Ссора: крещендо
12 апреля 2015 г., 22:55
Ссоры не продолжались бы так долго, если бы виновата была только одна сторона. Ларошфуко
Дин пристально посмотрел на спину брата, демонстративно уставившегося в экран, – так, словно не существовало для него вещи интереснее. Сэм как будто забыл, что только что хотел исключительно разговоров – даже почту проверять отказывался. «Нет смысла в охоте? Да, в принципе, и ради бога, – вдруг подумал парень. – Все равно скоро эта сказка про братьев-охотников закончится. В следующем году Сэм останется один, так что… Пусть делает что хочет». Он молча встал и подошел к рабочему столу Бобби – обычно тот складывал свежие распечатки и вырезки из газет именно там. Иногда среди этого безобразия попадалось что-то действительно стоящее – нужно было только немного поискать и сверить между собой пару статей. Правда, иногда это «стоящее» не сразу замечалось – Бобби в любой момент мог отвлечь шквал звонков из полицейских участков по всей стране и даже от настоящих ФБРовцев. Парень присел на край стола и стал просматривать газеты разной степени дряхлости – от уже пожелтевших на солнце до свеженьких, только из типографии… не замечая, как младший Винчестер наблюдает за ним через отражение в зеркале. Сэм слишком хорошо изучил такое настроение Дина: «Сэмми опять меня разочаровал, но что ж поделать, брат есть брат. Какой уж есть»… Какое-то время Дин молча изучал заметки на столе Бобби – так сосредоточенно, словно искал там клад. – Только не говори, что умеешь читать Сингеровские схемы, – усмехнулся Сэм и поспешно отвел глаза от зеркального стекла. – Тут не схемы, тут просто вырезки, сваленные в кучу. С ними разобраться – как два пальца об асфальт, – возразил Дин. – Не отвлекайся от своего монитора. Сэм невольно вздрогнул, он отлично знал этот тон брата. Сейчас такое было еще больнее слышать, у них с Дином так мало времени, зачем омрачать пребывание вместе ссорами? Но приходилось терпеть. – Я так понимаю, ты все равно собрался сегодня поохотиться, да, Дин? Я тебя не убедил? – Правильно понимаешь. Как раз и дело уже нашел, – протянул Дин, поднимая сложенную газету с отчеркнутой желтым маркером статьей. – Только послушай, какая прелесть. «Город Ривертон, штат Вайоминг, сотрясла черИда жестоких убийств. Две недели назад жестоко изнасиловали и убили 17-летнюю гордость школы «Ривертон-Хайтс», отличницу и королеву красоты, мисс Сару Милтон, неделю назад жертвой пал сАтрудник кабельной компании (парень заглянул на следующую страницу и удивленно сказал: «Странно, имя не указано…»), а на днях от убийцы едва скрылась студентка Дженнифер Парсонс. Девушка до сих пор находится в шоке и не может дать описания маньяка, утверждая, что на нее напало «черное чудовище с крыльями летучей мыши». Закончив читать (как будто даже с облегчением – кому понравится зачитывать вслух простыню текста сомнительного качества?), Дин поинтересовался: – И как тебе? Поверим журналисту, который даже словарь не осилил и не знает слов «череда» и «сотрудник», или забьем на монстров-извращенцев? На месте копов я бы обратил внимание на школьницу. Они что, про Лору Палмер не слышали? Все не так просто с этой красоточкой, чует мое сердце. Сэм заскрежетал зубами. Этот беззаботный тон и упрямство Дина иногда просто сводили с ума. При всей огромной любви к брату иногда его хотелось хорошенько пнуть под зад. – А с каких пор мы занимаемся сексуальными маньяками? По-моему, это дело полиции. Я что-то не помню монстров, которые вытворяли бы подобное. – А с каких пор у нас маньяки обзавелись крыльями, как у Бэтмена? – в тон ему отозвался Дин. – И, – старший еще раз уткнулся носом в статью; дочитав ее до конца, он присвистнул, – с каких пор маньяки сжирают у жертвы внутренности и лицо? Это даже для Ганнибала Лектора перебор. — Ладно, убедил. – Сэм взметнул руки вверх. – В субботу с утра и отправимся. Он понимал, что ответ «в субботу» Дина не устроит, он рвался в бой сейчас же. Но Сэм добивался встречи с человеком, который, возможно, знает, как спасти брата, целых две недели, и если он упустит этот шанс, другой появится ой как не скоро. – В какую еще субботу? – Дин грянул кулаком по столу. – А до субботы мы чем будем заниматься – практиковаться в плевках в потолок? Нам и так ехать туда хрен знает сколько, а ты еще ждать предлагаешь? С самого утра Дина преследовало ощущение, что время — песок, который просеивается сквозь пальцы, не удержать... Еще один день бездействия значил бы, что этого песка утекло слишком много — хватило бы на десятки топорно сделанных песочных часов — и рассеялось по ветру. Он не хотел просто сидеть и ждать – ни до завтра, ни до субботы… «Черт, Дин, мне нужно немного времени! Неужели ты думаешь, что я откладываю поездку куда-то, где тварь жрет людей, только потому, что мне лень ехать, или потому, что не понимаю, как для тебя важно успеть как можно больше?» Сэм медленно вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоиться, но натянутые нервы продолжали звенеть, все громче и громче. – Дин, можно ведь заранее собрать информацию, выяснить, о какой твари идет речь, и только потом соваться в твой Ривертон. Я же не предлагаю в стрип-бар рвануть и забыть об убийствах, правда? Не реагируй так, словно я предложил весь город взорвать и таким образом избавиться от того, кто в нем маньячит. Он снова захлопнул ноутбук, чтобы не было соблазна открыть письмо, и встал. – Ты словно первый день охотишься, – огрызнулся Дин. – Как будто ты не в курсе, что в Инете инфы кот наплакал и собирать ее надо прямо на месте. И кончай уже терзать ноут. Еще пару раз так хлопнешь и пока-пока, компьютер, – ядовито добавил он. – Я прекрасно знаю, как нужно охотиться, Дин... – Парень серьезно посмотрел на брата и произнес в надежде все-таки достучаться. – Но нельзя все время прятаться за охотой. Я так не могу, нужно остановиться и подумать о том, что происходит. Я не могу все время бегать за монстрами и делать вид, что больше меня ничего не волнует, и нет важнее проблемы, чем очередная чупакабра. Я все понимаю, брат, но ТАК нельзя. – ... – С чувством выругался Дин. – Да ни за что я не прячусь! Я просто стараюсь делать свою работу – то, что у меня лучше всего получается. – Он потер лоб рукой, едва ли осознавая, что делает это. – И как же, в таком случае, можно? Сэм тяжело вздохнул. – Прекрасно, охота значит охота, я же не отказываюсь, Дин. Я прошу всего один день. Может же, к примеру, твоя детка сломаться? – До субботы – это не один день, Сэмми. Почему именно суббота, кстати? Зачем тебе этот день? – с подозрением осведомился Дин. – И к чему ты вообще клонишь? Ты что, хочешь, чтобы она сломалась? – Нет, конечно, я жить хочу. – Сэм усмехнулся. Вопрос о субботе он проигнорировал, словно он вообще не был задан. – Я просто к тому, что если бы у нас в дороге сломалась машина, мы бы могли потерять и неделю, а не только эти полтора дня, Дин. Представь, что у нас вынужденная задержка. – А если представить, что у нас вообще нет машины, сразу сто-олько вариантов открывается... – скептически заметил Дин. – Тогда можно вообще не охотиться, машины ж типа нет и ездить не на чем. Сэм, не придуривайся, а? Нет, порой Дин просто невыносимо упрям. – Не делай из меня идиота, Дин. И не разговаривай со мной как с ребенком. – А как я должен с тобой разговаривать? – процедил Дин. – Ты сам первый начал, если что. – Что я начал? Попросил не пороть горячку? Это ребячество? – Сэм подошел к брату и отобрал у него газету. – Успокойся, Дин. – Я спокоен, – чуть более резко, чем это соответствовало бы смыслу слова «спокойствие», отозвался Дин. – Так едешь ты со мной или нет? – Мы поедем вместе, Дин, утром в субботу. Сейчас ты слишком взвинчен, чтобы охотиться. – Сэм положил руку брату на плечо. – Не говори со мной, как с психом, – прорычал тот. – Сам такое не любишь, а со мной можно? – Потому что ты ведешь себя как псих. – Сэм отступил на шаг и швырнул газету на стол. – На охоте просто свет клином сошелся! Хватит, Дин, хватит бросаться в любую мясорубку только потому, что больше ничего не осталось! Дин на минуту потерял дар речи. «Ничего не осталось». Он никак не ждал, что Сэм бросит ему такое в лицо... «Так ты ставишь мне это в вину, Сэмми?» – Это я псих? Ты на себя посмотри… И уж лучше мясорубка! – холодно сказал он. – Здесь я себя чувствую как в каком-то доме престарелых – сиди на заднице, ешь, спи и просирай дни, которые у тебя остались, Дин! Вот радость-то, а? Сэм скрипнул зубами. – Никто так не говорит, Дин! Никто не отправляет тебя на пенсию. – А что ты тогда говоришь? – Для тебя просьба задержаться на один-два дня равна отправке в тираж, Дин? Ты правда думаешь, что так мало для меня значишь? – Да при чем тут это вообще? – Ни при чем. – Сэм обреченно мотнул головой. – Почему мы с тобой вдруг ссоримся из-за нескольких дней, Дин? Я ведь просто забочусь о тебе... Дина стремительность ссоры тоже удивила – он понимал, что ругань выросла чуть ли не на пустом месте, но отступать тем не менее не собирался. – А я не просил обо мне заботиться, – отчетливо произнося каждое слово, заявил он. – Сегодня ты просишь задержаться до субботы, в субботу скажешь повременить еще дня на три, и вот это – твоя забота? Там люди гибнут, между прочим, а мы тут сидим просто потому, что тебе так захотелось? Сэм криво усмехнулся. – Ты не просил о себе заботиться, да? А я не просил за меня душу закладывать, Дин! Ты не мог поступить иначе, я тоже не могу! Неужели так сложно это понять?! И не делай из меня сволочь, которой наплевать на людей. Мой брат мне дороже! Можешь ты подумать о том, что ты мне дорог, черт возьми, а не о том, как красиво уйти, сделав свой чертов выбор?! Это был твой выбор, а теперь я принимаю свое решение, нравится тебе это или нет. Мы никуда не едем до субботы! – Красиво уйти? – Дин прищурился. – По-твоему, мне есть до этого дело? Он стремительно прошелся по комнате и поднял со стола несчастную, не раз и не два уроненную газету. – Значит, так? Таков твой выбор? Ну что ж, у меня тоже есть право на свой. И я еду на охоту. Сегодня. Сэм смотрел на брата и не мог понять, почему они ссорятся... У них, конечно, бывали споры, и крупные, но вот так... Но, видимо, напряжение, которое нарастало последнее время, нашло, наконец, выход. Не у одного Дина были эмоциональные проблемы, связанные с контрактом… У Сэма имелась своя порция подобных трудностей. Было бы странно, если бы Сэм вообще не размышлял о контракте брата, оставаясь беззаботным, как дошкольник, который не видит ужасов окружающего мира, потому что взрослые отгораживают его от этого мира щитом. – Знаешь, Дин, о том, как ты делаешь выбор, я лучше ничего говорить не буду, – он сам удивился, что произнес это вслух. – Ты до сих пор принимаешь решения, руководствуясь тем, что тебе говорил отец. Словно послушный солдатик. У меня иногда чувство, что он до сих пор сидит в Импале и отдает тебе приказы. Отец поспешил бы с охотой, это правда, но ты же можешь быть самостоятельным и не оглядываться на то, что он тебе приказал бы? Может, пора его отпустить и действительно все решать самому? Дин до боли сжал кулаки, чувствуя, как ногти втыкаются в ладони. Ничего не могло обидеть его сильнее, чем наезды на отца – прошел уже год с момента смерти Джона, но Дина до сих пор трясло от одного упоминания этого имени. – Не смей так об отце... – угрожающе заговорил он. – Ничего ты о нем не знаешь. Обо мне тоже. Его пальцы непроизвольно сжались еще крепче, и Дин с трудом удержался от того, чтобы не развернуться и не смазать Сэму по физиономии. Остановили его лишь воспоминания о сцене из прошлого. Гордон. Вампиры. Cлова Сэма: «Как бы ты ни хотел, первый встречный не заполнит пустоту в твоей душе. Это оскорбляет память отца». Врезающийся в лицо брата кулак. Второй раз такого не будет. Дин тяжело вздохнул и отрывисто произнес: – Я давно научился не следовать заветам отца... Если бы я был «солдатиком Джона», я до сих пор думал бы, как исполнить последнее обещание, данное ему, а я закрыл этот вопрос для себя еще в прошлом году. Жаль, что ты этого так и не понял. – Ну конечно, я ничего не знаю ни о тебе, ни об отце, – произнес Сэм с досадой. – Куда уж мне, Дин, я ведь еще и сбежал при первой возможности. Разве я могу разрушить связь между Джоном Винчестером и его любимым старшим сыном? Я всего лишь маленький Сэмми, который никогда ничего не понимал. И не замечал! – А кто же тебе не давал что-то понять и заметить? Я? Отец? Господь Бог? Если ты чего-то там не понял, Сэм, это исключительно твои проблемы, – негодующе выпалил Дин и схватил свою кожанку, не давая Сэму ответить. «Все. С меня хватит». Уже влезая в рукава куртки, он бросил с порога: – Хорошо тебе отдохнуть, Сэмми. Наслаждайся своими полутора днями. Ты же их так хотел.
