Марксон Шоу

Конечно, нельзя сказать, что Марк боится высоты. Подобная формулировка по отношению к «летающему члену» группы настолько же кощунственна, как факт, что Джексон не умеет петь. Опять же, нельзя утверждать, что Марк не любит скорость. Будучи подростком, он периодически угонял у отца машину (с разрешения самого отца, разумеется), чтобы погонять по прериям с друзьями, даже не имея прав. Ведь каждый второй американский подросток просто обязан такое сделать. Это все равно, что есть острую пищу как мороженое, если ты таец вроде Бэмбэма. У каждой нации свои причуды. Но сидя в вагончике американских горок рядом с отбивающим чечетку зубами от страха Джексоном, Марк сам невольно начинал волноваться. Потому что Джексон не умел делать в одиночку что-либо. По доброй воле Марк его сюда бы ни за что не потащил, ибо прекрасно помнил съемки телешоу, где Джексон судорожно цеплялся за его руку, едва не отрывая ее к чертям. Но проигрыш есть проигрыш. И в том, что Ван не умеет играть в азартные игры, виноват только Ван. А Марк… он лучший друг, он всегда огребает столько же, даже если просто молчит. Да и если бы его не заставляли, он все равно бы помогал Джексону, потому что тот ему безумно нравился. А подобные совместные переживания позволяли стать ближе хотя бы в духовном плане, и это безумно нравилось Туану. Он всегда старался оказаться рядом в трудную для Вана минуту. Вот и сейчас, проспорив, Джексон ждал своей участи, а Марк был рядом, как бесплатное приложение. Что-то вроде страховочного троса или голоса разума в наполненной паникой голове друга. Когда до старта осталась минута, Марк истерично похихикивал, отбивая дробь ногами, пока Джексон до онемения сжал его собственную конечность. Наконец поезд медленно тронулся с места. Ван что-то придушенно пискнул и затих, Туан покосился в его сторону, опасаясь увидеть тело друга уже в полуобморочном состоянии, но тот пока держался. Поезд начал медленно подниматься вверх почти под прямым углом, заставляя внутренности скручивать от ожидаемых последующих ощущений. Туан уже смирился с будущими синяками на руке от хватки Джексона и даже испытал удовольствие от осознания факта собственной мужественности в данной ситуации. Так уж сложилось, что Марка банально задолбало видеть себя в постах фанатов, как исключительно флегматичную жену Джексона, иногда превращающуюся в игриво-сексуально-милое существо с тонкой душевной организацией. Но единственное, что в нем было тонкого, точнее, тощего – это он сам, эдакое ходячее пособие по анатомии, на котором можно изучать все поверхностные мышцы, ни больше, ни меньше. Склад ума же он имел исключительно мужской, (не считая, конечно же, мыслей о Ване, срывающихся порой на чисто фангерлические) поэтому сейчас, сидя рядом с по-тихому психующим Джексоном, он наслаждался своим превосходством. Наконец, поезд дополз до пика, и Ван побледнел еще больше, хотя, казалось бы, куда еще? Почувствовав возрастающий страх, Марк переплел свои пальцы с влажными холодными пальцами Джексона и крепко сжал его ладонь. - Если ты не грохнешься сейчас в обморок, я куплю тебе мороженое, - быстро прошептал он, и в тот же момент воздух выбило из его легких: поезд рванул вниз. Казалось, что они не едут, а падают на огромной скорости, не имея возможности нормально вдохнуть и куда-то деться. Но подобные развлечения заставляли адреналин гулять по крови, а Марка – счастливо вопить и жмуриться. Джексон рядом тоже не сидел спокойно: он верещал не хуже виверны, а немного отстающая скорость звука обеспечивала его душераздирающими воплями людей много позади. Но дальше было больше: парней нещадно бросало из стороны в сторону на крутых поворотах, снова поднимало и опускало, а на «мертвой петле» Марк откровенно боялся за обессиленного Джексона, смиренно свисающего вверх тормашками на огромной высоте. Когда этот ад закончился, на дрожащих ногах парни выбрались из вагона. Марк не переставая смеялся, опираясь на полуживого Джексона, едва передвигающего ноги. Получив фотки как доказательство для мемберов, они двинулись в сторону кафе в центре парка аттракционов. - Теперь ты не отвертишься, Туан, - хрипел Джексон, опираясь на руку друга. – Я отомщу тебе. Марк аж остановился от неожиданности: - Мне?! – он ткнул в себя пальцем. – По-моему, без меня ты бы давно коньки отбросил. - Без тебя я бы сюда не попал! – Джексон выдернул руку и зашагал самостоятельно. Туан метнулся следом, заглядывая в хмурое лицо друга: - Что ты имеешь в виду? - Да не притворяйся, что ничего не знаешь! Так и знал, что у Бэмбэма язык слишком длинный… - Да о чем ты?! – Марк повысил голос. Джексон резко остановился и повернулся к нему лицом: - Еще скажи, что не знал о моей далеко недружеской симпатии к тебе, и пошел сюда из чистого благородства! - Да заставили меня! И вообще… - Марка запнулся. – Что ты сказал? Какой симпатии? - Эм-м… - Джексон как-то сразу стушевался и провел рукой по затылку, соображая, что друг абсолютно искренен в своем удивлении. – Ну, ты бы все равно узнал, так что… Кгхм. Ты знаешь теперь. Думай, что хочешь, мне все равно. Он быстро отвернулся и пошел дальше. Марк снова нагнал его и, решительно повернув к себе, вкрадчиво спросил: - А если я скажу, что чувствую то же самое, ты не будешь обижаться? И что парни уже давно хотят меня с тобой наконец свести? И что только ты играл честно? Ван потрясенно молчал, а Туан продолжил: - Я единственный из них, кто способен терпеть твой несносный характер, который мне даже нравится. Единственный, кого умиляют твои проделки и дурацкие шутки. Меня даже психом обозвали из-за этого, - он радостно рассмеялся. Джексон облегченно и немного растерянно рассмеялся в ответ, но тут же снова посерьезнел: - Но я тебя все равно не прощу… - видя растерянность на лице Марка, он ехидно добавил: - Пока ты не купишь мне мороженное, плюшевого мишку в том тире и воздушный шарик, - он капризно выпятил нижнюю губу. Туан широко улыбнулся: - Ладно, я все сделаю при условии, что ты сходишь со мной в комнату страха. Видя мрачнеющего с каждой секундой Джексона, он мысленно поздравил себя с победой и фактом доминирования в их паре. Ведь кто будет защищать Джексона Вана от выпрыгивающих из темноты чудовищ и слушать его пронзительные вскрики? Конечно же мужественный Марк Туан, «летающий член» группы.