Второй шанс

Когда-то Себастьян Михаэлис был одним из Князей Преисподней, но девять лет назад с ним произошла неприятность, которая иногда происходит с некоторыми из демонов - он стал человеком. Нельзя сказать, что это был единичный случай, но все же подобные инциденты настолько редки, что о них практически ничего не известно, а потому, Себастьяну пришлось на собственном опыте, методом проб и ошибок, привыкать к новому для него состоянию. Все изменилось и, одновременно, осталось прежним. Прежде всего, у Себастьяна появились телесные потребности. Он никогда не испытывал голода, жажды, боли. И первые отголоски этих ощущений разожгли в нем любопытство, чего никогда еще не случалось. После схватки с ангелом, набравшись сил и выбравшись из норы, Себастьян не замечал изменений, произошедших с его телом. Но потом он стал ощущать прикосновения ветра к коже, тепло солнечных лучей, боль от соприкосновения с огнем. Затем появилось легкое раздражение от вида и запаха пищи, звука льющейся воды. Дыхание и сердцебиение участилось, изо рта появился химический запах. На восьмой день после пробуждения в новом состоянии, Себастьян вспомнил, что такие же симптомы были у голодающих. Это напугало его. Страх. Тоже новое чувство. Теперь он узнал, каково это - бояться. После простого деревенского завтрака, свербящее чувство прошло и Михаэлис сделал поразивший его вывод: человеческий голод отличается от голода демонического - его можно утолить. Не то чтобы он не знал этого раньше, просто он воспринимал это знание как факт, отдельный от него самого. Как принц Сома раньше воспринимал снег: "Да, существует такое природное явление как "снег", но меня оно никак не касается, ведь я живу в Индии, а здесь снегопадов не бывает". И вот Себастьян столкнулся с голодом и жаждой, как Сома столкнулся с холодом и снегом. Теперь знание стало чем-то значимым, знакомым, неотделимым от Себастьяна-человека. А потом появились эмоции. Простые, однокомпонентные. Со страхом и удивлением Себастьян уже был знаком. А потом пришли недоумение, азарт, апатия, спокойствие, радость, грусть, гнев. Впервые испытав их, Себастьян решил, что это всего лишь недоразумение. Сейчас есть, а потом никогда не будет. Но он снова и снова продолжал их испытывать. В первое время было трудно понять, какой из эмоций он охвачен на этот раз. Что ее вызывает? Почему он реагирует так, а не иначе? Прежде идеально-холодный рассудок утратил свои чистые снежные грани. Он изменился. Все изменилось.

***

У Себастьяна Михаэлиса, нового владельца "The times", строгий распорядок дня. Он встает в шесть утра, заправляет постель, сам готовит себе ванну и завтрак. Просматривает предварительные материалы для статей, делает наброски интервью, составляет расписание встреч и дел. К своему стыду, Себастьян во многом опирался на свои прежние обязанности дворецкого семьи Фантомхайв, когда учился жить как человек. И теперь эти привычки укоренились в нем настолько плотно, что нет никакой возможности отказаться от них, без ущерба своему спокойствию. Поэтому Себастьян ограничился приобретением небольшого дома, с тремя спальнями, кабинетом-библиотекой, гостиной и кухней. Это позволило не брать в дом прислугу, ведь с того момента, как он начал испытывать такие неудобные эмоции, Себастьян слишком остро реагировал на их источник. А источником эмоций, зачастую, оказывались люди. Единственное что помогало - колоссальный самоконтроль, оставшийся со времен "демонического существования". Но так как Себастьян не знал своих новых возможностей - предпочитал не рисковать и не испытывать свои способности. Достаточно того, что он уже прослыл эксцентричным джентельменом.

***

- Мисс Стоун, вы опять читаете "Bride" на рабочем месте? Я готов расценивать это как саботаж. Еще один подобный случай - и вы будете уволены. - Мисс Стоун поспешно спрятала разворот в сумочку. - Внимание! Собрание в моем кабинете через десять минут. Не опаздывайте! - И мистер Михаэлис, гроза журналистов в отдельно взятом газетном королевстве, стремительно скрылся в своем офисе. Сотрудники начали появляться через девять минут. Их вид буквально кричал о дисциплине и профессиональной компетенции, но так было не всегда. Как только Себастьян получил издательство в свое единоличное пользование, ему перед глаза предстала безрадостная картина: ленивые, посредственные журналисты, не желающие даже моргнуть для улучшения качества материала и статей. Без преувеличения - это были Авгиевы Конюшни. Себастьяну пришлось использовать весь свой многовековой опыт, чтобы привести дела в порядок. Конечно, он уволил несколько человек. Запугал до заикания половину сотрудников. Но в целом, он покорил всех своей феноменальной работоспособностью и отдачей делу. Спустя неделю после его появления сотрудники начали приходить на работу вовремя - помогла система штрафов. Через две - перестали отлынивать от работы. Спустя месяц повысилось качество статей - да здраствует тщательно культивируемая Себастьяном конкуренция. А спустя два месяца у журналистов горели глаза при мысли о новой статье, они могли без устали пересекать Лондон из конца в конец, лишь бы только собрать достаточно материала для колонки. - Что вы можете мне сообщить о материале для завтрашнего выпуска? - В Палате Лордов рассматривается проект по увеличению финансирования флота и армии. Ходят слухи, что для этого могут урезать спонсирование больниц и университетов. - Хорошо, отправляйтесь к вашему объекту, узнайте у него все подробности. - Мистер Михаэлис, он что-то подозревает и уже не так откровенен в моем присутствии. - Так исправьте это. - С легким раздражением бросил Себастьян, но, взглянув в удрученное лицо мистера Брауна - репортера, исполняющего роль камердинера у лорда Солсбери, добавил. - Я придумаю как вам помочь. Но тогда постарайтесь выяснить и о политике в отношении Германии. Мне кажется подозрительной. - Мужчина торопливо кивнул и вышел из кабинета. Себастьян продолжил. - Что у нас со светской хроникой? Поднялась мисс Стоун: - У меня есть предложение, - Себастьян кивнул, показывая, что готов выслушать. - Я считаю, что к колонке помолвок, свадеб и похорон стоит внести дополнение в виде колонки крестин. И увеличить количество столбцов для светских раутов и слухов. - А я считаю, что нужно урезать публикуемый материал: печатайте лишь дату и событие, никаких дифирамбов новобрачным, новорожденным и покойникам. - Мисс Стоун задохнулась от возмущения. - Когда будете писать о балах, исключите описание нарядов и шляпок, только организаторы мероприятия и его цель. Уделите внимание благотворительности. Вы свободны, мисс Стоун. - Женщина гневно поджала губы, но возразить не осмелилась. - Мистер Михаэлис, я по делу "Пропавших Фей"... - Пропавших Фей? - Дело о похищении светловолосых женщин. Я прошел по местам, где их видели в последний раз, поговорил с родственниками, но ничего выяснить не удалось. Скотланд Ярд меня игнорирует. - невзрачный мужчина с незапоминающимся лицом виновато развел руками. - Все в порядке, мистер Ходжез. Возможно, скоро у нас появится возможность узнать больше об этом деле. А пока займитесь нашим неуловимым вором. Еще раз опросите потерпевших, уточните, что именно пропало. Думаю, они что-то не договаривают. В кабинете остались трое. - Кто следующий? Мистер Флеминг? - Сэр, моя статья готова. Я осветил последние скачки и парусную гонку. - Хорошо, можете быть свободны. Мистер Фултон, как прошла конференция физиков? - Обсуждали лучи Конрада Рентгена и их роль для медицины. Беккерель предоставил результаты своего иследования по радиоактивности урана - считает, что в будущем его можно использовать как альтернативный вид топлива. И, я слышал, что сейчас супруги Кюри изучают феномен радиоактивности. - Об этом и напишите, с максимальными подробностями. Если понадобиться, я увеличу количество столбцов за счет светской колонки. Можете идти. - Мистер Шортер, - Себастьян ласково улыбнулся штатному астрологу. - А как дела с вашей колонкой? - Видите ли, мистер Михаэлис, звезды не хотят разговаривать со мной, поэтому материала нет. - Тогда придумайте. Мне все равно, что вы напишите, но сегодня, в три часа дня, у меня на столе должен лежать образец завтрашнего выпуска. - Заметив на лице мужчине суеверный ужас, Себастьян с притворным изумлением спросил. - Как? Разве я вам не сказал? У меня на вечер назначена важная встреча, поэтому вам придется все закончить на четыре часа раньше. Какая жалость, что именно вам придется сообщить об этом мисс Стоун. Подавленный астролог вышел, не посмев возразить. Чувство злорадного удовлетворения посылало волны тепла вдоль позвоночника, отчасти компенсируя утраченную возможность поглощать души.

***

Оставшееся до трех часов время, Себастьян посвятил редакции: не смотря на все приложенные усилия до отлаженной работы часового механизма было далеко. Пришлось разбираться с наборщиком текста, недовольным смещением сроков выпуска, встречался со старыми спонсорами и возможными инвесторами. С этим тоже были проблемы: не все верили в его способности руководителя, но тонкая манипуляция выручала всегда, хоть и приходилось затрачивать гораздо больше усилий, чем когда он был демоном. Однако, взамен он получал то, чего раньше был лишен - интерес. Искренний интерес к тому, что он делает и отсутствие скуки. Еще никогда Себастьян не работал с такой увлеченностью. Разве что контракт с Фантомхайвом будил в нем легкие отголоски ощущений и эмоций, но это полностью отличается от того, что он чувствует сейчас. Предвкушение. Охотничий азарт. Как во время службы у графа, когда они вместе исполняли волю Ее Величества - искали нарушителей покоя королевы. Что же изменилось сейчас? Почему граф так неуважительно отзывается о королеве? Как он смог выжить после разрыва контракта? Вопросов больше, чем ответов.

***

- Хорошая работа, господа, - Себастьян небрежно помахал в воздухе газетой, испещренной пометками. - Мистер Фултон, проследите, чтобы в завтрашнем выпуске была сокращена колонка светских сплетен - я сделал необходимые пометки. А вы, мисс Стоун, если питаете такую страсть к свадьбам и крестинам, то вам прямой путь в "Bride", я вас не держу. - Мисс Стоун оскорбленно промолчала. - А сейчас - всем спасибо, все свободны. Себастьян вышел из редакции, с трудом скрывая нетерпение. Его ждал его господин.