Магическое бессознательное

«Черт? Черт. Черт!» «Он такой милый, Гарри. Я даже имя ему придумала…» «Детка, как же все не вовремя!» Гарри деревянно сделал несколько шагов навстречу поднимающемуся мужчине, зацепился за одно из кресел ногой, но успел удержаться и добрался до стола. - Поттер? На вас напали? Волдеморт возродился? – серьезно, даже тревожно спросил Малфой. Он, наконец, полностью выпрямился, откладывая документ, в котором только что писал, и даже положил руку на палочку. - Нападение, - кивнул Гарри и запнулся, проглатывая привычно «Джинни» - мисс Уизли атаковал вампир, магозависимый, внешне напоминает амебу. - Amoebais. И вы его попытались уничтожить, - кивнул, расслабляясь Малфой. – Девушка мертва? Гарри даже приоткрыл рот от столь нелепого обвинения, как вдруг до него дошло: - Нет, сэр, Джинни жива. Пока. Я наложил на дом оградительные чары, не пропускающие никого, кроме меня, и дальше действовал в соответствии с инструкцией. Это, - он провел по лицу, - последствия усталости. - Сядьте. - Но… - Сядьте, я сказал. Если вампир не выпил ее сразу, то вероятность, что он это сделает в ближайшие несколько часов, невелика. Мне надо приготовить все необходимое для ритуала, что займет некоторое время. Мисс Уизли сейчас в… - Дома, на Гриммо, - Гарри помедлил, но все же сел. Люциус Малфой уже стоял около шкафа и вынимал из него небольшие коробки. - Мне понадобится помощь, вам придется выступить в качестве приманки. Вот выпейте, это энергетик, часов на шесть хватит. По завершении операции я напишу рапорт о вашем отстранении от дежурств на трое суток. Гарри с подозрением глянул на фиал перед своим носом. - Это из старых запасов, еще Северус готовил. - Вот и хорошо, - Малфой одобрительно кивнул, когда он одним махом проглотил содержимое. - При уничтожении Amoebais необходимо отвлечь тварь от выбранной жертвы, предложив «пищу», которая покажется вкуснее. Первый вариант – ловец или его помощник наносит себе рану. В вашем случае не самый удачный, дом Блэков - это фактически родовой артефакт и он может весьма радикально отреагировать на ваше ранение, вплоть до уничтожения всех присутствующих в доме. Второй способ – введение в транс, который чреват непредсказуемыми последствиями по той же причине, дому не понравится полная потеря самоконтроля наследником. - Вы говорите о доме как разумном существе, - нервно хмыкнул Гарри, с удовольствием поводя плечами, наслаждаясь звенящей легкостью в теле. Как же давно он уже не ощущал себя настолько живым. Не в этом веке, точно. Малфой равнодушно бросил на него взгляд. - При умелой настройке защитных чар можно добиться самых неожиданных результатов. Мастер Гэввидж, например, заложил принудительную аппарацию на ближайшую мусорную свалку тех гостей, которые портили в доме воздух. Оборотни весьма чувствительны к раздражающим ароматам. - А третий вариант? – невольно улыбнулся Гарри, с некоторым удивлением понимая, что с таким Малфоем можно иметь дело. Или, тут же нахмурился он, им умело манипулировали, подводя к нужному решению. - Остается последний вариант – секс. Сильное возбуждение временно блокирует волевой контроль, что и привлекает вампира. «А дому сексуально активный представитель рода только на пользу, наследники, однако…», - мелькнула ироничная мысль. - А… - Вам необходимо будет довести себя до оргазма, - мягко добавил маг. - Вполне достаточно будет, если вы воспользуетесь мастурбацией, - легко пояснил Малфой и тише добавил, - если, конечно, все еще хотите спасти мисс Уизли. Гарри потрясенно открыл рот. Закрыл его, с тоской поглядел в окно. - Я согласен. - Предлагаю на время операции называть друг друга по именам. Так легче… Гарри. - Люциус, - кивнул юноша. - Идем. Они покинули кабинет. На выходе из отдела Люциус остановился у стола дежурившего невыразимца и отдал какие-то указания. Около каминов Гарри напомнил, что полностью закрыл для перемещения камины, на что получил одобрительный кивок. На улице Малфой выудил из внутреннего кармана связку брелоков, и на удивленный взгляд Поттера пояснил, что это экстренные портключи. Один до дома Блэков. Нет, Волдеморту не стоило знать о столь незначительной мелочи. К чему Темному Лорду было забивать голову столь ненужными подробностями? В доме все оставалось по-прежнему. Джинни спала, подложив ладошку под щеку. А вот тварь переместилась ближе к краю дивана, лишь одним щупальцем касаясь оголенной ноги. Гарри рванул вперед, но был остановлен жестким: - Глупый мальчишка, эмоции ослабляют и провоцируют тварь на атаку, - прошипел Малфой. - Но Джинни, ее можно увести... - Вампир никого не подпустит к жертве. Твоя задача - отвлечь его на себя, а не спровоцировать на полное выпивание мисс Уизли, - выплюнул Малфой. - К лучшему, что она спит, тварь легче отпустит ее. И чем глубже сон, тем лучше. - Крепко, я наложил на Джинни Сонсопайро перед уходом. - Очень рискованный и необдуманный поступок, тварь могла отреагировать даже на ненаправленный поток магии. - Было бы лучше, если бы Джинни сломала шею при неудачном падении? – огрызнулся Гарри. За прошедшие месяцы он прочитал несколько книг на тему и понимал, что Малфой прав. Дракла ему в печенку! - Глядя на вас, я начинаю верить в существование богов. И это отнюдь не своенравная Фортуна, скорее добродушная и отзывчивая Аши, - шутливо снял повисшее в комнате напряжение мужчина, что-то ища глазами. - Удача? Удача! Это уже пятый случай, сэр. Считая от дневника Тома Реддла. Малфой высокомерно вздернул бровь, мгновенно утрачивая маску добродушия. - Мы позже обсудим историю с дневником, Гарри. И, на вашем месте, я не стал бы ждать оправданий. - Что мы должны сделать? – буркнул он, принимая упрек. Не время для пустых споров. - Отдать мне под ритуал ближайшую комнату. В качестве ловушки выбрали ближайшую спальню первого этажа. Уменьшили и убрали мебель. Люциус, отказавшись от помощи, занялся подготовкой. Он лихо расчертил две меловых пентаграммы – одну маленькую, в центре комнаты, а вторую большую вовне, чьи лучи буквально упирались в стены. На концах обеих расположил кристаллы. Заметив заинтересованный взгляд Гарри, пояснил – внутренняя пентаграмма сработает как положительный заряд, а внешняя как отрицательный, создав во внутреннем пространстве магический хаос. Это разрушит кристаллическую структуру твари, что фактически равноценно смерти. Самое важное - успеть, пока тварь находится между линиями. Глядя на деловито работающего Малфоя, Гарри поймал себя на мысли, что сейчас он ему совсем не напоминает высокомерного, раздражающего с первых мгновений знакомства «аристократа». И все же он не понимал, почему уничтожением вампиров занимаются исключительно невыразимцы или старые мастера в Мунго. - Несколько причин. Многие авроры не имеют необходимого уровня мастерства для проведения ритуала. Так, в этом ритуале мне надо одновременно контролировать двенадцать источников силы и окружающее пространство. Это предельная концентрация воли. Плюс, уничтожение тварей чаще проходит на территории магглов, которые значительно более легкая добыча для вампиров, авроры же ориентированы на взаимодействие с гражданами магического мира. Гарри прикусил губу, поняв, что задал вопрос вслух. Оставалось надеяться, что первую мысль он все же придержал при себе. Щеки загорелись румянцем, но вроде бы никто не плевался в него ядом за крамолу. Пронесло? - Почему маггловский мир? - Их больше, значит, найти потенциальную жертву легче. Вампиры селятся близ крупных поселений, воздействуя на всех, кто попадает в радиус действия зова. Если человек устойчив к внешним воздействиям, то он пройдет мимо твари, лишь краем глаза заметив тень на дороге. Жертва же увидит несчастного котенка, щенка, ребенка и возьмет на руки. - Я полагал, что к Джинни их привлекает нестабильность магии, - нахмурился Гарри. Нет, то, что «жертва» должна обладать некоторым набором качеств, он знал, только не считал приоритетом Малфой стряхнул с рук мел: - Только слабая воля, Гарри и готовность стать блюдом для вампира. Министерство отслеживает смертность в маггловском мире. Если в определенный период превышается норма на пятнадцать процентов, то невыразимцы проводят облавы. Ориентируясь на маггловские больницы. Особенно те, которые имеют отношение к психическим заболеваниям. - Джинни не сумасшедшая, - вскинулся Гарри. - Конечно, нет, - кивнул Малфой, - только вот жить она не хочет. Пять случаев - это показатель. Гарри подозрительно взглянул на него, но тот уже снова склонился над своими коробочками. - Готово, раздевайся. Рубашку можно оставить. - Здесь?! – спросил с ужасом Гарри, чувствуя, как волосы на теле становятся дыбом. Люциус покосился на него и саркастично бросил: - Нет, можешь аппарировать в Лондон. Полыхали уже не только щеки. Ему казалось, что кровь прилила ко всем частям тела – полыхали даже пятки. И он даже не понимал, отчего больше - от смущения или чувства собственной глупости. Развернувшись, он неуклюже стал снимать с себя одежду, невольно медля. Мантия, проследить глазами все швы заплатки, когда-то наложенной Джинни на прореху. Ни один Малфой не стал бы носить рваную одежду. Брюки, на которых уже можно ощутить пальцами комки, ботинки, носки… Их Гарри уже дня три таскал, а ведь Джинни положила на виду сегодня свежие. Вот засада мантикоры на клобкопуха! Петуния стирала вещи племянника крайне редко, а сам он тратил драгоценные минуты допуска в ванную только на мытье, в Хогвартсе за этим вовсе следили домовики. Джинни пыталась приучить его, но вяло – жизнь с кучей братьев научила ее сквозь пальцы смотреть на мелкие и не очень огрехи во внешнем виде. Оставшись в одной рубашке, он невольно переминался с одной ноги на другую, поджимая пальцы. Холод мазнул ледяными пальцами по скукожившемуся члену и мошонке. Люциус уже встал в центре пентаграмм и терпеливо ожидал завершения процесса. - Можно подумать, тебе не приходилось с другими ребятами мыться в душевых. - Мыться – главное слово, - пробормотал Гарри. Он опустил голову и, буквально, заставил себя положить руку на свой вялый член. Маленький-то какой. Сморчок. Вздрогнув от неприятных ощущений, он невольно покосился на Малфоя. Нет, надо было рассмотреть второй вариант. Почему он такой идиот?! - Горе ты, луковое. Люциус трагически вздохнул, встал вплотную к нему и положил свою руку поверх его. Вторая обвилась вокруг талии. Сильная и на удивление теплая. Человеческая. И почему он был уверен, что Малфои холодны как ледышки? - Первую охоту на вампиров я с Северусом устраивал. Палочка ему не понадобилась, чтобы кинуть в меня сгусток огня на предложение раздеться. Пришлось самому роль соблазнителя примерять. Я в отместку представлял, как связал этого ханжу и долго готовил к соитию. Языком, - интимным шепотом добавил он, - вылизывал ему звездочку ануса, целовал острые лопатки, собирал его сальные волосы в кулак. Надеюсь, он не читал мои мысли, с него сталось бы. И сколько в голосе Малфоя было нежности с ноткой горечи и какой-то непримиримости с судьбой. Невольное понимание, что рядом в общем-то такой же человек, примирило Гарри с ситуацией. Малфой и Малфой. Рафинированный, привыкший к угодливому поведению, и не думающий есть ли лишний кнат в кармане. И своими воспоминаниями. О хорошем и плохом. Такой же человек, как и все. - Могу дать афродизиак. Только у него побочный эффект – магия становится нестабильной, - вдруг предложил… Люциус. - Обойдусь, - буркнул он. - Тшш, - и Малфой дунул ему в затылок. Легонько так, и… кажется, ткнулся туда носом, порождая массу мурашек. Рука, что все еще лежала на талии, легонько погладила живот, посылая вглубь искры будущего пожара. - Пару минут ты побудешь моей маленькой шлюшкой, а, Поттер? - тихо засмеялся он. - Мечтаешь о покорном твоей воле герое, - съехидничал Гарри, невольно опираясь на мужчину. Расслабляясь. - О, да, сколько перспектив. Подчинить, нагнуть. Надеть на твой член ограничитель, чтобы ты не смог кончить без моего разрешения. Испробовать на вкус маленькие соски, что будут топорщиться в ожидании ласки. Прикусить кожу на ключице. Грубо вогнать сразу два пальца в неразработанную дырку, заставляя кричать от боли и чувства принадлежности. И когда ты бы уже выл от боли, смешанной с наслаждением, медленно вставил. Я бы трахал тебя, как суку, а потом заставил слизывать сперму языком… И Люциус выполнял угрозы – щекотал языком шею, прикусывал кожу, щипал соски. Гарри уже давно убрал свою руку, позволяя Малфою энергично водить по вставшему члену. Накатывавшее на него приливными волнами возбуждение странно влияло на зрение, линии пентаграммы на полу двоились, а появившаяся на пороге тень казалась смутно знакомой. И очень важной. Да, неплохо было бы, чтобы она подошла поближе. Дааа… Тень сделала неуверенный шаг вперед. Еще один. Пересекла первую уже строенную черту. Малфой резко на гортанном языке выкрикнул несколько фраз и камни на краях пентаграммы вспыхнули. Внутри линий схлестнулись две волны – синяя и красная. Раздался дикий визг и Гарри, не выдерживая, зажал уши. А тень металась, меняла очертания и выла. Не желая больше слушать, он выпустил свою магию наружу, подпитывая камни собственной Силой. Пространство между линиями залило белым светом и вдруг все опало. Твари больше не существовало, лишь темное пятно на полу напоминало об ее существовании. - Чтоб тебя, Поттер, - выдал Люциус и добавил витиеватую фразу, которую тот уже не расслышал, его собственный мир взорвался фейерверком.