Верь мне.

Торин явился в тот момент, когда Бильбо уже начинал терять надежду вообще увидеть его этим утром. Он нервничал так, словно намеревался отправиться на свое первое свидание с Дейзи Тук - первой красавицей Хоббитона, в которую был когда-то по уши влюблен. Н-да, с тех пор его вкусы, мягко говоря, изменились. Он уже и забыл, каково это - просто отправиться на прогулку с кем-то, кто тебе нравится, кто заставляет тебя нервничать, потеть. А заодно волноваться о таких вещах, как наличие свежего дыхания и приличного внешнего вида. Интересно, Торин считал эту встречу свиданием? Бильбо рассеянно ходил из угла в угол, дивясь, какие глупые мысли бродят в его голове. Глупо, все это глупо. "Может, еще слишком рано и Торин еще спит?" - размышлял он с досадой. Торин всегда вставал раньше всех. Даже в походе. Пока его не было, Бильбо успел наспех позавтракать остатками хлеба и сыра, а еще заштопать порванный на днях рукав. Потом выудил из походного рюкзака желудь и сунул в карман, памятуя о странной просьбе Торина. Похоже было, что этим утром ему предстоит либо копаться в земле, либо он не знал, что еще можно сотворить с этим несчастным желудем. Пока он стоял у узкого окна и, размышляя, кусал внутреннюю сторону щеки, раздался громкий, уверенный стук. Бильбо подпрыгнул от неожиданности, чуть не прикусив щеку. Торин не стал ждать, когда ему откроют. Он распахнул дверь в тот момент, когда Бильбо как раз собирался открыть ее. Целую минуту они стояли и внимательно рассматривали друг друга, словно не виделись целый месяц. - Ты готов. - Да. Краткий, но зато какой емкий диалог. Бильбо заметил, что Торин слегка взволнован. Это было видно по блеску в его глазах, раздутым крыльям орлиного носа и крепко сжатым челюстям. Неужто он волнуется? С чего бы это? Одежда его была в порядке, и каждая деталь была на своем месте. Все та же кольчуга, надетая под темно-серый кафтан, брюки, сапоги... Он был большим и загораживал собой, казалось, весь проход. Кажется, Торин тоже тщательно готовился к предстоящей встрече. Со стороны это могло показаться странным, ведь они каждый день видятся в Горе. Бильбо деликатно кашлянул, ощутив нервозность под его пристальным взглядом. Торин провел на нем тщательный осмотр глазами. Было бы что осматривать. По мнению Бильбо, не было. Впервые за весь поход он пожалел, что не имеет запасного приличного костюма и вынужден ходить в своей потрепанной старенькой одежде. - Тогда идем, - отрывисто бросил Торин. Бильбо кивнул. Они двинулись по коридору. Коридоры во дворце были просто громадными. И настолько высоченными, что можно было запросто сломать шею, высматривая наверху потолок. По пути им никто не встретился. Они спустились вниз и окольными путями вышли за ворота, но не через главный вход, а через другой, который был меньше и находился рядом с большими воротами. Возле него пока не выставили охрану, поэтому им удалось выйти никем не замеченными. Как только они покинули приют Горы, на них налетели порывы колючего ветра, который принялся рвать края одежды. Бильбо поежился, по телу пробежали мурашки. - Я не привык к таким ветрам. В Шире, знаешь ли, обычно стоит тихая погода, - непринужденно заметил он, когда они отошли от Горы на приличное расстояние. - Ты привыкнешь. Они остановились у края обрыва. Внизу был виден крутой спуск к реке. Трава, пробивавшаяся сквозь камни, уже пожелтела. Вокруг, куда ни глянь, были видны только скалы. Бильбо почувствовал, как Торин встал у него за спиной. Потом ощутил на своих плечах сильные руки и разволновался. - Нас увидят. - Вокруг никого нет. Только мы с тобой. Нас закрывают скалы. Эти слова убедили Бильбо. Он немного расслабился. Глядя вдаль, он ощущал спиной присутствие Торина и думал о том, что сейчас, в этот самый момент, чувствует себя настолько хорошо, что в это трудно поверить. Руки Торина спокойно лежали на его плечах. Бильбо накрыл пальцами его ладони. Их пальцы переплелись. - Ты задумчивый, - мягко заметил Торин. Его глубокий голос прозвучал прямо над ухом. - О чем думаешь? - Мне никогда не было ни с кем так хорошо, как с тобой, - признался Бильбо, чуть нахмурив брови, словно пытаясь решить неразрешимую загадку. Странно. Он должен испытывать страх или хотя бы неприязнь. Но этого не было. Он просто хотел, чтобы этот момент никогда не кончался. Торин привлек его к себе, но не развернул. Бильбо со вздохом откинул голову ему на грудь. Как же было приятно ощущать его силу и твердость. Могучие руки обняли его. Показалось, что Бильбо обнимают ветви большого дерева. Ему было уютно и спокойно. Торин молчал, согревая его небольшие ладони своими руками. Он хотел большего. Хотел наклонить голову и провести губами вдоль виска Бильбо, там, где светлые кудрявые волосы падали на лицо. Хотел развернуть его и поцеловать. Даже не просто хотел, а жаждал этого. Бильбо казался ему еще более хрупким, с его бледной нежной кожей, волнистыми волосами, обрамляющими лоб и щеки. Торин развернул его к себе, с тревогой всматриваясь в глубину серых глаз. Потом наклонился и осторожно поцеловал. Поцелуй получился долгим. Торин боялся, что Бильбо оттолкнет его, но в следующий момент тот обнял его рукой за шею и притянул еще ближе, положив другую руку ему на плечо. Торин замер в удивлении. - Бильбо... - прошептал он с мукой, покрывая его лицо торопливыми поцелуями, что-то оборвалось внутри, и сдерживаемые эмоции прорвались наружу. - Бильбо... я не могу без тебя, не могу... Его снедала настолько дикая тоска и одиночество, что было трудно дышать. Он снова поцеловал Бильбо. Но потом отстранился, сжав его плечи. - Простишь ли ты меня когда-нибудь? - тихо спросил Торин с болью во взгляде. - Как ты не поймешь? Я давно простил тебя. Бильбо покачал головой, коснувшись кончиками пальцев грубого шрама, оставшегося после битвы на лице гнома. Шрам начинался у виска и был примерно два дюйма в длину. Но он нисколько не портил суровой красоты мужественного лица. Глаза Торина оставались серьезными. Воздух между ними вибрировал. Оба чувствовали непреодолимую тягу, но не решались сделать следующего шага. Прошлое все еще стояло между ними невидимой стеной. Торин снова запечатлел на губах Бильбо поцелуй. Слишком целомудренный и сдержанный, чтобы удовлетворить голод, мучивший их обоих. Потом шагнул назад и сделал галантный жест рукой, предлагая продолжить прогулку, и церемонно пропустил Бильбо вперед. Забавно. До этого дня Бильбо не замечал за ним подобных манер. Иногда Торин удивлял его. Тут он внезапно вспомнил, что Торин был старше него почти в... во сколько же? Три, четыре раза? Стало быть, жил на земле гораздо дольше. Можно ли назвать его древним? Бильбо покосился на Торина, спокойно шагавшего рядом, вспомнив, какое крепкое, красивое тело кроется под слоями его одежды, его острый ум и силу. Нет. Определенно, слово "древний" к Торину никакого отношения не имеет. Но столь солидный возраст оказывал на него влияние, потому что в некоторых вещах Торин был ужасно старомоден. Иногда он выражался удивительно древними фразами, какими в нынешние времена уже никто не пользовался. Зачастую он был вспыльчив и резок, но иногда бывал неожиданно галантен и вежлив. Бильбо знал, что гномы всегда жили обособленно, их род был очень древним. Торин жил очень долго и по человечьим, как и по хоббитским меркам был очень стар. Но по гномьим - в самом расцвете сил, да и выглядел ровесником Бильбо. Удивительно. - Как ты? - спросил его Бильбо. Он все еще ощущал на своих губах след от поцелуя. - Я почти не вижу тебя, - добавил он тихо, но Торин услышал его слова, несмотря на шум реки и ветра. - Ты... словно прячешься от меня. - Я думал, так будет лучше. Думал, что тебе нужно время... чтобы вновь привыкнуть ко мне. - Не самый логичный способ ты выбрал, - едко отозвался Бильбо, глядя в сторону. - Поясни? Они остановились. Торин схватил Бильбо за руку и потянул на себя, пока не притянул ближе. - Разве ты не этого хотел? Мне казалось, ты не очень-то хотел, чтобы я был рядом. - Я этого не говорил, - хмуро ответил Бильбо. - Я хотел, чтобы ты... - он сглотнул. - Что? - голос Торина был мягким, а взгляд внимательным. - Ничего, - Бильбо отвернулся, увидев мелькнувшее в синих глазах разочарование. Он не мог взять и напрямую выложить Торину правду, признаться, как тосковал о нем каждый день. Торину этого знать не следовало. Он медленно двинулся дальше. Торин шагнул вслед за ним молчаливой тенью. - Постой. Бильбо остановился, повинуясь приказу, и обернулся. - Дай мне его. Бильбо не сразу сообразил, что Торин имеет в виду желудь. Порывшись в карманах, достал желудь и отдал его Торину. - Что ты собираешься делать? - Как это что? Посадить. Пусть лежит в земле до следующей весны. Торин опустился на колени и без малейших колебаний выкопал рукой небольшую ямку в холодной почве. Похоже, лопатка ему не требовалась и запачкаться он точно не боялся. Торин бережно положил желудь на дно ямки и засыпал землей. Бильбо опустился на колени и помог ему. Сажать деревья с Торином - это нечто новенькое. Торин накрыл его пальцы руками и поднял голову. Бильбо посмотрел на его серьезное лицо и понял, что для Торина это глупое, на первый взгляд занятие, имеет если не большое, то какое-то особое значение. Их сплетенные руки лежали на том месте, где был зарыт желудь. Ветер раздувал длинные волосы Торина, играл с ними. Ямка получилась аккурат возле дороги. - Ты сможешь наблюдать, как он растет, - хрипло прошептал Торин. - Из окон башни. Оттуда открывается отличный вид на дорогу. - Таким образом ты надеешься заставить меня остаться в Горе? - Ты же не можешь уехать и оставить свой желудь здесь, верно? - Почему нет? - Но ведь он - твой трофей. Ты сам сказал. Значит, ты не можешь бросить его здесь. - Это шантаж. - Он самый. Во взгляде Торина плясали веселые огоньки. Бильбо улыбнулся. Торин снова казался ему прежним. Тем Торином, каким был, когда заявился в Бэг-Энд. - Я могу выкопать его обратно прямо сейчас, - продолжил Бильбо игру. - Это невозможно. - Почему? - Он уже закопан в землю, а значит, принадлежит мне. Тебе потребуется мое разрешение. - Очень удобно, - хмыкнул Бильбо, вставая и отряхиваясь. Потом потянулся, разминая затекшие мышцы, и увидел, как внимательно Торин наблюдает за ним. - Расскажи, чем ты был так занят эти дни, - попросил Бильбо. Как он ни старался сдержаться, слова прозвучали едко. Все-таки он был немного разозлен таким внезапным поведением Торина. Точнее, полным отсутствием такового. Неужели Торин избегал его все это время? - Не понимаю, неужели ты не мог просто поговорить со мной? - Ты бы хотел видеть меня чаще? Бильбо покосился на него. - Чаще, чем один раз в неделю, ты имеешь в виду? - Ты преувеличиваешь, - Торин, кажется, был доволен. - Ты видишь меня по утрам, когда я раздаю указания остальным. - Лицезреть тебя издали и говорить с тобой, как сейчас - не одно и то же, ты не думаешь? - сухо ответил Бильбо. Торин внимательно посмотрел на его помрачневшее лицо, но ничего не сказал. - Я на самом деле был занят, Бильбо, - сменил он тему. - Сам понимаешь, мы с Балином должны решать тысячу вопросов на дню. Я послал весть о нашей победе в Синие горы неделю назад и жду ответа. Думаю, скоро оттуда потянутся гномы, и тогда работа в Горе пойдет быстрее, Эребор наполнится жизнью. Я хочу увидеть, как здесь снова зарождается надежда. Но не уверен, что смогу стать хотя бы вполовину достойным правителем, как мой отец. Бильбо был приятно удивлен. Торин делился с ним своими переживаниями и сомнениями. Может, для них еще не все потеряно? - Без камня это будет сделать труднее? - Уверен, что так, - Торин как-то странно посмотрел на него, но Бильбо не придал этому значения. - Не бери в голову, - отмахнулся он, желая подбодрить Торина. - Знаешь, вы, гномы, чересчур зациклены на всяких камнях. А между прочим, дело ведь не в этом, а в тебе самом, как ты не понимаешь! Ты - ключ ко всему, - повторил он и, остановившись, коснулся пальцем виска Торина. - Вот здесь. Все, что тебе мешает, находится только в твоей голове. В твоих руках будущее этой Горы, и ты сможешь править своим народом в тысячу раз лучше, чем другие, - запальчиво воскликнул Бильбо, нахмурив брови. Торин смотрел на него некоторое время смеющимися глазами. - Весьма красноречивая речь. - И как, она помогла? - Да, - Торин усмехнулся. - Обычно фразы, как и слова, призванные утешать, не очень помогают, но ты... - он со вздохом потер подбородок. - Мне кажется, при желании ты можешь уговорить гору сдвинуться со своего места. Бильбо остался доволен его ответом и продолжил идти вперед. - Ты не собираешься устраивать в Эреборе праздник или что-то в этом роде? - поинтересовался он после некоторых раздумий. - Мне кажется, нужно как-то отметить победу в нашей битве. - Я думал об этом, - кивнул Торин, шагая рядом. - Ты прав: любая победа венчается пиром. Стоит обсудить этот вопрос с Балином. - Знаешь... - Бильбо остановился, глядя на реку Быстротечную. - Я рад, что ты позвал меня на эту прогулку. Обсуждать с тобой дела и все прочее... я рад, что ты говоришь со мной об этом. - Я тоже. В Гору они вернулись к полудню. Торин сказал, что должен вернуться к делам, и ушел, обдав его мягким взглядом на прощание. И Бильбо понял, что ему этого мало, ужасно мало. А ещё чувствовал, что Торин пытается сохранить между ними дистанцию. Он успел перекинуться парой слов с Бофуром и пообедать. Стряпня Бомбура нравилась ему все больше. Теперь, когда у Бомбура появилось больше возможностей для развития своего таланта, приготовленная им пища была воспринята всеми гномами, включая хоббита, на ура. Бомбур нашел себе пятерых помощников и почти с утра до ночи в поте лица трудился на кухне, пытаясь прокормить голодных работяг, трудившихся внутри Горы. Потом Бильбо успел поработать, помогая в строительстве, и во время этого поболтать с Глоином - обладателем густой и на редкость яркой рыжей шевелюры. Тот беспокоился за свою семью, что осталась в Синих горах, а еще сокрушался о том, что давно не видел сына. Вечером, до заката, Бильбо не повезло столкнуться с Роном, одним из солдат Даина. Тем самым, который ударил его несколько дней назад по лицу, будучи пьяным в стельку. Сам Даин, к слову сказать, уже вернулся в Железные холмы, оставив половину своих солдат в Эреборе в помощь Торину. Рон тоже остался в Эреборе и пока не пытался повторить попыток приставать к Бильбо. По крайней мере, открыто. Возможно, протрезвев, он понял, насколько глупо вел себя накануне. Либо причиной был страх перед Торином. С тех пор Бильбо только пару раз сталкивался с этим гномом в Горе. Один раз на днях, и встреча прошла не сказать, чтобы лучшим образом. Похоже, Рон записал его в свои личные враги и теперь при каждой встрече злобно косился в его сторону. А в последнюю встречу, будучи снова навеселе, осыпал Бильбо самыми грязными ругательствами и оскорблениями, сказав, что подобным размазням не место среди гномов. Разумеется, когда рядом никого не было. Но потом очень вовремя появился Фили, и Рон быстро убрался восвояси. Теперь же, посмотрев на этого забияку, челюсть которого была разукрашена здоровенным синяком, Бильбо вспомнил про Фили, его синяк на боку и быстро сопоставил в уме все факты. Так, так. Так. Кажется, Фили решил втихаря свершить правосудие. При виде хоббита Рон прищурил глаза и резко остановился, но ничего не сказал и прошел мимо с каменным лицом, процедив что-то неразборчивое. Но смысл Бильбо и так понял. Он решил спросить Фили, его ли рук дело разукрашенное лицо Рона. - Да, - спокойно подтвердил Фили, когда Бильбо улучил момент и отыскал его снаружи. Они сидели на камнях, нагретых солнцем. Вторая прогулка за этот день. В голубых глазах Фили, обычно спокойных и теплых, сверкнула сталь. Он был разозлен. - Я не мог позволить этому парню оскорбить тебя и просто так уйти, он заслужил наказание и похуже. Я мог вызвать его на поединок и с удовольствием бы сровнял его с землей, так что пусть радуется, что легко отделался. Бильбо ошарашенно смотрел на него. Так, так. И это тот самый Фили? Милый, добрый парень, никогда не повышавший ни на кого голоса? Бильбо не мог представить, что Фили способен на кого-то разозлиться. А уж тем более затеять потасовку. - Судя по синяку, тебе тоже здорово досталось. - Это пустяки, Бильбо. Ты мой друг, а я за друзей стою горой. - Фили, я могу сам за себя постоять, - Бильбо попытался говорить как можно спокойнее. Он не любил, когда за него кто-то решал проблемы. - Впредь я не хочу, чтобы ты вмешивался и решал за меня мои проблемы, договорились? - Как скажешь, - ровно ответил Фили после продолжительной паузы. Что-то в голосе Фили заставило Бильбо усомниться в его искренности. Похоже, тот решил стать его защитником, не иначе. Бильбо поднял голову и посмотрел на Дейл, отметив, что осень в этом году стоит на удивление теплая. Зато по ночам в Горе было так холодно, что зуб на зуб не попадал. - Ты ведь уже знаешь? - безучастно спросил Фили, глядя вдаль, туда, где в голубом небе танцевали облака. Бильбо не поворачивал головы. Он сразу понял, о чем идет речь, и постарался собраться с мыслями. Пришлось признать, что Фили испытывает к нему не только дружеские чувства. Он должен говорить очень осторожно, иначе рискует потерять единственного близкого друга в Эреборе, а этого он хотел меньше всего. - Да. Молчание. - Фили... И все. Слова иссякли. Из него словно выкачали весь воздух. Наверное, он был расстроен даже больше, чем гном, сидевший рядом. - Между тобой и Торином что-то есть? Бильбо заранее готовился к этому вопросу. Но в этот момент, когда пришло время ответить, он молчал. А что он должен сказать? Что Торин сказал "ты - мой"? Или что они вместе сажали дерево? - Смотря что ты имеешь в виду, - уклончиво ответил Бильбо. - Ты знаешь, что я имею в виду. - Разумеется, знаю, - раздраженно буркнул Бильбо. - А ты, в свою очередь, должен знать, что у нас с Торином всегда были запутанные отношения. После... того случая они осложнились еще больше. - Это не ответ. - Спроси Торина, - отрезал Бильбо. - Ты хочешь, чтобы я спросил его? Этого Бильбо хотел меньше всего. Для начала ему самому бы не мешало разобраться со всей этой ситуацией, а потом уже примешивать в общий котел новые проблемы. - Фили, это не та тема, которую я хотел бы с тобой обсуждать, - заявил он твердо. В голубых глазах светилось понимание и легкая грусть. Фили все понимал. И принимал. - Мы будем друзьями. Но если ты передумаешь и захочешь большего, только скажи. Очень прозрачный намек, ничего не скажешь. Бильбо машинально потер подбородок, рассматривая пейзаж, состоявший из скалистых невысоких гор. Смущение - это определение было слишком мягким и неточным по сравнению с тем, что он испытывал в этот момент. Будь он более ветреным и менее верным, то серьезно призадумался бы над этим предложением. Но к Фили он испытывал только симпатию. Он не хотел портить дружбу и усложнять то, что и так уже было усложнено. Увы, ему нужен был только один гном в этой Горе. Но вот с ним все было куда сложнее. Он даже мысленно не мог сравнивать Торина с Фили. Оба они были спокойными. Оба были привлекательными. Они сильно отличались друг от друга в разной степени. Внешне Фили был скорее поджарым, чем мускулистым, не был столь же высоким, как Торин, был светловолосым и более мягким по характеру. Торин был черноволосым, настоящим гигантом, сосредоточенным, зачастую угрюмым. Он был жестким, потому что успел повидать жизнь. Он был старше Фили на добрую сотню лет. А может, и больше. Внезапно ему стало жарко. Он вспомнил, что прошлой ночью позволил Фили поцеловать себя и даже получил от этого некоторую долю удовольствия. Фили ему нравился во всем. Но сравнивать его с Торином было неуместно, потому что те чувства, что Бильбо испытывал к Торину, были в тысячу раз сильнее, чем любое влечение. - Ты знаешь, что мы с Кили любим Торина, - снова заговорил Фили. - Он как отец нам. Я никогда бы не встал у него на пути, не стал бы препятствовать его счастью. Он дорог мне. Бильбо кивнул. - Я понимаю. - Но с ним творится что-то неладное. - Хм, я ничего не заметил. Фили вздохнул. - Я тревожусь за него, - мрачно сказал он. - И волнуюсь. А еще боюсь, что он может снова причинить тебе вред. - Нет, этого не будет, - Бильбо сказал это уверенно, но внутри что-то предательски екнуло. - Торин излечился, он стал прежним. Я э... говорил с ним этим утром, он стал самим собой, я могу поклясться в этом. Фили отвернулся, но его лицо оставалось хмурым. Они оба понимали, что стопроцентной уверенности нет. Если бы рядом был Гэндальф и дал им один из своих заумных советов или наложил на Торина одно из своих очищающих заклинаний! Но мага до сих пор не было. Он мог и не вернуться, кто его знает. Перед тем, как уйти, Бильбо снова попытался внушить Фили, что не нуждается в его опеке, хоть и благодарен ему за помощь. Ужинать Бильбо не стал, а сразу отправился к себе. Но, не дойдя до комнаты, остановился и, закрыв глаза, прислонился лбом к холодной каменной стене. Его потряхивало от нервозности и плохого предчувствия. Неужели Фили прав и безумие Торина может вернуться? К горлу подкатила тошнота. Бильбо глубоко вздохнул. В памяти всплыл жуткий образ из прошлого, как он, прикованный цепями, истекал кровью в той страшной холодной комнате. Он помнил, как Торин наносил удары, пока он был связан, как кровь медленно вытекала из него, ее заменял ледяной холод и густая липкая тьма... Он развернулся и быстро пошел назад по коридору. Потом побежал. Он знал, где находятся покои, которые занял Торин, и пошел туда. Сердце колотилось, как бешеное, когда он беззвучно приоткрыл высокую деревянную дверь, украшенную затейливым узором. Он толкнул сильнее, и дверь раскрылась шире, не издав ни единого скрипа. Похоже, кто-то недавно позаботился смазать петли маслом. Бильбо молча уставился на огромное королевское ложе, стоявшее посередине комнаты. Торин сидел на краю постели. Темноволосая голова была опущена. Он сидел, уронив голову на руки и запустив пальцы в волосы. Он услышал, как Бильбо вздохнул, и резко поднял голову. Заметив Бильбо в дверях, он изменился в лице. Глаза сверкнули синим огнем. Несколько долгих минут никто из них не двигался. Молча Бильбо шагнул в его сторону, не в силах побороть отчаянную тоску и тягу к нему. Потом сделал еще шаг и еще, пока не встал перед Торином. Сглотнув, Бильбо нерешительно дотронулся до его лица. Потом наклонился. Их губы встретились в долгом пьянящем поцелуе. Бильбо с такой силой цеплялся за его одежду, словно боялся, что, если отпустит, Торин исчезнет. - Что ты делаешь? - с мукой прошептал Торин, обхватив его голову руками. - Ты не должен быть здесь. - Тогда прогони меня. - Бильбо, - Торин издал глухой стон. - Ты должен ненавидеть меня. - Нет. Их лбы соприкасались. Бильбо закрыл глаза. - Есть ли в этой вселенной будущее для нас? Есть ли шанс все начать сначала? - Я не знаю... Но мы можем попытаться... можем. Торин шумно сглотнул, зарывшись пальцами в кудрявые волосы. Их лица были совсем близко, дыхание смешалось. - Ты боишься? - А ты? Торин долго смотрел на него. - Если у тебя осталась хоть крупица разума, то лучше тебе уйти. - Почему ты гонишь меня? - вздохнул Бильбо, ласково обнимая его лицо ладонями. Их головы все еще соприкасались. - Дело не в тебе, - в глазах Торина мелькнула боль, - а в том - другом. Я не знаю, исчез он навсегда или все еще во мне. Я боюсь причинить вред окружающим. Особенно тебе. Я опасен, Бильбо. - Не гони меня. Хочешь, убежим вместе... хочешь, просто испаримся... но вместе, - Бильбо чуть повернул голову и нашел его губы. - Мы испаримся, забудем обо всем. Я готов быть с тобой до конца. До самого конца. - А если проклятье снова возобновится и я сойду с ума? - с горечью прошептал Торин. - Я не позволю этому случиться, слышишь? - с дрожью в голосе сказал Бильбо. - Не позволю. Он поцеловал Торина. Через несколько мгновений они уже лежали поверх одеяла, полностью раздетые. - Подожди, - Бильбо глубоко вздохнул и неуверенно посмотрел на Торина. - Я хочу, чтобы в этот раз было немного по-другому. Торин удивленно приподнял брови, потом кивнул. - Хорошо, - он лег на спину, - я в твоем распоряжении, делай, что хочешь. Бильбо сел прямо. Потом подкатился к краю ложа и нашел на полу среди вещей свой коричневый шейный платок. Он повернулся к Торину, все больше нервничая. - Ты не будешь возражать... если я свяжу тебя? - Что? - Прошу, - Бильбо снова нервно сглотнул, - я не буду сильно связывать. После недолгого колебания Торин кивнул и позволил ему привязать свою правую руку к столбику кровати. Кровать была оснащена четырьмя столбиками по каждому углу, да впридачу балдахином из тяжелой бархатной ткани. Вторую руку Бильбо привязал своим ремнем. Покончив с этим, он осмелился взглянуть на Торина. Мысль, что этот гигант связан и находится в его полной власти, невероятно возбуждала. Почему-то для Бильбо было очень важно, чтобы Торин был связан. Как он сам когда-то. Он отогнал эту назойливую мысль и неуверенно улыбнулся Торину. - Теперь я нахожусь в твоей полной власти, - хрипло прошептал Торин. Он был возбужден не меньше Бильбо. - Что ты намерен делать? - Увидишь. Бильбо сел на него. Потом приподнялся и стал вводить в себя его твердую горячую плоть, помогая себе руками. Он стал опускаться до тех пор, пока их тела не были соединены. Потом начал двигаться. Сначала медленно, потом все быстрее. Внутри растекался жар, от ритмичных движений перед глазами заплясали огоньки. Он все смотрел на Торина, не в силах отвести взгляда, как зачарованный, продолжая двигать бедрами. Внутренние мышцы сократились, обхватывая плоть Торина сильнее. Бильбо ощущал себя наполненным им. Он немного откинул голову назад и, закрыв глаза, одновременно ласкал свой фаллос рукой, пока не достиг пика, оросив белым семенем живот Торина. Бильбо испустил протяжный стон, внутри взорвалось что-то горячее, и его вынесло в море. Его омывали волны наслаждения и забвения. Тяжело дыша, он упал на Торина и открыл глаза. Широкая грудь гнома тяжело вздымалась и была влажной. Бильбо виновато приподнял голову. Торин все еще был связан. Взгляд его был теплым и бархатным. - Прости. Я не должен был... сейчас, - Бильбо приподнялся и резко втянул воздух, когда обмякшая плоть Торина мягко выскользнула из него. Их взгляды встретились. Глаза Торина были темными, как ночь. Бильбо схватил простынь и вытер испачканный живот Торина. Потом вытерся сам. После этого развязал гнома и лег рядом, удовлетворенный и спокойный. - Не жалеешь? - спросил Торин через минуту молчания, которую они провели в объятиях друг друга. - А ты? - Я хотел бы провести в твоих объятиях всю жизнь, - произнес Торин бархатным голосом. Проснулся Бильбо, когда была глубокая ночь. Свеча на столе почти догорела, и комната погрузилась в легкий полумрак. Бильбо выскользнул из постели, мучимый голодом, и натянул бриджи. Он принялся обыскивать комнату на наличие чего-нибудь съестного, питая тщетную надежду наткнуться на сыр или хотя бы кусок черствого хлеба. Но либо Торин питался святым духом, либо еду уже унесли - но ничего хотя бы отдаленно съестного не обнаружилось. Бильбо разочарованно нахмурился, размышляя, стоит ли ждать утра или лучше быстро спуститься на кухню и пошарить по кастрюлям. Ему не хотелось отлучаться надолго и оставлять Торина одного. Тот лежал на спине, прикрыв во сне лицо согнутой рукой. Бильбо с трудом подавил желание плюнуть на все и вернуться в постель. Размышляя, он прислонился спиной к каменной стене и вдруг почувствовал, как она немного дрогнула. Бильбо внимательно осмотрел ее. Сомнений быть не могло - это потайная дверь. Его одолело жуткое любопытство. "Хоть бы тайничок, хоть бы тайничок", - подумал он, пребывая в волнении и уже мысленно потирая руки в предвкушении. Что ни говори, но воровские и шпионские наклонности трудно искоренить полностью. Он пошарил по стене рукой и через минуту отыскал у самого пола небольшое углубление. С первого раза углубление было очень сложно заметить. Он нажал на маленькую кнопку, и стена бесшумно отъехала в сторону. В лицо повеяло сыростью и немного затхлым запахом. Забыв про голод, Бильбо помедлил и шагнул в небольшую комнату, открывшуюся глазам. Похоже, дед Торина когда-то хранил здесь свои ценные вещи. Сейчас комната была пуста, не считая одной маленькой вещицы. Аркенстона. При виде камня - целого и невредимого - Бильбо остолбенел. Сердце рухнуло вниз. Он не мог поверить глазам. Камень лежал на специальном пьедестале. Его голубоватое сияние заливало хранилище ярким светом, который поначалу озадачил Бильбо. Он подошел ближе и дрожащими пальцами взял камень. Ладони вспотели, он смотрел на Аркенстон и думал о Торине. Торин солгал. От камня исходили невидимые мощные волны. Бильбо чувствовал, как они просачиваются в его вены сквозь кончики пальцев. В Аркенстоне чувствовалось сосредоточие темной пугающей силы. Но больше всего пугало то, что Торин сознательно прятал его здесь столь долгое время.