Исправлю

Помня, что произошло в тот раз, Рэм проводил его прямо до подъезда. Тот день, который стал для омеги катастрофой, прошел, и не осталось ничего, кроме воспоминаний у альфы, который однажды упился, и проснулся в свои семнадать лет. С того дня, он решил общаться с Мэттом чуть теснее. Омега его боялся, и Рэм прекрасно это понимал. Он видел смущение, стыд и страх в глазах своего истинного омеги, когда, уединившись на последнем этаже школы у стен, расписанных похабными словами, Рэм, затягиваясь очередной сигаретой, говорил ему о всяких извращениях и устрашал предстоящими родами. Разумеется, все это было сказано с легкой улыбкой и шутливо. Мэтт еще не до конца ему доверял, а Рэм, отчего-то боясь, подчас ласково касался плоского живота своего одноклассника. - Что ты делаешь? - несколько раздраженно и затравленно спросил Мэтт однажды, складывая руки на животе. - Что у меня там может быть такого, что ты постоянно лапаешь меня за это место? Рэм медлил с ответом. Пропуская мимо внимательный и настороженный взгляд Мэтта, парень затягивался снова и снова, размышляя, как лучше всего ответить. Правду сказать, так не поверит, сам посмеется. - Знаешь, ведь у нас с тобой раньше все было по-другому, - сказал он тихо. Противно продребезжал школьный звонок, призывая всех в свои классы, поэтому Мэтт резко поднялся, закидывая сумку на плечо, не услышав последние слова одноклассника. - Идем, а то опоздаем. Рэм властно и грубо схватил его за запястье. Резкие слова приказа были уже готовы сорваться с его искривленных губ, однако, стоило ему увидеть испуганный взгляд омеги, как этот... отвратительный отголосок прошлого испарился сам собой. Рэм аккуратно отпустил его запястье, на котором остались следы от его пальцев. - Нет, - мягко сказал он. - Давай прогуляем геометрию. Я не сделал домашку, мне пару влепят. А так хоть будет... буква, а не пара. - Но я никогда не прогуливал, - растерянно произнес Мэтт. - Это же ведь крест на моем безупречном посещении! Рэм лишь беспечно отмахнулся, мягко обвивая рукой талию омеги. - Ну и что, - равнодушно бросил он. - Ну, прогуляешь ты один разок урок, ничего страшного. Школа не сгорит, учителя инфаркт не хватит, да и тебя за это не расстреляют. Я сколько раз прогуливал, и ничего со мной не случилось. - Прогуливал? У тебя же всегда болела то голова, то живот... А еще... - Мэтт изумленно посмотрел на альфу, а после все же покорно сел рядом. Рэм потушил сигарету о стену и отбросил окурок в сторону. - Какой же ты еще наивный... Наклонившись, Рэм аккуратно прильнул губами к приоткрытым губам молодого омеги, руками обхватывая его за талию и не давая отстраниться. Он потянулся за поцелуем, и омега не смог ему отказать. Наверное, с его стороны, это было потрясающе, глубоко, по взрослому, взасос поцеловаться с самым сильным альфой. В конце концов, каждый из них все еще был частично животным, и поэтому омеги, сами того не ведая, выбирали для спаривания самых сильных самцов. А поцелуй это был один из важнейших шагов к дальнейшему будущему. Даже если сейчас он снимет с Мэтта одежды и займется с ним неловким первым сексом прямо здесь, в курилке школы, Мэтту не будет плохо. Он будет счастлив. Даже если это обернется для него ранней внебрачной беременностью, Мэтт получит семя от сильного альфы, а значит, будет уверен в том, что его потомство будет таким же сильным. Жадно целуясь с омегой, чувствуя, как тот дрожит от счастья и возбуждения, трогая его за плечи и шею, Рэм с сожалением понял, каким козлом был. И как много упускал в тот последний школьный год. Мэтт, разорвав поцелуй, неловко улыбнулся. Рэм усмехнулся. Его поцелуй был со вкусом сигарет, но он смотрел на губы Мэтта, и те красные, напоминали ему переспелые вишни. - Что ты так светишься? - Рэм растянул губы в привычной насмешке, полностью погружаясь в свой семнадцатилетний характер. - Что, первый раз поцеловался? Глаза Мэта забегали. Он опустил глаза, смущенный и пристыженный, а Рэм ощутил, как тепло стало в груди. Это был их первый поцелуй. Самый сладкий и запоминающийся. - Ну, вообще-то да. - Тогда может еще разок? - насмешливо спросил Рэм, в груди которого все пело. - Навсегда запомнишь, как один раз прогулял геометрию, ради того, чтобы пососаться с первым красавчиком твоего класса. Мэтт вспыхнул. - Не говори так! - Но ведь так и есть. - Я не... - Омега поджал дрожащие губы. - Я просто! - Дорогой, - протянул лениво Рэм слово, которым пренебрегал в прошлом. - Ты теперь мой. Будешь со мной встречаться? Он знал, что многие омеги, те, что из класса, и те, что помладше, смотрели и мечтали об этих словах, в тайне по ночам представляя, как это будет. Но только один Мэтт услышал это наяву, а не во сне, без издевательства с чужой стороны. - Да, буду, - проговорил он тихо скрывая радость в голосе, потому что.... теперь никто бы не посмел тронуть его и пальцем, потому что любимый человек сам захотел оберегать его. Послушай, Рэм, ты сказал, что раньше все было по-другому, - осторожно заметил он, стаскивая с себя сумку. - Что ты имел в виду? Рэм внимательно посмотрел в бледно-голубые глаза своего истинного, а после ровным голосом произнес: - Если я расскажу, то ты не поверишь. Подумаешь, что я спятил, а что еще хуже, посмеешься надо мной. Такой сильный альфа, вожак, и такие сказки выдумывает. - Обещаю, я не буду смеяться, - честно произнес Мэтт, наивно и верно глядя на альфу. Помедлив, он аккуратно положил свою ладонь на его руку. - Расскажи мне. Рэм, усмехнувшись, потянулся за еще одной сигаретой, подпалил ее и выдохнул дым. В школе стало тихо, все ученики разбрелись по своим классам учиться. Изредка открывалась дверь, и выходили учителя, мало ли, зачем. Рэм медленно выпустил белый дым через нос. - Не скажу. Хреново такое говорить маленьким мальчикам. - Никакой я не маленький. Скажи. Ты захотел встречаться со мной. И я хочу. Ты такой хороший и добрый, а я... я хочу знать, что не так. Почему все... изменилось? Я понимаю, что каждый из нас растет, но мне интересно. Рэм отвернул лицо. Прошлое глодало. Что, если он скажет. А что, если не скажет. Стоит ли говорить прямо здесь и сейчас, когда он наивен и доверчив, а его губы только попробовали первого альфу. В первый раз. Мэтт еще даже девственник. Он ни с кем не был. Не испугается ли он. Альфа снова выдохнул дым. Какая теперь разница. - Помнишь, я с остальными над тобой издевался часто? Так вот, однажды мы... Мы тебя раздели догола. В одной разорванной рубашке оставили. Облапали везде. И пинками из школы выгнали. Ты пошел домой. А после не приходил почти две недели. Оказывается, в тот день тебя поймали и изнасиловали. Это... очень сильно сказалось на твоем здоровье, потому... Рэм осекся. Говорить дальше ему что-то помешало, поэтому он замолчал, не смея посмотреть омеге в глаза, который, однако, продолжал внимательно слушать. - Потому что? - настойчиво повторил он. - Потому, что после изнасилования ты стал бесплодным, - выдавил Рэм. - А потом мой отец сказал, что мы с тобой будем вместе, и это не обсуждается. Если бы ты знал, что я делал с тобой тогда, ты бы меня сейчас не простил. Если бы ты знал, что знаю я, чем все закончилось... Рэм, протянув обе руки, взял узкое лицо омеги в свои ладони и, наклонившись, вновь коротко его поцеловал. - Обещаю тебе, теперь все будет иначе. Мне дали другой шанс, и я его не упущу. Поэтому я так часто трогаю твой живот. Все еще не верю, что ты... что у нас с тобой когда-нибудь будет ребенок. Маленький... такой, как ты. Не давая себе отчета, возбужденный, не верящий, что это происходит с ним, Рэм, навалившись, мягко опустил омегу на пыльный пол, поспешно расстегивая ему рубашку, с полузакрытыми глазами целуя его приоткрытые губы, узкий подбородок и горячую влажную шею. Поверил ему Мэтт или нет, это уже было неважно. Он сказал, ничего не утаивая, он сказал, искренне сожалея о произошедшем, а сейчас, хотел, чтобы это случилось прямо здесь. Мэтт изогнулся, судорожно сжимаясь, и уперся ладонями в сильные мужские плечи альфы. Он лежал на прохладной полу возле лестницы, откуда его мог увидеть каждый. - Рэм, не надо... Не то, чтобы он совсем этого не хотел. Он никогда не умел сопротивляться достаточно сильно. Сейчас же слова альфы, пусть даже если бы они и были придуманы, коснулись самых глубокий струн его души. Если это было правдой, в чужой прошлой жизни все закончилось для него печально. Так, как не закончилось бы в этой, ведь теперь его никто бы не посмел раздеть догола. Кроме Рэма. Но он ведь так не поступит больше? - Рэм, пожалуйста... - Тише... Я хочу этого... - Мы не может сделать это здесь... Тут же так грязно! - Мэтт попытался отстраниться, впрочем, все было бессмысленно. Он сжимал плечи альфы, чувствуя, как бряцает пряжка ремня, как Рэм продолжает с небывалой до того нежностью покрывать горячими поцелуями дрожащее невинное тело. Они были вдвоем, только вдвоем. Это был бы их первый раз. И тогда Мэтт бы почувствовал себя обычным и особенным. - Сделать что? - игриво спросил Рэм, скользя рукой под брюки омеги к ложбинке между ягодиц. - Это... - Что сделать? - Заняться этим... - Чем? - прошептал альфа, понимая, как неловко Мэтту произносить это слово. - С.. сексом. Не здесь, прошу тебя, - простонал омега, стыдливо ощущая, как начинает течь от нежных прикосновений, как все его существо жаждет проникновения, жаждет почувствовать себя наконец-то желанным, жаждет принять в себя чужой мускусный запах, чтобы потом гордо сказать: "У меня уже есть альфа!" - Рэм... Нас увидят... - Наплевать, - коротко последовал ответ. В отличие от омеги, который теперь был полуголым, альфа не спешил раздеваться. Он знал, что Мэтт все еще девственник. Однако он прекрасно знал, какие мечты у омег насчет потери этой самой девственности. И уж засаленный пол школы явно не был самым прекрасным местом. - Если ты хочешь сейчас, я дам тебе... - прошептал Мэтт ласково. - Только давай... давай спустимся в туалет. Я не могу здесь! - Нет, мы займемся сексом здесь. Рэм нетерпеливо стащил с него брюки, отбросив куда-то, и притянул ближе к себе, смакуя свое удовольствие, жадно вдыхая солоноватый запах своего возлюбленного. У Мэтта не было течки, но все равно он выделял смазку, что говорило о его сильнейшем желании. Да, Рэм мог прекрасно сейчас им овладеть, и первый секс на последнем этаже школы во время урока геометрии, который они бессовестно прогуляли напару, никогда им не забудется. Это было бы экстремально. Горячо. Пикантно. Мэтт, тяжело дыша, закатил глаза и тихо простонал, изгибаясь от захлестнувшего его желания. Он выделял очень сильный запах, который полностью перебил запах сигарет и пыли. Будь у них больше времени, Рэм бы потратил его на долгие продолжительные ласки, но не теперь. Наскоро проведя языком влажную полоску от ключиц до низа живота, Рэм аккуратно развел ноги омеги в стороны и закинул их на свои плечи, а после опустил голову. Его челка упала Мэтту на живот, щекоча нежную кожу, отчего омега тихо выдохнул. - Рэм?.. Ты что заду... охх.... Омега почувствовал, как вспыхнули у него щеки и уши от стыда и порока. Он почти не слышал влажных звуков, пытаясь не закричать от того, какое наслаждение сейчас ему приносил влажный, скользкий, мягкий и юркий язык его альфы, который скользил по изгибам его члена, а после скользнул даже ниже, к колечку мышц, что продолжало выделять смазку. - Рэм, пожа... а... аа... Омега прижал обе руки ко рту, чтобы сладкий стон не разбил возникшую тишину. Он толкался навстречу языку, сходя с ума, скулил, метался, словно в бреду. Мэтт, просунув руки к себе между ног, запустил пальцы в пышные волосы Рэма, невольно сильнее направляя его. Бессвязные слова вырывались из его груди. Он изгибался на грязном полу, пытаясь то ли уйти от проникновения языка, то ли поддаться ему, чтобы тот вошел как можно глубже в его горячее лоно. Когда-то давно он был уверен, что никогда не пойдет на такое извращение, и никому не даст сотворить с собой подобное, но сейчас он был готов целовать своего альфу, несмотря на губы и язык, вымазанные его собственной смазкой. Изогнувшись в последнем спазме, омега кончил на выдохе, чувствуя, как бурный оргазм от оральных ласк проносится по всему телу мощной волной. Парень устало распластался на полу, широко раздвинув влажные ноги, пока Рэм продолжал вылизывать его от спермы, и ощущал толчки сердца где-то в горле. Он потерял счет времени, потерял самоконтроль. Рэм, вытерев губы от остатков спермы, наклонился к нему и аккуратно приподнял. - Понравилось? - с легкой ласковой усмешкой спросил он, убирая со лба омеги прилипшие влажные волосы. Тот едва заметно улыбнулся, чувствуя, что наслаждение медленно сходит. Это даже не было полноценным сексом. Но урок только начался, а значит, их не будут искать. - Это было незабываемо, - шепнул он альфе в ответ.