Exodus

I am the voice of the past that will always be Я — голос прошлого неисчезающий, Filled with my sorrow and blood in my fields Кровью своей окропивший поля, I am the voice of the future, bring me your peace Я — и грядущего голос, дай мне покой... Bring me your peace, and my wounds, they will heal Дай мне свой мир... и исцелится рана моя.

Чжан Исин был из того типа людей, что радуются самым простым вещам. Совсем недавно ему удалось накопить на велосипед, и теперь он может помогать своему дедушке доставлять лапшу, и тот сможет больше заниматься рестораном. Когда-нибудь тот достанется ему в наследство, а пока Исин может просто быть рядом с родным человеком. Когда погибли его родители семь лет назад, дедушка был единственным, кто не отвернулся от него, кто приютил, подарил заботу и дал образование. Сейчас Исин заканчивал университет и был круглым отличником. В Юньнане стоял теплый весенний вечер, на часах 22:11. Исин медленно ехал по узкому проулку, думая о том, что совсем скоро ему сдавать итоговые экзамены, а он еще даже не садился за учебники. Нет, он понимал, что сдать теорию будет не очень сложно, но позаниматься все-таки стоило. Остановившись неподалеку от здания, Исин слез с велосипеда и покатил его. Сегодня ресторан уже был закрыт, скорее всего, дедушка решил отпустить персонал пораньше из-за приближающихся выходных. Сам он работал до последнего, не щадя себя, за что парень часто упрекал его. На середине дороги сквозь асфальт пробивался цветок, который почти завял. В этом году еще не было полноценных дождей, так что это не удивительно. Исин с сожалением посмотрел на маленькую, все еще борющуюся жизнь и пошел дальше. Оставив велосипед на улице, он открыл резные деревянные двери, заходя внутрь. В зале горели лампы, отделанные под фонари, а пожилой мужчина в белом одеянии сидел за одним из столиков, дремля. Казалось, что еще немного, и его потянет вниз. Китаец медленно подошел к нему и осторожно коснулся чужой ладони, будя его. Когда тот открыл глаза, Исин мягко улыбнулся и взял ладонь в свою руку. - Не перетруждай так себя больше, пожалуйста. Прости пиши мне, и я приеду. Мужчина ничего не ответил, лишь встал и пошел прочь в сторону кухни. Но парень знал, что тот его услышал и понял, но действовать будет так, как считает нужным. Исин сел за дальний столик и достал телефон. Рука невольно потянулась к наушнику в ушах, он всегда касался его или волос, когда думал о чем-то или нервничал. Сейчас Исин именно нервничал, потому что собирался признаться в чувствах той, что любил очень и очень давно. Она жила по соседству с их рестораном, солнечная девушка, чья улыбка всегда согревала его и заставляла не бросать начатое. Она родилась в Америке и китайским владела не очень хорошо, так что он решил, что все расскажет ей по-английски, может, немного неумело и неуклюже, но от всего сердца. Дедушка появился внезапно, едва заметно зевая. В его руках был поднос с кружкой и чайничком с зеленым чаем. Исин улыбнулся, отчего на его щеке появилась очаровательная ямочка. Хоть дедушка и кажется жестким и суровым, но он всегда знает, что именно ему нужно в этот момент. От кружки клубился пар, и приятно пахло мятой. Исин открыл специальное приложение в телефоне и начал писать, вспоминая все свое знание английского. "You are my sunshine I need you You are at the one" Дописать парень не успел, так как отвлекся на моргающую лампу над головой. Он хотел было проверить, не раскрутилась ли она, как его внимание привлекло нечто странное. Его телефон внезпно заморгал, показывая помехи. От неожиданности Исин выронил его из рук и отскочил назад. Через мгновение все опять повторилось. Однако, вглядевшись, он смог различить: "Edinburgh, ..." Лампа не переставала барахлить, а телефон едва слышно прошипел. Что-то явно было не так. "Наверное, перебой в системе", - подумалось ему. Пожав плечами, Исин оставил его лежать на столе, направляясь к выходу. Стоило сказать дедушке, что он уходит, но парень почему-то промолчал, ускорившись. Почему-то в глубине души стало не по себе, а оставленный телефон быстро забылся. Забрав спокойно стоящий велосипед, Исин выехал со двора, решив прокатиться до городской площади. Уже на половине пути он вдруг осознал: тот цветок распустился, когда он проезжал мимо.