Если гора не идет к лесу.

Наследник Сумеречья был занят тем, что сидел на самой макушке крыши одного из вполне знакомых ему домов Озерного города. Дом этот принадлежал Барду Лодочнику, с которым он довольно близко столкнулся в прошлом году, когда тупой губернаторский бюрократизм и вымогание чудовищной взятки грозило Лесному дому определенными неприятностями. Вот нужные люди и вывели его на Барда. Лодочник оказался парнем толковым и сообразительным, тянуть резину не стал, договорились они быстро и, в общем, Леголас был ему благодарен за это. Но теперь этот честный контрабандист взялся помогать гномам. С одной стороны, понятно, семью кормить нужно, но вот с другой обидно даже, выходит, ему что эльфы, что гномы, все одно, лишь бы сполна платили. Повсюду товарно-денежные отношения. Леголасу стало отчего-то грустно при этой мысли. Он все еще хотел верить во что-то другое. На этой крыше он вроде как сидел в карауле и одновременно засаде на гоблинскую компанию Больга. Но если честно, он просто не мог себя заставить находиться там, внутри. Не мог видеть, как этот раненый гном смотрит на Рыжую, а она, возможно, на него, вышел сразу же после того, как убедился, что они попали по нужному адресу. Парадокс ситуации был в том, что как раз у него, единственного из семьи, традиционно были неплохие отношения с народом Дурина. Он хорошо знал их язык, обычаи и культуру в целом. Но вот конкретно этого гнома он ненавидел всеми фибрами души. Больше того, даже желал ему смерти. "Варда пресветлая, какая тьма", - с горечью думал он. Он давно уже вступил в тот возраст, когда можно быть честным хотя бы с самим собой. Да, он желал гному зла и это отравляло ему душу, едва ли не больше, чем самая черная ревность. Это мучило его ужасно, потому что он никак не мог с этим справиться. Ему было тошно, что он вообще смог опуститься до такого. Он совершенно не знал, что ему теперь со всем этим делать и испытывал ужасное чувство вины. Он никогда никому не желал такого зла, не мыслил просто. Всякие там отродья тьмы не в счет. Врагов, в конце концов, еще никто не отменял, на то они и враги, с ними нужно было драться, их нужно было уничтожать, потому что они несли в его мир чуждый, разрушительный дух. Так было от начала дней и это было правильно. А вот желать смерти этому Кили правильным быть никак не могло. Получалось, что он впустил в себя это, позволил ему прорасти и дать корни. По логике выходило, что ему теперь прямая дорога в Дол Гулдур с этим его сокровенным желанием. Он должен найти в себе какие-то силы, чтобы справиться с этим. Он должен чем-то пожертвовать… В общем, Леголасу было муторно и тошно от всего от этого. Окружающая его осенняя ночь была холодна и пронзительно ясна, как и угасший день. Надоедливые моросящие дожди вроде как отступили, да и хорошо бы не вернулись. Он чувствовал от них усталость, а может, она просто поселилась у него в душе. Он сидел на этой отсыревшей, подгнившей местами крыше, все-таки, видать, не слишком-то богаты честные контрабандисты, и задумчиво смотрел на небо, на черные воды озера, в котором отражались многочисленные звезды, на кое-где еще горящие теплым светом огоньки человеческого жилья и понимал, что он где-то что-то упустил, что-то важное… И его теперь не вернешь… От этого всего хотелось упасть прямо с крыши в темную воду вниз головой. Но вода выглядела черной и неприятной, так что от падения он решил пока воздержаться, и, продолжая разглядывать эту нехорошую воду, заодно вспомнил, как они позапрошлой весной спасали Трандуила с Беорном, несколько дней дрейфовавших по Долгому озеру на не слишком-то большой льдине. Рыбалка. Было это ранней весной, наверное, в середине марта. Трандуил недели две до этого кисло валялся по своим диванам, явно маясь от скуки и снедавшего его безделья. А это было нехорошо, потому что в этом состоянии он начинал изводить всех и каждого, кто только под руку попадался. В результате все быстро попрятались кто куда, лишь бы от его покоев подальше. Помнится, Леголас забежал к нему тогда по какому-то пустяковому дельцу, а на самом деле просто посмотреть, не переменилось ли хоть как-нибудь его настроение. Родителя на привычном месте, то есть лениво разбросанного поперек бархатной кушетки, не обнаружилось. - Adar! - позвал Леголас его. - Ты где? - Да здесь я, - приглушенно отозвался Трандуил откуда-то из недр своей обширной гардеробной. Леголас немедленно двинулся в том же направлении. Королевская гардеробная, надо сказать, занимала львиную долю апартаментов, едва ли не вся остальная их часть, спальня, кабинет и ванная, вполне могли уместиться только на одной ее половине. В детстве Зеленый Лист просто обожал здесь прятаться. Мог просидеть в ней целый день, да так и уснуть на каких-нибудь соболиных шубах. Нашедший его отец бережно подхватывал его на руки и осторожно, чтоб не разбудить, чмокал сына в теплую макушку и относил того в кровать. Порой Леголас откапывал там у него такие вещички, что долго вертел их и так, и этак и никак не мог взять в толк, что это вообще такое и зачем оно его родителю. Заставлял Трандуила это нацеплять. Затем оба, надрывая бока, долго покатывались со смеху. А Трандуил вскоре с самой любезной улыбкой на хорошеньком личике презентовал это кому-нибудь в Имладрисе. Причем отказаться-то никто не смел. Вроде как, если уж сам Владыка Сумеречья подарил, то это модно и непременно стоит носить. Наивный в этом отношении Элронд еще бы долго ничего не подозревал, пока его однажды совершенно случайно не обозрела внезапно нагрянувшая старшая родственница. - А что это на тебе? - оторопело спросила она, внимательно рассматривая зятя. - Здорово, да?! - радостно ответил тот. - Это мне Трандуил на днях подарил, - незамедлительно похвастался он, - красота-то какая… - Сногсшибательно, согласна, но ты все же послам в этом не показывайся, ладно? - Это почему еще? - не понял он. - Ну, - дипломатично тянула она, - перьев многовато как-то, ты прости уж меня, не держи зла, на гигантскую куропатку в этом похож. Наш общий друг может, конечно, и куропаткой нарядиться, ему что ни надень - все к лицу, а вот тебе бы нарядец этот лучше бы сменить, от греха подальше… - А что же мне теперь с этим делать? Он мне еще кучу всего навез… Элронд выглядел расстроенным. - Так секретарей своих наряди, раз выбросить жалко, им как раз по чину будет. Так и сделали. Гардеробная Владыки состояла из нескольких частей. Самая большая часть была отведена под официальные парадные платья. Сплошь шитые искусным золотым шитьем, жемчугами и драгоценными каменьями. Каждое из которых стоило как минимум годового бюджета Озерного города. Там же у него имелись и многочисленные хрустальные полки, сплошь заложенные всякими легким венцами, сияющими диадемами, тяжелыми ожерельями, перстнями, сережками и прочими дорогущими побрякушками. Была там и вторая, не менее внушительная часть, так сказать, военного предназначения. В которой находились его доспехи, основная часть личного оружия и вся парадная охотничья одежда. Но самой интересной, на взгляд Леголаса, была ее самая маленькая третья часть, где находилась совершенно простецкая, без всяких изысков одежда, для обыкновенной, нормальной, каждодневной жизни. Голос его отца доносился как раз оттуда. Леголас еле протиснулся туда. Потому что абсолютно все там было перевернуто верху дном, разбросано, и царил ужасающий хаос. Среди всего этого многочисленного барахла маячила родная светловолосая макушка. - Ну что еще? - довольно недружелюбно поначалу буркнул он, копаясь в какой-то рухляди. - Сейчас моль мне еще запустишь, что тебе нужно от папы? - А-а, ты это, куда собрался-то? – заинтересовался в ответ младший, совершенно позабыв цель своего визита. - Куда, куда, - продолжали бурчать из вороха одежды, - на озеро, к Беорну… - А что Беорн делает на озере? - Ну-у, ты вообще, видать, со своими пауками жизни не видишь, - отозвался Трандуил, - лов у него там подледный… - А ты там ему зачем? - Клев обеспечивать, - отрезал его родитель, - и приятную компанию… - Варда светлая, - выдохнул Леголас, - вот я не устаю поражаться разнообразию твоих интересов… - Развиваться вообще полезно, - деловито откликнулся Трандуил и наконец вылез. Оказалось, что он голый по пояс, зато в самого нелепого вида меховых штанах. - Ужас-то какой, - сморщился Леголас, оглядывая его. Трандуил на это замечание лишь фыркнул: - Это ты молодой по сугробом с голой… скакать, а я старый, мудрый и поэтому хорошо сохранившийся. - А ищешь ты сейчас что? - Что-что, пояс из собачьей шерсти. - Чего?! Варда, шерсть-то тебе зачем? Да еще и собачья? - Зачем, зачем, - вновь забурчал он и залез с головой обратно, - на всякий случай, мне вон еще мешок на себе тащить. Тут Леголас действительно заметил внушительных размеров кожаный мешок, который стоял прямо на полу. Он подошел к нему, приподнял его было и даже крякнул. - Эй, поаккуратнее там! - обеспокоенно прикрикнул Трандуил. - Не швыряй его особо… - Ты что туда нагрузил? - просипел Леголас от натуги, скидывая его с плеч и сразу хватаясь за поясницу. В мешке при этом что-то подозрительно булькнуло. - Что нагрузил? Приманку нагрузил, ага, вот же он, не лезь в мешок, иди сюда и помоги мне. Принц, уже хотевший было развязать хитро завязанные завязки, чтобы уж точно убедиться во всех своих нехороших подозрениях, вынужден был оставить это интересное дело и идти к отцу. - Вот тебе собачья шерсть, - заявил Трандуил, - давай, заматывай вокруг меня, да потуже. Леголас недоуменно помял в руках длинный, довольно колючий пояс, наверное, из собачьей шерсти, он пока не разбирался, и принялся делать, что просили. - Ай! - тут же ойкнул Трандуил. - Руки какие холодные! - Прости, Ada, может, все-таки дома останешься? - отозвался Зеленый Лист. Трандуил развернулся к нему, взял его ладони в свои, подышал на них, потер, ласково поцеловал ему кончики пальцев. - Черничка ты моя глупенькая, - отозвался он, - давай, обматывай еще туже… - Ты похудел, - констатировал Леголас, трогая его за бока, - может, хватит уже закусывать исключительно пророщенной пшеницей? - Да ты что? - в ответ возмутился его родитель. - Забыл, что ли, про майский бал? Жребий в этом году выпал Лориену, я должен блистать и быть во всеоружии. Маэстро наш, к тому же, обещал мне какой-то умопомрачительный наряд, в светлых тонах, заметь. Велел заодно скинуть пару-тройку килограммов. - Да ты ж мешок-то свой не поднимешь, тебя вон ветром шатает, - здраво возразил ему на это Леголас. - Ах ты щечка моя розовая, упитанная, - тут Трандуил схватил его за лицо и потряс, - не переживай ты так, мне его только до оленя дотащить, делов-то… Леголас еле вырвался: - Зачем самому-то так убиваться, давай распоряжусь, вмиг доставят куда скажешь. - Ты мне весь интерес не порть своими банальными предложениями, а то б я сам не распорядился, ага, мне только твоих кислых лучников за спиной не хватало, извини, пухляшечка моя, сам уж как-нибудь справлюсь… Шубу давай неси, да не эту, зачем ты чернобурку тащишь, маленький? - Да у тебя там все этими чернобурками забито, вообще не понимаю, мяса ты не ешь, а шубы носишь, где что? - Политика двойных стандартов называется, если ты до сих пор не в курсе, обращайся, если что, куртку ищи из белого песца, а шубы все дареные, что б ты знал. - Что, все? - Все. - И кто тебе их дарит? - Последние пять Владыка Даин подарил, ты ж гномов любишь? - Все, ничего не хочу знать про твои махинации и шашни. - Не махинации и шашни, а взвешенные политические решения. - В шубах взвешенные? - И в них тоже, я не привередливый. Вскоре Леголас приволок ему этого самого песца. - Все, ничего вроде не забыл, - в раздумье протянул его родитель. - Волосы забыл, - указал ему сын, - можно я? - Давай, только по-быстрому, туго в две косы, понял? - Понял, - отозвался он, беря в руки гребень. - Ну что ты там возишься, - уже через секунду не выдержал Владыка. - Да посиди ты смирно, - строго одернул его младший. Трандуил весь извертелся, как уж на сковородке. Едва Леголас закончил, как тот поспешно вскочил, нацепил своего песца, добротные меховые сапоги, попрыгал во всем этом, проверяя, удобно ли ему и не развяжется ли что в самый неподходящий момент. - Не нравится мне эта твоя очередная затея, - с сомнением в голосе протянул Леголас, глядя на него, - ледостав вот-вот закончится… - Так самый клев в конец ледостава, - заявил ему Трандуил, - люби и знай родной край, все, я побежал, если вдруг что, по всем вопросам к Радагасту. - Я так и думал, ты там все же поосторожнее, ладно? - Ага, - отмахнулся Владыка, с кряхтением хватая свой мешок. - А ты когда вернешься-то? - Через четверо суток планировал, - уже издалека отозвался он. - Вот ведь, - поразился сын ему вслед, - лежал-лежал и бац, подледный лов его интересует. Кого ты обманываешь, Ada, мы все знаем, что тебя интересует этот мешок в компании оборотня… Через сутки. - Чепуха какая-то выходит, - жаловался медведь, - вроде приметы были хорошие, место я выбрал правильное, а в результате-то рыбу как языком кто слизал. Что за дела такие в мире происходят? - жаловался он смирно сидящему напротив эльфу. Эльф же этот был весел, румян, глаза его радостно блестели, а в ручке, одетой в шерстяную варежку, он держал красивую серебряную фляжечку с искусно выгравированным на ней оленем. - Мишенька моя, не переживай, - бодро ответил он медведю, - на-ка, глотни лучше из фляжечки, сейчас все будет, у тебя же есть я, великий заклинатель рыбы, так... Тут он поднялся, слегка покачнувшись. - Что тут у нас? Сейчас мы все озеро просканируем, а рыбу сюда подгоним! С этими словами он прикрыл глаза, весь напыжился и стал шевелить бровями. - Форель гони! - с ажитацией пробухтел оборотень, тоже внушительно отхлебнув из предложенной фляжечки. - Форели нет, - отрезал эльф, - подевалась вся куда-то, может, ближе к Бегущей ушла, далековато отсюда… - А что есть? - глаза у медведя блестели уже точно так же. - Плотва есть, окунь и щуку вижу, - уверенно перечислил его приятель. - О, щуку, щуку, давай! - Спокойно, друг мой, минуточку терпения. Эльф проделал руками какие-то пассы в воздухе и принял весьма странную позу. - Так, - в результате этих манипуляций заявил он, - ждем до подхода косяка минут двадцать, а потом забрасываем. - Ну, пока ждем, давай еще по одной. - А давай, было бы предложено. Через оговоренное время оба сидели, с нетерпением склонившись над лункой. - Клюет вроде, - пропыхтел оборотень. - Тяни давай! - воскликнул эльф. - Не идет чего-то, водит будто, наверное, гигантский кто-то. - Скорее. Еще через пять минут. - Что это такое? Что? Я тебя спрашиваю, великий заклинатель рыбы? Оба нос к носу с недоумением таращились на малюсенькую крошечную рыбку, резво трепыхавшуюся на леске. - К-карась, по-моему, - икнул эльф, - мелковат только… - Мелковат, - взревел оборотень, - ты мне тут что наплел, заклинатель липовый, про косяки какие-то. Где? Где косяки? Или это, по-твоему, они? - Да погоди ты, - отмахнулся от него эльф, - здесь они крутятся, неподалеку, место, наверное, не то, давай севернее переберемся. - Ты мне обещал, что они будут выплывать прямо на нас, - не успокаивался медведь. - Будут, - убежденно отозвался эльф, - рано или поздно, со временем, а пока давай, собирай лагерь, грузи поклажу. - А почему это сразу я? - Ну не я же. Я делом занят… Еще через сутки. - Здесь рыбы нет! - Да Моргот с ней, с этой рыбой, потом ко мне поедем, тебе там моя кухня какую хочешь приготовит… А хочешь, сырую ешь… - А я сейчас уже хочу! - На вот, грибком маринованым закуси! На утро другого дня. - Чую, они под нами, медведь, вставай, здесь они! - Ну-ка, стой, неугомонный, ни с места, - Беорн враз, ловко схватил его за меховой капюшон. Эльф всплеснул руками и уселся в соседний сугроб. - В чем дело? - Ты треск ночью слышал? – настороженно спросил у него оборотень. - Да слышал что-то такое вроде, смутно… - То-то и оно, что смутно, ты плаваешь-то вроде неплохо, если что, - уточнил медведь. - В ледяной воде не очень, - честно признался на это эльф, вскоре, однако, выдалась ему возможность доказать обратное. - А что-то я берегов не вижу, а, медведь, где это мы? - Вот и я теперь думаю, где, - отозвался он, почесав макушку, - боюсь, нас медленно, но уверенно волочет течением обратно на юг, в сторону Эсгарота. Синда в момент прикинул расстояние. - Так это когда еще приволочет, а пока к дому едем, давай еще по маленькой! - Ты сумасшедший, - обреченно заявил медведь. - А-а, не переживай ты так, меня, такого красивого, все равно кто-нибудь спасет, ну и тебя заодно, так и быть, да вон, они уже по берегу прыгают… - Берега-то не видно. - Да мне и не нужно, я и так их чую. Леголаска аккурат сейчас стоит и соображает, что делать. Я вот думаю, в связи с этим, докуда мы с тобой доплывем, пока он, счастье мое толстощекое, догадается плавсредства у озерного губернатора выпросить… - Главное, чтоб не до моря Рун, - отозвался Беорн, - на меня юг угнетающе действует, мех немного портится… А он что же, там один, что ли? - Да какой там, вон, Тауриэль, поганка мелкая, смотрит сейчас из-за его спины на озеро и рожи корчит, злорадствует нашему горю, в общем, ну погоди, маленькая моя, я тебе еще устрою… Тут он, внимательно оглядывая перед собой каждый сантиметр снега, прошел чуть вперед на пару метров, встал там в трагическую позу. Картинно воздел ручку к небу и жалобным голосом прошептал: - Спасите!!! - да только не просто прошептал, а прошептал осанвэ Рыжей в уши. Медведь на это хихикнул: - Ну ты и стервец, белобрысый. - А вот и пусть спасают, это их прямая забота, а пока спасают, давай еще по одной. Ну, они и дали. Сына его, тем не менее, после его отъезда все же грызло смутное беспокойство. Поэтому, когда во дворец из очередной своей, не вполне ясной вылазки вернулась Тауриэль и радостно сообщила, что на Долгом озере неожиданно вскрылся лед, весна в этом году все-таки ранняя, то принц в ужасе схватился за голову и заорал, чтобы они что есть мочи немедленно бежали на озеро. - А что случилось-то? - ничего не поняла Рыжая. - Adar там с Беорном рыбу ловят… - Что?! - не поверила своим неаристократическим ушам Тауриэль. - Какую рыбу? - Плотву, карасей… - Леголас, соберись, умоляю, место кто-нибудь знает? - Место, место, - забормотал он, - олень знает, он его туда вез. - Немедленно тащи оленя, а будет упираться, палкой его по горбу лупи. - Да, да, палкой по горбу, что? Ada будет недоволен. - Твой отец будет еще более недоволен, если ему придется искупаться, Леголас, не теряй голову, времени мало. - Что стоим, за мной! - кричала она уже на ходу своим лучникам. К счастью, никого по горбу бить не пришлось, олень место запомнил, пришпорили коней и вскоре были уже на берегу. Если честно, Тауриэль не особо-то и переживала, скорее всего они сидят сейчас где-нибудь на том бережку у костерка и лясы точат. Леголас рядом с ужасом смотрел на вскрывшееся озеро, лед на нем пошел торосами и кое-где вздыбливался ввысь на приличное расстояние, по всему озеру шел гул и зловещий раскатистый треск. - Adar! - позвал он. Трандуил на том конце ухмыльнулся. - Может, ты? - спросил Зеленый Лист у Рыжей. Тауриэль вышла на самый край небольшого мыса и позвала его. - Там он, там! - закричала она через минуту в испуге. - Говорит, спасите! - Далеко? - напряженно спросил Леголас. - Прилично отсюда, - отозвалась Тауриэль, снова прищуриваясь. - Так и вправду собрались, - выдохнул Леголас, - вот что, к губернатору нам нужно и просить у него народ с лодками, да побыстрее. - Варда, Варда, - едва не всхлипывала Тауриэль с той минуты, как до нее донесся этот крайне жалобный голос, всякая охота язвить у нее вмиг пропала, как отрезало, и теперь она вовсю кляла себя за глупые насмешки. Владыка упивался. Ему было хорошо. День следующий. Утро. - Медведь, вот пока они нас там спасают, может забросим-то, ну, напоследок, - предложил эльф. - Ну давай, - не стал возражать оборотень. - Ага, там точно кто-то есть… - Ты так и в прошлый раз говорил.. - Щука, ах, красавица какая, тяни, ай, да еще одна, медведь, я ж тебе говорил, они сами на нас пойдут… Тяни, тяни еще… - Трандуил, свет очей моих, там это, спасатели твои гребут, надрываются.. - Вот ведь, всегда они не вовремя со своими затеями, всю рыбу сейчас снова разгонят! Ладно, - он огорченно махнул варежкой, - давай спасаться. Не обратно же их отправлять, хотя было бы любопытно взглянуть в этом случае на их лица. - Владыка-а-а-а! - немедленно долетел до него звонкий голос Тауриэль. - Помогите-е-е! - в ответ прокричал он. - Да гребите же вы быстрее! - рявкнула Рыжая на всех остальных. Гребли они туда аж на трех больших лодках. Но та, которой командовала лучница, демонстрировала просто чудеса скорости и маневренности. - Леголас, ты их видишь? - Да вон они руками машут, бедолаги, натерпелись ужасу, наверное… - Спокойно, сейчас мы их оттуда снимем и домой, - отозвалась она, а у самой руки тряслись от переживаний. - Владыка-а-а! Вы там как!? - Замерз я! Погибаю-уу! - Сейчас, держитесь, мы вас подберем! Надо сказать, что пока они там с Медведем плавали туда-сюда по озеру, размер их льдины ощутимо сократился, и положение их действительно выглядело довольно бедственным. Когда они подгребли к льдине поближе. Трандуил сделал лицо понесчастнее. - Предлагаю взять их на буксир, - сказал Леголас, - кидаем им трос, Беорн его хватает и держит, мы гребем к берегу, дело сделано. - Да ты что! Ты глянь, какая льдинка маленькая. А они такие несчастные. А вдруг она по дороге возьмет и расколется. Нет, нужно их на борт забрать. - Вот тут я не уверен, как только медведь дойдет до ее края, она и перевернуться вполне может, он мужчина-то не хрупкий. - Ну, давай Владыку заберем, а Беорна так дотащим? Трандуил с медведем острым слухом прислушивались к этому диалогу. - Я тебе говорил, - синда радостно пихнул приятеля в бок. Медведь хрюкнул. Тауриэль стояла на самом носу лодки. - Осторожнее, - командовала она, - ближе, ближе, тише, не так сильно, волну не гоните, иначе они могут перевернуться. Трандуил в своей белой шубке с капюшончиком, с красным носиком, выглядел трогательным и невообразимо несчастным. - Так, Владыка, руку, руку, мне давайте! Тауриэль вытянулась на носу, как ивовая веточка после долгой зимы навстречу весеннему солнцу. Владыка нандор в ответ беспомощно всплескивал руками и хлопал ресничками. Прыжок с раскачивающейся льдины на такую же лодку был для него пустяковым, но он еще не наигрался. Он уже схватился за ее руку, но, глядя на ее закушенную от переживаний губу, не удержался и незаметно состроил ей такую зверскую физиономию, что Тауриэль от полной неожиданности по инерции взмахнула другой рукой, не удержав равновесие. И оба, сцепившись, кубарем, с гигантским плеском, взметнувшимся над ними столбом, моментально рухнули в неприветливую мартовскую воду. - Чтоб тебя! - булькал Трандуил в ледяной воде, пытаясь изо всех сил избавиться от враз ставшей чугунной шубы. Тауриель в доспехах камнем пошла на дно. Он глотнул побольше воздуха и нырнул за ней. Счет шел на секунды. Воды Долгого озера были глубоки. А в некоторых местах дно вообще нельзя было промерять. - Не напрасно все эльдар гордятся своими длинными волосами, - решил Трандуил и в самый, как ему уже казалось, последний момент сумел схватить ее за косу и изо всех сил потащил на поверхность. - Дыши, бестолочь!!! - заорал он ей в лицо. Рыжая сипло вздохнула, взглянула на него ошалевшими глазами, надрывно кашляя и выплевывая воду. Рядом всплыл Беорн, правда уже в виде огромного черного медведя, плавал он так же хорошо, как и все остальное делал. - Нормально, - прохрипел ему Трандуил, - рыбу не забудь, примета плохая. Медведь в ответ посмотрел на него с восторгом, перевернулся на спину и стал плавать, описывая круги вокруг их лодки. "Балаган какой-то", - думал Леголас, поспешно заматывая Тауриэль в свой плащ. Затем вытянули Трандуила. У того зуб на зуб не попадал. - Домой! - звонко клацнул челюстью он, отпивая из своей фляжки с оленем, которую не отцепил бы ни за что. А дома было вот что…