Ноябрьские преступления.

— Эй, — Фрэнк дотронулся до моей руки своими ледяными пальцами, — о чем ты думаешь?       Его голос выдернул меня из раздумий, в которые последние пару дней я погружаюсь все чаще. Отвернувшись от окна, в которое пялилась на протяжении нескольких минут, я отпила немного горячего шоколада, который растекся по горлу, одарив каждую клеточку моего продрогшего от холода тела теплом. — Как ты думаешь, — Я взглянула на друга, кожа которого вдруг показалась мне необычайно бледной, — кто мог это сделать с Мэттом? Что он мог сделать такого ужасного, за что поплатился жизнью? — Он курил травку, — спокойно ответил брюнет, пожав плечами. — За травку не убивают, — легкий рык сорвался с моих уст, эхом разлетевшись по тихому полупустому кафе. Заметив на себе удивленные взгляды посетителей, я примолкла, пригнувшись. — Должно же быть что-то еще, — уже шепотом проговорила я.       Фрэнк заметно занервничал, начав озираться по сторонам. Убедившись, что нас никто не слышит, он тихо произнес: — Я могу тебе показать. Зайдешь вечером? — Хорошо, — Кивнула я, — сразу после занятий с Мистером Озборн. — Он по-прежнему просит остаться тебя после лекций? — Коулман усмехнулся, расплывшись в улыбке. — Кажется, кто-то влюблен. — Да ну тебя, — Отмахнулась я, встав из-за стола и накинув на себя куртку. — Ему просто нравится, когда студенты проявляют интерес к его предмету. Вот и все. — Я просто говорю, чтобы ты была осторожнее, — Подмигнул мне друг, протянув руку. Усмехнувшись, я взяла его под руку, и мы вместе двинулись к выходу из кафе. Оказавшись за пределами заведения, нас окатила волна сильного порыва ветра, чуть не сбив с ног. Все-таки ноябрьские дни становятся холоднее: солнце не греет, а холодный северный ветер, который напрямую движется с озера Мичиган, так и норовит проникнуть даже в самую маленькую щель в одежде, оставив ледяные поцелуи на коже. Закутавшись получше, мы направились в сторону колледжа.       Как только мы с Фрэнком подошли к главному корпусу, то позади себя услышали голос Мистера Озборн, который только что припарковал свой старенький фордик и двигался в нашу сторону. — Я, пожалуй, пойду, — Коулман сделал несколько шагов назад. — Увидимся вечером! — Хорошо, — махнула я ему вслед, сразу развернувшись к преподавателю, который уже настиг меня, остановившись рядом. — Здравствуй, Беатрис, — мужчина в сером костюме машинально поправил и без того идеально уложенные волосы, взяв небольшой чемоданчик в другую руку. — Ну что, идем? — Конечно, — улыбнулась я, направившись вверх по небольшим ступеням, ведущим ко входу в довольно большое по размерам здание.       Весь путь до кабинета профессора мы оживленно беседовали о первой мировой войне, когда в 1917 году войска США начали военные действия на Западном фронте. Открыв дверь аудитории, Мистер Озборн отошел, дав мне возможность войти первой. Как только я переступила порог, то замерла: в нескольких метрах от меня стоял Джастин Бибер, лицо которого было искажено от испуга. Он явно не ожидал нашего визита. Бросив взгляд на одну из ближайших парт, я дала ему понять, что не собираюсь выдавать его присутствие здесь, поэтому, не долго думая, шатен нырнул под парту. — Может быть, меня тоже впустишь? — слегка рассмеялся мужчина позади меня. Встрепенувшись, я отошла в сторону. — Ну так что? — Профессор подошел к своему столу, кинув на него сумку. — На чем мы остановились? — Мы говорили о битве на Марне летом 1918 года, — я натянула фальшивую улыбку, всеми силами стараясь скрыть свое волнение, ведь мне не давало покоя наглое проникновение сюда этого странного парня, но еще больше то, что я покрываю его, — А есть у Вас какие-нибудь старые записи о том событии? Может быть, план наступления? — Да, кажется, были. Нужно лишь поискать, — подойдя к небольшому стеллажу с книгами и бумагами, Мистер Озборн углубился в поиски, тем самым дав возможность Джастину улизнуть незамеченным. Как только дверь за ним бесшумно закрылась, профессор повернулся, держа в руках какую-то книгу. — А вот и оно! — Извините, но я только что вспомнила, что должна кое-что сделать, — Быстрым шагом я направилась к выходу. — Мне нужно идти. Давайте перенесем наше занятие на завтра? — Ну, хорошо, — послышался разочарованный голос мужчины, прежде чем я вылетела из кабинета.       Осмотревшись по сторонам, я заметила Джастина, медленно ковыляющего вдоль длинного коридора. Накинув сумку на плечо, побежала к нему, окрикнув. Парень остановился, но не обернулся. — Ничего не хочешь мне сказать? — слегка запыхавшись, произнесла я, как только поравнялась с обладателем пленящих медовых глаз, которые устало смотрели на меня. — Спасибо, — хрипло ответил парень, продолжив свое шествие. — Я не об этом, — Я шла рядом, быстро перебирая ногами, потому как шатен заметно ускорил шаг. — Что ты делал в кабинете Мистера Озборн? — Это не твое дело, — сухо ответил он, убрав руки в карманы темных брюк. — Что? — Поток ругательств так и норовил слететь с моих уст, но я сдержалась. — Я помогла тебе. Именно благодаря мне ты сейчас идешь здесь, а не отчитываешься перед профессором. — Да, и, кажется, за это я тебя уже поблагодарил, — на секунду он остановился, взглянув на меня, а затем резко сорвался с места, завернув за угол, крикнув напоследок: — А теперь оставь меня в покое.       Я стояла в полном оцепенении, возмущенная наглостью этого парня. За несколько дней у меня накопилось столько вопросов к нему, но я упустила возможность задать их. Все мое нутро буквально кричало о том, что следует рассказать Джастину, что я видела кровь на его руках в день убийства Мэтта, но я позволила ему уйти, пытаясь потопить в себе желание знать все, ведь когда-нибудь это любопытство выйдет мне боком. Я не знала его истории, не знала его желаний и намерений. Все это привлекало меня. Ведь Бибер был полнейшей загадкой, которую так хотелось разгадать.       Я молча смотрела ему вслед, раздумывая о том что же все-таки скрывается за чистотой этих карамельных глаз, которые вряд ли дадут заснуть мне этой ночью...