Предательство, или выбор братьев.

Когда Кирара опустилась на поляну, и девушки спустились с её спины, она сразу же изменила форму и её шерсть встала дыбом. Кошка запрыгнула к хозяйке на руки и стала шипеть, как раскаленное масло, когда в него попадает вода. Девушки осмотрелись, они стояли посреди не большой поляны. По краям росли колючие кустарники шиповника, и довольно высокая трава, скрывая присутствующих от сторонних наблюдателей. Посмотрев вокруг, они увидели старый дуб, а под ним лежал огромный белоснежный пес, точнее цвет его шерсти, был таким раньше, сейчас шикарный мех свалялся, имел грязный оттенок, и местами был покрыт засохшей кровью. Демон медленно погибал, из его пасти сочилась кровь, а на мехе груди виднелось чернильно-синее пятно. Девушки широко раскрыли глаза, пребывая в сильном шоке. Они не ожидали увидеть старшего брата Инуяши в таком состояние, Кагомэ посмотрела на подругу, ту слегка трясло, она была удивлена и напугана, видимо размерами демона, решила жрица. Хотя Санго и была родом из деревни охотников на демонов, они никогда не охотились, на столь огромных и сильных ёкаев, в основном их нанимали, устранять многоножек, пауков и прочих мелких мононоке, которые досаждали крестьянам. Сещемару, а это был именно он, не обратил на прибывших особого внимания, точнее, все его внимание заключалось в слегка дернувшемся хвосте и легком рыке вырвавшимся из пасти. На большее ему просто не хватило сил, его сознание было в тумане, а тело не слушалось. Он не узнал нас, пришедших к его смертному ложу, но его зверь хотел напасть, только сил уже не было, подумалось юной мико. Кагомэ первая отошла от шока, она видела эту форму раньше, поэтому скорее удивилась плачевному состоянию великого лорда. Да дела обстояли ещё хуже, чем она думала, ёкай, умирал, причём умирал медленно и очень мучительно. Его гордыня, жажда жизни и отмщения не давали его душе покинуть тело, но все, же она потихоньку просачивалась из пасти вместе с кровью, и белые сферы растворялись в воздухе. Что причиняло ещё больше боли, чем, если бы он просто умирал, не сражаясь за последние минуты мучительной боли и жизни. Хоть раз его гордость послужила на его же благо, подумала мико, и я успела во время. — Кагомэ тян, — послышался дрожащий голос, девушка обернулась, и взглянула на охотницу, та откровенно дрожала. — Это, это и есть …. прошептала она надломленным голосом… — Да, Санго тян, — тяжело вздохнула девушка, — это и есть истинная форма великого лорда западных земель, небесный пес. Жрица стала осторожно приближаться к демону. Нет, она не боялась его, просто переживала, что обезумевший от боли он может кинутся на неё, не поняв, что она хочет помочь. Но Сещемару никак не реагировал на её приближение, его дыхание становилось прерывистым и хриплым. И девушка ощущала, что обычно мощная аура, этого демона, истаивала с каждой секундой, обнажая его истинные чувства. Он пах страхом, болью, одиночеством, тоской и смертью. — Кагомэ тян, — Санго отошла от шока, и подошла к подруге.  — Если мы сейчас же не окажем ему помощь, Сещемару умрёт меньше чем через час, — сказала охотница, внимательно вглядываясь в пса и намётанным взглядом охотника определяя его состояние. — Но как нам протащить его через колодец Костоглота, — задумчиво пробормотала Санго, — хотя правильнее сказать, как нам его туда в начале дотащить. Кагомэ посмотрела на старшего брата Инуяши. — И что же нам делать, — размышляла девушка. — Такого огромного пса мы просто не дотащим, — а Сещемару действительно был огромен. Рядом с ним, Кирара в истинном облике казалась просто котенком, но все, же он намного меньше своего отца, промелькнула мысль у девушки, когда ей вспомнился скелет, пса — демона, внутри которого была найдена Тэссайга. В этот самый момент она вдруг почувствовала лёгкий укол за ухом и слегка хлопнула рукой, уже поняв кто это, до того как рука коснулась кожи. — Дедушка Миога, как, кстати, что вы здесь, — обрадовалась Кагомэ. — Скажите, вы знаете, как мне ему помочь? — девушка показала рукой в сторону, погибающего демона. Блоха внимательно посмотрела на жрицу, за тем на лорда: — А ты уверена, маленькая мико, что готова? — Поинтересовался Миога. — Я — то знаю, что нужно сделать, но не уверен, что ты согласишься на это. Не будет ли для тебя плата слишком велика за спасение сына великого Ину — но — Тайшо, без жертвы ты не сможешь его спасти, причем благодарности за это ты от него не дождешься. Его сердце холодно как лед гор, в которых он рос, а душа темна как безлунная ночь, помощь, то он может и примет, но вот с чем вы итоге останешься ты Кагомэ. Подумай хорошенько, если ты начнешь ему помогать, то обратного пути не будет, и ты не сможешь ничего изменить. Он тебе не друг, зачем тебе это нужно? — Демоническая блоха внимательно следила за реакцией девушки. — Я готова к любым жертвам, не важно, зачем и почему, разве это имеет значение, когда на кону жизнь? И неважно чья, я просто должна спасти его, — тихо прошептала Кагомэ, и ее сердце забилось чуть чаще, — я хочу помочь ему. — Даже если твоя помощь ему не нужна и омерзительна? — спросил Миога, прыгая по телу своего хозяина, и изучая его состояние. — Да, даже в этом случае, — подтвердила мико, и голос её окреп. — Расскажи мне, что нужно делать, дедушка Миога. — Кагомэ поставила рюкзак на землю, и решительно направилась к дереву. Какая ирония, думала мико, спасаю жизнь второго брата, и опять великое и старое дерево, ей стало интересно, дожило ли оно до её времени, и девушка решила чуть позже оставить на нем отметину, и поискать его в своем времени. — Поклянись мне клятвой храма мико и монахов, что ты не отступишься от начатого, потому что если ты остановишься на половине пути, лорд умрёт, — вдруг потребовал Миога. Девушка от неожиданности встала, как вкопанная. Она не ожидала такой просьбы, и давать такую клятву было очень опасно. — Не надо, Кагомэ тян, — вскрикнула Санго.  — Не делай этого. Не давай клятву. — Успокойся, Санго тян, я знаю что делаю, — улыбнулась подруге Кагомэ. Повернувшись спиной к полумертвому демону, она подняла лицо к небу, чтобы никто не увидел её слёз, наполнявших глаза. Всё должно было быть не так. Она знала, что единожды дав эту страшную клятву, она не сможет избежать её выполнения, чтобы не произошло. Миога знал, что потребовать от юной мико. С момента произнесения этих страшных слов, и до момента её смерти она будет связана с этим ледяным гордым лордом, словами клятвы и нитями жизни. Она будет чувствовать его, а он её, где бы они не были, и чем бы не занимались. Не зависимо от их желания, и воли, они всегда смогут найти или избежать друг друга. Их эмоции будут делиться поровну. Не сразу, не скоро, но это произойдет. По щекам девушки, скатились первые слёзы и прочертили две мокрые дорожки. Она не сможет дать эту клятву повторно с кем-то другим. Она мечтала, дать её вместе с Инуяшей, и одеть на его руку, второй браслет Айона, чтобы всегда быть с ним. Но видимо судьбе, было, угодно распорядится по — иному. Но если она должна сделать это, то сделает без сожалений и раздумий, если только так можно спасти жизнь Сещемару. Собравшись с духом и опустившись на колени перед великим ёкаем, она начала произносить клятву. — Я, Кагомэ — святая мико из храма Канон, последняя хранительница камня Шикон, наследница Мидорики, хозяйка темных браслетов Айона и владелица кинжалов Майараны, клянусь тебе Ину — но — Тайшо, что не отступлюсь, и спасу твоего сына, лорда западных земель, хранителя Тенсейги Сещемару, чтобы от меня для этого не потребовалось. Я связываю нити наших жизней. И свидетелем моих слов буду, луна и звезды, трава и деревья, свет и тьма, человек и демон. Тут она повернулась к Санго и Кираре, я клянусь вам, что спасу его. — Твоя клятва услышана, святая мико, — ответила Санго ритуальной фразой и преклонила колено, Кирара, согласно мяукнула. После ответа Санго, Кагомэ почувствовала, как жар и холод пробежали по венам, подтверждая слова её клятвы, и связывая с ледяным лордом западных земель. Теперь она острее ощущала его состояние и запах смерти витающий над поляной. А браслеты всё же темные, про себя отметила охотница, интересно, зачем они ей, и, причем тут нити жизней, надо будет спросить у господина монаха, а то я, что — то не очень понимаю. — Вот и хорошо Кагомэ, теперь я расскажу, что вы должны сделать, но не всё сразу, а по порядку — удовлетворенно сказала блоха и перепрыгнула на Санго, — а, то напутаете ещё что-нибудь. — О, старый трус Миога, — улыбнулась девушка, отряхивая свое кимоно, от налипших травинок.  — А что ты, собственно говоря, тут делал? — Поинтересовалась Санго, отгоняя демоническую кошку, которой вздумалось поохотиться на блоху, и опускаясь на ближайший корень, поставив свой хирайкоцу рядом. — Я не трус, — оскорбилось насекомое, — а тут я оплакивал гибель Сещемару сама, но раз вы тут, то похороны отменяются. Миога перепрыгнул на Кирару, решив полакомиться, но его желанию, увы, было не суждено сбыться. Как только Миога пристраивался и собирался её куснуть, кошка сгоняла его своим хвостом, на кончике которого моментально вспыхивало пламя. И блохе приходилось спешно перемещаться в другое место, если он не желал поджариться. — Итак, девушки, — начал он, недовольно косясь на кошачий хвост. — Ваша идея переправить моего господина в мир юной мико правильная, там нет мелких демонов, да и магия имеет не много другой вид, к тому же для него это будет не плохим уроком, — пробурчал Миога, косясь на пса. — Кагомэ я правильно понял, что у тебя есть браслеты Айона? — демоническая блоха перевела взгляд на девушку. — Да, абсолютно верно, вот они, — Кагомэ показала браслет, приподняв рукав, и достала второй из кармана. — Я собиралась наложить печать послушания на Сещемару, на случай его безумств в моем доме. — Жрица подошла к подруге и села рядом с ней прямо на траву, её ноги начинали трястись. — Но откуда ты узнал о наших планах старый пройдоха? — Оооо, — протянул Миога. — Все просто, — пояснил он. — Тут бы тебе не дал покоя один неугомонный всем хорошо знакомый ханъё. Даже если бы ушли далеко, он нашел бы тебя Кагомэ по запаху, и вмешался, не дав выполнить то, что ты задумала. — Да, это было абсолютной правдой, и Кагомэ это понимала, потому и приняла, столь странное на первый взгляд решение. Перенести ненавистника людей, в мир населенный ими. — Да кто — нибудь, объяснит мне, что это за браслеты, такие, — не выдержала Санго. Из всего происходящего здесь, именно они не давали охотнице покоя, она чувствовала, что с ними, что — то не так, но никак не могла понять, что именно. Миога и Кагомэ, быстро переглянулись и посмотрели на Санго. — Я объясню, но чуть позже пообещала жрица, а сейчас нам надо спешить, иначе может стать совсем поздно. — Да, пожалуй ты права, — охотница согласно кивнула. Встав с корня, Санго развязала концы оби и, стянув свою юкату, осталась в костюме охотника. И что нам нужно делать спросила она, косясь то на демона, то на блоху, которая всё ещё сидела на её успокоившейся кошке. — Все очень просто, нам нужно пронести его через колодец Костоглот, и всё — сказал Миога. — О да, язвительно отозвались девушки, — в один голос, — ни каких проблем нет. За исключением того, что он не пройдёт сквозь колодец, так как он огромный пес. И мы не дотащим его туда. — Ах да, я вам не сказал, — встрепенулась демоническая блоха.  — Кагомэ должна просто отменить его трансформацию. — У охотницы и мико глаза полезли на лоб от такого заявления. — Просто отменить трансформацию, вот так просто, взять отменить. Он самый сильный демон, из тех, что я встречала, а у тебя просто взять и отменить — негодовала Кагомэ. — Как ты себе это представляешь старый болван? — Окончательно разозлилась мико. — Ну, ты же жрица, и обладаешь особой очищающий силой, вот и примени её на моем господине, — без особой уверенности в голосе парировала старая блоха. — Она что должна выстрелить в него из лука, — удивилась охотница разминая затёкшую спину. — Нет, ты с ума сошла что ли, — завопил Миога, на хозяйку хирайкоцу, — если она выстрелит в него из лука, то полностью очистит его, и в этом состояние он просто напросто умрет. А в наши планы его смерть не входит. Нет тут все сложнее, она должна очистить его касанием, в особую точку, чтобы её святая сила, отменила только трансформацию, а не убила окончательно. — То есть, я должна очистить его демоническую, форму, — полу — утвердительно полу — вопросительно поинтересовалась Кагомэ, выходя из своей задумчивости. — И где же находится, та самая волшебна точка, которая поможет мне его очистить? — Девушка оглядывала огромного, пса. Его дыхание было уже едва заметно. Миога прыгнул на Кагомэ: — Присмотрись внимательно, видишь на лбу фиолетовый полумесяц? Девушка последовала его совету, но с такого расстояния, да и ещё и в сумерках она ничего не смогла увидеть. К тому же её начало трясти, только она не понимала от чего больше от раздражения или от холода. В феодальной эре по вечерам и ночам сильно холодало. — Нет, ничего не вижу, — последовал ответ жрицы. Блоха с нетерпением стала подпрыгивать на её плече. — Подойди к нему, и тогда увидишь. Да не бойся ты, он сейчас тебе ничего не сделает. — Подзуживал Миога, видя нерешительность Кагомэ. Девушка вздохнула и стала приближаться к лежащему демону. Санго была напряжена и держала свой хирайкоцу наготове, собираясь бросить его в любой момент, если только Сещемару дернется. Кагомэ подошла вплотную к ёкаю, и наконец, увидела то о чем говорил Миога. На лбу у пса виднелся тонкий растущий полумесяц, бледно — фиолетово цвета. Кагомэ присела на корточки, около морды Сещемару, и не удержавшись от соблазна она провела пальцами по шелковистому меху ушей, и кровавым полосам под глазами. Какой мягкий и нежный мех подумала девушка, и замерла от удивления. Адский пес с трудом приподнял морду, и прижался к её руке ухом, после этого силы окончательно его оставили. Кагомэ с удивлением смотрела на свою руку, которая лежала на морде пса, от неё исходил розоватый свет и мягкое тепло, которое не расходилось, а впитывалось демоном. — Санго тян, иди скорее сюда, мне нужна твоя помощь, — крикнула девушка, едва сдерживая дрожь в голосе, — придержи его, пожалуйста. Охотница без лишних разговоров приблизилась к Кагомэ: — Что мне нужно делать? — Прозвучал короткий вопрос. — Придержи его морду, чтобы я могла коснуться полумесяца, — пальцы мико продолжали ласкать, белый мех. Она боялась признаться себя, что ей нравиться это делать. Кагомэ казалось, что когда она касается ёкая, то по её телу растекается жар. — Как скажешь, — пожала плечами Санго и обошла лежащего пса. Она не имела привычки оспаривать просьбы того кто руководил процессом, с которым охотница не была знакома. Девушка аккуратно привалилась к нему, чтобы сдвинуть с места голову Сещемару, и когда ей это удалось, она зафиксировала его морду, навалившись всем своим весом. — Всё, готово, — сказала охотница. Ну, вот теперь я вся в его крови недовольно подумала девушка, и как мне это объяснить Инуяши, если он учует запах. — Давай, Кагомэ, поспеши, — напутствовал Миога. Девушка дрожащей рукой потянулась к полумесяцу на лбу великого ёкая, и когда её рука коснулась этого странного меха, она вложила все свои силы в ладонь и крикнула во весь голос:  — Очистись! В этот момент по её телу прошла судорога, резонирующая от тела лежащего пса, которого лихорадило, вот и первая связь, с грустью подумала девушка. И в этот момент тело Сещемару засветилось ярко — голубым светом, и вместо огромного пса, перед ними, зависнув на высоте полутора метров над землёй, предстал красивый демон, в распахнутом хаори, со спутанными, окровавленными волосами серебристо белого цвета, с четырьмя пурпурными полосами на щеках, которые сейчас казались кроваво — алыми, по две с каждой стороны. Они, так же как и полумесяц были символами его рода, и безобразным пятном на груди. Его спина была выгнута под невозможном для человека углом, а рот раскрыт в немом крике. Когда он опустился на землю, из его рта, хлынула почти черная кровь и демон тихо застонал. Миога, перепрыгнул, на своего лорда и, что было сил завопил: — Кагомэ скорее осколок, если сейчас его не вложить в сердце Сещемару, он умрет, через несколько минут. Мико достала из — за пазухи флакон с осколками Шикона. Выбрав один из них, самый крупный, поднесла его к губам, и начала шептать очищающую молитву. Санго как не напрягала слух, так и не смогла услышать слова. Она только видела, что от каждого слова, которое произносила жрица, свет осколка становился ярче и ровне. А сам осколок начинал пульсировать испуская тепло. Когда прозвучали последние слова:  — Защити и сохрани! — которые жрица сказала во весь голос, камень завис над её ладонью, щедро делясь со всеми окружающими его существами своим теплом и силой. Девушка приблизилась к лорду демону, который лежал, опираясь спиной о дерево, и опустилась перед ним на колени. — Прости меня, пожалуйста — прошептала девушка, проводя кончиками пальцев свободной руки по полосам на щеках молодого демона, — я не должна делать то, что сделаю сейчас. После своих слов Кагомэ закрыла глаза и, наклонившись, поцеловала Сещемару в эти самые полосы. Она не могла увидеть ни кривой усмешки на его губах, появившейся на долю секунда, ни взгляда золотых глаз полного тоски и отчаянья. Отстранившись от его лица, девушка поднесла к пятну на груди очищенный осколок, которой сиял и пульсировал, и положив его, сверху наблюдала, как он втягивался в тело ёкая. К огромному удивлению Санго, сразу после того как осколок полностью исчез в теле Сещемару, дыхание демона выровнялось, и кровь перестала идти. Судя по размеренности его дыхания, ёкай просто уснул. — Хвала богам, успели, — выдохнули подруги, и сели прямо там, где стояли. — Ещё бы чуть — чуть и всё мы бы уже не смогли помочь ему, — еле слышно прошептала Кагомэ. Санго подняла на неё глаза: — Ну, что теперь к колодцу? — устало, спросила охотница. Она была вся в крови демона, и мечтала только об одном — помыться. — Да, сейчас отправимся, — подтвердила её слова мико, — только сделаю ещё кое — что. Кагомэ извлекла из кармана джинсов браслет, и наклонилась к Сещемару. — Ну, поскольку у тебя одна рука то оденем мы его на неё. Девушка подкинула браслет в воздух, и быстро сложила необходимые печати. Отчего бусины браслета зависли в воздухе, окрасившись в ярко алый цвет, и по одной поплыли к руке лорда западных земель, образуя кровавый след на его запястье. После того как последняя бусина заняла своё место браслет приобрел обычный вид. — Ну, вот и всё Санго тян, осталось только слово — заклятье. — Девушка хитро улыбнулась, и посмотрев на свою подругу скомандовала: — СИДЕТЬ, — браслет на секунду вспыхнул алым и погас. Теперь точно всё, поняла охотница, и хихикнула: — Кагомэ ну почему сидеть? Это слово для Инуяши. — Всё просто, — объяснила мико. — Сидеть на случай если они с Инуяшей опять сцепятся то я смогу остановить их обоих, одним словом, а не размышлять, кого остановить первым. — Кагомэ с удовольствием потянулась, разминая затекшие мышцы. — Ну, теперь можно и в путь, — сказала жрица. — Ага, — согласилась охотница, — тут не далеко, насколько я помню. Пойдём пешком, а Кирара донесёт нашего дражайшего лорда. — Да, а почему и нет, — Кагомэ согласно кивнула. Подняв свой рюкзак, она оглядела поляну, вдруг что забыли. Неожиданно она увидела рядом с костром старинную катану в ножнах. Тенсейга, поняла жрица и, наклонившись, подняла ножны с мечом. Они показался ей теплым и слегка пульсирующим в такт сердцебиения той, что сейчас держала их. Меч, который лечит, вспомнилось ей, — ты тоже признаешь меня, как и твой брат Тессайга, — улыбнулась девушка. — Всё же вы были очень странным демоном Ину — но — Тайшо, раз оставили Сещемару именно этот меч, — проговорила Кагомэ. — Кагомэ тян, мы готовы, — окликнула ее Санго, выдергивая из раздумий. — Да, да иду, — девушка оглянулась ещё раз и подбежала к подруге, которая ждала её на краю поляны. — Кагомэ, ты только посмотри, Кирара теперь тоже вся в его крови, — Санго явно очень огорчал этот факт, так как помыть демоническую киску было проблемно. Мико посмотрела на кошку, и едва слышно хихикнула, вся спина Кирары была покрыта кровью с одежды Сещемару, да и он сам сейчас едва ли напоминал великого демона, скорее просто очень грязного, но красивого крестьянина. Волосы, упавшие на лицо скрыли демонические отметки и его заострённые уши. Санго удивленно оглянулась на смех подруги: — Посмотри на него, — сказала Кагомэ, — забавно правда. — Очень, — невесело согласилась Санго, нервно вглядываясь в темноту леса. Мне ещё и кошку отмывать, теперь придётся, иначе Инуяша меня точно пристукнет, — пробормотала охотница. Примерно через пятнадцать минут нос Кирары вывел их к колодцу. На свои глаза девушки уже и не надеялись, в лесу было очень темно. — Ну, вот пришли, — сказала Санго помогая снять спящего Сещемару со спины кошки. -А что теперь? — пробормотала охотница, заглядывая в колодец. — Санго тян, помоги мне его спустить вниз, а когда ты выберешься, я активирую колодец, — попросила мико подругу. Она уже стояла на краю колодца. Девушки потратили полчаса на то, чтобы спустить ёкая в колодец, не сломав никому шею. Кирара сидела на верху, на краю колодца и с не скрываемым интересом наблюдала за происходящим. Когда Санго, наконец- то выбралась из колодца, она запрыгнула к ней на руки и замурлыкала. — Я бы рекомендовал вам отойти подальше, — послышался скрипучий голос. — О, Миога ты ещё тут, — удивилась охотница, — я думала, ты давно сбежал, ведь обычно так происходит. — Проговорила девушка, наклоняясь над колодцем, и всматриваясь в его тьму. Она никак не могла понять ушла Кагомэ или ещё тут. Во тьме колодца не раздавалось не единого звука. — Я пойду с Кагомэ и Сещемару сама, обиженно надулась блоха, ведь я не всё рассказал, что ей нужно сделать, а вам с кошкой лучше бы отойти подальше, — повторил своё предупреждение Миога. — Зачем, мы же все равно не сможем переместиться с Кагомэ. — охотница недоумевала, о чем толкует старый плут. — Ну как пожелаешь, — ответила демоническая блоха, и прыгнула в колодец. Судя по раздавшемуся хлопку, он решил подкрепиться кровью Кагомэ. Санго улыбнулась, не повезло ему. — Санго тян я пошла, — крикнула мико из глубины, и в туже секунду колодец окутало голубоватое сияние. И только в этот миг Санго поняла, почему Миога велел им отойти подальше от колодца. Она падала, очень быстро удаляясь от выхода из колодца. От ужаса девушка вцепилась в кошку, больше всего боясь остаться одна. Охотница видела впереди спины Кагомэ и Сещемару, и понимала, что колодец Костоглота засосал и её. — Почему же, раньше этого не случалось, ни с кем кроме Кагомэ и Инуяши, — задалась вопросом девушка. Но как следует подумать ей не удалось, из тяжёлых мыслей её вырвала весьма чувствительная боль в пятой точке, которая возникла от столкновения с чем, то твердым. Санго поняла, что она уже никуда не летит. Когда глаза привыкли к темноте, и она осмотрелась, то увидела, как Кагомэ смотрит на нее, широко раскрыв глаза и рот от удивления. — Санго тян, это правда ты? — прошептала мико. — Да, — так же тихо ответила охотница бесцветным голосом.  — Это я. Нас с Кирарой тоже втянуло. — Но почему это произошло, — спросили Санго у Кагомэ, не особо надеясь услышать ответ. Послышался громкий стон, а за тем хриплый кашель, в котором они разобрали два слова: — Моя кровь.