The broken

Ты когда-нибудь видел кукольные слёзы?... Нет? Поверь, даже куклы умеют плакать… (с)

– Я уничтожу их! Каллены, сука, недоноски! А этот твой Эдвард... - Хищная улыбка озаряет лицо Чарли, и он с обожанием гладит дуло своего револьвера. - Собака! Надо было еще тогда его пристрелить. - Господи! Нет! – Белла непроизвольно дергается, в ее глазах мгновенно темнеет. Элис подлетает к ней и, зажав ладонью рот, прижимает дрожащую девушку к себе. Чарли напрягается и пристально вглядывается в глаза дочери. - Тварь… - рычит он, рывком поднимаясь из-за стола. – А я-то надеялся, что это всего лишь потрахушки, твою мать. Элис, пошла вон отсюда, я хочу поговорить с Изабеллой наедине. Бросив нерешительный взгляд на подругу, и незаметно для Чарли сжав ее руку в знак поддержки, девушка удаляется из кабинета. - В чем дело, пап?! – как можно более спокойно спрашивает она, небрежно плюхаясь на диван, хотя внутри все сжимается от нахлынувшего чувства страха. Руки мелко дрожат, и Белла прячет их между колен, не сводя глаз с отца. Он медленно обходит диван, приближаясь к ней. - Не думал, что все настолько запущенно. – Его взгляд прожигает изнутри. Она никогда не видела у него таких глаз. Светло-карие, практически прозрачные, сейчас они темнеют за какие-то доли секунды, приобретая земельный оттенок. Белла, отведя взгляд, берет со стоящей рядом тумбочки пачку сигарет и, достав из нее одну, пытается прикурить. Черт… Третья попытка, а усмирить подрагивающие пальцы так и не удается. - Запущенно?! Не поняла, ты о чем? – она нервно облизывает пересохшие губы, не поднимая взгляд, жадно втягивая в себя никотиновый дымок, стараясь быстро пропитать им мозг и сердце, приведя все в онемевшее состояние. - Сучка! – Чарли размахивается и, что есть мочи, наотмашь ударяет дочь по щеке. От неожиданности и силы удара она скатывается с дивана. Из ссадины струится кровь. Вновь облизывает губы, ощущая противный металлический привкус на языке. – Поднимайся! - За что?! – Белла поджимает к себе колени, прижимаясь спиной к мягкой обшивке. Свон, издав звук, похожий на бешеный рев, подлетает к ней, хватает за шкирку и, хорошо встряхнув, ставит на ноги. - Ты еще спрашиваешь?! Дешевка!– Он с ненавистью толкает Беллу, и та впечатывается затылком в стену, с ее губ срывается болезненный вскрик. – Вся в мать, потаскуха. - Чарли, прекрати! Мне больно. - Больно?! Тебе?! Это мне больно, Изабелла!!! – Мужчина медленно надвигается на девушку. – Больно от ваших бесконечных предательств! Что вы только находите в этих Калленах?! Ярость поднимается в Белле и она, наконец, отлепляется от стены, крича отцу в лицо: - Ты сам заключил с ними сделку. А теперь строишь из себя оскорбленного? - У меня не было другого выбора, - отмахивается он. – Но я не просил тебя раздвигать ноги перед этим выродком, будто шлюха! - Да даже если и шлюха, а с Эдвардом у меня не банальный перепих? То что? Какая тебе разница?! – Одним прыжком Чарли сокращает расстояние, хватает ее за руку и дергает на себя. Разворачивает и прижимает к стенке, больно ударяя об нее головой. Перехватив запястья Беллы одной рукой, другой берет за волосы, оттягивая голову назад. - Значит, есть разница, – шипит он. - Отвали. Я буду спать и любить, кого захочу, и не собираюсь спрашивать твоего разрешения. Ясно? - Какая же ты дура, если до сих пор не поняла! Ты не свободна! Ты живешь так, как хочу я! За какую ниточку дерну, так ты и поступишь! Ты полностью в моей власти. - Что ты несешь? - Но это не самое страшное, деточка! – усмехается отец, сильнее сжимая ее руки. – Самое ужасное то, что ты сломалась, раздвинув ноги перед врагом, да еще и память матери осквернила… - Заткнись! Не смей… - Слушай сюда, блять! – рявкает Чарли, с силой встряхивая девушку. – Значит, променяла месть на член?! Подло! Ой, как подло! – Чувствуя, как хватка ослабевает, Белла поворачивается лицом к отцу, с опаской смотря в иней его глаза. – Но самое ужасное не это! А то, что ты влюбилась в убийцу матери! – Мужчина хлопает в ладоши. Каждый удар болью отдается в сознание. Перед глазами стелется туман. - Нет, я… я не знала… он не мог… я… - Голос срывается на хриплый несвязный шепот. Чарли, сжав губы в тонкую, напряженную линию замахивается и отвешивает ей звонкую пощечину, после которой Белла сползает по стенке, устремляя невидящий взгляд в противоположную стену. - Ты его защищаешь, мразь?! – отец хватает ее за плечи. - Изабелла, он убийца! Это он! Ты нашла его! Все! Убей! Отомсти за мать и за себя! – Девушка начинает задыхаться от распирающих ее противоречий, судорожно глотая воздух в попытках остаться в сознании. - Нет! Нет! НЕ-Е-ЕТ! – Белла обхватывает голову руками, запуская тонкие пальцы в пепельные прядки волос, и мотает ей из стороны в сторону. Слезы больше не получается сдерживать, и они потоком льются из глаз девушки. - Я знал, что ты слабая! Что не сможешь… - шипит Чарли и рывком поднимает дочь с пола, после небрежно толкая ее на диван. – Но ничего, папочка поможет тебе. Ты же умничка, послушная девочка, да? – Ласковый голос отца проникает в сознание, словно кисель, медленно окутывая его. – Ты ведь лучшая. Ты профессионал. А он придет за тобой, обязательно придет, и тогда ты сможешь отомстить. Просто убей его, а я помогу тебе. - Нет, - неожиданно твердо, смахивая тыльной стороной ладони дорожки слез со щек, хрипло произносит Белла. – Я не собираюсь его убивать! Нет! Я не буду подчиняться тебе. Больше никогда!.. - Ах ты, неблагодарная дрянь, - вновь взрывается Чарли, со злостью отталкивая со своего пути ни в чем не повинный стул. – Ты обязана делать то, что скажу я. Я, тот, кто дал тебе жизнь. Тот, кому ты обязана всем. - Жизнь?! А ты спросил, нужна ли мне такая жизнь, а? - орет девушка. – Чем я тебе обязана?! Способностью убивать! Безжалостно и хладнокровно! Вот чем! А я не хочу так! Мне всего двадцать три! Я жить хочу! Жить, понимаешь, как обычная девчонка! Хочу целоваться до одури на заднем сиденье машины, хочу рыдать в подушку от безответной любви, хочу в выходные забравшись с ногами на диван уплетать мороженное ложкой и смотреть какую-нибудь сопливую мелодраму… А что я имею вместо всего этого? А? Револьвер, наркоту и испачканные кровью руки… Я ненавижу тебя за это! Ненавижу!!! - Я давал тебе шанс уйти, - хмыкает Чарли. – Но ты сама не смогла без такой жизни, поэтому вернулась… - Мне не интересно, - Белла вскакивает с дивана и опрометью несется к выходу, но не успевает она ухватиться за дверную ручку, как чувствует сильный толчок в спину, от которого теряет равновесие и больно ударяется бедром об острый край стола, стоящего чуть поодаль. - Ты никуда отсюда не уйдешь, - Чарли вплотную подходит к дочери и вновь хватает за волосы. Белла заносит руку для удара, но он тут же перехватывает ее и выворачивает за спину. – Не рыпайся! Ты будешь делать то, что я хочу! Поняла меня?! – Девушка решительно мотает головой, выводя мужчину окончательно из себя. Чарли яростно сжимает кулак и резко ударяет ее в солнечное сплетение. Дикая нестерпимая боль пронзает каждую клетку тела Беллы, окончательно выбивая кислород из легких, отчего становится нечем дышать. Через минуту следует еще один точный удар. Темнота начинает прорисовывать свои границы, приближаясь к сознанию девушки. Ее колени подкашиваются, и она с глухим стоном оседает на пол. Чарли, по-прежнему продолжая удерживать ее за волосы, наотмашь с каким-то безумным сладострастным остервенением опускает руку на щеку дочери. Белла наклоняет лицо, смотря, как на пол капают капельки алой крови. - Люблю… его… - одними разбитыми губами беззвучно шепчет она. - Любишь? – рычит Чарли, отпуская ее волосы и выхватывая из кобуры, висящей на левом боку свой любимый револьвер. - Люблю… - сквозь боль улыбается она. Отец будто звереет и, не убирая пистолета, ударяет ее ногой обутой в черную лакированную туфлю в живот. - Что, до сих пор любишь? Тварина, ну, тогда сдохни за него! – Чарли присаживается на корточки и приподнимает ее голову за волосы. – Но не так быстро. Для начала мы сыграем в одну маленькую, но очень забавную игру, согласна?! – в это же мгновение приклад револьвера с силой опускается на затылок девушки. Сипло охнув, Белла безвольно падает на пол, полностью растворяясь во тьме собственного сознания.