Глава 2
6 апреля 2015 г., 16:06
– Встречайте победителя, лузеры! – браво крикнул Жан, заходя на этаж. Перед собой он вёл мужчину в наручниках, а на плече у детектива красовалась стильная дизайнерская сумочка, завидев которую женская половина восторженно ахнула, а мужская загоготала, и тут же со всех сторон полетели вопросы, где Кирштайн купил обновку. Жан отреагировал спокойно, передал задержанного на руки сержантам и только после этого привычным движением (тренировался, что ли?!) снял женский аксессуар с плеча и продемонстрировал окружающим. Подошедшая ближе всех к нему Криста с сияющими глазами подтвердила подлинность сумочки и задала вопрос, которого детектив и ждал.
– Ты отобрал её у вора?
– Три квартала бежал, между прочим! – гордо оповестил всех Кирштайн. – Но она того стоила!
– Ну, если продать, то да, – задумчиво протянула Лэнц, пока не заметила шок на лицах представителей закона. – Ой, то есть я не это хотела сказать.
– Не парься! Конечно, я собираюсь вернуть её владелице, – намеренно повысил голос Жан, словно делая ударение на следующих своих словах. – Ведь она принадлежит Микасе Аккерман!
– Шутишь?! – воскликнул Марко. – Той самой?!
– Ага!
– А кто она? – не понял Браун, выразив непонимание одной половины участка и тут же нарвавшись на недоумение его неинформированностью другой.
– Как ты можешь не знать её?! Микаса – начинающая модель, которой все пророчат прекрасное будущее. И стоит только увидеть хоть одну её фотосессию, как понимаешь, что это истинная правда, – восторженно просветил коллег Жан, неосознанно обнимая при этом сумочку.
Райнер только закатил глаза, наблюдая за детективом, того послушать, так каждое его увлечение – само совершенство, равно до того момента, пока не появится новая королева красоты, пленившая его горячее сердце.
– И чего ж такие люди и без охраны? – не скрывая своего презрения к поведению мужчин, поинтересовалась одна из девушек-сержантов.
– Сам удивился, – не замечая сарказма коллеги, ответил Кирштайн и двинулся к своему столу, по пути рассказывая, как же всё произошло.
– Я как раз обходил соседей. Свидетелей искал по тому делу о взломе с проникновением на пятой. Вышел из дома, смотрю, стоит она на другой стороне улицы и словно ждёт чего-то. Думал, обознался. Но стоило присмотреться, так сразу же убедился, что Микаса. Может, встреча назначена с кем-то была, не знаю, только она то и делала, что озиралась по сторонам, да сумочку с плеча на плечо перевешивала. Я уже направился к ней, – кто-то в участке ободряюще засвистел, – чтобы предупредить об опасности! Такая невнимательность к вещам, для вора, как зелёный знак светофора, – словно оправдываясь пояснил Кирштайн, хотя его улыбка говорила сама за себя. – Но не успел. Тут появился этот дятел, – детектив махнул рукой в сторону задержанного, – выхватил сумочку и по газам.
– А ты, значит, бросился в погоню? – поинтересовался Майк, уже какое-то время слушавший детектива, выйдя из кабинета капитана в компании самого же Смита. Пока Жан распинался, мужчины только ухмылялись и многозначительно переглядывались.
– Как и полагается полицейскому, – гордо подтвердил Кирштайн, параллельно копаясь в сумочке модели в поисках телефона и других вещей, позволяющих точно убедиться в личности пострадавшей и в дальнейшем связаться с ней.
– Настоящий полицейский вернулся бы к жертве, а не примчался сразу же в участок, чтобы предаваться фетишизму, – строго одёрнул подчинённого Эрвин, хотя смеющиеся глаза выдавали его настроение с головой. – И ещё не оставил бы своего напарника одного.
– Чёрт, – выругался Жан. Только сейчас он вспомнил, что ходил на поиски свидетелей с Йегером, с которым они должны были встретиться на улице после того, как прошлись по этажам. Закончил старший детектив раньше коллеги, а как вышел из дома, нарисовалась вся эта ситуация с ограблением.
В любом случае, он не переживал. Особой веры в полезность такого обхода Кирштайн не имел и согласился исключительно для того, чтобы научить молодняк в лице Эрена не тратить время и силы понапрасну, ведь новенький отчего-то так настаивал на поисках свидетеля, рассказывая о профессиональном чутье и хорошем предчувствии. Плюсы в данной поездке были, правда, исключительно для Жана, который смог не только увидеть звезду подиума живьём, но и получил возможность самолично вернуть украденное, получив в награду в идеале поцелуй или даже согласие на ужин. Так что он и не вспомнил о напарнике, пока капитан не сказал.
– Кстати, где он? – решил поинтересоваться Кирштайн, подумав, что раз Смит в курсе, то Йегер либо успел приехать нажаловаться, либо позвонил капитану, не дожидаясь возвращения в участок.
– Он в третьей допросной, получает подпись под чистосердечным признанием.
– Как?! – растерялся Жан.
– Свидетеля нашёл и тут же провёл арест подозреваемого. В одиночку, – с особым нажимом на последнее слово проговорил Эрвин, мгновенно растеряв свою весёлость и дружелюбие, теперь его глаза стали холодны, как лёд, а в голосе слышалась злость на подчинённого и непоколебимость принятого решения. – Так что дело передано Эрену.
– Хорошо, – недовольно протянул Кирштайн. Смит не стал напоминать о субординации и правилах, позволив детективу такую форму ответа. Бросив на расстроенного Жана красноречивый взгляд, капитан вновь вернулся в свой кабинет и стал перечитывать какие-то бумаги, которые они до этого обсуждали с Майком.
– Сам виноват, – поделился с Кирштайном мыслями Райнер, когда начальник скрылся в своих владениях. – Так что записать дело за Эреном – справедливое решение.
– Мне по боку, – буркнул Жан, хотя обида всё же грызла. Однако на глаза попались водительские права владелицы сумочки, и детектив уже и думать забыл об уплывшем от него задержании. Личная встреча с Аккерман компенсировала все потери, поэтому, когда Йегер появился возле своего стола и вопросительно взглянул на Кирштайна, словно спрашивая в курсе ли тот о передачи дела, Жан только махнул рукой, не то прося отстать, не то показывая, что ему плевать.
– Сейчас позвоню в её агентство и попрошу приехать за украденным, – поделился с окружающими своими намерениями детектив, вызвав новую волну оживления, которая, к сожалению, не захватила только Йегера, так как тому в этот момент позвонил дежурный. Кирштайн решил подождать, пока коллега договорит, чтобы похвастаться сумочкой и предстоящей встречей с моделью, дабы новичок не думал о себе невесть что, особенно после случившегося.
– Да, – меж тем разговаривал с дежурным Эрен. – Заявление. Кража. Кто? Знаю-знаю. Можешь проводить, а то потеряется ещё? Спасибо.
– Кого это, Йегер, к тебе проводить должны? – полюбопытствовал Жан, рассчитывая после ответа коллеги плавно перейти к своим новостям.
– С чего бы тебя вдруг дела напарника стали интересовать? – огрызнулся Эрен, показывая, что выходка детектива во время поиска свидетеля его разозлила, даже несмотря на то, что в итоге он получил галочку в свой послужной список. – Или это в 104-м традиция такая, только языком чесать?
– А ты не охамел?! – сразу же взорвался Жан, начисто забыв о своём желании похвастать задержанием вора.
– Не боись, до твоего уровня мне как до Луны пешком, – зло сверкнув глазами, практически прорычал Эрен и отвернулся от коллеги, занявшись подготовкой бланков для заявления.
Кирштайн собирался ответить в не менее дружелюбной форме, но его остановил предупреждающий взгляд Райнера, напоминая, что парень вправе злиться на него и лучше промолчать. Жан гневно повздыхал, но всё же воздержался от продолжения беседы.
«Ничего, вот как увидит мою потерпевшую, так сразу же заткнётся, сопляк», – мстительно подумал детектив, выуживая из горы женского скарба визитку с номером агентства. Но тут его ударили по плечу, и весёлый голос Марко выдал:
– Ну и скорость! Когда ты успел позвонить ей?!
Кирштайн удивлённо посмотрел на коллегу, который с интересом и затаённым восхищением созерцал пространство у лифта. Переведя взгляд в ту же сторону, Жан с недоумением обнаружил там Микасу Акерман собственной персоной, которая в жизни оказалась ещё красивее, чем на глянцевых обложках. Девушка шла в сопровождении патрульного, абсолютно не замечая пристального внимания вмиг замолчавших детективов и сержантов.
«И вот, мой звёздный час!» – чуть ли не вслух ляпнул парень, заметив, что ведут модель в их сторону, к столам детективов. Жан поднялся и растянул губы в самой широкой из своего арсенала улыбке, собираясь поприветствовать девушку, но его опередили.
– И что на этот раз? – с какой-то обречённостью в голосе поинтересовался Йегер у Аккерман, подойдя к ней и даже не удосужившись поздороваться.
– Сумочка, – спокойно сказала девушка, словно плевать она хотела на пропажу.
– О господи, Микаса! У меня порой создаётся впечатление, что ты специально позволяешь их красть!
– Я знаю, что ты обязательно найдёшь их, Эрен, – не меняя спокойного выражения лица, пробормотала девушка и самую малость улыбнулась, но с такой нежностью во взгляде, что Жан готов был в ту же секунду выпустить в Йегера всю обойму, лишь бы тот исчез с глаз долой.
Эрен с большой долей скептицизма посмотрел на подругу, но говорить что-то ещё не стал, отлично зная, что Микаса не только пропустит все его нотации мимо ушей, так вдобавок умудрится в ответ отчитать детектива за какую-нибудь мелочь, как например, за постоянные опоздания на ужин или очередное дежурство в праздники.
– Чёрт с тобой, не впервой. Заполним все бумаги, и я отправлюсь шерстить скупщиков краденного, – тяжело вздохнув, сказал Йегер и указал Аккерман на стул возле своего стола.
– Зачем, если один из воров здесь? – удивилась девушка.
– Где?
– Да вот он, стоит и пялится на нас, – Микаса впилась взглядом в Жана, а потом заметила пропажу на столе детектива. – Моя сумочка.
В теперь уже гробовой тишине участка послышались первые сдавленные смешки. Эрен, не знавший причины веселья окружающих, начинал медленно, но верно звереть, полагая, что коллеги таким образом показывают одобрение поступка Кирштайна, который в свою очередь смотрел на Аккерман ошарашенным взглядом, не понимая чем заслужил подобное обвинение, да ещё и таким индифферентным голосом, словно девушке было всё до лампочки. Поскольку «преступник» молчал, Йегера окончательно захватил гнев, но драки удалось избежать благодаря вовремя вмешавшемуся Райнеру, который не только смог удержать ринувшегося в бой Эрена, но даже кратко и понятно разъяснить ситуацию. Виновница происходящего не выразила каких-либо эмоций, обойдясь простым «ясно», после чего молча собрала вещи в сумочку и ушла из участка, перед этим чмокнув Йегера в щёку и гордо заявив «я знала, что ты поможешь». И теперь пришлось сдерживать Жана, которому очень не понравилось, что все лавры достались Эрену, а его, истинного героя, даже не удостоили простой благодарности, не говоря уже о поцелуе.
Долго ли коротко, но разбирательства детективов продлились ещё с час, пока на шум не пришёл Смит и не отчитал обоих за недостойное поведение, в качестве наказания назначив дежурство Кирштайну как старшему товарищу и косвенному виновнику произошедшего недоразумения, что не могло прибавить тому энтузиазма в дальнейшей работе с Йегером. Так и начался один из самых неприятных периодов работы Эрена в 104-м участке.
***
– Где же эта папка? – как мантру повторяла Криста, перебирая документы в архиве. До совещания осталось не больше десяти минут, а она всё никак не могла найти записи о похожих преступлениях десятилетней давности. И это несмотря на то, что Майк назвал ей точный номер дела, который указал шкаф и полку, где папка, по идее, должна размещаться. Только, кажется, у предыдущего ответственного за архив были какие-то свои правила размещения документации, так за время поисков Лэнц обнаружила необычное соседство в одном месте прошлогодних расследований и дела об ограблении банка ещё за 83-й год. – Чёрт, да где же!? – Криста, что случилось? Девушка подпрыгнула на месте и с неподдельным страхом посмотрела в сторону говорившего, словно её застали на месте преступления с дымящимся пистолетом над остывающим телом. – Эрен! Слава богу, это всего лишь ты, – вздохнула с облегчением секретарь и прижала к груди руку, будто опасаясь, что бешено стучащее сердце вот-вот пробьёт рёбра и вырвется из тела. – Всего лишь я? – холодно повторил Йегер слова девушки, а в его взгляде появилась досада. Вот уже месяц прошёл с того инцидента с сумочкой Микасы, а напряжение в участке так и не ослабло. По какой-то, только другим ведомой причине, на следующий день после посещения подругой 104-го, Жан, его временно-постоянный напарник, словно с цепи сорвался, и вместо того, чтобы помогать новичку осваиваться в коллективе и всячески поддерживать в работе, наоборот саботировал Йегера не только как детектива, но и как человека. Простое пренебрежение, кое Кирштайн не стесняясь демонстрировал с момента встречи с Эреном, переросло в тотальное игнорирование, а когда им приходилось заниматься совместными расследованиями, Жан на правах ведущего детектива заставлял парня выполнять работу патрульных и сержантов. Наверняка, Смит, назначая Кирштайна главным в их временном тандеме, не рассчитывал увидеть молодого, подающего надежды племянника довольно влиятельного капитана копающимся в мусоре, бегающим за кофе для всего отдела или запертым в машине на время задержания преступника. Конечно, узнай Эрвин о происходящем, то уже через полчаса Йегер вновь вернулся бы к нормальной работе под предводительством того же Райнера, а Жан отправился в архив подшивать дела в качестве наказания за самодурство на неделю. Но капитан ничего не знал. Перед ним напарники вели себя вполне сносно, а коллектив не спешил доносить до любимого начальника о ситуации, хотя некоторые подозревали, что Смит в курсе, но желает проверить, насколько хватит Эрена и когда он прибежит жаловаться, ссылаясь на покровительство дяди. К слову, в участке этого ждали ещё в первый день начала травли и даже делали ставки, однако парень смог удивить всех. Какое-то время Йегер молча терпел, потом начал огрызаться на Жана, а один раз даже дошло до драки, которая кончилась, едва начавшись, стоило Эрену красиво перекинуть через себя взбешённого остроумным ответом парня Кирштайна. После этого старший детектив поменял тактику, предпочтя открытому конфликту стратегию игнорирования, и начал постепенно отравлять существование парня в стенах 104-го участка. Возможно, будь Йегер таким наивным и прямодушным, каким его себе представляли новые коллеги, (за что стоило поблагодарить знакомых проституток, которые иногда попадали к ним и заливались соловьём, рассказывая, какой же Эрен душка), возможно, будь он таким, то не выдержал бы долго и уже запросил новый перевод или написал заявление в отдел внутренних расследований. Но парень был другим. На самом деле, обитатели 104-го участка ничего не знали о новичке, предпочтя обойтись минимумом информации, сводившейся к родственной связи с Пиксисом, ещё не выветрившемуся юношескому максимализму и идеализму. Почему-то все посчитали, что это отлично охарактеризовало Эрена, так что копать глубже смысла не было, хотя стоило всего лишь поднять вопрос о его обучении в академии, как на поверхность всплыло бы множество интересных фактов, которые никак нельзя было игнорировать. Однако лопаты остались без дела, а коллеги продолжали довольствоваться ложным впечатлением об Йегере, что и объясняло их удивление реакции парня на происходящее. Эрен упрямо терпел, продолжая работать даже тогда, когда имел полное право отказаться от очередного абсурдного задания. Исправно выполнял мелкие поручения, но при этом так выразительно смотрел на Жана, что тот порой не рисковал пробовать кофе, принесённый детективом, вполне ожидая обнаружить там яд. И, что парадоксально, Йегер мог стерпеть что угодно, если оно не сопровождалось гадкими комментариями. Однако стоило Кирштайну открыть рот и сказать что-то нелицеприятное в сторону детектива, как Эрена прорывало и весь участок получал бесплатный урок родного языка, в котором обнаруживались настолько замысловатые конструкции, что некоторые даже были позаимствованы как мелкой задержанной швалью, так и вполне уважаемыми старожилами преступного сообщества, коим посчастливилось находиться в тот момент в участке. До рукопашной, правда, больше не доходило. Как-то ненароком Смит обмолвился, что в академии Йегер был лучшим в данной области. Правда, когда нехорошо ухмылявшийся Райнер спросил, к чему начальник им это сказал, Эрвин только слегка улыбнулся и выразительно посмотрел на Жана, невольно вздрогнувшего под холодом капитанских глаз. После этого одна часть участка окончательно убедилась в всеведущности Смита относительно ситуации в подконтрольной ему территории, а другая, во главе с Кирштайном, зареклась затевать драки с парнем и лишний раз на них не провоцировали. Хотя легче от этого Эрену жить не стало. Даже наоборот. После того, как Жан развернул свою кампанию по тихой травле парня, весь участок занял выжидательную позицию незаинтересованных зрителей. Одним не хотелось лезть в чужие разборки, другие считали это простым ребячеством и не придавали значения, а третьи боялись попасть в немилость к кому-то из парней, а так как о непростом характере Кирштайна знали все, то по большей части именно нежелание схлёстываться с ним заставило держаться на расстоянии от конфликта и от Йегера как непосредственного участника. Так что уже месяц Эрен мучился от службы в участке, душившей его не хуже удавки. Постепенно он начал сбегать из общего зала в архив, где якобы занимался поиском необходимой информации по текущему расследованию, а сам в это время изучал старые дела, желая отвлечься от отсутствия своих. – Я просто испугалась, вдруг вор, – пролепетала Криста, поняв, что обидела детектива. – В полицейском участке? – снисходительно поинтересовался Эрен. – Ну… я, – замямлила Лэнц, не зная что и сказать. – Хотя, что-то в этом есть, – усмехнулся Йегер и задумчиво улыбнулся: – Может, слышала байку о пропавшей бутылке «Романе Конти» урожая 1985 года? Вино проходило как вещдок и было помещено в хранилище улик, но через два дня пропало. Шум поднялся такой, что об изначальном преступлении все и забыли, ведь шесть таких бутылок было продано с аукциона более чем за 170 тысяч долларов. – Ого! – Вот-вот. Правда, у начальства была реакция не столь восторженная, как у тебя. – И что, нашли? – Что? – Вино. – Не, вино не нашли, только бутылку, – усмехнулся Йегер, видя непонимание на лице секретаря. – Оказалось, ночной уборщик решил отпраздновать рождение дочери, вот и прихватил понравившуюся тару. Криста улыбнулась и тихонько рассмеялась. – Так что случилось? – повторил свой первый вопрос детектив. – Да вот, капитан просил найти одно дело, а папка как сквозь землю провалилась. – Скажи номер, так и быть, помогу тебе. Девушка засияла, как рождественская ёлка, и протянула ему листок, где была написана буквенная и цифровая последовательность, служившая именем для необходимой папки. Эрен едва взглянул и с уверенностью сказал, что на этом стеллаже такой нет, как и на соседних, так что стоит поискать на дальних. Криста не стала спрашивать, откуда он это знает, – отлично помнила, сколько детектив провёл часов в архиве за время своей службы в их участке. Однако стоило им уйти вглубь комнаты, как Лэнц не менее уверенно остановила парня, не позволив подойти к стеллажу, стоящему чуть поодаль от остальных. – Вот там точно нет этой папки, – пояснила она, когда Эрен попытался вновь подойти к нему. – Откуда ты знаешь? – Все дела связаны с местной группировкой, держащей этот район города. – «Цубаса»? – Ты слышал о них? – Только слухи, – признался Йегер и тут же с интересом посмотрел на сотни папок, стоящие ровными рядами на полках и мерно покрывающиеся пылью. – И если я правильно понимаю, то всё, что я вижу, это нераскрытые дела? – Большей частью, – не стала отрицать Криста. Она не разделяла увлечённости парня делами группировки, предпочтя начать поиски необходимых документов, ведь до собрания осталось не больше восьми минут. – А кто их курирует? – Никто. – Как?! – Эрен даже воскликнул, заставив Лэнц в унисон с ним охнуть. – Почему у такой организации нет куратора среди детективов? Кто-то же должен заниматься расследованием их преступлений, изучать группировку и собирать информацию. – Это бесполезно, – продолжила поиски Криста, стараясь не обращать внимания на праведный гнев молодого детектива. – Предыдущий капитан не смог справиться с ними, а когда пришёл нынешний, те уже закончили разборки и делёж территории, так что сейчас всё тихо и спокойно. А раз необходимости ворошить осиное гнездо нет, то и загружать без того занятых детективов бессмысленно. – Поэтому все сидят и мирно смотрят на это гнездо?! – сжав руки в кулаки, процедил сквозь зубы Эрен, но Лэнц уже не слушала его, поскольку моментом ранее всё же нашла папку и теперь тщательно стирала с неё пыль. – Что ты сказал? – спросила она, когда с облегчением обнаружила, что успевает как раз к началу совещания. – Ничего, – натянуто улыбнулся девушке Йегер, но тут же осторожно добавил: – Скажи, я могу почитать некоторые из дел? Так просто. Чтобы быть в курсе событий. – Думаю, капитан не будет против, – задумчиво проговорила секретарь, делая себе мысленную пометку рассказать об этом Смиту. – Тогда я, пожалуй, начну прямо сейчас, – уже направляясь к стеллажу, сказал Эрен, с восторгом обнаруживая в одной из папок что-то вроде тетради с записями, где схематично была изображена система управления группировкой, а короткие пояснения давали примерное представление об истории и составе «Цубасы». К сожалению, записям было как минимум больше двух лет, так что рассчитывать на их актуальность Йегер не мог, но с другой стороны, имея даже такой фундамент, можно смело приступать к изучению как прошлых дел, так и нынешних. Чем он и занялся, забыв даже о том, что собрание, для которого Криста так упорно искала документы, было обязательно для всех детективов, в том числе и для него. Но никто так и не пришёл за Эреном. Более того, когда Эрвин заметил, что в «дружной» компании основного состава 104-го участка не хватает новенького, то осторожно поинтересовался у секретаря его местоположением, а услышав о его нынешнем роде деятельности, задумчиво посмотрел на свои сложенные в замок руки и вслух сказал, ни к кому толком не обращаясь: – Пусть изучает. Это отвлечёт его от работы, что нам сейчас только на руку. – Что-то произошло? – удивился Браун, остальные молча слушали капитана. – Это вопрос времени. Похоже, у нас назревает новая война группировок. – Если только «Цубаса» внутри грызться начнет, – вяло отозвался Жан. Ему вполне хватало повседневной работы, которой стало в разы больше, когда он затеял свою глупую войнушку против Йегера, ведь если раньше они вдвоём тянули лямку и, надо заметить, весьма успешно, то теперь Кирштайн был вынужден работать самостоятельно, что не могло не сказаться на его показателях раскрываемости, а так же на физическом состоянии. – Есть информация, что одна из соседних группировок планирует подмять этот район под себя, – словно не замечая слов Жана, продолжил Смит. – Судя по тому, как вы спокойны, капитан, это не «Титаны», – рискнул предположить Марко. – Да, – подтвердил Эрвин, – скорее всего, это «Сина». – Скорее всего? – подал голос Марко. – Информатор пока сам не уверен, – объяснил Майк. Как заместитель Эрвина, он всегда был в курсе всего, что знал и сам капитан. Исключением были планы Смита, в которые тот посвящал его, только когда приходило время, и то, не всегда говорил всю правду. – Капитан, раз такое дело, вы точно не хотите просветить Эрена? – поинтересовался Браун. – С ума сошёл, на хрен он нам в такой операции, – не дав ответить начальнику, влез Жан. – Не дорос он ещё банды брать. – А ты, значит, дорос? – вроде и беззлобно усмехнулся над ним Райнер, но приятного от этого было мало. – Прекратите, – потребовал тишины Смит, при этом даже не повышая голоса. – Пусть пока Эрен посидит в архиве, надо же ему с чего-то начинать «знакомство». – Ага, ему читальный зал, а нам работать, – пробубнил себе под нос Кирштайн, казалось, уже и забывший, что ещё секунду назад был против привлечения Йегера к расследованию. – В любом случае, пока мы не можем ничего предпринять, – вернулся к делу Эрвин. – Просто наблюдаем и делаем выводы. Возможно, наше вмешательство не потребуется. – Группировки могут решить всё миром? – проявил оптимизм Марко. – Скорее одна из них уничтожит другую, – внёс каплю реализма Майк, и с этих слов детективы перестали дурачиться, возвращая себе обычную серьёзность. В конце концов, их долг защитить горожан и не допустить невинных жертв, а всё остальное уже второстепенно.***
– Нет, ты представляешь! Там десятки, сотни нераскрытых дел! И все, так или иначе, связаны с этой группировкой! – Я… – И главное, такое ощущение, что всем до лампочки! – Ну… – Отдельный стеллаж выделили, а вот на табличку поскупились! – Эрен… – Так бы и написали «Коллекция глухарей из личного фонда группировки Цубаса»! – ЭРЕН! – Армин, ты чего орёшь? – Да потому что до тебя не достучишься! – А ты попробуй! – Тогда мой монитор этого не выдержит! – Чего? – Стука! – Кажется, я потерял нить разговора. – Знаешь, Эрен, твой монолог трудно назвать разговором. – Прости, Армин. Кажется, я увлёкся. – Да ничего, я привык. – Это ты меня так успокаиваешь или изощрённо стебёшь? – Не то чтобы… – Армин! – Ладно, я пошутил. Но, Эрен, какое тебе дело до этой группировки? Йегер перестал мерить комнату шагами и уселся на стул перед монитором, откуда на него с беспокойством смотрел друг детства, Армин Арлерт. Обычно подобные вещи обсуждают при личных встречах, но они слишком далеко жили друг от друга, да и с работой Армина его было проще найти в интернет-пространстве, чем заставить оторваться от компьютера и выйти на улицу. Вот и приходилось общаться через Skype и другие программы, которые регулярно в огромном количестве друг устанавливал Эрену на телефон и ноутбук, а тот благополучно удалял, так как не видел в них пользы, предпочитая обходиться чем-то одним, знакомым и понятным. – Такое! Когда Пиксис отправлял меня в этот участок, то говорил, что я многому научусь. И правда, раскрываемость там на приличном уровне, большая часть полицейских – приличные люди, – в этот момент Арлерт тихо фыркнул, вспоминая, как ещё вчера Йегер долго и с чувством рассказывал как сильно ненавидит Кирштайна и спрашивал друга, где бы ему найти людей, чтобы нанять для небольшой мести. Последнее, конечно, было шуткой, хотя очень профессионально завуалированной, так как даже сам Армин не сразу догадался, что заказ Эрена на «связан, смазан и наказан!» проявление чёрного юмора, а не менее тёмной злобы. – Да и задержания участок проводит такие, что закачаешься, – не замечая реакции друга, продолжал Йегер, – но почему же тогда группировкой этой не занимаются? Я, кстати, попытался поспрашивать ненавязчиво. И знаешь, что мне отвечали? Лучше не связываться! Они боятся её трогать! И это представители закона! А каково простым людям?! Жить, зная, что в случае чего, помощи ждать неоткуда! – По-моему, ты сгущаешь краски, – как можно спокойнее пробормотал Армин, стараясь скрыть своё растущее беспокойство. Если даже в участке группировку предпочитали обходить стороной, то не напрасно, а значит лезть к ним, да ещё и в одиночку, сродни самоубийству. Но говорить об этом Йегеру бесполезно, ведь для него надпись «не влезай, убьёт!» всегда переводилась как «добро пожаловать!», а если речь шла ещё и о защите всех несчастных и обездоленных, то парня было просто не остановить. В такие моменты инстинкт самосохранения благополучно засыпал, уступив место упрямой решительности, с которой Эрен, даже будучи ребёнком, бросался в погоню за карманником, только что обчистившим какую-то женщину и неплохо так врезавшим её мужу, когда тот заметил его манипуляции. В школе Йегер ходил постоянно в синяках, так как ни одна драка не обходилась без его участия, начиная от сходки, где отстаивалась честь класса, и заканчивая спасением очередного ботаника от купания в унитазе. За последнее, впрочем, Армин был только благодарен Эрену, так как чаще всего именно он и оказывался жертвой школьных хулиганов. Йегер словно чувствовал, что он попадал в беду, и уже через несколько минут оказывался рядом. А когда подобные встречи стали повторяться с заметной регулярностью, Эрен предложил дружбу, главным условием которой было постоянное нахождение парня рядом с ним, благо учились они в одном классе. Армин согласился не раздумывая, чему способствовали мокрые пряди волос на макушке, которые всё же успели познакомиться с водной гладью унитаза до прихода спасителя. И только потом он узнал, что Йегер действительно желал стать его другом, а не стремился облегчить себе задачу по его спасению. Армину было приятно узнать, что не «комплекс героя», коим наградили окружающие Эрена, а уважение к Арлерту как к личности и восхищение его стойкостью при защите своего мнения привлекли Йегера. Осознание того, что он нашёл единомышленника в некоторых вопросах, а где-то просто благодарного слушателя, готового принять его позицию, даже если сам придерживался другой, помогли Армину отплатить Эрену искренней дружбой, крепость которой не ослабла, даже когда дорожки парней разошлись по окончании школы. – Сдаётся мне, ты думаешь, что я прямо завтра ворвусь в офис «Цубасы», буду размахивать значком и приказывать всем писать чистосердечное признание, – перешёл сразу в нападение Йегер, поняв, чего именно опасается Армин. В конце концов, он и сам себя прекрасно знал, как и то, насколько хорошо его знал друг. – Успокойся, этого не будет. – Обещаешь? – раньше, чем успел себя остановить, умоляюще спросил Арлерт. – Так ты, и правда, думал, что я так поступлю?! Армин потупил глаза и перевёл взгляд на клавиатуру на своём столе, Эрен же обиженно засопел и сложил руки на груди. Молчание затянулось. – Так что ты намерен делать? – Арлерт решил оставить предыдущие слова без ответа, перейдя к более важным вещам. – Всё, как по учебнику, так что не волнуйся, – мгновенно перестал дуться Йегер. – Это ты у нас в полицейской академии учился, так что просвети обделённых знаниями программистов. – Простой сбор информации. Официальные документы и сплетни. Я, кстати, ни от кого толком не смог добиться, ни как выглядит, ни как зовут главу группировки. Только то, что он мрачный, стильно одетый и смотрящий на всех с презрением. – И это всё? – Было ещё что-то про рост, но все либо просто отмалчивались, либо говорили, что «нормальный он и точка». – Странно это, – задумчиво протянул Армин. – Эрен, может, всё же подключишь кого из участка? В конце концов, они уже давно там и знают больше твоего. – И до сих пор ничего не предприняли, – отрезал Йегер. – Да и сейчас они все заняты, а мне наоборот делать нечего. К тому же капитан дал добро. – На изучение документов, а не слежку! – Это тоже вид сбора информации. И…постой…я же не говорил о слежке! – Я тебя слишком хорошо знаю. – Должен же я выяснить, с кем имею дело. – Понял-понял, – поспешил успокоить друга Арлерт, видя, что спорить с ним бесполезно. – Но обещай, что не полезешь на рожон и попросишь помощи в случае чего! – Обещаю. – Слишком быстро согласился. – Армин, не будь паникёром. Я покопаюсь в старых делах и соберу информацию, если найду что-то важное, то пойду к капитану. Всё просто! – Эрен, – парень посмотрел на одну из фотографий, висящих у него в рамке на стене, где были запечатлены несколько человек, среди которых явственно выделялся обмотанный с ног до головы в бинты Йегер на больничной койке, – у тебя не бывает всё просто!***
– В три часа встреча с представителями торгового дома Трост. Нам надо обсудить поставки на следующий квартал. И я не уверена, что предложение увеличения объёма положительно скажется… Ривай! Ты меня слушаешь?! – Ханджи, тебе не кажется, что за нами кто-то следит? – Совсем свихнулся от своей работы, мы на пятнадцатом этаже. – Женщина, ты тут единственная сумасшедшая! Зоэ хотела ответить какой-нибудь колкостью, но мужчина не стал дожидаться этого. Встав с кресла, он подошёл к огромному окну, являвшемуся по совместительству одной из стен кабинета, и посмотрел вниз на улицу, где, конечно же, ничего подозрительного не увидел. Вот уже два дня его беспокоило странное чувство пристального взгляда в свою сторону. И в том-то и дело, что в сторону, не на него лично, а словно на всё его окружение. Но охрана молчала, да и интуиция не заливалась пожарной сиреной об опасности, только какое-то лёгкое беспокойство осело на периферии сознания. – Дать распоряжение Эрду? – без намёка на насмешку спросила Ханджи. Шутки шутками, но Ривай ещё никогда не ошибался, да и лишний раз перестраховаться не помешает, особенно сейчас, когда «Сина» чуть ли не в открытую объявила им войну. – Да, пусть понаблюдает, – согласился мужчина, зная, что его заместитель сама проинструктирует охрану, а потому пояснять что-либо ещё не стал. – А что со встречей? – Ханджи посмотрела на часы и пришла к выводу, что если они не выйдут в ближайшее время, то опоздают, а значит, к Ривзу придётся ехать с обычной охраной, так как даже Джин не успеет подобрать нужных людей, вооружить и доставить на место за десять минут. – Поедем тем же составом, – не задумываясь ответил Ривай. В отличие от Зоэ он уже успел подумать об этом и посчитал, что ничего страшного сегодня точно не произойдёт. Дождавшись, когда заместитель уйдёт, Ривай вновь посмотрел на улицу внизу, но ничего нового не увидел. Возможно, Ханджи права, и на фоне его усталости проснулась давно забытая паранойя, заставляя видеть опасность там, где её нет. Но лучше уж терпеть насмешки Зоэ, когда Эрд предоставит доклад об отсутствии слежки и подозрительных лиц рядом с их офисом, чем философски размышлять о смысле жизни на похоронах подчинённых или строить планы по захвату территории Ада, после своего собственного погребения. За такими мыслями его застал один из телохранителей, пришедший проводить Ривая до машины. Молча кивнув в ответ на вопрос о выезде, мужчина собрал необходимые для встречи документы и вышел из кабинета, застав в приёмной Петру и Ауруо ругающихся о чём-то вполголоса. Исходя из слов девушки, а также внешнего вида Боссарда, мужчина догадался, что эта парочка созрела для полноценного свидания в шикарном ресторане, вот только поспел плод исключительно со стороны Ауруо, который посчитал возможным прийти при полном параде и пригласить Ралл на ужин, не оставив девушке времени ни на подготовку обоснованного отказа, ни на банальное приведение себя в надлежащий для романтического вечера вид. – Мы выезжаем, – произнёс Ривай, и его тихий голос заставил спорщиков тотчас умолкнуть. Петра сразу поспешила вернуться за стол секретаря и позвонила Ханджи, сообщая об отправлении. В этот раз они ехали небольшой компанией: Зоэ как его зам, Ауруо как личный телохранитель, и сам Ривай как непосредственный глава группировки «Цубаса». Водитель и вторая машина с охраной не в счёт. Возможно, из-за вновь открывшихся обстоятельств, всё же стоило пожертвовать имиджем и опоздать, но озаботиться более надёжным сопровождением, однако решение принято, а жалеть о своих действиях Ривай не привык. Часть охраны дожидалась их на улице, у выхода из здания, другая стояла в холле, чтобы замкнуть процессию. Ханджи и вовсе уже успела добраться до машины и увлечённо обживала место рядом с водителем, подгоняя кресло под себя, так как обычно там сидел кто-то из охраны, отличающийся внушительными габаритами и ростом. – Она ещё называет меня эгоистом! Да я за месяц бронировал этот столик! – достаточно громко возмущался Ауруо, ни к кому конкретно не обращаясь и абсолютно не замечая того, что нарушил строй, шагая позади объекта охраны. Ривай, не желавший слушать нытья подчинённого, сам вышел из здания вперёд телохранителя, при этом внимательно осматриваясь вокруг. Сейчас он вновь отчётливо почувствовал чей-то пристальный взгляд на их компании. Но вот Боссард, наконец, соизволил появиться за ним, и Ривай почти физически ощутил, что на него лично больше не смотрят. И без того непраздничное настроение скатилось до отметки «похоронное», когда мужчина обнаружил счастливую Зоэ на месте впереди, из-за чего ему пришлось проигнорировать почтительно открытую кем-то из охраны дверь и опять же, нарушая все известные правила, обойти машину и самому сесть с другой стороны. Сделал он это по одной простой причине: расположившись по диагонали, было проще разговаривать с Ханджи, нежели сидя за её спиной заставлять женщину постоянно оборачиваться и самому при этом отказываться от удовольствия откинуться на мягкое сидение, то и дело сползая на самый край, чтобы заглянуть в документы в её руках. Ауруо находился под впечатлением от отказа Петры, потому воспринял происходящее как само собой разумеющееся, так что пафосно поправив чёлку, одёрнул пиджак дорогого костюма и величественно сел на обычное место босса, оставив необходимость закрывать за собой дверь хоть и опешившей от такой наглости охране, но всё же не растерявшейся и сделавшей вид, что это обычное дело. Когда машина была укомплектована, а остальная охрана благополучно разместилась во второй, Ривай собирался высказать своё недовольство заместителю и телохранителю, как вдруг нечто привлекло его внимание. На противоположной стороне улицы, прочь от их офиса, шёл какой-то парень, в котором, в принципе, ничего подозрительного не было, кроме маленького блокнота в руках, куда неизвестный что-то усердно записывал, посматривая на экран мобильника. «Странный малый», – подумал в тот момент Ривай. «Так вот ты какой, глава группировки «Цубаса», – подумал Йегер, ускоряя шаг, при этом пристально рассматривая фотографию Ауруо. Армин оказался прав, у Эрена ничего не бывает просто.
