Свой среди чужих

- Ничего не хочешь мне рассказать?- спрашивает Торин. - Не здесь,- выдыхает Бильбо и идет к норе на ватных ногах. Каждый шаг ощущается как шаг в пропасть. Когда за ними закрывается дверь, Бильбо покидают остатки мужества. Он стоит, сцепив зубы, и глядит мимо Торина, не в силах поднять на него взгляд. Стоит и ждет. Ненависти, гнева, обвинений в том, что посмел прикасаться к детям своими грязными руками мужеложца... Кажется, у Торина был меч. Если повезет, все кончится быстро. Чего он не ждет, так это уверенного прикосновения к подбородку, твердых гномьих пальцев, вынуждающих его поднять голову и встретиться взглядом с синими глазами Торина. - Все настолько плохо?- спрашивает Торин, вглядываясь в побелевшее лицо хоббита. - Что?- переспрашивает Бильбо. Он прекрасно слышит сказанное, но смысл слов почему-то уплывает. Голова снова опускается, стоит Торину отпустить его подбородок. Гном куда-то тянет его, придерживая за плечи, еще что-то говорит по дороге - Бильбо слушает слова, но все еще не понимает смысла. Торин толкает его в мягкое кресло в гостиной и уходит. "За мечом пошел"- приходит в голову Бильбо и эта мысль окончательно выбивает его из реальности. Бильбо приходит в себя резко, мгновенно вскидываясь и хватая ртом воздух. Прямо перед ним возвышается Торин, держащий в опущенной руке... пустой стакан. Хоббит чувствует стекающую по лицу воду и машинально вытирается рукавом - шок еще преобладает над рассудком. Торин наливает в этот же стакан из стоящей на столе бутылки и сует его Бильбо в руки. Бильбо принюхивается - в стакане сливовое вино из его кладовой. Он делает глоток, не сводя глаз с севшего в соседнее кресло Торина, и когда терпкая жидкость прокатывается по горлу, чувствует себя уже более осознано. - Торин, я...- начинает Бильбо и осекается. Что он скажет? Извини, я не хотел? Чего? Падать в обморок? Быть не таким как все? - Ты потерял сознание,- констатирует Торин. Бильбо смущенно кивает, нервно сжимая стакан. - У тебя был такой вид, словно ты думал, что я тебя сейчас убью,- продолжает гном. - А разве нет?- вырывается у Бильбо. Торин скептически приподнимает бровь. - Я не могу утверждать, что понял абсолютно все из вашего разговора с этим... Джерри? Или что понял правильно. Поэтому, я жду, что ты мне объяснишь. Его ненавидят только за то, что он живет с другим хоббитом? - Только?- горько переспрашивает Бильбо,- ты говоришь так, словно этого не достаточно для ненависти и отвращения окружающих. - У нас нет,- просто отвечает гном и когда Бильбо смотрит на него круглыми неверящими глазами, поясняет,- это не одобряется, не считается нормой, но и не осуждается настолько рьяно. У гномов всегда было очень мало женщин и потому, если кто-то находит счастье в объятиях друга... Торин пожимает плечами, не зная, как объяснить то, что знаешь почти всю жизнь, а Бильбо делает пару глотков вина, пытаясь уложить в голове такую необыкновенную информацию о гномьих порядках. - У нас не так,- говорит он,- у нас мужеложество считается чуть ли не самым мерзким, что вообще можно придумать. Если о тебе узнают, что ты из таких, ты потеряешь все - родных, друзей, нормальное отношение всех других хоббитов. То, на что решились Джерри с Питом... даже не знаю, геройство это или глупость. У нас нет ни одной другой пары, которая была бы вместе открыто, мы прячемся, разрабатываем условные знаки, встречаемся тайком. - Насколько я понял, тебя мог бы скомпрометировать даже простой разговор через калитку с этим Джерри? - Да. Если бы он пришел сюда днем и кто-то из соседей увидел, что я не прогоняю его, обзывая последними словами, а спокойно беседую, я попал бы под подозрение и стал бы темой номер один во всех тавернах на пять лиг окрест. Торин хмурится. У него появляется такое ощущение, словно он наткнулся на гнилую сердцевину у красивого и вкусного яблока, которое перед этим ел с удовольствием. - Похоже, у вас любят совать нос в жизнь других. И лезть в чужую кузню со своими клещами. - Нет, не то, чтобы совать нос,- морщится Бильбо,- у нас считается, что порядочному хоббиту скрывать нечего. Да и так оно и есть на самом деле. - Небось все холостяки под подозрение попадают? - Нет,- удивляется Бильбо такому предположению,- да, многие из нас остаются холостяками, но обычных холостяков все равно гораздо больше. Так же, как и многие из нас женятся ради сохранения репутации или потому что семья настаивает. - Женятся?- в свою очередь удивляется Торин,- но как же, если душа не лежит... - А вот так. Репутация дороже. Все женятся, значит и он должен и все равно, что жена не любимая. - Неслыханно. У нас такого нет. - И что, прям все браки по любви? - У нас никогда и никого не принуждают. Не знаю, как у вас, а у нас к любви относятся очень серьезно,- Торин замолкает на секунду, а потом добавляет,- сердце гнома выбирает один раз и на всю жизнь. Пару минут они молчат, переваривая внезапно свалившиеся на них знания о чужом народе. Бильбо допивает вино, ставит стакан на стол и говорит, оборачиваясь к Торину. - Ты последнее время все больше говоришь мне о гномах. Хотя вначале высказывался очень категорично о том, что чужие не должны знать ваших традиций. - Я не рассказываю ничего тайного,- резко отвечает Торин, тоже поднимаясь с кресла,- общие факты, не более. Он направляется к выходу из гостиной, показывая, что их разговор окончен, а Бильбо мысленно корит себя за то, что испортил этот внезапно откровенный разговор. - У меня ведь нет ни единого шанса, ведь так?- тихо спрашивает хоббит у спины Торина. - Что?- переспрашивает гном, резко оборачиваясь. Бильбо опускает глаза. Не стоило этого говорить. Но усталость от моральных терзаний и внезапная откровенность этой ночи развязывают язык. - Ничего. Забудь,- говорит он и второй раз за вечер чувствует на подбородке твердые пальцы подошедшего Торина, вынуждающие поднять голову и посмотреть в глаза. Эти глаза, кажется, смотрят в самую душу, вытягивая из нее самое сокровенное. Бильбо не выдерживает пронзительного синего взгляда и тянется выше, вставая на цыпочки и хватаясь за плечи гнома. Губы Торина встречают его на полпути. Твердые уверенные губы, берущие его рот в плен сразу и безоговорочно, так, что остается только подчиниться этому напору и настойчивым рукам, шарящим по спине, прижимающим его к мощному гномьему телу. Разница в росте мешает, заставляет ныть шею и подрагивать стоящие на цыпочках ноги. Торин подхватывает его под бедра и сажает на стоящий сзади стол. Резкий звук заставляет их оторваться друг от друга и синхронно повернуть головы. Источником шума оказывается упавший стакан, который Бильбо задел бедром. Внезапная передышка немного приводит их в чувство. - Зря мы тут...- говорит Торин и от его хриплого голоса у Бильбо поджимаются пальцы на ногах. - Да,- соглашается хоббит,- вдруг кто-то из мальчиков проснется и... Пойдем в мою комнату. Торин сжимает его руку в своей, целует тыльную сторону ладони и тянет со стола. Когда за ними закрывается дверь комнаты Бильбо, они снова отчаянно целуются, вжимаясь друг в друга, забираясь руками под одежду. Рубашки летят на пол, Бильбо и Торин зеркальным движением ведут руками по груди друг друга, пьянея от необычности ощущений, от контраста с привычным - мягкий безволосый торс хоббита и мускулистый волосатый гнома непохожи как свежее весеннее утро и душная летняя ночь. Так же, как и их поцелуи - колючая борода одного и полное ее отсутствие у второго. Бильбо прижимается щекой к груди Торина, путается пальцами в густой поросли, мнет соски. Торин хрипло выдыхает и тянет его к кровати. Бильбо легким толчком сажает Торина на кровать, а сам встает перед ним на колени и тянется руками к завязкам на штанах гнома. И не может сдержать восхищенного вздоха, когда его взору предстает крупный налитый член, темный от прилившей крови. Бильбо облизывает губы и склоняется к нему, обводит языком головку, посасывает ее, старается взять глубже, одновременно лаская рукой. Торин хрипло и сорвано дышит, наблюдая за Бильбо из-под полуопущенных век и положив руку ему на голову. Надолго его не хватает и он кончает прямо в рот Бильбо, у которого не получается все проглотить, член выскальзывает изо рта хоббита, пачкая спермой его подбородок. Торин рывком подтягивает Бильбо вверх, жадно целуя, слизывая свое семя с его лица, а затем сажает на свое место, в свою очередь опускаясь на колени и сдергивая с хоббита бриджи. Ведет языком по всей длине возбужденного члена и берет его сразу глубоко. Бильбо откидывается на кровать и кусает кулак, заглушая стоны. Кончая, прикусывает костяшку почти до крови, не давая вырваться крику. Торин ложится рядом с Бильбо и целует сначала в губы, а потом пострадавшую руку. Бильбо счастливо улыбается и проваливается в сон.