Я тебя знаю

— Занято, занято, сво... а нет, тоже занято! — Лили и Северус шли по коридору Хогвартс-экспресса, пытаясь найти свободное купе. Пока — безуспешно. Впрочем, Лили это не особенно волновало. С самой платформы 9 и 3/4 она только и делала, что крутила головой. Все окружающие её школьники были, как ни странно, волшебниками. Потрясающе! Северус выглядел как обычно, невозмутимым, однако и у него всё внутри тряслось от переполняющего волнения. Волшебство... волшебство кругом — от ухающих в клетках сов до чёрных мантий учеников, от учебников до мороженого, продававшегося на платформе... — О, наконец-то почти свободно! — Лили рванула дверь на себя. В купе ехало всего два мальчика, возбуждённо обсуждавших какую-то спортивную игру. Кроме того, что в ней участвуют мячи и мётлы, понять что-либо было совершенно невозможно, даже если бы она и захотела. «Квиддич», — буркнул Северус, взявший за привычку пояснять всё волшебное, что они видели или слышали. Мальчишки только кивнули им в знак приветствия и снова углубились в спор. Мимо проносились леса и поля, всё больше и больше приближая их к... — Мы едем в Хогвартс! — улыбкой Северуса можно было бы осветить весь Косой переулок. Его охватывало возбуждение, необыкновенный подъём: больше никакой магловской школы, злобных соседей, криков родителей за стенкой! Наконец-то он этого дождался... Наконец-то мы этого дождались. — Как я и обещал! Он повернулся к Лили и взял её за руки. Она улыбнулась в ответ настолько заразительно, что он не выдержал и рассмеялся. Лили взвизгнула от переполнявшего её восторга. — Это фантастика, Сев! Это... всё это! — она развела руками, словно пытаясь обнять всё, что её окружало. — Знаешь, иногда я думала, что ничего этого не будет. Всё из-за Петуньи, — лицо Лили на секунду приняло выражение угрюмого упрямства — сестра устроила ей скандал на платформе — но потом снова прояснилось: — Но это всё правда: и Косой переулок, и волшебники, и палочки, и Хогвартс... Всё, что ты рассказывал, — она снова тихонько радостно взвизгнула, а Северус рассмеялся. — И Большой зал, и Озеро, и Распределяющая Шляпа... — заверил её он. — Ой, — Лили схватилась за голову. — Об этом я забыла... Распределяющая Шляпа и факультеты. Хочу на самый-самый лучший, — решительно выдохнула она. — Тогда Слизерин, — усмехнулся Северус. — Слизерин? — один из двух мальчишек отвлёкся от пересказа особенностей «тройного разворота с захватом квофла» и с усмешкой посмотрел в сторону Лили и Северуса, блеснув стёклами очков. — Лучший факультет? Да я бы из школы ушёл, определи меня Шляпа туда! — Вообще-то у меня там большая часть родственников учится, так что полегче на поворотах, Джеймс, — порекомендовал ему второй, такой же черноволосый, но неуловимо более «породистый». — Да? А с виду, Сириус, ты вполне приличный человек... — задумчиво протянул первый. — И что же, по твоему мнению, идеальный выбор? — вкрадчиво осведомился Северус у первого мальчишки. Лили сразу поняла, что кажущееся спокойствие его тона ничего хорошего попутчикам не предвещало. — Гриффиндор, факультет храбрецов! — уверенно отрапортовал Джеймс, поднимая над головой воображаемый меч. Северус презрительно фыркнул. — Что-то не так? — агрессивно осведомился он, видя реакцию Северуса. — Отчего же... — растягивая слова, произнёс Северус. Он принял нарочито-расслабленную позу, и Лили отчётливо осознала, что драки не избежать. — Если кто-то больше хочет быть храбрым, чем умным. — Для умников — Рейвенкло, а вот кто-то, видимо, не то и не другое... — ввернул реплику Сириус. — Так, Северус, хватит с нас этого! — Лили высоко подняла подборок и вскочила ноги с твёрдым намерением покинуть купе, пока не стало слишком поздно. «Надо было брать уроки китайского бокса, — подумала она. — Тогда была бы равная схватка двое на двое». — Мы найдём другое купе! — О, да мы с характером, — прокомментировал Сириус. — «Хватит с нас этого», — передразнил Джеймс и моментально получил удар прямо в челюсть. Драка всё-таки началась. Северус и его соперник катались по полу купе, как дикие коты. Сириус благоразумно забрался на диван с ногами и теперь наблюдал за происходящим, переводя взгляд с одного противника на другого, словно это был теннис. Мальчики дрались молча, слышались только звуки ударов, треск рвущейся одежды и хриплое дыханье. Но вот Поттер получил удар прямо в глаз (очки слетели с него уже давно и теперь лежали где-то на полу). Чуть позже раздался глухой неприятный хруст — очередной удар пришёлся на нос Северуса. Обоих соперников заливала кровь, но, казалось, они этого не замечают. — Они же покалечат друг друга! Мы обязаны их разнять, — воскликнула Лили, обращаясь к Сириусу. Тот, однако, только пожал плечами, явно предпочитая узнать, чем закончится драка. Лили зарычала от досады и начала оглядываться в поисках «отрезвляющего» средства. «Вот пакость, даже вазы с цветами нет», — подумала она. И тут ей в голову пришла идея. Лили вытащила свою новую волшебную палочку, направила на дерущихся и послала сноп красных искр, как делала в мастерской Олливандера, когда её выбирала. Сцепившихся мальчишек окатило дождём красных огоньков. Поттер взвыл — скорее от неожиданности, чем от боли, Северус тихо зашипел: было такое впечатление, словно им за шиворот высыпали по мешку колючек. Хватку они, впрочем, не ослабили, и неизвестно, чем бы всё закончилось, но в этот самый момент дверь купе распахнулась. На пороге стоял высокий черноволосый старшекурсник. Окинув взглядом «поле битвы», он коротко взмахнул палочкой. — Агуаменти максима! Противники с шипением откатились в разные стороны. Из палочки на них вылилось никак ни меньше ведра воды. Удостоив мокрых и обрызганных за компанию детей ироничного взгляда, в котором читалось скорее поощрение, чем осуждение, юноша высунулся в проход и громко позвал: — Алекса, где тебя носит? Забери первокурсника и подлечи, он здесь слегка подрался... — дети переглянулись. Сириус недовольно дёрнул плечом, Джеймс прижал холодную ладонь к глазу, под которым стремительно набухал синяк. Северус, со свистом дыша сквозь разбитую губу, прислушался, пытаясь услышать ответ неведомой Алексы. Но смысл можно было понять и так: — Как это «почему ты»? Он сто процентов будущий ваш... Приметы? Он — Поттер! Пошевеливайся, а то я Люциусу скажу! В купе ввалилась кукольного вида блондинка, пятикурсница со значком старосты Гриффиндора на мантии. Бегло осмотрев Джеймса, она увела его с собой в купе. — А Вами, сударь, кажется, займусь я... — пробормотал юноша, обращаясь к Северусу. — Пойдём, у меня в соседнем купе пара зелий завалялась. Будет нелишним, — он положил руку Северусу на плечо, но, когда тот поморщился от боли, сразу же убрал и жестом показал в сторону купе. — Верну Вам его в целости и сохранности, юная леди! — добавил он, глядя на Лили. Последняя с нескрываемым подозрением наблюдала за ним с места возле окна. — И, кстати, на будущее: вне учебных классов палочкой лучше не пользоваться... До совершеннолетия, — уточнил он и скрылся из виду... ...— Так, посмотрим, что здесь у нас... — старшекурсник деловито распаковал несколько пузырьков с зельем. — Бодрящее тебе не нужно, на успокоительное ты не согласишься, а вот кроветворное не повредит. Пей! — Северус с подозрением понюхал склянку, но, узнав знакомый запах, единым махом опрокинул её содержимое в себя. — Отлично... И последний штрих! — юноша взмахнул палочкой, направив её на сломанный нос Северуса. Синяк пропал, очертания носа слегка изменились, но какая-то неправильность в его форме сохранилась. Старшекурсник пробормотал под нос какое-то ругательство и попробовал ещё раз. Видимо, с тем же результатом. На его смуглом лице не отразилось ни малейшей эмоции, но Северус всё равно догадался в чём дело и ехидно усмехнулся: — Не тратьте силы. Это было ещё до Поттера, — он ощупал нос и удовлетворённо кивнул. — Да, всё так и должно быть. — И кто тебя так? — спросил юноша. Нос ломали минимум дважды, и оба раза выправили не слишком грамотно. — Обычные магловские разборки, — махнул рукой Северус и мстительно прибавил: — Им досталось гораздо больше! — Не сомневаюсь, — пробормотал юноша, вспоминая заплывшее синяками лицо Поттера. В его голове начало брезжить неясное пока подозрение. — Не любишь маглов? — Не то слово, — хмыкнул Северус. — А как тебя зовут, кстати? — лениво осведомился старшекурсник. — Северус, — хмуро представился тот, уже догадываясь, что последует дальше. И точно: — А фамилия? — Моя мать из рода Принсов. Их Вы, наверное, знаете, — ещё более угрюмо пробурчал Северус, уперев взгляд в свои ботинки. — Принсы? Да, конечно... — живо поддержал старшекурсник, хотя на самом деле вспомнил только несколькими минутами позже. «Маленький род, последняя наследница совершила что-то скандальное и ушла из дома... — думал он. — Хотя какое там «что-то». Вот они последствия — прямо передо мной». — Тогда я думаю, что мы с тобой ещё встретимся. Я со Слизерина. — Конечно, — просиял Северус. — Спасибо Вам за лечение! — Наш долг — помогать младшим курсам, — шутливо отсалютовал юноша. — Пойдём, верну тебя твоей подруге, а то она уже заждалась, наверное! Северус едва заметно покраснел и направился к выходу из купе... ...— Люциус, у меня для тебя четыре новости: две хорошие и две не очень! — Адриан Нотт, студент седьмого курса Слизерина, ввалился в личное купе старосты школы, довольно потирая руки. — Если ты о том, что с наследника Поттеров слегка сбили позолоту, не трудись — я уже слышал, — лениво отозвался староста Люциус Малфой, высокий юноша с платиново-белыми волосами, собранными в хвост. Он лежал на диване и со скучающим видом рассматривал висящий над его головой фонарь. — Здесь была Алекса, кричала на Юджина и Помону, пока я не вышел разобраться. Но мне кажется, это несколько мелко для хорошей новости. — А как насчёт того, что мы обсуждали на прошлой неделе? — Адриан расположился на втором диване и начал цитировать, закатив глаза, как будто текст располагался на потолке: — «...Приоритетом становится поиск не просто потенциально сильных колдунов, но боевиков, боевых магов по духу, тех, кто не остановится ни перед чем, реализуя волю Тёмного Лорда». — И ты сделал вывод, что этот мальчик нам подходит, гадая на синяках Поттера? — скептически приподнял бровь Люциус. — Хватит валять дурака, Люц! — Адриан рывком сел на диване и ударил кулаком по столику. Люциус с опаской на него покосился и слегка приподнялся на локте: таким возбуждённым и агрессивно-уверенным он Нотта не видел уже давно. — Он ненавидит Гриффиндор, он терпеть не может маглов, и он готов биться до последнего. Его мать из Принсов, так что мальчишка, скорее всего, будет учиться в Слизерине. И наша задача... вернее твоя, — исправил себя Нотт, — добиться от него лояльности, пока его не переманили сторонники директора Дамблдора. Чем раньше, тем лучше! — Хорошо, допустим, — примирительно поднял руки Люциус. — Как его фамилия? — Вот это и есть плохая новость, — нахмурился Нотт. — Его отец — магл. — Ты с ума сошёл? — Люциус, потеряв невозмутимость, чуть не поперхнулся, услышав это. — Я... я должен был догадаться! Кулачный бой, прокушенное ухо, кошмарный акцент... Алекса об этом говорила. Речи быть не может! — Люциус рубанул ребром ладони воздух, показывая, что разговор закончен. — Ах, значит так... — Адриан встал и, опираясь на столик, навис над Люциусом. — То есть ты готов оспаривать приказы Лорда? — его голос был тихим и вкрадчивым, до странности напоминающим змеиное шипение. — Который, между прочим, упоминал, что полукровок допустимо привлекать в ряды Пожирателей, если это того стоит. — И чем ты докажешь, что «это того стоит»? — занял оборонительную позицию Люциус, скрестив руки на груди. — Это ведь не тебе, это мне возиться с этим необразованным полукровкой, который, наверное, вырос в какой-нибудь магловской дыре вдали от волшебного мира... Нянчиться и разыгрывать из себя «доброго старшего брата», как успел уже, наверное, сделать ты. По воспитанию он почти что маглорождённый! — Чем я докажу? — Адриан нехорошо усмехнулся и покачал головой: — Не-ет, это как ты, Люциус, объяснишь Лорду, почему ты не взял такого перспективного парня в разработку? Я его заметил, а ты упустил. Такая вот простая арифметика, — он взмахнул руками. — А уж о том, что у тебя была возможность привлечь его на нашу сторону, мой отец Лорду обязательно расскажет, можешь не сомневаться. — И что из этого? — ощерился Малфой, которому повторное упоминание о Лорде явно не пришлось по вкусу. — Меня выгонят? Казнят? Из-за такого пустяка? Не переоценивай себя, Нотт! — Не переоценивай себя, Люци...— ухмыльнулся Адриан. — Должность старосты, видимо, затмила твой разум. Мелкая административная подачка и ты уже считаешь себя королём. Но ты — всего лишь один из многих, внешний круг. Как и твой отец, кстати... А мой — один из первых и самых верных соратников Лорда. Лорд ценит верность, Люциус, и всегда воздаёт по заслугам, — Нотт улыбнулся с осознанием собственного превосходства. — Так что отрабатывай оказанное доверие. С минуту они сверлили друг друга взглядами, в которых не читалось ничего хорошего. Наконец, Люциус словно бы случайно отвёл глаза. — Так какая там вторая плохая новость? — спросил он самым светским тоном из возможных. Адриан, до этого продолжавший напряжённо наблюдать за ним, сразу же расслабился и облокотился на спинку дивана. После чего с энтузиазмом продолжил выкладывать последние новости: — Ты помнишь старшего сына Вальбурги? — Сириуса? Да уж, такое забудешь! — с готовностью включился в обсуждение Люциус, поддерживая игру. — И что? — Он собрался поступать в Гриффиндор... — убитым тоном постановил Адриан. — Я слышал, пока эти двое не сцепились. — О-о-о... — новость и впрямь удалась. Люциус округлил глаза в попытке осмыслить услышанное. Секунду он держал невозмутимое лицо, но потом не выдержал и буквально согнулся пополам, беззвучно смеясь. — Бэлла! — прошептал он сквозь хохот. — Бэлла будет в шоке! Я почти хочу увидеть выражение её лица в этот момент... С безопасного расстояния, разумеется! — добавил он. * * * — Слизерин и только Слизерин! — словно тренер по квиддичу, наставляющий игроков перед боем, произнёс Северус. — Я постараюсь! — Лили даже слегка пригнулась, собираясь перед важным событием. Северус и Лили стояли, взявшись за руки, в толпе первокурсников и ждали своей очереди. ...— Эванс, Лили! — Держись! — Северус сжал её руку и отпустил. Лили выступила вперёд и бодрым шагом прошла к стулу. Сердце колотилось сильнее, чем когда классная руководительница объявляла счастливцев, прошедших отбор на школьный спектакль. «Моё первое волшебное событие», — думала она. Лили удобно устроилась на стуле и подмигнула Северусу за мгновение до того, как строгая волшебница в зелёной мантии накинула на неё Распределяющую Шляпу. Шляпа молчала. Северус нервничал. Он не мог увидеть выражения лица Лили, но молчание Шляпы означало, что идёт непростой выбор. Наконец, Шляпа Годрика Гриффиндора объявила свой вердикт: — Гриффиндор! Северусу показалось, что его ударили в солнечное сплетение. Перед глазами потемнело, поплыли круги... Шляпу уже сняли, и он видел лицо своей подруги: бледная и хмурая, Лили кусала губу, словно поглощённая какими-то тяжёлыми мыслями. Северус проследил за ней до красно-золотого стола. Ей уступили место на скамье, и она было приветственно кивнула, но увидев, что уступившим был Сириус, высоко подняла голову и отвернулась. Вид у неё был потрясённый и немного потерянный. «Неужели Шляпа не спросила её мнения? — думал Северус, следя за подругой и коротая мучительно долгое время до буквы С. — Тогда почему она так долго принимала решение?» — Снейп, Северус! За столом Слизерина Адриан Нотт кивнул старосте школы, Люциусу Малфою. Тот хмуро кивнул в ответ и пристально посмотрел в сторону Северуса. Однако он этого не заметил. Как в тумане, Северус добрался до стула, сел и уставился в одну точку перед собой. Свет померк: волшебная Шляпа опустилась ему на глаза. На сей раз она не думала долго: — Слизерин! И Северус прошёл за серебристо-зелёный стол. Староста приветливо кивнул ему и пожал руку, усадив по правую руку от себя. Огромная честь, заставившая слизеринцев недоумённо переглянуться, а некоторых даже начать перешёптываться. Однако сам Северус вряд ли тогда придал этому какое-то значение. Лили попала в Гриффиндор. Практически в стан врага... ...— Пссс... Да услышишь ты меня или нет? Северус, шедший в самом хвосте группы слизеринских первокурсников, не сразу отреагировал на возмущённый шёпот. Он скосил глаза в сторону и увидел подругу, энергично махавшую ему рукой из-за ближайшей колонны. Их уже предупредили, каким может быть штраф для тех, кто оказывается вне гостиной факультета после комендантского часа. Но Северус не сомневался ни секунды. Мгновение и он забежал за ту же колонну, частично закрывавшую узкий каменный коридор. Благодаря чёрным мантиям, заметить детей в этой темноте было практически невозможно. Теперь, когда Северус понял, что большую часть времени они будут проводить порознь, каждая минута рядом с Лили казалась особенно драгоценной. Они забрались поглубже в коридор, чтобы их было не видно снаружи, и присели прямо на каменный пол. — Рассказывай, — вздохнул Северус. — Обещай не кричать сразу, — прошептала Лили. Северус неопределённо пожал плечами. — Я сама выбрала Гриффиндор... — Что?! — Северус недаром не стал давать обещания. В тишине ночного замка этот возглас прозвучал особенно громко. Но потом его голос снова упал до шёпота. — Как это вышло? Шляпа хотела упечь тебя на Хаффлпафф? Потому что даже Рейвенкло лучше Гриффиндора... — Сядь, — Лили с силой нажала ему на плечи, почти насильно усаживая и не давая встать. — Выслушай меня до конца. Мне предлагали Слизерин, — Северус попытался что-то сказать, но она прижала ладонь к его рту. Наконец, он замолчал и непонимающе посмотрел на неё. — Но Шляпа сказала мне, что к ученикам из магловских семей там относятся плохо. Очень плохо, — подчеркнула она, испытующе глядя на Северуса, но различить его выражение лица в полутьме коридора было сложно. — Когда ты мне собирался об этом сказать? — Никогда, — хмуро ответил Северус. — Тебя бы это не коснулось. — Значит, это правда... — прошептала Лили. — Это бывает правдой, — прошипел в ответ Северус. Её бы никто не тронул. Он бы не позволил. А до остальных ему дела нет, тем более что на Слизерине маглорождённых мало. — Но ты — особый случай! — Даже если так... — Лили осеклась, на секунду смутившись из-за его слов. Но сразу же продолжила: — Неужели ты думаешь, что мне было бы приятно смотреть, что происходит с теми, кто не настолько «особый случай»? — в голосе Лили звучало возмущение. — Ты думаешь, я бы спокойно это перенесла? — Нет, конечно... — пожал плечами Северус. «Спокойно» и Лили вообще были двумя несовместимыми понятиями. — Вот мы бы с тобой и придумали, как проучить тех, кто их обижает. Если ты бы захотела, — уточнил он. — А так... Так ты оказалась на одном факультете с этими... — Помешанными на спорте идиотами с кошмарными шуточками, — закончила за него Лили. — Именно! — с горячностью поддержал её он. — Эта побитая молью годрикова ветошь специально запугивала тебя, чтобы распределить на факультет своего бывшего хозяина... — Ох, как всё серьёзно! — рассмеялась Лили. С самого распределения ей было не по себе, но сейчас, слушая Северуса, она всё больше убеждалась, что ровным счётом ничего не изменилось: главное, что они по-прежнему друзья. — Шляпа интриговала специально, чтобы меня похитить... Сев! — она ободряюще улыбнулась и снова положила руки ему на плечи. — Не переживай, мы всё равно вместе, и побольше, чем дома. И не сердись. Всё равно даже ты не сможешь сердиться на Гриффиндор вечно! Ну же, я тебя знаю... * * * — Мисс Джонсон, это было простейшее зелье от бородавок... Его невозможно выполнить неправильно, — Снейп навис над котлом, жидкость в котором была ярко-малинового цвета. Первокурсница Анджелина Джонсон с ужасом косилась то на котёл, то на преподавателя. — Но Ваш факультет славится умением делать невозможное... — Но профессор, я сделала всё, как... — Что это за цвет? — прервал её Снейп. — Ро... розовый, — слегка заикаясь, выдавила из себя Анджелина. — А должен быть? — вкрадчиво осведомился профессор. — Зелёный. — Вы думаете, что автор учебника был дальтоником? — ехидно произнёс Снейп, опираясь о парту рядом со злосчастным котлом. — Нет, сэр... — пробормотала она. — Тогда это значит, что Вы что-то всё-таки сделали неправильно, — подытожил профессор Зельеварения и сложил руки на груди. — А теперь подсчитаем. Испорченное зелье — минус один балл с Гриффиндора. Попытка выдать отвратительный продукт за верный — минус два балла. И... — он едва заметно усмехнулся, — препирательство с преподавателем — минус три балла с Гриффиндора. Можете быть довольны собой, мисс Джонсон!.. ...Свет палочки выхватил из темноты фигуры юноши и девушки, целовавшихся в нише за доспехами. — Пароль в гостиную забыли? — осведомился Снейп. — Я Вам напомню. «Риск — благородное дело». Что характерно, это именно пароль, а не руководство к действию. Минус десять баллов. С каждого. Идите, обрадуйте Полную Даму своими успехами... ...— Интересно, Снейп хотя бы раз начислял очки Гриффиндору? — староста Билл Уизли вполголоса переговаривался с загонщиком квиддичной команды Норманом Хотчинсом. — Тсс... Билл, что если он тебя услышит? — Специально для Вас, мистер Уизли, — Снейп даже не обернулся. — Три очка Гриффиндору за благоразумие мистера Хотчинса. И минус пятнадцать очков с Вас.