Сумеречный карнавал

Kazuki - Dearest Wish Piano vers_ SCREW

Как теперь искать Таа, Манабу не имел ни малейшего понятия. Свернув в переулок, он оказался на перепутье ещё более узких ответвлений и проходов между домами, среди множества труб и небольших лестниц, тянущихся с невысоких крыш. За спиной слышались громкие крики, и Манабу потянулся к лестнице, чтобы подняться повыше, но судьба решила иначе. После взрыва начало переулка оказалось окутано густым дымом, от которого слезились глаза, и Манабу, неловко поскользнувшись, упал. Боль отозвалась в лодыжке, не сильная, но достаточная, чтобы забыть о побеге по крыше. «И как теперь быть? - мысли лихорадочно прокручивались в голове, а времени оставались считанные мгновения. – Сейчас они выскочат и схватят меня». Манабу заметил возле себя то, чего не увидел раньше: у самой земли виднелись полукруглые, небольшие окна, и в одном из них была выбита решётка и стёкла. Недолго думая, он принял решение, показавшееся тогда единственно верным: ухватившись рукой за обломок рамы, Манабу подтянулся и скользнул внутрь ногами вперёд. Нырнув в рассеянную тусклым светом темноту, он присел и прижался спиной к землистой стене. Здесь пахло пылью, песком и старым деревом. Света хватало только чтобы разглядеть перед собой квадратное подвальное помещение, углы которого были забиты хламом, укрытым холщовой тканью. И где-то впереди проход без двери, ведущий в ещё более вязкую и пугающую темноту. Манабу задержал дыхание. Ему казалось, что сердце бьётся очень громко и может выдать его с головой. Из окна над ним, через которое он только что пролез, спустился язычок серого дыма, после чего послышались неясные мужские голоса преследователей. - Куда он ушёл? - Думаете по крышам? Или в переулок? - Разделимся. Ты – поверяешь там, ты – туда, а я – вот сюда. Послышался треск оружия и одновременный топот нескольких ног по земле. - Так и сделаем! - Живо! Найдите их немедленно! Шаги по камням раздались совсем близко, но затем, не останавливаясь, начали отдаляться. Манабу смог выдохнуть, только когда стало совсем тихо. Он посидел так ещё с минуту, надеясь, что преследователи уйдут достаточно далеко или, если вернутся, то пройдут мимо. И только благодаря наступившей мёртвой тишине Манабу неожиданно услышал тонкий отзвук далёкой мелодии. Музыка тоже была частью его жизни в Муравейнике – какие-то инструменты трудно было достать, потому мальчишки делали что-то сами, по картинкам из книг. Так однажды Таа сделал для Манабу что-то вроде гитары, даже струны где-то достал. Вот только эта мелодия была явно не струнной. Так не вовремя проснувшееся любопытство подтолкнуло Манабу вперёд. Отлепившись от стены, он ещё раз с опаской взглянул вверх, в окно. Оттуда был виден край здания, голубое небо и больше ничего. Помня, что надо найти друга, Манабу решил, что если быстро посмотрит, то ничего не произойдёт. Когда прохладная темнота окутала его, Манабу содрогнулся и уже почти отказался от этой затеи. Но вдруг подумал, что у того, кто играет такую чудесную музыку, можно попросить помощи. Сделав глубокий вдох и выдохнув, он дальше мужественно вышагивал по узкому коридору, упираясь ладонями в ровные гладкие стенки. Свернув за угол, Манабу обнаружил, что коридор тянется дальше, но в середине его был такой же проём без двери – оттуда лился тусклый свет. Сглотнув, Манабу приблизился и понял, что звук исходит из комнаты, скрывающейся за этим проёмом. Мелодия была плавной, медленной и очень трогательной. Чем больше он слушал её, тем сильнее казалось, что сердце сжимается в груди от необъяснимой светлой печали. Осторожно выглянув, он увидел небольшой зал, заваленный до потолка строительным мусором и прочим хламом. Сверху, на потолке, часть крыши заменял круглый стеклянный купол, сквозь который внутрь падал солнечный свет. В лучах, заливающих центр зала, золотились пылинки. Посреди гор мусора, там же, стоял, отблёскивая поцарапанными белыми боками, большой и массивный музыкальный инструмент, напоминающий квадратный диван на тонких ножках. На поломанном стуле за невиданным прежде инструментом сидел невероятно красивый рыжий парень, от которого Манабу оказалось трудно отвести взгляд. Тонкие пальцы незнакомца порхали над клавишами, издававшими потрясающий звук. Его белая рубашка ослепительно сияла в ярком свете, а глаза были прикрыты, пока он играл, видимо, самозабвенно наслаждаясь своей музыкой. «Никогда ничего подобного не видел», - восхищённо подумал Манабу, боясь шевельнуться. Незнакомый парень выглядел едва ли намного старше его самого. Под рубашкой угадывались очертания крепкого, худого, но мускулистого тела. Хотя Манабу видел его лицо лишь в профиль, он не смог не заметить блеска чёрного кольца в губе. Однако любоваться красивым незнакомцем долго Манабу не рассчитывал. Осторожно шагнув назад, он решил медленно ретироваться и найти Таа. Может быть, даже потом рассказать ему об этой удивительной встрече. Только внезапно пятка ударилась обо что-то твёрдое, и Манабу услышал едва уловимый стук перекатившихся камешков. В тот же миг мелодия резко оборвалась, и наступила тишина. «Вот же…» - похолодев от мысли, что его обнаружили, Манабу резко развернулся и пригнулся, готовый дать дёру. От того места, где он стоял, до поворота в коридор, ведущего к той комнате с окном, было всего несколько широких шагов. Бегом преодолев их, Манабу краем глаза заметил фигуру, возникшую там, где он только что стоял, подсматривая. «Как-то он очень быстро», - отметил Манабу, прежде чем перед его глазами скользнуло копьё. Остриё воткнулось в стену, а беглец уже не имел возможности увернуться и по инерции ударился горлом о торчащее древко. - Угхх… - свалившись с ног на спину, Манабу обхватил руками шею, отчаянно пытаясь вдохнуть или выдохнуть. Немая, тянущая боль вспыхнула в затылке, а перед глазами поплыли цветные круги. Прежде чем он пришёл в себя, что-то тяжёлое навалилось сверху, не позволяя двигаться, и произнесло приятным, весёлым голосом: - Надо же! Не думал, что у меня тут найдутся зрители. Да ещё какие! Помотав головой из стороны в сторону, Манабу наконец успокоил и выровнял дыхание. Сейчас ему следовало действовать осторожно. Подняв взгляд, он обнаружил рыжего парня, беззастенчиво устроившегося у Манабу на бёдрах и так нагло ухмыляющегося, что хотелось ему врезать. Склонившись, незнакомец всмотрелся в лицо своего неожиданного слушателя, а затем присвистнул. Это вполне означало, что цвет глаз и штрих-код на шее Манабу он разглядел. - Ничего себе. Лепер и без ошейника? Откуда ты такой, красивый, взялся? - Отпусти, – Манабу здорово хотелось огрызнуться на нахала, но силы на это куда-то ушли. – Мне надо найти друга. - Ты тут не один, значит? Теперь, когда парень оказался так близко, Манабу смог рассмотреть его детальнее: под отросшей чёлкой у него были вдеты в бровь металлические украшения. Уголки рта он растягивал в широкой улыбке, а ещё его разрез глаз чем-то напоминал кошачий. - Я не знаю… - спустя несколько секунд ответил Манабу. И тут же мысленно выругался, осознав, что если бы соврал, то был бы шанс сбежать. – Мы потерялись тут. - Да, я слышал грохот, - утвердительно кивнул парень, словно такая ситуация была повседневной, - не обращаю на такое внимание, когда играю на фортепиано. Стражники не очень умные, вот и палят по каждой пропащей собачке. Говорил ли музыкант завуалировано о леперах или действительно имел в виду обычных собак, Манабу не понял и решил пропустить это мимо ушей. Вместо этого он снова попросил об освобождении. - О, кстати, меня Казуки зовут, - вдруг представился парень, солнечно улыбнувшись. – А тебя? - Если это так важно… Манабу. Неожиданно Казуки наклонился и приложил палец к его губам. - Тогда послушай меня, Манабу. Сделаем вид, что ты меня не видел, а я не видел тебя. И обо мне ты не расскажешь никому, даже под пытками. Так же и со мной – тебя не выдам. Идёт? Не до конца понимая, зачем тому это нужно, Манабу кивнул. Казуки не был похож на одного из леперов: слишком ухоженный, красивый, без видимых изъянов. Никакого штрих-кода на шее, само собой, не было. Его одежда сияла чистотой, да и пах он приятно. Если Казуки человек – то наверняка один из местных богатых жителей. - Отлично! – Казуки мгновенно вскочил на ноги, освобождая своего пленника и подавая ему руку. Подумав, что этот парень какой-то странный, Манабу всё же неуверенно принял помощь. Оказавшись напротив Казуки, он отряхнул одежду от пыли. - Мне нужно найти… - Друга. Я помню, – Казуки склонил голову к плечу. Вытянув руку, он ухватил древко копья и вытащил его из стены. – Иди. Может быть, он тебя уже обыскался. - Ты меня просто так отпустишь? - Ты ведь обещал, – хохотнув, Казуки повернулся к Манабу спиной и направился в сторону зала со стеклянным куполом. На прощание удивительный парень махнул рукой, не глядя. – Бывай. Выбираясь из подвала, Манабу не рассчитал сил, и осколок оконного стекла оставил на его спине неглубокую царапину, прорезав запылившуюся накидку. От боли он зашипел, но решил разобраться с этим потом. Где искать Таа, Манабу не представлял и потому пошёл туда, где видел его в последний раз. Обогнув здание, он вновь увидел разбитую лестницу, только вокруг уже никого не было. Из широкого переулка между домами виднелась площадь, и тут Манабу подметил, что свет на улице стал неярким – солнце заслонили тяжёлые дождевые тучи алого оттенка. «Красный дождь пойдёт», - со вздохом заключил он. Царапина на спине зудела, да ещё и мысли о Казуки никак не покидали голову. Манабу поднял руки и прыгнул, пытаясь достать до верхней ступени лестницы. Вход, находившийся наверху, так и остался выломанным, но никого там не было видно. А звать друга Манабу опасался по вполне понятным причинам – боялся, что услышат стражи, которые могли ещё находиться где-то здесь. - Ну же… - негромко пробормотал он, когда пальцы вновь скользнули по краю ступеньки, не зацепившись, - Змей их дери! Было бы достаточно подтянуться на руках и заглянуть внутрь, но ничего не получалось. У Манабу заболела голова, видимо, то был отголосок боли от удара о древко копья. На душе стало гадко при мысли о том, что могло случиться с Таа и куда тот делся. - Один есть! Манабу вздрогнул, услышав за спиной пугающий суровый голос, но более ничего не успел. В спину что-то ударило и потянуло вперёд. Мгновение спустя перед Манабу мелькнули небольшие грузы, прикреплённые по концам сети. Таким образом, несколько раз обвив его тело, сетка затянулась, прижав руки к бокам. Не удержавшись на ногах, Манабу рухнул наземь, как мешок с овощами. Извернувшись набок, он задёргался, но освободиться никак не удавалось. Сеть крепко держала его, как бабочку в коконе. «Сейчас повяжут, и я не найду Таа», - запаниковал Манабу, извиваясь всем телом. Верёвки сети причиняли ему боль, впиваясь глубоко в одежду и кожу. Но, видимо, выбраться из них было нереально. - Не дрыгайся! – подлетев к Манабу, стражник, у которого была квадратная форма лица и дурацкий хвост из светлых волос, вытащил из-за пояса палку с крючком на конце. – Сейчас потащим тебя в Распределительную, а там уже выясним, чей ты. - Отпусти! Я только свой, у меня нет хозяев! – злобно прорычал Манабу, однако никто его не слушал. Зацепив крючком палки сеть, стражник поволок пойманного по камням. - Закрой рот, лепер. - Осторожно, птичка! – внезапно знакомый голос, раздавшийся над их головами, приковал к себе всё внимание. Стоя на самом краю крыши, Таа целился в них из странного оружия-трубы, при этом хищно улыбаясь. Манабу потребовалась доля секунды, чтобы сообразить, что происходит. Он резко откатился, невольно вытянув сетью из рук удивлённого стражника палку, крючок которой впоследствии глубоко впился в бок. Нажав на какую-то кнопку, Таа выстрелил – от трубы отделилась передняя конусообразная часть и полетела точно в стражника, оставляя за собой искры и след из густого дыма. От взрыва, раздавшегося так близко, в лицо Манабу метнулся порыв ветра, несущий с собой песок и мелкий мусор. Переулок опять заволокло дымом, только на этот раз Манабу оказался бессилен куда-то бежать. «Но это всё ерунда, главное с Таа всё хорошо!» – мысленно радовался он, кашляя и отплёвываясь от попавшей в рот дряни. Зажмурившись, Манабу снова попытался всеми силами разорвать сетку и спустя минуту ощутил, что крепкие тиски ослабли. Остриё ножа, подаренного ему Агги, блеснуло перед глазами, и Манабу сообразил, что это Таа разрезал верёвки. Выглядел приятель потрёпанным, одежда запачкалась в пыли, а на щеках появились царапины. - Ты в порядке? – Таа помог другу встать на ноги. - Выглядишь не очень. - Да ты и сам… - смешно фыркнул Манабу, но тут же посерьёзнел. – Надо выбираться из этого кошмарного города. Что случилось с тем стражником, друзья проверять не стали, их это и не интересовало. Таа потянул Манабу по каким-то переулкам, чистым и аккуратным, как и всё в этом городе. Вскоре дома расступились, обнаруживая небольшой безлюдный парк с ровно высаженными в ряд пихтами и развесистыми клёнами. Оглядевшись вокруг, Таа нашёл местечко на траве, под густой кроной вяза, где их никто не смог бы увидеть. - Держи, – с этими словами он достал из кармана своей накидки небольшой розоватый фрукт с бархатистой кожицей. Раньше Манабу видел персики лишь на картинках и никогда не думал, что ему удастся их попробовать. Приняв дар, он надкусил и едва ли не зажмурился от удовольствия. - Какой сладкий. Откуда? - Случайно получилось стащить, пока спасался от этих тупоголовых, - хохотнул Таа, оглядывая Манабу. А затем улыбка вдруг исчезла с его лица. Он протянул руки и обнял Манабу за плечи, прижав к себе. – Хорошо, что с тобой ничего не случилось. Удивлённый и немного смущённый таким поведением Таа Манабу забыл жевать и уставился во все глаза на друга. Открыв рот, он хотел поведать о загадочном парне, играющем потрясающую музыку, но замер и так ничего не произнёс. Он ведь обещал Казуки вообще никому не говорить об их встрече, так что ничего страшного, если Таа тоже знать не будет. - Я тоже рад, что ты цел, - негромко искренне проговорил Манабу. Из-за объятий Таа он не мог поднять рук, чтобы погладить его по белой копне волос. Шумно выдохнув, Манабу склонил голову и коснулся виском головы друга. Как-то так Манабу понял, что тот всё это время боялся. В этом мире только они были друг у друга, и потеря одного обернулась бы трагедией для другого. Просидев в таком положении с полминуты, Манабу отстранился первым, предложив другу половину съестной добычи. Тот отказался. Таа сел сгорбившись, глядя куда-то перед собой. - Честно говоря, я без понятия, как отсюда выбираться. Но думаю, раз есть один вход, то должен быть и другой. К тому же, вполне возможно, что здесь есть канализация. - Что? – Манабу повёл бровью, вспоминая, где раньше мог узнать это слово. В конце концов, ему припомнились длинные сети тёмных тоннелей, которые он представлял на уроках. - Отличное изобретение, - Таа задумчиво кивнул, подложив ладони под себя. - До того, как его придумали, люди засоряли своими отходами улицы, как следствие, возникало множество болезней. Сколько мы здесь ни были, я не заметил никаких помещений, похожих на уборную. Значит, канализация наверняка здесь есть, и может, даже тянется через весь остров. - Это было бы… непродуманно, - неожиданно для себя выдал Манабу, доедая персик. Мысль пришла внезапно и показалась логичной. - Слишком просто выбраться из Карнавала и попасть сюда. Если такие выходы есть, то они должны охраняться или быть безнадёжно замурованными. Чтобы не проникали люди из-за стен. Таа пожал плечами, а затем механично потёр пальцем нос, как иногда делал, когда о чём-то с волнением размышлял. Манабу нравилась эта милая привычка. - Думаю, ты прав. В этот миг над их головами грохотнуло. Друзья подняли взгляды и обнаружили, что небо до самого горизонта заволокло тяжёлыми тёмными тучами с красными оттенками. То, что в городе стало темнее, они заметили не сразу, не до того было. - Красный дождь пойдёт, – лениво заключил Таа. Сам по себе дождь не представлял никакой угрозы. Он не вредил коже или вещам, разве что железо из-за него ржавело быстрее. После красного дождя в воздухе витал сладковатый аромат, как у крови, и всегда чувствовалась слабость в теле. Когда они ещё были в Муравейнике, Таа всегда просил друга не гулять под этим дождём, не вдыхать запах, остающийся после него. Но почему – объяснить не мог, кроме того, что это вредно. Красные дожди шли нечасто, а зимой их вообще не было. Однако, помимо них, чаще остров поливали дожди обычные, окропляя землю прозрачной морской водой. - Нам бы где укрыться, – Таа поднялся на ноги и отряхнул свои штаны, порвавшиеся в нескольких местах. Он протянул руку, помогая другу встать. – Можно попытаться ещё что-нибудь украсть, пока мы ищем выход. Таа устало выдохнул, но Манабу мысленно был ему благодарен, что он снова не стал поносить предателя Сойка, из-за которого они здесь оказались. Гром над их головами пророкотал вновь, и раздался далёкий шелестящий звук. Вытянув руку, Манабу не почувствовал капель. - Не идёт?.. – подняв голову, он всмотрелся ввысь, и вдруг увидел то, что его поразило. Дождь шёл, красная его пыль была видна высоко-высоко над самым изгибом огромного колеса. Но земли капли не достигали – красноватой массой, они били по поверхности едва заметного купола, накрывшего весь Карнавал. Странный барьер был прозрачным, иногда подрагивал, и по нему то и дело расходились чуть заметные красно-фиолетовые волны. Таа раскрыл рот, но выговорить что-либо смог не сразу. - Вот… вот это технологии. Манабу не был до конца уверен в том, что такое огромное поле, которое Таа назвал «силовым», могли создать люди. Слишком нереально это выглядело. Немного так постояв, друг Манабу первым вспомнил о том, что им пора уходить. - Для начала нужно чем-то прикрыться, - сообщил Таа. Сумки, одолженной Агги, пропала после той стрельбы в переулке. В ней и не было ничего особенного. А вот волосы, как и поношенная одежда, не скрывали их происхождения. Манабу предложил поискать карту этого города. Было бы неплохо знать, где они примерно находятся. После сегодняшнего Манабу всё больше казалось, что между ним и Таа крепнет невидимая связь, ещё более близкая, чем дружба. Вспоминания о том, как тот держал Манабу за руку, пока они сбегали, приятно грели душу. Если подумать, изначально весь побег был затеян ради его спасения. После недолгой ходьбы они оказались у маленького пруда с непрозрачной водой. За ним была видна ограда из подстриженных кустов, а дальше начиналась немноголюдная улица. - Стой-стой! – Таа вдруг схватил Манабу за руку и потянул назад, в невысокие кусты. Очень вовремя, потому как в этот момент на той стороне берега появились двое стражников. Один из них, высокий и угловатый, со шлемом на голове, развёл руками. Другой отрицательно мотнул головой, при этом что-то ответив. Колючки на ветке кустарника впились Манабу в плечо и бок, наверняка, то же было и с Таа, но тот не обращал на боль внимания. - Чуть не попались, - зашипел Таа. Он обернулся в поисках другого выхода отсюда, но через минуту это оказалось уже не нужным. Манабу, не оглядываясь, дёрнул друга за рукав, во все глаза глядя на двух человек перед ним. Точнее на одного, который только что снял шлем и устало размял шею. Чёрные волосы как всегда были не собраны, а губы растянуты в вежливой улыбке. - Это Агги, – ошеломлённо прошептал Манабу, хотя скажи он вслух, с такого расстояния его бы всё равно никто не услышал. – Агги. Манабу вспомнилось, что именно он помог им сбежать из Муравейника. Даже снабдил какими-то полезными вещицами и едой. Вот только что он делал в таком месте, да ещё в форме стража? - Вдруг он такой же предатель, как этот Сойк… - скрипнув зубами, оскалился Таа. – Просто использовал нас в своих целях. Вот и вся схема. Мысленно Манабу согласился с ним. Уж кому, как не ему, было знать, что Агги на такое способен. Для своих утех он использовал Манабу в обмен на их с Таа спокойствие и неприкосновенность. Даже Таа он когда-то предлагал объединиться лишь потому, что друг хорошо разбирается в технике. - Таа… а что, если он может нам помочь? – с надеждой спросил Манабу. Но друг промолчал, лишь недовольно поджав губы. - Конечно, может. От внезапно раздавшегося голоса за их спинами беглецы подскочили как ужаленные, при этом обнаруживая себя. На том берегу их увидели Агги и его спутник и, как заметил Манабу, двинулись в их сторону. Парень, так бесшумно подкравшийся сзади, тоже носил форму стражи. Однако, выдав себя, он не двинулся с места, продолжая сидеть на земле и дёргать кончики своих длинноватых волос розового оттенка. - Ой, какие пугливые, - задумчиво хмыкнул он. Таа развернулся, Манабу приготовился снова бежать, но оказалось уже поздно – с одной стороны озера к ним приближался Агги, с другой – его спутник. А позади сидел этот странный парень. - Стой, не беги! – оказавшись рядом, Агги ухватил Манабу за край футболки. - Ничего я вам не сделаю. - Да, не сделаешь… - снова подал голос парень со странным цветом волос. Обратившись к нему, Агги зло шикнул. - Саюки, заткнись. - Ну ладно, чё. - Манабу, ты в порядке? – обратившись к беглецу, Агги осмотрел его с ног до головы и неодобрительно покачал головой. - Мы вас искали. - Зачем? – судя по всему, Таа был совсем не рад этой встрече. Хмуро глядя на старого знакомого, бывшего коменданта, он прижал ладонь к бедру, там, где находился нож. - Затем, что вы не появились у Леды. Он находится в Тсаре. Как мне удалось выяснить, это Сойк привёл вас сюда. - Он нас обманул. - Знаю, - пожал плечами Агги, будто это было чем-то самим собой разумеющимся. - Не стоило так доверяться вору. Тем более такому самонадеянному. Манабу вопросительно посмотрел на бывшего любовника, чувствуя лёгкое возмущение – каким образом они должны были знать, кому можно доверять, кому нет? Они всего лишь парни, выросшие за стенами приюта! Но Агги это проигнорировал. - Ладно, - махнув руками, Агги кивнул в сторону выхода из парка, - надо выбираться, пока нас не заметили. Саюки, Манами, прикройте тыл. - Да. - Ага. Благодаря формам им удалось успешно притвориться группой стражи, ведущей сбежавших леперов. Манабу и Таа неохотно дали связать им руки тонкой, но очень крепкой леской. Если по пути встречались другие стражи порядка, Агги совершал необычный жест, ребром раскрытой ладони ударяя себя по левому плечу. «Видимо, что-то вроде приветствия», - уныло заключил Манабу, прислушиваясь к разговорам. Некоторые стражи обсуждали события, виновниками которых стали беглецы. Говорили даже, что кто-то там погиб. Таа шёл впереди, потому его лица не было видно. Вскоре они обошли какое-то огромное круглое строение, на вид очень древнее, и завернули в переулок между домами. Агги как-то по-особому постучал в неприметную дверь в стене, мимо такой пройдёшь – не заметишь. Ему скоро открыл невысокий хмурый мужчина в чёрном и молча пропустил внутрь. Манабу содрогнулся оттого, что вновь оказался в темноте, прохладной и липкой. Всей вереницей, они начали медленно спускаться вниз по крутой металлической лестнице. Освещена она была редким рядом тусклых лампочек на потолке, и, судя по их расположению, уходила глубоко под землю. Манабу, внимательно глядя себе под ноги, боясь оступиться, ощущал запах прелой почвы и, совсем немного, железа. - Так ты ведёшь нас к Леде? – устало спросил Таа, но тут, будто опомнившись, завёлся: - Эй! Развяжи уже эти верёвки. Больше нет смысла тащить нас на привязи как собачек! Слышал, Агги? Впереди идущий медленно обернулся, с неодобрением глянув на шумного Таа. Показалось, будто глаза Агги сверкнули в темноте. - Молчи и спускайся. Если я начну делать это здесь, кто-то может навернуться с лестницы, и тогда его уже ничто не спасёт. - Например, Манабу, – ленивым тоном поддакнул сзади Саюки. – Если споткнётся, падать будет, наверное, с минуту. Бам-бам-бам… - Захлопнись! – яростно огрызнулся Таа, резко дёрнувшись назад. Решив, что ещё немного и друг сам навернётся, Манабу осторожно перехватил его ладонь, переплетя пальцы вместе. Он сделал это больше интуитивно, помня, что раньше подобное Таа успокаивало. И действительно, тот почти сразу перестал вертеться, но и на друга почему-то не смотрел. Спускались они около получаса. По большей части из-за того, что приходилось быть очень осторожными. В конце концов, ступив на неровную вытоптанную землю, они оказались в длинном, таком же тёмном тоннеле с кирпичными стенами. Освободив Манабу и Таа руки, Агги потребовал идти за ним. Никто не разговаривал. Откуда-то доносился звук капели, а от мерного топота ног хотелось спать. Почти привыкнув к темноте, Манабу уже не вздрагивал от каждого шороха. Не выпуская руки Таа, он шёл за ним, то и дело клюя носом. Сейчас это казалось даже уютным – вот так идти, в полной темноте, когда тебя никто не видит. И ощущать тёплую ладонь друга в своей. «Друга ли?» - мысленно спросил себя Манабу, но ответа не находил. Да, они держались вместе с детства. Делили друг с другом еду, радость, шалости и синяки. Таа любил что-то изобретать, копаться в книгах и механизмах, а Манабу было достаточно находиться рядом, смотреть или помогать. Таа никогда не причинял Манабу вреда, всегда вступался за него, если кто-то приставал. А Манабу даже не помнил, как они познакомились. «Ты показался мне очень странным и замкнутым ребёнком, - рассказывал Таа, когда он один раз осмелился спросить об этом. – Но ты не боялся меня, как другие дети. Это было очень мило». «Мы оба странные», - беззвучно, одними губами шепнул Манабу, пытаясь разглядеть носки своей обуви. Таа действительно был ему больше, чем просто друг. Но пока Манабу не был готов даже мысленно признаться себе в этом, тем более представить его на месте Агги. - Откуда вы взяли эти формы? – тем временем спросил Таа, которого, по-видимому, давно волновал этот вопрос. Манабу навострил уши и тоже прислушался. Когда, вздохнув, Агги заговорил, его глухой голос эхом множественным отразился от стен. - А ты как думаешь? Убили тех, кому они принадлежали. Не задавай глупых вопросов. - Убили? Словно очнувшись, Манабу растерянно уставился на Агги. Но тот не обернулся, ничего не ответил и вообще не дал понять, услышал ли реплику любовника. Таа демонстративно хмыкнул, как бы говоря, что никогда не доверял Агги. Однако на этом милые беседы завершились. Они поднялись по лестнице, на этот раз не так высоко, и оказались в просторном тоннеле. Стены здесь так же были выстроены кирпича, но на вид более нового и крепкого. Посреди тоннеля текла довольно неприятного вида и запаха речка, так что Манабу сразу догадался, что они оказались в канализации. К счастью, идти по тоннелю пришлось недолго. Вскоре пред ними предстала ещё лестница, на этот раз каменная и широкая. В какой-то момент Манабу снова пожалел, что сбежал из тёплого, сытного приюта. Живот уже не так крутило, но всё равно было плохо, а дрожащие ноги уже едва держали. Хотелось лечь и никуда больше не идти. Но, помотав головой из стороны в сторону, он гнал от себя эти мысли: ситуация сложилась для них наилучшим образом, и силы ещё оставались. Таа иногда посматривал на него, в его взгляде читалось беспокойство. Наверное, он хотел узнать, устал ли друг. - Главное, - неожиданно заговорил Агги, не заботясь о том, слышно его или нет, - не делайте никаких резких движений. Особенно это касается нашего разумного изобретателя. Не кричите, не спрашивайте наперебой. А ещё… не прикасайтесь к Леде. Особенно к его волосам. Закончил свою речь Агги загадочным тоном, на что Таа фыркнул. А Манабу раскрыл рот, оглядываясь вокруг. Лестница привела их в невероятно огромный пустой зал, потолок которого терялся во тьме высоко над головой. Было слышно, как гудит здесь ветер, а при каждом шаге от стен отскакивало эхо, будто по платформе ступал целый отряд человек из двадцати. Круглую стену зала обвивала непрерывающаяся винтовая лестница, вьющаяся вверх и ведущая к множеству дверей на разных уровнях. На секунду Агги задержался. Расставив ноги на ширине плеч, он всмотрелся куда-то вверх, затем по сторонам. В конечном итоге он щёлкнул пальцами и повёл всех к началу лестницы. Пока они поднимались, Саюки и Манами, кажется так их назвал Агги, не произнесли ни слова и следовали в конце группы, точно тени. Вереница остановилась перед дверью, ничем особо не отличающейся от других. - Что будете делать дальше – решать вам, - обратился к беглецам Агги, прежде чем толкнуть железную скрипучую дверь от себя.