Hospital For Souls

Эти трое ошарашены ничуть не меньше тебя самого. Судя по их позам, легко можно догадаться, что они явно не телепортации ожидали. Ты и сам не ожидал. Ты вообще удивлён тому, что эта машина – бесполезная куча железа, упс – хоть что-то смогла сделать. И жалеешь, что с остальным разбираться тебе. Черепахи явно не из твоего времени и вообще, кажется, тебя не знают. Но как же так? Если они есть, значит, и ты – то есть твоя версия – должен быть. Но они не кидаются к тебе и молчат, а это означает, что либо твоего двойника в их мире нет, либо они понимают, что ты чужой (хотя это определённо спорный момент вообще-то). Но ты замечаешь, что мутант, до этого лежавший на полу и прикрывавший голову, вдруг резко отталкивается руками от пола и подпрыгивает, приземляется на ноги и встаёт в защитную позу. Остальные совершенно не двигаются, но явно настроены против всех вокруг. И они совершенно друг на друга не похожи. Ты рассматриваешь их, пока они, в свою очередь, точно так же изучают глазами тебя. Их позы медленно меняются, это почти незаметно, но ты видишь, и они замирают в том положении, в котором им удобнее стоять и из которого они легко могут перейти в наступление или сорваться с места, чтобы убежать. Ты их понимаешь, потому что сам бы на их месте поступил так же. Эм. Тебе надо сделать что-нибудь, чтобы показать, что ты не враг им. Как могут вообще черепахи-мутанты быть врагами друг другу? Ты едва подавляешь дрожь и поднимаешь руку. Медленно и осторожно, и не сводишь с них глаз. Смотришь за каждым из них. А подняв, говоришь “мир” – голос у тебя при этом страшно хрипит и ты, должно быть, всё-таки нахватался пыли, когда стенка позади тебя крошилась прямо в твою сторону. Они не двигаются, только лица немного меняются, и ты задумываешься над абсурдностью ситуации, в которой оказался. Интересно, они вообще понимают то, что ты говоришь? Они не похожи на американцев… эээ… на американских черепах… вообще на кого-нибудь, кто вырос в Америке. Не важно кого. Они знают язык, на котором ты говоришь? - Кто ты? – мутант, что стоит немного левее от тебя, выходит вперёд и будто бы закрывает собой остальных двух. Ты признаёшь в нём Лео, хоть он и выглядит совершенно иначе. Не так, как ты привык его видеть. Совсем не так. У этого Лео на голове капюшон, который вполне может прикрыть верхнюю часть его лица, но немного света попадает ему на переносицу и ты замечаешь тёмно-синий всполох… чего-то. Краски? Края капюшона покрывают его плечи и спускаются плащом по панцирю, но под ним – ты уверен – есть оружие, потому что этот Лео точно не с пустыми руками ведь гулял там, где он жил. Через его пластрон наискосок проходит ремень, крепящийся к поясу на его талии, на котором видны крепления для ножен и мешочков… с чем-то. Что он там носит? Травы? Сюрикены? Одна рука мутанта покрыта перчаткой до самого локтя, два пальца из трёх спрятаны за кожей, вторая – только до запястья. А за его спиной ты всё-таки замечаешь кончики стрел. Лучник. С ума сойти. Этот Лео – лучник! Под поясом у этого парня чёрного цвета штаны, похожие на шаровары, заправленные в сапоги, больше напоминающие таби или что-то такое. А вот таби, в отличие от остальной одежды, относятся к экипировке ниндзя. Ты чувствуешь, что пауза затянулась, и понимаешь, что этот Лео смотрит на тебя с толикой насмешки в глазах. Глаза у него, кстати, ледяные. На самом деле. Холодного серого цвета, серебристого даже, как будто он слепой. Ты закрываешь глаза на секунду, чтобы тебя отпустило, а потом отвечаешь: - Я не причиню вам вреда. – Незнакомец щурится, его поза не меняется, оставаясь всё такой же напряжённой и настороженной. Он глазами изучает тебя не переставая, и ты позволяешь ему это делать. Он считывает язык твоего тела. И пускай. Ему нужно знать, что ты не представляешь для него опасности (даже если представляешь). Тебе нужно, чтобы он расслабился. – Меня зовут Донателло. - Что мы тут делаем? – Ты переводишь взгляд на мутанта, который недавно валялся на полу. Что с ним, интересно знать, случилось, чтобы он лежал в полной готовности умереть? На него напали в тот момент, когда его телепортировало? Ты замечаешь, что он ранен, и удивляешься тому, что никто из двоих других не спешит ему помочь. Ты сомневаешься, что он тебе позволит сделать это. Для начала ты должен разрядить обстановку как-нибудь, потому что он настроен враждебно абсолютно ко всем. Ты рассматриваешь его не так долго, как Лео, но этого хватает тебе для того, чтобы отметить кое-что. Например, ты думаешь, что, если бы вашего Рафаэля не воспитывал Сплинтер, он выглядел бы примерно так же. Весь его вид будто кричит о том, что с ним лучше не связываться, он каждой клеточкой своего тела излучает опасность и холод, от него буквально несёт смертью. Он убийца? Судя по его виду, должно быть, так оно и есть. А может, он просто вырос там, где было много смертей, и привык к этому всему. И вынес оттуда дух смерти. Этот мутант чуть крепче псевдо-Лео, но явно не такой широкий, как твой родной брат с красной маской. Его голос звучит с акцентом, а ты не очень разбираешься в акцентах, но он отличается от того, который ты привык слышать. Ты на какой-то момент начинаешь сомневаться, что это Рафаэль, но характерная только ему манера хмуриться – видимо, во всех мирах – говорит о том, что это он. Бровные дуги нависают над глазами, абсолютно белыми и будто бы фосфорирующими – нет, на самом деле, они что, светятся? – а ткань на его голове чёрного цвета и она больше похожа на платок, а сзади на панцирь этого парня ниспадают широкие и длинные концы, похожие на рваные крылья. Нижняя часть лица мутанта почти скрывается за шарфом, обмотанным в несколько раз вокруг его шеи и больше похожим благодаря более широким и длинным концам на плащ, а нижний слой прилегает к коже ближе остальных, и ты задаёшься вопросом – зачем. Отличительной чертой этого мутанта является длинный и не очень красивый шрам, идущий наискосок по его пластрону от левого плеча до правого бедра. Руки этого… саеносца? – украшены примерно до середины предплечий полосками чёрной кожи, опоясывающей его кожу примерно так же, как твою – бинты. На запястья и кисти у него прикреплены когти – таккокаги, – а на дзюттэ ты уже не обращаешь внимания. Вряд ли что-то ещё в его виде способно тебя удивить. Потому что чёрным кожаным обмоткам вокруг щиколоток и чуть ниже колен ты совсем не удивляешься, ровно как и ремешкам для креплений всякого оружия на его бёдрах. - Что это за место вообще? – псевдо-Раф обводит помещение взглядом и останавливается на тебе. В его глазах нет зрачков. То есть вообще нет. Даже таких, как у Лео. Совершенно никаких. Сплошные белки. И это вообще-то очень даже жутко. Ты просто видишь, как его глаза расширяются от одного края и скользят до другого, и только так понимаешь, что он двигает глазными яблоками. Мутант кивает головой в сторону. – Раз с тобой мы определились, то кто эти двое? - Мне тоже интересно узнать эту историю. – Лео тоже смотрит на тебя и тебе неловко. В смысле. Ты часто оказывался в центре внимания, когда был дома, и это нормально, они все были тебе родные и ты их чувствовал. Эти те же Раф и Лео (ты смотришь за спину Лео и видишь завёрнутого в плащ с капюшоном мутанта – Майки), но не те, перед кем ты мог бы почувствовать себя нормально. - Думаю, в том, что вы появились тут, виноват я, - говоришь ты, одновременно с этим рассеяно проводя по лицу ладонью. Ты кидаешь взгляд на дымящиеся обломки машины-почти-времени. Ну что за напасть с этой ерундой? Всё ведь так хорошо начиналось, ты даже успел поверить в то, что в этот раз тебе повезёт! Ты вздыхаешь так громко, что наверху, наверное, вполне могли бы услышать. – Это очень долгая история и я не уверен, что вам интересно будет её послушать. Но могу сказать с уверенностью, что вы на Земле… Глаза Лео расширяются и он оглядывается. Это не очень заметно, но по едва видным движениям головы ты понимаешь, что он удивлён, если не сказать – поражён. Насколько сильно его планета отличается от этой, интересно? Ты с облегчением отмечаешь, что он меняет позу окончательно и больше не выглядит напряжённым. Теперь он растерянный. Ещё лучше. - Это Земля? – спрашивает он, а ты удивлённо косишься на него. Что за вопросы? Но если он их задаёт, означает ли это, что его версия Земли отличается от этой настолько, чтобы ошарашить его? – Точно? - Нью-Йорк, - ты киваешь. Тот-который-вроде-как-Раф ухмыляется и выходит вперёд, держась за плечо поверх широкого шарфа, и пихает другим плечом псевдо-Лео, но ты не уверен, что он делает это специально. А может, да, судя по взгляду, который он кидает на Лео. Он словно говорит своими глазами, что не нуждается в защите. Ты начинаешь подозревать, что они не знакомы. - Если это Нью-Йорк, который на Земле, мне было бы интересно посмотреть на него, - говорит он, а ты вскидываешь брови. Чего? Разве он не с Земли? Разве он не рос в Нью-Йорке, как все черепахи из параллельных вселенных? Он не ударился головой? - Могу обеспечить тебе бесплатный доступ наверх, - говорит Лео, и ты замечаешь маленькие аккуратные ножны, в которых обычно носят танто. Ты почти уверен, что тати у него где-то за спиной. И не хочешь проверять, умеет ли он орудовать этой штукой. Потому что почему-то уверен, что ещё как. Рафаэль вперивает в него взгляд и молчаливо прожигает в нём дыру. Ты думаешь, что они пока не будут друг друга убивать и решаешь рискнуть и оставить их. Потому что позади них всех ты видишь Майки, который за это время не произнёс ни слова, что странно для любой из версий нунчаконосца. Ты идёшь к нему и чуть склоняешь голову набок, как будто высматриваешь его, и он отвечает тебе взглядом невозможно голубых глаз, подкрашенных какой-то краской по разрезу век, от чего его глаза кажутся опухшими или кровоточащими. Краску либо специально растушёвывали, либо она просто немного потекла, ты не можешь сказать этого наверняка. Но вид такого нунчаконосца тебя очень настораживает. Если они все с одной планеты – в чём ты уже сомневаешься, хотя вполне возможно, что Рафаэля просто держали в убежище всё это время, – то вполне возможно, что они просто зашугали Майки до такой степени. То, что они не кинулись к тебе, может означать также и то, что Дона в их вселенной просто не было изначально. А ты уже успел выяснить, что без тебя черепашьи команды вообще не такие какие-то. - Эй? – зовёшь ты осторожно, чтобы не спугнуть мутанта. Он завёрнут в простой потрёпанный бежевый плащ, грязный по низу, а голова его спрятана под капюшоном, широким и достаточным для того, чтобы он мог спрятаться за его краями. В остальном он вряд ли чем-то особо выделяется. Ты не видишь никаких бинтов и оружия при нём. Совершенно пустой. Но что-то может быть под плащом, а ты не можешь сказать, что именно, потому что оружие остальных отличается от того, которое ты привык видеть у братьев. Не очень, но это всё-таки не то, что должно быть. Майки – ты решаешь звать его так, хотя бы про себя – смотрит на тебя с интересом и осторожностью одновременно. И он слишком тихий. Даже если бы твой Майки сначала молчал, он потом сразу бы начал болтать. Тебе странно видеть такую реакцию? – Ты в порядке? Майки улыбается – улыбка призрачная и аккуратная, словно бы уголками губ, но искренняя – и кивает. Ты ощущаешь холодок по позвоночнику, когда в твоей голове проплывает мысль о том, что он, может быть, молчит из-за того, что просто не может говорить. С ним всё хорошо? Ты подавляешь в себе порыв притянуть его к себе и осмотреть его горло. И вообще всего его. Что-то в нём кажется тебе неправильным. Ты смотришь на него и смотришь и смотришь и смотришь. И замечаешь, что он смотрит за твоё плечо с какой-то тревогой. Ты предчувствуешь неладное, когда поворачиваешься и видишь, как Лео и Раф почти мечут молнии в сторону друг друга. Типичное для них поведение. Но они… как-то отличаются от твоих Лео с Рафом. Этот Рафаэль как будто слишком своевольный, слишком наглый, почти неуправляемый. Он выражает свою неприязнь более ярко и заметно, как будто кричит и не стесняется, что ненавидит Лео. Вряд ли твой брат стал бы так делать. Лео же больше похож на того, кто всю жизнь провёл с кем угодно, но только не с братьями. Ты надеешься, что не с Караи, потому что не хватало ещё этого. Тебе без разницы, из какой эта девица вселенной. Ты ненавидишь её во всех вселенных одинаково. Ты едва успеваешь окликнуть их, прежде чем они оба нападут друг на друга с оружием наперевес. Таккокаги псевдо-Рафаэля выглядят крайне недружелюбно, особенно если учесть, что они уже украшены рубиновыми подтёками и чем-то ещё. Ты думаешь о том, что, если приглядишься, увидишь чешуйки. Если он пырнул Лео, это уже проблема. Ты пересекаешь помещение и становишься между ними. И практически сразу тебя окутывает страх от желания убивать, исходящего от Рафа смертоносной волной. Тебе совсем не хочется умереть сейчас, но ещё меньше ты хочешь, чтобы умер кто-то из них. Что бы ни случилось, ты веришь, что они тут не случайно. Если их перекинуло сюда именно тогда, когда тебе это совсем необходимо, то это не просто так. Ты просто не можешь позволить кому-то из них покинуть вас так быстро. - Слушайте, я не знаю, что у вас за проблемы, - вообще-то знаешь, - но для начала давайте просто. Разберёмся. Хорошо? Ты переводишь взгляд с Лео на наиболее из них двоих опасного – на Рафа. Оба медленно вытекают из позиций, выгодных для нападения, и ты подавляешь тихий выдох. Боже. Ты только что мог пасть к ногам одного из них и никогда больше не встать, но твоя незапланированная смерть, кажется, только что обошла тебя стороной. Это хороший знак. Самый опасный из вас мутант резко крутится на месте и идёт куда-то в сторону галереи, а ты замечаешь, что после него остаются кровавые капли. Ты совсем забыл про то, что он ранен, но не уверен в том, что тебе следует идти за ним, чтобы помочь. Он вряд ли примет помощь от тебя. Он больше похож на того, кто рос не с этой семьёй, но точно знает боевые искусства и имеет стальную психику. Ты смотришь на Лео, быстро окидывая его взглядом с головы до ног, и отмечаешь удовлетворённо, что он не ранен. Просто чудно. - Побудьте здесь, хорошо? – говоришь ты ему, и ты не то чтобы указываешь им, но просто так правильнее было бы. – Я не настаиваю, но лучше вам остаться тут, если вы не хотите, чтобы на вас охотился город. Люди там сумасшедшие немного. - Ты собираешься идти за ним? – Лео вскидывает брови и вроде как выглядит немного нерешительным. По крайней мере, ты видишь по его руке, что рукоять тати он сжимает не очень крепко, а это говорит о том, что он сомневается. А ещё он вроде как тебе доверяет. И это хорошо. - Я должен удостовериться, что он не потеряет сознание где-нибудь в тоннелях, - ты пожимаешь плечами. У тебя такое странное ощущение, что это не Лео тут старший, а ты. Хотя кто знает, какая между вами разница в возрасте. Может быть, они на самом деле младше тебя. Ты вздыхаешь и мнёшь переносицу. – Из-за меня вы оказались тут. Так что я несу ответственность за каждого из вас, потому что, полагаю, вы захотите вернуться обратно, а до тех пор, пока я не придумаю, как вас вернуть, мне придётся смотреть за каждым из вас, чтобы с вами ничего не случилось. Просто доверься мне. Я не враг вам. Лео смотрит на тебя и по его лицу ты видишь, что он хочет что-то сказать, но вместо этого он просто кивает и убирает тати в ножны. Хорошо. Ты киваешь в ответ и смотришь на то, как Майки пододвигается ближе к Лео и даже почти касается его плеча своим, а ещё смотрит на тебя с просьбой быть осторожнее. Майки из твоего мира хорошо чувствует людей и может сказать, когда они настроены негативно, а когда позитивно, и легче лёгкого перекидывает их из одного настроения в другое. Скорее всего, этот Майки тоже способен на что-то такое. И если это так, то ты не один почувствовал, что от Рафа просто несёт разрушительной аурой. - Присмотри за ним, Лео, - говоришь ты, легко улыбаясь вмиг напрягшемуся мечнику. Имя просто сорвалось с твоих губ и ты чувствуешь, как внутри у тебя всё дрожит. Впервые за это время ты смог назвать это имя вслух по обращению к кому-то, позвать кого-то им. И впервые тебе ответили. - Откуда ты… - Моего брата звали так, - отвечаешь ты, после чего покидаешь разгромлённый зал, чтобы окунуться в темноту и сырость. Тебе нужно найти Рафаэля. А судя по тому, что капли крови не становятся меньше, эта задача будет не из сложных.