что у эльфов может быть эрекция. - Теперь ты знаешь, - Леголас не скрывал удовлетворения в голосе. - Я могу это делать и получаю от этого такое же удовольствие, как и ты. - Отлично. Значит, я выиграл спор, - на лице Кили сверкнула белозубая улыбка. - Какой спор? - Мой товарищ был убежден, что у вас, эльфов, нет... э... всех нужных деталей, чтобы делать это. - Передай, что я могу показать ему все эти детали в любом месте и в любое время, чтобы он убедился, что у эльфов с этим делом все в порядке. - О да, - рассмеялся Кили, - я уже заметил, что тебе есть, что показать. Лучше ему прикусить язык и оставить эльфов в покое. Леголас улыбнулся. Усмехнувшись в ответ, Кили поднялся с земли и быстро застегнул брюки. Потом поднял свою одежду и, отряхнув от листьев, начал одеваться. Леголас последовал его примеру. Они молча одевались, изредка поглядывая друг на друга. Кили заметил пляшущие в глазах эльфа смешинки и с трудом спрятал широкую ухмылку. - Увидимся еще? - спросил он с затаенной надеждой. - Не сомневайся. Кили закусил губу, постаравшись не выглядеть слишком довольным и счастливым. Он чувствовал себя настолько бодрым и отдохнувшим, что сам удивился. От дурного настроения не осталось и следа. Губы так и растягивались каждую минуту в глуповатой улыбке. Вечер казался ему удивительно теплым, воздух чистым, а лес - самым чудесным местом на земле. - Я вернусь завтра ночью, может, вечером, если смогу улизнуть из Горы, - сообщил он. - Прекрасно, - усмехнулся Леголас. Он был полностью одет. - Приходи к старому дубу. Кили кивнул, и через секунду Леголас скрылся среди деревьев. Казалось, он просто растворился в воздухе. Кили даже не услышал его шагов. Может, эльфы умеют вдобавок ко всему летать по воздуху?