In Dreams

Свой следующий подарок он нашел в самом маловероятном месте из возможных: в прачечной в подвале своего дома. Гарри захватил с собой книгу, чтобы скоротать время, пока вещи будут стираться, и задремал во время чтения, щекой упираясь на складной столик. Он полусидел на маленьком табурете под странным углом, так и держа в руках открытую книгу. Со сна его вырвал громкий шум от сушилки. Он шмыгнул носом и вытер тыльной стороной ладони влажные губы. Он поднялся на ноги и моргнул, заторможено пялясь на корзину со своим бельем, стоящую на столике прямо перед его лицом. Его вещи были аккуратно сложены и разложены по стопочкам, за исключением пары розовых спортивных носков (у него всегда были проблемы с сортировкой вещей по цветам), которые были выложены кривобоким сердцем поверх всех вещей. Ко всему этому прилагался CD-диск с текстом песни, написанным от руки, лежавший внутри сердца из носков. У Гарри все внутри перевернулось. Он побежал к лифту и нажал на цифру своего этажа, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. Только ступив на пол своей лестничной площадки, он тут же помчался к двери Луи, громко и быстро стуча по ней. Он выждал несколько секунд, а затем снова постучал. Никого. Гарри обижено засопел и повернулся к своей квартире, делая мысленную заметку рассказать Луи позже об очередном подарке от привидения. Он как раз заканчивал перекладывать свою одежду в шкаф, пока песня* от привидения играла на его ноутбуке, когда кто-то постучал в его дверь. Он мгновенно сорвался к двери и с размаху распахнул ее, находя только пустой коридор. Он шагнул вперед, внимательно осматривая лестничную площадку. Его ступни вдруг во что-то врезались. Он наклонился, тихо фыркая, и поднял свою забытую в прачечной копию «Моби Дика». Между листами книги был вложен белый лист бумаги, как раз на том месте, где он остановился, прежде чем заснуть, и он широко улыбнулся, читая записку. Ты забыл ее! Ну и книги ты выбираешь ;) Внизу было уже привычное ярко-красное однобокое сердце. — Эй, приятель. Гарри поднял глаза от книги, находя улыбающегося Луи, подбрасывающего в руке ключи от своей квартиры. Рядом с ним стоял незнакомый парень с угольно-черными волосами и выбритыми висками, скучающе смотрящий на Гарри. — Привет, — сказал Гарри, переводя взгляд от Луи к парню-модели в черной кожанке, с пухлыми губами и острыми скулами. Весь его наряд был черным, начиная от футболки с отрезанными рукавами, и заканчивая подошвами его армейских ботинок. — Только вернулся? — Да, в салоне был просто завал, — сказал Луи. — Мы иногда устраиваем «Ночь только для девушек» и она всегда сумасшедшая. Все, конечно, хорошо заканчивается, нам утром приходится только убрать магазин. Но я был бы счастлив, если бы мне больше никогда в жизни не пришлось набивать бабочку на пояснице или прокалывать пупок, — ворчал Луи. Он кивнул головой в сторону незнакомого парня, — Это Зейн, мой партнер по преступлениям. Зейн протянул ему руку. У него в брови было три небольших колечка, такой же формы и цвета, как и кольцо в губе Луи. Так же у Зейна было множество проколов в ушах и татуировок. Чернила покрывали практически каждый дюйм его рук, и даже в некоторых местах пальцы и тыльную сторону ладони. Гарри заметил в его языке маленькое металлическое колечко, когда Зейн заговорил: — Привет, чувак. Он пожал его руку. — Привет, я Гарри. — Ага, — ухмыльнулся Зейн, — я знаю. Луи кашлянул и толкнул дверь плечом, потянув Зейна внутрь за подол рубашки. Он посмотрел на Гарри. — Мы собирались выпить пива. Хочешь с нами? — О, ну, — Гарри оглянулся на свой журнальный столик и стопку открытых тетрадей, — я должен закончить планы уроков. — Глупости, — ухмыльнулся Луи, подманивая его к себе одним пальцем. — Все, что тебе нужно, это сказать малышам мыть свои ушки и относиться к людям с такой же любовью, с какой они лелеют свои айфоны. И все будет окей. Одну бутылку пива и две холодные пиццы спустя, Зейн поднялся с дивана, приглаживая ладонью свою футболку. — Я домой пойду, — сказал он, почесывая свой живот. — Мне кажется, Найл уже забыл, как я выгляжу. — Как тебя можно забыть? — сказал Луи детским голосом, щипая Зейна за щеки. Зейн усмехнулся и оттолкнул его руки, пока Гарри тихо хихикал на диване. Он сжал его плечо, весело сверкая янтарными глазами. — Рад, наконец, познакомиться с тобой. Я уверен, что мы еще увидимся, — его взгляд скользнул от лица Гарри к его ногам, и обратно. — Удачи с этим твоим призраком. Гарри покраснел и кивнул, глядя себе под ноги. — Спасибо, — улыбнулся он. — Я тоже рад с тобой познакомиться. Зейн подмигнул ему и пожал руку Луи, который громко хихикал, пока провожал его к двери. Гарри начал подниматься с дивана, но Томлинсон его тут же остановил: — Неа, Гарольд. Твои планы уроков подождут еще одну бутылочку пива. Гарри опустился обратно на диван, который пах как чипсы и старый одеколон. На нем было несколько подозрительных пятен, которые уже вряд ли можно было вывести. Дверь громко захлопнулась, а Луи вслух задумался: — У меня же еще есть пиво, да? — Он распахнул дверь холодильника, а затем счастливо взвизгнул. — У меня еще есть пиво! Радуйся! Гарри усмехнулся, потирая ладошками свои колени. Луи протянул ему бутылку пива и поставил еще одну на столик у дивана. Он уселся на полу напротив Гарри и уставился в экран своего ноутбука. Он напел какую-то мелодию** и дважды кликнул мышкой. — Леди Гага? — засмеялся Гарри. — Что? — надулся Луи, сжимая губы, чтобы скрыть улыбку. — Что не так с Леди Гагой? Гарри улыбнулся еще шире. — Ничего, просто я никогда бы не подумал, что ты ее слушаешь. Ну, судя по всем твоим, — он помотал перед его лицом бутылкой пива, — штучкам. Луи поднялся на ноги, удерживая свою бутылку за горлышко, словно сигарету. — Моим штучкам? — сказал он, имитируя хриплую, медленную речь Гарри. Он поставил свою бутылку на журнальный столик. — Моим штучкам? Он бросился на диван. Гарри в защиту поднял руки, громко хихикая, а Луи осторожно прошелся костяшками пальцев по его ребрам. — Да! Ну все твои панковские штучки, — сквозь хохот сказал Гарри, пока Луи щекотал его живот чуть выше пупка. — Я же не виноват, что ты выглядишь как самый настоящий панк! Луи перестал его щекотать, садясь на пятки. Гарри заерзал, все еще посмеиваясь, пытаясь найти удобное положение, пока Луи так и сидел на его бедрах. Его голубые глаза скользнули по ухмыляющемуся лицу Гарри, задержавшись на его ямочках и морщинках вокруг сияющих глаз. Его улыбка была заразной и Луи, глядя на него, просто не смог не улыбнуться. — Мне нравится видеть тебя таким, — Луи втянул в рот свое кольцо в губе, нервно покусывая холодный металл, — счастливым. — Почему ты так говоришь? Луи уселся на задницу на другом конце дивана. Он вытянул руку, чтобы взять свое пиво, и сделал глоток. Бутылка тихо звякнула, ударяясь об его колечко в губе, и он сделал еще один глоток, залпом допивая пиво. — Ты кажешься… Я не знаю, — он покосился на Гарри, — очень закрытым. Гарри недовольно поджал губы и фыркнул, будто уставший котенок. — Я… Э-э, стесняюсь незнакомых людей. — Да, я понимаю, — быстро сказал Луи, — это совершенно нормально. Я понимаю. Просто ты казался… Как будто… — Нет, ты прав, — со вздохом сказал Гарри, прерывая речь Луи. — К сожалению, так и есть, — он поджал губы, пальцами пробегаясь по спутанным кудряшкам на затылке. — Я и правда был немного не в себе в последнее время. — Почему? — Я… — Гарри закусил нижнюю губу, задумываясь, что бы он чувствовал, если бы у него в губе было железное колечко. — У меня есть привычка замыкаться в себе, когда у меня проблемы. Переезд и расставание для меня, — он быстро глотнул пива, — слишком тяжело. Так что я просто закрылся в себе. Теплая рука сжала его плечо. — Любому было бы тяжело, приятель. Но теперь все стало гораздо понятнее. — Надеюсь. Рука исчезла, как и успокаивающее тепло. Гарри сосредоточил свое внимание на горлышке бутылки, поглаживая прохладное стекло пальцем. — Почему… Гарри поднял брови, когда Луи так и не продолжил. — Хм? Луи покусывал ободок своей бутылки. — Эм, — он провел рукой по своим волосам, поглядывая на Гарри, — почему ты расстался со своей девушкой? Если ты не против, что я спрашиваю об этом. Гарри удивленно открыл рот. — Ох. Э-э… Луи немного отодвинулся. — Это слишком личное? Прости, приятель, я не хотел, чтобы ты… — Нет, нет, все в порядке. Эм, — Гарри тихо засмеялся, — его звали Филипп. Он был моим парнем. Луи распахнул глаза, шокировано выдыхая, — О. В комнате повисла тишина. Гарри напрягся, сжимая зубы. — Все хорошо, — быстро сказал Луи. Он прочистил горло. — Круто, я имею в виду. — Он провел ладонью по своей груди. — Я сам би. — О, — сказал Гарри, облегченно выдыхая. — Ладно. Прости, я привык к… — он сморщил нос, задушено хмыкая. — Ты знаешь, что я имею в виду, да? — Да, конечно. Хорошо. Ну так, — Луи сосредоточился на лице Гарри, покусывая кольцо в губе, — Филипп? — Точно. Мы, эм… Луи покусывал губу, смотря на пальцы Гарри, играющие с кончиками его волос. — Мы очень по-разному видели наше общее будущее. Я хочу детей. Несколько детей, если я смогу с ними справиться. Я всегда открыто говорил об этом, а он, — Гарри пожал плечами, — только менял тему. Или смеялся и говорил «когда-нибудь». Он, правда, забыл упомянуть, что вообще не хочет детей, пока мы не расстались, — он раздраженно фыркнул. — Наверно, в этом была и моя вина, потому что я никогда не просил его поговорить об этом серьезно. Да, мы оба были очень заняты на работе, и всегда, как будто назло, что-то мешало нам обсудить это. Будь то командировка, новый клиент или какой-нибудь невероятно важный звонок. — Вы поэтому расстались? — Ну… — Гарри глянул на Луи, склонив голову набок. — Я и он… Мы выдохлись. Мы оба чувствовали, что наши отношения стали бессмысленными, и когда я понял, что он никогда даже не хотел детей… Было очень тяжело. И, — он хлопнул в ладоши, — вот, я здесь. — Ох. Гарри кивнул. — Да. — Как долго вы были вместе? — Семь лет. Луи шокировано распахнул глаза. — Вот же дерьмо. Это, — он хрипло засмеялся, ерзая на диване, — это долго. Гарри неловко прошелся пальцами по своему горлу, задерживаясь на верхней пуговичке рубашки. — Да, я знаю. Мы познакомились с ним в универе. И мы все еще друзья. Он хороший парень, хотя я хотел бы, чтобы он рассказал эту, как он считал, неважную мелочь, прежде чем я посвятил ему столько лет. — Он наиграно засмеялся. — Так что скажи мне, если ты банкир, который не хочет детей, и я познакомлю вас двоих. Луи ухмыльнулся и поставил пустую бутылку на стол. — Хах. Спасибо, но нет. — Ага, я тоже не могу представить тебя каким-нибудь банкиром. — Ну, я думаю, я бы сказал тебе, если бы не хотел детей. И я бы не смог встречаться с банкиром. Слишком скучно. — Ох, так ты, — Гарри быстро заморгал, — ты хочешь детей? Луи кивнул. — Да, конечно. — А сколько тебе лет? — Хм, — Луи хрипло засмеялся, недоуменно морща лоб, — тридцать один. А что? — О, — сказал Гарри, приоткрыв рот, словно выпуская мыльный пузырь. — Ладно. Хорошо. Ничего такого. — Он покачал головой. — Просто спросил. — Что? Что ты хотел сказать? — Я просто подумал, — Гарри быстро пробежался взглядом по телу Луи, — что кто-то вроде тебя, — он махнул рукой, указывая на его черные скинни с дырками на коленях, татуировки и растрепанные волосы. — Всегда остается холостяком. Луи расхохотался, а Гарри поджал губы, недоуменно хмуря брови. — Что смешного? — Так, — медленно сказал Луи, растягивая слово,— ты думаешь, что раз у меня есть татуировки и проколоты соски, я не ищу партнера? Ты думаешь, что я не могу завести детей? — любой намек на смех в его голосе исчез, а взгляд стал каким-то леденяще тяжелым. — Или потому что я все еще одинок в мои тридцать? Какие, блять, сказки ты читаешь, дорогой Гарольд? У Гарри отвисла челюсть. — Нет, я… — Я и не знал, что кто-то может быть недостоин иметь семью, только из-за возраста или внешности. — О, Господи, нет, я не это имел в виду, — быстро пробормотал Гарри, прижимая пустую бутылку к своей груди. Он подвинулся поближе к Луи, наплевав на чертовы пятна на диване, которые могут остаться на его одежде. — Пожалуйста, прости меня, я не это имел в виду. Не это, — он вздохнул. — Мне двадцать девять, и я думал, что к этому возрасту у меня будут муж и дети, но сейчас я чувствую себя самым одиноким человеком на планете. Луи задумчиво облизывал кольцо в губе, повернув голову немного в бок, так что Гарри разговаривал с его затылком. Гарри на несколько секунд замолчал, а затем тихо продолжил, — Прости, что обидел тебя, я правда не хотел. — Он поднялся с дивана и пригладил руками свои штаны на бедрах. — Я пойду. — Ой, вот же дурачина, — вдруг сказал Луи, утягивая Гарри вниз на диван. Пустая бутылка из-под пива с глухим стуком упала на ковер. Гарри шокировано хрюкнул, а затем захихикал, как и Луи, сваливший его на спину. Томлинсон уселся ему на живот, предупреждающе скользя пальцами по его ребрам. — Ты слишком серьезно все воспринимаешь, — сказал Луи, зловеще сверкая глазами. — Тридцать — это те же двадцать. — Да что ты говоришь, — Гарри начал хихикать на середине фразы, — старикашка! — он отпихнул пальцы Луи, извиваясь и ерзая. — Эй! — Ты такой наглый, — ухмыльнулся Луи. Гарри попытался перевернуться, в результате чего, его лицо оказалось прижатым к сиденью дивана. — Мне это нравится. — Пф, — Гарри закашлялся, — твой диван пахнет ногами. — О, сам виноват. Гарри начал смеяться еще сильнее, слабо пиная Луи пятками. Если бы еще три месяца назад ему сказали, что он будет валяться на вонючем диване панка-соседа, который будет щекотать его чуть ли не до слез, он бы жалостливо улыбнулся, пригубив бокал шардоне, и обменялся бы с Филиппом насмешливым взглядом, прежде чем продолжил бы обсуждать коктейльную вечеринку, на которой они были на прошлых выходных. Но это было три месяца назад, и теперь его единственный друг — татуированный парень, сидящий на его животе, а еще у него есть собственное привидение, которое дарит ему компакт-диски и носки. — Ты какашка, — рассмеялся Гарри, наконец, заваливая Луи на спину. Он попытался пощекотать его, надавливая пальцами на ребра, но Луи только ухмыльнулся и закинул руки за голову. — Не получится, этому нужно учиться годами, дорогой Гарольд. Гарри надулся, но тут его глаза наткнулись на грудь Луи. Он зловеще хихикнул и через футболку вцепился пальцами в проколотые соски Луи. Луи крякнул, и хрипло засмеялся, дергаясь на диване. — Ой, ой, — сказал он, запыхавшись. — С тебя хватит, — он оттолкнул его руки, пока Гарри весело улыбался, глядя на него сверху вниз. — Сегодня больше никаких бунтов. — Ты такой ребенок, — сквозь смех сказал Гарри, садясь на другой конец дивана. Они смотрели друг на друга, поправляя одежду и застенчиво улыбаясь. — Тьфу. Я вспотел из-за тебя. Луи растянулся на диване и довольно потянулся, нежно улыбаясь. — Я обычно произвожу такой эффект на мужчин немного по другой причине. — Ха. Точно. Я имел в виду, — он вытер ладони об джинсы, — я давно не был так близок с кем-то из людей. — Оу, детка, твоя рука больше не веселит тебя? — Да ну тебя, — простонал Гарри, закатывая глаза. — Я не это имел в виду. Луи толкнул босой ногой бедро Гарри. — Неужели нога? — он ткнул пальцами Гарри в живот. — А у тебя странные кинки, да, кудрявый? — он скользнул пальцами к промежности Гарри. — Вся эта твоя чересчур наигранная чистоплотность всегда казалась мне странной. — Фу, — засмеялся Гарри, отпихивая его ногу. — Я имел в виду, — он покачал головой, закрывая глаза, — а, забей. — Обнимашки? Гарри резко открыл глаза. — Да, эм… Вроде того, — он посмотрел на Луи, который успокаивающе улыбался ему. — Это единственная вещь, по которой я скучаю. Луи сел, скрестив перед собой ноги. — Я понимаю, о чем ты. Если тебе когда-нибудь будут нужны крепкие объятия, — он щелкнул зубами и кивнул в сторону закрытой двери в свою спальню, — обращайся. В моем плотном графике всегда найдется время, как и место на моей кровати, для дорогого Гарри. Я не кусаюсь, — он ухмыльнулся, — если ты, конечно, не попросишь об этом. — Ты серьезно? — Насчет чего? — Насчет обнимашек? — Конечно, почему нет? Мы могли бы оставаться друг у друга с ночевкой. Я сделаю нам какао. Ну, для начала мне придется купить какао, а затем я заварю его для нас. Гарри прищурился, пряча руки в карманы. — Просто я… Никогда не встречал парня, который предлагал бы мне обниматься. Только обниматься. Луи встал с дивана, наклоняясь, чтобы забрать их пустые бутылки. — Ты никогда не встречал меня, до переезда, — он хмыкнул, его длинные ресницы отбрасывали тени на щеки. — Разве что в своих снах. Он обошел вокруг Гарри и направился на кухню. А Гарри так и стоял посреди гостиной, ошеломленно разинув рот, пока Луи открывал кран и выбрасывал бутылки, с глухим звоном ударившиеся о дно мусорного ведра. *** Гарри решил, что пришло время, наконец, поймать его привидение, чтобы хотя бы сказать ему «спасибо» за все те маленькие подарки, которые он (или она) дарил ему. Он сам записал диск с двумя´ песнями´´, которые, он очень на это надеялся, должны были понравиться его призраку. Одним воскресным утром он положил этот CD около своей двери, запихнув под него маленький колокольчик, и аккуратно припрятав его между дверью и диском. Обычно его привидение по воскресеньям появлялось несколько раз, может быть, в этот день у него был выходной. Гарри удобно расположился на диване с кружкой чая и книгой. Книга эта, исторический любовный роман, который он взял у своей мамы, ни капли его не заинтересовала, так что он задремал, свернувшись клубочком и укрывшись вязаным одеялом, стянутым со спинки дивна. Он тихо посапывал, одновременно с этим внимательно вслушиваясь во все звуки за дверью своей квартиры. Веселый звон колокольчика заставил его резко распахнуть глаза. Он подскочил с дивана и побежал к двери, вслушиваясь в чей-то тихий голос, бормочущий, — Ответный ход? Ха. Он распахнул дверь и выбежал на лестничную площадку в тот момент, когда двери лифта, в котором, вероятно, был его призрак, начали медленно закрываться. — Подожди! — крикнул он, на полной скорости мчась к лифту. Он добрался до лифта как раз тогда, когда дверцы закрылись, успев лишь коснуться пальцами холодного металла. Он сбежал вниз по лестнице, споткнувшись только три раза, прежде чем он оказался на первом этаже. Дверцы лифта были открытыми, а сам он — пустым, совершенно пустым, без единого человека внутри. Он нахмурился, тяжело и быстро дыша, и привалился к стене. Где-то на улице заревел двигатель мотоцикла´´´ и Гарри выглянул в приоткрытое окно в холле дома, и увидел кого-то слезающего с гладкого, бронзово-серого мотоцикла, а затем ставящего его на парковку у дома. Байкер снял черный шлем и откинул голову назад, солнечные лучи сверкнули в его слегка влажных волосах. Луи провел пальцами по своим волосам, зачесывая их назад, и снял кожаную куртку, сразу же вешая ее на руку. Гарри открыл рот, шокировано пялясь в окно, пока лифт где-то позади него размеренно жужжал. Луи направился к дому, тут же замечая Гарри в окне, и широко улыбнулся, забегая в здание. — Привет! — крикнул он, на ходу роясь в своем рюкзаке. Он вытащил какую-то коробку и протянул ее Гарри. — Смотри! Я купил какао! Он, правда, растворимый, — он пожал плечами, его вспотевшие бицепсы сверкнули на солнце, — но я не очень требовательный. — У тебя есть мотоцикл? — Что? О, — Луи оглянулся, — да. Не люблю возиться с машинами, они слишком громоздкие. И это довольно экономно, на самом-то деле. У меня, конечно, не Харлей, но я люблю его, — он посмотрел на Гарри, останавливаясь взглядом на его босых ногах. Он ухмыльнулся. — Я могу дать тебе покататься, если хочешь. В любое время. У меня даже есть запасной шлем. — Не, спасибо. Не стоит. Луи понимающе усмехнулся и шагнул ближе, щекоча ноздри Гарри запахом пота, и бензина. — Мне нравится, э-э, — он ткнул пальцем в рубашку Гарри, застегнутую всего на несколько пуговичек, — такой домашний Гарольд. Миленько. Гарри запахнул рубашку и отступил назад. — Я пытался поймать моего призрака, но упустил его. Или ее, — добавил он немного тише, наиграно улыбаясь и стараясь не думать о том, как же сильно он хотел бы, чтобы его привидением был татуированный байкер, стоящий прямо перед ним. — Я вижу. И ты его… Даже не видел? Гарри покачал головой. — Не-а. Он слишком быстро убежал. — Хах. — Луи скользнул языком по своей нижней губе, останавливаясь на металлическом кольце. Он не отрываясь смотрел ему в глаза, продолжая покусывать кольцо в губе. — Ага, вот почему я в таком виде, — он указал рукой на свою распахнутую рубашку и голые ступни. Луи улыбнулся и ткнул пальцем в голую грудь Гарри, таща его к лифту за воротник. — Как ты мог это скрывать. Ты же как Кларк Кент. Скрываешь все самое горячее под этими дурацкими рубашками. Гарри рассмеялся, шагая в лифт. — Во мне нет ничего горячего, — тихо сказал он. — Ну конечно, — Луи поднял руки, — ты не настолько горяч, как Супермен, — он лениво пожал одним плечом, — но я думаю, тоже довольно неплох. Гарри неловко улыбнулся и скрестил на груди руки. Когда они оказались на своем этаже, на полу перед дверью Луи сидел блондин, уткнувшийся в свой iPhone. Гарри замер на месте, чувствуя, как колотится сердце. Может, он его призрак? Он же мог бы быть— — Привет, Найлер, — сказал Луи, обращаясь к блондину. Гарри облегченно вздохнул, его пульс начал замедляться. — Прости, что опоздал. Я был в Теско. — Не парься, я только пришел, — сказал блондин, поднимаясь с пола. Он протянул Гарри руку и доброжелательно улыбнулся. — Привет, чувак, я Найл. Думаю, ты уже знаком с моим мужем? Гарри посмотрел на ухмыляющегося ему парня, у которого на теле не было видно ни одной татуировки, или какого-нибудь пирсинга. — Ох, да. Точно. Зейн. — Гарри пожал ему руку. — Приятно познакомиться. — Ты, должно быть, Гарри, сосед Луи. — Да, — сказал он, поглядывая на улыбающегося Луи, — я Гарри. Найл улыбнулся еще шире, крепче сжимая его руку. — И мне приятно познакомиться. — Мы с Найлом собирались сделать книгу для салона, — сказал Луи, открывая дверь. Он толкнул ее плечом, запихивая коробку какао обратно в рюкзак. — Ты можешь присоединиться к нам, если тебе вдруг наскучат твои невероятно важные дела. — Да, приходи, — сказал Найл, взъерошивая волосы Луи. Он отдернул руку, потирая свои ладони. — Фу, я надеюсь, что ты купил шампунь. — Шампунь я не купил, но у меня есть еда, — сказал Луи, доставая пакет чипсов из рюкзака. Он ухмыльнулся Гарри. — Серьезно, мы будем тебе рады. Или, — он всего на секунду остановился глазами на губах Гарри, — ты можешь прийти на кружечку какао чуть позже. — А почему ты мне какао не предлагаешь? — спросил Найл, заходя в квартиру. Гарри покраснел, но улыбнулся. — Может быть. — Ах, может быть, — наиграно вскрикнул Луи. Он прижал руку к сердцу и хихикнул. — Только не забудь. Гарри покачал головой, наклоняясь, чтобы поднять свой колокольчик. — Я подумаю. Луи смотрел ему вслед, пока Гарри не закрыл дверь своей квартиры. Он захлопнул свою дверь и повернулся к Найлу, сияющему широченной улыбкой. — Что? — спросил Луи, бросая пачку чипсов на грязный кухонный стол. — Что ты хочешь? Найл вытащил компакт-диск из заднего кармана джинсов. У Луи загорелись глаза, а руки автоматически потянулись к CD. Найл захихикал. — Похоже, кое-кто вышел на охоту за привидением, — он поднял диск над головой, так, чтобы Луи не смог его достать. — Эй! Отдай сейчас же! Найл сжалился и опустил руку, отдавая Луи диск. Томлинсон повертел его в руках, горящими глазами рассматривая маленькое розовое сердце, нарисованное на нем, и бумажку с рукописными словами песен, написанными аккуратным ровным почерком. — Ты у меня в долгу, приятель, — сказал блондин. — Я никогда в жизни так быстро не бегал. — Луи проигнорировал его слова, задумчиво бегая из угла в угол гостиной. — К счастью, твой мальчик побежал на первый этаж, а я остановил лифт на несколько этажей выше. Я едва успел добраться до твоей квартиры, как вы уже были наверху. Не знаю, смогу ли я теперь подкладывать ему подарки, когда ты будешь на работе. Знаешь, он может узнать звуки моих шагов? Он кажется очень умным парнем. Луи спихнул какие-то бумажки со своего ноутбука и поставил его на журнальный столик. Он засунул компакт-диск в дисковод и натянул на уши огромные наушники. Найл плюхнулся на диван рядом с ним, похрустывая чипсами. — Какие песни он записал? Луи сполз на пол и свернулся в клубочек, громко хихикая. Найл фыркнул и наклонился к ноутбуку, отсоединяя наушники. Из динамиков раздался голос Спящей Красавицы, и принцесса Аврора интересовалась, долетит ли песня ее сердца к ее любимому. Найл нахмурил брови. — Вы двое чертовски странные. Зейн был прав. Луи в ответ только еще громче рассмеялся и перекатился на спину, закрывая ладонями покрасневшее лицо.