Ребенок в приоритете

Брендон спешно ехал в клинику, волнуясь за брата. В своем беспокойстве он прихватил пару своих телохранителей, обосновано не доверяя чисто символическим охранникам медицинского заведения. Он провел полчаса с Бланко, успокаивая того, сообщив: — Я нашел способ, чтобы обезопасить себя и тебя от убийц. — Ты и тогда так говорил, когда переписывал на меня львиную часть имущества. — Я не учел один нюанс: если убийца из семьи Бьянко, то в любом случае он наследует десять процентов нашего состояния. А это десятки миллионов. Веский аргумент для устранения зажившихся родственников. — А, про обязательные десять процентов от наследства я знаю. Но нет никаких вариантов, чтобы их обойти. — Есть! Мне подсказали, если у меня будет супруг и ребенок, то они гарантированно получат свою долю, что отменяет наследование братом. — Эх, жаль, что Лилиану не удалось забеременеть. По документам я бы считался отцом, на мою долю никто бы не смог претендовать, кроме Лилиана и ребенка, — задумчиво произнес Бланко. — Да, дурака сваляли. Хорошую возможность проворонили! — с досадой рыкнул Брендон. — Кто же думал, что мне этот ребенок так понадобится. — Да ещё учти, что Лилиан очень умный и образованный омега. От него были бы прекрасные дети. Да и наследник с твоей кровью, но носящий мое имя — идеальный вариант, — заметил Бланко. — Жаль, что семья Лилиана переехала, дом оказался продан, на звонки они не отвечают. Где их искать, ума не приложу. — Зато я знаю, — улыбнулся по-заговорщицки Брендон. — Это я выкупил этот дом на аукционе, но покуда я проверял филиал — потерял время. Из-за отъезда я не смог их предупредить, и семья садовников съехала в неизвестном направлении. Самое смешное, что я оплатил детективному агентству их поиски, они всем составом две недели землю рыли, но тщетно, нигде не появлялись. Сколько мне это денег стоило… десятки тысяч. — Ты так хотел увидеть юного омегу? Может, он твой истинный? — не удержался от шпильки Бланко. — Юного? Нет, скорее зрелого… Я никак не мог забыть пироги Люсьена, везде мерещится их запах. Вот подвернулся случай получить вместе с домом отличного повара. — Что? — засмеялся Бланко. — Ты хочешь сказать, что купил загородное поместье ради одного омеги и его пирогов? — Ну почему одного? Может, я в ближайшее время женюсь, будет, где нашим детям играть. Хорошее вложение в недвижимость всегда оправдано. — Ой, что-то нечисто с этим домом. Ты точно искал Люсьена из-за пирогов, может, всё-таки Лилиан тебя зацепил? — Нет, я не искал Лилиана. Да и что его искать, когда он на меня работает. Представь, как я удивился, когда лучшие детективы города не смогли за две недели найти эту семью, а потом Спенсер заводит в мой кабинет будущего директора центра для омег, и оказывается, что он у меня три недели под носом работает. Сперва принимал на работу омег, затем на оборудовании комплекса с утра до вечера трудился. И как мы с ним там не встретились? — Ну, брат, повеселил ты меня изрядно. Так что там с Квандро с Люсьеном? — Да тут как раз всё просто: детектив после рабочего дня проследил за Лилианом и узнал адрес, где они снимают за городом небольшую дачку. Он расспросил соседей и убедился, что с этой семьей всё в порядке. Люсьен занимается садом и хозяйством, а Квандро основал маленькую фирмочку по уходу за газонами и целыми днями мотается по заказам: то стрижет, то вычесывает, то аэрирует, то удобряет лужайки. — И ты просто так всё это оставил? Смирился, что они от тебя сбежали? Не попытался вернуть? — Нет, я послал к ним помощника, предложил вернуться, предоставил новые должности — управляющим объединенных поместий и эконом, увеличив оклад втрое, но… — Что «но»? — не выдержал длинной паузы Бланко. — Не томи, они согласились? — Невероятно, но нет. Отказались, аргументируя, что хотят поработать на себя. Не понимаю, что они там заработают? Мелочь какую-то. — Дай мне их адрес, я хочу сам с ними поговорить. Может, они нуждаются в помощи, поддержке. Для меня невероятно, что такой деятельный омега, как Люсьен, может сидеть дома и вести хозяйство. Что-то тут не так. — Хорошо, ты только выздоравливай и слушайся докторов. — Я сам доктор, — последняя фраза повеселила братьев, они заговорщицки заулыбались, и у Брендона отлегло от сердца: «Если Бланко смеется, если думает о своих омегах, значит, у него всё в порядке, он идет на поправку».

***

Оставив Бланко скучать в медицинском боксе, Брендон умчался в сторону офиса. Он еще в дороге позвонил секретарю и попросил пригласить начальника охраны с докладом о ходе расследования: — Пусть Родерик Вилор зайдет через полчаса со всеми материалами и отчетами о поисках злоумышленников. И вы связались с брачными агентствами? — Да, четыре самых крупных агентства подтвердили свою заинтересованность в вас, как в клиенте. Они готовы прислать своих представителей в любое удобное вам время. — Назначайте первую встречу через час. Каждому следующему — с интервалом в полчаса. Этого времени нам должно хватить. Все, вызывайте Родерика, я скоро буду, — резюмировал Брендон. Ещё двадцать минут дороги, холл, лифт, приемная — и он в своем кабинете. До назначенного времени визита безопасника он успел просмотреть ленту сводок, отметив, в каких торговых центрах процент выручки увеличился или уменьшился. Проверил котировку акций — у «Сапфиро-Веги» с этим было всё в порядке, акции ценились высоко, предприятия приносили хороший доход, о угрозе жизни генерального директора в прессу не просочилось ни строчки. И это радовало. Но жить постоянно в напряжении становилось все труднее, Брендон стал за собой замечать, что из-за прессинга у него стал портиться характер, он стал раздражаться по пустякам, его внимание, ранее столь пристальное, теперь стало рассеянным, он начал допускать досадные ошибки и совершать явные глупости. Он прекрасно понимал, что надо мобилизовать все силы, взять себя в руки и выработать стратегию. Только взяв себя в руки, он мог решить эту проблему. Именно благодаря острому уму и потрясающей трудоспособности Брендона они смогли из отцовской небольшой строительной фирмы «Сапфиро» и дедушкиного ранчо «Вега» создать гигант-концерн «Вега-Сапфиро», строя дома, магазины и развлекательные центры. Когда отец выделил в приданое Бьянко треть имущества, фирма чуть не разорилась от недостатка средств. Именно Брендон вытащил ее из финансовой пропасти, отладив новые технологии в строительстве, помогающие экономить значительные средства. И он же с помощью рекламы увеличил вчетверо продажи. — К вам мистер Родерик Вилор, — доложил секретарь, затем решился задать вопрос. — Представитель агентства «Мемфисто» просил уточнить у вас: какие запахи для вас привлекательные? Какие оттенки аромата омег вас не оставляют равнодушным? — Зачем это им? Что за странные вопросы… — Это им нужно, чтобы правильно подобрать для вас претендентов. Зачем тащить сотни неподходящих, если в вашем вкусе может быть только десяток-другой. — Логично. Видимо, в этом агентстве умные организаторы. На сколько им назначено? — Они сами решили приехать самыми последними — через два часа. Им как раз хватит времени подобрать подходящих кандидатов. Так как? — Ладно, записывайте и передайте им по защищённой линии, так, чтобы информация не просочилась, а то меня будут атаковать все омеги, обрызганные такими искусственными ароматами. Мне нравится легкие натуральные запахи — утреннего кофе, свежеиспеченного хлеба, пирожков с яблоками с легкой ноткой корицы и домашнего пирога. В это время вошел Родерик, с ходу начав отчитываться: — Господин Брендон, нами была проделана огромная работа… — Погодите минутку, — перебил его Брендон, нажав клавишу на пульте и отдав приказ в микрофон для секретаря: — Аннуш, две чашки кофе с чем-нибудь сладким! — С домашним пирогом? — уточнил веселым голосом бета-секретарь. — Дерзишь? — рыкнул Брендон, но глаза весело поблескивали, видно было, что шутка секретаря немного повеселила и отвлекла от тяжелых дум альфу. — Как можно? Я полностью серьезен. Есть домашний пирог и печенье из супермаркета. — Ладно, давай… — и, отключив микрофон, добавил: — Продолжайте, слушаю вас. Через пару минут Аннуш внес поднос с кофе и выпечкой. Родерик, рослый альфа с седыми висками и пронзительно-внимательными серыми глазами, бывший полицейский-спецназовец, вышедший в отставку по ранению, уже десять лет возглавлял службу безопасности концерна. Тринадцать лет назад он пришел на должность простого охранника, скорее спасаясь от скуки, чем ища дополнительный заработок к его неплохой пенсии. За три года он проявил свои организаторские способности, став начальником смены. А позже, показав аналитический талант, смог выявить внедренных агентов, засланных конкурентами, и стал руководителем всех служб безопасности. И вот сейчас этот умный опытный альфа был на грани истерики, он уже полгода тщетно пытался предотвратить покушения и найти виновного, но пока результатов не было. — Нами была проведена огромная работа, просмотрены все записи из видеокамер, проверены все сотрудники и посетители. Змей нашли вчера в обеденный перерыв, за предыдущую ночь и полдня на этаж поднимались тридцать два человека — двадцать пять сотрудников: охрана, офисные работники, ночные уборщики на этаже. Плохо, что видеокамера есть только возле лифта, и она не фиксирует — прошел ли посетитель дальше по коридору или зашел в приемную. Но мы использовали полиграф, проверив всех сотрудников. Результат отрицательный, никто из них о змеях понятия не имеет. С посетителями все сложнее: мы не имеем права их допрашивать, подвергать проверкам на полиграфе. Но никто не отменял наше право рассматривать их в качестве подозреваемых, следить за ними и анализировать. — И кто это был? — не выдержал Брендон. — Готов держать пари, что один из них с фамилией Адонис… — Я бы с вами не спорил. Вы правы. — Так это же очень хорошо! Мы теперь можем определить, кто из этого семейства играет против нас. Даже если не докажем его связь с появлением змей в кабинете, то будем знать, кого остерегаться, за кем следить более пристально. Должен же он сделать ошибку, а мы ее дождемся. Следите за ним! Кстати, кто он? — Увы, не так всё просто. Сперва приехал мистер Бьянко, сидел в приемной около часа и донимал придирками секретаря, посылая того то за минералкой без газа, то за кофе. Потом за ним приехал его супруг, они ещё минут пятнадцать вас прождали и уехали. Но перед отъездом навестили своего сына в экономическом отделе, вы его сами туда определили набираться опыта. А сам Альфродо Адонис десятки раз на день метался по этажу с документами. Все они имели возможность пронести коробку со змеями, но охрана бдила, проверяя на наличие оружия и взрывчатки все сумки, кейсы и даже коммуникаторы. С помощью сканера нашли несколько жучков, замаскированных под ручки, брелки и флешки, которые пытались пронести некоторые посетители и один уборщик. Все они внесены в черный список и отныне не допускаются в здание офиса. Но по основному вопросу — нет результатов. — Вы проверяли ручную кладь моих родственников? — спросил Брендон. — А как же! Мистер Бьянко уже месяц скандалит, что наши сканеры сбивают настройки его коммуникатора, так он к нам теперь ходит с совершенно прозрачной сумочкой, в которой минимум вещей. Его супруг имел в руках только ключи от авто, а мистер Альфродо носит пижонскую барсетку в ладонь размером, вмещающую в себя коммуникатор, ключи и пару банковских карт. Змей там негде спрятать. — А остальные посетители? Может, кто-то пронес контейнер по их просьбе. Проверьте все связи, может, они по коммуникатору связывались, или есть общий знакомый? — Уже проверили — и ничего общего. Было три постоянных посетителя в разные отделы, не имеющие никаких связей с семьей Адонис. Затем, перед обедом был курьер от пиццерии «Паоло». Мистер Альфродо заказал доставку в отдел. — Это нормальная практика, что курьеры по офисному зданию бесконтрольно разгуливают? — изумился Брендон. — Нет. Никто никогда не позволял себе подобного. Если и заказывали еду, то забирали на ее проходной, но мистер Альфродо сделал заказ и поставил охрану в известность. А на посту стоял молодой охранник, не посмевший перечить племяннику самого главы да и возможному наследнику. — Плохо, теперь уже ничего не выяснить, но продолжайте наблюдать. Проверьте этого курьера на предмет связи из Альфродо. — Я бы всё-таки оборудовал скрытыми камерами и приемную, и ваш кабинет… — Нет, это исключено! — рыкнул Брендон. — Если на переговорах мои партнеры уловят своими сканерами камеры — будет скандал, и я могу многое потерять! — Ну да… да. А так только жизнь можете потерять. Я всё же настаиваю на камерах, а для серьезных переговоров мы ведь можем оборудовать ещё один кабинет, по типу ВИП-переговорной. А все текущие проблемы решать в старом. Я настаиваю. Это вопрос безопасности. Если не бережете свою жизнь, то пожалейте мою репутацию. Кто же меня на работу возьмет, если вас убьют в собственном кабинете. — Ладно, делайте переговорную. Под нее освободите кабинет экономического отдела, переведите их на нижний этаж. С одной стороны — их кабинет самый большой, зал совещаний и переговоров получится удобным, с другой — у них больше всех народу и теперь, после переезда отдела на этаже станет на пятнадцать человек меньше. Да и в новом помещении им будет удобнее и просторнее — вместо пары залов им можно выделить пол этажа, переселив техотдел. А самый главный плюс — вместе с ними переедет Альфродо. Теперь ему не надо будет шастать по этажу возле приемной, — в рассуждениях Брендона были свои резоны. Эти покушения сильно выбили его из колеи именно тем, что приходилось подозревать родных людей: горячо любимого брата-омегу и его сына-альфу, единственного до сих пор наследника. Взглянув на циферблат, Брендон отпустил Родерика, попросив секретаря пригласить первого представителя брачного агентства. Через минуту Аннуш сообщил: — Мистер Сомерсет, хозяин брачного агентства «Счастливый выбор» прибыл.