Железный

      Случай Зейна словно невозможен, и также очень интересен. Я провела весь день, сидя за ноутбуком Лесли в поисках хоть каких-то вариантов для решения возникшей проблемы. Мой интерес зашел настолько далеко, что я начала задавать вопросы на странице посвященной болезни анальгезии. «Как вы справляетесь с этой болезнью?», «Что для этого делаете?», «Как вылечить болезнь?» — эти вопросы я часто задавала разным людям, которых встречала в сети. Однако у всех был один ответ: «Эффективного лечения не существует.» Я не торопилась отчаиваться, ибо знала, что Зейн не страдает врожденной нечувствительностью. Он избавился от боли в двадцать один год, возможно, что вновь приобретет её спустя некоторое количество времени.       Мои мысли посетила, казалось бы, странная идея. Она гласила мне: «Встреться с ним! Поговори с ним!» После последнего разговора в кафе между нами возникала тонкая нить, позволяющая мне спокойно беседовать с Зейном. Он снял маску непристойного и равнодушного ко всему боксёра, превращаясь в обычного, иногда милого и интересного парня. Мы не продолжали разговор о его проблеме, не говорили о статье, не поднимали тему, которая касалась бы его прошлого, мы просто говорил «ни о чем». Я увидела в нем того, кто нуждается в поддержке, хоть сам об этом не заявляет. Я узнала в нем себя, когда приехала в эту страну и не знала что мне делать, я была абсолютно одинока и никому ненужная.       Отговаривать себя от той безумной идеи навестить его, было поздно, поскольку я находилась перед дверью квартиры под номером «99». Этот номер — номер жилья Зейна. Я запомнила эту цифру, ибо пару-тройку дней назад вломилась в эту квартиру. Да, забыть этот случай у меня, видимо, не получится.       Я постучала в дверь, дожидаясь, когда Зейн откроет. Мне не стоит ожидать от него теплых приветствий и радости на лице. Скорее всего, он спросит, что я здесь забыла и неохотно впустит меня вовнутрь помещения. Пожалуй, это лучший вариант того, что может произойти буквально через минуту. Худший же будет выглядеть именно так: Зейн откроет мне дверь, промолвив, что-то похожее на «Убирайся отсюда!» и захлопнет ею перед моим носом. Возможен и третий вариант, в котором Зейна не окажется дома, а я прожду чуть больше пяти минут и уйду прочь отсюда.       Однако, вскоре дверь открылась, и передо мной оказался приятный на внешность парень. Он улыбнулся красивой улыбкой и посмотрел на меня . Шатен придерживал одной рукой входную дверь, а в другой держал мобильный телефон. От мысли, что я могла ошибиться, я решила взглянуть на табличку с номером двери. Всё верно, девяносто девятая квартира, квартира Зейна.       — Здесь ведь живет Зейн Малик?       — Да, — кратко ответил парень, взглянув на экран своего телефона.       — Но ты не Зейн, — после моих слов, незнакомец широко улыбнулся, вновь демонстрируя мне свои белоснежные зубы.       — Ты очень проницательна, — он перевел свой взгляд на меня и проговорил эти слова. — Как ты догадалась? — возможно, таким образом он хотел подшутить надо мной.       — Мне нужен Зейн.       — Его сейчас нет, но ты можешь подождать его внутри. Если, конечно, хочешь.       Я прошла вовнутрь. Разувшись, я начала идти глубже, следую за тем парнем, который впустил меня. В этом помещение я нахожусь во второй раз, однако, прежде мне не доводилось услышать слова приглашения. Ранее я не нашла времени, чтобы осмотреть квартиру, но теперь мне представилась эта возможность. Уютное, небольшое пространство, которое заполняла мебель. Здесь не было прихожей, как у нас с Лесли, ибо зайдя в квартиру можно было сразу же оказаться в гостиной комнате. У стенки находился небольшой телевизор, а напротив него два кресла. Недалеко от них, около окна, стоял диван, призывающий меня сесть и отдохнуть. Внутри присутствовало сильное желание присесть, ибо поездка на метро сумела принести мне усталость.       Почему-то холодильник в этом доме находился в гостиной, недалеко от тех кресел, мимо которых я поспешила пройти, дабы удобно расположиться на диване. Там же стоял и небольшой столик с двумя стульями, газовая плита рядом с холодильником и несколько шкафчиков, висевших на стене. По всей видимости, здесь была гостиная, соединённая с кухней.       — Кем ты приходишься Зейну? — шатен зашел, я полагаю, в кухню, и достал из холодильника две маленьких бутылки содовой. — Ты ведь будешь? — спросил он, чуть приподняв одну бутылку и показывая её мне. Я лишь кивнула в ответ на его второй вопрос.       — Я его, — здесь произошла недолгая пауза, заставив меня задуматься, кем я являюсь Зейну. Друзьями нас не назовешь, приятелями так же, возможно, лишь «знакомые» более подходят нашим отношениям, — знакомая, — наконец закончила я предложения. — А кто ты?       — Друг, — сразу же ответил парень, преподнося мне бутылку с газированной водой. — Лучший друг по имени Луи, — добавил парень.       — Вы живете здесь вместе? — На мой вопрос шатен лишь кивнул, жестикулируя согласия. — Но ведь здесь всего одна отдельная комната, или вы вместе?       Луи вновь начал усмехаться над моими словами, заставляя меня краснеть.       — Ты смешная, — произнес парень, присаживаясь рядом со мной на диван. — Но не очень сообразительная. В твоих извращенных мыслях не нашлось места для такого варианта, что я сплю здесь, в гостиной?       Луи улыбаясь, смотрел на меня. Возможно, эта ситуация со мной действительно вызывала смеха, однако, на моем лице не было и следа от улыбки. Я находилась очень глубоко в своих мыслях, что порой не слышала слова парня, который сидел рядом. Он, быть может, задавал вопросы, касающиеся Зейна, но я словно отключила его звук и видела лишь картинку перед собой, парня, который постоянно шевелил своими губами.       — А Зейн скоро придет? — перебила я Луи. — Я подожду, если он будет здесь через полчаса, даже если через час. Но если больше, то у меня просто не хватит времени.       — Зачем он тебе, собственно, нужен? — Поинтересовался Луи и дожидался моего ответа. Я не имела понятия, знает ли этот парень про тайну Зейна, ибо он упомянул, что не говорил об этом даже со своими близкими друзьями.       — Я хотела поговорить с ним, — мой ответ был краток. Я не собиралась раскрывать ему все карты, если он до сих пор не знает «маленький секрет» своего лучшего друга. Если же, Луи один из тех немногих, кому Зейн рассказал о своей проблеме, то, я думаю, он поймет меня с полуслова. — О тайне Зейна, — добавила я.       — Так он рассказал тебе? — Выражение лица парня резко поменялось. Улыбающийся Луи вмиг обратился в ошеломленного парня, который был удивлен услышанным словам. — Он почти никому не рассказывает про это.       Удивление Луи, на самом деле, небеспочвенно. Мы с Зейном знакомы от силы неделю, но он смог открыться мне и рассказать о том, что тревожит его. Либо я очень хороший журналист, способный выведать информацию у достаточно неболтливого человека, либо я просто хорошая «незнакомка», которой можно рассказать о том, что на душе и не переживать, что она будет думать в дальнейшем.       — Да, это всё странно: Зейн поделился со мной своим секретом, хотя знает меня совсем немного, а я хочу помочь ему, чего не обязана делать.       — Ты хочешь ему помочь? — Мои слова явно приводили парня в недоумение. Один лишь его голос явно намекал мне, что с каждым словом я преподносила ему сюрпризы. — Каким образом? — Поинтересовался он, отпивая воду из бутылки.       — Он сказал, что потерял боль на фоне психологической травмы, — начала я объяснять парню, сидевшему рядом, свой замысел. — Что если из-за такой же травмы он вновь обретет чувствительность?       — Я полагаю, ты шутишь, — усмехнулся Луи. — Ты, по всей видимости, правда не очень сообразительная, — добавил парень, кидая в мой адрес слова оскорбление. — Разве ты не думала, что второй раз может окончательно испортить психику Зейна?       Его вопрос глубоко сел у меня в голове. Возможно, я не продумала все детали этой затее прежде, чем озвучивать и делиться ею с кем-то посторонним. На самом деле, Луи прав, и во второй раз Зейна может ожидать совершенно неутешительные последствия. Однако, по словам самого Зейна, он готов пойти на что угодно, лишь бы вернуть себе былые ощущения.       — Я понимаю это, — ответила я, нарушая ту тишину, возникшую в помещении. — Но, что если всё сработает. Думаю, стоит рискнуть.