Проект "Вояджер"

Третий день подряд Шерлок с утра пораньше уносился из дома и возвращался только поздно вечером, раздраженный и недовольный. От еды он всякий раз отказывался, но Джон все равно ставил перед ним полную тарелку, и Шерлок, сам того не замечая, съедал все, что на ней находилось. А потом долго играл на скрипке или ставил на кухне опыты. И молчал. А Джон ничего не спрашивал. Он уже не был уверен, хочет ли вообще что-нибудь знать. Вернуть прошлое — безусловно, замечательно, вот только… Вдруг оно такое, что лучше его не помнить? Кто знает, что там, в этом прошлом? Что если лучше просто взять и оставить все как есть? Впервые эта мысль пришла в голову в вечер того дня, когда они допрашивали Дэниела Уэста и Жаклин Мур. Они вернулись домой, а на столе их ждала картонная папка. Внутри оказалось несколько листов бумаги, заполненных печатным текстом и снабженных гербами. Шерлок взял их, бегло просмотрел, потом повертел в руках синеватый, запаянный в пластик прямоугольник с набранной крупным шрифтом надписью «ПРОПУСК» и изумленно хмыкнул, недоверчиво приподняв брови. Пропуск он отложил, устроившись в кресле с документами. Джон же пошел разогревать ужин. Они поели — Шерлок изо всех сил брыкался, но тактика «подсунуть под руку — авось, съест и не заметит» давала свои плоды — после чего Джон принялся мыть посуду, и тут впервые подумал об этом. Аккуратно положил тарелку в раковину. Отошел от нее, обернулся к гостиной. Шерлок с ногами сидел в кресле, шелестел бумажками, чему-то хмурился. За окном сгущалась тьма, прорезаемая светом уличных фонарей. Потрескивал в камине огонь, бросал на пол багряные отблески. Мерно тикали часы. Было хорошо. Правильно. Уютно. И Джон мысленно повторил: «Я вовсе не уверен, что хочу знать, что было раньше». Открытие оказалось настолько ошеломляющим, что Джон потом с четверть часа стоял у кухонного окна и пытался как-то ужиться с этим знанием. Это оказалось непросто. Внезапно то, что двигало им не один месяц, оказалось ненужным, лишним. А вот все это — Шерлок со своими потрясающими, практически противоестественными талантами, старая захламленная квартира, непонятная жизнь, беготня, преступления, расследования, скрипка посреди ночи, едкие щелочи и яды на обеденном столе — важным и необходимым. Мог ли Джон подумать в ту минуту, когда соглашался на «работу», что она незаметно, за какие-то считанные дни станет его жизнью, частью его личности? Конечно же, нет. Предположить подобное мог бы лишь умалишенный. И вот, так и получилось. Забавно. Усмехнувшись, Джон вернулся к недомытой тарелке. Два следующих дня Джон окончательно сживался с этой мыслью. Мне не важно, что со мной было раньше, мне важно то, что происходит сейчас. И если в первый день рядом был Шерлок, шелестел бумагами, что-то черкал, взлохмачивал волосы, ругался сквозь зубы, вскакивал и принимался расхаживать взад-вперед, если можно было отвлечься на то, чтобы заварить ему отвар или подсунуть тарелку с обедом, то на второй Шерлок умчался, оставив Джона с его открытием наедине. И вот тогда-то, когда в квартире стало пусто, когда никто уже не отгонял вязкую, как смола, тишину шагами, недовольными вздохами и причудливыми пассажами скрипки, Джон окончательно его признал и принял. Без Шерлока было одиноко и неуютно, словно он лишился чего-то важного — руки или ноги — хотелось бежать, искать его. Джон пытался чем-нибудь себя занять, но ничего не выходило. И лишь когда Шерлок вернулся, все встало на свои места. На следующий день Джон спустился вниз и немедленно столкнулся с миссис Хадсон. Та держала в руках блюдо, накрытое полотенцем и издающее одуряющий аромат свежей выпечки. — О, Джон, как замечательно, что я тебя встретила, — немедленно заулыбалась та. — Последнее время такая погода, опять бедро разболелось, а тут еще эта ужасная лестница. Я тут занялась выпечкой и подумала, что вам с Шерлоком не помешает побаловать себя пирожками с вишней. Скажу по секрету, он ее просто обожает. Как и я. В этом мы с ним едины. А ты, дорогуша? — Очень люблю, миссис Хадсон, — заверил он, принимая из ее рук блюдо. — Спасибо. — Ох, дорогуша, не за что. Джон уже развернулся, собираясь подняться обратно в квартиру, как ему в голову пришла одна мысль. И правда, а почему бы нет. Ну не к Майкрофту же обращаться. — Миссис Хадсон? — Да, дорогуша? Что-нибудь еще? — Нет. Миссис Хадсон, а как давно вы знаете Шерлока? Та на пару секунд задумалась, потом ответила: — Да уж немало, почти пять лет. Он помог мне, когда моего мужа обвинили в убийстве. — Шерлок очистил его имя? — Вовсе нет, доказал, что убил именно он, после чего Рона отправили на виселицу, — с безмятежной улыбкой сообщила миссис Хадсон. На такое оставалось только промолчать, что Джон и сделал. — И что, он всегда был таким? — Сколько я его знаю, — подтвердила та. — Я так рада, что вы встретились и поладили. Шерлок был так одинок, а сейчас вы просто неразлучны. Вы так хорошо друг другу подходите. Похлопала Джона по руке и, что-то напевая под нос, удалилась к себе. После этого разговора Джон еще с час промаялся в гостиной, но тишина и безделье сделались совсем уже невыносимыми, и он решил прогуляться. Лондон встретил его обычной будничной суетой — спешащими куда-то прохожими, цокотом копыт, тарахтением моторов авто, тихим ропотом разговоров. Джон бесцельно бродил по улицам, разглядывая витрины. Через какое-то время по пути попался парк, обнесенный кованым забором. Посыпанные песком дорожки уводили в густые заросли кустов и деревьев, по обочинам росли цветы, кое-где попадались скамейки. Народа было немного — в основном, прогуливающиеся леди, гувернантки с детьми да неспешно шествующие джентльмены. Джон наугад выбрал одну из дорожек и двинулся по ней вглубь парка. Минут через десять идущие навстречу или обгоняющие его прохожие стали попадаться все реже и реже, а затем и вовсе пропали. Тускло светили сквозь облака Люцерны, шумел в кронах деревьев ветер, где-то неподалеку заливалась радостной песней птица. Дорожка вильнула, и впереди открылся пруд. Зеленоватая, чуть подернутая ряской вода шла легкой рябью, плескалась о берег. С одного края покачивались камыши, подрагивали длинными узкими листьями. Посередине с важным видом плавали несколько уток с зеленоголовым селезнем во главе, и Джон пожалел, что не захватил из дома хлеба. Хотя откуда ему было знать. Вечерело. Одна из Люцерн погасла, пора было возвращаться. Шерлок, конечно, скорее всего, придет затемно, но Джон оказался довольно далеко от Бейкер-стрит, а плутать по малознакомым темным улицам не хотелось. При некотором усилии удалось вспомнить, как он сюда шел. На обратном пути город выглядел чуточку иначе. Загорелись фонари, озарились слабым светом витрины, вывески. В какой-то момент Джон, видимо, все же свернул не туда: уже через пару минут улочки стали казаться незнакомыми, а потом он наткнулся на книжную лавку, которой определенно не встречал днем. Можно было развернуться и отправиться обратно, но в голову пришла мысль зайти внутрь. В кармане звенели кое-какие деньги, а в лавке могло найтись что-нибудь по медицине. Если он действительно врач, это требовалось подтвердить — в конце концов, неважно, удастся Шерлоку найти о нем сведения или нет, но если восстановить знания, ими может получиться зарабатывать на жизнь. Для этого, правда, требовалось определить, в какой сфере он разбирается лучше, а на Бейкер-стрит, несмотря на обилие книг, никаких, связанных с медициной, Джон не обнаружил. Звякнул колокольчик над дверью, но на звук никто не появился. Внутри было тихо и пыльно, пахло бумагой, кожей, типографской краской. У стен тянулись заставленные книгами полки. Джон двинулся вдоль них, внимательно рассматривая корешки. Нужный том нашелся в самом дальнем углу и присутствовал в единственном экземпляре. На его страницах в изобилии были разбросаны рисунки человеческих органов, схемы, графики. Судя по введению, это был справочник общей направленности, дающий представление о теле человека в целом, наиболее распространенных болезнях и методах борьбы с ними, но не вдающийся в подробности — самое то, что сейчас было нужно Джону. Денег хватило, даже еще осталось. Торговец — сгорбленный старик с седой бородой, как привидение, вынырнувший откуда-то из глубин лавки — вцепился в покупателя мертвой хваткой и принялся засыпать предложениями. Джон стойко отказывался, не соблазнившись даже «Птицами Британии» в двух томах. В конце концов, старик сдался и с недовольным сопением пригласил заходить еще. Когда Джон добрался до дома, Шерлока еще не было. На столе уже привычно ждал ужин, но есть не хотелось, да и начинать без Шерлока было глупо — тогда в того не удалось бы запихнуть ни крошки. Вскипятив чайник, Джон заварил себе отвару и устроился в кресле с кружкой горячего напитка и книгой. Ощущение было таким, словно он постепенно вспоминает что-то, что раньше хорошо знал, но забыл. С одной стороны каждое предложение несло новизну, а с другой — стоило дойти хотя бы до середины, как сразу становилось ясно, что он знает, что будет дальше. Не дословно, конечно, но Джон определенно имел самое подробное представление о количестве, строении и свойствах внутренних органов, так что выходило что-то вроде повторения изученного. Уже совсем стемнело, когда внизу хлопнула дверь, заскрипели ступени, а затем вошел Шерлок, еще более недовольный, чем вчера. Молча пересек гостиную, плюхнулся в кресло и, уткнувшись подбородком в кончики пальцев, уставился куда-то мимо Джона ничего не видящим взглядом. О результатах поисков можно было не спрашивать — все было ясно и так. По-прежнему ничего. — Пойду, разогрею ужин, — скорее для очистки совести, чем чтобы узнать мнение Шерлока, произнес Джон. Тот ожидаемо никак не прореагировал. Джон уже раскладывал еду по тарелкам, когда неожиданно раздался вопрос. — Ты это читал? — Что? — переспросил Джон, возвращаясь в гостиную. Он успел с головой уйти в размышления о том, есть ли еще шанс найти Роберта Уэста, слишком уж много времени прошло со дня его исчезновения, а потому оказался застигнут врасплох. — Прости, что ты сказал? — Книга, — пояснил Шерлок, для наглядности помахав ею перед Джоном. — «Общие основы лекарского дела». Ты читал ее? — Да. Делать все равно было нечего. Вышел прогуляться, наткнулся на книжную лавку и вот купил, — Джон поставил перед Шерлоком полную тарелку, удостоившуюся такого презрительного взгляда, словно в ней лежала фаршированная гадюка, а не банальная отбивная с картошкой. Впрочем, гадюкой бы Шерлок заинтересовался – хотя и не с кулинарной точки зрения. — Что-то не так? — Скука, — Шерлок уронил «Основы» обратно на стол и опять уставился в стенку. Джон только пожал плечами. Может быть, по меркам Шерлока подобное чтение и было пустой тратой времени, но он всяко не обладал такой же гениальностью. Остаток вечера прошел в уже привычном хождении из угла в угол с завершением в виде скрипичного концерта. Джон попробовал читать, но тогда Шерлок начинал бросать на него такие взгляды, что он не выдержал и отложил книгу в сторону, решив вернуться к ней утром, когда останется один. Делать это в присутствии Шерлока и не почувствовать себя конченым кретином было совершенно невозможно. Следующий день прошел без происшествий, только заглянула «на пять минут» миссис Хадсон, со смешком пересказала историю про квартирантов миссис Тернер и удалилась. Джон с зевком заварил еще чашку отвара и вернулся к «Основам». Вечером, как всегда когда уже стемнело, вернулся Шерлок. Ни слова ни говоря подошел к сидевшему в кресле у растопленного камина Джону и протянул прямоугольный сверток. — Эм…Что это? — серая оберточная бумага чуть холодила ладонь, поверх нее крест-накрест шла бечевка. Сверток оказался довольно увесистым. Когда Джон взял его, его пальцы на мгновение коснулись пальцев Шерлока. — Книга, — пояснил тот. — Гораздо лучше той ерунды, что ты сейчас читаешь. И ушел на кухню. Джон обалдело уставился вслед с чувством, словно мир сошел с ума. Либо он заснул под убаюкивающее потрескивание огня в камине, и все происходящее ему просто снится. Джон потряс головой, но ничего не поменялось. Шерлок гремел на кухне посудой, а на коленях лежала тяжелая, тщательно упакованная книга. Попытка ущипнуть себя тоже ни к чему не привела, только обожгло болью запястье. Приходилось признать очевидное — Шерлок в своей манере решил, что Джон изучает неподобающую литературу и на следующий же день принес то, что счел более подходящим. Пожав плечами, Джон потянул за кончик бечевки, развернул шуршащую бумагу. Книга оказалась очень старой, с плотными, изрядно потрепанными листами. Местами на полях пестрели заметки, написанные мелким убористым почерком с многочисленными завитушками. На не менее старой обложке было вытиснено «Очерки по хирургии». Позолота давно осыпалась с букв, но кое-где до сих пор сверкали редкие блестки. — Откуда ты это взял? Джон встал, подошел к кухонной двери, прислонился к косяку. Шерлок стоял у плиты, над закипающим чайником вился парок. — Взял у одного знакомого букиниста. Меня медицина никогда особо не увлекала, но он заверил, что это лучшее из написанного. Шерлок говорил спокойно и сухо, но Джон внезапно почувствовал, как где-то в районе желудка зародилось тепло, волной стало подниматься все выше и выше, охватывая и согревая сердце, пока не встало непонятным комком в горле. Сглотнул. — Спасибо, — выдавил он. Шерлок улыбнулся. * * * Утро было тихим, мирным и скучным. За окном глупо суетился город, снизу доносилась музыка — миссис Хадсон опять затеяла печь пироги и включила радио, наверняка еще и подпевает, словно в мире нет ничего лучше этих дурацких песенок про цветочки-щеночков-любовь. Отвратительно. Спустился Джон, зевнул, пожелал доброго утра и скрылся в ванной. Зашумела вода, наконец-то заглушая слащавую мелодию. Шерлок со вздохом опять перевел взгляд на потолок. Там змеилась тонкая трещина, расходилась многочисленными микроскопическими ответвлениями. Трещина тоже была банальной и скучной. Шерлок зло пнул пятками ни в чем не повинный подлокотник и закрыл глаза. Самоуглубление по-прежнему давалось легко. Вернее, почти легко. Небольшие сбои начинались, лишь когда в непосредственной близости — до пяти футов включительно, как было установлено опытным путем — оказывался Джон. Шерлок долго пытался выяснить, что тому причиной, но пока не преуспел. Рядом с Джоном мысли просто начинали фатально путаться, вертясь только и исключительно вокруг него. Это должно было быть неприятно, но по каким-то неведомым причинам не было. Наоборот, мысли о нем приносили исключительно удовольствие. Сейчас, впрочем, объект раздражения в поле зрения отсутствовал — судя по всему, Джон как раз заканчивал с бритьем. Шерлок уже до мелочей выяснил, в какой последовательности проходят его утренние процедуры, и мог с легкостью определить, чем тот занимается. Гораздо хуже дело обстояло с обоими расследованиями. Шерлок уже два дня не появлялся в оперцентре: все файлы, которые хотя бы теоретически могли иметь отношение к Джону, он давно пересмотрел, а та таинственная папка взлому не поддавалась. С делом Уэста все было еще плачевней. Шерлок чувствовал, что что-то упускает, что-то мелкое, но крайне важное, но никак не мог понять, что именно. Мысль крутилась на краю сознания, зудела, но никак не хотела оформляться во что-либо отчетливое. Внизу постучали. Шерлок насторожился: возможно, наконец-то появятся долгожданные новости, не может же получиться так, что дело намертво застрянет, и его так и не удастся сдвинуть с места. Правда, вероятность подобного была ничтожно мала. Просто микроскопически. Дверь открылась и практически сразу же закрылась. Судя по тому, что никаких голосов не раздалось, явился посыльный. Письмо или телеграмма. По делу или нет? Вероятнее второе. Если бы по делу, миссис Хадсон уже поднималась бы по лестнице, а сейчас никаких шагов не слышно. Шум воды стих, опять послышалась музыка — едва уловимо, на самом краю слуха, но достаточно, чтобы ее различить. Шерлок раздраженно скрипнул зубами и, рывком перевернувшись на бок, подтянул колени к груди. Иметь дело с этим отвратительным миром совершенно не хотелось. Послышались шаги. Джон. Вышел из ванной в гостиную, заметил его и озадаченно остановился. Затем шаги приблизились. Через небольшую паузу — Джон неуверенно замер, размышляя, стоит ли — плеча коснулись пальцы. Шерлок на полувдохе поперхнулся воздухом, подавил внезапную иррациональную дрожь. — Что случилось? — в голосе Джона чувствовались встревоженные нотки. Шерлок неопределенно передернул плечами. Интенсивность странных, непривычных реакций собственного тела и разума, какими бы приятными они ни были, все же отвлекала и немного… пугала. Ничего подобного с ним никогда еще не происходило. — Шерлок, — голос сделался настойчивее. Джон уже совсем освоился и теперь если действительно хотел добиться ответа, прилагал для этого все возможные усилия. — Ничего. Скука, — говорить, уткнувшись в подушку, было не особенно удобно, да и голос звучал приглушенно, но оборачиваться лицом к этому отвратительному миру Шерлок определенно не собирался. — У тебя же расследование. Мы так и не узнали, что случилось с Робертом Уэстом, — возразил Джон. — Наверняка есть что-то, что все объясняет. — Ну конечно, есть, — Шерлок рывком сел, мгновенно позабыв о недавнем решении, яростно сверкнул глазами, уставился на Джона, вцепившись одной рукой в полу его рубашки. — Я чувствую, что есть, но никак не могу понять, что! И тут в дверь постучали. — Мальчики, ку-ку! Скрипнув зубами, Шерлок разжал пальцы и откинулся на спинку дивана. Миссис Хадсон. Как всегда в самый неподходящий момент. — Доброе утро, миссис Хадсон. — Доброе утро, Джон. Доброе утро, Шерлок, — миссис Хадсон одарила каждого улыбкой. — Только что пришел почтальон, принес телеграмму. Оказывается, у моей племянницы через неделю свадьба, я должна буду уехать на несколько дней. Справитесь тут без меня? Свадьба. Какая скука! Лицемерные поздравления, пожелания счастья. А в это время головы всех присутствующих заняты вычислением стоимости подарков, платьев, угощения и очередным обдумыванием услышанных сплетен. — Ну конечно, справимся, верно, Шерлок? И не спешите назад, это же праздник, — Джон теперь тоже радостно улыбался. — Тогда я буду спокойна, — миссис Хадсон кивнула. — Я уезжаю послезавтра, там надо будет еще помочь. Столько всего предстоит сделать! Она взмахнула руками и, развернувшись, удалилась. Шерлок раздраженно закатил глаза. — Смотрю, свадьбы в число твоих любимых развлечений не входят, — усмехнулся Джон, стоило им остаться одним. — Самая дурацкая вещь, на какую только может пойти человек, — Шерлок опять лег, отвернувшись лицом к диванной спинке. — Все эти приглашения, торты, платья, танцы, конфетти, обручальные… О! Господь всемогущий, какой же он все-таки идиот! Шерлок сел, уткнувшись взглядом в окно. Как он мог не догадаться, это же было так просто. Лежало на самой поверхности, буквально напрашивалось. Сама очевидность. Слишком идеальный мистер Уэст, а ведь идеальных людей не бывает. — Шерлок? — Джон настороженно посмотрел на него. — Ты в порядке? — Я идиот, Джон, — Шерлок тряхнул головой, перевел взгляд на озадаченное лицо Джона и улыбнулся. — Не забудь мне как-нибудь об этом напомнить. Все было так просто, — вскочил с дивана, сбросил на него халат. — Собирайся, едем! — Куда? — ошалело моргнул Джон. — Домой к нашему идеальному мистеру Уэсту. Я понял, что мне не давало покоя, что было неправильно. — И что же? – Джон, замечательный, великолепный, потрясающий Джон, уже без лишних вопросов шел к двери, но на полпути обернулся, вопросительно приподнял брови. — Кольцо, — торжественно объявил Шерлок. * * * Стоило двери немного приоткрыться, как Шерлок тут же толкнул створку и влетел внутрь. Мелинда, не ожидавшая ничего подобного, отшатнулась к стене, испуганно пискнула и, раскрыв рот, уставилась ему вслед. — Прошу прощения. Джон мысленно пообещал устроить Шерлоку хорошую выволочку. Когда-нибудь. Потом. После того, как тот, черт бы его побрал, объяснит уже наконец, что не так с кольцом. Потому что всю дорогу он молчал, полностью игнорируя вопросы, и только сверлил взглядом затылок водителя, словно тот от этого поедет быстрее. Из гостиной на шум выглянул Дэниел Уэст. — Мистер Уотсон? — он озадаченно умолк, огляделся, словно в поисках еще одного гостя, и, наконец, никого больше не обнаружив — еще бы, Шерлок, наверняка, уже потрошит наверху ящики — продолжил. — А… мистер Холмс? Джон обреченно вздохнул. — Я приношу вам свои самые глубочайшие извинения, но Шерлок не стал дожидаться вас, а сразу поднялся наверх. Понимаю, это несколько… И тут к Мелинде вернулся дар речи. — Ох, мастер Дэниел, — всхлипнула она. — Я уж подумала, зашибет меня. Господин ворвался точно ураган, показалось, сейчас дверь с петель слетит. Нет, пожалуй, одной выволочкой дело не ограничится. Придется знакомить Шерлока с элементарными правилами поведения, причем тот, наверняка, досконально знает весь этикет. Просто не считает нужным его придерживаться. Ведь гораздо проще и быстрее вломиться в дом, чем ждать, пока тебя туда впустят. Хотя если на кону жизнь человека… — Джон, я был прав. Идеальных людей не существует, — появившийся на верхней ступеньки лестницы Шерлок разве что только не светился от счастья. Присутствующих здесь же Дэниела и Мелинду он словно вообще не видел. — Мистер Холмс, — начал Уэст, но оказался благополучно проигнорирован. — Зато это наконец-то дает нам зацепку, — Шерлок продемонстрировал бархатную коробочку, в которой, как помнил Джон, хранились обручальные кольца. — Может быть, ты наконец уже скажешь, что с ними такое? — А ты не видишь? — легко сбежав вниз, Шерлок раскрыл коробочку. Джон, прищурившись, всмотрелся в ее содержимое. Два простых золотых ободка, без каких-либо вставок или гравировок. Самый обычный вариант, ничего примечательного. Точно такое же носил, к примеру, Лестрейд. — Нет, — покачал головой Джон. Шерлок с мученическим видом возвел глаза к потолку, пододвинул одно кольцо так, чтобы они оба теперь лежали рядом. — А сейчас ничего не замечаешь? Возможно, ему все и было ясно, но Джону подобные манипуляции явно ничем не помогли. Как, впрочем, и остальным. Взгляды и Дэниела, и Мелинды оставались озадаченными, только теперь туда примешалась некоторая опасливость. — Да размер же, — наконец, не выдержал Шерлок. — Ты только посмотри, оба кольца, что женское, что мужское, практически одинакового размера. А помнишь, какие руки у Жаклин Мур? — Очень изящные, с тонкими пальцами, — машинально ответил Джон, и тут до него дошло. Обручальное кольцо было бы ей безнадежно велико. — Ты хочешь сказать, что Уэст купил кольцо вовсе не для Жаклин? Подожди, а что если он просто ошибся с размером? — Исключено. Мисс Мур продемонстрировала нам помолвочное кольцо, которое ей преподнес мистер Уэст. Оно было впору, следовательно, он знал, какой размер следует брать. Вывод один. — Он собирался жениться не на Жаклин, — закончил Джон. — Подождите, мистер Холмс, этого не может быть, — голос Дэниела буквально звенел от негодования, а глаза чуть ли не метали молнии. — Брат никогда… он не такой… Да они с Жаклин с детства вместе! Это какая-то ошибка. Он не говорил мне, что купил обручальные кольца. — Возможно, ваш брат просто не посчитал нужным делиться этим фактом,— пожал плечами Шерлок. — Все-таки то, что он задумал сменить невесту… — Вы не понимаете, — горячо перебил Дэниел. — Он на то кольцо с сапфиром копил полгода. Серебро, драгоценный камень. Да оно стоило запредельно! У Боба просто не было денег еще и на обручальные, они должны были появиться только перед самой свадьбой. Шерлок на мгновение задумался, явно прикидывая, можно ли считать это аргументом. Джон, пожалуй, не стал бы. Было бы желание, а деньги раздобыть можно, пусть и не самым честным путем. Шерлок, видимо, мыслил так же. — Чушь, — отрезал он. — Деньги можно занять или, в крайнем случае, украсть кольца. — Но Боб… — Роберт Уэст обманывал свою невесту. Вы все еще считаете, что он не мог совершить какую-нибудь другую подлость? — холодно осведомился Шерлок. Дэниел от этих слов отшатнулся, словно его наотмашь ударили по лицу, а Мелинда громко всхлипнула и прижала к лицу передник. На взгляд Джона, Шерлок мог бы вести себя и помягче. — Шерлок вовсе не утверждает, что мистер Уэст сделал это, — попытался он исправить ситуацию. — Просто предположил, что это возможно. — Я полагаю, присутствующие не идиоты и способны отличить категорическое заявление от предположения, Джон, — Шерлок бросил уничижительный взгляд. — Итак, постарайтесь вспомнить, не появилось ли у мистера Уэста в последний месяц новых знакомых дам? Найти эту таинственную незнакомку крайне важно — возможно, он доверил ей то, что не рассказал вам. Это могло бы дать ключ к его исчезновению. Уэст-младший, видимо, опять хотел возразить, даже рот раскрыл, а потом как-то внезапно передумал. Наклонил голову, опустил плечи, словно весь разом сдался перед лицом фактов. Мелинда теперь всхлипывала, не переставая. Наконец, Дэниел покачал головой. — Нет, ничего такого не припомню. Если Боб обставил все с такой таинственностью, обманул и меня, и Мелинду, и Жаклин, то вряд ли он захотел бы, чтобы мы вообще узнали о существовании той, другой, до свадьбы. Ведь тогда бы мы могли о чем-нибудь догадаться. Шерлок разочарованно вздохнул, захлопнул коробочку и протянул ее Уэсту. Джон в отчаянии сжал кулаки — казалось, они были так близки, наконец-то нашли зацепку, которая могла бы пролить свет на эту загадочную историю, и вот опять уперлись в глухую стену. А тем временем, пока они топчутся на месте, Роберт может погибнуть. Если вообще еще жив. — Ладно, спасибо за помощь, — произнес он. — И еще раз простите, что мы вот так вот. — Вы же пытаетесь найти моего брата, — пожал плечами Дэниел. Они уже вышли на крыльцо — Шерлок мрачно сжал губы и явно что-то обдумывал, хотя Джон не представлял, как теперь искать эту новую невесту Уэста — как Мелинда внезапно окликнула их. — Джентльмены, простите. — Шерлок резко развернулся, прожег ее взглядом, отчего та отвела глаза и принялась смущенно теребить в руках и так изрядно измочаленный передник, но все-таки продолжила. — Может быть, я сейчас глупость скажу, джентльмены, но вы не обессудьте. Я очень хочу помочь мистеру Роберту, он ведь мне все равно что родной. Вы вот про мисс спрашивали, ну с которой он мог недавно познакомиться. — Вы что-то вспомнили? — поспешно спросил Джон. — Не то чтобы вспомнила. Сомнительно, чтобы мистер Роберт засмотрелся на обычную зеленщицу, но я подумала, вдруг вам пригодится. И еще раз простите, если глупость сморозила. Джон ждал, что Шерлок опять выкинет какую-нибудь резкость, но тот против ожидания улыбнулся и мягко произнес: — Вы не правы. Хорошо, что вы сказали. Сейчас может помочь любая мелочь, — и, видимо, вознамерившись, окончательно вогнать Джона в ступор, чуть помедлив, добавил. — Спасибо. Лавка располагалась на соседней улице. Внутри вкусно пахло яблоками, блестели глянцевыми боками помидоры. Стоило входной двери захлопнуться, как за прилавком материализовалась очаровательная девушка — пухленькая, с румяными щечками, огромными глазами и толстой каштановой косой. — Чем могу служить джентльменам? — проворковала она. — У нас в продаже самые лучшие и свежие овощи, нежные, ароматные. Вы будете довольны. — Несомненно, — прищурившись, Шерлок окинул девушку взглядом. — Мисс… — Стокер. Нэнси Стокер, сэр, — девушка буквально лучилась счастьем и неумеренным желанием услужить. Еще бы, Шерлок выглядел идеальным покупателем — таким, какой может оставить в лавке приличную сумму. Подобных следует удерживать любыми силами и выполнять все их капризы. — Прекрасно. Скажите, мисс Стокер, знакомы ли вы с мистером Робертом Уэстом? Бледность сменила румянец с такой скоростью, что Джон испугался, как бы Нэнси не рухнула в обморок. Но та все же удержалась, только с силой вцепилась в прилавок — так, что побелели костяшки пальцев, и уставилась на Шерлока широко распахнутыми глазами. — Судя по всему, ответ да, — с кивком констатировал тот. — В таком случае следующий вопрос: в каких отношениях вы с ним находитесь? Вы его любовница? Джон обреченно вздохнул. Задохнувшись, Нэнси схватилась одной рукой за воротник платья и отчаянно замотала головой. — Сэр, что вы… да как вы… — наконец, сумела она выдавить из себя. — Прошу вас, не переживайте так, — поспешил вмешаться Джон. Угроза обморока миновала, зато вероятность истерики, особенно если Шерлок продолжит в том же духе, возрастала с каждой секундой. Ситуацию требовалось срочно спасать. — Мы не причиним вам вреда. Мы ищем Роберта Уэста, чтобы помочь ему. Если он для вас что-то значит, ответьте на наши вопросы. Еще пару мгновений Нэнси дрожащими пальцами комкала воротник, а затем сделала глубокий вдох, выпустила измятую ткань и кивнула. — Замечательно, — ободряюще улыбнулся ей Джон и повернулся к Шерлоку. — Шерлок, я прошу тебя. — Скука, — недовольно поморщился тот. — Ладно. Итак, мисс Стокер, в каких отношениях вы состоите с мистером Уэстом? — Я… мы… Подождите секундочку, я все вам расскажу, — она выскочила из-за прилавка, бегом бросилась к двери, провернула в замке ключ, перевернула табличку и только тогда вернулась. — Я вам все расскажу, все-все. Если вы действительно можете помочь моему Робби, — Нэнси судорожно всхлипнула и прошептала. — Пожалуйста. Он в беде, огромной беде, сэр. Итак, похоже, они наконец-то нашли то, что искали. Человека, который хотя бы приблизительно представляет, что случилось с Уэстом. И все благодаря тому, что Шерлок заметил, что второе кольцо слишком большое. Потрясающе. Потянувшись, Джон накрыл рукой ладонь Нэнси. — Мы сделаем все, что в наших силах, — заверил он. — Мы с мистером Холмсом обещаем ему помочь. Пальцы под его рукой дернулись и выскользнули. Раскрыв рот и с явным ужасом уставившись на Шерлока, Нэнси попятилась, пока не уперлась спиной в витрину позади нее. С грохотом обрушилась пирамида яблок, несколько штук закатились под прилавок. — Мистер Холмс? — пролепетала она. — О боже, нет. Нет, нет, нет! С каждым повтором она выкрикивала это слово все громче и громче, похоже, плохо представляя, что вообще делает, и видя одного лишь Шерлока. — Мисс Стокер, — окликнул ее Джон и, не добившись своего, уже громче, — Нэнси! Механические повторы прекратились. Нэнси тяжело сглотнула, озадаченно посмотрела на рассыпанные яблоки. — Простите, — прошептала она. — Вы ведь не тот мистер Холмс, правда? — Не тот? — Джон озадаченно посмотрел на Шерлока. — Полагаю, мисс Стокер имеет в виду моего брата, — пояснил тот. — О нет, я не имею и не желаю иметь ничего общего с Майкрофтом, можете быть спокойны. Так чем же он успел вам так насолить? Пытался завербовать? — Нет, он… он самый главный там, где работает Робби. Я не знаю подробностей, просто неделю назад Робби пришел ко мне. Он был сильно встревожен, даже напуган. Он никогда не рассказывал о своей работе, ни разу, а тут рассказал, — теперь Нэнси стиснула пояс. — Сказал, что он узнал кое-что очень важное, случайно, просто так получилось, а на следующий день на него напали. Робби отбился. Он был уверен, что это не грабители, а люди, подосланные его начальником, Майкрофтом Холмсом. Видимо, тот как-то понял, что Робби знает. Он мне так и сказал: если я погибну или исчезну, знай, это Майкрофт Холмс. Джон потрясенно уставился на Шерлока. Майкрофт? Тот самый, который так упорно добивался от Шерлока, чтобы тот взялся за поиски Уэста? Готов был пойти на любые уступки, лишь бы брат согласился? Ерунда какая-то. Шерлок первую секунду тоже выглядел совершенно ошарашенным, но мгновенно взял себя в руки. — А теперь рассказывайте все по порядку, с самого начала. Когда вы познакомились с Уэстом? — с ледяным спокойствием, от которого у Джона по спине побежали мурашки, спросил он. — Робби… он пришел сюда месяц назад, — Нэнси хлюпнула носом и тут же смущенно покраснела. — Я только нанялась, первый день, все валилось из рук. Робби попросил слив, а я их рассыпала. Думала, он станет ругаться, такой красивый и строгий джентльмен, а он наоборот бросился помогать собирать. Ну и в какой-то момент мы столкнулись лбами. И он рассмеялся. Представляете, он сидел на полу с руками, полными слив, и хохотал. И я не удержалась и тоже засмеялась. На следующий день он пришел еще раз, и еще, и еще. Шутил, даже цветок мне подарил. А потом сказал, что никогда не встречал такой девушки, как я, и хочет, чтобы я была его женой. Он предупредил меня, что помолвлен, но сказал, что обязательно разорвет помолвку. Я решила, он сошел с ума, так ему прямо и заявила, что, мол, я совсем простая девушка и ему не чета, а он рассмеялся и согласился, и еще сказал, что ему плевать. Он такой хороший, — она всхлипнула и торопливо вытерла рукавом бежавшие по щекам слезы. — Мы ходили с ним гулять, когда он бывал свободен, Робби рассказывал мне про своего брата, кормилицу, говорил, что они обязательно полюбят меня, как только узнают. Что меня невозможно не полюбить. — Очень трогательно, — перебил Шерлок. Джону показалось, что в его голосе проскользнула злость, но сказать наверняка он не мог. — С вашими высокими отношениями все ясно. Теперь переходите к угрозам и исчезновению Уэста. Рассказывайте. — Ну, Роб пришел ко мне весь взбудораженный и говорит, что его наверняка попытаются убить. Ну да я вам все рассказала. А через день он исчез. Мы договаривались, что сходим в кафе, я прождала его весь вечер, а он так и не пришел, — Нэнси опять всхлипнула. — Я не знала, что делать, думала, до него добрались, — теперь она уже не вытирала слез, те катились по щекам, оставляя после себя извивающиеся, пересекающиеся дорожки, капали на платье. Там, куда они попадали, ткань потемнела от влаги. — А утром сюда прибежал какой-то мальчишка из бродяжек и передал мне записку. Робби… он писал… что на него опять покушались… и он спрятался. Ему помогли найти убежище. И что он очень-очень меня любит, и у нас все будет хорошо. В конце он просил сжечь записку. — Вы послушались? — поинтересовался Шерлок. — Да, — кивнула Нэнси и разрыдалась, спрятав лицо в ладонях. Джон обогнул прилавок, встал рядом, обнял ее за дрожащие плечи. Нэнси уткнулась ему в грудь, громко всхлипывая и сотрясаясь всем телом. — Жаль, — поморщился Шерлок. — Получается, он жив, просто спрятался? — подняв на него взгляд, спросил Джон. — Вероятно, — тот задумчиво потер подбородок. — Надеюсь, до него не добрались. Но это не Майкрофт. Он, конечно, беспринципный мерзавец, но на такое мой брат не пойдет. И уж тем более не станет просить меня отыскать человека, на которого открыл охоту. Мисс Стокер? Если ваш… — он на миг замялся, — друг снова с вами свяжется, постарайтесь передать ему, чтобы он обратился ко мне. Я могу ему помочь. Отстранившись от Джона, Нэнси кивнула и торопливо принялась вытирать мокрое лицо рукавом платья.