Легенда о Сером Страже

Всю ночь Шэлл не мог уснуть. Днем выспался на неделю вперед. Беспокойные мысли не давали расслабиться. Ему нужно как можно скорее восстановить свое тело. Впереди Собрание земель и бой с Архидемоном. Столько важных дел! А пользы от самого долийца никакой. В конце концов, Шэлл решил любым способом пробраться к Морриган и выпытать у нее способ вернуться в прежнюю форму. Даже если ради этого придется запытать бесценную «ведьмочку». Во время завтрака, что принесла ему Лелиана, его навестил Алистер. Выглядел храмовник очень угрюмым. Может Потрошитель нассал ему в тапки? — Шэлл, нам нужно серьезно поговорить. Жрица решила не мешать Стражам и немного помочь слугам на кухне, заодно и сделать фруктовое желе, о котором она лишь недавно узнала в одной из кондитерских. Этот десерт наверняка понравится командиру. — Я вас оставлю, — кивнула лучница и вышла за дверь. Храмовник сел на стул у кровати, собираясь с мыслями. Пытаясь начать с чего-то разговор, но что-то важное каждый раз ускользало. Слишком многое он хотел узнать у Шэлла и главным образом, хотел много ему сказать о Вороне. Слишком многое и слишком неприятное. Ох, как много этих «слишком»! — Чего медлишь? Рассказывай, что хотел, — подтолкнул его эльф. — Скажи честно, как ты? Что думаешь насчет Собрания земель? Я хотел, чтобы ты был там, рядом со мной, но… если это невозможно… — Кто сказал, что невозможно? Чудеса иногда случаются. — Ты уверен? — Алистер уже не верил, что Шэлл сможет прийти на Собрание земель как ни в чем не бывало. Эльф даже стоять то без лишней помощи не мог, и это понимали все. Нужно было настоящее чудо. — Да. Я должен увидеть рожу Логэйна, когда Зев уложит его на лопатки. — Похоже, тебя только это и волнует, — обиделся храмовник. — Не только! Анора мне тоже задолжала. Алистер тяжко вздохнул, эльф, будто специально уводил тему разговора. — Тебя вообще волнует Архидемон?! — Возможно, — беззаботно ответил долиец. Алистер тяжко простонал. Шэлл будто нарочно выводил его из себя, заставляя волноваться еще больше. — Ты неисправим, — все-таки ответил храмовник, — ладно, чтоб через два дня бегал быстрее галлы. — Ничего не обещаю, но тебя уж точно обгоню. Бастард засмеялся и вышел из комнаты, но только в коридоре вспомнил, зачем на самом деле пришел к командиру и приуныл. Он хотел рассказать, что выкинул Зевран, пока Шэлл был мертв… хоть и временно. А потом подумал «Ну и пусть». Ворон им не друг, а временный союзник и то, пока жив командир. Спускаясь по лестнице на кухню, Алистер столкнулся с убийцей, тот усмехнулся, думая о своем, и собирался пройти мимо, но храмовник преградил ему путь. — В чем дело? Решил-таки поквитаться за стервочку? — улыбнулся антиванец. — Нет. Просто хочу предупредить: не смей обижать моих товарищей. Пока ты нужен командиру, буду считать тебя союзником, но это временно. — Ясно. Но согласись, мои усилия не были напрасны. Ведь теперь он жив. — А если бы Морриган не справилась?! Она могла умереть, и ты это знаешь. — Не будь наивен, она многое скрывает от нас. Например, у себя под подушкой она держит марионетку, похожую на тебя. Как думаешь, для чего ведьмам куклы? Зевран случайно узнал об этой маленькой тайне ведьмочки, когда как-то пробегал мимо ее комнаты. Кто-то из слуг забыл закрыть дверь до конца, а Морриган даже не заметила, как он бесшумно подошел к ее двери и через щель увидел, что та держала в руках миниатюрного «Алистера». Для чего ведьме эта кукла можно только догадываться, но вряд ли для чего-то хорошего. — Это ложь! Не смей наговаривать на товарища! Ворон только вздохнул и развел руками, уже привыкнув, что ему никто не верит, даже если он говорит чистую правду. — Да, да. Наша стервочка, невинна и чиста. Так сойдет? — Пошел ты! — разозлился Алистер, отошел в сторону и быстрым шагом направился на кухню. Зевран вернулся к себе, одел легкий кожаный доспех и отправился тренироваться вместе с кунари. Оказаться не в форме перед Стражем не хотелось, уж точно. А еще ему нужно сразить Логэйна наповал, в прямом смысле. Так просто валяться весь день в постели долиец не собирался. Перевернувшись на живот, он с трудом, но смог подняться, опираясь о прикроватную тумбочку. Он уже ни в первый раз так поднимался (по нужде), но без лишней твердой опоры держаться на ногах было почти невозможно. Именно для этой цели заботливая Винн оставила у его кровати свой деревянный посох, на который всегда можно опереться. Из-за множественных трещин многолетний посох не давал старушке использовать более мощные заклинания. Только сейчас Страж обратил внимание на это. Сама же Винн никогда не просила его о новом посохе, так и сражаясь им еще с Башни Магов. В ближайшее время он собирался это исправить. Опираясь на посох, Шэлл покинул свою комнату и направился к Морриган. Она должна знать, что происходит с его телом. Должна! — А, Шэлл. Живее всех живых, как славно, — мрачно отозвалась ведьма, лежа в постели, когда увидела проковылявшего в ее комнату Стража с посохом. — Лучше объясни, что с моим телом, — потребовал долиец, не желая и дальше оставаться бесполезным балластом для всего отряда. — А что с ним не так? Оно вроде цело и ран больше нет. — Не притворяйся, что не знаешь! Я едва могу стоять! — Хм, — Морриган внимательней посмотрела на Стража, сев на постели, — но внешне все цело. Скажи, что не так. — Не знаю. Ты права в одном. Мое тело цело, оно полностью восстановлено, даже старые шрамы почти исчезли. Ничего не болит. Но если я пытаюсь ходить, двигаться как раньше, да просто пытаюсь напрячь мышцы, тело подводит меня, я не могу как раньше управлять своим телом. Оно будто не мое. — Понятно. И все же ты везунчик, Страж. Не каждый способен восстать из мертвых, чудеса и только. — Не без твоего участия, — заметил эльф. — Да. Ты прав. Но лучше Ворону «спасибо» скажи, ведь он фактически вынудил меня использовать запретную магию и темный ритуал. Даже мать моя избегала такого. За жизнь свою боялась. Шэлл невольно задумался над ее словами, добрел таки до кресла и устало плюхнулся в него, положив посох на колени. — Значит, я жив благодаря Зеву? Морриган кивнула. — Да. Но знаешь, что хочу сказать? Я понятия не имею, какие могут быть последствия после такого ритуала. Это древняя магия, о которой даже мне не все известно. У меня есть только теория того, что сейчас возможно и происходит с твоим телом. — Давай вкратце и поконкретней. Ненавижу загадки. Мне этого в клане хватило. — Как скажешь, — кивнула Морриган, — чтобы вернуть твою душу в тело, я воззвала к твоей эльфийской крови. Твой организм сейчас меняется. Я не знаю, какими способностями и возможностями владели древние эльфы, но думаю, что они могут проявиться в тебе. Когда это произойдет, я не знаю. Может завтра, может через месяц, а может через год или даже два. В общем, веселая жизнь, насыщенная сюрпризами тебе обеспечена. А вообще, советую махнуть в Антиву, а оттуда пойти на север, пересечь пустошь и найти лес Арлатан. Быть может там ты и найдешь что-нибудь о своем народе. — Некогда мне копаться в прошлом. Ты лучше скажи, как вернуть мое тело в норму. Или хотя бы частично вернуть мои силы. Уже послезавтра Собрание земель, а через пару недель порождения тьмы будут здесь. — Советую бежать из Ферелдена. Сейчас ты не в том состоянии, чтобы сражаться. Магия не всесильна. Все что могла, я уже сделала. Остальное зависит от тебя, — в общем, послала его ведьма куда подальше и с чистой совестью устроилась поудобней в постели. Зевран стоял у двери, он слышал весь разговор. Но кое о чем Морриган забыла. Когда Страж вернулся в свою комнату, Ворон зашел к нему. — А, это ты, — натянуто улыбнулся Страж, сидя на кровати, — что-то хотел? — О да. И ты наверняка знаешь, чего я хочу. Ты ведь так точно угадываешь все мои желания, аж мурашки по коже, — с усмешкой заговорил Ворон и сел на край подоконника. — Даже не представляю, что ты хочешь, — пожал плечами долиец, равнодушно глядя на него. — Ладно, дам подсказку. Этим обычно занимаются двое. А один из них полностью обнажен. Ну что, какие есть идеи? — продолжил по-своему издеваться убийца. Шэлл конечно понял, к чему тот клонит, но решил изобразить дурачка, не желая прослыть извращенцем — одного в отряде достаточно. — Хм… ты про натурщика и художника? Хочешь свой собственный портрет в обнаженном виде? Учти, рисую я неважно. — Мимо! Еще одна подсказка, мой прекрасный Страж. Один из этих двоих обязательно будет стонать в оргазме. — Только один? А че второго обделил? — не понял Шэлл. Ворон засмеялся. — Ладно Страж, последняя подсказка. Этим занимаются в постели, ну или на любой другой горизонтальной поверхности. Шэлл смутился и покраснел. — Слушай, если тебе так хочется, то иди развлекайся в борделе. — И опять мимо, мой прекрасный Страж. Я не о сексе. — Ну хорошо, сдаюсь, — обиделся долиец, почувствовав себя извращенцем. Не зря говорят, «с кем поведешься…». — Я об особенном целебном «массаже». В каком-то смысле, это похоже на секс, только не переживай. Я не буду тебя целовать и вторгаться в твое тело своим. — Я знаю, что такое массаж! — вскипел Страж. — Вот и славно. Нас в гильдии многому обучали. И если у кого-то отказывали конечности, то чтобы поставить себя на ноги, проводился точечный массаж. Вернее — иглоукалывание*. И как это делается, знают лишь единицы. Ты не представляешь, как тебе повезло, что я в твоем отряде. Ворон порылся в своих карманах, где всегда было полно разных мелочей: отмычки, складной нож, яд, противоядие, иглы, трубка и многое другое. Шэлл увидел в руках убийцы тонкие металлические иглы, длиной с палец и поежился. — Я поставлю тебя на ноги, мой прекрасный Страж. Будь в этом уверен, — твердо заявил антиванец. Иглоукалывание было его любимой темой. Обычной иглой можно было как лечить, так и пытать одновременно. И в том и в другом случае клиент всегда кричал: либо от боли, либо от оргазма. В любом случае — музыка для ушей. — А это… — долиец с опаской посмотрел на острую иглу, — обязательно? — Да. Твое тело какое-то время было мертвым, — Ворон вплотную приблизился к Стражу и кончиками пальцев коснулся левой стороны его груди, — твое сердце не билось, кровь нормально не циркулировала по венам, кислород не поступал в организм. Естественно, что теперь ты испытываешь сложности с управлением собственного тела. Зевран убрал руку с груди Стража и стал с серьезным лицом выкладывать на комод кожаные мешочки с иглами. Шэлл почувствовал страх, руки и ноги похолодели. — Зев, а есть ли другой способ поставить меня на ноги? — без всякой уверенности в голосе. Ворон отрицательно покачал головой и стал неспеша вытаскивать иглы из специальной подушечки в кожаных мешочках. В этот момент к двери командира бесшумно подошла лучница, неся в руках поднос с фруктовым желе. — А это больно? — закусив губу, спросил долиец. Если это иглоукалывание поставит его на ноги, то… все же это лучше, чем ничего. Страж метался между двумя крайностями — вернуть все как было и страхом перед возможной болью (каким бы терпеливым долиец не был, но мазохистом он точно не являлся, а потому ненавидел боль). Лелиана замерла у двери и нахмурилась. — Ну, поначалу это может быть неприятно, а потом тебе даже понравится, — загадочно улыбнулся Зевран. — Не уверен, что такое может понравиться, — возмутился Шэлл, успев насчитать около сотни игл. Мурашки пробежали по телу. Лучница закусила губу, мучаясь от любопытства и не решаясь зайти в комнату. Воображение рисовало ей много всего извращенного. — А ты просто закрой глаза и отдайся своим ощущениям, — посоветовал антиванец. Шэлл нервно сглотнул, не сводя глаз с игл. — А если… если ты сунешь это не туда? — о как выразился! Лучница чуть не уронила поднос с десертом от услышанного. Неужели Зевран смог как-то уломать командира на секс? Неужели она и все остальные ошибались насчет ориентации командира? — Хватит ломаться, Страж. Раздевайся уже и отдайся мне! — не выдержал Зевран. Жрица едва устояла на ногах. Ну точно, командира уломали на секс! И почему она это недоглядела?! — Ну… ну… может завтра, а? Я пока не готов. «Точно! Командир еще слишком юн для этого!» — в мыслях кричала жрица. — Потом на это уже не будет времени! Раздевайся! — злился Ворон. — Че… полностью?! — возмутился долиец, покраснев до кончиков ушей. — А как же иначе? Делать это с одеждой просто физически невозможно. К тому же я уже видел твое тело и я мужчина, тебе некого стесняться. — Я не об этом! Лучница не выдержала и громко постучала в дверь. Шэлл опять уставился на иглы. Добровольно согласиться на подобное казалось ему диким. Зевран тяжко вздохнул, открыл дверь и вернулся к окну. Жрица вихрем влетела в комнату, громко поставила поднос с желе на тумбочку и посмотрела на командира. Он сидел к ней спиной, чуть ссутулившись, смотря на что-то перед собой на другой тумбочке. Там лежало множество игл. — Если все пройдет удачно, то завтра ты уже без посоха до туалета летать будешь, — невозмутимо продолжил Ворон. Лелиана нахмурилась. Что-то в словах убийцы не сходилось. При чем здесь секс и «до туалета летать»? — Надеюсь, я вам не помешала? — невинно хлопая глазками, спросила лучница, намеренно не собираясь оставлять командира одного на растерзание извращенного во многих вещах убийцы. Каким бы хорошим товарищем Ворон не был, но старые привычки уже никогда не исчезнут. — А ты… — Шэлл снова нервно сглотнул, игнорируя Лелиану, — уверен, что все получится? — Если у тебя есть другой вариант, то я не буду настаивать. Но тогда, Страж, не кори меня за то, что я собственноручно тебя свяжу и запру здесь! Я не позволю тебе рисковать своей шкурой и вертеться вокруг Логэйна! — Нет! Я не хочу пропустить это шоу! Я должен видеть лицо Логэйна! — возмутился Шэлл. — Тогда не спорь и раздевайся! — Эй, эй! — заговорила лучница, — Вообще-то я еще здесь. Шэлл горько усмехнулся и стал расстегивать рубашку. — Эм… Шэлл, я здесь, — снова напомнила жрица. — Я в курсе, — грустно отозвался тот и решительно снял рубашку. Ворон пожирающим взглядом уставился на тело Стража. Пусть это и не совсем то, о чем он грезил в своих мечтах, но тем не менее, он сможет в каком-то смысле насладиться телом командира. — Зев, объясни! Что ты собираешься делать с командиром?! Эльфы одновременно посмотрели на лучницу, они были удивлены ее беспокойством. — Все что я хочу — это поставить командира на ноги, моя милая жрица, — ответил Ворон. — Эм… то есть? — удивилась жрица. — Иглоукалывание, — пояснил долиец и стал возиться с завязками на штанах. — Эта секретная методика Воронов. Иглоукалывание позволяет нам вернуть поврежденное тело в норму, — пояснил убийца. Лелиана удивленно хлопнула глазами, посмотрела на иглы на тумбочке и все поняла. — А так вы не о… ну, в таком случае, я не буду вам мешать, — улыбнулась лучница и вышла из комнаты. Кажется, неисправимый убийца уже давно изменился, а она все еще считала его извращенцем. Ей стало стыдно за собственные ошибочные суждения. Ворон действительно изменился в лучшую сторону. Да, он малость перегнул палку с Морриган, но зато Шэлл снова с ними. Оставшись в одном набедреннике, долиец расслабленно лег на кровать в ожидании пытки. Зевран с сосредоточенным видом подошел к нему. Поднял его руку, мягко пощупал его запястье, локоть, предплечье. Вернул руку в исходное положение. Потом потрогал бедро Стража, колено, щиколотку. Что-то мысленно подмечая в голове. Затем взял в руку несколько игл и… Шэлл не выдержал и отвернулся. Закрыть глаза не позволяла гордость. Заметив на прикроватной тумбочке какой-то новый для него десерт, долиец попытался успокоиться и расслабиться, представляя, как он опробует этот новый десерт. Игла неприятно вошла в его тело. Шэлл закусил губу. Легкая, но вполне терпимая боль. Еще одна игла вошла в его тело. А потом он ничего не чувствовал, хотя замечал, как Ворон берет с тумбочки иглы одну за другой. Не удержавшись от любопытства, Страж снова посмотрел на Зеврана и удивленно раскрыл рот. Уже пол сотни игл торчали в его теле на руках и ногах. — Зев! Я… я ничего не чувствую! — запаниковал Шэлл. Ворон хитро улыбнулся. — Это хорошо. Я специально сделал так, чтоб ты ничего не чувствовал. У тебя на шее есть… Впрочем, неважно. Суть в том, что хоть ты сейчас и не чувствуешь ничего, но твое тело начинает восстанавливать свою привычную работу. Долго объяснять. А если ты вдруг начнешь стонать подо мной, то я точно не сдержусь. Лучше закрой глаза и подумай о чем-нибудь приятном. Например, о том десерте, что тебя ожидает. Я видел, как ты на него смотришь. Страж усмехнулся и закрыл глаза, полностью доверившись убийце. Раньше он бы никогда так не поступил, но после всего произошедшего Шэлл решил послать куда подальше свои опасения. Зевран не раз спасал его жизнь, так что довериться Ворону сейчас — это меньшее что он может сделать. Убийца полностью сосредоточился на своей работе. Столь желанное тело долийца было полностью в его власти. Он мог касаться его, гладить, трогать… Зев до крови прикусил губу, ощутив нехилое такое возбуждение. Еще немного и вся эта лечебная процедура плавно перейдет в более грубый процесс проникновения... и не иглами. Однако Ворон справился, а главное, смог сдержать себя и своего друга в штанах от необдуманных действий. Сейчас нужно поставить Стража на ноги, это было важнее всего. На следующий день Шэлл чувствовал себя как-то странно. Будто ночь напролет бегал марафон вокруг Денерима и на каждом шагу махал двуручником Стэна. Тело просто кричало от перенапряжения. Но стоило ему попытаться сесть, как он без всяких проблем сделал это, не прилагая никаких усилий. Решив проверить свою догадку, долиец решил подняться на ноги. И это ему далось почти без усилий! Не веря в собственные силы, он сделал шаг, потом еще… и все это без посоха! У него получилось! Накинув халат, долиец выскочил из своей комнаты. Он мог ходить и даже бегать! Чудеса! Но от радости он малость переоценил собственные возможности, споткнувшись на ровном месте, схватившись за стену. В итоге долиец решил не спеша добраться до Ворона, нечасто он искал убийцу. Спросив у одной из служанок, где комната длинноволосого эльфа, Шэлл проследовал за ней обратно в сторону его собственной комнаты и подошел к двери напротив. Интересно, Зев сам выбрал эту комнату? Или это просто «случайное» совпадение? Шэлл громко постучал. С той стороны двери кто-то зашевелился, простонал, поворчал и через минуту отпер дверь. Сонный, взлохмаченный и зевающий Ворон появился перед долийцем в одном набедреннике. — Зев, тебе удалось! Я могу ходить! Даже бегать! — как ребенок радовался долиец. Убийца улыбнулся уголками губ. Теперь он знал тело Стража еще лучше, знал его слабые точки. — А ты сомневался. Но предупреждаю, к вечеру ты совсем выдохнешься. И лучше не перенапрягайся. Мышцы еще не восстановлены. Сейчас твой организм просто получил необходимый кислород и кровь стала циркулировать в привычном ритме. Если попробуешь отжаться, то сразу выдохнешься. — Но я ведь могу ходить! — возмутился Шэлл. — Я и не говорил, что не можешь. Попробуй потренируйся с мечами и поймешь. Большие нагрузки на тело будут выматывать его так, словно ты несколько дней подряд таскал Шейлу на руках по всему Ферелдену. Твоему тело нужен покой. А тренировки лучше начать постепенно, это вернет тебя в форму, но не сразу. — Спасибо за совет, — улыбнулся долиец и направился на кухню завтракать. Теперь-то Алистер никак не отвертится и Шэлл может спокойно отправляться на Собрание земель. Пол дня долиец резвился во дворе замка, играя с мабари. Потом он выдохся и вернулся в свою комнату. Зевран был прав. Мышцы еще не пришли в норму. Возможно, его телу нужно чуть больше времени, чтобы восстановиться. А тренировки постепенно вернут тело в норму, как и сказал Ворон. Ближе к вечеру он нашел в своем сундуке старый долийский доспех. Кажется, красный доспех из драконий кости придется отложить подальше, тело еще не готово к тяжелым нагрузкам. Из оружия он нашел старый арбалет Командора Серых Стражей Софи Драйден. Мечи таскать пока рано. Слишком тяжелы. Заметив в углу комнаты старый посох Винн, долиец отправился на рынок в компании своего верного Потрошителя. И вот, настал тот самый долгожданный день. День Собрания земель. Эрл Эамон не стал брать свою охрану, решив доверить свою защиту отряду Серого Стража. Кроме Морриган весь отряд был в сборе. Огрена правда откопали в компании пустых бутылках под столом. Нашел его Потрошитель и покусал за сапог, пока гном не пришел в сознание. Увидев, что командир отряда жив и здоров, он очень обрадовался. Страж с виду казался прежним, будто и не умирал никогда, и тело его было в норме. И единственное, что было странно, Шэлл снова облачился в свой древний долийский доспех, а вместо одноручных мечей за его спиной висел арбалет. Но Огрен решил не придавать значения таким мелочам и отправился со всеми на Собрание земель. В королевском дворце собралось много людей из знатных семей. Шэлл устроился в одном из кресел и успел даже подремать немного. А потом объявился Логэйн и пришлось проснуться. — Стражи — предатели! — вещал Логэйн, но больше половины аристократов были на стороне Серых Стражей. А потом объявилась Анора. Она удивленно уставилась на долийца, явно не ожидая его увидеть целым и невредимым. Уж слишком хорошо она знала способности Коутрен, а та была невероятно сильной. И если та мертва, то и Страж должен был умереть. — Одумайтесь люди! Серый Страж похитил меня! — Анора пальцем показала на долийца, у того от такой новости челюсть на пол упала. Вот так подстава. Не часто его обвиняют в том, чего не было. — И часто ты промышляешь похищениями, Страж? — подкусил Ворон, как тень, стоя у того за спиной, откровенно забавляясь. — Вот не поверишь, каждый день кого-нибудь, да похищаю, пока никто не видит, — засмеялся долиец, втихаря заправляя болты в арбалет. Кто-то сегодня огребет не по-детски! — Это наглая ложь! — громко возмутился Алистер, решив очистить честь своего друга, которому было уже все равно, что скажут о нем. Нет человека, нет проблем. И сейчас Шэлл собирался избавиться от Логэйна и его дочки, чего бы это не стоило. Не фиг наговаривать и лгать! Задета его долийская гордость! — Но он убил эрла Хоу и всех его людей! И не смей это отрицать! Зачем он это сделал?! — снова Логэйн взял слово. — Он… он… — Алистер понял, что Анора их предала и сказать, что они шли ее спасать будет глупо. Та, скажет, что ее не похищали и именно Стражи хотели ее убить, расправившись с Хоу. — Мы просто узнали, что Хоу держит у себя в плену очень важных людей и эльфов. И некоторые из них присутствуют здесь, — помогла Алистеру жрица, затаив обиду на королевну. Тут же начался галдеж. Кусланд и еще двое парней из знати выступили вперед, обвинив в своем заточении Хоу и Логэйна. Даже предъявили неоспоримые доказательства. — Я понял, Хоу предал меня. Я не знал о его делах, — попытался оправдаться Логэйн. — Дамы и господа! — перебил всех Эамон, — Предлагаю каждому из вас проголосовать за того, кто взойдет на престол. Лично я предлагаю избрать Алистера. Пусть он и незаконнорожденный, но он родной сын предыдущего короля и родной брат Кайлана. В нем без сомнения течет королевская кровь. Как Серый Страж он успел получить множество заслуг. Сам Дункан им гордился. — Э? А как насчет моего мнения? — возмутился храмовник, но его все проигнорировали. Он обиделся и отвернулся от всех. Сбылся самый страшный из его кошмаров. Он, конечно, ожидал подобное, но всегда пытался не думать об этом, старательно отгонял от себя мысли о престоле. Все не верилось, что он действительно может стать королем. Он думал, что как-нибудь все решится и без его участия. Например, Эамон займет престол, но тот решил иначе. Про оговорку долийца перед Голданной, он уже и забыл, списав это как неудачную шутку. Просто Шэлл был зол, вот и вспылил. Люди в зале притихли и стали шептаться. — Даже если он и займет трон, — громко заговорила Анора, почувствовав реальную угрозу своей власти, — разве он сможет править Ферелденом? Да, он родной брат моего покойного мужа, но что он сможет? Я же уже достаточно долго правлю Ферелденом и знаю все необходимое. Думаете, когда Кайлан был жив, он правил? Нет. Этим занималась я, пока он бегал за Серыми Стражами. — Все верно, — кивнул Логэйн, — если Алистер займет престол, думаете, именно он будет у власти? Сомневаюсь. Он будет марионеткой Серых Стражей, этих предателей! А их главный кукловод перед вами, — Логэйн пальцем указал на долийца, тот уже второй раз потерял свою челюсть под ногами. Мало того, что он был похитителем, так теперь он оказался еще и наглым манипулятором! Вот так новость! Эльфийская гордость не выдержала. Шэлл вскочил на ноги, мысленно жалея, что из-за этого мерзавца придется напрягать свое тело, но по-другому он не мог. — Как низко. А теперь заткнулся в варежку и слушай меня, шем! — нотки угрозы в хриплом голосе заставили всех замолчать, — Твоя дочь, лживая сучка, ляжет под любого, у кого власть. Еще недавно она раздвигала передо мной ноги. И она дважды успела предать меня. Только поэтому ее нельзя допускать к власти. Мне нет дела до Серых Стражей и это правда. Но, как гордый долийский эльф, я никогда не прощаю предательств. Кайлан и Дункан доверяли тебе и они мертвы. Жаль. Кроме Алистера я не вижу других достойных претендентов на трон. Ах да, тут со мной один из тех самых наемных убийц, что ты отправил по мою душу. Помнишь его? Шэлл кивком головы указал на стоящего за его спиной длинноволосого эльфа с татуировкой на левой щеке. Логэйн вмиг побледнел. Кажется, до этого он его даже не замечал, а зря, иногда нужно уметь смотреть по сторонам. Недаром Ворон хвалился своей способностью скрываться в толпе. — Ты!!! — испуганно закричал Логэйн и обнажил меч. — О, какая встреча! — радостно заговорил Ворон и неспешной походкой приблизился к своему нанимателю, — Не ожидал? А знаешь, я тоже! Никто не замечает в этом иронию? — Почему ты здесь?! Ты должен быть мертв! — кричал Логэйн, помня о жестком кодексе Воронов. Если они не справлялись с заданием, то умирали на задании, либо их убивали свои, а этот… как-то умудрился выжить. — Правда? Ах, какая жалость, что я все-таки жив, — саркастично заметил убийца, — ты уже успел рассчитаться с гильдией? — Я нанимал самого лучшего! Ты предал меня! Довольный долиец с улыбкой наблюдал за всей этой милой сценой. Только крови не хватает для пущего эффекта. Но видимо до крови не так много осталось. Маленький демоненок внутри него ликовал от радости и плясал джигу-джигу хлопая в ладоши. — Предал? Странно. Тебе, я в верности не клялся. А гильдия не имеет больше власти надо мной. Отныне я сам решаю, кого убивать, а кого нет. И кстати, ты в моем черном списке, — Ворон эффектно достал мечи Дункана из ножен. — Стойте! Давайте обойдемся без крови! Решим все голосованием! — вмешался Эамон, вставая между убийцей и Логэйном. Народ в зале зашептался и началось голосование. Как ни странно, но большинство голосов были на стороне Алистера. Главное слово осталось за долийцем. — Ну что ж, Алистер, мое решение… опусти свою жопу на трон! Это последний мой приказ, как твоего командира, — властно приказал эльф. Почему-то такому тону невозможно было сопротивляться. Храмовник быстро сел на трон и только потом понял, что это значит. — Нет! Так не честно! — возмутился Алистер, поднявшись с трона. Он был не готов так быстро стать королем. — Я сказал, сидеть! Алистер опять сел, мысленно застонав, чувствуя себя в шкуре Потрошителя. — Нет! Я не позволю ему занять трон! — возмутился Логэйн и сорвался с места, собираясь убить Алистера. Но дорогу ему преградил Зевран. Начался ожесточенный бой. Эльф будто играл с ним, особо не напрягаясь. Все люди Логэйна пытались добраться до храмовника, но всех их встретил отряд Серого Стража и королевская стража. Сам долиец юркнул за спинку трона и оттуда отстреливался из арбалета. Попадал в цель он через раз. Стрелял он все так же — фигово. Алистер обнажил меч и стал защищать эльфа, зная, что тот еще слаб. Вскоре, кроме Логэйна и Аноры никого из противников не осталось. — Страж, смотри! Я уложил его на лопатки, как и обещал! — похвастался Зевран, указав на Логэйна, который лежал в его ногах бесполезной тушкой, безоружный, ожидающий своей печальной участи. Шэлл засмеялся. Сбылась его мечта! — Остановись! — взмолилась Анора, — Да, отец был не прав. Я готова понести за него ответственность. Только не убивайте его. Зевран замер и посмотрел на долийца, ожидая его решения. Шэлл не долго думал. Он просто хлопнул Алистера по плечу. — Думаю, будет справедливо, если ты сам решишь его судьбу, как будущий правитель, — красиво умыл руки эльф и снова устроился в своем мягком кресле. Зевран отошел в сторону, не сводя глаз с Логэйна. Тот приподнялся на четвереньки и уставился на сурового храмовника. Покрепче сжав эфес, Алистер одним взмахом меча обезглавил Логэйна. Предатель, убийца его брата и наставника должен быть казнен. — Нет!!! — закричала Анора и упала на колени. Ее отец был мертв. Никто кроме нее в зале не стал возмущаться по поводу решения Алистера, единственного претендента на престол. — Будь ты проклят! Я отомщу! — закричала Анора и бросилась к храмовнику, но кунари с легкостью перехватил ее, поймав за руки. В ту же минуту подбежали королевские стражники, собираясь подчиняться любому слову нового короля Ферелдена. — Заприте ее в башне, и чтоб я никогда ее не видел, — распорядился храмовник, невольно входя в роль правителя Ферелдена. Как ни странно, но после Собрания земель Зевран вместе с отрядом отправился в замок эрла. — Ты теперь свободен, Зев, — напомнил Шэлл, когда они подходили к замку. — Я знаю. Теперь для меня ты больше не командир. Я могу и не подчиняться тебе. Делать любые безумные вещи и ты ничего мне не скажешь. — Если эти вещи не буду касаться лично меня, то все нормально. Несколько минут эльфы шли молча. — А знаешь, — снова заговорил Ворон, — я тут подумал и решил немного повременить со своим уходом. Но не могу же я упустить битву с самим Архидемоном! — Как хочешь, — пожал плечами Шэлл, расставаться с этим умелым убийцей пока не хотелось, особенно перед самым появлением Архидемона. Зевран грустно посмотрел на Стража, тот даже не пытался его остановить. Не предлагал путешествовать вместе, не предлагал остаться. Но теперь Ворон и не надеялся на это, решив все-таки совершить нечто, что навсегда разрушит их товарищеские отношения. Долиец еще слаб, а значит, ничего не сможет сделать против него.