Я буду для тебя всем!

Кто умер, тот уже не будет По свету белому ходить, Ты не пытайся возвратить Иначе жизни свет качнется, Закрутиться, как вихрь, шторм. Ты потеряешь всех и разом И осознание придет, Когда не будет больше шанса Прощенья своего просить. Попробуешь богов молить, И не дождешься ты ответа, Ведь все кристаллы сломаны. Погасли жизни фонари. И гаснет свет твоей эпохи, Прощай мой милый рай и ад. Я не вернусь тебе, ей-богу, Забудь меня как я тебя. И потерявший жизни смысл Сойдет с ума от горести. Пытаясь возвратить былое Умрет от собственной тоски. История рассказывает о сошедшем с ума от потери возлюбленной вампире-отшельнике. Один из первородных, ученый, пытавшийся вернуть свою любовь, убив при этом почти половину из нашей расы. Ему как-то удалось сохранить тело девушки в состоянии комы и поддерживать в ней жизнь без кристалла на протяжении многих лет. Он убивал первородных и забирал их кристаллы, чтоб попытаться вернуть свою возлюбленную, только у него ничего не получалось. Они не приживались и погибали. А он пытался снова и снова. Убивал слабых и сильных, пытаясь подобрать правильный. Так проходили годы, десятки лет, а он все пытался и вот, когда он почти сдался, к нему пришла ужасающая для нас и гениальная для него идея. Только родственная душа может возродить душу. Единственной родственницей погибающей девушки была ее дочь. И его совсем не смущало то, что он знал этого ребенка с пеленок и ухаживал за ней, как за своей родной кровью. Он убил ее и отдал ее кристалл своей возлюбленной, и тот выжил. Радости вампира не было придела, когда после года подпитки он, все-таки, разбудил свою возлюбленную. И все было хорошо, только, узнав, каким образом он это совершил, скольких он погубил, она от него ушла, а когда попыталась разыскать свою дочь, и узнала всю правду, сошла с ума и покончила жизнь самоубийством. Он погиб вслед за ней. Ужасная история любви. Последнее, что показала мне книга, была надпись, уже знакомая мне: «Мой кристалл породит в тебе новое пламя». Теперь мне стал понятен смысл этих слов. По коридору раздались хлопки и тихий смех. — А ты молодец, малышка, смогла разгадать загадку этой книги. Я оторвалась от уже прекратившей мерцать разными картинками книги и уставилась на дядю. История, все еще, всплывала в моей голове, а вместе с ней ужасные догадки. Я сделала шаг назад и еще один. — Вижу, ты делаешь выводы, молодец. Не может быть. Этого просто не может быть! Я рванула с места, завернув в ту самую дыру, которую пробил Айдо. Сзади раздался взрыв, видимо, дядя опять выпустил волну, только не успел меня задеть. Я оказалась в одной из гостевых комнат и, чтобы попасть в залу мне нужно или вернуться обратно в коридор, или срезать, выпрыгнув в окно. Там пробежаться по саду и запрыгнуть в окно залы. Второй вариант мне нравится больше. Так меньше шансов быть схваченной. Я не теряла и секунды, просто следовала еще не до конца продуманному плану в голове и бежала. Книгу плотно прижимала к груди, будто это что-то очень важное. Если то, о чем я думаю, правда, то мне живой не выйти. Об остальных пунктах жуткого плана моего дяди я старалась не думать, потому что, очень легко поддаться эмоциям, при мысли, что моя мама может быть еще жива. Сад пробежала за какие-то пару секунд и вот, заветное окно разлетается вдребезги под тяжестью моего тела и я, кубарем, прокатываюсь по полу большой комнаты. Отдышка такая, как после марафона. Вставать совсем не хочется, да и сил нет, а надо, если жить хочу. — Это было эффектно. Я подорвалась, просто взлетела на ноги. За последний час я стала настолько дерганной, что даже страшно. На меня смотрели множество глаз. Какие-то были мне знакомы, какие-то я видела впервые, но, я понимала, что они мне не враги. Правда, не было времени обмениваться приветствиями и знакомиться со всеми. Я чувствовала, что Дастан на подходе. Махнув рукой, сообщила всем о приближении главной жертвы. Вампиры сразу сосредоточились и напряглись. Айдо, Канаме и остальные аристократы были уже тут, только, я не могла найти моего главного помощника. Где, черт возьми, Оппий?!