Ребенок в приоритете

На следующее утро Лилиан, не откладывая дело в долгий ящик, поехал в сторону центра, перед этим сделав пару звонков: в клинику — договорился о встрече и в университет — предупредил об отсутствии, оправдываясь посещением медицинского заведения. Он всю ночь почти не спал, прикидывая и так, и эдак, обдумывая эту проблему со всех сторон. Выводы были неутешительны: белобрысый наглый альфа из семьи Сапфиро показался ему злопамятным и мстительным, шанса получить достойную работу он ему не оставит. Для такого гордый самостоятельный омега как красная тряпка для быка, он не остановится, пока не сломает, не растопчет, не унизит до конца. И будет унижать все пять лет обязательной отработки. Поэтому контракт надо рвать любыми путями, даже столь нетривиальными, как беременность вне брака. Тем более, что в брак Лилиан в ближайшие лет десять вступать не собирался. А ребенок… а что ребенок? Пусть будет у него, на первый порах он посидит дома с малышом, а затем попросит помощи у папы Люсьена или наймет няньку, в крайнем случае найдет себе такую работу, куда сможет ходить с ребенком. И у него будет его свобода… свобода выбора работы, свобода выбора образа жизни. Ведь для Лилиана в жизни нет ничего важнее свободы. Прибыв в клинику, он сразу отправился в кабинет главного доктора Бланко, с которым уже был предварительный договор о встрече. Этот самый доктор, что двадцать лет назад проводил процедуру искусственного оплодотворения для Люсьена, правда тогда был еще восторженным молодым врачом-идеалистом, который восхищался верностью омеги своему бете, а также поражался силе любви супруга-беты, принимающего и поддерживающего все решения своего омеги. Теперь от восторженности беты почти не осталось ничего; перед Лилианом сидел крупный темноглазый и темноволосый, с седыми висками, бета средних лет. Глаза смотрели цепко и внимательно, руки на столе сплетены в замок, только большие пальцы неспешно кружились друг вокруг друга. «Волнуется… С чего бы ему беспокоиться?» — подумалось Лилиану, в этот момент он неосознанно использовал некоторые навыки по психологии, ведь его недаром два с половиной года этому учили, даже считали лучшим учеником на курсе. Доктор приглашающе указал на стул: — Ну-с, молодой господин… Что привело вас к нам? — его взгляд скользнул по запястью, отметив отсутствие брачного браслета, затем по открытой шее ниже уха, где положено быть брачной метке. — Так, молодой омега, не в браке, да еще, наверное, без запаха? Девственник? — Девственник, — покорно согласился Лилиан. — Так чем мы можем быть вам полезны? — доктор излучал спокойствие и дружелюбие, но пальцы рук выдавали некую заинтересованность, даже нет, скорее обеспокоенность. Зато на Лилиана снизошло какое-то странное спокойствие — он нервничал, принимая непростое решение все последние сутки, но теперь, когда определился — успокоился и, придвинувшись поближе, стал излагать: — У меня нет альфы, да, вы не ослышались: нет и не будет! Не хочу ни от кого зависеть. Я буду в этой жизни все решать сам. И в данный момент мне необходимо, чтобы вы провели процедуру оплодотворения. Я хочу родить ребенка, забеременев в ближайшую течку, по моему календарю она через три недели. Доктор, нахмурившись, пару минут что-то обдумывал, затем ответил: — По факту, мы предоставляем такую услугу всем желающим, которые могут оплатить двадцать тысяч глобалов, но есть два препятствия, и в вашем случае они непреодолимы: если вы девственник, то операция не может быть произведена, пока девственная пленка не будет порвана в процессе дефлорации членом альфы, и только его секрет, впрыснутый при соитии пробудит ваши спящие яйцеклетки. — Но у моего папы муж — бета, и яйцеклетки созрели, и операция над последней клеткой прошла успешно — родился я. — Вы знаете, так иногда бывает, у некоторых бет есть пробуждающий секрет, при частых контактах вырабатывается такая привязанность, что он для своего омеги готов обеспечить всё, ну разве что, кроме оплодотворяющей спермы, хотя… — и доктор на минуту задумался о перспективных исследованиях над влюбленными парами бет и омег, ломающих все стереотипы. — Так, это понятно… А вторая причина, что мешает? . — Вторая причина — закон, запрещающий эту операцию молодым одиноким омегам, их и так в три раза меньше рождается, чем бет и альф. Они должны выйти замуж за альфу или бету, а затем забеременеть естественным путем, и только если несколько лет это не удается по медицинским показателям: то ли альфа бесплоден, то ли несовместимость генетическая, а чаще всего супруг-бета, дают основание для обращения к нам. Так что я могу вам посоветовать перед течкой выбрать себе симпатичного альфу, нацеловаться с ним вдоволь, чтобы на вкус и запах проверить совместимость, перед течкой исключить все химические вещества, подавители аромата и блокираторы, если вы их раньше принимали. А затем уединиться с избранником и положиться на природу, — бета, озвучив этот простой и мудрый совет, видимо ожидал, что настырный омега успокоится, спасует перед препятствиями и наконец-то уйдет, оставив доктора обдумывать очередную идею, только что пришедшую ему в голову, но нет, омега продолжал настаивать: — Но может, есть какие-то возможности обойти закон, мне и правда этот ребенок очень нужен. Помогите мне! — Молодой человек, есть много строгих законов, из-за нарушения которых я бы не хотел потерять работу, — бета оценивающе окинул взглядом молодого скромного омегу, пусть не сверкающего яркими красками одежды и макияжа, но тем не менее являвшего собой привлекательное зрелище своей молодостью и свежестью. — И есть не меньше лазеек, обеспечивающих обходные пути, только рискованно все это… — Рискованно? Да мне уже все равно! Тут уже надо действовать решительно, и никакой риск меня не остановит! — Лилиан достиг уже точки кипения, и в нетерпении получить положительный ответ ерзал на стуле. — Прошу вас, говорите, не томите… — Ну ладно, слушайте: если омега в браке с альфой, то надо ждать пять лет, и если беременность не наступит, тогда по медицинским показателям мы им проведем процедуру, но если у омеги муж-бета, то… — О-о-о! Гениально! Фиктивный брак с бетой — решение всех проблем! — обрадованно вскочил Лилиан. — Тише, тише, молодой господин! Не так все просто, да, не спорю, при муже-бете вам назначат операцию без отсрочки, однако тут очередь расписана на год вперед, как раз хватит времени все обдумать, подобрать подходящего бету, собрать деньги. А потом, как очередь подойдет… — Очередь? — печально переспросил Лилиан, а в голове мелькнуло: «Да и деньги, двадцать тысяч — громадная сумма…» — Поймите, этот ребенок должен быть зачат в эту течку, этот вопрос жизненно важен… — омега жалобно смотрел на доктора, ожидая помощи с его стороны. Бета, на что был не чувствителен к омежьим чарам, как он любил шутить: «Старый замшелый холостяк», и то не устоял, что-то дрогнуло в душе, появилось желание помочь и защитить. Он несколько мгновений колебался, а потом, решившись, улыбнулся, что сделало его несколько моложе на вид, и произнес: — Есть еще один вариант… Я так понимаю, что и с оплатой у вас проблемы? Тогда могу вам предложить вместо фиктивного брака с бетой обычный договорной брак сроком на три-пять лет. По договору супруг оплатит процедуру, будет заботиться о вас с ребенком, ну, а вы ему родите дитя и будете верным и любящим мужем на всем протяжении действия договора. Омега несколько секунд просчитывал варианты, ему претило выходить замуж по договору, ложиться в постель с нелюбимым бетой, хотя чем этот брак отличался от тысяч других браков, когда омегу родители выдавали, не спрашивая его согласия, пусть только запах хоть немного сочетался, и данный вариант не являлся отталкивающим. Видя его колебания, Бланко продолжил: — Если вам так важен этот ребенок, это очень хорошо, ибо я тоже давно мечтаю о ребенке, чтобы мне его выносил и родил спокойный адекватный омега. Я на своей работе насмотрелся на сотни истерящих, беременных и не беременных омег, поэтому в моей жизни и не было супруга. Я не смогу выдержать мельтешения блестящего, ярко разряженного миленького омеги, который считает, что весь мир должен крутиться вокруг него, уж если он соизволил мне ребенка родить. Я вижу, что вы не такой омега, и предлагаю свою помощь в зачатии, рождении и воспитании ребенка. А с моей стороны — я готов выслушать ваши встречные пожелания. И поверьте, все, что в моих силах… Лилиан несколько минут думал, затем решительно встал, ответив коротко: — Нет, мне это не подходит, — вышел из кабинета. — Не спешите, подумайте, — крикнул ему вдогонку бета. Он быстро покинул клинику, раздумывая об этом предложении солидного и, не будем скрывать, симпатичного ему беты, но… Было два больших но, ставящих всю эту авантюру под сомнение: во-первых, Лилиану было невыносима сама мысль, что он продавался за право родить ребенка, за возможность спастись от преследований наглого Сапфиро, хотя деловой бета ему понравился, он уважал таких профессионалов, и будь у него время и возможность, пожелай бета поухаживать за строптивым омегой, то шансы на взаимность он бы имел высокие. А во вторых, Лилиану не подходила сама брачная церемония, ведь только при отсутствии брачной метки беременный омега получал поддержку, независимость и полное отпущение грехов… ой, списание долгов. Правда, заинтересованный супруг был готов на многое, возможно, даже оплатить всю учебу, только на такую кабалу не был готов Лилиан — он не собирался многие годы молодости тратить на нелюбимого супруга. «Ладно, у меня есть три недели, сюда я всегда успею вернуться. Попробуем второй вариант…»

***

Бланко включил коммуникатор и, с нежностью вглядываясь в изображение на экране, произнес: — Я не смог ему ничем помочь. Там действительно существуют большие проблемы, и решение этих проблем он видит в рождении ребенка, притом очень срочно — зачатие в ближайшую течку. Я предложил ему свою помощь, договор и даже брак, но он отказался. Ему просто нужен ребенок. Я очарован вашим сыном и вполне серьезно готов бороться за него. Он очень похож на вас. Ошеломленное молчание, затем визави, прокашлявшись и собравшись с мыслями, ответил: — Приезжайте в гости вечером!