Рыжая Шоколадка

      С момента той волнительной истории в квартире Иноуэ прошёл почти месяц. Признаться, Куросаки недоумевал, что «переспать» в первый раз с любимой девушкой можно было так целомудренно. Узнай об этой ночи кто-либо из их друзей — забавно было бы пронаблюдать за их реакцией. Наверняка, опытный во взрослых отношениях Мизуиро снисходительно бы хмыкнул. Кейго точно бы покрутил у виска. Чизуру бы стала грудью защищать одноклассницу от посягательств незадавшегося любовника.       Чад, наверное, удивился бы, а, может, порадовался бы даже. Впрочем, разбираться в эмоциях неразговорчивого приятеля стало отныне ещё сложнее ввиду его участившихся прогулов в школе. Ичиго скептически поджал губы — прежде Ясутора был его ближайшим другом, а сейчас меж ними будто дремучий лес пролёг, через который не пробраться и не докричаться друг до друга.       Чего не скажешь о буквально вторгавшейся в его жизнь парочки одноклассников в лице Исиды и Арисавы. На лице рыжеволосого проступила ехидная усмешка: и как это им, таким умным, прозорливым и вездесущим, до сих пор не удалось прознать ни о первой ночи своих друзей, ни о… двадцать первой. Хулиган и балагур внутри Куросаки затейливо потирал ручонки в предвкушении скандала с непременным мозгоедством со стороны приятеля-квинси, приправленным беспощадным руко- и ногоприкладством в исполнении его бессменной спутницы-каратистки. А он тут такой выходит на арену и говорит: «Эй, ребята, а между нами ничего и не было. Мы просто засыпаем и просыпаемся вместе. Всё тихо, мирно и более чем невинно».       Ичиго подавил в себе смешок: конечно, более, чем невинно, ведь теперь они с Орихиме засыпали в целомудренно-закрытых пижамах — длинных штанах и плотных футболках, скрывавших волнительные очертания тел друг для друга. По крайней мере, в это хотелось верить и даже порой почти удавалось.       Это поначалу оставалась некоторая неловкость. Кое-как смирившись со случившимся, а именно, с всплеском недюжинных эмоций у стыдливых влюбленных, да и со столь мощным и необузданным взрывом желаний неумелых и неопытных еще любовников, Куросаки и Иноуэ решились однажды повторить подобное. И совместные домашние задания, навалившиеся неподъемным массивом «хвостов» на плечи проболевших месяц гриппом старшеклассников, пришлись как нельзя кстати.       Спустя неделю после конфуза, сама судьба решила ещё раз испытать рыжиков на прочность. Засидевшись допоздна в квартире «шоколадки» за рефератами по географии, бывший синигами проворонил начало обложного снегопада. Машины встали, улицы замело, а усилившийся ветер принялся опасно играть с ветвями деревьев и линиями электропередач. Идею переночевать у Иноуэ неожиданно подкинул… Иссин, когда Ичиго позвонил ему, сетуя на испортившуюся погоду. Отец Куросаки с присущими ему пошловатыми шуточками прокомментировал «тяжёлую задачу» с двумя тинэйджерами в одной комнате, но со всей серьёзностью заявил после, что выбираться на улицу по такой погоде верх безрассудства даже для его сына.       Орихиме решительно поддержала старшего Куросаки в вопросах безопасности их обоюдно-любимого рыжика и беспрекословно постелила оставшемуся ночевать гостю в гостиной. Однако уже спустя полчаса бурных и исступленных мыслей обоих возлюбленных, они, не сговариваясь столкнулись лбами на пороге её спальни: сжалившаяся девушка хотела попросить парня перелечь на более удобную кровать, тогда как храбрый парень хотел предложить своё общество даме, дабы уберечь её от невольных страхов перед набиравшей обороты непогодой за окном. На том и порешили. И ничего, что серые и карие глаза обменивались иными мыслями и предложениями. Их обладатели, улыбнувшись смущенно друг другу и робко взявшись за руки, забрались в постель под одно большое тёплое одеяло, засыпая и впрямь в невинно-нежных объятиях, каждый держа свои опасные в этой связи фантазии при себе.       Разбушевавшийся напоследок января снегопад стал для двух стесняшек удобным предлогом в сокращении дистанции, но, к удивлению обоих, даже с сошедшим снегом их смелость вовсе не исчезла. Они отважились попробовать «переспать» ещё раз, затем снова, а после — ещё и ещё, и вот уже фраза «Я останусь ночевать у Орихиме» перестала звучать дико и редко в доме Куросаки. Ночёвка рыжика у «шоколадки» двойняшками воспринималась чем-то вроде само собой разумеющимся. А вот от сверх меры бдительного папаши Ичиго огребал по-полной: начиная от не хилых лекций по проблемам подросткового секса до непременного подкладывания упаковок презервативов во всевозможные карманы одежды и сумок своего повзрослевшего «чада».       — Да не сплю я с Орихиме, сколько раз тебе повторять?! — скалил зубы взбешённый рыжик каждый раз, как только выуживал очередной специфический квадратик из кармана своих джинсов перед уходом к подруге. — Между нами ничего не было.       — Ага, — усмехался плутовски брюнет, — так я и поверил. Смотри мне, Ичиго! — потешаясь, журил он пальцем семнадцатилетнего парня, точно нашкодившего первоклассника. — Из ничего порой дети появляются. Я, конечно, не против внуков, — Иссин выпятил грудь колесом, — но я всё-таки ещё так молод.       — Да тебе триста лет в обед! — в загордившегося отца вместе с относительно правдивыми словами полетел ботинок, заставляя не задавшегося деда рухнуть в коридоре, задрав ноги. — Я сказал, что мы ведём себя прилично, значит, так оно и есть! — рыкнул младший Куросаки, хватаясь за ручку входной двери. — А вообще, — обернувшись на заскуливший стон подбитого родителя, сузил он глаза, — это только наше с Орихиме дело. И меня не вправе отчитывать человек, который сам пропадает невесть где по ночам! — на этом рыжик демонстративно хлопнул дверью, не давая прийти в себя огорошенному упрёком отцу, но давая понять, что его участившиеся исчезновения вовсе не остались ни для кого незамеченными.       «Ничего, Ичи, — сел Иссин на татами и задумчиво потёр подбородок, — потерпи ещё немного. Скоро мы избавим тебя от бремени неведения да и остатков гнетущего прошлого. А пока… пока наслаждайся нежностью той девочки, похожей на солнышко, пока твой придурковатый отец вновь не вовлечёт тебя в иной, более тёмный и холодный, мир с синигами и призраками…»       — Братик, зайдём ещё в этот магазинчик? — Юзу остановилась перед кондитерской, без энтузиазма всматриваясь в скопившуюся толпу покупателей внутри.       — С этим праздником все с ума посходили, — недовольно буркнула Карин, прикладываясь лбом к двери. — Ичи-нии, удивляюсь, и как ты на это согласился?       — Ну я ведь пообещал, что пройдусь с вами по магазинам, — усмехнулся Ичиго. — Для сестёр я готов стерпеть любую пытку.       Куросаки прилежно старался восполнять пробелы в общении с девочками, с тех пор как в его жизни появилась Орихиме, и с радостью откликался на любые совместные походы, будь то рынок, кино, или каток. Благо, Иноуэ понимала его намерения и с лёгкостью уступала своего любимого и другим его близким. Тем более, что с совместным ночлегом теперь времени на их двоих вроде даже как увеличилось.       Карин хмыкнула и передёрнула плечиками: видеть угодливого брата было для неё необычно. Зато Юзу просто-таки сияла — она готова была молиться на Ичи-нии, лишь бы он не забывал дом и обращал внимание на своих родных тоже. Из-за этого она немного ревновала его к Орихиме-семпай, ведь в своих мыслях он частенько улетал к ней, становясь ещё более рассеянным и чуточку чуждым.       — Ичиго! — Не успели все трое Куросаки зайти в кондитерскую лавочку, как их слуха настиг девичий встревоженный голос.       — Тацуки? Ты? — удивился парень, завидев подбегавшую к ним подругу детства. — Что-то случилось? — насторожился он сразу, наткнувшись на беспокойство в её глазах.       Арисава окинула осторожным взглядом замерших на пороге двойняшек и тут же попыталась изменить своё выражение лица на более беззаботное.       — Юзу, Карин, рада видеть вас, — поклонилась она девочкам, а после повернулась к их брату: — Нет, ничего не случилось, Ичиго. Я просто увидела тебя и решила поздороваться.       Глаза каратистки ловко обманывали несмышлёных девочек, но опытного воина, пускай и в прошлом, её запинавшийся голос и недосказанность в глазах заставляли напрягаться с каждой пробегавшей минутой всё сильнее и сильнее.       — Э-э, Юзу, Карин, можно я подожду вас здесь? — предложил он сёстрам.       — Да, конечно, — сообразившая о каком-то скрытном диалоге меж этими двумя, брюнетка уже потащила свою светленькую половину внутрь кондитерской.       — Девочки хотели купить шоколад на День Святого Валентина, — отчего-то взялся оправдываться Куросаки перед подругой, как будто ему было запрещено проводить время с кем-то ещё, кроме Иноуэ. — Так что случилось-то?       — Ничего, — пожала плечами Тацуки. Она и впрямь не знала, отчего бросилась со всех ног к своему лучшему другу. Её нервы были расшатаны больше обычного из-за постоянного чувства тревоги, но она не знала, как его объяснить. — А-а где Орихиме? — растерянно обвела она улицу взглядом: всё-таки для неё уже было странным видеть рыжиков поодиночке.       — Она дома. Я провел её после школы и затем встретился с Юзу и Карин в центре, чтобы прикупить всё для праздника: они собрались делать эти глупые шоколадки своими руками.       — Глупые? — хмыкнула темноглазая. — Думаю, у тебя хватит ума, чтобы не ляпнуть подобного при Орихиме? Уверена, сейчас она занимается тем же — готовит шоколад собственного приготовления. Для тебя, балбеса, между прочим.       Куросаки непроизвольно сглотнул: безусловно Иноуэ готовила не совсем так уж и плохо, как многие думали. Более того, некоторые блюда её экспериментальной кухни вообще давались ей отменно. Однако чувство неизведанности порой досаждало Ичиго в предвкушении какого-то нового и не опробованного прежде изыска в исполнении Орихиме. Она никогда не дарила ему шоколадки на День Святого Валентина, очевидно, из-за своей застенчивости, но в этому году, когда меж ними всё стало предельно ясно, «шоколадка» явно осмелиться-таки на пресловутое признание любви в подарочном фантике с бантиком.       — А что же ты, Тацуки? Небось тоже Исиду осчастливишь сладким десертом?       Глаза у Арисавы вдруг дёрнулись и вмиг, потемнев, погрустнели. Всегда сдержанная и всегда уверенная в себе девушка неожиданно дрогнула и отвела взгляд в сторону, роняя в холодный воздух вырвавшееся из груди облачко пара.       — Не понял, — недоуменно моргнул кареглазый: огорченное лицо подруги детства полоснуло ножом по сердцу. — Вы что, поссорились опять? Или Исида позволил себе что-то лишнее? Так я ему…       — Погоди, — девичья ладонь легла поверх вскинутого кулака кареглазого. — Ничего не надо. Всё хорошо, правда, — отозвалась она. Но затем вновь вздохнула тяжко: — Мне кажется, он что-то скрывает от меня. Ну, ты понимаешь, о чём я. Он в последнее время весь какой-то дёрганный, опасливый, настороженный, будто всё время на страже кого-то или чего-то. А я совершенно ничего не могу допытаться у него, не говоря уж о том, чтобы помочь…       — Ты полагаешь, что он что-то скрывает о своей охоте на пустых?       — Не знаю, пустые ли это. Я понимаю, что ты утратил силы, а я не особо ими и владею, только вот реяцу рядом с Урю, мелькающая время от времени, явно не похожа ни на пустых, ни на синигами, насколько я помню их по той войне. Быть может, Орихиме говорила тебе что-нибудь о подобном?       — Нет, — помотал головой Ичиго, призадумываясь: в памяти мигом всплыли слова того незнакомца Гинджоу Куго, который намекал на секреты Иноуэ от него. Но он верил своей целительнице, которая говорила лишь о каких-то непонятных всплесках реяцу в Каракуре и не более. — Ты знаешь, Тацуки, мы с тобой ведь только люди и, если Исида с Орихиме что-то таки скрывают от нас, то наверняка ради нашего же блага. Сам не верю, что признаю это, но, увы, даже знай мы все подробности, то не смогли бы ничем помочь им…       — Ясно, — опустила она голову и стала набирать чей-то номер на телефоне.       — Думаю, — размышлял дальше Куросаки, — тебе стоит довериться Исиде. В конце концов, он не так уж прост, чтобы сомневаться в нём, да и не слабак он явно. Что может случиться с этим умником?       — Ксо! — вместо понимающего поддакивания выругалась Арисава, даже не заметив, как из лавочки вышли с покупками двойняшки.       — Что опять не так?! — Ичиго выпал из задумчивости и уже раздражённо зыркнул на подругу: настроение у той менялось со скоростью света, прям как у него самого. — Тацуки, ну?       Брюнетка неистово жала на кнопку телефона и раз за разом снова и снова подносила его к уху.       — Асано, Мизуиро, они не отвечают. Они звали тебя в боулинг?       — Ну да, только я отказался из-за похода с девочками по магазинам. А что такое?       — А то, что мы условились встретиться с ними здесь! Но они на звонки не отвечают.       — Ну загуляли где-то, — буркнул рыжий, — в первый раз, что ли?       — Может, и не в первый, но после того, что случилось вчера…       — Стоп! — сущность бывшего синигами встала на дыбы, мигом возвращая инстинкт защитника на первое место. — Что произошло вчера?       — А они тебе не рассказали? О том, что на них вчера кто-то или что-то напало?       — К-ксо!!! — взбеленился рыжеволосый. — Ты думаешь, что с ними вновь что-то стряслось?!       — У меня дурное предчувствие, — кивнула брюнетка и с силой захлопнула телефон: — Блин, и Урю к телефону не подходит. Но он-то в клинике отца. Это я точно знаю.       — Что же нам делать? — замялся Куросаки, бросая встревоженный взгляд то на не менее озадаченную Арисаву, то на сконфуженно притихших сестёр. Он обещал провести сегодня весь день с ними, а хотелось бежать на помощь друзьям, которые занимали в его сердце тоже весомое место.       — Беги, братик, — проронила Юзу, пытаясь беззаботно улыбнуться ему, дабы не заставлять попусту волноваться за них.       — Да, — поддержала сестру Карин, — они ведь твои друзья. За нас не беспокойся — мы сами дойдем домой, тем более, что мы уже всё купили.       — Правда? — недоверчиво взглянул он на двойняшек, но те в ответ уверенно кивнули. — Ладно, тогда, Тацуки, давай разделимся, чтобы найти Кейго и Мизуиро быстрее?       — Хорошо, я — сюда, побегу к боулинг-кафе! — Ныряя в переулок, девушка на ходу уже бросила однокласснику: — А ты, Ичиго, проверь незаконченную стройку за углом! Вчера на них напали там!       Друзья разделились в конце квартала и побежали в противоположные концы улицы. «Дурное предчувствие», — судорожно перебирал в уме Куросаки. Похоже, это явление, будто вирус, окутавшее вначале сердца Орихиме и Тацуки, девушек, всегда более чувствительных к подобным вещам, невидимым и непознанным, нашло наконец приют и в его теле. Мышцы изнывали от напряжения, по позвоночнику бегали испуганные мурашки, а сердце барабанило в гулком предзнаменовании нерадостного исхода дела.       Куда же могли запропаститься эти двое? Трусоватый Кейго и опасливый Мизуиро — не из тех, кто ввязывался в неприятности. Однако их телефоны упрямо не отвечали, оглушая уши Ичиго неутешительными гудками.       Ксо! А ведь прошёл месяц с тех пор, как из его жизни исчез Гинджоу и вместе с ним это давящее на плечи чувство невидимой опасности. Но Куросаки смирился бы даже с этим — ему не впервой ожидать нападения какого-нибудь нового противника. Бывший синигами готов был снести многое, только бы неприятности и проблемы не касались никого из его близких и друзей. Орихиме, девочки, отец, Тацуки и Исида, Чад, Асано, Мизуиро, Чизуро… Никто из них не должен был пострадать из-за того, что в этом городе проживал парень с утраченными способностями супербойца, а появление странного чужака явно вязалось с обострением интереса именно к бывшему временному синигами…       — Кейго! Мизуиро! — Куросаки, выбежав на одну из строительных площадок, бросился к друзьям — те лежали на мёрзлой земле без чувств. — Ксо! Ребята! Что с вами?! — рыжик не успел проверить обоих парней на предмет повреждений, как вдруг, ни с того, ни с сего, стоявшие позади него металлические балки принялись падать просто на него, угрожая обрушиться следом и на тела его одноклассников. — Что ещё за чертовщина?! — Ичиго принялся сдерживать напиравший груз руками как мог, однако разница в весе железяк против обычного человеческого тела была в разы значительней. Более того, кареглазый то и дело косился на макушки друзей — если бы он не справился с задачей, если бы позволил хотя бы одной балке выскользнуть из своих пускай и не таких сильных, но всё же цепких и желающих защищать рук, то спасти их уже будет невозможно.       — Так-так-так, посмотрите, кто это у нас попался…       Рыжеволосый дёрнул голову назад и увидел незнакомца, вернее, незнакомцем тот казался ровно до тех пор, пока Куросаки не признал по выбитым зубам в нём того негодяя, схватившего сумку у Гинджоу. Тогда Ичиго порядком его отдубасил, но, похоже, не настолько, чтобы отбить ему память — хулиган скалился и упивался безысходностью ситуации для человека, сумевшего одолеть его однажды.       Преступник замахнулся и со всей силы ударил ногой в спину подростку. Кареглазый взвыл от боли и пошатнулся, отчего сгребаемые им балки гулко затарахтели. Однако они не рассыпались — парень выстоял и ещё покрепче упёрся ногами в землю, силясь до последнего удержать опасный металлический ливень всеми своими мышцами.       Хулиган самодовольно усмехнулся и замахнулся на загнанного в тупик Куросаки снова. А дальше его удары и вовсе посыпались, как из ведра: бандит колотил руками и ногами по сцепившему зубы рыжеволосому, попадая ему по ногам, рукам, спине, бокам, животу. Ичиго, помимо своей воли превратившись в мальчика для битья, сыпал проклятьями и чувствовал, как его ноша с каждой новой секундой всё больше напирала на его вымотанное и ослабленное тело.       — Сволочь! Чего ты хочешь?! — прорычал он, когда нападавший в очередной раз пнул его в живот.       — Чего я хочу? Не знаю, — ответил тот более, чем странно. — Мне приказали достать тебя, и я с превеликим удовольствием доведу тебя до края. Сначала перебью всех твоих друзей, затем возьмусь и за твою семью, ну а напоследок — за твою сладкую девочку… О-о, что я с ней сделаю! Я придумаю самый жестокий способ тебе отомстить, Куросаки Ичиго…       На сей раз нервная система бывшего синигами не выдержала, и, поддавшись интуиции, он, сгребая набок все балки, отпустил их, полностью обезопасив Кейго и Мизуиро от падения на их головы разрушительной тяжести и полностью перетягивая этот риск на себя.       Резкий скрежещущий звон металла пронзил чуткий зимний воздух по всей округе. А вслед за ним — не менее резкий и совершенно отвратительный смех хулигана, упивавшегося поражением своей жертвы.       — Ой-ой, кажется, кому-то досталось?       — К-к-ксо, — с трудом пошевелился рыжий из-под груды железных труб, палок, балок. К большему неудовлетворению нападавшего, парень оказался из живучих. — С-сволочь, — Ичиго принялся упорно выбираться из завала, — я убью тебя!       — Хех? Силёнок-то хватит? — к ответным угрозам прибавился и сверкнувший в руке хулигана нож.       — На такую мразь, как ты, вполне, — шатаясь на ногах, кареглазый, не обращая на боль в каждой клеточке своего тела, сделал уверенный шаг навстречу к врагу.       — Кья!!! — Однако рыжика опередили: вылетевшая из-за поворота Арисава на всём ходу задействовала свой лучший каратэ-прием и заехала в полете двумя ногами по челюсти бандита, выбивая тому ещё несколько зубов и попутно вырубая его сознание. Тяжёлое тело рухнуло наземь аккурат между ее друзьями: — Ичиго?! Ты как?! — бросила обеспокоенный взгляд на побитого юношу его одноклассница.       — В п-порядке, — попытался улыбнуться Куросаки, но эта попытка принесла новую порцию боли: треснувшая губа обагрилась кровью, обжигая поцарапанное лицо. И всё же морщась от гадких ощущений, её друг не мог скрывать радости от прибывшей подмоги: всё-таки бороться одному ему всегда давалось сложнее. — С-спасибо, Тацуки, за то…       Не успел Куросаки договорить, как за спиной Арисавы будто из ниоткуда появился высокий тонкий человек с книгой в руке и ироничной ухмылкой, который тут же оглушил девушку, ударив ту по затылку.       — Гад! Ты?! — неожиданно из-за спины Куросаки вылетел Исида и бросился со всех ног на мерзко усмехавшегося брюнета. — Стой! Не уйдешь от меня снова! — Урю рванул за исчезнувшим так же внезапно, как и появившимся до этого, новым врагом.       — Ты не станешь этого делать, — глубокий уравновешенный голос пролёг в тишине заброшенной строительной площадки, тогда как его обладатель преградил путь юному квинси и категорично схватил его за плечо.       — Отец?       — Рюкен?       Оба подростка воззрились на явление Исиды-старшего с ошеломляющим непониманием.       — Пусти меня! Ты что, не видел, что он сделал с Тацуки?! — Урю продолжал рваться в погоню.       — Видел. Но не думал, что месть для тебя окажется важнее любимого человека. Наверное, ей ты сейчас здесь нужнее? — отчеканил каждое слово из последнего предложения директор Центральной больницы Каракуры.       Синеглазый, будто опомнившись, мигом метнулся к каратиске, лежавшей на снегу. Ичиго впервые видел своего друга таким злым и подавленным одновременно. На секунду он позабыл о своем искалеченном теле и впился взглядом в душераздирающую нежность, с которой всегда сдержанный, такой холодный и неимоверно закрытый парень, как Урю, прижимал к себе не менее неестественно беспомощную Тацуки. Рыжий от злости и в отчаянии стиснул кулаки:       — Кто это вообще был? — обратился он к явно бывшему в курсе Исиде-старшему.       — Человек, который ищет драки, — заключил Рюкен, осматривая Кейго и Мизуиро. — С этими двумя все будет в порядке. С Арисавой — тоже. Я уже вызвал скорую.       — И всё? — огрызнулся Урю.       — Вы дадите так просто ему уйти? — возмутился и Ичиго.       — Так будет лучше всего. Ступай домой, Куросаки. Не хочу, чтобы твой отец отчитывал меня за то, что ты шляешься где попало.       — Но я… — вытаращил глаза рыжик.       — Куросаки-кун!!! — на стройплощадку вылетела взъерошенная Орихиме. — Куросаки! — метнулась она к любимому, как только завидела, в каком ужасном тот был состоянии.       — Ин-ноуэ? — удивился парень и, поймав её объятия, мигом взвизгнул от боли.       — Что с тобой? — хмыкнул Исида-старший. — Тебе, похоже, тоже не мешало бы в больницу?       — Н-нет, — осёкся кареглазый, — спасибо. Я пойду домой. — Орихиме подхватила Ичиго под плечо и помогла сделать первый шаг.       — Это правильно, — скептически поджал губу Рюкен, оглядывая обе пары старшеклассников — своего сына с его девушкой и сына друга со своей подружкой. — Вам всем нужно по домам.       — Нет, — подхватив Арисаву на руки, Урю поднялся с ней на ноги и решительно выступил против отца, — я не оставлю Тацуки.       — Оставишь. В клинике ей окажут достойный уход. А вам всем, — седовласый окинул друзей сына требовательным взглядом, — нечего шататься по городу по одиночке. В Каракуре творится нечто странное, но это странное не должно вас заботить. — Рюкен испытующе посмотрел поверх очков и на своё чадо: — Ты меня понял, Урю? Никакой охоты. Иноуэ, это и тебя касается. И вашего друга Садо тоже.       — К-ксо? Да что происходит-то? — взбеленился Ичиго, явно обделённый и вниманием и информацией.       — Ничего особенного. Ничего, что должно беспокоить старшеклассников, которые немедленно отправляются домой. Иначе, — и тут квинси не шутил, — я сам отволоку вас по домам и посажу там под замок!..