Hell Bent/ Безрассудная

Он не был уверен в том, чего ждать дома. Лейси покинула магазин и уехала домой, оставила его одного, и они оба без слов договорились не говорить о том, что произошло. Когда он вошел в дом, она сидела в гостиной с Беем и читала ему (уже третью книгу), а за ней пристально наблюдала Хелен. На мгновение он остановился на пороге гостиной и смотрел на нее, следил за лучом света, что играл на пряди ее волос, что выпала из того «гнезда» на голове, который она считала прической. Он ощутил, как ему нестерпимо захотелось заправить эту прядку за ушко, затем провести ладонью по ее шее до ключицы, проскользнуть по коже… когда она оторвала взгляд от книги и встретилась с ним глазами, на его губах возникла улыбка, и он захотел поцеловать ее, притянуть к себе и так держать. Но они еще не дошли до этого этапа. Может быть, то, что произошло в магазине, ничего и не изменило. Он кивнул Хелен и указал ей на кухню, жестом веля идти за ним. — Может, пора доверять ей. Дай ей какое-то время побыть с Беем. Хелен посмотрела на него как на сумасшедшего, и, скорее всего, она даже была права. — Но… — Это мое решение, не так ли? Экономка сдалась, но Рубен задумался, не повел ли он себя глупо. Подумал о том, могли ли несколько недель действительно так сильно изменить отношения с Лейси. Она не смотрела на него за ужином и осторожно держала Бея между ними, когда они смотрели мультики в спальне. Казалось, она теперь намного печальней, и это вгоняло в его грудь нож. Он не задержал ее, когда она пошла к себе после того, как пожелала спокойной ночи Бею. На следующий день, когда он вернулся из магазина, Лейси снова читала Бею, но Хелен рядом с ними не было. Он снова наблюдал за ней с порога. Теперь она, казалось, выглядела счастливее. Это едва не разбило ему сердце, когда он увидел восхищение в глазах Бея, и нежность в ее глазах. Она заправила кудряшку Бея за ухо точно так же, как вчера Рубен хотел поступить с ее прядью. Это было так мягко и нежно, что он осознал, что отозвав экономку, поступил правильно. Затем она увидела, что он стоит на пороге, и легкая улыбка возникла на ее губах. После ужина и после того, как Бей отправился спать, она позвала его как раз в тот момент, когда он захотел спуститься по лестнице и провести очередной вечер в кабинете в полном одиночестве. — Рубен. Он замер, сжав ладонь на перилах и стараясь не выдавать своего волнения. — Да, дорогая? Она подошла ближе и положила свою ладонь на его, и улыбнулась скромно, беззащитно. — Я хотела поблагодарить тебя, — сказала она. — За что? — Ты знаешь. За то, что отозвал Хелен. За доверие. Знаю: для тебя это большой шаг. Она смотрела не ему в глаза, а опустив взгляд, смотрела на его руку, и тогда он повернул ладонь вверх и переплел пальцы с ее. Она сжала их в ответ, на мгновение, поколебавшись, как будто бы не была уверена в том, что это правильно. — Не важно, дорогая. Он понятия не имел, что еще сказать, что добавить. Но он хотел, чтобы она смотрела на него, поэтому он взял ее за подбородок и поднял ее голову. Она покраснела, и он ощутил, как жар отхлынул от нее, отчего его плоть напряглась, а дыхание стало прерывистым. Он выпустил свою ладонь. — Спокойной ночи. Увидимся завтра. Он хотел отпустить ее руку, но она ухватилась за нее и потянула назад. — Может быть, мы могли… провести вечер вместе? Голос ее звучал так робко. Словно она не была столь уверена в том, что это хорошая идея. Что ж, это было не так. — Я не против, — сказал он, и на ее лице расцвела улыбка, та самая, от которой у него перехватывало дыхание. Они сели на диванчик. Какое-то время они читали в тишине, пока спустя некоторое время она не подтянула ноги на диван и не поставила их рядом с ним. Он был уверен, что она читает в той же степени, что и он. Он притворялся, что книга его заинтересовала, когда на самом деле он следил за ней краем глаза. Он видел, что она пыталась сконцентрироваться на чтении, как кусала губу и смачивала слюной палец, прежде чем перевернуть страницу… Он поступал так же. Она первая перестала притворяться. Позволила книге упасть на колени, затем смотрела на него, пока и он не выронил свою. Медленно, как будто он боялся, что она спихнет его с дивана, она положила ноги на его колени, одну за другой и совращала пальцами. Он видел ее накрашенные ногти через тонкую ткань колготок. Тогда он положил руку на ее ступню и стал тереть подошву большим пальцем, а она тихо выдохнула. Этот звук отозвался в его венах приливом адреналина. Они так и замерли в тишине. Его сердце быстро билось. Она закрыла глаза и склонила голову набок, откинув ее на спинку дивана, и он представил себе, как слеза скользит по ее реснице. Она была так прекрасна, такой другой… и в то же время его сердце разрывалось от той боли, которую она пропускала через себя. Они поднялись наверх вместе. Он уже хотел пожелать ей спокойной ночи, когда они подошли к ее комнате, но она взяла его за руку и поцеловала его. Он ощутил что-то солоноватое в поцелуе. — Мы не должны делать этого, милая, — выдохнул он, с трудом найдя в себе силы говорить, но она только выдохнула и обняла его крепче. — Может, тогда в другой раз? — спросила она, и он скользнул ладонью по ее затылку и притянул ее к себе для поцелуя. Как только они упали на кровать, он принялся целовать каждый сантиметр ее кожи. Он целовал, лизал и посасывал ее кожу, и даже покусывал, мечтая настигнуть лона, скрываемого между ее ног, а затем он вошел в нее медленно, осторожно и дал ей время привыкнуть. Он двигался так медленно, как только мог, откладывая каждый рывок, пока она не вцепилась ногтями в его спину, и он не смог уже больше сдерживаться. После чего он обнимал ее, целовал и собирал губами слезы с ее щек. — Тш-ш. Всё в порядке, милая. Всё в порядке. Он шептал ей, успокаивая, и покачивал ее, пока она не заснула. Он же о сне думал в последнюю очередь. У них появилась новая рутина. Теперь они проводили время вместе после того, как укладывали Бея спать, проводили ночи вместе. Они не говорили о том, что началось между ними, о той странной ниточке, что связала их. Они начали вместе уходить из дома по утрам, подвозить Бея, а затем Лейси шла в библиотеку. Она приходила в его магазин после того, как заканчивала свои дела, и они обедали вместе. — Мы можем не делать этого, дорогая, — сказал он, когда она начала целовать его за магазином. — Знаю. Просто до другого раза. Он прижал ее к стене и мягко взял ее за горло. Затем поцеловал ее, желая ощутить ее сердцебиение и дыхание, желая почувствовать, что держит в руках ее жизнь, точно так же, как и она держала в своих руках его жизнь. Она сорвала с него штаны и положила ладонь на его возбужденный член, мягко массируя, пока он не навалился на нее своим телом. Она застонала. Его колено свело судорогой, когда он закинул ее ноги себе на пояс и ворвался в нее, но ему было плевать. Он любил ее до безумия, отдавал ей всё, что мог: тело и душу – а она забирала это всё. Каждое мгновение казалось последним. Но однажды она не пришла на завтрак, а когда он позвонил ей, она не взяла трубку. Внутри у него всё напряглось, и он ощутил, как спирает дыхание от напряжения. До тех пор, пока не пришел домой вечером. Бей находился на кухне вместе с Хелен. Он читал книгу. — Привет, — сказал Рубен, а Бей посмотрел на него и пригладил волосы. — Мама наверху, — сказал он. Рубен поднялся наверх. Пока он шел, ему казалось, что ноги налились свинцом. Он постучал. — Привет, мил… — начал было он, но она открыла дверь, и всё, что он хотел сказать, застряло в горле. Она пристально посмотрела на него, взгляд ее скользнул от его лица до ног и обратно. Ухмылка возникла на губах. — Я не та, кого ты ожидал увидеть, не так ли? Это была Лейси, ворвавшаяся в его жизнь с самой огромной ложью.