Проект "Вояджер"

— Значит, ты считаешь, что я из-за Стены? — Джон отставил кружку с недопитым цикорием и посмотрел на Шерлока. Приведенные аргументы, конечно, выглядели логично, но поверить в услышанное от этого проще не стало. Считать, что за Стеной ничего нет, как-то само собой стало привычным, а рассказы о чудесных землях, лежащих по ту сторону, воспринимались не более чем обычные сказки. — Да, это единственный вариант, который объясняет все, — привычным жестом Шерлок сложил ладони вместе, прижался губами к сомкнутым пальцам, но, поймав взгляд Джона, улыбнулся и, потянувшись вперед, положил свою руку поверх его. То, что произошло между ними этой ночью, было совершенно потрясающе и абсолютно фантастично. Именно поэтому проснувшись утром, Джон первым делом подумал, что ему все просто приснилось — возвращение домой в автомобиле Майкрофта, медленно, но неотвратимо сгущающееся напряжение, вылившееся в поцелуй и последующую близость, необыкновенная нежность и открытость Шерлока. Все это было слишком хорошо, слишком совпадало с мечтами и потаенными желаниями Джона, чтобы оказаться правдой. Но стоило открыть глаза, как действительность сама подкинула самые неопровержимые доказательства реальности минувшей ночи в лице лежавшего рядом и неотрывно смотревшего на него Шерлока. Перевернув ладонь, Джон переплел пальцы с пальцами Шерлока и чуть сжал их. — И все-таки это просто в голове не укладывается. Мне постоянно твердили, что за Стеной пустота, что там ничего нет, и вдруг ты говоришь, что я пришел оттуда. — Считается, — выделил голосом Шерлок первое слово, — что за Стеной ничего нет, но наверняка это не известно. Еще ни один человек не добирался до нее и не возвращался обратно с подробным докладом. Зато с другой стороны есть множество легенд и сказок, повествующих о прекрасных землях, лежащих по ту сторону. — Это всего лишь сказки, — пожал плечами Джон. — Забавные истории, придуманные, чтобы развлекать и поучать. — Ничего подобного, — фыркнул Шерлок. — Любая сказка возникла не на пустом месте, а создавалась на основе реальных фактов, сильно искаженных при последующем пересказе. Но если во всех них есть общие черты, то логично предположить, что они и есть истина, погребенная под слоем вымысла. Абсолютно во всех легендах о Стене говорится, что ее создали древние люди, что за ней есть жизнь и что ее можно преодолеть. — Ну и как это связано со мной? — Джон! — выпустив его ладонь, Шерлок в отчаянии взлохматил волосы, чуть поморщившись от слишком резкого движения поврежденной рукой. — Тебя нашли на побережье, у тебя весьма специфическая подготовка, но в файлах Майкрофта о тебе ни слова, ты говоришь о таких вещах, о которых здесь никто никогда не слышал. Солнце, звезды, кофе. — Шоколад, какао, алмазы, — продолжил Джон. Слова приходили сами, без всякого усилия, точно он всегда знал их. — Именно, — подтвердил Шерлок. — Поэтому я считаю… Стоп, — внезапно оборвал он сам себя. — Когда тебя нашли, ты говорил, что не понимал ни слова, верно? Что язык казался знакомым, но как будто сильно искаженным? — Типа того, — осторожно кивнул Джон. — А что… — Скажи мне что-нибудь. — Что? — Джон озадаченно уставился на азартно сверкающего глазами Шерлока. — Скажи мне что-нибудь. На том языке. — Что именно? — Джон нахмурился, пытаясь понять, зачем Шерлоку внезапно понадобилось это лингвистическое упражнение. — Что угодно. Ну же, Джон. На мгновение задумавшись, составляя фразу, Джон выполнил требуемое. Шерлок, сосредоточенно нахмурившись, выслушал, потом попросил повторить, потом повторил сам. Джон кивнул, подтверждая, что все правильно. Он понятия не имел, зачем Шерлоку это понадобилось, но, судя по его восторженно сияющим глазам, причина была. — «Ты самый потрясающий человек на свете», верно? — наконец, переспросил тот. — Абсолютно, — со смехом отозвался Джон. — Но как ты?.. — Как? Это же английский! Самый обыкновенный английский. Искаженный, конечно, но вполне узнаваемый. Так бывает по мере развития языка. За годы, десятилетия, даже сотни лет слова изменяются, становясь другими, но в то же время сохраняя прежние очертания. Еще одно подтверждение, что ты откуда-то из другого мира. Могу предположить, что когда-то настолько давно, что это уже позабылось, наши предки построили Стену. Часть ушла за нее, часть осталась здесь. Вот только, — Шерлок озадаченно нахмурился, — что могло стать причиной? — Боюсь, этого мы никогда не узнаем, — со вздохом закончил Джон и, улыбнувшись, сменил тему. — Иди сюда. Остаток завтрака прошел за куда более приятным занятием, чем обсуждение древних легенд, и временное отсутствие миссис Хадсон лишь способствовало этому. Шерлок расследующий и Шерлок целующийся казались двумя абсолютно разными людьми. Куда-то неведомым образом девалась вся та резкость, вся угловатость, что отталкивала от него окружающих, сменяясь мягкостью, податливостью и нежностью. С фантастической осторожностью, тщательно избегая наиболее больных мест, руки Шерлока скользили по спине, на секунду останавливаясь на ягодицах, а затем вновь поднимаясь выше. Никогда не причиняя боли, но всегда замирая на самой грани, он покусывал губы, мочку уха, нежную кожу на шее. Отдавал ведущую роль Джону, но легчайшими полунамеками подталкивал в нужную сторону. Впрочем, после завтрака Шерлок опять с головой погрузился в расследование. Ничего не сказав, он куда-то исчез, а через час вернулся, неся в руках гигантскую стопку книг. Большинство из них даже на вид казались настолько древними, что, по мнению Джона, им самое место было в каком-нибудь музее. С грохотом обрушив всю эту гору на журнальный столик — странно, что тот немедленно не развалился — Шерлок плюхнулся на диван, взял первый попавшийся том и немедленно уткнулся в него. Какое-то время Джон пытался читать газету, но трогательно склоненная, то и дело взлохмачиваемая макушка манила к себе, точно намагниченная. Мешали и лезущие против воли в голову мысли. Несмотря на то, что было ночью, несмотря на сегодняшнее утро, крошечный червячок сомнения не желал оставлять, нашептывая, что все случившееся может оказаться сном, прекрасным, но недолговечным. Те несколько слов про «самый невероятный» так и остались единственными, больше с обеих сторон сказано не было ничего — они просто приняли внезапно, в минуту смертельного страха и смертельной опасности, открывшуюся истину и стали жить ею, глубоко и полно. Но что, если все это — только результат взбурлившего в крови адреналина, и, когда он пойдет на спад, то и возникшая между ними близость растает без следа? Да нет, глупости, гнать подобную чушь из головы следовало немедленно. И самым лучшим способом было отвлечься на что-нибудь постороннее. Немного подумав, Джон подошел к дивану и, взяв первую попавшуюся книгу, устроился в уголке, чтобы не мешать. На обложке значилось «О теориях мироустройства». Заинтересовавшись, он открыл ее, но не успел прочесть и страницы, как на коленях очутилась кудрявая макушка, поерзала, устраиваясь поудобнее, с самым невозмутимым видом бросила на Джона короткий взгляд и опять углубилась в чтение. Пальцы словно сами собой зарылись в густые волосы, принялись их перебирать, поглаживать. Не прошло и пары минут, как Джон различил… урчание. Самое настоящее, какое может издавать очень большой кот, если ему почесать за ухом. Поверить, что эти звуки исходят от Шерлока — холодного, рассудочного, логичного до мозга костей — было практически невозможно. В качестве эксперимента Джон убрал руку, и звуки тут же прекратились. Зато им на смену пришло недовольное сопение. И все это — не отрываясь от книги. Рассмеявшись, Джон опять запустил пальцы в волосы. * * * Самые тщательные поиски ни к чему не приводили. Шерлок перерыл кучу литературы, пытаясь если не найти, то хотя бы логически вычислить, для чего понадобилось строить Стену и как ее можно миновать, но тщетно. В лучшем случае легенды выдавали всякую фантастическую чушь типа создания крыльев, в худшем в дело вступали смерчи, ураганы, штормы и так далее. Что в одно, что в другое верилось слабо. Информация же требовалась как воздух. Имеющихся на настоящий момент данных катастрофически не хватало ни для каких выводов вообще, и это бесило. Уникальность загадки требовала сделать для ее решения все, но заведомое отсутствие каких-либо данных делало эту задачу практически невыполнимой. Раньше Шерлок в подобном случае давно бы уже лез на стенку: еще бы, три дня и ни малейшей надежды на продвижение вперед — но сейчас черная волна отчаяния и злости все не накрывала, и заслуга в этом была исключительно Джона. От одного только факта его присутствия случившийся застой казался куда менее раздражающим и катастрофичным, а мысли, стоило только Джону оказаться в поле зрения, сами собой перескакивали на возникшие между ними отношения. Поверить в то, что Джон не только не оттолкнул его, но и сам немедленно пошел навстречу, было крайне сложно, но факты говорили сами за себя. Джон действительно хотел быть с ним, желал с ним близости. Это опьяняло. Конечно, для Шерлока построение отношений было сродни продвижению вслепую по болотной топи — данная сфера никогда особо его не интересовала, а потому осталась изученной лишь в теоретическом плане, и то недостаточно — но он искренне и с полной готовностью приступил к заполнению пробелов в знаниях. В первое же утро после взаимного признания он еще опасался сделать что-то не то, чем-то обидеть, оттолкнуть. Его раздирали противоречивые стремления — быть рядом с Джоном и продолжать вести привычный для себя образ жизни, то есть с головой погрузиться в разрешение имеющейся тайны. Однако опасение, что, если он отдаст предпочтение последнему, Джон обидится или разозлится, не подтвердилось — тот спокойно принял то, что Шерлок не уделяет ему все свое внимание, и просто устроился рядом. Дальше стало проще. Новые правила поведения устанавливались как-то сами собой, и самой лучшей платой за привнесенные ими едва заметные неудобства стали мимолетные ласки и долгие, вдумчивые поцелуи. Еще лучше были ночи. Всякий раз они с Джоном продвигались все дальше в познании друг друга, отбросив неловкость и страх, открывали новые, неизведанные и восхитительные грани. Наконец-то Шерлок рискнул впустить в свою жизнь другого человека — вернее, оказался вынужден сделать это — и не прогадал. Все это было прекрасно. Но все же… Тайна звала и манила, требуя найти ответ. И не только секрет прошлого Джона, как теперь Шерлок был уверен, протекавшего по ту сторону Стены, но и загадочная папка в архиве Майкрофта, та самая, взломать которую не получилось. Было у Шерлока чувство, что там скрыто что-то очень интересное, раз Майкрофт предпринял такие меры безопасности. Впрочем, за прошедшие дни у Шерлока появились кое-какие еще идеи насчет того, что может представлять собой пароль. И их следовало опробовать. Оставалось только надеяться, что его допуск к «Ординару» по-прежнему действителен. Повезло. То ли Майкрофт забыл его аннулировать — что вряд ли — то ли планирует подкинуть еще какое-то дельце и заранее задабривает. Может не надеяться, второй раз на ту же удочку он попадаться не собирается. Мягкое гудение аппаратуры настраивало на рабочий лад. Добравшись до нужной папки, Шерлок прикинул несколько комбинаций, которые Майкрофт мог бы использовать в качестве пароля, и ввел первый вариант. Как и следовало ожидать, «доступ не подтвержден. Проверьте правильность введенных данных». Шерлок довольно усмехнулся и закусил нижнюю губу. Он, собственно, и не надеялся на столь легкую победу. Вторая, третья и так далее комбинации вплоть до десятой тоже не дали никакого результата, и это уже было нехорошо. Неужели брат сумел придумать нечто такое, чего Шерлоку не отгадать? Конечно, в запасе оставалось еще шесть вариантов, но надежда, что один из них окажется верным, таяла на глазах. Хорошо еще Майкрофт не додумался сделать ограниченное число попыток ввода, тогда взломать эту папку было бы просто нереально. Одиннадцатый вариант, двенадцатый… На тринадцатом ЭВМ надолго задумалась, затем удовлетворенно заурчала, мигнула экраном, и на месте поля для ввода пароля появилась россыпь значков. Чувствуя себя так, будто свернул гору — учащенное дыхание, дрожь в руках — Шерлок откинулся на спинку кресла. Он все-таки победил. Содержимое, как и думалось, оказалось достойных потраченных на то, чтобы до него добраться, усилий. Даже больше — попади оно в руки газетных репортеров, и стало бы настоящей сенсацией. Шерлок провел весь день, изучая чертежи кардинально нового устройства уникально малых размеров с интегральной микросхемой в его основе и целый банк программ, в том числе написанных на неизвестных ему языках программирования. Итак, лаборатория, в которой трудился Уэст, занималась разработкой абсолютно новой, невиданной мощности ЭВМ. Более того, судя по представленным чертежам, она ее все-таки разработала, а теперь экспериментировала с языками программирования, видимо, пытаясь составить некую программу. Взлома, судя по алгоритмам в тех, которые Шерлок мог прочесть. Вот только что могло понадобиться взломать Майкрофту? Как и следовало ожидать, несмотря на поздний вечер — точнее, уже практически ночь — брат обнаружился в «Диогене». Безмолвный служитель, поклонившись, провел Шерлока в комнату для посетителей, еще раз поклонился и исчез. — Неплохо выглядишь для человека, которого три дня назад пытались взорвать, дорогой братец, — вместо приветствия бросил Майкрофт. — Обычно ты всеми силами избегаешь встреч со мной, но сегодня пришел сам. Боюсь спросить, что тебя привело? Опустившись в кресло напротив, Шерлок взял стоявший на столике между ними чайник, разлил по чашкам отвар, поставил его, сделал глоток и только тогда заговорил. — Ты уже сам ответил, Майкрофт. Полагаю, тебя не должно удивлять, что меня интересует, как продвигаются поиски Мориарти и его снайпера. — Себастьяна Морана, — кивнул Майкрофт. — Полиция сбилась с ног, да и я задействовал все доступные ресурсы, но пока безрезультатно. На настоящий момент удалось лишь установить его личность и подробности биографии. Он служил в одном из королевских полков, пятнадцать лет назад участвовал в подавлении беспорядков в Эдинбурге, даже совершил подвиг, спася сослуживца от разъяренного медведя. Слыл прекрасным стрелком и вообще пользовался всеобщим уважением. Но потом случился скандал, и Моран был вынужден подать в отставку. Дальше его следы терялись, пока он вновь не объявился в Найн Элмс в качестве личного снайпера Джеймса Мориарти. — А что сам Джим? — Шерлок отпил еще глоток и аккуратно поставил чашку на столик. — Ничего. Абсолютно обычная биография за исключением выдающихся математических способностей. Это отмечали еще в школе, потом в колледже. В университет мистер Мориарти не поступил, какое-то время подвизался на театральных подмостках, а потом, подобно Морану, пропал. Полагаю, в это время он упорно работал над своим имиджем злодея-консультанта. — И вы понятия не имеете, где их теперь искать? — К сожалению, никакого, — Майкрофт со вздохом отставил так и не тронутый напиток. — И это большая проблема. Не только потому, что он может вновь начать угрожать тебе или мне, но и еще потому, что могут пострадать невинные люди. Из того, что удалось узнать, стало ясно, что Джеймс Мориарти — человек, который не остановится ни перед чем в стремлении добиться своего, и это пугает. — Тебя — и пугает? — приподнял бровь в демонстративном изумлении Шерлок. — Представь себе, дорогой брат. Я в состоянии оценить, какой вред он способен нанести Англии, если его не остановить. И приложу все усилия, чтобы сделать это. — Надеюсь, в этом случае твои люди проявят больше компетентности, чем в поисках Роберта Уэста, — не удержался от того, чтобы подпустить шпильку, Шерлок. — Не сомневайся, я прослежу за этим лично. Или ты хочешь принять участие в поисках? — Ни в коем случае. Должны же твои подчиненные хоть иногда делать то, за что им платят. На одну невероятно долгую минуту в комнате повисло молчание. Майкрофт, фамильным жестом сложив ладони и уткнувшись в кончики сомкнутых пальцев подбородком, разглядывал Шерлока, а Шерлок с самым безмятежным видом опять взял чашку, полностью сосредоточившись на ее содержимом. — Шерлок, что ты хочешь на самом деле? — наконец, устало спросил Майкрофт. — Мориарти ведь только повод приехать сюда, я прав? Смысла и дальше тянуть не было никакого, наступала пора говорить начистоту. И услышанное Майкрофту не могло понравиться по определению. Впрочем, от него это и не требовалось. Нужно было совершенно иное — подтверждение. — Прав. Для начала хочу поблагодарить тебя за то, что ты так любезно не аннулировал мой допуск к «Ординару». Вот уж не думал, что после того, как дело будет закрыто, ты не захочешь проявить власть. — Не благодари. В связи с известными событиями мне было немного не до твоего допуска, но я немедленно исправлю ситуацию. Можешь отдать мне его прямо сейчас. С сомнением посмотрев на раскрытую ладонь и для вида потянув время, Шерлок с тяжелым вздохом извлек из кармана карточку и положил ее на столик. — Судя по тому, с какой легкостью ты с ней расстаешься, ты уже узнал все, что хотел, — Майкрофт взял допуск, но убирать не стал, вместо этого поднес его к глазам, точно мог на вид определить, что именно интересовало брата. — Не совсем, — пожал плечами Шерлок. — Но я нашел одну интересную папку — запароленную под твое имя, кстати говоря. Во второй раз тишина продержалась гораздо меньше. С силой стиснув в руке картонный прямоугольничек, Майкрофт застыл в кресле, уставившись на Шерлока. — Шерлок, это секретная информация, от которой зависит благополучие Британии! — Я на него и не претендую. Мне просто любопытно, для чего тебе понадобилась сверхЭВМ? Дважды довести Майкрофта до ярости за такой короткий промежуток времени не удавалось уже давно. Разве что в детстве, но с тех пор брат значительно преуспел в умении удерживать на лице маску ледяного равнодушия. Впрочем, сейчас она практически не помогла. Задохнувшись, он хватанул ртом воздух, задержал дыхание, а потом глубоко и размеренно выдохнул, явственно беря себя в руки. — Данная информация находится под грифом «Совершенно секретно», — деланно спокойным голосом отчеканил он. — Тебя она не касается, потому, будь добр, дорогой брат, выкинь все, что ты там видел, из головы. Немедленно. — Ты же знаешь, что не получится. К тому же мне очень интересно, зачем тебе все это понадобилось. Я посмотрел программы, и знаешь что? Я не знаю языков, на которых написана большая часть из них. Ты же понимаешь, что это означает, не так ли? Абсолютно новые языки программирования для абсолютно новой ЭВМ. Впрочем, судя по совпадающим алгоритмам тех, которые я могу прочесть, все они предназначены взломать что-то. — Шерлок! — Что, Майкрофт? Мне кажется, или ты решил выбраться за Стену? В первый момент Шерлоку показалось, что брат не сдержится. Мгновения ползли до ужаса медленно, напряжение все сгущалось, становясь настолько плотным, что его можно было ощутить всей кожей. Наконец, Майкрофт закрыл глаза, а когда снова их открыл, казался таким же спокойным, что и раньше. — Это все глупые сказки. За Стеной, как тебе прекрасно известно, ничего нет. — Легенды утверждают обратное. — Именно. Но, кажется, раньше ты никогда в них не верил. Не думаю, что стоит что-то менять. — Стену возвели в древности. Почему бы не предположить, что наши предки обладали технологиями, которые нам и не снились? Например, уникальными по мощности ЭВМ. А тут твои люди сумели создать нечто решительно новое. Вот ты и… О-о-о, ну конечно, не сумели, — на мгновение Шерлок прижал к губам кончики сомкнутых пальцев, но тут же отвел руки в сторону. — Ты сам поставил им цель. Майкрофт, что ты ожидаешь увидеть на той стороне? Новый дивный мир? Невиданные возможности? — Шерлок. Я запрещаю тебе лезть в это дело. Ты меня понял? Забудь, пока все не кончилось очень плохо. Для всех нас, — отчеканил Майкрофт. — Значит, я прав, — кивнув самому себе, Шерлок встал, шагнул к выходу, но на пороге обернулся, посмотрел на брата. — В таком случае не удивительно, что Мориарти так заинтересовался тобой. Я бы посоветовал тебе проверить руководителя этой сверхсекретной лаборатории. Не сомневаюсь, он человек, заслуживающий доверия, в нем не может быть никаких сомнений, но Джим упомянул, что он очень любит поболтать с одной его знакомой, а ты, кажется, не терпишь болтунов. И вышел, оставив Майкрофта обессиленно сидеть в кресле. * * * Шерлока не было весь день. Более того, он так внезапно вскочил и унесся, не сказав ни слова, что Джон не знал, что и думать, а потому весь буквально извелся. Чтение заполонивших журнальный столик книг помогало мало — сосредоточиться на странице удавалось с трудом, приходилось то и дело возвращаться в начало, перечитывая по которому кругу один и тот же текст, чтобы наконец-то суметь вникнуть в смысл. Первой появившейся и непрошенной мыслью стало, что за каких-то три дня он сумел Шерлоку надоесть. Переход их отношений в новую плоскость не замедлил сказаться на увеличении прикосновений, на том, сколько времени они теперь проводили в непосредственной близости, а то и вовсе обнявшись. Для Шерлока же работа и возможность полностью распоряжаться самим собой всегда были на первом месте, а потому, возможно, такое резкое уменьшение личного пространства его задело, а то и вовсе сделалось неприятным. Эти мысли весь день не давали Джону покоя. Поняв тщетность усилий, в конце концов, он бросил с ними бороться, оставил книгу на диване, а сам принялся расхаживать по комнате, живо напомнив себе занятого расследованием и с головой ушедшего в размышления Шерлока. Да нет, не могло такого быть. Ведь буквально за пару минут до того, как убежать, Шерлок выглядел более чем довольным. Насколько, конечно, он мог быть довольным, если учесть, что ничего, что он надеялся отыскать в принесенной литературе, он так и не нашел. Так что глупости, и нечего засорять ими голову. Поскольку миссис Хадсон все еще оставалась у родственников, вопросами готовки приходилось заниматься самим. Шерлок здесь отпадал сразу же, возможно, он и умел готовить, но рисковать и узнавать это на практике не хотелось. Оставалось два варианта — заказать еду в одном из близлежащих ресторанчиков либо попытаться соорудить что-то самостоятельно. Всякие несложные завтраки вроде тостов или омлета до сих пор удавались прекрасно, а потому Джон решил, что можно рискнуть и попробовать приготовить что-то более сложное. Почему-то он был абсолютно уверен, что все у него получится. Набор продуктов в холодильнике не радовал, но, порывшись на полках, Джон пришел к выводу, что макароны с мясным соусом вполне получатся. За готовкой время пошло на порядок быстрее, и он сам не заметил, как стемнело. Когда все было готово, свет последней Люцерны уже с трудом пробивался сквозь плотную облачность, на улице зажглись огни, а Шерлок все не возвращался. Немного постояв у окна, Джон опустился в кресло и уставился в потрескивающее в камине пламя. Сейчас, когда занять себя снова стало нечем, в голову полезли совсем отвратительные мысли. Что, если Мориарти вернулся? Если он угрожает Шерлоку, опять пытается его убить, а Джон и не подозревает об этом? Поежившись — спина все еще побаливала, но доставляла уже гораздо меньше неприятных ощущений от соприкосновения с чем-либо — он подавил нестерпимое, но оттого не менее глупое желание бежать на улицу, хватать кэб или такси и нестись в Ярд. Хорош бы он был, подними на абсолютно пустом месте тревогу. В общем, когда внизу хлопнула дверь, Джон был уже на взводе и едва удерживался от того, чтобы броситься разыскивать Майкрофта. Появившийся Шерлок выглядел довольным и, что важнее, целым и невредимым. Потянув носом воздух, он удивленно посмотрел на Джона. — Ты умеешь готовить? Смущаться, вроде бы, было совершенно нечего — самый обычный вопрос, заданной в самой обычной ситуации — но Джон почувствовал, как у него внезапно загорелись уши. — Как выяснилось, да. Будешь есть? — Пожалуй. Но не успел Джон сделать и шага в сторону кухни, как Шерлок решительно подошел к нему, заключил в объятия и приник в поцелуе, сперва легком, а затем все более глубоком. Обвел языком губы, сперва верхнюю, потом нижнюю, толкнулся им внутрь, исследуя, изучая, точно в первый раз. Не зная, что и думать, Джон отбросил все мысли и целиком и полностью отдался на волю подхватившего его потока. Стиснул в кулаках ткань одежды, прижался всем телом к этому невозможному, потрясающе прекрасному, самому лучшему человеку на свете, отвечая, отдавая. Они стояли, обнявшись, а их языки то соприкасались, то разъединялись, и это было лучше всего на свете. В какой-то момент интерес Шерлока переместился и, разорвав поцелуй, прижался губами к нежной коже за ухом. — Шерлок! — выдохнул Джон. — Ужин… — Потом. Голос Шерлока дышал страстью и желанием. Прикусив кожу, отчего Джон отчетливо застонал, он принялся спускаться поцелуями ниже, к ключицам, только затем, чтобы повторив проделанное, вновь подняться вверх, еще раз приникнуть к губам, теперь уже не углубляя поцелуя, и только тогда отстраниться. — Это было… чертовски здорово, — ошарашено проговорил Джон, глядя в светлые, в разноцветных крапинках глаза. — С чего это ты? В ответ Шерлок улыбнулся и разомкнул объятие. — Просто соскучился. И вот теперь я бы, пожалуй, поужинал. Они уже сидели за столом, когда Шерлок, отложив вилку, посмотрел на Джона и сказал: — Я сегодня разговаривал с Майкрофтом. — Да? И что он говорит? Мориарти ищут? — Ищут, но, как и ожидалось, безрезультатно. Сомневаюсь, что полицейским или людям Майкрофта удастся напасть на его след, если он сам этого не захочет. — Но ты ведь понимаешь, что это значит? — внимательно глядя на Шерлока, уточнил Джон. — Конечно, — тот беспечно пожал плечами. — Остается вероятность, что он решит довершить начатое и опять попытается меня взорвать. Или застрелить. Подозреваю, Джим не из тех, кто любит повторяться. — И что теперь? — внезапно севшим голосом спросил Джон, тоже отложив вилку — та неожиданно громко звякнула об стол. — Ничего. Вопрос про Мориарти был, собственно, только причиной, чтобы зайти к Майкрофту. На самом деле меня интересовало кое-что другое. — Что же? — Джон нахмурился, пытаясь сообразить, что сейчас может быть важнее информации о местонахождении полоумного маньяка, пытавшегося их убить. Видимо, у Шерлока, как всегда, на этот счет имелось свое мнение. — Содержимое той запароленной папки. Она была единственной, куда я не смог заглянуть с допуском Майкрофта. Я ее все же вскрыл, после чего у меня возникли вопросы. Пришлось ехать к брату и отдавать допуск в обмен на ответы. — И он так просто на это согласился? — не поверил Джон. — Не просто и не согласился, но я сумел вытянуть из него все, что хотел, — ухмыльнулся Шерлок. — Что же ты узнал? — Что Майкрофта тоже интересует Стена, — глаза Шерлока азартно заблестели. — В той лаборатории, где работал Уэст, создали уникальную ЭВМ, абсолютно новый подход, и с ее помощью написали несколько программ взлома. Полагаю, брат хочет выбраться на ту сторону, причем произойдет это в самое ближайшее время. Мы должны успеть первыми. — Что? Ты имеешь в виду, что хочешь пробиться наружу? — В точку, — кивнул Шерлок. — А потому завтра же мы утренним поездом едем в Дувр. Задуманное Шерлоком было настолько невероятно, что не укладывалось в голове. Немного поразмыслив, но так и не придя ни к каким выводам, Джон задал единственный, вертевшийся у него на кончике языка вопрос. — Но если Майкрофту для этого понадобилась ЭВМ и многочисленные программы взлома, как ты собираешься пробиться сквозь Стену? — Пока не знаю, — пожал плечами Шерлок. — Разберусь на месте. Ты же как-то попал внутрь.