Предательство, или выбор братьев.

— Вот и всё, Санго тян, — выдохнула Кагомэ, прислонившись к боку демона, — теперь его жизни ни что не угрожает. — Кагомэ тян, — охотница подскочила к подруге, у тебя кровь. — Ничего страшного, — улыбнулась мико, — всё хорошо. Но она лукавила, всё тело сковывала усталость. Рука под когтями Сещемару пульсировала болью. Она была не сильной, скорее тупой, но постоянной. И это очень раздражало. Санго аккуратно вытерла кровь с лица девушки. — Зачем так перенапрягаться, — покачала она головой.  — Давай я тебе помогу. — Охотница присела рядом с мико и внимательно оглядела её поврежденную руку.  — Надо отцепить этого демона от тебя, — недовольно вынесла свой вердикт Санго, — его когти не дают крови остановиться. Но как только девушка коснулась руки демона, которая всё ещё сжимала её подругу, из груди ёкая вырвалось злобное рычание, в котором явно чувствовалась угроза и предупреждение. Девушки переглянулись, и с явным недоумением посмотрели на демона. Его глаза были плотно закрыты, а дыхание спокойным. — Надо же, он тоже собственник, — улыбнулась Хигураши. Они не настолько и отличаются с братом, как им бы того хотелось. Девушка аккуратно погладила руку, которая сжала её ещё сильнее от прикосновения Санго, и слегка поморщилась. От касания жрицы пальцы демона разжались, а когти втянулись обратно. Мико с сомнением оглядела причиненный ущерб. — Надо же всего лишь царапины, а столько крови, — покачала головой девушка. — Ну что Санго тян, теперь давай перетащим его в ванную, нам надо его помыть. Вздохнув, охотница покорно кивнула, делать было нечего. Вдвоем они с трудом, подняли его, и Кагомэ со страхом посмотрела на диван. — Слава богам, — вырвалось у девушки. — Ты это о чем, — Санго сдула с глаз непослушную челку. — Я о диване, точнее о том, что он остался чистым. -Ааа, — неопределённо протянула охотница. Путь на второй этаж занял на удивление немного времени. Когда девушки оказались, около двери в ванную комнату Кагомэ, Санго остановилась и покраснела. — Что — то случилось? — мико посмотрела на подругу. — Нет, ничего, — пробормотала охотница. Ей совершенно не хотелось видеть этого демона раздетым, не то что бы она стеснялась, или у неё не было мужчин, просто ей хотелось жить. Она знала, что если она увидит его обнаженным, то он её просто убьёт. Она не сомневалась в том, что Кагомэ он простит столь бестактное отношение к его персоне и телу, ведь его демон признал её своей, а это значило много, а вот её не пощадит. Но она не знала, как сказать подруге об этом. Кагомэ толкнула дверь в ванную комнату, и зашла, внутрь увлекая за собой демона и подругу. — Ну и, что теперь будем делать Санго тян, — нервно спросила жрица. — Не знаю, — Санго нервно сглотнула, — его надо раздеть и посадить в ванну. Кагомэ залилась румянцем, от одной мысли об этом. Она ещё никогда не видела обнаженного мужчины столь близко. К тому же это был демон. Девушки аккуратно стянули с него халат и посадили в ванную, положив под голову скатанное валиком полотенце. На этом смелость покинула их. Они смущенно отвернулись. Кагомэ нервно теребила шнурки на своих брюках. — Нам надо раздеть его дальше. Санго сглотнув, кивнула, но не сдвинулась с места. Мико чувствовала, как сердце бешено колотится в её груди, готовое вырваться наружу. Когда девушка коснулась хаори, которое всё ещё было на демоне, её руки тряслись, как у алкоголика, который месяц находился в запое.  — Санго приподними его, — попросила она подругу, — мне надо снять это с него. Охотница медленно кивнула, и приблизилась к ванной, стараясь смотреть в другую сторону. Кагомэ выдохнула, собираясь с силами и наконец, решилась поднять глаза, на лицо ёкая, чтобы не видеть его обнаженного тела. Когда она сделала это, то заметила два золотых глаза, которые внимательно следили за ней. В них она видела холод и раздражение. Девушка с трудом удержалась от визга. Посмотрев в глаза Кагомэ, Сещемару дернул головой, в сторону ей руки, которая опять начала кровоточить, в глубине его глаз девушка увидела кровавые всполохи. Демон знал, и это знание поражало его до глубины души. — Прочь отсюда охотница, — раздался тихий, но очень злой голос. Санго вздрогнула, и посмотрела в сторону, откуда доносился, этот голос. Сещемару, видел, что охотница, которая путешествует с бастардом его отца, не спешила уходить, и это выводило его из себя. — Я сказал, прочь, — его голос прозвучал ещё тише и злее. Санго с испугом посмотрела на мико. И быстро попятилась к двери. — Извини меня Кагомэ, — прошептала девушка и выскользнула из ванной. Жрица, облегчённо выдохнула и поднялась с края ванной, на котором она сидела, собираясь раздеть демона. — Раз вы пришли в себя Сещемару, значит, я могу быть свободна. Вы сами сможете вымыться, вот здесь переключают …. — Что у тебя с рукой мико, — бестактно прервал её ёкай. Он знал ответ на этот вопрос, так как его когти пахли её кровью, что не могло не раздражать, но хотел услышать ответ от неё. Девушка удивлённо вскинула глаза, и помедлив ответила:  — Ничего страшного, просто когда вы были без сознания, то слишком сильно схватили меня за руку. Она уже не болит. Демон криво усмехнулся, он знал, что это была ложь. Всё от первого до последнего слова. Её рука болела, и кровь всё ещё сочилась из ранок. Его когти были ядовиты, он знал об этом, но поскольку она обладала силой, а он точно знал и чувствовал, что сила в ней есть, то яд не мог серьезно навредить ей, он просто замедлял заживление. Он чувствовал её боль на языке, она горчила. И наверное впервые в жизни он почувствовал вину за действия своей демонической половины, не смотря на то, что та и не хотела вредить жрице преднамеренно. Хотя мико и была простой смертной, её душа была чиста и невинна, она помогала ему, врагу её друга, просто так, не прося ничего взамен, и это было для него удивительным.  — Сещемару, — тихо сказала девушка, переминаясь у двери, — я пойду, приготовлю вам комнату, а вы пока примите душ, вода включается вот здесь и здесь. Кагомэ быстро подойдя к ванной повернула ручки, демонстрируя ёкаю, как управляться со всем этим. — Мыло и шампунь стоят на полочке. — Она указала рукой на этажерку, — а полотенце на трубе. Чистую одежду, я положу на пороге, — смутившись, добавила жрица. Попутно размышляя, где же она её достанет. В доме жил, старый священник и парень 15 лет. И попятилась к выходу, пока дайёкай не спросил её ещё о чем-нибудь. Лорд запада, сидел в ванной, низко наклонив голову, так, что его волосы падали на лицо и Кагомэ не могла видеть выражение его глаз и лица, когда он сказа очень тихим голосом: — Мико, останься. — Что, — вырвалось у девушки. Он поднял голову и на его лице застыло выражение отчаянья: — Останься, повторил он ещё тише, я не смогу сам вымыться, моё тело ещё не двигается как должно. К тому же, — он с трудом стянул хаори и нижнюю рубашку с левого плеча, демонстрируя остатки руки. — Я не смогу воспользоваться этим, — он кивнул в сторону душа, — с одной рукой. Кагомэ нервно сглотнула. Она стояла не в силах двинуться, глядя на ледяного лорда запада. Он признал свою слабость, — пронеслось в её голове. Он признал её перед тобой простым человеком. Он поборол гордость и попросил о помощи. Ты не можешь отказать ему. Девушка, сильно покраснев, кивнула. — Хорошо я помогу. Она приблизилась к ёкаю и аккуратно стала развязывать завязки хаори. Пока она сражалась с мудреным узлом его оби, то несколько раз задела его кожу рукой: — Прости, пробормотала она, увидев, как демон поморщился. Кагомэ подумала, что он морщится от того, что ему противны её касания. НО девушка не знала, что это не так. Ёкай испытывал обратные чувства, от каждого касания девушки по его телу пробегали иголочки жара, заставляя его демоническую половину жаждать свободы, и сдержать её становилось с каждым разом всё сложнее ведь, аромат крови той, что так волновала его демона окутывал их. И с каждым моментом запах становился всё сильнее. Пока Сещемару боролся с противоречивыми желаниями своей сущности, девушка справилась с хаори и оби, который едва придерживал и без того слишком свободную одежду и аккуратно придерживая его голову стянула с плеч грязное одеяние, которое некогда было дорогим шелком лучшей выделки. Правда самому дайёкаю было не особо и жаль его, в его замке было много подобных вещей. Старайся не глядеть на тело демона сидящего перед ней девушка бросила грязное хаори с нижней рубашкой в корзину для белья, и потупилась, она понимала, что надо снять и хакама, но не могла собраться с силами. Сещемару вопросительно изогнул бровь и с непониманием посмотрел на мико. — Что — то не так жрица? Кагомэ подняла лицо и посмотрела в глаза демону. Она старательно отводила взгляд от его обнаженного тела. Но не могла не видеть. У него была белая кожа намного светлее, чем у человека, она была похожа на мрамор. Идеальная фигура, мышцы подтянуты ни грамма лишнего жира. На ребрах чуть выше талии у него были знаки рода. По три пурпурных полосы с каждой стороны. — Красиво, — промелькнуло у неё в голове, — а у Инуяши нет таких меток, — заметила девушка. Кагомэ сравнивала братьев на подсознательном уровне.  — Я, я, я, не могу — покраснев, выдавила из себя жрица.  — Почему? — Сещемару с трудом поднялся на локте, принимая относительно сидячее положение, чтобы лучше видеть девушку. — Насколько мне известно, в вашем возрасте человеческие самки уже имеют опыт спаривания, и для них не проблемно раздеть мужчину. Моё тело в этой форме ничем особым не отличается от ваших мужчин. — Спокойно проговорил ёкай, слегка поведя плечами в знак своего не понимания. Девушка покраснела ещё сильнее, хотя казалось, что это не возможно. Повернувшись к демону спиной, она попыталась справиться со своим сердцебиением и осипшим голосом. Ей казалось, что в груди стучит маленький молоточек. Глаза демона чуть расширились от удивления, когда он увидел девичью прическу мико. — Я был уверен, что мой брат тебя взял, — спокойно проговорил Сещемару, мастерски скрывая свои чувства и вопрос за утверждением. Плечи девушки напряглись. Заметив это ёкай пояснил: — Твоё тело и аура пахнут им. Ваши мужчины не метят своих самок. Для демонов псов, ну и ханъё, — он слегка скривился, — родившихся в наших семьях, метить женщин, таким образом, является нормальным и в некоторых случаях даже обязательным, так другие члены стаи по запаху знают, кому она принадлежит. Но метки на ауре запрещено оставлять без согласия партнёра, это должен быть выбор двоих, желание объединить свои судьбы. Кагомэ резко обернулась, она не понимала, что именно он имел в виду. Демон вздохнул. Как же тяжело с людьми, особенно когда они столь молоды и наивны. Девушка, не моргая глядела на Сещемару, и пыталась осознать то, что он только что сказал. Её тело и аура пахнут Инуяшей? Но как?! Тело ещё понятно как, он всегда носил её на спине, но аура. Инуяша никогда бы …. Хотя если вспомнить, ночью он всегда находился рядом, а сон у Кагомэ был крепким, особенно если целый день гоняться за демонами. Злость стала подниматься в её груди. Значит, он всё уже решил для себя, не спросив меня, он решил соединить наши судьбы и жизни, не оставив мне возможности найти кого-то ещё. Гнев поднимался из груди, и именно он придал ей решимости. Сещемару следил за реакцией мико на его слова. Он знал об этих метках очень давно, когда он только встретил ее на могиле своего отца, но у него не было желания и цели оспаривать их. Хотя он был достаточно силён, чтобы просто убить любого своего соперника, тем самым доказав своё право на самку, как в мире ёкаев, так и среди людей. Но человеческие женщины его не интересовали. Он презирал своего отца за любовь к матери Инуяши — Изаёй. Но сейчас это изменилось. Нет, разумеются, он не стал уважительнее относится к людям, он по-прежнему их презирал, считая мусором. Но его отношение изменилось к самке брата, той которую Инуяша не посмел взять, и доказать, что эта женщина истинно его. Сещемару было приятно её общество, её тепло, сила, но он не мог сказать, что любил её, это было, что — то иное. К тому же его демон пожелал обладать этой женщиной, отметив её своим родовым знаком. Для него лорда Сещемару метки брата ничего не означали, собственно говоря он не считал его братом, для него лорда Сещемару он был грязным ханъё и пятном на репутации отца. К тому же её коса говорила, что она ищет пару. А значит, он имеет право. Лорд западных земель принял решение — она станет его. Юная мико захочет этого сама, и он отметит не только её тело, душу, и ауру, как это было принято в его роду, но и даст ей свою кровь. Данный ритуал был почти забыт, и знали о нем единицы. Проведя его, он мог не бояться, что через 60 лет жрица умрёт. После него человек может стать ханъё, а ханъё истинным ёкаем, но только если ему хватит сил совладать с мощью демонической крови. В ней есть силы, и он Сещемару узнает, что же это за силы. Кагомэ наклонилась к демону. — Хорошо, — проговорила девушка, — продолжим. Злость придала ей решимости. Трясущимися пальцами она потянула завязки хакамы, и узел развязался вначале с одной стороны, затем с другой. И склонившись над демоном, она аккуратно стянула с него последний элемент одежды. Стараясь не смотреть на обнаженного демона, хотя данное зрелище показалось ей весьма привлекательным, ведь даже в спокойном состоянии его достоинство было не маленьким. Хотя, собственно говоря, Кагомэ особо было не с чем сравнивать. Она включила воду. От вида ёкая в её животе, начинал скручиваться тугой горячий комок, а по спине пробежали мурашки. Сещемару видел изменения происходившее с мико, как её тело наполняло желание, и это его откровенно забавляло. Он не привык к столь сильной реакции на своё тело. Он, конечно, не был девственником, за прошедшие века у него было много женщин ёкаев, но ни одна столь открыто не восхищалась его телом и не показывала свои чувства, они были холодны и сдержаны. Их целью было обзавестись потомством от знатного ёкая, но не одну из них Сещемару не одарил щенком. Девушка бросила грязное хакама к остальному белью Сещемару. С трудом собравшись с мыслями, чему здорово мешало его обнажённое тело, она взяла расчёску и повернулась к лорду запада. — Позволите, — она покрутила в руках щеткой и показала на его спутанные волосы. Дождавшись согласного кивка, девушка приблизилась к изголовью ванны, и присев на него, принялась распутывать его волосы. Какие мягкие и нежные, как дорогой шёлк, думала девушка, водя по ним щеткой. Волосы у демона были гораздо длиннее её собственных. Ниже поясницы поняла мико. Затем, уже не спрашивая разрешения, она аккуратно вымыла его голову. Отчего волосы демона стали похожи на серебро. Кагомэ покосилась на ёкая, он сидел, закрыв глаза, и было не ясно, что именно он чувствует. Приятно ему и нет. Решившись, девушка заплела Сещемару косу. Она получилась очень длинной. Покончив с волосами Кагомэ тихо спросила: — Ты можешь сесть? Сещемару открыл глаза. Последние десять минут он откровенно наслаждался происходящим, так хорошо ему не было ещё никогда. От каждого касания маленькой мико по его телу растекалось тепло, и его демон, наконец, то успокоился.  — Я попробую. С огромным трудом он принял более менее вертикальное положение. Открывшейся картиной девушка была поражена до глубины души. По всей длине позвоночника демона вилась ярко алая полоса знаков, которые она не могла прочесть. Она провела кончиками пальцев по рисунку, и они слегка засветились излучая сильный жар. Демон вздрогнул. Это было ещё одна особая метка на его теле, дающая определённые права и привилегии, но накладывающая и определенную ответственность. Сещемару не был рождён с ней, он получил её очень давно, сразу после гибели отца. Точнее именно его гибель и активировала этот рисунок подтверждая его право наследного Лорда. Сещемару не очень понимал почему метка среагировала на мико. Но ёкай чувствовал удивление и непонимание девушки, и это забавляло его. Кагомэ уже устала от разных сюрпризов со стороны этого демона. Она приняла решение закончить с этим делом побыстрее, хотя общество Сещемару не было не приятным, просто вся эта ситуация начала её утомлять, К тому же девушке очень хотелось спать.Она быстро намылила мочалку и протянула её демону: — Держи, с этим ты справишься сам. Он согласно кивнул. Кагомэ, вышла из ванной комнаты, она шла на чердак дома. Девушка помнила, что там должны были остаться вещи её отца. Проходя мимо комнаты брата, она заметила Санго которая, обняв кошку крепко спала. Мико улыбнулась и прикрыла дверь. Поднявшись по шаткой лестнице, и включит свет, она увидела стройные ряды стеллажей с коробками. Хигураши вздохнула, и здесь дед свой порядок навел. Но приглядевшись, она увидела, что каждая из коробок была подписана. Ну это облегчает поиски, — чуть улыбнулась девушка. Довольно быстро она нашла то, что искала, коробку с надписью одежда. Сняв её со стеллажа, она открыла крышку. Покопавшись в стопках аккуратно уложенных вещей, Хигураши извлекла черные джинсы, светлую футболку и замшевую куртку. Придирчиво оглядев находку, она понадеялась, что размер будет подходящим. Вернув коробку на место, девушка быстро покинула чердак и вернулась к ёкаю. Когда она вошла к Сещемару, демон уже закончил мыться и даже сумел сам выбраться из ванной. Он сидел на краю обернув бедра полотенцем и выглядел ещё бледнее, чем несколько минут назад. А метки есть ещё и на ногах, заметила девушка, окидывая ёкая смущенным взглядом и краснея до кончиков волос. — Тебе уже лучше? — спросила Кагомэ, она решила отбросить формальности, их сложно было соблюдать после всего произошедшего. — Да, но не намного, прозвучал краткий ответ. — Я принесла тебе одежду. — Кагомэ положила найденные вещи на тумбу около двери. — Это одежда моего отца, надеюсь, она тебе подойдёт. Девушка немного замялась, и покачалась с носка на пятку. — Можно тебе задать вопрос, — очень тихо спросила мико. Не взглянув на неё, он кивнул. Ёкай принюхался от вещей пахло пылью и ещё чем-то смутно знакомым, но запах человека не чувствовался. Внутренне сжавшись в комочек, и низко опустив голову, Кагомэ задала вопрос терзавший её весь вечер. — Я знаю, что для исцеления и восстановления магических сил тебе нужна кровь, и как бы мне не было страшно я сделаю все, что не обходимо для тебя. Но когда мы это осуществим? — Прошептала она так тихо, так что если бы Сещемару не был бы демоном он ни за чтобы не услышал. Повернувшись к ней, ёкай аккуратно взял девушку за подбородок и поднял её лицо, так чтобы встретится с ней взглядом. Какой он красивый подумала Кагомэ и снова покраснела. В глазах юной жрицы он увидел не только страх. Сещемару видел решительность и желание помочь. Он отпустил её лицо. — Ты знаешь, что это займет три дня, и соответственно ты вынуждена будешь дать свою кровь три раза, — спросил ёкай бесстрастным голосом разглядывая стену позади девушки.  — Да, я знаю об этом.  — А знала ли ты когда соглашалась, о том, что это будет означить, хотя нет вопрос неточный, — он поморщился. — Сообщил ли тебе Миога все подробности этого ритуала? Ведь именно он, заставил тебя дать клятву. — Задал он следующий вопрос глядя ей в глаза и его лицо превратилось в неподвижную маску в ожидании ответа.  — Нет, он ничего не рассказал. — Удивленно ответила Кагомэ. — Просто сказал, что я должна в течение трех дней поить тебя кровью. Из груди Сещемару вырвался рык: — Чертова блоха, и как её только терпел отец, — вышел он из себя. — Раздавлю, если попадется. Но вспышка гнева быстро проходила, так же быстро, как и появилась, он слышал клятву девушки, и прекрасно осознавал, к чему это их обяжет, наверное, даже лучше и острее чем она. И исправить последствия глупости Миоги и доброты жрицы было уже не возможно. — Так когда, — повторила девушка свой вопрос, — мне не важно: здесь или можно перебраться в комнату. — Её тело выдавало странную реакцию на предстоящее действие. Страх проходил, и появилось не свойственно ей желание и нетерпение. По телу разливался странный жар, который стирал любые ограничения. Сещемару неожиданно почувствовал странный запах и принюхался. Девушка пахла желанием, а не страхом. Желание близости с ним, с его телом. Этот аромат нельзя было спутать ни с чем. Он сводил его с ума, и хваленый самоконтроль рушился. Вот оно как. Видимо она сама не до конца осознает свои чувства и силу связи с моей истиной формой. Её тело вторит желанию моего демона. Что же, сделаем так, чтобы этот ритуал был приятен и ей. Он вытянул руку, собрав свои силы в кулак, и резко дернул девушку к себе, быстро разворачивая спиной. Кагомэ не удержала равновесие и очутилась на коленях у Сещемару, который сразу же прижал её к своему животу. Сердце девушки бешено заколотилось, и по животу прошлась приятная судорога. Это не правильно промелькнуло у неё в голове, ведь я люблю Инуяшу, но увы тело отказывалось в этом увероваться, оно тянулось к демону, что прижимал её к себе. Сещемару низко зарычал, и уткнулся носом в её шею, вдыхая запах её кожи, позволяя своей ауре смешаться с её, так же перемешивая их чувства. Кагомэ почувствовала, как по её телу поднимается теплая волна, сметая все барьеры, страхи и мысли. Её тело желало этого холодно ёкая, она чувствовала, как в её промежности становиться влажно и жарко. Из последних сил ей удалось чуть сместиться, и теперь она сидела к демону полу — боком. И наблюдала за изменениями, которые происходили с Сещемару. Его клыки заострились и стали больше напоминать собачьи, а в глазах появились красные всполохи, которые заполняли весь глаз, от чего он становился красным. -Руку, не то сказал, не то прорычал демон, — в этом облике человеческая речь давалась с трудом. Она вытянула правую руку, Сещемару поднес её ко рту и резко укусил за запястье. Кагомэ как загипнотизированная следила за происходящим Девушка вскрикнула от неожиданности и резкой боли, но она длилась только миг. Кагомэ чувствовала как кровь покидает ее тело резкими толчками переходя в демона, который держал её на коленях. Через секунду она почувствовала, что что-то упирается в её бедро, скосив глаза она поняла, что это такое и ей стало ещё жарче, лицо запылало. В её сознание послышался смешок: — Ты удивлена невинная мико. — Это был голос Сещемару. — Это естественная реакция моего тела на близость той, которую отметил демон, и ту, что произнесла страшную клятву, в его голосе слышалось веселье.  — Ты в моей голове, но как так, — мысленно удивилась девушка. — И ты знаешь о клятве, откуда?  — О, поверь, маленькая мико, я умею и не такое, это лишь малая часть моих сил, которая вернулась благодаря твоей крови. Об этой клятве я знаю гораздо больше твоего, ведь живу я много столетий, и расскажу тебе, но не сейчас. Сейчас наслаждайся моментом, я чувствую, что ты течёшь и хочешь. Сещемару слегка изменил положения их тел, в результате чего Кагомэ оказалась повернута к нему лицом, а его член оказался прижат к ее животу. Из горла девушки вырвался судорожный полустон. Её тело окончательно вырвалось из-под контроля. Кагомэ собрала остатки сил и посмотрела в глаза демону, они были прикрыты, но в них полыхало пламя алое с золотым, он наслаждался моментом. Как бы стыдно не было девушке, она решила последовать совету демона, ведь она никогда в жизни не была настолько близка к мужчине. Даже если он был демоном, причём ещё и чертовски красивым. Закрыв глаза, она положила руку на поясницу ёкая и посильнее прижалась животом к его мужскому достоинству, полностью отдавшись новым ощущениям.