it's been awhile (since i've felt butterflies)

Луи не думает дважды, прежде чем написать сообщение. В самом-то деле. Он же не должен забыть о Гарри только потому, что тот уехал, равно как и не должен чувствовать себя виноватым за разговоры с ним. только что видел ребенка, который напоминает тебя, кудрявый и все такое ха-ха !! Серьезно? Пришли мне фотографию?? WTF, Гарольд, это же жутко Заткнись Его телефон гудит во второй раз. К слову, мои кудри появились, когда мне было… четырнадцать. фото, или факт не принимается Луи перечитывает написанное, и понимает, что признать его не слишком очевидным – будет чудом. Когда приходит новое сообщение, он открывает его со всей возможной поспешностью и видит фотографию. Это Гарри в возрасте двух или трех лет, у него прямые, да еще и светлые волосы, и на нем футболка с Микки Маусом. Совершенно очаровательная фотография. Они убивают оставшуюся часть смены Луи, обмениваясь своими старыми нелепыми снимками со времен детства. * * * На следующий день Луи не нужно на работу, но вместо того, чтобы потратить выходной на что-нибудь полезное вроде спортивной тренировки или похода в музей, он проводит его, отдыхая дома. Прежде чем, парень вообще понимает, как это случилось, – уже четыре часа вечера, а он по-прежнему в постели. Томмо посылает Гарри сообщение (Гарольд, МНЕ СКУЧНО), но он уверен, что тот слишком занят, чтобы ответить, поэтому решает принять душ. Луи насухо вытирается, надевает серые штаны для йоги и простую белую футболку и готовится потратить остаток дня на просмотр повторных эпизодов «Друзей». И только тогда он замечает, что Гарри на самом деле ответил, так что быстро хватается за телефон и торопится прочесть сообщение. Эм. Привет. Разве у тебя не выходной сегодня? Луи закатывает глаза. да, приятель. вот поэтому я и скучаааю Его телефон вибрирует спустя несколько секунд, будто Стайлс ждал ответа. Ну, ДРУЖИЩЕ, я не особо занят сейчас, мы могли бы… skype?? Если хочешь?? Луи задается вопросом, нормально ли это – предпочитать свое безделье компании кого-то, с кем он знаком такой короткий промежуток времени. Это немного странно, потому что иногда во время их совместных смен они не так уж и много взаимодействуют, но одно присутствие Гарри успокаивает Луи. В большинстве случаев кудрявому нравится убираться, а Томлинсону по душе сидеть босиком на одном из диванов и читать, закутавшись в любимый свитер, водрузив очки на нос и держа книгу в одной руке, а в другой – чай, приготовленный для него Стайлсом. Tasty Treats – не самое популярное кафе-мороженое, так что у них обычно много свободного времени в течение смены. На самом деле, однажды Гарри даже спал, пока Луи присматривал за залом. Они по большей части уборщики для этого местечка. Томмо посылает сообщение с указанием своего ника, и через десять минут Гарри Стайлс появляется на мониторе. Он выглядит слишком хорошо в своей черной футболке Ramones. - Привет, - говорит Луи. Гарри коротко улыбается ему. - Привет. - Каково это быть американской рок-звездой? Кудрявый смеется, его глаза сужаются до зеленых щелок, которые делают его особенно очаровательным. - Это реально здорово. Эд разрешил мне выйти с ним на сцену на последней песне прошлой ночью. Луи действительно жаль, что он не может быть там. - Потрясающе, Хаз! – искренне восхищается он. - Спасибо, - вежливо отвечает мальчик. – А что у тебя? Как много знаменитостей зашло в кафе за последние несколько дней? - О, только Эмма Уотсон да Брэд Питт. Гарри хихикает, но вдруг пристально смотрит на Луи и разом делается серьезным. - Луи. - Хм? - Тук-тук. Томлинсон стонет. - Ну уж нет, этого не будет. - Луи, - настаивает Стайлс. – Тук-тук. - Кто там? – спрашивает Луи неохотно. - Салат, - отвечает Гарри с широченной улыбкой. - Какой салат? - Салат-латук, представляешь? Томмо прячет лицо в ладонях, пытаясь скрыть улыбку, которая угрожает разрывом лица пополам. - Эээээй, это было не так уж и плохо, - протестует Гарри. Луи поднимает голову. - Ну, действительно. - Не думаю, что… - Хэй! – рыжий парень врывается в их беседу, а его лицо появляется на экране. - Привет? – забавно спрашивает Томлинсон. Гарри прижимается лицом к лицу рыжего, чтобы Луи мог видеть их обоих. - Это Эд. - О! Ты друг Гарри, как дела, приятель? - И, Эд, – это Луи. Эд улыбается и слегка поворачивается к кудрявому, странно на него поглядывая. - То-очно, Луи. – Лицо Гарри принимает предостерегающее выражение, будто он хочет сказать другу заткнуться, но тот игнорирует его. – Много слышал о тебе. Томлинсон приподнимает брови. - Да? И что же? - Ну, это… - Эд прерван рукой Гарри, закрывшей ему рот. Стайлс испускает нервный смешок. - Думаю, тебе лучше поберечь голос, после сегодняшнего концерта. Эд закатывает глаза и легко смещает руку друга в сторону. - Гарри говорил мне, что у тебя много сестер, и что ты любишь футбол. Луи хмыкает. - Что-то еще? Рука Гарри теперь покоится на плече Эда, сжимая его, как, вероятно, думает кудрявый, угрожающе, но на самом деле он выглядит, как обиженный малыш. - Хм… только положительные отзывы. Слышал, что ты хороший, очень хороший и смешной, и что благодаря тебе работа не кажется Гарри такой уж отвратительной. – Сейчас Стайлс кажется довольным, но все меняется после последних слов Ширана. – И он еще сказал, что у тебя самая шикарная задница из всех, что он когда-либо… В этот момент Гарри захлопывает ноутбук, резко прерывая разговор. Луи позволяет себе лишь одну самодовольную улыбочку, прежде чем снова включить телевизор. * * * Приходит очередь Луи выходить в смену на пару с Лиамом, что другими словами означает, что он не сможет проебывать время, копаясь в телефоне, когда клиентов нет поблизости. Нет, такого удовольствия Лиам Пейн не удостоится. Луи до сих пор помнит тот случай, когда Лиам впервые попросил его подмести пол. Он тогда решил сделать это по-быстрому и вернуться к безделью в своем укромном уголке, вот только в действительности все закончилось тем, что Пейн убедил его еще и в необходимости выдраить туалеты после того, как все было подметено. Вот почему наученный горьким опытом Томлинсон уверен, что лучше провести время, размахивая во все стороны метлой, пока рабочий день не подойдет к концу. После окончания смены Луи идет прямиком в торговый центр, чтобы встретиться с Зейном, вместе пообедать, а затем помочь ему подобрать идеальный подарок ко дню рождения его сестры. Малик говорит, что это все потому, что «у него отменный вкус», и ладно, Томмо не собирается оспаривать слова друга. Они уже давно ходят по магазинам, когда Зейн примеряет солнцезащитные очки перед зеркалом и небрежно бросает: - Итак. Луи поворачивается к нему. - Итак? - Твои дела с Гарри, - просто говорит Малик и кладет очки обратно на их место на витрине. - Мои «дела»? - Я о том, что ты хочешь ему отсосать. Стоящая неподалеку старушка награждает их взглядом, полным отвращения, и торопливо семенит прочь. - Вот это было обязательно? - Вы только посмотрите, как он заговорил! А не ты ли настойчиво расписывал мне во всех подробностях каждую деталь всякий раз, когда вы с Эйденом… - Зейн, заткнись. Боже, это было сто лет назад. Малик закатывает глаза. - Что, бро, пытаешься уйти от темы? - Да, бля… Не пытаюсь я уйти, - спорит Луи, скрестив руки на груди. – Да он мне даже не нравится, чтобы я менял тему разговора из-за него. Зейн крутит в руках стянутое с вешалки красное платье и попутно смеряет друга взглядом, говорящим, что он ничуть не впечатлен его оправданиями. - Ладно. Хорошо. Да, он мне нравится, - сдается Томлинсон, признавая поражение. - Это только начало, - заверяет Малик с улыбкой и кивает на платье. – Нет? - Нет, чувак, слишком яркое, - говорит Луи. – Я просто… серьезно, да как сказать? Дело не в его внешности – бля, ну в смысле, да, – это тоже свою роль играет, но и кроме того, он такой смешной, и хороший, и настоящий, и… - Ладно, - прерывает его Зейн, - я не просил перечислять список всего, что тебе в нем нравится. Я о том, что вы, ребята, уже давно приглядываетесь друг к другу, и мне хотелось бы уже узнать причину, по которой между вами еще ничего не было. Луи вздыхает. - Их так много… - Назови мне хотя бы одну, - требует Малик, равнодушно изучая фиолетовый пояс. - Ну, во-первых, он ребенок… - Он всего-то на два года тебя младше, - недовольствует Зейн. – Что еще? - Послушай, Зейн, - раздраженно начинает Луи, - не знаю, зачем ты делаешь это, но если честно… - Заткнись, - коротко обрывает его друг, - давай, назови мне еще одну причину. - Ладно, вот тебе еще причина. Джемма. Зейн смотрит на него так, словно он отрастил себе вторую голову. - Джемма? - Джемма… его сестра? – пытается быть убедительным Луи. Малик хмурится в замешательстве. - И что? - Ну… - Томлинсон готовится выдать ему длинную красноречивую тираду, но замолкает в удивлении, когда не может придумать достойных доводов. – Э-э… - Точно. Именно так, - самодовольно лыбится Зейн. - Я о том, что не могу так с ней поступить. - Поступить как, позволь спросить? - Я не могу встречаться с ее младшим братом, Зейн! Это все равно, что нарушить первое правило дружбы, - наконец находится Томлинсон. - Это самая большая глупость, которую я когда-либо слышал. Луи стонет. - Хорошо, как бы ты себя чувствовал, если бы я начал встречаться с одной из твоих сестер? Зейн прищуривается и задумывается на секунду. - Это неплохой пример, но есть одно «но». - Но? - Если бы ты действительно интересовался девушками и сказал мне, что хочешь встречаться с моей сестрой, потому что хочешь заботиться о ней, а не для того, чтобы трахнуть ее, бросить и взбесить меня, то никаких проблем не было бы. Это на самом деле звучит довольно разумно. И все же. - Да, но Джемма уже грозила мне всеми ужасами за его разбитое сердце, а я на тот момент даже не обращал на него внимания. - Думаешь, она так себя повела только из-за того, что это ты? – спрашивает Зейн. – Луи, она будет так реагировать на каждого, кто попробует коснуться кудряшки на голове Гарри, это заложено в нее природой. Томмо молчит в течение нескольких секунд. Больше они не возвращаются к этой теме, и Луи просто дожидается на диванчике, пока Зейн выбирает между двумя юбками. Наконец, он возвращается к Томлинсону, по-прежнему держа по одной в каждой руке. Обе длиной по колено, свободного кроя и пошиты из блестящего материала. Луи тупо пялится на юбки – одна из них черная, а другая оранжевая – но мысленно он все еще пытается придумать больше причин, запрещающих ему сближаться с Гарри. - Э-э, было бы неловко, если бы мы расстались, потому что все еще виделись бы на работе. - Оу, ты только что сочинил еще одну отговорку, - признает Зейн, и его тон балансирует между раздраженным и удивленным. – А. Теперь. Выбирай. Луи без колебаний указывает на черную. * * * Луи просыпается от жужжания телефона на прикроватной тумбочке. Он с трудом дотягивается до аппарата. - Эм? - Прив-е-е-т, Эд только что закончил играть, - кричит Гарри с другого конца провода, и его голос звучит слишком бодро для… ебаных шести часов утра. - Гарри, я сплю, - сердито бурчит Томлинсон. - Спишь? – удивляется Стайлс, и по его веселому и недоверчивому тону можно сказать, что он ко всему немного, но пьян. – Так сейчас же… ну десять вечера всего. Луи закатывает глаза. - Это у тебя десять, а у меня шесть утра. - Боже мой, - шепчет Гарри. – Дерьмо, прости, ох, разница во времени и все такое… - Все в порядке, - уверяет его Томлинсон и садится на кровати. – Мне все равно надо было вставать, - привирает он. - Хорошо. - Итак? Зачем ты звонишь мне, Кудряшка? – нетерпеливо спрашивает Луи. - О! Точно, да, я возбужден. Томмо замирает. - Что? - Нет. Подожди. Я был возбужден, да, так точнее, - поясняет Гарри, а потом замолкает на несколько секунд. – Не знаю, нравится ли тебе гей-порно, но я нашел одно удивительное видео… - Подожди, - прерывает его Луи и невольно улыбается. – Ты вытащил мою задницу из кровати в такую рань, чтобы порекомендовать мне порно? Гарри хмыкает. - Ну, можно и так сказать. - Ладно, но если быть честным, я никогда особо не интересовался порно, - объясняет другу Томлинсон. - Я тоже, - жарко заверяет Стайлс. А потом начинает хихикать. – По крайней мере, с тех пор как я встретил э-э… - он обрывает себя на полуслове и закашливается. – Нет. Я на самом деле был возбужден, потому что кое-кто обманул меня. Луи знает, что должен сейчас же сбросить этот вызов, но просто не может заставить себя это сделать. Он уже слишком влюблен в этого мальчишку, чтобы упустить возможность контакта с ним, пока тот пьян и, честно сказать, не совсем в себе. - Кто тебя обманул? - Инстаграм, - торжественно объявляет Гарри. - Инстаграм? - Да, - соглашается кудрявый. – Так вот, слушай, я прокручивал вниз ленту и заметил видео парня, который снимал с себя рубашку. Он был милым и симпатичным, и мне захотелось узнать, что было после того, как… - Готов поспорить, ты был заинтригован. - Подпись гласила: «Нажмите дважды для просмотра», что я и сделал, дожидаясь, пока видео загрузится, и тут надо сказать, что у меня весьма богатое воображение, - подчеркивает Стайлс нахально. – Но потом я сообразил, что это было даже не видео, просто уловка, чтобы получить много лайков, так что я остался наполовину возбужденным и раздосадованным. И в итоге все закончилось просмотром порно. Луи не отвечает. Его глаза закрыты, а рука поглаживает выпуклость в трусах, потому что у него тоже, блять, богатое воображение, и сейчас его мозг переполнен изображениями голого Гарри, растянувшегося на постели и обернувшего одну из своих больших ладоней вокруг члена. Черт, обычно Луи немного лучше себя контролирует. - Эм, Луи? - Да? – выдыхает Томлинсон, стараясь не выказать своего возбуждения. - Хм, да, так вот. Я подумал, что ты тоже должен посмотреть это видео, я имею в виду, что оно действительно хорошее. Мне понравилось, потому что эти ребята на самом деле вместе, представляешь? Они не актеры. Луи невольно улыбается. - Какая-то извращенная разновидность романтики, - поддразнивает он мальчишку. Тот фыркает. - Заткнись, - и замолкает почти на минуту. – Они делают это пять раз, а все видео длится пятнадцать минут, это удивительно. Только Гарри Стайлс может описать порноленту как «удивительную». - Так ты все это просмотрел? - Ага, и даже кончил дважды. Луи снова закрывает глаза, и пути назад же нет. Его член полностью твердый и оттягивает эластичный материал его боксеров. Парень всерьез нуждается в том, чтобы отключиться, прежде чем все станет еще хуже. - Хорошо, а знаешь, что? Пришли мне ссылку и я, наверное, посмотрю его позже. Пока, Гарольд. Он смотрит на экран какое-то мгновение, а затем телефон вибрирует, демонстрируя новое сообщение от Гарри. Это ссылка на пару с кратким текстом. Моя любимая часть, когда боттом начинает плакать ААААА я вроде как тоже хочу, чтобы кто-нибудь заставил меня плакать от удовольствия Томмо смотрит видео, и он должен признать, что Стайлс прав. Это действительно что-то, и ему совсем не помогает то, что он представляет, будто это на самом деле он и Гарри. В конце концов, Луи даже не пытается бороться с этим, потому что если он реально хочет вернуться к прерванному сну, ему надо избавиться от стояка. Вот почему он позволяет себе представлять, что это он прижимает Гарри к полу и трахает, чередуя быстрые и короткие толчки с медленными и глубокими, чтобы свести того с ума. Представляет, что это он убеждает Гарри зайти на второй круг нежными поцелуями и говорит, какой он у него хороший мальчик. Его воображение рисует Гарри, вскрикивающего под ним, дрожащего и скулящего его имя. Как будто это он хватает Луи за волосы, пряча лицо в сгибе его шеи и царапая короткими ногтями по всей спине. И будто это Луи заботится о нем в конце. Томлинсон кончает ошеломляюще быстро и, вытерев себя простыней, снова засыпает, не успев почувствовать себя виноватым.