Alea iacta est

Новость о том, что оборотень был ночью на территории Дневного класса, более того, попался под руку наследнику и, в масштабах всемирной катастрофы, - ещё и посмел повысить на него голос и поднять руку, распространяется по Инфернуму со скоростью чумы. Выбираясь с утра из нагретой кровати, Кай, ещё не побывав за пределами своей комнаты с момента инцидента, но уже будучи в курсе всех слухов в Инфернуме, преодолевает расстояние от кровати до зеркала с опасением от того, что он может там увидеть. Если не скажет язык или не распространит свита, его выдаст собственное лицо и оставшиеся там отметины. Зажмуриваясь напротив зеркальной глади, оборотень глубоко вздыхает и распахивает глаза, тут же подаваясь поближе, чтобы рассмотреть своё лицо детальнее. От царапины нет и следа, и волчонок выдыхает с облегчением – не хватало ему ещё дополнительных подколов. И так уже вчера отчитали, словно ему четыре, а он разбил любимую мамину вазу. Не обошлось и без лёгкой степени угроз, но Кай отлично понимал, в какое место он ехал и зачем. На часах скоро два, а это значит, что самое время отправляться на уроки. Кай бросает на своё отражение ещё один короткий взгляд и, не глядя, бросает в сумку пару тетрадей да учебников. Комната, которую он пока ни с кем не делит, запирается на ключ, и оборотень оглядывается по сторонам на пороге – коридоры блока Дневного класса людны и шумны. В целом здесь все свои, если так можно сказать, но почему-то реагируют на него весьма странно. Они оборачиваются или сверлят его взглядом, когда сталкиваются в коридоре, и Каю приходится постоянно оглядываться. На выходе из своего блока он понимает, что находится в Инфернуме всего второй день, а на уроки так вообще идёт впервые, и подобная реакция вполне логична. Он новичок, и всем как обычно интересно – кто он и как он. Сворачивая со своего бока в развилку коридоров, один из которых ведёт в учебную часть, а другой - в блок Дневного класса, оборотень бросает короткий взгляд в сторону второго, отмечая, что тот совершенно пуст до самых дверей первых комнат, как он видит отсюда. Вампиры, ночные демоны и прочая мерзость прячутся по своим углам довольно-таки успешно. Волчонок зыркает на часы в холе и ускоряется, заспешив в класс, – не хватало опоздать в первый день. Кабинет, который ему нужен и который на данном этапе служит третьему Дневному классу, большой и светлый. Сквозь открытые окна комнату заливает солнечный свет, и Кай замирает на пороге, довольно разглядывая помещение, в котором оказался. Он окидывает внимательным взглядом незанятые парты и замечает одну во втором ряду, третью, и движется в её сторону, и только усаживаясь на свободный стул, понимает, что второй, справа от него, занят. Но когда на мгновенье концентрируется, и внутренние инстинкты не кричат о тревоге или неприязни, оборотень поворачивается в сторону русоволосого юноши его возраста на вид, ожидая, пока и тот взглянет на него. Дитя ночи напротив дышит, пахнет и у него бьётся сердце, а это значит, что он из Переменчивых. Чуйка Кая ещё никогда не подводила! - Привет. – здоровается он первым, подавая голос. Мальчишка, а этот вывод Кай делает, глядя Переменчивому в глаза, когда поворачивается к нему и дружелюбно улыбается. Его глаза за секунду несколько раз меняются с карих на зелёные, затем на синие и снова на карие, и Кай понимает, что перед ним – хамелеон. Хамелеон – Дитя ночи, наиболее близкое и дружное с оборотнями. Они могут принимать вид любого существа или человека, которого увидели, их конёк сводить людей с ума, обращаясь теми, кого давно потеряли/похоронили/не хватает. – Хамелеон. – вслух констатирует Кай, кивая и протягивает руку. – Кай. - Тэмин. – принимает руку юноша и улыбается в ответ шире. – И ты, я так понимаю, тот самый глупец, который уже успел нарваться на нашу школьную королеву. Кай вдруг хмурится и садится прямо, устремляя взгляд на доску и ничего не говоря. - Ладно тебе, - хамелеон пихает его локтём в бок и совсем добродушно смеётся. – Думал, если следа на лице от вчерашнего радушного знакомства не осталось, никто тебя не узнает? – Тэмин смеётся, когда Кай бросает на него слегка удивлённый взгляд. – Его свита уже по всей школе разнесла и выставила тебя, естественно, не в лучшем свете. К тому же, - Тэмин замолкает и осторожно кивает в сторону только что зашедших в класс. Кай поворачивается в нужную сторону, чтобы рассмотреть получше. В классе появляется, с уверенностью можно сказать, нечисть. Один светловолосый, довольно таки широкоплечий, с нежными чертами лица, а второй – шатен, высокий, худощавый, угловатый мальчишка. Оба невероятно красивы, но шумящей в венах крови оборотень не опознает, вампиров здесь быть не должно, и быть в такое время не может, хотя оба вошедших и вполне себе красивы для вампиров, а значит они… - Демоны. – выдыхает Кай. – Демоны страсти. – вдруг доходит до него окончательно. - Суккубы, инкубы – называй, как хочешь. – Тэмин кивает, глядя в ту же сторону. – Но проблема даже не в том, кто они и что делают, проблема в том - с кем они. – Тэмин многозначительно вскидывает брови, когда Кай переводит на него взгляд. - Ты хочешь сказать… - оборотень снова переводит взгляд на вошедших, которые усаживаются за первую парту у стены. - Да, я хочу сказать именно это. – Тэмин вновь кивает, не давая ему договорить. – Именно поэтому всё, что ты будешь произносить в адрес Высочества, он будет узнавать. - Высочество. – Кай негромко фыркает такому наигранному, напыщенному пафосу и тут же ловит на себе взгляд светловолосого, который, кажется, услышав, тут же уделяет ему внимание. Отворачиваясь, волчонок ещё несколько мгновений ощущает на себе, словно, прикосновения от взгляда и старается их стряхнуть, смахивая с плеча. - Доброго дня, третий Дневной. – входная дверь хлопает, и на пороге вырастает преподаватель. - Смотри, что сейчас будет. – шепчет волчонку в ухо хамелеон, хватая его за плечи и поворачивая в сторону запертой двери. - Прежде чем мы начнём урок, предлагаю дружелюбно поприветствовать наших опоздавших потеряшек. – говорит учитель, и класс поддерживает возгласами. – Сегодня… - он окидывает класс взглядом. – Возможность поприветствовать опаздывающих достаётся…Сэхуну. Учитель усаживается за свой стол, а названый по имени ученик, высокий угловатый суккуб, поворачивается в сторону запертой двери и несколько мгновений глядит на неё – выжидает. Когда все присутствующие в классе понимают, что там скапливается несколько учеников, учитель кивает, и суккуб растягивает губы в улыбке. Он ничего сверхъестественного, в принципе, не делает. Только целует кончики своих пальцев и посылает воздушный поцелуй в сторону двери. Проходит ещё мгновенье, прежде чем из-за двери слышится громкий стон и следом звук удара, будто что-то упало. Ученики третьего Дневного взрываются хохотом, Кай хмыкает и отворачивается от двери. - Зачем весь этот цирк? – интересуется он у Тэмина. - Учитель Ву нас так воспитывает. Не важно, кто мы – люди или нечисть, правила этикета никто не отменял, хороший тон и всё такое. – Тэмин пожимает плечами. – Поэтому на его уроки лучше не опаздывать, ибо можешь стать жертвой. К тому же, - Тэмин кладёт посредине стола принесённую с собой книгу. – Мы должны учиться этому. – хамелеон стучит кончиком указательного пальца по обложке книги, на которой Кай читает – «Основы самоконтроля». Входную дверь открывают, и опоздавшие, кто в состоянии, конечно, занимают свои места. - Для начала, - Ифань окидывает аудиторию взглядом, и Кай чувствует, как учитель замирает взглядом на нём. – Мне стоит сказать вам о нашем скромном пополнении. – волчонок старается перестать хмурится, но получается плохо. – Выйди, Кай, поздоровайся с классом. – просит учитель, оборотень неохотно встаёт, бросая короткий взгляд на Тэмина, и выходит к доске, теперь уже сам глядя в лица новых одноклассников. – Твоя слава уже опередила тебя. – говорит учитель, и Кай хмурится сильнее. – Более того, учитывая все обстоятельства, могу с уверенностью сказать, что с самоконтролем у тебя тяжко, раз ты действовал, полагаясь на инстинкты, а не на здравый смысл. - Я – не хладный труп или сгусток энергии, я – живое существо, и имея в себе часть человеческого – ничто человечное мне не чуждо. – отвечает он спокойно. - Достойный ответ. – Ифань улыбается, вставая из-за своего стола и занимая своё место у кафедры. – Люблю языкатых. – хмыкает он довольно. – Садись, волчонок. – разрешает он, и Кай поспешно занимает своё место. - Ты ему понравился. – замечает Тэмин. - Что это значит? – фыркает оборотень. - Он будет хорошо к тебе относиться. Он действительно поощряет тех, кто может достойно ответить на его или чью бы то ни было реплику. Но ты должен научиться себя контролировать. – говорит Тэмин, открывая всё ещё лежащий посредине, между ними, учебник, и следом свою тетрадь. - Итак, уважаемый третий Дневной, сегодня мы поговорим о таком замечательном методе самоконтроля как - абстрагирование. Абстрагирование - это отвлечение от несущественного, выделение наиболее важных фактов и взаимосвязей в чём-либо. В нашем случае, когда речь идёт о самоконтроле, абстрагироваться стоит от источника раздражения, воспринять его как несущественное. Как это сделать, нам продемонстрирует Хань. – Ифань кивает. Наступает очередь второго суккуба в классе поучаствовать в ходе урока. Он усаживается на предложенный стул в центре комнаты и закрывает глаза. Ифань замирает за его спиной, кладя ладони ему на плечи. – Давай подумаем вместе о факторе твоего раздражения. Есть ли что-то или кто-то, кто на данном этапе твоей жизни выводит тебя из твоего душевного равновесия? - Есть. – демон кивает. - С теоретической точки зрения есть ли у тебя сейчас возможность выразить в сторону этого объекта всю накопившуюся к нему же злость или вражду. - И с практической. – теперь демон усмехается. - Мы не говорим о практике, Хань. – одёргивает учитель, хлопая по плечу. – Следующий вопрос: достаточно ли весомы для тебя его проступки? – кивок. – А будут ли они волновать тебя через неделю, месяц, год? – снова кивок. – Можешь нам вкратце описать, что сделал объект твоей неприязни? Без деталей, так сказать. - Могу. – суккуб усмехается. – Он открыл свой поганый рот и посмел поднять свою грязную лапу на того, на кого не смел даже смотреть. – шипит суккуб сквозь зубы, сжимая кулаки. Повисает тишина, Тэмин и Кай переглядываются, последний складывает руки на груди, – да уж, как просил учитель Ким, подружиться с этим и всей его компанией уж явно не удастся, с таким-то настроем. Но не слишком и надо, ведь его, Кая, цель – совсем другая. - Забудь об этом, Хань, - просит учитель Ву. – Забудь о том, что ты знаешь, подумай лучше о том, что тебя там не было. Подумай о том, что тот, которого обидели, постоял за себя, а тот, кто обидел, поплатился. – Ифань обращается к суккубу, но смотрит точно на Кая, и тот съеживается под чужим взглядом, хотя глаза взрослого демона и глядят вполне себе доброжелательно. – Подумай, сравни, кто один, и кто второй, и насколько они далеки друг от друга. Подумай о том, стоит ли вообще уделять этому внимание, если разница так велика. Снова повисает тишина. - Не стоит. – суккуб хмыкает и расслабляется. – Ни моё, ни чьё либо другое. - Молоток. – Ифань хлопает по плечам, призывая вставать, и Хань распахивает глаза, зыркая на оборотня, а потом усаживаясь на своё место. Всю оставшуюся часть урока Кай мысленно ругает отца и жалеет о том, что вообще согласился приехать сюда, в Инфернум – закрытую школы для нечисти. Уроки заканчиваются, как и было обещано, под вечер, ближе к восьми, и прежде чем половина Инфернума станет для него запретной зоной, Кай отправляется на охоту. Уже сытый и полный сил, имея в запасе ещё время, он решает пока не подниматься к себе, а посидеть где-то во дворе школы. Передний двор забит, и оборотень выходит на задний. Здесь пустынно и спокойно, прохладный ночной воздух доносит запахи гор, леса и лесных источников. Опускаясь на одну из лавок, Кай растягивается на ней и лениво гладит живот, глядя в небо. Весеннее небо прекрасно, уже звёздное, бесконечно тёмное, ясное, без закрывающих ночное великолепие туч. Оборотень дышит полной грудью и прикрывает глаза, наслаждаясь вечерней свежестью, когда острый волчий слух улавливает несколько голосов чуть поодаль. Кай лежит, не шевелясь, но затем встаёт и отправляется на звук. Характер доносившихся голосов и звуков даёт понять, будто что-то не так. Он сворачивает за поворот, выходя к торцу школы, и замирает на месте, вглядываясь в темноту и пытаясь быстро оценить ситуацию. Зажав в кругу из пяти, не меньше, вампиров, кровопийцы теснят кого-то совершенно уступающего им в силе к стене. Слышатся возгласы, смех и подколы, и когда один их них обращается к сидящему на соседней лавке Джунмёну, а это именно он, Кай видит, что к стене прижимают ещё совсем юного на вид, хрупкого забитого мальчонку, и вглядываясь в его черты лица, Кай вдруг узнаёт его. - Джэхён. – выдыхает он и уверенно направляется в сторону конфликта. - Ну же, малыш, ты же сам вызвался. – напоминает один из вампиров и трясёт тонким ожерельем, зажатым в руках. Маленький волчонок, ещё, по сути, щенок, бросает взгляд на украшение, означающее вовсе не признание в симпатии, и сквозь прижимающих к стене вампиров – на наследника. Тот даже не глядит в его сторону, ему попросту нет до них дела. – Он хорошо подойдёт твоей тонкой шейке. Это последнее испытание, обещаем. – уже другой вампир забирает из рук первого ожерелье и раскрывает застёжку, предлагая одеть. - Ну-ка, - зовёт Кай, подходя, и громко хлопает в ладоши. – Зомбаки клыкастые, разошлись! – он расталкивает вампиров и замирает напротив Джэхёна, а затем поворачивается к нему спиной, закрывая собрата собой. – Свалите! – рявкает он. В этот момент скучающий взгляд Джунмёна фокусируется на нём. Вампиры смеются, отходят в сторону, Кай поворачивается к мальчонке. - Ты в порядке? – кладя руки на его плечи и заглядывая в глаза, интересуется он, потрепав по волосам, но волчонок уворачивается от его руки, делая шаг прочь. - Зачем ты? – спрашивает он, нахмурив брови, и вскидывает на старшего оборотня злобный взгляд. – Ну, вот зачем ты вмешался? Кто тебя просил? Они меня так проверяют. – мальчонка топает. – Это была бы последняя проверка, если бы ты не вмешался. – мальчонка вдруг тянет носом, и Кай вовсе теряется. – Они бы взяли меня к себе, а теперь всё сначала. Ты всё испортил. – он толкает в плечо, тут же вешая нос. Кай охает, вскидывая бровь. - Ты что, дружок, собрался стать их карманной собачкой? – интересуется он следом. – Очнись! – Кай встряхивает мальчонку за плечи, снова глядя в глаза. – Ты - вольное, свободолюбивое существо, которое не должно подчиняться никаким там Кровопийцам. - Ты не понимаешь, хён. – Джэхён снова сбрасывает чужие руки со своих плеч. – По-другому здесь, в Инфернуме, просто не выжить. – он вскидывает ещё по-детски наивные глаза, и в тех стоят слёзы. Ему едва сотня, а по виду лет шестнадцать на человеческий лад. – Лучше так, чем никому не нужной шавкой. – мальчонка ныряет у Кая под рукой и устремляется прочь, мимо беседки, которую уже заняли вампиры. Кай провожает его взглядом, делает глубокий вздох и распахивает жёлто-золотые, совершенно волчьи, глаза – видимо, подружиться не получится! - Вы вообще, что ли, озверели? – Кай в три прыжка преодолевает расстояние между ним и вампирами, которые оборачиваются на его голос, выходя прочь из беседки. Джунмён всё так же без особого интереса наблюдает, сидя теперь на столе беседки и сложив под себя ноги по-турецки. – Не слишком ли вы заигрались в хозяев? – спрашивает он следом, порываясь подойти ближе, но вампиры замирают стеной между ним и Джунмёном, не позволяя сделать лишнего необдуманного шага в его сторону. - Команды «голос» не было! – бросает один из них, и Кая выводит это из себя ещё больше, от чего он вновь предпринимает попытку оказаться ближе к Джунмёну, ибо прекрасно понимает, что это он, наследник, затейник всего этого. И если не делает всего сам, то, по крайней мере, позволяет другим, высокомерная тварь! - Фу, Кай-я! – выдыхает другой, выставляя руки вперёд и упираясь ими оборотню в грудь, и тот делает шаг прочь, избавляясь от прикосновения ледяных рук, холод которых он чувствует даже через одежду. - Неужели наша дворняжка заскулила из-за недостатка внимания? – вампиры смеются с собственных подколов, Джунмён остаётся всё таким же спокойным. Он неотрывно глядит на оборотня, внимательно и оценивающе. Кай материально чувствует его взгляд. - Дамы, откуда звук? – вдруг осведомляется оборотень, активно оглядываясь, чем сбивает вампиров с толку. – Кто-то что-то сказал, или это комар пропищал? – Кай бросает короткий взгляд на наследника, замечая, как тот хмыкает. Ну, хоть какая-то реакция! - Не забывай, с кем разговариваешь! – вампиры теснят его назад, отталкивая на несколько шагов. Оборотень усмехается, складывая руки на груди. - Девочки, а с кем я разговариваю? – Кай хмыкает. – Он даже слова не сказал! - Тебе повезло! – теперь вампиры ухмыляются. - Короче, слушайте сюда, - Каю надоедает торговаться, и он решает пойти другим путём. – Прекращайте забивать голову маленьким волчатам и заставлять их заниматься ересью, иначе я вами займусь! - Звучит, как угроза. – Джунмён спрыгивает со стола совсем легко и выходит вперёд, когда вампиры расступаются, пропуская его. – Тебя уже предупреждали не совать нос в чужие дела. Будь благоразумен – прислушайся к совету, ибо это действительно единственное условие, которое может помочь тебе задержаться в Инфернуме. – Джунмён кивает. – И ещё. – он вынимает что-то из кармана и бросает оборотню. Тот по инерции ловит, узнавая в вещице тонкое ожерелье, которое предлагали Джэхёну. – Дворняжку с улицы во дворец никогда не возьмут. – Джунмён подмигивает ему, обнажив белоснежные клыки, и разворачивается, уходя прочь, скрываясь в темноте. Кай остаётся один, провожая делегацию взглядом, а затем рассматривает ожерелье получше – на деле это оказывается тонкий металлический ошейник. Вскидывая глаза на удаляющихся вампиров, Кай замечает кроваво-алый взгляд, брошенный в его сторону горящими во тьме глазами. От того, чтобы ринуться следом, оборотня и ушедших вампиров спасает прогремевший в пустом дворе звонок. Кай заходит в здание школы и сворачивает направо, оказываясь в своём блоке. Джэхён избегает его весь вечер и всё утро, и даже когда они встречаются на охоте, и маленькому волчонку откровенно нужна помощь, он предпочитает остаться голодным и уйти прочь. Кай вздыхает; несчастный ребёнок, что эти кровососы сделали с ним, что он потерял всякую гордость и любовь к той свободе, которой больше всего было именно у оборотней, представителей Переменчивых. - Выглядишь вымотанным. – замечает Тэмин, когда Кай плюхается рядом с ним на стул и складывает руки на парте, а на них голову. - Объясни мне, - Кай поворачивает голову в сторону соседа, внимательно глядя на него. – Чем таким особенным обладают Кровопийцы, что все под них так стелятся? - Даром убеждения? – то ли спрашивает, то ли утверждает Тэмин, и Кай подпирает щёку ладонью. – А что случилось-то? - Не знаю, как им удалось убедить маленького невинного волчонка в том, что с ними ему будет лучше, но он теперь игнорирует меня и бегает за ними. – оборотень вздыхает. - Ты о Джэхёне? – снова спрашивает Тэмин, и Кай кивает. – Он со своими не очень ладит. – хамелеон вздыхает. – Маленький ещё. Я бы сказал, самый младший, ему и сотни-то нет ещё. От этого его класс и на один старше с ним не общаются, не берут на охоту и даже не могут посидеть с ним в столовой. Он слишком слабый для них, но ведь это только потому, что он ещё маленький. – сосед пожимает плечами, и Кай вздыхает. - Они предлагали ему ошейник. – выдыхает он, и Тэмин понимающе кивает. - Друга держи близко, а врага ещё ближе. – замечает хамелеон. – Ты застал их, да? - Да, - Кай кивает. – На углу школы. Как можно быть такими? Он же ещё совсем ребёнок. Я встретил его на охоте, и вместо того, чтобы принять мою помощь, он сбежал и остался голодным. Что эти твари вообще могут ему дать? Как использовать? Держать подле себя, как домашнее животное? - И никак иначе. – соглашается Тэмин, вынимая из своей сумки учебник. – Ты их не переучишь, как не старайся. И не перевоспитаешь. - Я просто не понимаю, зачем, когда им никакого от него толку. - Ну как, не понимаешь? – Тэмин хмыкает, поворачиваясь на стуле в его сторону. – Вампиры, которых ты встретил, разве были одни? Разве не было среди них того, кого они могли бы этим развлечь? - Наследник. – рычит оборотень, вдруг понимая. – Вид у него был скучающий, не могу сказать, что они как-то этим его развлекали. - Возможно, до твоего прихода. – Тэмин поджимает губы. – Они все зависят от него. - Ад какой-то на земле! – оборотень хмыкает и откидывается на спинку своего стула, лениво выдыхая. – Что они носятся вообще с ним, словно он немощный? Высочество то, Высочество сё, шагу не могут без него сделать! Он для них самый устрашающий, великий и вообще весь набор красивых слов, а посмотришь – ничего особенного. Вампир как вампир, коих сотни и тысячи. – Кай снова хмыкает и следом хмурится. – К сожалению. А они с этим носятся, как дурень со ступой! - Ты ничего с этим не поделаешь. На то он и наследник. - Наследник? – Кай фыркает. – Тощий, хлипкий, хрупкий, ветер подул – и не стало? Шестисотлетний? Да ни хрена он не катит на наследника! - Кай-я! – оборотень дёргается от звучания своего имени совершенно непривычным голосом и оборачивается через плечо, наблюдая за одноклассниками. Суккубы, а это именно они, Хань и Сэхун, усаживаются за свою парту, и последний размещается на краю стола и усмехается, глядя на волчонка. – Хозяйке-то расскажем! – бросает суккуб, и Кай чувствует, как вибрирует тонкое ожерелье-ошейник в его кармане от воздействия чужих способностей. Игнорируя демонов, Кай отворачивается от них, ничего не ответив, и хватает со стола учебник, углубляясь в чтение заданной на сегодня главы. Пф, хозяйке! Никто и никогда не посмеет приручить его! А иначе просто останется без головы! Ночной лес – самое великолепное место, существующее на планете. Острый волчий нюх и слух улавливают всё происходящее на несколько миль вперёд, и, ступая мягкими лапами, серебристый волк неспешно прохаживается в тени деревьев, поглядывая сквозь ветки высоких деревьев на висящий в небе жёлтый диск луны. Глубокой ночью в лесу действительно прохладно, дышится здорово и легко, деревья теряются среди скал, и серебристый волк забирается на один из больших валунов, нагретых днём на солнце, и укладывается на нём, примостив голову на лапы, и принюхивается. Где-то совсем рядом добыча, Кай чувствует это, всё его звериное нутро чувствует, ощущает аромат свежего, всё ещё живого, но ненадолго, мяса. Ещё немного понежившись в лунных лучах, волк легко спрыгивает, приземляясь на лапы, и устремляется дальше в лес, и чем ближе ощущает запах человека, тем ниже к земле прижимается Кай. Он прижимает уши к голове и всматривается своими жёлтыми глазами в темноту перед ним, которая для волчьего зрения вовсе не темнота. Волк преодолевает хрящ, а за ним лесок, и понимает, что подобрался к людям совсем близко. Их духом пахнет уже за несколько километров так явно, что Каю кажется, он вот-вот наткнётся на одного. Напрягаясь всем телом, оборотень навостряет уши, прислушиваясь, и продолжает осторожно двигаться, не издавая совершенно никакого шума, когда, наконец, находит то, что искал. Впереди человек! Юноша. Волк видит, как тот стоит у высокой сосны, крепко и уверенно на обеих ногах, к нему спиной, и глядит куда-то перед собой. На нём походная спортивная одежда, и волк понимает, что на той опасной горной кочке, где люди не частые гости, сейчас находится туристическая группа, и этот несчастный, который вскоре станет обедом, от чего-то пошёл среди ночи в лес. Кай поднимается на лапы, занимая воинственную позу, и делает несколько уверенных шагов по направлению к человеку и вдруг замирает. В нос бьёт отчётливый запах крови. Но не той крови, которая мягкой густой пеленой обволакивает человеческие вены изнутри, а той кровью, которая…. Человек пошатывается и вдруг падает, и оборотень может рассмотреть другую фигуру, стоящую и прячущуюся за человеком всё это время. Вампир. Луна кутает в свой мёртвый белый свет всё вокруг, и Кровопийца в свете луны кажется едва ли не прозрачным. Кай поднимается с лап на ноги и рычит. Вампир вытирает губы кончиками пальцев и усмехается. Оборотень узнаёт наследника. Тот бросает короткий взгляд на выпитого до последней капли, валяющегося рядом, человека, вернее сказать – его труп, и усмехается, обнажая выпачканные в алый клыки, а затем облизывается. - Что-то ты припозднился. – замечает он, безразлично переступая труп, и Кай рычит громче, направляясь в его сторону. В прыжке трансформируется, но не успевает достать. Вампир скрывается из глаз и вскоре оборотень чувствует, как его запах отдаляется. - Проклятье. – оседая на рядом стоящий камень, Кай хмурится. Никто не любит питаться сухим мясом, а сухомятку он мог поесть в столовой, без охоты, чёртовы Кровопийцы! Лёгкую добычу сожрали, опередив его на какие-то несколько минут, тратить силы на поимку людей в лагере нет никакого желания. Голодный и недовольный Кай возвращается в Инфернум и занимает лавку на заднем дворе школы, напротив своего блока. Звёздное небо отвлекает от голода и всепоглощающего чувства ненависти!