Легенда о Сером Страже

Она была великолепна. Ее нагое тело. Ее улыбка. Ее нежные, но требовательные прикосновения. Эти страстные поцелуи. Эти дикие глаза. Ее гладкая светлая кожа. Ее мягкие губы… И как так вышло, что именно он был снизу? Алистер всячески убеждал себя, что он пошел на это из-за своего друга, Шэлла. Ради того, чтобы выжить. Ради Ферелдена. Но в момент близости с этой раздражающей ведьмой, понял кое-что страшное. Ему понравилось! Он хотел Морриган и уже давно. И какие бы вещи не толкали его на этот темный ритуал, но в тот момент он был счастлив. Он забыл обо всем, кроме Морриган в его объятиях. Кроме них двоих, никого больше не существовало. А потом он забылся сладким сном. Рано утром Алистер проснулся один, а потом увидел Морриган, выходящую из смежной комнаты, где она успела принять ванну. Видеть ее в длинном халате, с влажными вьющимися волосами… было непривычно. — Что рот разинул, иль не признал меня с утра? — в привычной манере заговорила ведьма и устроилась за столом, собираясь причесаться. Склянки с различными зельями заполняли весь стол и даже часть пола под ним. Шэлл серьезно подготовился к сражению с Архидемоном. Морриган с досадой фыркнула, поняв, что ей и разместиться то здесь было негде. — Ты… одета, — выдал Алистер и мысленно хлопнул себя по лбу, не это он хотел сказать. — Оу, тебя это смущает? — отозвалась та. — Нет, ты… просто, никогда не видел тебя в халате, — признался бастард. — Все когда-то бывает впервые. И, кстати, ритуал прошел успешно. Можешь собой гордиться. Алистер поморщился, не желая поднимать эту тему, и вспомнил кое о чем важном. — Морриган, а не хочешь рассказать мне, зачем ты держишь у себя куклу, похожую на меня? Ведьма удивленно изогнула бровь. — И не отпирайся! — сразу же пресек все храмовник, — Я видел ее в твоей комнате. — Чрезмерное любопытство, всегда упирается в кукиш, — хихикнула ведьма. — Я серьезно! Для чего тебе та кукла? — Хочешь с куклой поиграть? — продолжала веселиться ведьма. — Нет! Я хочу знать, зачем она тебе? И почему она похожа на меня? Может, я чего-то еще не знаю о тебе? Или знаю слишком много? — Как же много лишнего в твоей голове, — закатила глаза Морриган. — Ничего не лишнее! Однажды я слышал от храмовников, что ведьмы могут использовать в своем колдовстве кукол, чтобы навредить тому, на кого похожа эта кукла. — Бред и вздор, — фыркнула ведьма, — для этого нужно что-то принадлежащее этому человеку. Его кровь, или его волосы. Но можешь сам проверить ту куклу и почувствовать себя полным идотом, потому как на ней ничего от тебя нет. Алистер нахмурился и отрицательно покачал головой. — Тогда зачем она тебе? Морриган тяжко вздохнула, не хотела она развивать эту тему дальше. — Все-то тебе неймется. Знать желаешь? Ну, так знай. Мне просто нравится крутить и мять ее в руках. И лучше делать это с куклой, чем с теми слугами Эамона, что окружили меня как пчелы мед. До встречи за столом! — огрызнулась ведьма, резко вскочила на ноги и вышла за дверь. — Интересно, почему это я вспомнил про говно и мух? — задумался Алистер. Проблема с куклой отпала как-то сама собой. Морриган часто злится и психует, особенно когда при ней проявляют заботу и пытаются быть с ней вежливыми. Не привыкла. Хотя… ее можно понять, особенно, если вспомнить кто ее «дорогая» мамочка. Это утро было полно чудес! Лелиана была пожалуй единственной, кто как обычно нормально поспал и позавтракал. Никого из отряда за столом не было, точнее был… Огрен, но тот кажется еще с ночи уснул под столом и до сих пор не просыпался. Что он тут забыл ночью, догадаться было не сложно, глядя на пустые бутылки, среди которых гном спал. — Ух, отвратительно, — вздохнула Лелиана и отправилась в комнату Винн жаловаться, но… как только она вошла в ее комнату, то невольно потеряла дар речи. Да, она еще ни разу не заглядывала к старушке, когда та спит, поэтому была мягко говоря шокирована. Винн спала раскрытой и обнаженной! Совсем голой! Ну, не всем же нравится спать в одежде… Решив не шуметь и не смущать еще спящую старушку, та направилась к Шэллу. С некоторых пор, он стал ей почти как брат. Вредный, иногда ворчливый, упрямый, дерзкий, но ему можно доверять. Он спас ее и помог обрести новый смысл жизни. И каким бы плохим он не пытался казаться окружающим, уж она-то знала, что у него самое доброе сердце. В коридоре она столкнулась с Морриган. Та была на себя не похожа. С распущенными волосами, в халате… ведьма проигнорировала лучницу и скрылась в своей комнате. И, по всей видимости, она только что была у долийца. У долийца?.. Жрица растерянно замерла. Выходит, между Шэллом и Морриган что-то есть? И она этого в упор не замечала? Только бы Ворон об этом не узнал, у него-то явно есть чувства к долийцу, хотя тот упорно их не замечает, или делает вид, что не замечает, пытаясь удерживать убийцу на расстоянии. И делает он это лишь потому, что любит Морриган! Решив не беспокоить долийца, лучница направилась к Алистеру, решив узнать, что тот думает обо всем этом. К Морриган у него особое отношение. Она вежливо постучала в дверь. — Ваше высочество! Вы уже проснулись? Завтрак внизу уже накрыт. Вместо привычного ответа, она услышала… От стука в дверь, Шэлл открыл глаза. Прошлая ночь увы не была очередным кошмаром. Зевран действительно отымел его в прямом смысле, а теперь спокойно спал рядом, за спиной, наполовину навалившись на него сверху, по-хозяйски закинув ногу и обняв. Сжав кулаки, долиец локтем заехал Ворону по ребрам. Убийца громко вскрикнул и резко проснулся, откатившись в сторону. Страж выглядел весьма помятым и крайне недовольным. Теперь-то он выспался, отдохнул, набрался сил… и будет мстить! Крик Зеврана шокировал Лелиану больше всего, обычно тот бегал за командиром, но никак не за храмовником, к тому же, Алистер был явно натуралом. Она снова чего-то не знала? И между этими двумя что-то есть? Да. Это утро полно сюрпризов. Долиец выскользнул из постели и мгновенно переместился к столу с полупустой чашкой травяного настоя, даже не заметив, что он уже твердо стоит на ногах и быстро двигается. Поняв, что дело плохо, Ворон отскочил в другой конец комнаты. Кажется, ему удалось своим "массажем" восстановить тело Стража, но стоило ли оно того? Шэлл был очень и очень зол. — Да ладно тебе, с кем не бывает? Ну, увлекся я, может, завелся малость… — заговорил Зевран. Шэлл опасно прищурился, хотелось порвать Ворона в клочья, вот только задница и поясница жутко болели. Ворон жестоко поплатится за содеянное! И кастрация будет самой безобидной частью мести гордого долийца. — Увлекся? Завелся? Хах! А я тоже умею заводиться, когда расчленяю тела, — голос Стража был пропитан угрозой. Этот голос Лелиана сразу узнала, и он точно не принадлежал храмовнику. Но что делал командир в комнате Алистера, да еще и с Вороном? Опять какие-то загадки. — Командир? Вы здесь? — жрица снова постучала. Долиец немного растерялся, он и Зевран были голыми, отрицать то, что между ними ничего нет уже бессмысленно. Это случилось! Ворон невозмутимо приблизился к кровати и накинул свой халат, пользуясь временным замешательством Стража. А завязав пояс, он подмигнул долийцу и ответил жрице. — Да, милая, он здесь. Только не беспокой его, кажется, я снова удостоился его внимания и теперь он сходит с ума, пытаясь меня убить. Как всегда я поднял ему с утра настроение. Не теряя времени, Страж надел свои штаны и тунику, правда они не скрывали засосы, поэтому он решил накинуть какой-то шарф Алистера, как следует замотав его вокруг шеи. — Зев? Что у вас происходит?! Ворон усмехнулся, слишком многое уже произошло. Долиец уже полностью оделся и запустил в убийцу свою недопитую чашку, но тот уклонился и отскочил к двери. Под руку Шэлла попалась медная статуэтка в форме женщины, под ногами которой было подписано «Андрасте». — Зев, напомни мне одну вещь, почему ты до сих пор жив? — с угрозой спросил Страж. — Я тебе дорог? — Нет. Еще попытка? Статуэтка полетела в голову убийцы, тот еле увернулся и припустил к двери. В руках долийца была фарфоровая фигурка в виде голубя и скоро эта статуэтка пустится в свой первый и последний полет. — Я должен был разобраться с Логэйном? — нехотя ответил Зевран. Голубь взлетел и едва не разнес голову антиванцу, разбившись о стену и разлетевшись мелкими осколками. Ворон невольно пожалел, что не свалил до того, как Страж проснулся. — Верно. Логэйн мертв и ты давно уже сделал то, из-за чего я тебя не лишил жизни. Соображаешь? Зевран нахмурился, понять, о чем думал долиец, было не сложно. А раз больше нет причины не убивать Ворона, то… — Полагаю, сейчас мне лучше уйти, — принял верное решение убийца, отпер дверь и буквально растворился в воздухе, едва переступив порог. Лелиана только мельком увидела Зеврана, тот ловко ушел от пущенного в него ножа. Лезвие крепко засело в дереве. Сам долиец выглядел не очень, весь взъерошенный и… жутко злой. — Э… что случилось? — перепугалась жрица, ничего не понимая. Все было почти так же как и всегда, она уже привыкла, что антиванец частенько спал с командиром, правда из-за этого каждое утро долиец устраивал кровавый скандал, дикие игры в догонялки, громко орал матом лишая всех сна, а потом, обиженный на весь свет успокаивал нервы сладким и весь день игнорировал Ворона. Все как всегда. Эти их странные игры снова вернулись. Да и силы командира тоже почти вернулись. — Конец света, бля! Надеюсь Архидемон сожрет этого Ворона первым, иначе это сделаю я! — зло изрек Страж, развернулся в сторону комнаты и… невольно пошатнулся от слабости, все тело ныло. Эльф обессиленно оперся о дверь. — Командир! — вскрикнула Лелиана, не зная, чем может помочь. Страж постарался побыстрей взять себя в руки, нельзя проявлять слабость, он быстро выпрямился и посмотрел на жрицу. — Не волнуйся, просто… еще не проснулся, да и тело... после того ритуала... подводит, — эльф натянуто улыбнулся. — Он снова приставал к тебе? Шэлл повернулся к ней спиной. — Ничего серьезного. Я потом с ним разберусь, иди. Жрица кивнула и ушла, ничего не подозревая. С виду все было как всегда. Закрыв дверь, гордый долиец пошатываясь, добрел до кровати. Сел. Опустил голову. Посидел так некоторое время. Сегодня в любой момент порождения тьмы могут напасть. На личные склоки совсем нет времени, но… как сражаться теперь, когда этот Ворон всегда рядом? Ну, он и раньше сражался рядом с ним, буквально был его тенью, но тогда он еще мог позволять ему приближаться к себе, считал другом и товарищем, а сейчас? Да сейчас он даже в одной комнате с ним не может находиться! Ни после того, что он сделал с ним! — Чтоб ты сдох! Чтоб ты сдох! Чтоб ты сдох!!! Ненавижу!!! — на одном дыхании выпалил эльф, немного полегчало. Но злость никуда не исчезла. А ведь он недавно начал полностью доверять Зеврану, считал за друга и подпускал достаточно близко, не боясь удара в спину. Зря. Права была Лелиана насчет какого-то старого пророчества, где его предаст лучший друг. Взгляд невольно уцепился за медную статуэтку Андрасте. По тому же самому пророчеству, все самые ужасные вещи начнутся после того, как он осквернит прах Андрасте. Что ж, прах осквернен. Его предали. Что дальше? В комнату кто-то осторожно постучал, прервав мозговую деятельность эльфа. — Чего надо?! — сорвался долиец, видеть никого не хотелось. — А… прости если разбудил, — это оказался Алистер, — я хотел переодеться, все мои вещи в этой комнате… но если хочешь, я зайду позже… — Алистер? — невольно, эльф почувствовал угрызение совести, на храмовника он не имеет права злиться, он сам ни раз подставлял его, да еще и с ведьмой переспать заставил, а это серьезные вещи, — Сейчас открою. Долиец отпер дверь и буквально сразу же ушел, ничего не говоря. Храмовник невольно удивился такому поведению Стража, обычно тот вел себя иначе, а сейчас… его словно подменили. Под ногой бастарда что-то хрустнуло. Только сейчас он заметил множество осколков от какой-то из статуэток, стоящих на его столе и чашки. Голубя и Андрасте не было на своих законных местах… они были на полу… и по какому поводу буянил эльф? За что он так с Андрасте, голубем и чашкой? — Что за… — тяжко вздохнув, Алистер направился к шкафу, собираясь одеться и идти завтракать. Осколки уберут слуги. За завтраком никто не проронил ни слова. Риордан, Лелиана, Морриган и Алистер ели меньше обычного, думая о чем-то своем, а у командира проснулся аппетит и он ел за двоих. Морриган первая заметила странности в долийце, хотя сам он вряд ли что заметил. Он крепко держал вилку и ложку в руках, а иногда крепко сжимал кулаки, задумавшись о чем-то неприятном. Он твердо стоял на ногах и довольно шустро убежал в свою комнату за снаряжением. Зеврана почему-то не было за общим столом. Это и радовало и напрягало одновременно. Впрочем, сейчас всех волновало приближение армии Архидемона. Долиец поднялся наверх, в его комнате были доспехи и оружие. Идя по темному коридору у дверей своей комнаты он почувствовал неладное. Дверь была не заперта. Решив, что это Алистер забыл ее запереть, а тот способен на такую глупость, эльф вошел в комнату. На подоконнике, в полном боевом облачении сидел улыбающийся антиванский Ворон. — Я тут подумал, что нам нужно поговорить наедине, или ты против? — в привычной манере заговорил убийца. Не ожидающий ничего хорошего, Страж схватил лежащие в углу легкие кинжалы и приблизился на несколько шагов к Ворону. — О чем? — без особого интереса спросил долиец, решая в голове этакую дилемму: сразу убить этого извращенца, или сперва его послушать. Хотя… этот Ворон со своим змеиным языком способен запудрить голову любому, так что нет и смысла его слушать. Убить сразу? Или помучить? — Я знаю, о чем ты думаешь. Это заводит, — начал Зевран, долиец удивленно выгнул одну бровь. — Да неужели? Ну и? Какой способ убийства себя любимого ты предпочитаешь? Надеюсь, выбрал, раз уж читаешь мои мысли. Антиванец усмехнулся. — Ну, этот способ займет пол дня, а нам сейчас некогда этим заниматься. Вот что я хотел сказать. Ты и я, идеальные убийцы. Не думаю, что кто-то в отряде заметил, что наши отношения несколько… изменились. — У нас нет никаких отношений! — по привычке огрызнулся Страж. Зевран подметил, что физическое состояние долийца серьезно так улучшилось. Он уже крепко держит в руках кинжалы и до побелевших костяшек сжимает эфесы, чего раньше не мог. — Согласен, меня это вполне устраивает, — кивнул Ворон, — развлеклись ночку и забыли, понимаю. В серебристых глазах пылали молнии. — Это только ты развлекался! Я тебе говорил остановиться! Ты перешел все границы! — Знаю, и что теперь? Убьешь меня? У тебя было много таких возможностей, — Зевран решил, как всегда рискнуть и посмотреть что будет. Шэлл с трудом сдерживался, он жаждал крови как никогда. — А что ты скажешь всем остальным? Уже придумал, мой Страж? Думаю, у них будет много вопросов. Мы вроде как стали друзьями. Кажется, мои способности могли бы тебе пригодиться еще раз, ты так не думаешь? Шэлл уже хотел было послать Ворона в Тень к демонам, но вовремя прикусил язык. Отомстить он может и после. Сейчас очень важно разобраться с Архидемоном. И Зев был прав, относительно остальных. Теперь все в отряде считают его своим другом и товарищем. Но, что хуже всего, он не может никому и ничего рассказать. Он ведь командир. Серый Страж. Гордый долиец. И такой как он, просто не может быть жертвой какого-то убийцы. Как только все закончится, тогда он и будет думать обо всем этом дерьме. Не раньше. — Делай что хочешь, — сдался командир, опустив кинжалы, — но ко мне не приближайся. Ответ командира не очень-то обрадовал Ворона, тот нахмурился. — Тогда будем вести себя как обычно, меня это вполне устраивает. А если снова захочешь снять напряжение, только позови, мой Страж. — Да иди ты в Тень! Чтоб тобой демон поживился! — психанул долиец, вскинув кинжалы, но Ворон уже стоял у двери, убийца был тоже быстрым. — Ах да! — вспомнил Зевран что-то, — Ты не только хороший убийца, но и прекрасный любовник, твои редкие стоны по-настоящему заводят. Ворон как обычно пытался сделать комплимент, но тот все принял наоборот. — Сдохни! — очень сердечно пожелал Страж запустив в Ворона один из своих кинжалов, но тот воткнулся на пол ладони в закрытую дверь. Тяжело было признавать это, но убить Зеврана сейчас не представлялось возможным, к тому же, тот гад был прав. Что бы он сказал остальным, и еще, способности этого убийцы сейчас им очень нужны. Поэтому… лучше просто не думать о недавней ночи. Вернувшись ко всем, Страж вел себя как обычно. Весь отряд готовился к бою, собираясь возле стен Денерима. По дороге к воротам, долиец поравнялся с храмовником и началось… — Ну как? Хорошо провел ночь? — подкусил долиец, пытаясь вести себя как обычно. — Замолчи. Я уже десять раз успел об этом пожалеть, — солгал храмовник, эта ночь была великолепна, но он никогда и никому в этом не признается. Даже самому себе. — Что? Неужели она была так плоха в постели? — удивился Шэлл, искренне завидуя Алистеру. — Она… она… мы ведь даже не женаты! Да. Самая главная проблема была именно в этом. — И как ты это представляешь? Храмовник и будущий король Ферелдена, берет в жены ведьму из Диких земель, чья мать Флемет. Хм, зловещая сказочка получается, не находишь? — Вот потому и молчи, — закрыл глаза Алистер, со стороны слышать подобное, было равносильно узнать от кого-то, как насиловали Андрасте. Ужасно! — Да ладно тебе. Теперь ты точно выживешь, — утешил эльф, натянуто улыбнувшись. — Ага, если только это сработает, — проворчал бастард, все еще сомневаясь в ритуале Морриган. — Вообще-то это ты хотел пожертвовать собой. Думаешь, я не знаю? А я не хочу снова потерять друга, — грустным тоном закончил долиец. Одного друга он потерял из-за скверны. Второго этой ночью, когда тот его предал. Да, только храмовник и остался тем, кого он мог бы назвать другом. Но самое странное в этом было только одно — Алистер был шемом. Расскажи ему кто, что у него будет друг среди шемов, он ни за что бы не поверил в такой бред. — Знаешь, можно было бы просто сказать «ты мне очень дорог, Алистер». О, я был бы очень тронут. Поверь, — усмехнулся бастард, копируя речь Шэлла. Долийца как-то перекосило, словно он лимон съел целиком. — Пожалуйста, больше никогда не говори подобное, изображая меня. Это отвратительно. Будто в любви мужику признался. — Э? Ну ладно, не буду, — ужаснулся храмовник. Вскоре они добрались до ворот. Алистер толкнул какую-то воодушевляющую речь, которую долиец прослушал, стоя в сторонке и зевая. Храмовник зачем-то схватил его за руку и вывел перед вооруженной армией всячески расхваливая долийца, который собирался смыться куда подальше от этого навязчивого внимания. Кажется, это была месть Алистера за то, что эльф заставил его сесть на трон. Армия Архидемона напала неожиданно. Они прорыли себе дорогу в Денерим под землей и напали изнутри. Когда войска развернулись к городу, то было уже поздно. Денерим был в огне. Огромный дракон взвился над городом. Начался бой, весь отряд и все идущие за ними вооруженные воины столкнулись с порождениями тьмы уже в городе. Каждый сражался как мог, но казалось, что порождениям тьмы нет конца. Шэлл заметил, что Зевран держался рядом с ним. Это напрягало. Хотелось снести голову Ворону заодно с генлоком (а потом списать все на несчастный случай), но… сейчас Шэлл нуждался в его защите, и оба это понимали. Гнев и ярость заполняли долийца. Болты, что он пускал с арбалета, с каждым разом били все точнее. С каждым разом, промахов было все меньше. Зевран не подпускал порождений тьмы к Стражу, а тот убивал их с расстояния. Где-то впереди бегал Потрошитель, устроив себе настоящую дикую охоту за порождениями тьмы. — Я отомщу за жителей города! — разозлилась Винн, увидев на дороге множество мертвых тел горожан. — А спорим, я больше всех убью этих тварей! — бросил вызов всему отряду Огрен. — Принимаю вызов! — перехватив меч покрепче, сказал Алистер, с новыми силами бросаясь в бой. — Я буду первым! — закричал Шэлл, как обычно собираясь обойти свой отряд, забыв о своем хреновом состоянии. — И не надейся, Страж. Только после меня, — заявил Ворон. — Эй, коротышка, — обратился Стэн к гному, — твой спор в силе? — Конечно! — Тогда, против меня, ни у кого нет шансов, — мрачно констатировал кунари. — Тогда я тоже в деле! — оживилась Лелиана и облизнулась, вскидывая лук, во время боя, она всегда становилась словно другим человеком. — О? Кажется, будет весело, — заметила Морриган, — мне это нравится. Весь отряд последовал вперед. Сражение с порождениями тьмы было больше похоже на их типично соревнование «кто больше убьет». Многие генлоки, в ужасе убегали от Серого Стража и его сумасшедшего отряда, будто он сам был демоном. Хотя… в каком-то смысле так и было. Не только болты шли в ход. Шэлл успел запастись множеством склянок с зажигательной смесью и разъедающей кислотой. Подобравшись достаточно близко, долиец бросал в них склянки, сжигая заживо своих врагов. — Знаете, а у меня появился достойный конкурент, — проворчала Морриган, заметив, что не только ее огонь убивает противников. Начались бесконечные сражения. Бой за боем. Противник за противником. Во всем этом хаосе, никто так и не заметил, что Риордан умудрился как-то ранить Архидемона, запрыгнув на того с башни, но в итоге Страж был сброшен на землю… насмерть. В какой-то момент отряду пришлось разделиться, чтобы убить командиров порождений тьмы о которых доложили долийские разведчики. Но Шэлл наотрез отказался идти в одной компании с Вороном, объясняя это тем, что два эльфа убийцы не могут оставаться в одной группе. Логичней как-то разделиться на равные по силе компании. В первой: Лелиана (лучница), Огрен (воин), Стэн (воин), Винн (маг), Зевран (разбойник). А во второй: Шэлл (разбойник и лучник на подхвате), Алистер (воин), Морриган (маг), Шейла (ходячий таран), Потрошитель (просто зверь). — Мне кажется, или наш отряд немного не правильный? — усомнился Алистер. — Я тоже так считаю и хочу поменяться с Шейлой, — возразил Зевран. — В таком случае, я остаюсь с Огреном и всеми остальными, — уперся долиец. Храмовник начал нервно переминаться с ноги на ногу. — Не понимаю, почему тебе так важно, чтоб Зев был в другом отряде? Хотя два воина могут быть в одном отряде. Например, Стэн и Огрен, — не унимался храмовник. — Эти могут, а вскрывать замки можем только мы. С этим никто не стал спорить. Действительно, если вдруг им придется проникнуть в какую-то башню или еще куда, чтобы добраться до крыши, и оттуда обстреливать Архидемона, то нужен тот, кто может взломать замок. Вынести дверь даже голем может не каждую. Как ни странно, но первыми Архидемона удалось найти долийцу и его товарищам. — Пф! Обычный дракон… — разочарованно протянул эльф, разглядывая Архидемона, он как-то надеялся, что у него обязательно будут ветвистые рога или еще что-нибудь особенное. Ну, вроде отличительного знака. Мол, я Архидемона и я вот Такой! Нда, маленькое разочарование. — Не совсем обычный! Он поражен скверной! — парировал храмовник. — Да-да, как всегда, очередной монстр зараженный этой хренью… Через мгновение все ринулись в бой, отбиваясь одновременно от генлоков и гарлоков. Рядом со Стражами сражались долийские эльфы и воины Редклифа. Подобраться близко и серьезно ранить дракона не представлялось возможным. Шэлл держался на расстоянии, отстреливаясь из арбалета, но видимого эффекта это не произвело на тварь. У Морриган неплохо получалось атаковать магией холода и молний, но стоило Архидемону оказаться за пределами ее магических атак, долиец быстро понял, что лучше всего ранить дракона с мощного дальнобойного орудия. Решив занять более удобное место для стрельбы из ненавистного арбалета, Страж взобрался на одну из башен. Как всегда прицелился в Архидемона, пока того отвлекали долийские лучники… и головой уперся в какой-то низкий брус. Недовольно осмотревшись, Страж заметил баллисту. Одно из мощных дальнобойных орудий. И почему никто так и не догадался обстрелять дракона из этой штуки? Заметив под баллистой обгорелый труп солдата, эльф понял почему. Решив не терять времени даром, Шэлл довольно быстро разобрался, как работает это орудие. Зарядил, направил на свою цель и… выстрелил. Архидемон взревел от боли. Страж снова зарядил орудие. Дракон понял, что он больше не в безопасности и перелетел в другое место. — Как бы не так, — усмехнулся Страж и снова атаковал. И снова поразил свою цель. Да, стрелять по крупной мишени из мощного дальнобойного орудия куда проще, чем из лука или арбалета. Архидемон заметался в панике на крыше, попадая под еще больший обстрел со стороны долийских лучников и Морриган. В какой-то момент Алистер набрался смелости, схватил меч Мэрика и атаковал дракона. Шэлл видел, как огромный хвост Архидемона взвился вверх и… перехватив кинжалы, долиец сиганул с башни, забыв об осторожности и слабости своего тела. Ему нельзя было напрягаться. Слишком рано. Все произошло в доли секунды. Морриган что-то закричала и попыталась пустить в ход магию, но она не успевала. Алистер с ужасом заметил, как хвост дракона готов был буквально разнести его на части в своем последнем ударе. От такой атаки его уже ничего не спасет. Все тело долийца буквально взорвалось от страшной боли, он заставил напрячься почти все свои мышцы, по инерции, во время падения отсек хвост Архидемона и приземлился на каменные плиты как кошка, на все четыре. Все тело буквально пронзило острой болью от перенапряжения и удара. В тот же момент последовал ослепительный взрыв. Стражей отбросило взрывной волной в разные стороны, те, кто были рядом, тоже были отброшены и многие из них получили серьезные ранения, начиная от перелома костей и заканчивая потерей жизни. Этот взрыв видели все, кто был в Денериме, но мало кто мог сказать, кто же именно нанес последний удар. Архидемон был уничтожен, а мор остановлен.