Добро пожаловать в любовь.

— Киоссе, дебилоид, хоть тапки надень, бля!!! — Тёма, как всегда, очень ласковый. Я сунул ноги в тапочки, едва не перейдя на матерную терминологию. В конце концов, это НЕ Я разбудил его в СЕМЬ УТРА В ВОСКРЕСЕНЬЕ!!! — «Он куда тебя ведёт???» — мой внутренний голос проснулся всего на полминуты позже меня. — Без понятия, — пробурчал я. Куда бы мой Возлюбленный сейчас меня ни вёл, родная кровать мне всё равно милее. — Ко всем твоим недостаткам ты ещё и сам с собой разговариваешь, — буркнул Артём. Я зевнул и поправил одеяло, которым так старательно укутался. Мне всё равно, если он подумает, что я ненормальный. Скоро он влюбится в меня и любить будет ВСЕГДА, ВО ВСЕХ ОБЛИЧИЯХ И СО ВСЕМИ СТРАННОСТЯМИ!!! — Проходи, — он открыл дверь, пропуская меня на кухню. — Что это??? — я не смог удержать улыбки. Утро. Кухня. Пиндюра. Я в одеяле. Еда и что-то, завёрнутое в бумагу. НИХЕРА НЕ ПОНИМАЮ! — Я проснулся и совершенно случайно вспомнил, что сегодня, Первого марта, празднуется День Кошек. Так что… с твоим днём, Киса!       Я подошёл к столу. БОЖЕСТВЕННЫЕ Тёмины блины, пирожные… — Блинчики ты тоже СЛУЧАЙНО пожарил!? — поинтересовался я, почувствовав, как щёки начинают болеть от излишне широкой улыбки. — Ага. Шёл на кухню за творожком, а блины сами собой… — впервые вижу, чтобы Артём нёс АБСОЛЮТНУЮ АХИНЕЮ с серьёзным лицом. Ну-ну, СДЕЛАЕМ ВИД, что я поверил!!!       А на душе стало тепло и светло, как в Раю. Он же наверняка встал не позже ПЯТИ, МАТЬ ИХ В ЖОПУ, УТРА, чтобы всё это сделать ДЛЯ МЕНЯ!!! НУ РАЗВЕ МОЖНО ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА НЕ ЛЮБИТЬ!?       Я тут же отплатил ему за это сковывающими объятиями. Потому что МОГУ, потому что ХОЧУ!!! — Давай, Кис, — он протянул мне чашку с кофе, — Ты в последнее время какой-то напряжённый и усталый, не такой, как прежде.       А какой я был РАНЬШЕ???

***

      Месяц выдался несладким. Новая песня — событие, конечно, радостное и для нас, и для фанатов, но РАБОТА над ней велась чуть ли не КРУГЛОСУТОЧНО! Если честно, иногда даже хотелось НЕ ВЫПУСКАТЬ её вообще, потому что все мы, казалось, пахали сто лет в неделю. Но я видел, как загорелся Влад, как старается Толик. Да Артём ради рэпа на эту песню приехал ко мне ИЗ ДРУГОЙ СТРАНЫ!       Дату релиза «Дай мне» мы выбрали интересную: тринадцатое марта, как раз ПОСЕРЕДИНЕ между нашими с Тёмой днями Рождения. Бандиты были в восторге, но нашлись и такие, которые упрекнули меня в том, что я бесстыдно СПЛАГИАТИЛ музыку!!! — Константин Шотаевич, может, приписать: «Любое существующее совпадение — ПРОСТО СОВПАДЕНИЕ»??? — спросил я его. — Да ладно тебе, не переживай, — улыбнулась мне Вера Брежнева, — А песня у тебя очень классная, мне понравилась.       Я чувствую, что краснею. ПРИЯТНО ЖЕ!!! — Да и все вы, ребята, такие хорошие, такие дружные… Как группа «БиС»! — продолжала Вера. Константин как-то ВЫЖАТО улыбнулся и возразил: — Нет. В-второй группы «БиС» нам не нужно.       Почему? Я не знал ответа. Я знал, что «БиС» — первый бойз-бэнд Константина, который он продюсировал до нас. В нашем репертуаре есть их песня «Нет, нет, нет». Интересно, по какой причине Константин порвал со своими прежними подопечными???       Мне стало любопытно и, не теряя времени, я полез в Интернет. Слушал их песни, смотрел видео, читал их интервью и ФАНФИКИ про них. Честно-то говоря, изучение «БиС» отвлекало меня от МОИХ переживаний. Хоть Тёма и сказал, что валентинка для Рамма — это прикол, хоть у Толика тоже нашлась такая же, я прямо ЧУВСТВУЮ: что-то НЕ ТАК!!! Артём относится к Владу ГОРАЗДО бережнее, чем ко мне!!! ДАЖЕ НЕ СТЕБЁТ ЕГО! И вообще, я ощущаю, что после того Дня Святого Валентина помимо меня и моего внутреннего голоса в моём теле поселилось что-то ТРЕТЬЕ. И это третье указывает мне на те взгляды и жесты этой парочки, которые я ДАЖЕ НЕ ЗАМЕЧАЛ ранее. Оно сидит внутри, гноится и НАРЫВАЕТ, как иголка или заноза. Я не нахожу покоя.       Даже сейчас, в «Velvet Music» на виду у всех, Влад кладёт свои грабли на плечи Тёмы. МОЕГО ТЁМЫ!!! Сука, ещё раз дотронется — я ему КОЕ-ЧТО в узел скручу!!! — «Чтоб тебя пассивом в слэшный фанфик засунули!!!» — мысленно прошипел я самую страшную свою угрозу. — Т-толя, Н-никита, останьтесь. Мне нужно с вами кое-что обсудить. Артём, В-влад, до свидания, — произнёс наш продюсер.       Я смотрел вслед своему возлюбленному. — П-первым делом вы кое-что должны понять, — Костя в кресле наклонился вперёд, поближе к нам, — В-вам следует п-прекратить это гейство. — В СМЫСЛЕ??? — я ошалел от ТАКИХ-ТО заявлений! Мой внутренний зараза громко проматерился. — П-прекратите так явно увиваться за Артёмом и Владом. — С чего у вас возникли такие мысли??? — Толя впервые решился подать голос. — Я всё-таки ваш пр-продюсер, н-наблюдаю за вами. И я вижу… Вижу Н-никиту, который чуть ли ни висит на Пиндюре, Толю, который т-тихо и покорно делает всё, что попросит Влад. Сам Тёма… Н-не знаю, что им движет, но Киоссе им как хочет, так и р-рулит!!! А Рамм только не м-молится на Толика. И к-как это н-называется? — «Крепкая мужская дружба»? — подсказал Цой. На что продюсер только хмыкнул: — Н-ну да. Что это за ДРУЖБА такая, я отлично знаю! Ваша «дружба» смахивает на несколько другие отношения. Нетрадиционные. — Тогда почему вы говорите об этом только с нами двумя? — не вытерпел я. — П-по вам больше видно. — Константин, я уверяю вас: вы ошибаетесь, — Толик казался уверенным и хладнокровным. Я надеялся на него, потому что сам не мог похвастаться таким умением держать эмоции под контролем. — Ошибаюсь? — мы с Анатолием поспешно кивнули, почти синхронно, — В-вот и хорошо, — на лице продюсера широкая улыбка, — Т-так даже лучше. Вот и в-всё, что я, с-собственно, хотел узнать. — Тогда нам пора, — я сидел в кресле, каждую секунду готовый сорваться с него. Хотелось поскорее уйти от этого испытывающего взгляда Меладзе.

***

      Чем больше я изучал творчество группы «БиС», тем больше ОХУЕВАЛ от того, что узнавал. То, что группа распалась, находясь на пике успеха — ещё не самое таинственное. Никто не в силах назвать ИСТИННУЮ причину распада, а классическое «Не сошлись характерами», согласитесь, звучит ГЛУПО.       «БиС» появились почти КАК МЫ — на реалити-шоу «Фабрика Звёзд». Новая группа заняла третье место на «Фабрике» но стала, пожалуй, популярнее победительницы — Анастасии Приходько. Выпуская хит за хитом, бойз-бенд просуществовал три года. В две тысячи десятом году в апреле разразился скандал: поползли слухи о РАСПАДЕ. Бикбаев и Соколовский успокоили своих поклонников. Но уже в июне группа официально распалась.       Дальше — внешность. Под конец существования бойз-бэнда Бикбаев и Соколовский выглядели уже прекрасно. А что было НА САМОЙ ФАБРИКЕ ЗВЁЗД! Свят, увидев их такими, какими они были в 2007 году, осел на пол: — Ёб твою мать, лучше бы они девушками родились.       А я думаю, что не лучше. Потому что самым странным, непонятным и спорным были ОТНОШЕНИЯ между Димой Бикбаевым и Владом Соколовским. То, как они были привязаны друг к другу, постоянно обнимались и говорили неоднозначные вещи. К примеру: « — Я — акселерат. Три класса образования, кол по русскому, — шутит шестнадцатилетний Соколовский, сидя рядом со своим будущим одногруппником. — Я бы не общался с менее идеальным человеком, чем я! — Дима выглядит полным чувства собственного достоинства, но по тону голоса понятно: он не всерьёз. — Вот это ближе к правде, — кивнул головой Влад, — Как ты себя любишь! КАК ТЫ СЕБЯ ЛЮБИШЬ! — он погладил ладонью блондинистые волосы друга. — Сказать тебе, как Курпатов?.. — нам уже не узнать, что недоговорил Дима, потому что его младший товарищ перебил его: — Знаешь что, Курпатов, — Влад встал и с вызовом продолжил: — ТЕБЯ на этом свете любят только ТРИ человека! — Кто? — ПАПА, МАМА и Я! — чётко проговорив каждое слово, Соколовский ушёл: ТИПА обиделся. — А тебя на этом свете, так, как я, не любит никто, — спокойно бросил в спину уходящему Дима. — Докажи это, — донеслось откуда-то, где камера «Фабрики Звёзд» уже не снимала. — Подарок за тридцать тысяч тебя устроит? — со смешком выкрикнул Бикбаев, а тише продолжил: — Тысячу долларов извожу, ну да ладно… — ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ МАТЕРИАЛЬНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ! — орал Влад, умудряясь при этом громко ржать. — Я подарю тебе машину когда-нибудь! — Вот «КОГДА-НИБУДЬ» и поговорим! — Сволочь!»       Степанов, ОПЯТЬ-ТАКИ, наблюдавший над тем, что произошло много лет назад, вместе со мной, опять выразился: — Да по сравнению С НИМИ, мы с тобой ещё супер-натуралы!!!       Я хихикнул. Ни «супер», ни, ТЕМ БОЛЕЕ, «натуралы» с мужиками НЕ СПЯТ!!!       А уже после начала сольной карьеры Соколовский перестал общаться со своим «ЛУЧШИМ ДРУГОМ».

***

      Ничто так не бесит меня, как ВСЁ! Обвинения в плагиате, полное отсутствие проды к любимому фанфику, шкаф-купе, заказанный «Мамочкой»-Цоем, который, МАТЬ ЕГО В ЖОПУ, нужно будет когда-нибудь собрать. Но самый хардкор — то, что мой любимый человек не ладит с моим другом. — Я пойду. Меня уже достали эти два клоуна, — Артём ушёл. «Два клоуна» — это, если что, про нас со Святом.       Толя с Владом переглянулись и, не сказав НИ СЛОВА, тоже ушли из дома. Поучиться бы нам с Тёмой их умению читать мысли друг друга!!! — Ну и в жопу его, — Свят был не зол, скорее, обижен. Он быстро пошёл в нашу с Артёмом спальню. Я последовал за ним. Уж я-то знаю, что минут через ПЯТЬ он будет ржать, как гражданин психушки. — Бесит Пиндюра. А ещё он сказал мне, что я похож на огородное чучело! — пожаловался блондин, по-детски выпячивая нижнюю губу. — Не верь ему, он врёт, — я ободряюще трепал соломенные волосы. Вот кто, а Степанов на пугало СОВСЕМ не похож.       От моих слов он даже повеселел СЛЕГКА. Когда Святослав Степанов грустит, главное — НЕ ОСТАВЛЯТЬ ЕГО В ТАКОМ СОСТОЯНИИ! Иначе он может целую неделю проходить капризный, злой и троллить будет всё, что только движется. Причём, важно не сдаваться, когда пробуешь вернуть его в чувство, потому что поначалу он будет обижаться и всячески отмахиваться от тебя — из чистой ВРЕДНОСТИ, разумеется.       На самом деле, Свят противничает только для вида. Нужно просто знать к нему подход и пытаться его исправить. Я сумел убедить своего блондинистого друга в том, что не надо так обидно шутить над Костей Черкасом, в том, что вежливость даст ему больше, чем лишние обиды и ссоры. Много трудов и сил ушло на то, чтобы объяснить ему, что если другой человек думает иначе, это не значит, что он упоролся. Я-то, конечно, против того, чтобы ДЕТИ детей воспитывали, но, кажется, я неплохо на него влияю. Почти… — Киса, ты просто лох, — подытожил он. Ну а я-то что!? Я, несмотря на всю свою гениальность, компьютером владею ровно как и большинство: на уровне зависания в социальных сетях и компьютерных игр. Не знаю, что я нажал, но ноутбук начал подглючивать. — Я не лох, я — гениальный взломщик Пентагона, — ответил я, перебирая все кнопки подряд. — Ну-ну. Если взломаешь — зови, — подкол засчитан. Степанов лёг на нашу с Тёмой кровать.       Уж и не знаю как, но я сумел заставить ноут заработать. И сразу же позвал Святослава читать фанфики: ему это почему-то нравится.       Не густо. Только ТРИ новых!!! Первый мне не понравился: что это ещё за розовый ахтунг!? Второй… Блин, не бечено да и вообще — порнушка. А вот последний… Мммм! И бечено, и, к слову, КАЧЕСТВЕННАЯ порнушка!!! — Ничё так ты бодрый! — офигевал я от сюжета, — Мы с тобой всего день знакомы, а ты меня уже в кровать тянешь!!! — Глупый, это же только фанфик, — лицо моего белобрысого друга приняло какое-то трудночитаемое лирическое выражение. — А в жизни что? — хмыкнул я. — А в жизни… — эти слова он прохрипел, и как только я догадался, ЧТО должно последовать дальше, он уже нацелился меня поцеловать! Я мгновенно отвернулся, и он мазнул губами по моему виску.       Я отстранился, стал буровить взглядом постель. — Прости, — ответил, так и не подняв на него глаз, — Поцелуи — это сокровища. И у меня уже есть, для кого их беречь. — Тёма. Я знаю. Ты ещё на «Хочу к Меладзе» искал с ним общения. Ближе был ко мне, но НА НЕГО смотрел с таким интересом, восхищением… А меня это раздражало, — Святослав изо всех сил пытался казаться спокойным. Но я по себе ЗНАЮ, что он испытывает. В груди образовалась странная, тягучая тоска. ПОЧЕМУ ОН МОЛЧАЛ??? Но, если бы он признался мне раньше, ЧТО БЫ ИЗМЕНИЛОСЬ!? Я виноват перед ним, но всё, что я могу, это вновь сказать ему — Прости. — Я надеялся, что тоже тебе понравился. Я бы не целовал тебя, если б знал всё заранее… — Прости меня. ПРОСТИ, СЛЫШИШЬ!? — как заведённый повторял я.       Выдохнул и, наконец, решился посмотреть ему в лицо. — Ничего, — он улыбался, но то была улыбка человека, которому вышибли из лёгких ВЕСЬ кислород, — На любовь не всегда можно ответить любовью. Сердцу ведь не прикажешь, да? — Свят, я… — Я буду реже приходить, хорошо? — он снова, так по-Святски, хлопнул меня по плечу и встал с кровати. Я выбежал за ним в коридор. — Не нужно так, я всегда буду рад тебя видеть, — я боюсь, что если он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО станет редким гостем в нашем доме, я могу потерять своего вредного блондинистого друга НАВСЕГДА. — Так мне будет легче пережить твой отказ. Теперь я хотя бы чётко знаю, что ты любишь меня, но НЕ ТАК. Несмотря ни на что, я рад, что я тебе дорог. Что ты не отшил меня грубо, а обошёлся со мной очень по-джентельменски. Пожалуйста, только не волнуйся обо мне. Я тебя разлюблю, и стану самым лучшим твоим другом. Как раньше. Я желаю тебе удачи, — его улыбка теперь была искренней. Я не мог опустить его без объятий. — Спасибо тебе. Я тобой горжусь. И пусть ты ведёшь себя порой, как сучечка, — Свят на эту мою реплику только закатил глаза, — Пожалуйста, будь счастлив. — О, ну раз ТЫ так говоришь… Ладно, прости, — он примирительно пожал мою ладонь, — Не беспокойся обо мне. В том, что так произошло, нет твоей вины. Поэтому ты не должен из-за этого страдать. Ты — молодец, не целуйся с кем попало! Поцелуи — это сокровища… Растёшь, ребёнок!!! — вымученно усмехнулся он, бледная ладонь потрепала мои волосы.       Улыбается… Знаете, я люблю испытывать ВОРОХ эмоций. Причём, особенно, РАЗНЫХ! Но улыбка моего самого близкого друга в то время, как его ЯВНО ломает от убийственной безнадёжности, ранит меня.       Дверь хлопнула.       Ноги понесли меня на кровать. Стало почему-то ГОРЬКО и БОЛЬНО. — Я правильно поступил? — «Успокойся. Он прав. Ты перед ним ни в чём не виноват», — шептал внутренний голос. — ЗАВАЛИСЬ, БЛЯДЬ!!! — не сдержался я, — Я виноват, по крайней мере, в том, что МОГ хотя бы попытаться ответить на его чувства. Но я этого НЕ СДЕЛАЛ!!! — «Не ори. И имей хотя бы каплю уважения к своему другу. Степанов, несмотря на все его недостатки, не заслужил того, чтобы его просто ТЕРПЕЛИ».       Это правда. Он мечтал о том, чтобы его ЛЮБИЛИ. Меньше всего я желал несчастья ЕМУ. Просто неизвестно, что более жестоко: отвергнуть его или оставаться с ним, не любя.       А что до меня… Быть с нелюбимым — самого себя не уважать. Вот поэтому я, пожалуй, и отказал ему: ДОХЕРА гордый.       Если бы я согласился встречаться с ним, я бы сделал несчастными ЧЕТВЕРЫХ: его, себя, МОЮ настоящую любовь и человека, который ПОЛЮБИЛ бы его. А ещё ПРЕДАЛ бы свои чувства к Пиндюре. Как подумаю о том, что буду целовать других, любя его — жить неохота.       Я не мог иначе. Если нам с Артёмом не быть вместе, я уж лучше останусь одиноким на всю оставшуюся жизнь.

***

— Я один так и не понял, ЗАЧЕМ НАМ ЭТОТ ШКАФ!? — вопрос получился чисто риторическим. После стольких дней лени, мы наконец-то решили его собрать. Сами, конечно же, всё-таки целых ЧЕТЫРЕ мужика в доме!!! Применив весь набор инструментов и матов, разделили обязанности: Толик собирал стеклянную дверь, я должен был соединить детали замка и присобачить его всё к той же двери, а основной каркас — Артём и Влад. При этом Рамзес бросал на моего Тёму такие СЛАДКИЕ взгляды, что мне непременно захотелось угостить его чем-нибудь кислым. Вот только этот засранец безума от лимонов! Обидно, пиздец!!! — Киоссе, ты какой-то гиперактивный в последнее время. У вас с Настей всё так серьёзно? — между делом спросил Рамм. — ЧТО, БЛЯ??? — моя реакция была более чем искренней. — Миша часто видит вас вместе. Вот я и подумал… ДУМАЛ!? ВЛАД!? — Я влюблён. Это правда. Но не в Настю, — заявил я, прямо глядя на Артёма. Тот в это время сосредоточенно вкручивал очередную гайку. Он что, НЕ ПОНИМАЕТ моих намёков!? Я-то, конечно, не кричу о своей любви к нему НА КАЖДОМ УГЛУ, но и особого секрета из этого не делаю.       Но НИКТО не обратил внимания на этот взгляд.       А вообще-то, Влад прав. Я стал слишком часто истерить. Плохо, когда твоя судьба уже не в твоих руках. Становлюсь похож на девушку.       Как известно, у гениев и дураков мысли сходятся. Насчёт себя-то я не сомневаюсь: я — гений Никита Киоссе. А вот Рамм… — Мне нужно выбираться из депрессии. А то веду себя, как баба с яйцами! — психанул он. — «Много он знает о бабах-то! — возмутился мой внутренний голос, — Да они ходят на двадцатисантиметровых каблуках, тащат до дома по три пакета с продуктами, работают и воспитывают детей!!! И среди них находятся и такие, которые не жалуются!» — «Ты защищаешь женщин… ОХ ТЫ Ж ЁБ ТВОЮ МАТЬ, мой внутренний голос — ЖЕНЩИНА!?» — мысленно ужаснулся я. Быть мужиком снаружи с вредной бабой внутри мне как-то не улыбается. — «Логика — пиздец. А если я начну защищать лимоны от Рамма, я что, блядь — ЛИМОН!?».       Спорить с собой — самое полезное и самое бессмысленное занятие.       Замок в моих руках подглючивал. Странно, вроде и собирал по схеме. — Главное — чтобы в шкафу не застрял никто, — произнёс я, приладив его к зеркальной двери. — Тём, может, не пойдём в качалку? — просил Рамзес. — Можешь оставаться. Я по-любому иду, — холодно ответил Артём, а я радовался хоть какому-то разладу между ними двумя.       Влад пошёл собираться. Сегодня наша группа разделилась: двое уже собирались в фитнес-клуб, а мы с Толей оставались дома. Встретиться всей группой мы должны были только на репетиции через четыре часа. Три из них я просадил, слушая музыку. Написал Святу. Он пока не навещал меня, но по переписке мы общались, как прежде, ДО ПРИЗНАНИЯ.       Я уже собирался надеть куртку и выйти на улицу, когда заметил торчащую из шкафа-купе пятую точку Цоя. Естественно, я не мог пройти мимо без того, чтобы дать старшему несильного пендаля. — Киоссе, блин… — выглянула чёрная лохматая голова. — Что ты делаешь? — Я люблю Рамма, но у него клешни вместо рук. Он хреново закрепил этот угол. Помоги, кстати.       Я вошёл к нему, закрыв выдвижную дверь. — Ну и зачем ты это сделал!? Темно же. — Сорян, сейчас открою, — пообещал я и потянулся к двери. НО ОНА НЕ ОТКРЫЛАСЬ!!! — Ты там скоро?       Я дёрнул ещё раз. Затвор ЗАКЛИНИЛО!       Я разразился целым ПОТОКОМ слов, причём, среди них не было НИ ОДНОГО ПРИЛИЧНОГО. Толя вздохнул — понял, что мы здесь застряли. — Здесь рычаг есть? — Нет, только на внешней стороне. — Киса, бери мобильник, звони парням. Они нас откроют.       Я ощупал карманы и взвыл от отчаяния: — Блядь, я его на кровати оставил!!!       Я вновь смачно проматерился. — Прекращай выражаться, — заворчал Цой, — Ты ругаешься матом похлеще нашего соседа дяди Васи! — Не буду. Мой шикарнейший мат — моя фишка. Он делает речь эмоциональнее, помогает собеседнику понять тебя В ПОЛНОЙ МЕРЕ! Вот что звучит безнадёжнее: «Мы тут застряли» или «Мы тут НАХУЙ застряли»? — В нашем случае разницы не вижу.       Я не знаю, сколько времени мы провели в БЕЗВЫХОДНОМ положении. Несколько раз на меня накатывало отчаяние: я слышал рингтоны на моём телефоне. Ребята ждут нас, переживают. Через сколько они догадаются поискать нас дома? Постепенно внутри шкафа становилось душно. Мы с Цоем по очереди приникали к небольшой щели между дверью и стенкой шкафа — подышать свежим воздухом. Порой я утирал футболкой вспотевший живот. — Терпение, Цой. Ещё немного — и твой рыцарь под два метра ростом освободит нас из шкафа, — я, поджимая ноги в тесном пространстве, старался приободрить корейца. — Нужен я ему, — усмехнулся он. — Ещё как! Слышал же, что сказал Меладзе про вас? — Да даже будь он геем, мы с ним никогда не будем! Потому что такой лошара, как я, — далее последовал очень длинный рассказ.       Я выслушал Толика и понял: он — романтик от Бога. Ибо только РОМАНТИК ОТ БОГА мог СЕМЬ РАЗ обломаться с признанием в любви!!! А когда я узнал, что один раз даже сам помешал ему признаться, стало обидно за товарища. Птица Обломинго — явно его лучший друг.       И всё же, ему НЕ УДАЛОСЬ меня переубедить. Толя — терпеливый и сильный. Он не сломался от неразделённых чувств, не возненавидел своего любимого, на его руках нет страшных бордовых полос и шрамов — напоминаний, сколько раз он безрезультатно признавался Владу. Он может сколько угодно не верить в мои усилия, но я НИКОГДА не перестану верить в него! Мне кажется, у них всё получится. Несмотря на то, что Толик — Король Лохов, своей внутренней силой он ЗАСТАВИТ Рамма себя заметить. — «Если Цой — КОРОЛЬ Лошар, то ты — их прекрасный ПРИНЦ!» — заметил мой внутренний зараза. Срепя сердце, признаю, что он чертовски прав, потому что это по моей вине мы застряли в шкафу.       Дверь глухо хлопнула. — Блядь, и зачем им вообще мобильники? — Тём, это странно. Мы договорились, а они куда-то исчезли и не берут телефоны. — Ну… — голос любимого сбился, наверно, разувается, — ты не представляешь, что их ждёт за это.       Похоже, настроение моего Возлюбленного на уровне ПИЗДЕЦА. Чует моя… сердце, что добром это не кончится!       Нужно как-то обратить их внимание на то, что мы тут заперты. ПОПРОСИТЬ О ПОМОЩИ!? Пфффф, за кого вы меня принимаете?       В моей голове пронеслась МЫСЛЬ! Только вот если я ей последую — мои мужественность и адекватность улетят в неведомые ебеня. — «Плохая идея, плохая идея, ПЛОХАЯ…» — мой внутренний голос дрожал от страха. — Толя, снимай футболку БЫСТРО, — шепчу я и тянусь в темноте к предмету его одежды. — Зачем??? Киоссе, прекрати ты… Отстань, — он убрал от себя мои ладони. Я смотрел на Возлюбленного сквозь узкую щель. — Бля, судя по Тёме, он нам кожу живьём сдирать будет. А когда эти двое узнают, ПОЧЕМУ мы здесь, ржать будут всю жизнь.       Толя странно молчал. ОН ТАМ НЕ ЗАДОХНУЛСЯ!? — Снимай майку, — раздалось из тишины. — ЧЕГО, БЛЯ!? — Если эти двое нас грохнут, я это переживу. А если они нас застебут— вряд ли, — пояснил Цой, шурша чем-то в темноте. Раздевается, походу.       Я мысленно потёр руки, представляя лица этих двоих, когда они увидят сей цирк. Руки корейца уже на моей талии. — Подыграй мне, — он слегка прикусил мне ухо. — Аааах, — я издал пробный стон. Господи, мне представлялось всё это не таким глупым!!! — Ты слышал? — неуверенно произнёс Рамм.       Я улыбнулся. Продолжим наше шоу. Я стонал так пошло, как только умел, изо всех сил стараясь не заржать. — Ебать, ты страстный! — усмехнулся я.       Я нетерпеливо хмыкнул. Цой потянул мою футболку вверх. — Цой, бля, я и не знал, что ты ТАКОЙ!!! — искренне удивился я. Мне более привычен Толя грустный, сосредоточенный, заботливый, а вот ОЗОРНОЙ!.. — Ты плохо меня знаешь, — футболка покинула моё тело, а сам я оказался прижат к боковой стенке шкафа.       Это странная, притягательная игра понемногу затягивала меня. Умом я понимал, что ничего неприличного не делаю, но ЧУВСТВОВАЛ я себя так, будто темнота скрывает наше с Толей падение в запретную эротическую пропасть. — Ты ужасен! — хихикнул я СЛИШКОМ ГРОМКО. — А ты прекрасен, — прохрипел он, также увеличив громкость. НАВЕРНЯКА ЖЕ СПЕЦИАЛЬНО, СВОЛОЧЬ!!! Принимаю новые правила нашей игры и хихикаю вульгарно, как какая-нибудь баба-шлюха.       Я трогал накачанное тело. Возможно, включив фантазию, при другом раскладе я бы даже возбудился. Но всё внутри понимало: ЭТО НЕ ОН!!! Пальцы отказывались признавать грудь и мускулы под собой Тёмиными. Не хватало выпуклых контуров татуировок, которые так приятно трогать.       Раздался противный и громкий скрежет. Дверь отлетела в сторону, а металлический замок повис и зашатался.       Внезапный свет резанул глаза, так что нам с Цоем пришлось отвернуться. Я уткнулся лицом в мощную грудь Владовской «Мамочки».       Я прищурился и неуверенно поднял взгляд. Челюсть Рамзеса дала сбой на функции «Закрыть». Артём был близко, от ярости он часто и горячо дышал. — Прошу прощения, что прервал, — с желчью произнёс он.       Аплодисменты нам в этом месте!!! За ТАКОЙ АРТИСТИЗМ, нам с корейцем положен «Оскар» в Голливуде. Да что там «Оскар»! Все кинопремии года НАШИ!!!       Под его тяжёлым взглядом нам с Цоем пришлось, наконец, выйти на свободу. Я бросил мимолётный взгляд в зеркало. Видок у меня, что надо: в отражении я представился оголённый до пояса, раскрасневшийся, а причёску будто петардой делали, НИКАК ИНАЧЕ!       Глухой голос Артёма звучал, как зловещий приговор: — Вы меня извините, я его забираю.       Он схватил меня за запястье и просто РЫВКАМИ КУДА-ТО МЕНЯ ПОТАЩИЛ. Больно сжимая мою руку, он приволок меня к нам в спальню и резко отбросил меня. Я почувствовал тупую боль в затылке: СТЕНЫ НЫНЧЕ ТВЁРДЫЕ. — «Ну всё. Прощай, Никита Киоссе. Хоть я и был язвой, я тебя очень сильно любил!», — моя внутренняя сущность предчувствует нашу смерть. Но попрощаться в ответ я не успел… — И что это!? Мы, блядь, с Владом на репетиции вкалывали, пока вы тут с Толиком спали? — Ну… Я думаю, что нельзя сказать, что мы спали… Ведь мы делали это в шкафу!       Он прошипел и ударил кулаком по стене рядом со мной: — Ты настолько тупой или просто всё пофигу!? — и, отступив, неодобрительно цокнул на меня, — Что ж вы все, молодые, такие?.. Тебе шестнадцать лет, а ты уже по рукам пошёл! Есть ещё в мире те, с кем у тебя ещё НЕ было?       ЧТО!? А вот со своим ШЛЮХАНОМ меня пусть не равняет!!! Меня охватила нелогичная, БЕЗУМНАЯ, ярость. Сука, сам ведь наверняка трахается с Раммом, так какие претензии ко мне??? — Даже если я с ними переспал — это НЕ ТВОЁ ДЕЛО!!! Живу, как ХОЧУ, — я вздёрнул подбородок. — Гомик проклятый, — выплюнул он. — И что ты имеешь против геев? — исподлобья взглянул на него я. Тот только хмыкнул: — Никакой ты не гей. Геи — это Платон, возможно, Александр Македонский и Юлий Цезарь, Да Винчи и Караваджо, Чайковский, Оскар Уальд и Энди Уорхол. А ты — не гей. Ты — МЕЛКИЙ ПИДОР! — Тёма, отстань уже от него, — вступился Рамзес. Это он ЗРЯ. Это вмешательство заставило меня возненавидеть его окончательно, — Ну переспали, ну любят друг друга, ну парни, ну что тут такого!? Они же наши друзья! Все мы, люди — братья… — Он мне не людь и не брат, — я сбросил с себя его руки и ушёл. Надоело.

***

— Вы ещё потрахайтесь тут, — пробурчал Артём, прихлёбывая… ЧАЙ! Ну и ради кого я полюбил кофе!? Я, блядь, даже научился готовить ВСЕ, даже НЕ СУЩЕСТВУЮЩИЕ кофейные коктейли. — Захочу — и потрахаюсь, а о твоём присутствии даже не вспомню, — нежно мурлыкнул я, ёрзая на коленях у Цоя. Сейчас, зарываясь носом в шею корейца, я меньше всего походил на сурового и могучего мужика. — Киоссе, спать в таком случае в гостиную пойдёшь!!!       Это правда, мы до сих пор ночуем в одной спальне. Тёма обосновал это тем, что «не хочу, чтобы эти два педика крольчатились за стенкой». Только вот я уже не считаю эту комнату ни НАШЕЙ, ни СВОЕЙ. В Тёмином мире мне уже не место.       Больше всего на свете я хочу, чтобы он ДУМАЛ обо мне. Как бы не был я к нему близок физически, я стану за пределами досягаемости, если меня не будет в его мыслях. Пожалуйста, пусть он будет раздражаться, беситься, сетовать на то, какой я мелкий идиот, но НИКОГДА НЕ ЗАБУДЕТ!!! Не сможет. НЕ ПОЗВОЛЮ!!!